Текст книги "Молчание нимфы и мечты орка (СИ)"

Автор книги: Лина Ровак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 29. Поле битвы

Глава 29. Поле битвы

После разгрома у Серого перевала люди не ушли.

Они отступили, да, но лишь для того, чтобы перегруппироваться. Их командующий, лорд Эштон из Дома Мэлфордов, был старым, опытным воякой, который проиграл первую битву, но не войну. Он отвёл остатки армии к подножию Чёрного хребта и встал лагерем, ожидая подкрепления с юга. Разведчики Фарга докладывали: ещё две тысячи мечей идут через перевалы. Если они соединятся, перевес снова будет на стороне людей.

Медлить было нельзя.

Гор'тах собрал военный совет прямо в полевом лагере, у подножия скал, где ещё дымились остатки вражеских осадных машин. Совет был коротким, орки не любили долгих речей, когда враг у порога. Решение приняли единогласно: ударить сейчас, пока подкрепление не подошло. Разбить армию Эштона окончательно и принудить людей к миру или хотя бы к перемирию.

– Я поведу авангард, – сказал Фарг.

– Я с тобой, – кивнул Гор'тах – Ударим с рассветом.

Лиара, стоявшая чуть поодаль, сделала шаг вперёд.

– Я тоже пойду.

Все замолчали. Фарг нахмурился. Грун покачал головой. Даже король, всегда готовый защищать её право на выбор, выглядел неуверенным.

– Это будет не засада, – сказал он – Это будет открытый бой. Жестокий. Кровавый. Там негде спрятаться и негде петь иллюзии.

– Я знаю, – ответила она – Я не собираюсь прятаться. Я могу создавать туман, чтобы скрыть ваши передвижения. Могу путать вражеских лучников миражами. Могу лечить раненых прямо на поле боя. Я не воин, но я могу быть полезна.

Гор'тах долго смотрел на неё. Потом медленно кивнул.

– Хорошо. Но ты будешь рядом со мной. Всё время.

Она не стала спорить.

Рассвет застал их на склоне Чёрного хребта. Армия орков выстроилась клином, Фарг на левом фланге, Гор'тах в центре, конница на правом. Лиара стояла позади короля, закутанная в лёгкий плащ поверх кожаной брони, которую Гарра специально подогнала под неё. Меча у неё не было, только небольшой кинжал на поясе, да и тот скорее для виду. Её оружием был голос.

Внизу, в долине, уже проснулся вражеский лагерь. Трубили рога, гремели барабаны. Люди строились в боевые порядки: длинная стена щитов, за ней ряды копейщиков, на флангах конница. В центре, на небольшом возвышении, стоял сам лорд Эштон в сверкающих доспехах, окружённый знаменосцами.

– Их больше, чем мы думали, – пробормотал Фарг – Подкрепление подошло ночью.

Гор'тах стиснул рукоять топора.

– Значит, будет веселее.

Он поднял руку, и орки замерли в ожидании сигнала. В этот момент Лиара вышла вперёд.

Она встала на краю склона, лицом к вражеской армии, и запела.

Это была не песнь иллюзий и не песнь исцеления. Это была песнь тумана. Низкая, глубокая, вибрирующая где-то на грани слышимости. Её голос стелился по земле, и вслед за ним с горных вершин начал сползать белый, плотный, как молоко, туман. Он окутал склон, скрыл орков от глаз противника, пополз вниз, в долину, поглощая вражеские порядки.

Люди закричали. Командиры пытались сохранить строй, но в тумане это было невозможно. Стена щитов распалась. Лучники пускали стрелы наугад и попадали в своих.

Гор'тах опустил руку.

– Вперёд!

Орки ринулись вниз.

Дальнейшее Лиара помнила урывками.

Туман. Крики. Лязг железа. Она шла следом за королём, и её голос не умолкал ни на минуту: теперь она пела миражи, сбивая с толку тех, кто пытался зайти с флангов. Ей казалось, что враги двоятся, троятся, движутся не туда, куда целились. Один раз совсем близко просвистела стрела, но король, даже не оборачиваясь, перехватил её щитом.

– Держись за мной! – крикнул он, и она держалась.

В какой-то момент туман рассеялся, и она увидела поле боя. Оно было усеяно телами. Орки прорвали центр, но правый фланг, где держалась вражеская конница, ещё сопротивлялся. Там, на небольшом холме, толпа людей окружила группу орков, и среди них Лиара узнала Фарга. Старый воин отбивался сразу от троих, но четвёртый заходил со спины.

Лиара побежала.

– Куда?! – крикнул король, но она уже не слышала.

Она ворвалась в гущу схватки, как ветер. Её голос взвился до пронзительной ноты, и трое ближайших врагов схватились за головы, оглушённые. Четвёртый, тот, что заходил к Фаргу со спины, обернулся и замер, увидев перед собой разъярённую нимфу с кинжалом в руке. Он был здоровенным мужиком, закованным в кольчугу, и кинжал не причинил бы ему вреда. Но Лиара не стала бить. Она просто посмотрела ему в глаза и запела прямо в лицо. Короткая, резкая нота и человек рухнул, как подкошенный.

Фарг, освободившись от наседавших врагов, рубанул последнего и повернулся к ней. Его лицо было в крови, но он улыбался.

– Ты сумасшедшая, – прохрипел он – Сумасшедшая нимфа.

Она не ответила. Потому что увидела, как на холм поднимается лорд Эштон собственной персоной. Его меч был обнажён, а глаза горели яростью. Он смотрел прямо на неё.

– Ведьма! – проревел он – Это ты! Ты затуманила разум моих воинов! Ты погубила мою армию!

Он бросился к ней, но между ними возник король.

Гор'тах встал, как скала, заслонив Лиару. Его топор встретил меч Эштона с лязгом, от которого зазвенело в ушах. Два лидера сошлись в поединке: огромный орк и опытный человеческий лорд. Они кружили по склону, обмениваясь ударами, и никто не смел вмешаться.

Лиара смотрела, затаив дыхание. Её пальцы сжимали кинжал, хотя она знала, что он бесполезен. Она не могла петь. Боялась, что её магия заденет Гор'таха. Всё, что ей оставалось, это ждать и надеяться.

Поединок закончился внезапно. Эштон сделал выпад, целясь в горло, но король ушёл в сторону, перехватил его руку и одним движением выбил меч. Лорд рухнул на колени. Гор'тах занёс топор для последнего удара и остановился.

– Нет! – крикнула Лиара – Ты обещал!

Он замер. Топор дрожал в его руке. Мышцы на шее вздулись от напряжения. Лиара видела, как ему трудно, как инстинкт воина борется с данным ей словом.

– Сдавайся, – прорычал он, обращаясь к Эштону – Прикажи своим людям сложить оружие.

Лорд посмотрел на него снизу вверх. Потом перевёл взгляд на Лиару.

– Значит, это правда, – прохрипел он – Орк и нимфа. Я думал, это слухи. Бредни. А вы… Вы вместе.

– Да, – сказала Лиара, выходя вперёд – Мы вместе. И мы предлагаем тебе мир. Не капитуляцию, а мир. Твои люди уйдут домой. Раненых вылечат. Пленных обменяют. Но ты должен поклясться, что больше не поднимешь меч против наших земель.

Эштон долго молчал. Потом склонил голову.

– Я клянусь, – сказал он – От имени своего Дома. Мы уйдём. И не вернёмся.

Гор'тах опустил топор.

К вечеру поле битвы опустело. Люди уходили на юг, унося раненых и оплакивая павших. Орки собирали трофеи и хоронили своих. Лиара сидела у походного костра, чувствуя, как дрожат руки. Не от холода, от пережитого. Она убивала. Нет. Она оглушала, парализовала, но не убивала. И всё же она была там, в гуще битвы, и её магия служила войне. Это было… Странно. Пугающе. И в то же время она знала: если бы не она, погибло бы больше людей. С обеих сторон.

Король подошёл и сел рядом. Он был без доспехов, только в простой рубахе, и его лицо было усталым, но спокойным.

– Ты спасла Фарга, – сказал он – И остановила меня. Дважды за один день.

– Ты обещал, – напомнила она.

– Я помню. – он помолчал – Знаешь, мой отец говорил: «Война – это просто. Убей врага, пока он не убил тебя». Я жил так всю жизнь. А ты показала мне, что можно иначе. Что враг может перестать быть врагом.

– Не всегда, – сказала она – Но иногда, да.

Он взял её руку в свою осторожно, как всегда. Словно боялся, что она рассыплется.

– Ты изменила меня, – сказал он – Я не знаю, кем бы я был без тебя. Наверное, тем же, кем был всегда. Чудовищем.

– Ты никогда не был чудовищем, – ответила она – Ты был сломленным. А сломленное можно исцелить.

Он поднёс её руку к губам и легко коснулся ими пальцев, почти невесомо. Она не отдёрнула руку.

Вокруг них горели костры, и орки пели свои грубые, протяжные песни. Песни победы и скорби. А над горами, впервые за много дней, всходила полная луна.

Глава 30. Суд нимф

Глава 30. Суд нимф

Весть о победе разнеслась быстро. Слишком быстро.

Прошло всего пять дней после битвы у Чёрного хребта, и замок ещё гудел от празднования. Орки отмечали победу с размахом, достойным их суровой натуры: много эля, много мяса, много песен. Пленные были отпущены, раненые исцелены (Лиара лично обошла все лазареты, и люди смотрели на неё теперь не со страхом, а с суеверным почтением), и перемирие с лордом Эштоном казалось прочным.

Но на шестой день всё изменилось.

Они появились из ниоткуда. Без предупреждения, без послов, без переговоров. Просто однажды утром воздух над замком сгустился, небо затянуло серебристой дымкой, и из этой дымки выступили фигуры. Десятки фигур. Нимфы.

Не две, как в прошлый раз. Не три. Целая армия.

Они спускались с небес, как падающие звёзды. Прекрасные и ужасные в своём гневе. Их волосы развевались на ветру, которого не было. Их глаза горели: у кого зелёным, у кого золотым, у кого серебряным огнём. В руках они держали оружие не металлическое, а живое: посохи из древнего дуба, луки из лунного дерева, копья, увитые плющом и остролистом. Это были не просто нимфы. Это были воительницы. Те, кого Священная Роща посылала только в часы величайшей опасности.

Стража на стенах замерла. Гор'тах, выбежавший во двор при первых криках, остановился как вкопанный. Он видел многое за свою жизнь. Но армия разгневанных нимф, спускающаяся с небес на его замок, была за гранью того, что он мог вообразить.

– Оружие не поднимать! – рявкнул он, и его голос разнёсся над двором – Всем стоять на местах!

Орки подчинились, хотя каждый мускул в их телах кричал о необходимости защищаться. Но они доверяли своему королю. И ещё больше они доверяли Лиаре, которая уже бежала через двор, расталкивая воинов, чтобы встретить Сестёр.

Она выбежала в центр двора и замерла.

Во главе нимфийской армии стояла её мать.

Сильфира была прекрасна, как всегда. Высокая, стройная, с серебристыми волосами, в которых запутались живые цветы. Но её лицо было суровым. В глазах не было ни радости от встречи, ни облегчения. Только холодная, сдерживаемая ярость.

Рядом с ней стояла Амариллис, старшая сестра. А за ними ещё десятки нимф, чьи лица Лиара знала с детства. Подруги. Наставницы. Соседки по Роще. Все они смотрели на неё, и в их взглядах не было тепла.

– Мама, – прошептала Лиара.

Сильфира шагнула вперёд и звонко, без замаха, ударила дочь по щеке.

Звук пощёчины разнёсся над притихшим двором. Гор'тах дёрнулся было вперёд, но Лиара остановила его жестом.

– Ты опозорила наш род, – произнесла Сильфира, и её голос, обычно мягкий и мелодичный, звенел сталью – Ты предала свой народ. Ты встала на сторону врага.

– Я никого не предавала, – ответила Лиара, не опуская глаз. Её щека горела, но голос был твёрд – Я просто выбрала свой путь.

– Твой путь с орками?! – выкрикнула Амариллис, выступая вперёд – Ты сражалась на их стороне! Ты использовала нашу магию, чтобы убивать людей! Ты опозорила всё, чему нас учили!

– Я не убивала! – возразила Лиара – Я создавала иллюзии, я лечила раненых, я останавливала кровопролитие! Я спасла больше жизней, чем погубила, и людей, и орков! Разве это предательство?

– Ты любишь орка, – произнесла Сильфира, и в её голосе была горечь – Ты, нимфа, дочь старейшины, наследница Священной Рощи, любишь варвара. Того, кто похитил тебя и держал в цепях.

– Он не держал меня в цепях! – Лиара вскинула руку, показывая голое запястье – Браслета нет! Я свободна! И я выбрала остаться! Разве выбор это преступление?

Сильфира долго молчала. Потом повернулась к своим воительницам.

– Совет решит, – сказала она – Лиара, дочь Сильфиры, нимфа Священной Рощи, ты обвиняешься в предательстве своего народа. Ты пойдёшь с нами. Суд состоится в Роще, перед Великим Дубом. Если ты невиновна, то докажешь это. Если виновна, то понесёшь наказание.

– Какое наказание? – спросил Гор'тах, и его голос был тих, но опасен, как рык зверя перед прыжком.

Сильфира перевела холодный и оценивающий взгляд на него.

– Изгнание, – сказала она – Или лишение магии. Или, в худшем случае, обращение в древо.

Гор'тах шагнул вперёд, и его лицо было страшным.

– Вы не заберёте её.

– Ты не можешь нам помешать, орк, – произнесла Сильфира – Твоя армия разбита после битвы. Твоя магия ничто против нашей. Если мы захотим, мы сотрём твой замок в пыль.

– Это мы ещё посмотрим, – прорычал он.

– Стойте! – Лиара встала между ними, раскинув руки – Хватит! Не нужно войны!

Она повернулась к матери.

– Я пойду с вами. Добровольно. Я предстану перед Советом и отвечу на все обвинения. Но обещай мне, что никто из орков не пострадает. Что вы уйдёте с миром и не тронете этот замок.

Сильфира долго смотрела на дочь. Потом медленно кивнула.

– Клянусь Великим Дубом.

– А ты, – Лиара повернулась к королю – Пообещай мне, что не пойдёшь за мной. Что не будешь мстить. Что позволишь мне самой решить свою судьбу.

– Я не могу, – прошептал он – Я не могу просто стоять и смотреть, как тебя уводят.

– Ты должен. – она взяла его лицо в ладони – Доверься мне. Я вернусь. Обещаю.

Он закрыл глаза. Его плечи дрожали. Но он кивнул.

– Я буду ждать, – сказал он – Сколько бы времени это ни заняло. Я буду ждать.

Лиара поцеловала его в лоб легко, почти невесомо, и повернулась к Сёстрам.

– Я готова.

Нимфы окружили её. Воздух сгустился, засверкал серебром, и они исчезли. Только горсть лепестков, подхваченных ветром, осталась лежать на камнях двора.

Священная Роща встретила Лиару тишиной.

Это была не та умиротворённая тишина, полная пения птиц и шёпота листвы, которую она помнила. Эта тишина была напряжённой. Осуждающей. Деревья, мимо которых она проходила, казалось, отворачивали от неё свои ветви. Цветы закрывали бутоны. Даже трава под ногами словно бы никла.

Совет собрался на поляне у Великого Дуба. Старейшины сидели на корнях, выступающих из земли, как природные троны. Их было семеро. Древнейшие нимфы Рощи, чей возраст исчислялся не годами, а веками. Кора уже тронула их кожу, а в волосах росли не цветы, а мох. Они были самой мудростью леса и самым суровым судом.

В центре круга стояла Лиара. Одна. Без защиты. Без поддержки.

– Лиара, дочь Сильфиры, – начала старейшина Элария, и её голос был сух, как осенний лист – Ты обвиняешься в том, что добровольно осталась с врагами нашего народа. Что использовала магию нимф в войне на стороне орков. Что вступила в противоестественную связь с существом иной крови. Что ты можешь сказать в своё оправдание?

Лиара глубоко и спокойно вдохнула и заговорила.

Она говорила долго. Она рассказала всё с самого начала. Как её поймали и надели браслет. Как она боялась и ненавидела. Как король приносил ей цветы и книги, пытаясь понять её. Как она забилась в угол, а он разбил руки о стену. Как он дал ей стеклянное небо. Как он плакал у камина, рассказывая о своём детстве. Как он спас её от имперского лорда. Как он отпустил её, по-настоящему, отдал ключ и сказал: «Ты свободна». И как она выбрала остаться.

– Я не предавала наш народ, – закончила она – Я не воевала против невинных. Я спасала жизни орков и людей. Я исцеляла землю, которая умирала из-за моей запертой магии. Я делала то, чему вы меня учили: несла жизнь, а не смерть.

Она обвела взглядом старейшин.

– Вы называете его варваром. Но он научился уважать меня. Он научился слушать моё молчание. Он изменился, и я изменилась вместе с ним. Разве любовь это преступление? Разве выбор это предательство?

Тишина. Долгая, тяжёлая.

А потом заговорили старейшины. Не с ней, между собой. Их голоса сплетались в сложную мелодию спора, где каждое слово было нотой. Лиара стояла и ждала. Она сказала всё, что могла. Теперь её судьба была в руках тех, кто знал её с рождения.

Наконец Элария подняла руку, и спор стих.

– Мы выслушали тебя, Лиара. И мы слышим правду в твоих словах. Ты не лжёшь, это видно по твоей душе. Но правда ещё не оправдание. Ты нарушила законы Рощи. Ты встала между двумя мирами. И теперь ты должна выбрать: остаться с нами или уйти навсегда.

– Я уже выбрала, – тихо сказала Лиара.

Элария медленно и печально кивнула.

– Тогда слушай наше решение. Ты не будешь изгнана. Ты не будешь лишена магии. Ты не будешь обращена в древо. Но ты больше не принадлежишь Священной Роще. Ты дитя двух миров, и отныне твой дом там, где ты его выберешь. Ты всегда будешь желанной гостьей здесь, но ты больше не одна из нас.

Слёзы потекли по лицу Лиары. Она знала, что так будет. Знала, и всё равно это было больно. Но к боли примешивалось облегчение. Её не прокляли. Её не изгнали. Её просто… Отпустили. Как она когда-то отпустила свой страх. Как он когда-то отпустил её.

– Спасибо, – прошептала она – Спасибо вам.

Сильфира подошла к ней впервые за всё время суда. Её лицо было по-прежнему суровым, но в глазах что-то дрогнуло.

– Я не понимаю тебя, дочь, – сказала она – И, возможно, не пойму никогда. Но ты моя кровь. И я всегда буду любить тебя.

Они обнялись, впервые за долгие недели разлуки. И Лиара плакала, уткнувшись в плечо матери, как в детстве. А вокруг них Великий Дуб ронял золотые прощальные листья.

Глава 31. Послы Рощи

Глава 31. Послы Рощи

Прошло три дня после суда.

Замок жил странной, напряжённой жизнью. Весть о том, что нимфы забрали Лиару, разнеслась мгновенно. И так же мгновенно орки разделились во мнениях. Одни, те, кто сражался с ней бок о бок, требовали немедленно выступить в поход на Священную Рощу. «Она спасла нас, – говорили они – А теперь её судят как преступницу! Мы должны защитить её, как она защитила нас!» Другие, более осторожные, качали головами: «Это их внутреннее дело. Нимфы не нападали на нас, они пришли за своей. Если мы вмешаемся, это будет война с магией, которую мы не сможем выиграть».

Гор'тах не слушал ни тех, ни других.

Он заперся в своих покоях и не выходил уже третий день. Не принимал советников. Не отвечал на доклады. Даже Фарг, его правая рука, не мог пробиться сквозь эту стену молчания. Только Гарра осмеливалась входить к нему, приносила еду, которую он не трогал, и воду, которую он не пил.

Он сидел у камина и смотрел на огонь. Ему казалось, что мир остановился. Что время застыло, как смола, и не двинется дальше, пока она не вернётся.

«Я буду ждать», – сказал он ей. И он ждал. Но ожидание было хуже любой битвы. В битве он знал, что делать. В битве у него было оружие. Здесь была только пустота.

На третий день дверь открылась без стука.

Он поднял голову, готовый прорычать на незваного гостя, и замер. На пороге стояла Лиара.

Она была жива. Цела. Немного бледнее обычного, с тёмными кругами под глазами, но жива. Её волосы были заплетены по-новому, в сложную косу с вплетёнными в неё золотыми листьями Великого Дуба, знак прощания с Рощей.

Он встал медленно, словно боясь, что она исчезнет, если он сделает резкое движение.

– Ты вернулась, – прошептал он.

– Я же обещала.

Он пересёк комнату в три шага и заключил её в объятия осторожно, как всегда, но крепче, чем раньше. Она почувствовала, как дрожат его плечи. Почувствовала влагу на своей щеке. Он плакал, сам того не замечая.

– Я думал, они… Я думал, ты не…

– Я здесь, – сказала она, уткнувшись в его грудь – Я здесь. Всё кончилось.

Они простояли так долго. Может быть, минуту, может быть, час. А потом она отстранилась и сказала:

– Я пришла не одна.

Только теперь он заметил, что за её спиной, в тени коридора, стояли ещё две фигуры. Две нимфы. Одна, что приходила в прошлый раз, Амариллис. Вторая юная, с заплаканными глазами, в которых светилось любопытство пополам со страхом. Ирис, младшая сестра.

– Они здесь как послы, – пояснила Лиара – Совет Рощи принял решение. Они хотят… Договориться.

Гор'тах нахмурился. Договориться? После того, что случилось? После суда, после обвинений в предательстве, после армии нимф, спустившейся с небес на его замок?

– Договориться о чём? – спросил он.

– О мире, – ответила Амариллис, и её голос, хотя и был холоден, звучал уже не так враждебно, как раньше – Наши народы никогда не были друзьями, король орков. Слишком долгая история. Слишком много крови. Но моя сестра… – она покосилась на Лиару – …Показала нам, что можно иначе. Мы готовы говорить.

Переговоры состоялись в тот же вечер, в малом зале совета.

Со стороны орков присутствовали король, Фарг и Грун. Со стороны нимф были Амариллис и Ирис. Лиара сидела между ними, и её положение было символичным: она действительно стала мостом между двумя мирами.

Амариллис говорила от имени Совета. Она изложила условия: Роща готова признать суверенитет орков над их землями и заключить пакт о ненападении. В обмен орки должны гарантировать, что ни одна нимфа не будет похищена или удерживаема против воли. Что магия природы будет уважаться. Что леса на границе не будут вырублены.

– Это разумные условия, – сказал Фарг, который, как ни странно, оказался самым прагматичным переговорщиком – Но что насчёт союза? Если люди снова нападут, поможете ли вы нам, как Лиара помогла у Серого перевала?

Амариллис покачала головой.

– Мы не можем воевать на вашей стороне. Наша магия для защиты, а не для нападения. То, что сделала Лиара, исключение. Она… Особенная. Но мы можем предложить другое: исцеление. Если ваши воины будут ранены, наши целители помогут им. Если ваша земля будет умирать, мы вернём ей жизнь. Это тоже форма союза. Союза жизни, а не смерти.

Гор'тах долго молчал, обдумывая услышанное. Потом перевёл взгляд на Лиару.

– А ты? – спросил он – Что ты думаешь?

Она встретила его взгляд спокойно и уверенно.

– Я думаю, что это начало, – сказала она – Не всё решится сегодня. Недоверие не исчезнет за один вечер. Но если мы сделаем первый шаг, за ним последуют другие. Наши народы могут быть не врагами. Могут быть соседями. А однажды, может быть, и друзьями.

Он кивнул медленно, но решительно.

– Хорошо. Я согласен.

Амариллис чуть заметно выдохнула. Ирис просияла. Даже Фарг, кажется, позволил себе тень улыбки.

Пакт был подписан той же ночью. Не на пергаменте, у орков не было традиции письменных договоров, а на камне. Грун вырезал руны на гранитной плите, и каждая сторона добавила свой символ: орки знак молота, нимфы знак дубового листа. Лиара поставила оба символа, как свидетель, как посредник, как связующее звено.

Когда церемония закончилась, Амариллис подошла к сестре.

– Я всё ещё не понимаю тебя, – сказала она – Но я уважаю твой выбор. Ты сильнее, чем я думала.

– Ты тоже, – ответила Лиара – Спасибо, что пришла. Спасибо, что согласилась говорить.

Амариллис кивнула и вышла. Ирис, перед уходом, обняла Лиару.

– Мама просила передать, – прошептала она – Что жалеет о пощёчине. И что всегда будет тебя ждать. Когда бы ты ни решила навестить нас.

Лиара улыбнулась сквозь слёзы.

– Передай ей, что я приду. Обещаю.

Нимфы ушли, растворились в ночном воздухе, как и появились. Только горсть лепестков осталась на каменных плитах. И в замке снова воцарилась тишина. Но на этот раз не напряжённая, а умиротворённая. Тишина после бури.

Гор'тах и Лиара стояли на крепостной стене, глядя на звёзды.

– Ты изменила всё, – сказал он – Мой народ. Меня. Даже свой собственный народ. Ты чудо, Лиара.

– Я не чудо, – ответила она – Я просто та, кто выбрала любовь.

Он взял её за тёплую руку. И они стояли так долго, пока звёзды не начали гаснуть, уступая место рассвету.