Текст книги "Видящие. Скрывающиеся в тени (СИ)"

Автор книги: Лина Таб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

2.

– Зайду за тобой вечером, ок? – спрашивает мягко Давиан, проводив меня в комнату после пар.

Как ни странно, он делал это уже на протяжении целой недели и кажется, не испытывал проблем на этот счет. По утрам он все время ждал меня у двери комнаты, в течение дня постоянно был рядом, почти не оставляя одну, а вечером провожал обратно. И вот сегодня, он предложил погулять вечером, сразу после ужина. Это было впервые, ведь на улице наконец потеплело и мы имели возможность не сидеть в комнатах, а подышать воздухом.

– Ок, – улыбаюсь своему фальшивому парню, прикрыв глаза, когда он склонился к моему лицу, чтобы оставить короткий поцелуй в уголке губ.

Я уже стала привыкать к его присутствию. Оно было комфортным, а его ладонь, что постоянно сжимала мою, уже ощущалась привычной, ведь я знала каждую линию, каждую шершавость или мягкость, каждый мозолик и даже заусенец. Я выучила его руки наизусть.

Но разве это нормально? Ведь когда ему надоест, мне будет больно. Но я не могла отказать себе в этом. Пусть не настоящие, но это были первые мои отношения. Я впервые так подолгу находилась рядом с парнем, который мне нравился, и я впервые могла позволить себе касаться его.

Нехотя отпустив его, я недоуменно уставилась на раскрытое нараспашку окно. И пусть сегодня было достаточно тепло, в отличии от предыдущих дней, но все-таки, это был перебор. Да и странно на самом деле, я не замечала, что Крис любительница выветривать наше жилище. При мне она никогда ничего не открывала.

Но тем не менее, окно было открыто.

– Крис, ты разве открывала окно перед уходом? – спрашиваю соседку, вошедшую следом и с недовольным видом принявшуюся закрывать створки.

– Это не я. Они постоянно открываются, пока никого нет. Как специально, – произносит она слова, от которых мне становится не по себе, – при реконструкции решили оставить оконные рамы в почти первозданном виде, чтобы сохранить архитектурную целостность хотя бы внешне. Вот теперь все мучаются, а стоило бы заменить это унылое старье, – произносит недовольно.

Киваю, приняв к сведению. Пожалуй, логично. Здание ведь довольно старое.

До вечерней прогулки я дописываю оставшиеся лекции, за которые ручался перед Кощеем Дан. По двум другим предметам я их уже переписала и предоставила преподавателю на проверку и вот завтра оставался третий предмет, на который я так же попаду впервые и мне надо сказать, было страшно, ведь до сих пор я каким-то чудом не нарвалась на реферат, дополнительные вопросы и доску позора, коей окрестили выход отвечать другие студенты. Но я старалась, действительно старалась прилежно себя вести, все записывать, отвечать на вопросы и не отвлекаться. Да и Дан тоже. Он сдал свой реферат и от него почти отстали, спрашивая только по пройденному.

И что еще заметила, как бы не проклинали Мирослава Алексеевича студенты, он все равно пользовался популярностью у девчонок. Если на парах все ведут себя прилежно, даже иногда рвутся отвечать у доски, то после пар начинаются заигрывания, которые Майн совершенно игнорирует, более того, если кто-то не понимает этого игнорирования, на следующую пару как правило получает выход уже к доске позора и адский допрос по всем темам. Я бы например после такой параллели, близко бы не подошла к Майну, но одногруппницы, да и с других групп тоже, продолжают свои попытки. Я слышала, чем они это обосновывают, ведь сплетницы это прекрасный источник информации, поэтому, я была в курсе, что Майна хотят окрутить больше с азартной стороны. Найти слабые точки и доказать, что он такой же, как и все. Что значит, как и все, я не очень понимала, но полагаю, дело имело интимный характер. Что ему присущи такие же слабости, как и остальным. Смысла я правда в этом не видела. Для чего спать с кем-то, чтобы только доказать, что он такой же человек как и остальные, а все его принципы не такие уж и жесткие? Это странное желание. Поэтому, я больше понимала тех, кто хотел получить Майна как привлекательного мужчину. Это хотя бы было более приземлено. Хотя опять же, для чего? Ведь Майн, как и большинство преподавателей академии явно не их статуса, а такие вот девочки скорее всего в будущем выйдут замуж на мужчин своего круга. Более статусных и более финансово обеспечанных. Это я уже тоже уяснила давно, любовь мало кого интересует, здесь ее измеряют цифрами на счету и статусом родителей.

И это была еще одна причина, почему я до конца не допускала мысли о том, что Дану я просто нравлюсь. Именно поэтому, я старалась воспринимать его как защитника, но давалось это все сложнее и вот как обычно за последние дни, открыв дверь комнаты, я ощутила, как мой пульс улетел в космос, а ноги стали ватными, а все потому, что на пороге стоял Дан, одетый в рваные джинсы и белое худи и улыбался.

Когда он улыбается, то меня согревает персональное солнышко.

Нет, это все-таки не нормально. Конечно, стоило бы поговорить с ним. Задать вопрос прямо, но каждый раз, когда я собиралась это сделать, у меня язык к небу прирастал. Вот сейчас он ответит, что всего лишь опекает меня, создавая видимость отношений и защиты и все, я не буду знать, что делать. Поэтому, я продолжала пребывать в светлом неведении и периодически одергивать себя, чтобы не привязываться.

– Идем, кнопка, – улыбается ласково Давиан, и я в который раз убеждаю себя, что нельзя так играть. Он ведь настоящий.

Но будь я с другого мира, наверное, я смогла бы поверить во все это, а так, я знала в том числе и цену таким улыбкам, когда люди чего-то хотят.

– Привет, – отвечаю с улыбкой и вкладываю свою маленькую ладонь в его большую, с длинными пальцами. Его кожа намного светлее, несмотря на загар. А когда он сойдет, контраст в цвете будет еще более заметен. Но смогу ли тогда держать его так же за руку?

– Ксюш. Ты чего такая загруженная? С конспектом не разобралась? – останавливается, встав напротив меня и приласкав костяшками пальцев мою щеку.

– Нет, что ты, с конспектом все понятно. Майн на удивление понятно объясняет, а ты не страдаешь корявым почерком, – улыбаюсь, смотря заворожено в зеленые глаза.

Кажется, в них я тоже запомнила каждую крапинку.

А что, если он сейчас поцелует меня? Вполне возможно, ведь его взгляд блуждает по моим губам.

Непроизвольно облизнув губы и приоткрыв рот, я почти поддалась моменту, о котором скорее всего желала бы после, ведь так, я бы еще сильнее привязалась к моему фальшивому парню.

Но Дан неожиданно резко перевел взгляд куда-то за мою спину. И что успела заметить, этот взгляд стал тяжелым, острым, холодным.

Давиан притянул меня к себе ближе, обняв за спину и будто защищая.

Обернувшись, с удивлением обнаружила Майна, одетого в темно-серое пальто до середины бедра и как ни странно, джинсы с массивными черными кроссовками, вышедшего откуда-то из зоны парка. А парк здесь очень большой и густо засажен деревьями.

И ладно бы, там тоже гуляют, ведь там есть даже несколько скамеек. Но меня зацепило, что Дан, будто вел короткий немой диалог с Кощеем. Будто что-то спрашивал, а Майн, коротко качнув головой, почти незаметно, ушел в сторону жилого преподавательского корпуса.

– Что-то не так? – спрашиваю настороженно, ощущая, как под моими ладонями постепенно расслабляются мышцы.

– Нет, Ксюш, все хорошо, – Дан вновь посмотрел на меня более тепло, словно и не было этих переглядываний.

– А что это тогда было? – все-таки задаю вопрос.

– Что именно? – произносит, улыбнувшись, будто пытается отвлечь меня.

Но у меня за последние полгода не слабо прокачалась бдительность и паранойя заодно.

– Вы с Майном будто переговаривались молча.

Дан вздергивает иронично бровь и ухмыляется.

– Я всего лишь спросил, все ли ок, слишком уж он мрачный был, – произносит вроде бы честно, – простая вежливость.

– Он всегда такой.

– Может быть, но в любом случае, все в порядке. Не забивай голову, мало ли, что у него на уме, – улыбается Дан, а мне почему-то кажется, что он что-то недоговаривает, хотя выглядит как обычно.

Я собираюсь задать еще вопрос, но вдалеке раздается раскат грома и начинает накрапывать дождь.

– Вот и закончилась хорошая погода, – хмыкает Дан, и сцапав мою руку, быстрым шагом направляется в сторону корпуса.

Больше я не задаю вопросов, ведь Дан быстро провожает меня до двери комнаты, целует в щеку и уходит, оставив одну вариться в этих самых вопросах.

– Это что? – спрашиваю недоуменно у Крис, что переписывается с кем-то в телефоне с соблазнительной улыбкой.

На моей кровати лежит небольшой набор сладостей. Маленькие шоколадки, конфеты с разными начинками, переложенные серпантином и накрытые прозрачной крафтовой крышкой.

– Что? – поднимает голову Крис, вопросительно глядя на меня.

– Спрашиваю, откуда конфеты?

– Ааа. Это от Стасика.

– Какого Стасика? – спрашиваю недоуменно.

– Ну блин, как какого? С параллельной группы, – объясняет, на что я лишь непонимающе хмурюсь, – ну Стас, такой высокий, субтильный брюнет. Кареглазый. Мы с ним в одном потоке часто сидим.

Кажется, я припоминаю этого Стаса, который всегда приветствовал меня с улыбкой, стоило нам перепечься. Я конечно же приветствовала его в ответ и улыбалась больше из вежливости, потому что рядом всегда был Дан и я не собиралась даже пусть и фиктивного парня, но предавать. Если у нас видимость отношений, то даже тут я буду верной.

Взяв упаковку конфет и раскрыв ее, с улыбкой рассматривала содержимое. Я знаю кофейню, где собирают под заказ такие наборы. Видимо, у него было с собой, потому что к нам не пускают никого, только по спецразрешению от ректора в особенных случаях.

Поднявшись, я положила ее в ящик в шкафу.

Закрыв створку двери и обернувшись, в мое лицо тут же шарахнуло сильным порывом холодного ветра с листьями и каплями дождя.

Шторы взмыли вверх от раскрывшихся створок окон.

– Ну вот блять, опять!!! – вскочила раздраженная Крис, принявшись закрывать окно, створку которого упорно сносило сильным ветром.

Опомнившись, я подскочила ей помочь и мы вдвоем с трудом, но захлопнули их. Сразу стало тихо, а мы начали отряхиваться от мусора, влетевшего в окно.

Особенно Крис, ведь ей досталось больше, в том числе и ее идеальным волосам.

Она не скупясь в выражениях, выдергивала из волос мусор.

Я же, осталась у окна, всматриваясь вдаль. Дождь частично скрывал обзор, но все же, было заметно, будто вдали, там в темноте парка, на который и выходили наши окна, кто-то бежит.

– Там кажется, что-то случилось, – произношу тихо.

Крис перестает спасать волосы и подходит ко мне, и я тут же показываю ей туда, куда стекаются люди.

– Похоже. Щас, – она тут же хватается за телефон и что-то усердно пишет, – там кому-то по голове сломанной веткой прилетело, – произносит хмуро.

Сглотнув и почувствовав, как по телу пробежал холодок, у меня против воли скользнула в голову мысль о том, что у нас резко распахнулись окна, будто кто-то хотел нам показать именно это.

Но это бред. Когда мы закрыли окно, прошло от силы пара минут, а к человеку на помощь уже бежали другие, которых кто-то успел позвать.

Как ни странно, скорой не было, паники тоже, зато я видела, как помогают идти какому-то парню, что держится за голову. Он идет сам, хоть и с помощью товарищей и вот среди товарищей я неожиданно заметила Дана.

– Там Дан, – радостно тыкает в окно пальцем Крис, тоже заметив его в числе сопровождающих, – надо спросить, что там на самом деле.

Кивнув, я взялась за телефон.

«Что произошло с тем парнем? Ты сам в порядке?»

«Ответь, как будет возможность», – пишу вслед, почти проводив взглядом всю компанию, что двигалась, несмотря на дождь и ветер.

И не знаю, совпадение ли, но почти сразу, как только я отправила сообщения, Дан обернулся и нашел взглядом мое окно и вот в который раз мне снова стало не по себе.

«Ерунда. Но он решил погулять по парку в дождь и его закономерно немного треснуло по голове небольшой веткой. Жить будет. Его уже осмотрели и отпустили», – приходит примерно спустя полчаса ответ от Дана.

«У академии, наверное, будут проблемы. Его родители наверняка засудят за отсутствие той самой безопасности»

«Не будет. Ректор все решит», – прилетает слишком уверенный ответ, который порождает новые вопросы.

«Как ты там, моя кроха, согрелась уже?» – прилетает следом, отвлекая от этих самых вопросов.

«Да, но у нас опять окно распахнуло ветром».

«У нас тоже», – тут же приходит ответ.

«А еще, пока меня не было, мне принесли набор шоколадок от Стаса с соседней группы», – решаюсь быть честной, ведь мы в отношениях, вроде как.

«Понял. Ешь их сейчас, потому что утром я приду и выкину их».

Усмехнувшись и прикусив палец, принялась писать ответ.

«Могу выкинуть их прямо сейчас, если тебе неприятно».

Это шаг доверия к нему и возможность прощупать почву в сторону реальности происходящего, ведь он в переписке общается со мной, как с собственной девушкой, но сейчас нет необходимости играть и притворяться.

«Я верю тебе, Ксюш. Но даже заказать элементарную доставку и порадовать тебя не могу, так что ешь спокойно)))».

«А если к утру они все-таки останутся?)».

Мне нравится игривый легкий тон наших сообщений и я с улыбкой усаживаюсь на кровать.

«Тогда, как и обещал, я их выкину. Но если очень вкусные, то придется съесть, а не дарить их мусорному ведру».

В таком духе мы переписываемся еще полчаса. Я и правда пробую кусочек шоколадки, которая оказывается невероятно вкусной и засыпаю со счастливой блаженной улыбкой на губах.

3.

– Прошу, Некифорова, расскажите нам, что усвоили за первую половину пары, – звучит громкий безжалостный голос Майна на всю аудиторию. Мы как мыши вжали плечи и перепугано взирали на первый ряд и побледневшую Крис. Надо сказать, в залетах она при мне ни разу не была замечена.

– Но Мирослав Алексеевич, за что??? – произносит удивленно, хотя ее голос подрагивает.

– Ни за что, а почему, Никифорова. Вперед, – кивает он в сторону злополучной доски позора.

– И почему? – все же не сдается Крис и я даже восхищена ее желанием выгрызть суть и отстоять себя, – я все записывала.

– Потому что, Никифорова, тема дисциплины в менеджменте не может быть веселой, это серьезная тема, а Вы сидели с легкой улыбкой на губах, а значит, думали точно не о дисциплине.

– Пиздец какой-то, – психует Крис, отшвырнув тетрадь с лекцией и резко встав.

– Вот как раз к следующему практическому занятию и расскажите, что это за пиздец такой и откуда он к нам пришел, – произносит все так же невозмутимо, но будто бы с издевкой.

По аудитории проносится легкий ропот и попытки хихикнуть, но под тяжелым взглядом Майна, все тут же затихают, только Крис, явно сдерживает себя, чтобы не сказать еще пару ласковых и подать Майну новые темы для рефератов, хот по взгляду вижу, что она бы сказала.

– Что, Никифорова? – похоже и Майн тоже замечает ее взгляд.

– Эта тема не относится ни к предмету, ни к нашей профессии, – произносит резко.

– Зато, Вы и Ваши одногруппники будут чуть более развиты, и раз уж вы используете это определение в своей речи, заодно будете знать его смысл и происхождение.

– Я и так знаю его смысл, – бурчит Крис недовольно, останавливаясь на нелюбимом нами месте и испепеляя взглядом Мейна. Интересно, он когда-нибудь загорится?

– Вы так на меня смотрите, Некифорова, – неожиданно понижает голос до красивой хрипотцы Майн, что не только у меня, но и у остальных вытягиваются лица, – будто хотите что-то еще сказать?

– Ну что Вы, Мирослав Алексеевич, я лишь хочу повторить за Вами сегодняшнюю лекцию, – звучит голос, полный сарказма.

По рукам, что Крис упорно не знает куда деть, понимаю, что она не только раздражена, но и нервничает.

Майн лишь сокрушенно цокает языком.

– Я то уже подумал, что вы еще одну тему для реферата подкинете, ну да ладно, думаю, справится кто-то другой, – обводит он нас ироничным взглядом, после чего уже не сомневаюсь, он точно издевается, – слушаю Вас, Некифорова, – переводит он уже внимательный острый взгляд на Крис.

В целом, успев узнать Крис, и то, как она ведет себя на других парах, я не сомневалась, что она справится. Не смотря на свой характер, девчонкой она была не глупой, и даже попытки Майна ее помучить почти не увенчались успехом. Почти, это потому что невозможно уйти с места у доски позора не почувствовав себя не сильно умным, ну и конечно же, без темы реферата тоже. Но у Крис уже была тема и Майн конечно же напомнил о ней с самым серьезным видом.

Но смешно нам не было.

Нам было страшно. Этого человека ничего не могло смутить и уж тем более остановить.

Как обычно, пережив пару Майна можно считать, что день удался. Хуже быть не могло, а если тебя не задело, так это вообще повод отпраздновать. Праздновать конечно же никто не планировал, но погулять с Давианом пошла.

Крис же после пар засела в комнате и фонтанировала раздражением. Помогать я ей не планировала, потому что мы даже близко не были подругами. У нас был нейтралитет, мы не лезем друг к другу и стараемся не конфликтовать, перекидываясь словами больше по делу.

Небольшая прогулка с моим фиктивным парнем прошла хорошо, но я в очередной раз задалась вопросом, а как далеко он может зайти в этих играх? Ведь Давиан не стесняясь, а иногда мне казалось, что наоборот, специально, мог почти поцеловать меня прямо среди двора академии, или в коридоре при десятках свидетелей. Почти, потому что он касался моих губ своими, мы дышали друг другом, но настоящего, глубокого поцелуя никогда не случалось. Хотя хотелось. Очень хотелось. Но вот так, при всех, я не могла и то ли Дан чувствовал это, то ли просто играл роль, поддерживая легенду, но поцелуя так и не было. Зато Дан не стесняясь мог прижимать меня к себе, целовать в плечо, щеку, уголок губ. Гладить спину и ребра. Я смущалась, но продолжала млеть от каждого прикосновения.

И можно было не сомневаться, я привязалась. Привязалась сильно. Хотя прошло всего три недели с момента нашего знакомства.

И конечно же я понимала, что еще вчерашний подросток, здоровый и активный парень не сможет ждать вечно. Хотя если это легенда, то тогда он мог справлять вою нужду где-то еще.

Сморщившись от подобного сравнения, я еще раз взглянула на себя в зеркало. Сегодня Крис впервые ночевала у своего нового парня в комнате. Это не было запрещено, но и не поощрялось, если застанут, могут разогнать. Ну а у меня неожиданно образовалась пустая комната и я первым делом написала об этом Дану.

«Через пятнадцать минут буду» – следовал быстрый ответ.

Не могу сказать, что я была готова именно к сексу, нет. Для этого мне нужно было понимание, что Дан настоящий. Что наши отношения настоящие и я надеялась, что время проведенное лишь вдвоем, даст мне некоторые ответы, потому что главный вопрос, я все еще была не готова задать. Во-первых все еще страшно услышать правду, а во-вторых, если все настоящее, то я могла попросту обидеть Давиана. Вот и маялась. Мне хотелось понимать, как он поведет себя. Хотя с другой стороны, даже если отношения фиктивные, ему ничего не мешает просто переспать со мной.

Вот такими терзаниями и приходилось мучиться почти каждый день из-за страха один раз услышать правду.

Стук в дверь, такой знакомый и нетерпеливый, отвлек от метаний, и я ощутила, как по телу пробежала дрожь. Но это было не предвкушение, это было волнение. Мне было страшно от того, что он захочет зайти дальше, и от того, что не сделает этого.

Открыв дверь, я тут же врезалась взглядом в улыбающегося Дана.

Он уверено вошел в комнату, закрыл дверь на ключ и…кажется он хотел просто подхватить меня под бедра и сделать все те вещи, на которые я еще не решаюсь, но очень хочу попробовать…с ним.

– Ну, чем займемся? – улыбается Дан, убрав руки в карманы джоггеров, в которых пришел.

Мне может и показалось, но Дан будто сдерживал себя, чтобы не переступить черту.

Это и расстроило и дало возможность выдохнуть.

– Я думала посмотреть фильм, – улыбаюсь в ответ, кивая в сторону экрана, где на паузе стояла выбранная мной новинка.

– Окей, давай, – усмехается Дан и стреляет глазами в сторону кресел.

Почти разочарованно выдохнув, что сидеть мы будем в разных креслах, я с радостью наблюдала, как Дан схватил один из мешков и кинул его впритык ко второму, как итог, у нас выло подобие дивана.

Большую часть фильма мы сидели бок о бок, постепенно, я стекла ближе к теплому телу и даже уложила голову на широкое плечо. Мне было хорошо. Безумно хорошо и я снова задумалась, будь все не по настоящему, ведь не стал бы он пользоваться отсутствием моей соседки и соглашаться прийти? Или стал? С другой стороны, если он рассчитывает на более тесное продолжение, то я как минимум его привлекаю?

Вот тем более он уже минут десять поглаживает мое бедро, все ближе подбираясь пальцами к его внутренней стороне. Это все еще невинно, но уже с намеком.

Но будет ли он что-то предпринимать?

Боже, я окончательно запуталась.

– Все хорошо, Ксюш? – шепчет в макушку, повернув ко мне голову.

– Угу, – утыкаюсь носом в теплую кожу на шее. От Дана очень приятно пахнет. И это не парфюм, это смесь дезодоранта и его естественного запаха.

Осмеливаюсь положить руку на живот, обнаруживая под тканью футболки очень привлекательные кубики. Мышцы под моей рукой сокращаются, очерчивая контур еще сильнее.

Это и правда приятно. Да и волнения внизу живота явно намекают, что мое тело реагирует на Давиана.

Но раздается звонок телефона и я тут же вскакиваю.

Папа.

Как всегда, при звонке от отца во мне всегда возникают два чувства. Страх, ведь могло что-то случиться и радость, что с ним все хорошо и он звонит сам, а не кто-то из его охраны.

– Привет, пап, – отвечаю с улыбкой.

– Привет, котенок. Как у тебя дела? – произносит как всегда с теплотой в голосе.

– Все отлично, все по плану, а у тебя? – спрашиваю настороженно, против воли сжимаясь.

– И у меня все по плану, без форс-мажоров, – произносит отец завуалировано, что означает, что попыток покушения не было. У нас много кодовых фраз с ним на такие случаи. Мы обговаривали каждую из них.

Выдыхаю счастливо и еще пару минут пообщавшись с ним, завершаю звонок.

Радость после разговора с отцом наполняла мое тело.

Слышу, как встает Давиан и подходит ко мне сзади, обнимая, его ладони ложатся мне на бедра, а шеи касаются влажные губы.

Вздрагиваю, в том числе от прокатившихся по телу мурашек.

Это касание иное, оно будто говорит о том, что в этот раз, это не игра, а чистое желание.

Отстраняясь и развернувшись к моему фиктивному парню, смотрю внимательно, как всегда обняв себя за плечи.

Я не ошиблась. Его взгляд другой сейчас. Более глубокий, боле распаленный, более голодный. Это неожиданно пугает. Я все еще не готова к сексу, мне надо чуть больше времени, больше возможности изучить его тело. И главное, мне нужна уверенность, что он мой.

– Сейчас же никого нет, зачем так делать? – спрашиваю тихо.

– Как так? – хмурится Дан.

– Проявлять внимание.

Дан смотрит на меня со смесью недоумения и досады.

– Я это делаю, потому что ты моя девушка и я хочу тебя обнимать и целовать и даже больше, – произносит самодовольно, вгоняя меня в краску и в крайнюю степень удивления.

Он и сейчас говорит, что я его девушка.

Сердце делает радостный кульбит, разгоняя по телу тепло.

– Но я не давала согласия, – пытаюсь протестовать, желая услышать еще подтверждение. Мне нужна эта уверенность.

– Ты не отрицала, значит согласна, – произноси хмуро, вновь засовывая руки в карман брюк.

Хмурюсь. Это не то, что я хотела слышать.

Неужели я слишком романтизирую отношения? Но ведь Дан все три недели очень трепетно ко мне относился, а значит, сейчас точно что-то не так.

– Мне казалось, ты просто сжалился и решил взять надо мной шефство, – оправдываюсь, все же произнося то, что беспокоило все это время.

– Изначально я хотел проводить тебя до комнаты. Ты выглядела слишком потерянно. Но потом оказалось, что мне нравится держать тебя за руку, – произносит серьезно, – и сейчас, я не понимаю, почему моя девушка отвергает меня. Я недостаточно ждал? Недостаточно делал для того, чтобы добиться твоего доверия? – в его голосе прорезаются нотки раздражения, что напрочь убивают во мне меня всю радость,

О желании речи уже и вовсе не шло, ведь я понимаю, о чем он спрашивает. И мне катастрофически не нравится эта постановка вопроса. Неужели он правда ставит в упрек мои страхи и соответственно, отсутствие между нами секса? Если это так, то это крах наших толком не начавшихся отношений.

– Я не могу так, Давиан, – произношу сдавленно, смотря несчастными глазами на своего парня и сильнее обняв себя за плечи, делаю шаг назад.

Дан громко вздыхает, смотря на меня тяжёлым взглядом, но потом кидает взгляд в сторону, будто его позвали и вновь возвращает внимание мне, стискивает зубы , даже желваки заходили на лице, чем пугает и я делаю еще шаг назад.

Но затем, он жмурится и открыв глаза, выглядит уже более спокойным.

– Раз не можешь, значит, не будем, – произносит ровно и выходит из комнаты, оставляя меня одну вариться в непонимании и переживаниях.

После его ухода мне почему то становится неимоверно обидно а ещё очень холодно, не физически. В душе.

Это он так решил закончить наши недоотношения? Или он дал нам паузу? Может, он злится, что не вышло сейчас и чтобы не ругаться, просто ушел?

Наверняка, ему просто надо остыть, а завтра мы помиримся и все будет хорошо.

За эту ночь мне толком не удается уснуть. Меня мучают мысли, я умудряюсь даже выплакаться, но все же радуясь, что соседки нет рядом.

Дан не пишет, а я несколько раз бью себя по рукам, чтобы не звонить ему среди ночи.

Завтра обязательно поговорим.