Текст книги "Видящие. Скрывающиеся в тени (СИ)"

Автор книги: Лина Таб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

17.

Неделя каникул пролетела быстро и вот мы с Даном уже покидаем стены нашего съемного гнездышка и возвращаемся в академию.

Нас поздравляют одногруппники, которые почти не удивлены. Как оказалось, они были уверены, что у нас все к этому идет, ведь Дан смотрел лишь на меня. Что уж говорить, слышать подобное было в удовольствие.

Но было много и недовольств, ведь Дан был лакомым кусочком, на который рассчитывали многие девчонки. А он выбрал меня. Тихую неприметную мышь.

Это я подслушала очередной разговор.

Еще я слышала, как многие были уверенны, что он меня бросит, так как ему будет скучно. Но меня эти разговоры не трогали. У нас была общая тайна и я знала, что Дан намного серьезнее, чем старается казаться в академии. Я могла довериться ему целиком и не сомневаться.

Причины, почему мы так поспешно поженились, порой вызывали недоумение, а иногда хохот. Самой популярной сплетней стал мой залет и наше в скором времени пополнение в семье.

Дан усмехался и не опровергал слухов. Я тоже чувствовала себя на удивление комфортно, ведь я была защищена, даже могла улыбаться загадочно и пожимала плечами, когда у меня напрямую спрашивали, когда мне рожать.

Забавно, насколько люди зависимы от сплетен и только у нас с Давианом все было иначе. Мы и правда любили друг друга. А поспешность со свадьбой я списывала на наше желание стать еще ближе, Дан лишь подтверждал, сказав, что был уверен, что я на всю жизнь.

Относительно расследования, все быстро сдвинулось почти с мертвой точки, ведь знать – знали, а доказать все еще ничего не могли. Только защититься. Но жить в вечном опасении, что любой шаг может быть последним, было сложно.

Но духи и правда помогли. Так, они дали нам информацию о новой попытке покушения. Это был второй серьезный шаг, о котором мне пришлось сообщить отцу. Он вновь поверил мне, как тогда, и лишь уточнил, точно ли мне ничего не грозит, ведь то, что я ему сказала, и правда вызывало уйму вопросов.

Заверив, что нет, я попросила мне верить. Отец верил и позже он подтвердил, что кем бы не был мой источник, который я утаиваю, он помог. Ведь как он признался в один из дней, когда я приехала к нему в клинику, чтобы навестить, медсестру, которую подкупили недоброжелатели в лице бывшего партнера отца по бизнесу, удалось взять с поличным, когда она собиралась ставить капельницу. Привычную, ничего особенного. Но ее задержала охрана и потом, как оказалось, эта капельница могла стать последней для отца, вызвав в нем резкие ухудшения его состояния.

А еще я узнала, что это вторая попытка покушения с пределах клиники, ведь первая была, когда отец еще даже не пришел в сознание и помог нам именно Майн. Он всего лишь намекнул, что ему кажется, что за палатой следят. Посторонняя девушка. Но это выглядело странно. Охрана отца едва ли пропустила бы кого-то, но приняла к сведению и как оказалось, не зря, девушка оказалась недавно устроившейся санитаркой в этой клинике и в одну из ночей включила пожарный извещатель, чтобы отвлечь. И ей бы удалось проникнуть в палату, если бы за ней не следили. Позже она призналась, что ее шантажировали близкими и именно благодаря ей удалось получить некоторые доказательства.

Я слушала и бледнела. Отец многое не говорил, но у него однозначно имелись вопросы и ко мне и к Дану и возможно, к Майну. Я видела это в его глазах и была уверена, что люди отца следят за нами тремя.

Но даже так, я не считала это лишним, ведь это все было слишком серьезным, а угроза реальной.

В таком темпе пролетели два месяца. Нам и правда выделили семейную комнату и теперь, мы с Даном жили вдвоем. Это было потрясающее время.

– Ксюш, я в душ, – муж зажимает меня у стены и зацеловывет в шею. От этих ощущений тело вибрирует, а внизу живота скручивается узел.

– Иди уже, – смеюсь, отталкивая Давиана. Муж только пришел после тренировки, которую старался не пропускать, и был мокрым и липким.

– Готовься, – Давин лукаво играет бровями и выходит за дверь.

Улыбаясь, я поспешила к зеркалу. Так и есть, волосы взъерошены, в глазах шальной блеск.

Но я ждала его. Знала, что он быстро справится и тогда…

Зажмурившись, я прикусила губу. Жаль, что в академии все душевые были в одной зоне, не было исключения даже для семейных комнат. А иначе…

Распахиваю глаза, смотря на себя. Решилась бы я зайти к мужу в душ?

Однозначно, да.

С ним я стала более раскрепощенной. И хоть я продолжала стесняться, когда что-то происходило на виду, но наедине я чувствовала себя уверенно. Потому что каждый день я слышала о том, как я красива, как сексуальна, насколько свожу его с ума и как сильно он меня любит. Это поднимало самооценку и придавало уверенности.

Поправив волосы и пригладив домашний костюм, я подошла к окну. Уже наступила весна, она была ранней в этом году, а потому, распахнув ставни настежь, решила проветрить.

В лицо тут же подуло прохладным воздухом, весенним, с особенным запахом.

Облокотившись об узкий подоконник ладонями, я выглянула из окна.

На улице уже было достаточно темно, а по территории академии горели фонари, создавая атмосферу таинственности, ведь академия не смотря на реставрацию, все равно оставалась старинным имением. Была тут какая-то своя атмосфера.

Увидев среди густо насаженных деревьев, подсвеченных фонарями фигуру, я по привычке вздрогнула. Холодок пробежался по телу, но я тут же успокоила себя.

Я уже знала, что время от времени на территорию академии приходят посторонние души, а Видящие чаще всего отправляют их за грань, именно поэтому, как правило, после наступления темноты, можно увидеть чью-то тень. Это кто-то из Видящих вышел, чтобы помочь.

И вот сейчас, я пыталась присмотреться, чтобы понять, кто это. Это точно не Давиан, не его фигура, более худая. И не Майн, он выше.

Пока приглядывалась, размышляла о том, чья душа в этот раз забрела к нам, надеясь это не как в прошлый раз, когда эта самая душа была недалеко убитым собутыльником пьяницей. Ректор вместе с парой других Видящих полночи уговаривали его уйти, а тот не хотел, все твердя о том, что должен отомстить своему убийце, и нет, не за собственную смерть, а за то, что тот ему денег должен и решил таким образом не отдавать. Видящие конечно же могли бы отправить его принудительно, но это сложно и для души и для самих Видящих.

В общем, проблем он доставил массу.

Тень тем временем медлено обходит академию, скрываясь в основном среди деревьев и когда он все же выходит на освещенную фонарями дорожку, узнаю в нем Стасика.

Парень машет мне рукой и я с улыбкой отвечаю ему тем же.

То, что Стас оказался тоже Видящим я узнала буквально после каникул и была не то что, удивлена, я была шокирована, отказываясь принимать этот факт.

Но тем не менее, Стас был таким же и не смотря на нашу неудачную попытку встречаться, мы смогли с ним вполне хорошо общаться.

И вот я наблюдаю из окна, как Стас тихо передвигаясь тенями, чтобы не быть замеченным другими студентами, возвращается в академию. Если он один, значит, все в порядке и душа, что забрела к нам не несла лишних хлопот. Видящие, как рассказал Давиан, старались выходить по очереди, если была необходимость.

Расслабившись, я неожиданно замтеила, как Стас резко затормозил. Будто его позвали.

Он повернулся и я тут же посмотрела в сторону его взгляда. Никого.

Ощутив очередной поток мурашек, я напряженно всматривалась в темноту.

Поймав взгляд Стаса, что резко направился в другом направлении, я продолжала смотреть. Кажется, на сегодня не все.

Я уже ни раз видела подобное, даже один раз видела, как Дан отправлял душу за грань. Но каждый раз мне было несколько некомфортно в такие моменты, ведь я не видела, что происходит.

И чего я уж точно не могла предположить, как Стас вновь резко остановится, а его взгляд найдет мой.

– Бля, – слышу резкое от Стаса, – Ксюш закрой окно, – кричит еще более резко.

Я успеваю отстраниться, так как ранее довольно сильно высунулась из окна.

Но совсем не ожидаю, что мне по спине прилетит деревянной тяжелой оконной створкой.

Вспышка тупой боли в районе почек и затылке проносятся мгновением, потому что в следующее по инерции, я не удерживаюсь руками о подоконник и меня выталкивает вперед головой прямо из окна.

С диким криком я вылетаю вперед, прямо с третьего этажа и лишь боковым зрением вижу, как ломанулся в мою сторону Стас, у которого не было шанса успеть хотя бы смягчить падение.

Это странное чувство. Паника и страх накрыли целиком, но я улавливала все моменты, каждую мелочь и даже успела попрощаться с жизнью, узрев последнюю паническую мысль в голове о том, что только бы выжить.

Но как только эта мысль пронеслась, я ощутила рывок.

– Ксюша!!!! – громкий крик Дана откуда-то позади и удар о стену, пока я висела вниз головой, а Дан держал меня за лодыжку. Крепко, до боли.

Даже то, что я ударилась телом, когда муж успел схватить меня, отошло на второй план.

Тело напряглось, словно струна, что вот-вот лопнет, сердце колошматило о ребра, а воздуха не хватало.

Внизу была земля и с высоты третьего этажа казалась такой далекой.

– Держись, – слышу голос мужа, в нем паника, а потом, еще шум, кто-то вбегает в комнату . Я слышу голоса и затем, чувствую еще одни руки на собственных ногах.

А потом, резкий рывок вверх.

Меня затягивают обратно и вот мой живот болезненно проскальзывает по деревянному подоконнику, но мне все равно.

Голова немного кружится, тело сотрясается, а зубы отбивают чечетку.

Я с трудом осознаю происходящее, лишь чувствую, как муж сгребает меня в крепкие объятия. Его самого трясет не на шутку. А до моего мозга постепенно доходит откат. Я чуть не вывалилась из окна.

– Малышка моя, – шепчет Дан, прижимая к себе и тут же отстраняя меня и осматривая.

Я с трудом фокусирую взгляд на его бледном лице.

Живот жжет, а в глазах появляются слезы.

Я пытаюсь что-то сказать, но ничего не могу, лишь отмечаю, что в комнате мы не одни. Рядом еще один парень из Видящих и пара незнакомых, со старших курсов.

Следом вижу как в комнату влетает Стас. Такой же бледный, как и Дан.

Они шумно говорят, и вообще в комнате шумно, но я в таком шоке, что с трудом воспринимаю то, что происходит. Адреналин все еще гуляет по крови, а в голове продолжает биться мысль, что я могла умереть. Или пострадать как отец. Господи, а ведь он упал с 8 этажа.

Дальше прибегает врач из медпункта, даже ректор. Всех студентов выгоняет ректор командным голосом, оставляя рядом только Дана, что сидит на полу и смотрит напряженным, несколько ошалелым взглядом на то, как меня осматривает врач.

Я вижу, что у меня содрана кожа на животе и немного прихожу в себя, когда начинает щипать, ведь врач обрабатывает раны.

Еще у меня счесаны локти до самых локтей, ведь когда я стукнулась о фасад, успела подставить локти перед лицом.

На спине, судя по комментариям врача, у меня наливается внушительный синяк, зато затылок почти не пострадал.

Мне выдают рекомендации, освобождают от занятий на три дня. Оставляют мази.

Когда врач наконец уходит, заходит хмурый ректор.

Дан тут же накидывает на меня мой халат, ведь я сижу в одном бюстгальтере.

– Пришли в себя? – спрашивает ректор, беря стул и усаживаясь передо мной.

– Да, – произношу тихо.

Мне вкололи успокоительное и меня уже более менее отпустило.

Поэтому замечаю, что ректор бросает в сторону Дана красноречивый взгляд, будто говорит ему что-то, а Дан лишь поджимает челюсть, даже на лице желваки ходят.

– Я уже поговорил со Стасом. Вы ведь знаете, чем он занимался сегодня, – не спрашивает, констатирует факт ректор.

– Знаю, и похоже, там появился кто-то еще, и этот кто-то полетел в мою сторону, – произношу серьезно, вспоминая детали.

– Да. Это не была светлая душа. Но она и не была злой. Просто запутавшейся, паникующей. И когда душа мечется, это приносит ряд проблем для живых. Призрак полетел к Вам. Им поначалу сложно не воспринимать стены как преграду, поэтому, ваше открытое окно стало для него шансом уйти от Видящего, который хотел увести его за грань. Он не хотел этого, но таких мы отправляем принудительно. Души, особенно не стабильные, могут влиять на предметы и поэтому, когда призрак влетел в окно, мимо Вас Ксения, створка должна была захлопнуться.

– Но там была я, а потому створка ударила меня по спине, вытолкнув, – киваю, понимая связь.

– Верно, – произносит ректор серьезно.

– Это несчастный случай, – говорю тихо, – никого ведь не накажут?

– Нет, ведь мы не сможем объяснить этот случай. Вас ударило створкой окна, которая пришла в движение от порыва ветра.

Киваю, соглашаясь и кидая на мужа взгляд.

Давиан хмур и серьезен и бездумно перебирает мои пальцы в своей теплой руке.

Когда ректор уходит, Дан аккуратно обнимает меня, баюкая в своих надежных объятиях.

– Прости, Ксюш, это из-за меня, – шепчет в ухо, тут же целуя в висок.

– Ты здесь не причем, – я отстраняюсь, всматриваясь в подавленное лицо мужа.

– Видящие всегда притягивают души. Так или иначе затягивают близких в этот мир. Это неразрывно, там где Видящие, будут души и подобные несчастные случаи, – Дан не смотрит на меня, он смотрит в одну точку.

– Глупости, просто в этом случае мы имеем объяснение почему так произошло, а в других ситуациях все списывают на реально несчастный случай и лишь строят догадки, как так произошло, – я притягиваю Дана к себе, укладывая его голову к себе на грудь, поглаживая волнистые блондинистые волосы.

Дан шумно выдыхает и жмурится. Руки толком и не касаются меня, ведь у меня болят и живот и часть спины.

– Да, Ксюш, возможно, ты права, – произносит муж несколько отстраненно и я вновь ловлю себя на мысли, что в этих словах есть подтекст.

18.

Пока я на вынужденном больничном, занимаюсь в комнате. Мне, как и когда-то, преподаватели без вопросов скидывают пропущенные лекции и задания. Но больше всего оказывается, я жду письма от Кощея. Мы с ним после того, как жили на одной территории, перешли в абсолютный нейтралитет, будто и не было тех дней и я часто ловила себя на желании подойти и спросить у него что-нибудь, чтобы он объяснил именно для меня, да и вообще, подойти к нему. Рядом с ним спокойно, есть ощущение, что все непременно будет хорошо. Но я сомневалась, что это правильные мысли, и то что Майн держится со мной так же, как и со всеми студентами, только в плюс. Но тем не менее, когда увидела на почте сообщение от него, ощутила, как сильнее забилось сердце.

Там ничего личного, ничего, чтобы намекало на нашу совсем маленькую, но очень важную для меня историю, ведь он был со мной рядом в самый тяжелый период и это не могло не отразиться на мне. Я не воспринимала его как всех преподавателей. Он был для меня человеком, личностью, тем, кем хотелось интересоваться. Возможно, я бы с радостью с ним подружилась, но на подобных мыслях я жестко себя тормозила, понимая, что незачем взрослому мужчине водить дружбу с еще вчерашней школьницей. У нас слишком разные интересы, восприятие. Это мне интересно, а ему? У него таких как я, студентов, половина академии.

И вот сижу я вчитываюсь в лекции Майна и улыбаюсь, когда вновь вижу сноски от него лично. Почему-то это так греет.

– Ты же заниматься села? – слышу со стороны недоуменный хмык мужа.

Вздрагиваю, поняв, что все еще сидела и улыбалась.

– Да, так и есть, – краснею, кинув взгляд на Дана. А ведь я даже не заметила, как он вернулся с пар.

Давиан внимательно рассматривает меня, а я тут же ощущаю панику внутри. Это ведь почти измена, более тепло относиться к постороннему мужчине, ждать от него письма, пусть даже исключительно по делу.

Но Давиан будто справляется с собой и улыбнувшись своей очаровательной улыбкой, падает ко мне на кровать, где я расположилась к ноутбуком.

– Признавайся, тебе кто-то прислал письмо с признанием? – Дан, лежа на боку, игриво толкает меня в плечом своим, даже улыбается.

От подобного, внутри вспыхивает злость.

– Что ты такое говоришь???? – взвиваюсь я, резко отсаживаясь от Давиана.

– Да ладно Ксюш, – муж миролюбиво двигается ко мне и целует руку, – если это кто-то из Видящих, я даже не буду сильно ревновать, – произносит он какой-то откровенный бред все с той же улыбкой, хоть и несколько напряженной. Я уже неплохо стала понимать мимику и эмоции мужа и сейчас, что-то было не так.

Без понятия о причинах, почему он это говорит, но внутри поднимается буря, даже колотить начинает.

– Давиан, что ты несешь!?? – повышаю голос, резко отложив ноутбук и встав с постели довольно резко, от чего живот и спину прострелило болью.

Поморщившись, я выставила вперед руку, когда Дан тут же перестав странно улыбаться, вскочил за мной с искренним беспокойством на лице.

– Маленькая, не надо так прыгать, – голос мужа тоже изменился, стал привычным, не с теми интонациями, какие он использует в общении со всеми и с какой говорил со мной сейчас.

Именно со мной, он всегда был другим и что это была за попытка, я так и не поняла. Но если во многом, когда мне казалось, что есть второе дно или подтекст, я не задавала вопросов, доверяя и рассчитывая, что если будет что-то важное, муж расскажет, то сейчас, я не собиралась молчать.

Сложив руки на груди, я сделала еще один шаг назад.

– Давиан, что происхоит? – произношу, как мне кажется строго, но сама чувствую как подрагивает голос.

– Ничего, Ксюш, – вздыхает муж тяжело, смотря на меня мрачно.

– А что это тогда было?? – тыкаю пальцем в сторону кровати.

Дан чуть хмурится, даже взъерошивает свою блондинистую шевелюру.

– Неудачная шутка, не обращай внимания. Просто ты с таким видом сидела, будто письмо получила от того, кто тебе не безразличен.

Ощутив стыд, я нервно сглотнула. Да, так и было. Только не серьезно это было.

– Допустим, – я не развиваю тему, почему я улыбалась, было и больше не повторится, – но что за реплика о том, что ревновать к Видящим ты будешь меньше?? Что это значит? Ты расстаться решил? – спрашиваю, всматриваясь в лицо Дана. Против воли, но глаза увлажнились.

Я крепче обняла собственные плечи, понимая, что меня трясет не на шутку.

– Чегоо? – дергается муж, – как тебе в голову такое пришло? Ксюша! Нет! Черт! У меня даже мысли не было расстаться с тобой!!

– Тогда зачем ты это делаешь?

– Я, – муж будто собирается что-то сказать, но замолкает, – да говорю, шутка была дурацкая, – сморит на меня с досадой и сильным беспокойством, – правда, маленькая, не обращай внимание. Прости, – он снова делает шаг ко мне и в это раз, я позволяю ему обнять себя.

Муж бережно прижимает меня к себе, стараясь не беспокоить заклеенный живот.

– Я люблю тебя, Ксюш, – шепчет в волосы, целуя в макушку.

– И я, – отзываюсь глухо, вновь понимая, что он что-то умолчал.

Я совершенно перестаю понимать его. Он настолько внимателен ко мне, что у меня не клеится в понимании его поведение.

Все время до вечера муж как всегда внимателен ко мне, заботлив, порой даже сверх меры, но со мной он всегда такой и я успокаиваюсь. Почти. Ведь легкий червячок сомнения все еще сидит внутри. А вдруг Дану и правда надоело возиться со мной? Вдруг он понял, что поторопился?

Но муж будто чувствует, что меня одолевают сомнения, прикладывает еще больше усилий, чтобы я ни в чем не нуждалась и все посторонние мысли хотя бы ушли на второй план.

И тем не менее, мимолетно, на миг, но они все равно проскальзывали в голову. Я не представляю, как справлюсь, если он решит, что не хочет продолжать. Я не смогу.

Но дальнейшие дни смогли утихомирить мои сомнения Муж все так же никак не реагировал на других девушек, которые продолжали попытки с ним заигрывать. По-прежнему, все его внимание было сосредоточено на мне, а сам он постоянно был рядом, как и всегда. Он сам стремился коснуться меня, обнять, поцеловать и наверное, когда человек остывает, то не стремится к подобному.

Я вернулась к учебе и постепенно, все наладилось, а разрушающие мысли ушли. Не было повода. Наверное, Дан и правда просто шутил.

Уже совсем скоро лето, экзамены и конец первого курса. За несколько месяцев, что отец провел на лечении уже были заметны прекрасные результаты, не без упорного труда. Отец смог встать. Да, впереди все еще тяжелая реабилитация, но она давала результаты, а зная отца, он выложится на максимум и вернется к обычной жизни. Он уже как два месяца живет дома, чаще передвигаясь с помощью коляски, а порой, под контролем реабилитолога, с помощью костылей, он встает на ноги. С трудом, но у него выходит. По прогнозам, при худшем варианте, он будет хромать и ходить с тростью, но тем не менее, шансы, что он вернется к нормальной жизни высоки. Это несомненно радовало.

Но были и другие не менее радостные новости. Мы больше не скрывались. Духи помогли. Несколько ключевых моментов и все фигуранты дела были пойманы. Да, по-прежнему шли долгие утомительные суды, ведь там никто не собирался сдаваться, но тем не менее, отец сказал, что можно выдохнуть. Давиан и его источник информации это подтверждали. Действительно, можно было расслабиться. Правда наша служба безопасности продолжала вести строгий контроль за всеми нами, потому что мало ли, можно предпринять что-то кардинальное и из-за решетки.

Май в этом году выдался очень теплым и поэтому, все студенты все чаще выходили на улицу, между парами, после столовой, ловя теплые лучики солнца.

Мы с Даном были в их числе.

Сейчас был большой перерыв и мы, быстренько пообедав, вышли подышать воздухом.

– Эй, идите к нам, – слышим голоса одногруппников, как оказалось, они уже разместились на скамейках и весело о чем-то болтали.

Переглянувшись с мужем, мы двинулись в их сторону.

Подойдя, Дан сел на скамейку, а меня притянул к себе на колени, уложив подбородок мне на плечо.

Так мы и провели все оставшееся время перерыва и наверное, сидели бы до самого начала пар, если бы резко не испортилась погода. Солнце затянуло тучами и подул холодный пронизывающий ветер, порывистый и совсем не дружелюбный. Такая погода теперь была частой, ничего удивительного, а потому, под унылые завывания ветра и студентов, мы поспешили в сторону академии.

Подходя, я почувствовала на плечах первые капли дождя и Дан тут же крепче прижал меня к своему боку, словно старался укрыть от непогоды.

Но в какой-то момент, все изменилось. Дан замер и взглянув в сторону, хмуро посмотрел на меня.

– Ксюш, иди, я позже подойду, – произносит серьезно и я понимаю, что это снова души.

– Дан, я с тобой пойду.

– Нет, Ксюш, – Давиан редко бывает настолько серьезным и сосредоточенными и это начало беспокоить.

Но тем не менее, я послушалась и пошла в академию.

Внутри все протестующе сжималось, но я понимала, что я там не помощник, а напротив, лишнее звено.

Дойдя до аудитории, я то и дело поглядывала на телефон, который молчал, в душе было не спокойно.

– Скажи Майну, что меня вызывал ректор, – прошу старосту и сбегаю под ее растерянный недоуменный взгляд.

И вопреки желанию, я не бегу на поиски мужа, реально осознавая, что могу лишь помешать, я бегу к ректору, который еще когда-то говорил мне обращаться. И вот сейчас, я впервые планировала воспользоваться этой возможностью. Главное, чтобы ректор был у себя.

– Николай Астафьевич у себя? – я практически влетела в приемную, вцепившись в рабочий стол секретаря.

– И Вам здравствуйте, – произнесла недовольно женщина, что работала секретарем ректора.

– Да, простите, здравствуйте! – произношу сбивчиво, – мне нужен ректор. Это срочно.

Меня смеряют подозрительным взглядом, а я вздрагиваю потому что на улице влупил ливень с ураганным ветром.

– Проходите, – тем временем, секретарь уже связалась с ректором и мне разрешили войти.

– Николай Астафьевич, – произношу быстро, – нужна помощь.

Мужчина, что сидела за столом напрягается и встав, подходит ко мне, замершей среди кабинета.

– Ксения, что произошло? – он принудительно усаживает меня на стул.

– Давиан, он скорее всего увидел призрака, он был очень серьезен и отпарвил меня на пару. Но мне не спокойно, там ливень начался, и Дан, он там один. Я знаю мужа, когда приходили духи беспроблемные, он реагировал проще, но сейчас, он был слишком серьезен. Я не знаю, – я говорю быстро, тру лоб, нервно дергая одежду.

– Я понял, Ксения, – произносит тем не мене спокойно ректор и отойдя в сторону, наливает воду в стакан.

– Вы можете помочь? Отправить кого-то к нему? – я не понимала спокойствия ректора и это надо сказать, раздражало.

– Ксения, – он притягивает мне воду и я беру стакан подрагивающими пальцами, – если бы пришла душа с проблемами, я бы уже знал об этом, но духи молчат, – произносит он спокойно, всматриваясь в мое лицо.

– Но…! – я не знаю, мне хочется протестовать.

– Давиан мой подопечный, уже давно, не знаю, рассказывал ли он когда-либо, но я знаю его с десяти лет. Я был его наставником по теневому миру, потому что его родители списывали его поведения на психические расстройства и таскали по психиатрам, я же, один раз увидев, понял, что он такой же и взял над ним шефство, в тайне от родителей. И Ксения, я знаю, как работает Давиан, если бы что-то было серьезное, он бы позвал на помощь, а значит, он справляется.

Ректор все еще спокоен, отчего я тоже хоть немного, но начинаю успокаиваться. Ведь он прав, если бы там было что-то серьезное, духи бы уже передали остальным.

Выдохнув, я допила воду.

– Извините, просто я нервничаю, – произношу тихо, всматриваясь в окно, где одной непроглядной стеной льет дождь.

– Понимаю прекрасно, ведь он Ваш муж и он само собой Вам не безразличен, – произносит с улыбкой, которая резко замирает.

Ректор сам будто замирает, а глаза, только что лучащиеся теплом, становятся острыми и колючими.

Я знаю эту реакцию.

И вот снова, во мне все грохнулось вниз от страха.