Текст книги "Видящие. Скрывающиеся в тени (СИ)"

Автор книги: Лина Таб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

– Ксюш, – зовет Дан обеспокоенно.

– Я не жалею, – произношу поспешно вслух, касаясь щеки Дана пальцами, – мне понравилось.

Мою руку ловят и пальцев тут же касаются мягкие губы.

– И мне, – шепчет, приподнявшись и потянув меня к себе, вынуждая устроиться у него под боком.

А я, несмотря на весь стыд и опасение, что Крис могла и слышать нас, да и вообще, то, что она знает, чем мы тут занимались, ловлю себя на мысли, что мне хорошо. Вечность бы так лежала рядом с ним.

Уснула я быстро, даже не заметив как.

11.

Наутро я проснулась от звонка телефона.

Нащупав телефон, увидела на экране имя Дана и с удивлением обнаружила, что в комнате одна.

– Проснулась?– звучит в динамике ласковый голос Давиана.

– Да, – произношу сонно, вспомнив, что между нами было и тут же густо краснея.

Заглядываю под кровать, но нет, салфеток не было, как и сдедов пребывания Дана в комнате.

Лишь новые ощущения между ног и пожалуй, в голове.

– Ты как? – спрашивает обеспокоенно. Видимо, он обратил внимание на мою заминку.

– Хорошо, а ты? – спрашиваю, ощущая некоторую обиду, что он ушел к себе, как только я уснула.

– Лучше всех! – слышу, как он облегченно выдыхает, – ты так сладко спала, что я решил тебя не будить сразу и выключил твой будильник, но уже пора собираться на завтрак, – произносит с улыбкой в голосе.

– А когда ты ушел?

– Час назад. Я завел будильник, чтобы встать раньше Крис и не смущать никого, – радует Дан, от чего я улыбаюсь, искренне, радостно.

– Я думала ночью.

– Нет, Ксюш. Я был с тобой, самого быстро отключило, Только и успел будильник завести.

Мы еще болтаем несколько минут, я думала и все это время я ощущала, как во мне все поет. Даже тело, которое все еще ощущало отголоски произошедшего. Дан обещает как всегда зайти за мной и я спокойно беру вещи и иду в душ.

В душевой я сталкиваюсь с Крис, которая как раз закончила смывать маску с волос и ожидаю, что она что-то скажет, но нет, она взглянула на меня как обычно и ушла в комнату.

В комнате, пока мы обе быстро одеваемся, Крис по прежнему ведет себя так же как и всегда. А мне все равно хочется от стыда под пол провалиться. Хотя может для нее секс под одеялом, когда в комнате кто-то есть и вполне нормален.

Но с другой стороны, если ее это не парит, почему должно меня? Но если вспомнить, что я шептала, она могла узнать, что это был мой первый раз.

Скрипнув зубами, я постаралась успокоиться. Ну и что с того? Первый так первый. У всех он случается, у кого-то раньше, у кого-то позже.

Кажется, мне удалось прийти к компромиссу с собственными муками совести, особенно после того, как у нас вновь распахнулось окно. И ведь никакие замочки и щеколды не помогают.

За завтраком на меня тоже никто косо не смотрит. Крис болтает со своими подружками и ни одна из них так же не смотрит в мою сторону, а значит, Крис ничего не разболтала.

– Тебя что-то беспокоит? – склоняется ко мне Давиан, взволновано рассматривая.

– Не то, чтобы…, – прикусываю губу, смотря виновато.

– Ты все-таки желаешь? – спрашивает напряженно.

– Нет!! Просто, опасаюсь, что Крис могла услышать лишнего и разболтает, что это было впервые, и вообще, разболтает подробности, а мне неловко. Я не уверена, что она спала, – я все-таки стараюсь говорить честно, хотя самой крайне стыдно произносить подобное.

Дан хмурится и тяжело вздыхает. Его большая красивая ладонь тянется ко мне и накрывает мою.

– Ксюш, я попросил парочку душ присматривать за Крис и пока она ни разу никому нигде не намекнула на произошедшее.

Улыбнувшись облегченно, я прижалась к плечу Дана щекой. Хорошо, что он в столовой всегда садится рядом, а не напротив.

– Но даже если растреплет, то не парься. Ничего стыдного между нами не было.

– Тогда все узнают что самый популярный парень в универе ждал ни один месяц, чтобы уложить в постель свою девушку, – выдаю резко, опустив взгляд в тарелку.

– И что? Если бы понадобилось, я бы еще столько же подождал, – произносит Дан.

– Я до сих пор не понимаю, почему я, – шепчу тихо.

– Все как я и говорил. Мне слишком понравилось держать тебя за руку, – произносит серьезно, – но если быть совсем честным, мне изначально шепнули души, что тебе требуется защита и помощь, поэтому я и появился там, встретил тебя и повел в комнату, – ошарашивает Дан, – у меня даже в планах не было встречаться с тобой. Но мне и правда понравилось держать тебя за руку, больше не хотелось отпускать.

– Вот как, – произношу задумчиво, – значит тому, что мы вместе способствовали духи.

– Они просто ускорили знакомство, Ксюш, – произносит серьезно, закинув руку на спинку моего стула и поглаживая пальцами плечо, – а я уверен, что в итоге все равно бы обратил на тебя внимание.

– Ты сам сказал, что не захотел отпускать, только когда взял за руку, ты мог этого и не сделать и тогда не факт, что обратил бы на меня внимание в принципе.

– Значит, меня зацепило бы что-то другое. Я схожу от тебя с ума, Ксюш, правда, – произносит жарко, целуя в мочку уха.

Покрывшись мурашками, я улыбнулась и постаралась отстраниться, потому что щекотно и все смотрят.

– Мне тоже очень хорошо с тобой и совсем не хочу быть без тебя даже недолгое время, – признаюсь хотя бы так в своих чувствах.

Дан самодовольно улыбается и все-таки притягивает меня, целуя в губы.

– Ну смотрят же! – шепчу протестующе, отталкивая ладонями.

Дан смеется и возвращается к завтраку.

– Дан, – зову, вспомнив еще кое-что.

Давиан кидает на меня взгляд и вздергивает вопросительно бровь, скрывая лукавую улыбку за чашкой с кофе.

– В тот вечер, когда, – я облизываю губы, чувствуя, как по телу закружил холод, – когда мы расстались…мне показалось, что в тот момент там были души. Я не знала тогда, куда ты бросил взгляд, но сейчас вспомнив, почти уверена, что у нас был третий, – произношу напряженно, замечая, как взгляд Давиана мрачнеет.

– Там был третий, Ксюш, ты права. И он сказал мне отступить от тебя, дать пространство, дать время. Ты слишком сильно растворялась во мне, а это плохо. У тебя должны были быть свои мысли и свои желания и для этого требовалось время. Без меня. Это было самое отвратительное время, но я понимаю, что оно действительно было нужно.

Кивнув и натянуто улыбнувшись Дану, я чмокнула его в щеку и поспешила закончить с завтраком, стараясь уложить в голове очевидные факты. Если я буду с Даном, рядом с нами всегда будут души и зачастую они будут тем третьим звеном. А значит, если я и правда собираюсь быть с Даном, то мне стоит принять факт существования теневой стороны, призраков и все, что с ними связано. Тем более, я в очередной раз убеждаюсь, что они часто напротив стараются помочь, пусть и своим своеобразным способом.

Эти мысли крутились в моей голове весь день, из-за чего я даже умудрилась нарваться на недовольство Кощея. С доской позора я справилась, но даже она не смогла изгнать все то, что крутилось в голове.

Так что, уже после пар, нервно выдохнув, и сильнее сжав руку Дана, пока мы шли на ужин, я решилась впервые взглянуть на то, от чего отрешалась с того самого момента, когда упала в обморок.

– Дан, покажи мне снова теневую сторону, – шепчу тихо.

Дан резко тормозит, развернувшись ко мне и смотря тяжелым взглядом в мое лицо.

Его ладонь, что держит мою на миг крпеко сжалась, а сам Дан сжал челюсть.

– Ксюш, не надо, – выдыхает вымученно.

– Дан, я готова, правда. Просто, – я делаю шаг к своему парню, утыкаясь носом ему в шею, – я весь день кручу в голове сказанное тобой и понимаю, что если я с тобой, то теневой мир будет тесно связан с нами. А значит, мне стоит начать привыкать к нему, а не делать вид, что его не существует. Уже прошло достаточно много времени с того раза.

Давиан шумно выдыхает и сжимает меня в объятиях.

– Ксюш, я боюсь. Правда. Я и так до сих пор виню себя за тот раз.

– Зато, ты был честен, – поднимаю взгляд и заглядываю в обеспокоенные зеленые глаза.

Дан прикусывает губу, неуверенно поглядывая в мою сторону. Вижу, в нем борются два чувства.

– Но если станет страшно или почувствуешь недомогания, сразу скажи или отпусти руку, – произносит эмоционально.

– Хорошо, – киваю, нервно улыбнувшись.

Конечно же мне было страшно, но я понимала, хоть немного, но понимала, на что решаюсь. И если Дан не видит угрозы, значит ее нет.

Дан все еще держит меня за руку, но тут резко, мир вокруг меняется. В глаза бьет яркое золотой свечение и я зажмуриваюсь, ощущая, как пульс отчаянно бьет по вискам.

– Все хорошо, Ксюш, сейчас здесь никого, – произносит напряженно Дан, хотя слышу по голосу, старается говорить легко.

Медленно открываю глаза, вцепляясь сильнее в надежную руку.

Коридор академии покрыт десятками золотых линий, горящих так ярко, что слепят, и тех, что затухают уже, оставляя едва заметные очертания. Слишком светло, слишком ярко. Моя рука тоже светится, как и Дан, окутанный этим светом. Но он такой же, привычный, мой.

Сглотнув, я даже постаралась улыбнуться.

Кучи снующих студентов спешат мимо, направляясь в столовую или из нее и среди этой толпы, таких же как я, будто тусклых в этом ярком мире, я даже замечаю одного, окутанного золотым свечением.

– Видящий, – улыбаюсь нервно, проследив, как тот парень скрылся в стенах столовой.

– Да, – шепчет Дан в ответ, наблюдая за мной, словно боясь, что я убегу с криком.

Дальше мы идем не спеша. Я рассматриваю бесконечные линии и понимаю, что привыкаю и к яркому свечению и к осознанию, что это пути, где двигались души. Они точно так же направлялись в сторону столовой, а может и из нее, касались пола и стен. Даже немного потолка. Но потолок был почти чистым, темным, в отличии от пола.

Дан распахивает тяжелые двери столовой и когда мы входим в шумное помещение, я никак не ожидаю, что прямо передо мной, резко, словно из ниоткуда возникнет силуэт.

Пискнув, я замерла как мышь, успев услышать как чертыхнулся Дан.

– Не бойся, это Иван, – произносит напряженно Дан.

– Мгм, – я все еще стою замерев, с ужасом рассматривая полупрозрачный полностью золотой силуэт. Дух немного горбится, взгляд пустой, лицо насколько могу рассмотреть неровное, будто изъеденное оспой. На макушке залысина, а на затылке редкие волосы топорщатся в разные стороны. В нем сложно рассмотреть часть черт, но я вижу, что он одет в широкую рубашку завязанную веревкой на поясе и штаны, заправленные в высокие сапоги.

Дан стоит рядом, обнимая меня, он уже отвел меня чуть в сторону, чтобы мы не привлекали к себе внимания. Бросив на него взгляд, поняла, насколько он напряжен сейчас.

Призрак тем временем продолжал стоять на том же месте, хотя если взглянуть на ноги, скорее парить, а не твердо стоять на ногах, и смотреть на меня, ведь даже когда мы отошли, он повернулся к нам.

От того, что он это делает, мне становилось не по себе.

– Они всегда так делают? Пялятся? – шепчу дрогнувшим голосом.

– Часто, – шепчет в овтет Дан.

Иван тем временем медленно, слишком медленно поворачивает голову чуть в бок и растягивает тонкие губы в какой-то жутковатой улыбке, где зияют кривые редкие зубы.

Кажется, во мне проснулись первые предвестники паники, но я упорно смотрела на духа. Привыкнуть. Мне надо привыкнуть. Иван добрый.

Я снова обвела взглядом столовую. Никому до нас не было дела, все поглощали ужин, весело болтали, но зато, я столкнулась взглядом с тем самым Видящим, который напряженно поглядывал в нашу сторону. На меня и на Ивана. Я даже улыбнулась тому парню, хоть и вышло несколько натянуто, а он ответил понимающей улыбкой в ответ.

Во всей этой куче золотых линий, я не сразу увидела, что здесь есть кто-то еще, а он был. Они.

Еще несколько призраков. Они медленно бродили вдоль столов, порой, проходя сквозь ничего не подозревающих студентов, а иногда, исчезали и появлялись вновь. Все их действия были несколько заторможенными и надо сказать, пугали до жути.

Спина уже была мокрой, а колени подрагивали.

– Хватит, Ксюш, – произносит Дан, обрывая свечение и погружая нас в непривычную темноту.

– Нет. Я хочу привыкнуть, – произношу нервно и дергаю Дана за руку.

Свет возвращается и я тут же понимаю, что Ивана уже нет. Он исчез так же тихо как и появился.

– Ты дрожишь, – констатирует Давиан недовольно.

– Мне жутко, но я хочу еще. Я привыкну, правда.

Улыбнувшись натянуто, я потянула Дана к столику.

Усевшись и сделав заказ, я продолжала держать Дана за руку, а он продолжал показывать мне теневую сторону, явно недовольный происходящим.

Но я и правда привыкала.

И хоть я даже близко не была спокойной, могла контролировать свой страх. Я справлялась. Точно справлялась, тем более призракам не было никакого дела до меня. Да и останавливались они, смотря на студентов пустым взглядом где-то в отдалении. Подозреваю, не без помощи Дана.

Мы уже закончили ужин и встав, направились в комнату.

– Ты как? – спрашивает обеспокоенно Дан.

– Держусь, в обморок падать не буду, – улыбаюсь напряженно. Здесь душ не было, но тело, что находилось в напряжении и стрессе, ожидало, что в любой момент дух появится прямо передо мной.

– Может, хватит, – произносит взволнованно.

– Пока нет. Я уже настроилась. Если я буду бояться, никогда не смогу привыкнуть.

– Можно же ведь понемногу.

– Нет, – упрямствую.

Идя в сторону комнат, совсем немного отвлекшись, я чуть не врезалась в возникшее золотое призрачное тело. Дан успел резко дернуть меня в строну, и я обошла его.

Обернувшись, поняла, что дух, возникший передо мной, не такой как все.

Его голова повернута в сторону под неестественным углом.

– Оооннн, – я даже не могу произнести слов.

И наверное, я и правда грохнулась бы в обморок, ведь видеть призрака, которому судя по всему когда-то свернули шею, было то еще удовольствие, но именно в этот момент, мой взгляд цепляет другой силуэт.

Майн.

12.

Он быстрым уверенным шагом идет в нашу сторону и именно в этот миг, он встречается со мной взглядом. Мой перепуганный и его острый, проницательный.

Он быстро прослеживает мой взгляд, направленный на призрака, потом переводит взгляд на наши сцепленные с Даном руки.

Его взгляд полыхнув раздражением, возвращается к призраку, после чего, тот исчезает, резко, будто и не было, но я успеваю увидеть, как Майн странно шевельнул по кругу кистью руки.

Пройдя мимо нас, Кощей осуждающе взглянул на Дана и пронесся фурией дальше.

А я так и стояла открыв рот, забыв про дикий страх и панику и смотрела вслед Майну, чье тело было частично окутано золотым свечением.

– Он…

– Да, Ксюш, и он, – вздыхает сбоку Давиан, – ругайся сколько хочешь, но на сегодня хватит, – произносит устало Давиан и тут же, все линии гаснут, погружая светлый коридор во мрак. После света золота, обычные диодные лампы кажутся мне совсем тусклыми.

Тело Майна тоже перестает светиться и я лишь провожаю его спину взглядом до тех пор, пока он не скрывается за поворотом.

– Куда он отправил того? Ну, со свернутой шеей. Он ведь это сделал? Мне не показалось?– поворачиваюсь заторможено к Дану.

– Не показалось. Он его выкинул куда-то на задворки территории академии, – произносит Давиан напряженно, – у нас запрет от ректора отправлять за грань души, что остались в академии.

– Зачем Майн это сделал? – произношу, понимая, что вообще не ощущаю трезвости сознания. Будто нахожусь в шоковом состоянии.

– Из-за того, что он тебя пугал, полагаю, – произносит задумчиво, хотя в голосе прорезывается напряжение.

– Вы все так можете?

– Да. Когда душа несет что-то плохое, может быть опасна, когда она не светится золотом, мы принудительно отправляем их туда, куда они и должны уйти, за грань. Но тех, кто не несет угрозы, объят золотым свечением, мы не трогаем, если только они не просят помочь уйти. В случае, когда душа в конкретном месте не уместна, мы просто отправляем ее в другое место, подальше.

– Ты не говорил, что есть те, что опасны, – произношу задумчиво, понимая, что начала приходить в норму.

– Это те, кто совершил что-то плохое, или с кем совершили плохое, это всегда влияет на человека, на психику, на сознание, такие души становятся черными, или частично черными. Они не несут угрозу, но вынуждают быть осторожными и могут создать некоторые трудности. Здесь таких нет.

– А тогда почему Майн не весь окутан свечением? Он тоже что-то совершил? Это как-то отражается на Видящих тоже? – вспоминаю, как золотой контур, что окутывал Кощея, был словно порван в нескольких местах и там, где должна была светиться ровная линия, словно зияла пустота.

Эта мысль неожиданно пугает. Но не стали же бы брать преподавателя, совершившего преступление только потому что он Видящий, а ректор собирает таких?

– Как я сказал, это не обязательно должно быть что-то плохое в отношении другого человека. Порой это случается, когда человек разбит настолько, что теряет самого себя. Случается что-то, что меняет личность, меняет сознание. То есть, это что-то, что повлияло на человека настолько, что поменяло его, частично или полностью погасив внутренний свет, – произносит Дан с сожалением, не спеша ведя меня в обратную от комнат сторону,– давай прогуляемся, у тебя ведь появились вопросы.

Киваю, задумавшись о Майне.

– То есть, с ним что-то произошло?

Давиан кидает на меня опасливый взгляд.

– Он пытался покончить с собой, – произносит хмуро Дан.

– Боже…, – я прикрываю ладонью рот, ощущая, как тело бросает в испарину, а затем, меня окутывает колючим холодом.

– Его успели спасти? Или передумал?

– Не знаю, Ксюш. Души многое говорят нам друг о друге, порой ненамеренно. Я знаю лишь, что он делал попытку разбиться на машине. Полагаю, его успели спасти, а не он сам передумал, потому что после, насколько мне известно, он провел пару месяцев в больнице, а когда пришел в норму, пришел в академию преподавать. Скорее всего, по протекции ректора, ведь он часто так делает, привлекает Видящих сюда.

– Не понимаю, что такого могло произойти, что взрослый, как мне кажется, уравновешенный, логичный, молодой мужчина решил свести счеты с жизнью, – произношу удивленно.

– Не догадываешься? Помнишь, ректор говорил о том, что не все принимают нас? Как думаешь, что случается, если близкий человек, узнав правду, не готов принять?

– Она ушла от него? Не смогла выдержать правды? – выдыхаю шокировано, осознав эту мысль.

– Не знаю подробностей, души шепнули лишь, что она не смогла принять теневую сторону, хотя пыталась. В тот вечер, когда они поругались и она ушла от него, не справилась с управлением и вылетела с трассы. А он потом пытался разбиться на том же самом повороте, где разбилась и она.

– Ужас какой. Теперь я хотя бы понимаю, почему он такой мрачный, – мне было некомфортно думать о подобном, а еще, я жутко сочувствовала ему.

Неужели он настолько ее любил, что в отчаянии решил уйти из жизни? Или может, он винил себя?

– Да, Ксюш, – произносит Дан хмуро, постоянно всматриваясь в мое лицо.

– Я не совершу ничего подобного, Дан. Я приняла тебя, приняла твой дар и мне просто надо привыкнуть. Но мы справимся, слышишь? – произношу эмоционально, останавливаясь и обнимая своего парня, что будто ждал, когда я выскажу сомнения.

– Спасибо, маленькая, – шепчет горячо, сжав меня в крепких объятиях в ответ.

Последующие несколько дней я не решалась перейти на теневую сторону, а Дан и не предлагал. Видимо, мне как всегда требовалось время для того, чтобы уместить эту информацию в себе.

Дан и ректор были правы, когда говорили, что мне будет сложно воспринимать как обычного преподавателя Видящего, ведь теперь, я будто иначе смотрела на Майна, а он это замечал. Он вообще очень внимательный к любой мелочи и мое внимание несомненно его злило. Но как ни странно, он ни разу не заговорил со мной об этом, ни предупреждений, ни угроз, ни наказаний. Ничего. Дан тоже удивлялся, но предполагал, что Майн все же делает поблажку мне как девушке Видящего, что только начала привыкать. Понимал, что мне тяжело и не давил. Возможно, это было частичным отражением того, что случилось в его жизни. Именно поэтому, он меня не трогал. Знал по себе, какого это.

Возможно, так оно и было. Но я правда старалась не пялиться на него. Но не выходило. Взгляд против воли сам скользил по очертаниям его высокой фигуры, обтянутой идеально сидящим костюмом, порой скрывающимся под полами преподавательской мантии.

И все же, я старалась. Но его история вызывала во мне бурю эмоций, где преобладало сочувствие и желание поддержать его. Сказать, что не все такие, как она, что он еще молодой, красивый, умный, что он сможет найти ту, что примет его целиком. Но конечно же, я бы ни за что не решилась бы подойти и озвучить подобное, да и очень сомневалась, что он вообще хотел бы слышать что-то такое от студентки, которая его ко всему прочему жалела.

Но тем не менее, я мысленно желала ему найти свое счастье, желала, чтобы он перестал быть таким колючим и закрытым, желала, чтобы ему было к кому возвращаться. А ему скорее всего не было, ведь он как и все преподаватели и студенты, весь семестр жил в стенах академии и выпустят нас всех отсюда только после окончания семестра.

Но я и подумать не могла, что выйти отсюда мне придется немного раньше.

Сегодня была суббота и занятий у нас было довольно мало. Последняя пара была легкой, да и в будущем нас ждал по ней зачет, а мне скорее всего светил автомат.

Настроение было приподнятым, ведь сегодня Крис порадовала меня тем, что комната будет свободна, а сама она будет ночевать у какого-то парня. Совсем не того, с которым она ночевала когда-то. Ее беспорядочная личная жизнь была не моим делом, я лишь радовалась, что мы с Давианом сможем остаться вдвоем, потому что с того раза, когда мы с ним перешли черту и стали близки, у нас не было возможности повторить подобное, хотя Давиан частенько мог утянуть меня за угол и завести так, что коленки подкашивались. Мне нравились эти урывки и даже тот факт, что после приходилось идти на пару и сводить ноги, не могли отбить желания повторять подобное снова и снова.

И вот наконец, Крис ушла, а я написав Дану, что комната свободна, уже тряслась в предвкушении. По телу гуляли первые отголоски желания и я поспешила к зеркалу, чтобы еще раз убедиться, что все хорошо. Волосы аккуратно уложены, кожа смазана кремом, а ноги гладко выбриты.

Улыбнувшись, я рассматривала в зеркале свое отражение. Большие карие глаза, еще по-детски наивные блестели предвкушением, зубы прикусывали пухлые губы, от чего те стали более яркими, на смуглых щеках все-таки немного поступал румянец.

Меня устраивала моя внешность, хотя порой у меня возникало желание быть такой как Крис, эффектной, фигуристой, соблазнительной девушкой. Я же все еще напоминала себе девочку. Ведь телосложением я была достаточно худой, грудь едва доходила до двоечки. Но Дан всегда смотрел на меня так, будто я единственный центр его вселенной и тогда, все глупые мысли улетучивались. Он не с такой, как Крис. Он со мной, он именно мне доверил свою тайну и это несомненно придавало уверенности в том, что мы будем весте. Ведь для них это и правда не шутка.

Нервно выдохнув, я взглянула на дверь. Дан задерживался. Обычно он очень быстро преодолевал расстояние между нашими комнатами.

Но вместо стука, вновь резко распахнулось окно, с грохотом ударившись створкой о стену. Обычно они более аккуратны.

В лицо ударил поток морозного воздуха и я поспешила захлопнуть створки.

К сожалению, щеколда, что была приделана наверное в сотый раз, вновь отлетела, а значит, пока не починят, окна будут распахиваться даже от сильного ветра.

– Ну что же вы такие не аккуратные-то, – сокращалась, поднимая с пола поверженный в неравной битве с призраками замок и положив его на деревянный подоконник, еще раз плотно вдавила оконные створки.

Осмотревшись, прикидывала, кого из них занесло ко мне. Надеюсь, не того, что со свернутой шеей. Я не боялась уже так отчаянно, но было не по себе находиться наедине с призраком, которого я вдобавок не видела.

И вот, наконец-то распахивается дверь в комнату, являя того, кого я с таким нетерпением ждала.

Забыв о призраке, я с улыбкой развернулась к двери, встречая Дана, но столкнувшись с его взглядом, моя улыбка резко сползла с лица.

– Ксюша…, – шепчет сдавленно.

Он не успевает ничего сообщить. Раздается звонок моего телефона.

Трясущимися руками, я подхватываю телефон и чувствую, как краска покидает мое лицо.

Номер принадлежал одному из охранников отца. Никто из них ни разу не звонил мне, пока я была в академии, лишь отец, а значит…

– Алло, – шепчу дрожащим голосом, вперив в лицо Дана отчаянный взгляд.

Дан стоял напротив меня и даже по застывшему выражению на его лице, я не сомневалась, что-то случилось и это что-то, связано с неожиданным звонком охранника.

– Ксения Юрьевна, Ваш отец упал с высоты на одном из объектов. Он в тяжелом состоянии, вместе с ним был и Игорь, он не выжил, – отчитывается почти холодно, в его привычной манере. Но этот человек был предан отцу. Я не могла сомневаться в его словах.

Колени тут же подгибаются.

– Ксюша, – ко мне бросается Дан, а я слышу лишь звон в ушах.

Покушение. Снова.