Текст книги "Видящие. Скрывающиеся в тени (СИ)"

Автор книги: Лина Таб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

27.

Сегодня Мир пришел к вечеру. Как обычно уверенным движением пододвинув стул к моей кровати, он уселся рядом. Я уже вполне спокойно сидела на кровати и даже двигалась по палате, поэтому, было проще.

Дан, как только пришел Мирослав, отпросился в магазин и толи ему и правда надо было сейчас, а сам он не хотел оставлять меня одну и ждал, пока кто-нибудь придет, то ли дал нам возможность побыть вдвоем.

– Ну как ты, Ксюш? – смотрит внимательно, более мягко, уже привычно. Это не взгляд преподавателя и от подобного внимания внутри меня конечно же все млеет и волнуется.

– Хорошо. Жарко там, да? – улыбаюсь мужу, бросая взгляд на окно.

– Ужасно, – усмехается Мирослав, продолжая рассматривать меня.

Я немного робею, ведь сейчас нет рядом Дана, который несколько разряжает обстановку.

– Меня обещают выписать через 4 дня, – делюсь радостной новостью, отслеживая, признаться, его реакцию.

– Это прекрасно, – улыбается сдержанно Майн.

– Мир, – шепчу, обращаюсь от волнения к нему сокращенно и тут же пугаюсь, когда муж вновь улыбается, в этот раз более мягко, – ты же не против, что я так к тебе обращаюсь?

– Не против.

А потом, он берет мою ладонь в свою и поглаживает пальцы.

Замираю, будто застигнутая врасплох. Но мне нравится. Мурашки приятные бегают. Это первое касание такого плана и во мне все трепещет, особенного от того, что он первый пошел на контакт.

– Можно вопрос? – спрашиваю робко, ощущая дрожь и в пальцах и в теле.

– Разумеется, – смотрит немного насмешливо, будто понимает, что это вопрос ради вопроса, потому что я нервничаю.

Но его руки дарят спокойствие или я привыкаю, когда первый шок прошел.

– Когда меня выпишут, мы будем ездить друг к другу в гости, гулять вместе или, – мне не по себе от таких тем, но я вроде как взрослеть решила, и поэтому, продолжаю, – или ты переедешь к нам в квартиру?

Мир серьезнеет, взгляд становится более задумчивым. Он поворачивает голову в сторону, а я замираю, в ожидании ответа. Неужели он сам не думал об этом? Сомневаюсь, как мне кажется, он очень продуманный и наверняка уже крутил это в голове. А раз сейчас он молчит, то вероятно, он еще сам не принял решения или не знает, как будет лучше.

– Если у тебя нет ответа или ты не хочешь, так и скажи, – произношу, перевернув ладонь и уже самостоятельно сжав пальцы мужа.

Мирослав снова смотрит на меня.

– Я думал об этом, Ксюш, да и с Давианом мы обсуждали этот вопрос, – удивляет, ведь муж не говорил, что у них были беседы, – нам ведь требуется скрывать наши отношения, а квартира в оживленном районе, где много слишком внимательных соседей, это не очень хорошо. Но в тоже время, в теории я могу снимать комнату у своих знакомых, – усмехается невесело и я лишь улыбаюсь ему грустно.

Да, может снимать комнату. Так это может звучать. Сосед, Друг семьи.

– Я понимаю, – произношу грустно.

– Думаю, я могу периодически оставаться у вас, а иногда уезжать к себе. Пока, это будет к лучшему, – произносит более уверенно и когда он такой, я тут же соглашаюсь, ведь он всегда прав, – в академии нам придется делать точно так же, а уже после ее окончания, будем искать дом, где сможем жить.

– Отец обещал нам с Даном подарить дом, по завершению учебы.

Вижу, как Миру не нравятся мои слова и понимаю, что его тоже, как и Давиана цепляет, что обеспечивает нас мой отец.

– Ксюш, как я понял, у тебя очень близкие и доверительные отношения с отцом, – переводит тему, смотря серьезно, – и относительно угрозы, что висела над вашей семьей, твой отец принял факты, не задавая вопросов откуда.

– Да. Тебе тоже Дан сказал?

Муж кивает.

– Я думаю, что тебе стоит рассказать обо всем отцу. Потому что необходимость скрывать что-то будет нервировать тебя, давить, да и мы рано или поздно выдадим себя, появятся вопросы, на которые если мы не ответим, то ответы появятся сами и они будут далеко не самыми положительными.

– Я думала об этом, – признаюсь, – и если как мне кажется, он поймет и примет существование той стороны, то наличие у меня двух мужей…, – поджимаю губы и перевожу взгляд на наши руки. Моя смуглая кожа очень контрастирует с его светлой.

– И все-таки, это стоит сделать. Я могу поговорить с ним сам и так будет даже лучше, – произносит Мирослав серьезно и я понимаю, он рассчитывает взять удар и принять гнев отца на себя.

– Не надо. Я сама скажу. Просто дай мне немного времени и возможности дождаться подходящего времени.

– Хорошо, – соглашается, хмуря брови.

Я уже собираюсь задать мужу вопрос о том, что мы будем делать после академии, ведь преподаватели живут в ее стенах по полгода, как в палату входит Дан.

Я дергаюсь, скорее от непривычки, заливаясь румянцем, пытаясь выдернуть руку, но Майн не позволяет, сидит так же спокойно и лишь кидает на Дана короткий спокойный взгляд.

Дан прикипает взглядом к нашим рукам и даже улыбается, хоть немного напряженно.

– Налаживается контакт наконец, – хмыкает и чмокнув меня в губы садится на кровать.

– Ты не ревнуешь? – спрашиваю тихо, кинув на Мира панический взгляд. Интересно, он все-таки хорошо держит лицо или и правда не волнуется?

– Ревную и сильно, и поверь, наш Мирослав Алексеевич, – Давиан бросает лукавый взгляд в котором читается еще и вызов, – тоже будет тебя ревновать и сильно, но мы работаем над этим.

Перевожу вопросительный взгляд на Майна.

– Все хорошо, Ксюш, это наши заботы, – произносит спокойно.

Несмотря на то, что мне надоело находить в стенах больницы, даже это время подходит к концу. К моему сожалению, рядом со мной только Дан, потому что мы едем в машине, присланной отцом и когда мы подъезжаем к дому, я надеюсь, что у водителя нет четких инструкций от отца, проводить нас до квартиры и проверить ее, потому что Мир дожидается нас именно у нас дома. Давиан заранее отдал ему ключи и именно Мирослав должен был позаботиться о том, чтобы нам было чем обедать, да и в целом он хоть так, но встречал меня.

К счастью, нас не сопровождали, а водитель лишь уточнил, нужна ли помощь и после отказа, уехал.

Поднявшись на этаж, я неожиданно почувствовала робость и лишь теплая рука Давиана, не позволила мне затормозить перед дверью.

Войдя и закрыв дверь, я почувствовала вкусные запахи еды. Но дома было тихо. Я даже почти успела расстроиться, что Мир все-таки ушел, как вдруг он появился со стороны кухни, одетый в белые шорты и белую футболку. Босиком, такой совершенно непривычный и домашний.

Вылупившись на мужа, я просто пыталась справиться с дыханием и вспомнить, как разговаривать.

– Как доехали? – улыбнулся Мир, спокойно забирая у Дана сумку с вещами, пока сам Дан опустившись передо мной, расстегивал мои босоножки.

– Отлично. Было опасение, что охрана нас сопроводит, но видимо, указаний на то не было и все посторонние отчалили, – хмыкает Дан.

Майн улыбается уголками губ и бросает взгляд на меня. Испытывающий, почти вопросительный.

– Пахнет вкусненько, а я зверски голодный, – Дан будто намеренно не замечает моей неловкости и я почти уверена, что так и есть.

– Да, там доставка уже приехала, – усмехается Мир.

Дан подмигнув мне, шустро скрывается в ванной и моет руки, я же, неожиданно оказываюсь в объятиях Мирослава, который аккуратно прижимает меня к своей груди, пахнущей им и нотками парфюма.

– Ксюш, все хорошо, я же не кусаюсь, – я слышу в голосе его привычное спокойствие и нотку шутки.

Я же касаюсь ладонями его груди и слышу оглушающий пульс в ушах. Слишком волнительно.

– Знаю, просто непривычно. Я пытаюсь перестроиться на то, что ты мой муж, а не преподаватель и порой одно затмевает другое, а еще на фоне того, что у меня есть еще муж, я теряюсь, – тараторю быстро, так как жутко волнуюсь.

– Понимаю, – вздыхает Мир, уложив на мою голову подбородок, без давления, лишь касание, – пойдем, отметим наконец-то нашу свадьбу, – усмехается Мир и отстранившись, берет меня за руку, как делает это Дан и ведет в ванну, помогая мне вымыть руку, так как вторая у меня с ортезом.

28.

Наш маленький семейный ужин проходит на удивление хорошо. Мы снова много говорим и как ни странно, Майн в легкую вписался в нашу семью. Легко поддерживает разговор, хотя я опасалась, что разница в возрасте будет заметна, но я не ощущаю ее.

Плавно легкий разговор переходит на нашу тройку и на то, что рядом практически нет душ. Это непривычно для обоих, ведь все привыкли, что в городе их просто тьма. Но это и есть особенность связанной тройки, спокойствие. И оба моих мужа привыкают к этому.

– В больнице как-то не хотелось говорить об этом, но как определить, что мы связаны? Я например даже не была в сознании во время обряда, хотя Дан, мне рассказывал, как он проходит. Как я должна понять, что все действительно так? – я перевожу взгляд с одного мужчина на другого и неожиданно ловлю себя на мысли о том, что вдруг это не правда?

Но я тут же гоню эти мысли. У меня нет ни единой причины не верить им.

Все как-то разом замолкают, Мир смотрит вопросительно на Дана, даже немного осуждающе, а Давиан озадаченно чешет лоб.

– Блин, – изрекает многозначительно.

– Для этого нужно перейти на теневую сторону, – произносит спокойно Мирослав, смотря на меня, – не против? – он протягивает мне ладонь и я тут же вкладываю в нее свою.

Наша кухня тут же меняется и я опасливо озираюсь по сторонам. Но по мере осмотра мои брови ползут все выше и выше, я ведь рассчитывала, что находясь в городе, обнаружу в квартире парочку душ и сотни золотых и черных линий, но нашу квартиру будто давно никто не посещал. Линии были, но их было мало и они были полупрозрачными, почти потухшими.

– Ого, кажется теперь я лучше понимаю, о чем вы, – улыбаюсь, чувствуя тепло руки.

– А теперь посмотри на наши руки, – произносит Майн и я тут же опускаю взгляд на ладони, но ничего не вижу.

Но муж переворачивает наши ладони и я удивленно открываю рот, ведь на внутренней ее стороне изображен светящийся золотом символ.

– Это что, истребитель? – произношу озадаченно, касаясь пальцами символа на руке Мира и символ при моем касании тут же вспыхивает ярче, как и мой собственный.

Дан прыскает со смеху и смотрит на меня как на ребенка.

– Это остроконечная звезда, по крайней мере, так ее принято называть.

– Но похожа она на истребитель, – произношу со смешком, перевернув ладонь Дана и коснувшись и его символа, который так же сильнее вспыхнул золотом. Ничего на наших ладонях раньше не было, а значит, этот знак появился именно после ритуала, который и ритуалом то бы с натяжкой. Насколько знала, мы просто соединяли руки, а кто-то четвертый произносил фразу в произвольной форме, что-то вроде: «Соединяю в тройку, даете ли согласие?» И тут каждый должен был подтвердить свое согласие, и именно здесь не обязательно было самому произносить, зачастую рядом могла быть душа, но именно она всегда честно отвечала, согласен ли кто-то. Как в моем случае, пока я была без сознания, душа подтвердила, что я была не против такого состава. Любопытные обычаи и совсем не ясно, откуда они пошли, но главное, результат есть.

Еще какое-то время мы обсуждаем именно варианты, как появился ритуал и каким образом вычислили, что он помогает защитить. Версий было много, но чаще все сводилось именно к тому, что это была случайность. Какой-то любовный треугольник, где оказалось двое Видящих, полюбивших обычного человека.

Романтичная сказка, возможно даже имевшая под собой основание, но главное, это дало возможность Видящим создавать семьи.

– Да уж, наверное, если бы Видящие рождались только у Видящих, то есть, дар передавался по наследству, то вас было бы еще меньше.

– Скорее всего так, – произносит Дан, задумчиво смотря в окно, где уже садилось солнце, – но так детям было бы проще, их бы не считали психически нездоровыми, – голос Давиана звучит кажется безразлично, но я тут же вскидываюсь, ощутив колющие мурашки от его слов. Я помню, как относились к нему родители и лишь отдаленно представляю, какого было ребенку, который видел духов одному, а ведь ему не верили, его считали больным.

Вскочив, я тут же крепко обняла мужа, прижав к себе и Дан как-то и сам подался ко мне, будто нуждался в ласке.

– Да все нормально, – усмехается муж, но я знаю, что нет.

Когда Давиан отстраняется, я перевожу вопросительный взгляд на Мира, не знаю, имею ли право спрашивать об этом.

– Что, хочешь спросить, скольких психиатров в детстве посетил я? – смотрит пристально.

– Если не любишь эту тему, можешь не говорить, – тут же поспешно даю заднюю.

– Не люблю, как и в целом не люблю говорить о прошлом, но ты хочешь знать, а значит, я отвечу, – он говорит довольно спокойно, но в отличии от Дана, я пока не научилась понимать его, когда он закрывается.

Жду, вопросительно смотря на мужа.

– Я был как раз тем редким случаем, родившемся в семье Видящего, – произносит хмуро и я понимаю, что радости в этом не было. Переглядываюсь с Даном и вижу такое же понимание в его глазах.

– Мама была Видящей, вот только она забеременела от человека, который не то, что не понял бы, он бросил ее, как только узнал о беременности, – говорит Мир обыденно, сложив руки в замок, – до раскрытия тайны не дошло.

– Но в этом случае, если пары не случилось, ее не должно было задеть последствиями, – комментирует Давиан.

– Ее и не коснулось. Но она заболела, когда мне было 11.

Холодею от сказанного. Неужели в детский дом попал? Боже.

Вновь переглядываюсь с Даном, кажется, он подумал о том же.

– И после, ты попал в детский дом? – произносит сам Дан.

– Да. Но я был подготовлен, она дала мне понимание, кто такие Видящие.

– И все равно, Видящий или нет, провести 7 лет в детском доме это…, – восклицаю эмоционально, взяв мужа за руку и сжав его пальцы.

Но Мир лишь бросает на наши руки спокойный взгляд.

– Я справлялся.

Больше мы не касаемся этой темы и постепенно, мы сворачиваем разговоры, потому что время было далеко за час ночи.

Когда мы собираемся спать, речи о том, что Мир уедет к себе не идет. У нас есть гостевая комната, но я так же не хочу, чтобы он уходил спать отдельно.

Но как же неловко спрашивать его об этом.

Но когда Дан уходит в душ, а я помогаю Миру убрать остатки посуды, все же решаюсь. Как тогда, на кафедре, быстро, пока не передумала.

– Ляжешь с нами сегодня? – выпаливаю, но в этот раз, не зажмуриваюсь, смотрю пристально, исподлобья.

Мирослав бросает на меня короткий взгляд и поставив последнюю тарелку в посудомойку, закрывает ее.

– Да, – его ответ звучит спокойно, без удивления, без напряжения.

Улыбаюсь нервно, выдыхая.

Дан, когда узнает, что спать мы будем втроем, лишь игриво вздергивает бровь, за что получает ладонью по бедру. Какие уж там заигрывания. Не умереть бы от смущения.

Мы с Даном укладываемся первыми и это немного успокаивает. Когда в спальню заходит Мир, принявший душ, на нем лишь черная майка, в которую он переоделся и те же шорты, в которых он был.

Подозреваю, чтобы не смущать меня.

В комнате довольно темно и освещение дает лишь включенный телевизор. Но я все равно могу рассмотреть его. У него ярко выраженная талия и не грузное, но подтянутое тело, которое подчеркивает обегающая ткань, я даже умудряюсь рассмотреть очертания пары кубиков на животе, что становится для меня совсем уж открытием, ведь в повседневной жизни Мир носит более свободную одежду.

Напряженно слежу за тем, как Мир подходит к кровати, положив на тумбочку телефон и за тем, как он спокойно и уверенно снимает шорты, оставаясь в бежевых боксерах, что облегают бедра.

Сильнее прижавшись к плечу Дана, на котором лежу, я чувствую, как отчаянно краснею.

Позади проседает матрас и затем Мир укладывается за моей спиной.

Ощущаю под щекой, как напряглись мышцы Давиана, да и сама себя чувствовала как натянутая тетива.

– Это самое странное, что я когда-либо делал в жизни, – бурчит Дан, чуть сильнее прижимая меня к своему боку.

– Аналогично, – произносит спокойно Мир.

– Поддерживаю, – произношу уткнувшись носом в плечо Дана.

– Давайте фильм что ли посмотрим, – произносит Давиан и переключает канал.

Никто не возразил, ведь это был самый безопасный вариант, позволяющий отвлечься и как оказалось, расслабиться и быстро уснуть, потому что буквально через двадцать минут пригревшись, я уснула.

29.

Проснувшись утром, я оказалась в постели совсем одна. Не то, что бы я ожидала проснуться раньше мужей, ведь Дан всегда вставал раньше, да и Мир, как я помнила по нашему с ним проживанию, тоже не был таким засоней, как я. Когда я вставала, он обычно занимался завтраком и вот сейчас, ощутив в воздухе запах кофе, свежих овощей и лимона, я словила флешбэк, ведь когда я просыпалась тогда, в его квартире, Мир уже занимался завтраком, заказанным или готовил сам.

Мне нравилось, когда он готовил.

Ведомая любопытством, я поспешила на кухню, по пути обнаружив, что в ванной шумит вода, а значит, один из них моется, а второй занимается кухней.

Улыбнувшись и тут же немного покраснев, я заглянула на кухню, все-таки обнаружив там Мира. Он и правда готовил нам завтрак в виде тостов с рыбой и овощами. Кофе уже был сварен и ожидал в кофеварке на подогреве.

И так это было красиво и приятно, что я стояла тихо и улыбалась.

Вот оно то, по чему я так скучала, ровные, выверенные движения без суеты.

– Садись завтракать, Ксюш, – звучит его спокойный голос и я вздрагиваю, застигнутая врасплох.

– Эм, может тебе помочь? – все же предлагаю помощь, растерявшись немного.

Мир бросает на меня короткий взгляд и ставит тарелку с красивыми небольшим бутербродами на стол.

– Я уже закончил.

Сажусь, ощутив некоторую скованность и рассматриваю наш красивый завтрак. Он даже оформил его, вроде бы это не ресторанная презентация, но в тоже время, выглядели бутербродики действительно красивыми и аппетитными.

– Я скучала по твоим завтракам, если честно, – решаюсь на некоторое признание, подняв взгляд на мужа.

Мир же облокотился бедром о столешницу и рассматривал меня с намеком на улыбку на губах.

От неловкости нас спас Дан, влетевший бодро на кухню, словно маленький ураган и чмокнув меня в губы, упал на соседний стул.

– Пахнет божественно, чуть собственный гель для душа не съел, пока мылся, – произносит весело, рассматривая творение Мира.

Второй муж усмехается и оттолкнувшись от столешницы, разливает нам всем кофе и следом усаживается за стол.

Мне все равно неловко, что он нас кормит, но жутко приятно. Ведь например Дан тоже всегда старался приготовить завтрак, но чаще это была доставка, пусть и очень продуманная и своевременная, ведь муж не ладил с кухней. Я же умела готовить, хоть и не сильно любила, но так как по утрам Дан всегда вставал раньше, то к моему пробуждению завтрак был на столе.

А вот Мир, казалось был создан для кухни, ведь он как всегда работал спокойно, слаженно и все у него выходило таким аппетитным и манящим, что желудок сжимался в предвкушении.

– Блин, вкусно. Сказал бы кому, что мне готовит завтрак сам Майн, посмотрел бы на их лица, – ржет Дан, с аппетитом поглощая еду.

Хихикаю, кивая и поглядывая на Мирослава. Тот лишь смеряет нас насмешливым взглядом и спокойно жует свой завтрак, запивая крепким кофе без сахара и молока.

После завтрака Мир собирается домой и это несомненно расстраивает, но сегодня обещал приехать отец в гости и Мир... Черт, нахождение Мира здесь не поддается адекватному объяснению, хотя я пыталась скромно возразить, что мы можем представить его как друга. Но Мирослав был непреклонен, сказав, что не стоит недооценивать отца, у него появятся вопросы и мне придется на них отвечать.

Возразить было нечего и мне пришлось отпустить мужа домой. Звучало дико и категорически мне не нравилось.

– Надо рассказать отцу. Мир прав, – произношу грустно, когда дверь за мужем закрылась.

– Давай я поговорю с ним, Ксюш, – обнимает меня Давиан, как всегда серьезный, когда что-то касается моего спокойствия или безопасности.

– Нет, я сама. Но наверное, я не против, чтобы ты был рядом. Да и отец, скорее всего хочет со мной поговорить о чем-то, это было понятно по его словам, когда он звонил вчера. Думаю речь о нашем источнике, ведь до сих пор у нас не было возможности поговорить без свидетелей.

– Если это так, то это будет хорошей возможностью все рассказать ему, Ксюш, – произносит несколько напряженно.

Я понимаю его. Отец ведь может отреагировать непредсказуемо. Но я верю, что он не попытается разлучить нас, он будет стараться понять.

Отец приезжает как и обещал, предварительно написав сообщение, что через полчаса будет. В этом весь он, всегда внимателен, всегда предусмотрителен, он никогда не нарушал моих границ.

Зайдя в квартиру, отец крепко обнимает меня и в его глазах я вижу беспокойство. После, он приветствует Давиана. Мы усаживаемся на кухне и отец занимает стул, где совсем недавно сидел Мир.

Сперва наши разговоры легкие, о самочувствии, о наших планах восстановления, отец делится своим, а я своим. Он интересуется, как нам живется, много спрашивает, интересуется нами, не только мной, но и Даном. В этом весь он.

– Котенок, я бы хотел поговорить о той информации, которую ты мне сообщила, – неожиданно отец серьезнеет и смотрит на меня пристально, как и на моего мужа, – Давиан же тоже в курсе, я прав?

Мы с мужем переглядываемся и Дан чуть сжав мои пальцы, развернулся к моему отцу.

– Да, Юрий Иванович, я в курсе, – произносит спокойно.

Отец тяжело выдыхает, как и мы напрягаемся. Мы оба помним мою реакцию на все это.

Пауза, которая повисает между нами, лишь напрягает сильнее, похоже, никто не решается озвучить то, что изменит все.

– Знаешь, это ведь и правда был мой партнер, верный и преданный некогда, – отец не требует сразу ответа и я тихо выдыхаю, – я до последнего не верил, что это он, надеялся, хотя даже информация, добытая моими безопасниками косвенно, но указывала на него. А то, что сообщала ты, Ксюш, там было без вариантов, – отец печально усмехается, отворачиваясь к окну, – видела бы ты глаза моего начбеза, – смеется, но как-то напряженно, – когда я передал ему твои слова и сказал проверять. И ведь сработало. А потом еще.

Отец поворачивает голову к нам, рассматривая с грустью, которая сбивает с толку. Будто он знает больше, чем говорит и я напрягаюсь, ощущая как звенит от напряжения тело.

Вновь повисает тишина. Отец смотрит в мои глаза, будто пытается что-то там прочесть, хмурится, даже напрягается. Как и мы с Даном.

– Котенок, это ведь не единственный несчастный случай? – звучит неожиданный вопрос, а отец кивает в сторону моего ортеза, что фиксирует руку, и смотрит так пронзительно, с принятием и каким-то неверием что ли.

Делаю большие глаза, чувствуя как гулко бьется сердце. Я никогда не врала отцу, но все же не решилась сказать о тех случаях, ни об одном из двух. Но сейчас…Мы ведь решили быть честными.

– Нет, – произношу тихо, смотря во все глаза на отца и отслеживая реакцию.

Отец лишь коротко кивает и опускает голову, будто думает.

– Я обещал не спрашивать у тебя ничего, но наверное, сейчас стоит. Информацию о зачинщике ведь передали духи, Ксюш? – спрашивает отец еще более неожиданно, а я чуть не роняю кружку с кофе, ощущая как все холодеет внутри. Мало того, что он резко перескочил с темы, явно проведя параллели, так еще и спрашивает…но откуда он знает о теневом мире?