Текст книги "Скандальная блогерша для драконьего лорда (СИ)"

Автор книги: Лина Дорель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 35

На следующий день я устроила ему вторую провокацию.

Я знала, что после обеда Элиан всегда проводит время в своем кабинете – небольшой комнате на первом этаже, где он занимался административными делами: выслушивал отчеты старост через зеркальную паутину, планировал работы по замку, вел записи о состоянии долины. Это была его ритуальная часть дня, священная и неприкосновенная, как и все в его жизни.

Именно поэтому я решила вторгнуться именно туда.

Я подождала минут двадцать после того, как он закрылся в кабинете, чтобы он успел углубиться в работу и расслабиться в своей предсказуемой рутине. Затем постучала в дверь – легко, почти игриво – и не дожидаясь ответа, вошла.

– Элиан, мне нужна твоя помощь, – начала я, закрывая за собой дверь.

Он сидел за своим рабочим столом – массивным, из темного дерева, на котором все было расставлено с педантичной точностью: чернильница строго по центру, перо параллельно краю стола, стопки бумаг выровнены с математической аккуратностью. Большое зеркало для связи висело на стене справа от него, сейчас оно было неактивным, отражая только комнату.

Он поднял голову, и я увидела, как его взгляд скользнул по мне, отмечая каждую деталь моего сегодняшнего наряда.

Я выбрала одно из платьев, которое по моим эскизам сшила Иви – синее, струящееся, с серебряной вышивкой. Оно было элегантным, закрытым до самой шеи спереди, с длинными рукавами и подолом до пола. Идеальный образ скромности и приличия.

Если не считать того факта, что спина у платья была полностью открыта – от основания шеи до самой талии, где ткань скреплялась лишь тонкими серебряными цепочками, которые создавали замысловатый узор на обнаженной коже.

И еще того факта, что я специально распустила волосы, чтобы они струились по плечам и спине золотистым водопадом, время от времени открывая эти самые цепочки и кожу под ними.

– Помощь с чем? – спросил Элиан со вздохом.

– С зеркальной паутиной, – я подошла к его столу, обогнула его и встала рядом, слегка наклонившись вперед, чтобы посмотреть на бумаги перед ним. – Иви объясняла мне, как настраивать трансляции на публичном зеркале, но я что-то не могу разобраться с одной проблемкой. Ты же разбираешься во всем этом, верно?

Я чувствовала, как моя близость влияет на него. Чувствовала, как изменилось его дыхание – стало короче, прерывистее. Видела краем глаза, как напряжение в его теле.

– Я... да, – его голос прозвучал хрипло, и он прочистил горло, прежде чем продолжить. – Что именно вызывает затруднения?

Я начала объяснять – медленно, подробно, периодически наклоняясь еще ближе. При каждом таком движении мои волосы касались его плеча, скользили по его руке, и я чувствовала, как он каменеет от этого прикосновения.

В какой-то момент я намеренно оперлась рукой о край его стола, прямо рядом с его локтем, так что теперь наши руки почти соприкасались. Почти, но не совсем – между нами оставалось всего несколько миллиметров, и я видела, как он смотрит на это крошечное расстояние, словно оно было пропастью, которую он боялся преодолеть.

– Понимаешь, о чем я? – спросила я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него, и обнаружила, что наши лица находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

Его глаза – эти невероятные серые глаза, в которых сейчас плескалось столько эмоций, что я едва могла их различить – смотрели прямо на меня. В них читалось желание, борьба, страх, голод, отчаяние, и еще что-то темное и первобытное, что заставило мое сердце забиться быстрее.

– Да, – выдохнул он, и его дыхание коснулось моих губ. – Я понимаю.

Мы замерли так на несколько долгих секунд, глядя друг на друга, и воздух между нами наэлектризовался настолько, что я почти физически ощущала это напряжение. Казалось, достаточно одного движения, одного слова, одного прикосновения – и что-то неизбежно сломается.

Но Элиан отстранился первым – резко встал, отталкиваясь от стола и отступая на несколько шагов, пока его спина не уперлась в книжный шкаф за ним.

– Я думаю, тебе все же лучше спросить об этом у Иви, – произнес он, и его голос дрожал. – Она тоже разбирается в этом.

– Хорошо, – я выпрямилась, расправляя платье и откидывая волосы назад, демонстративно обнажая спину. – Тогда не буду тебя больше беспокоить.

Я направилась к двери, специально двигаясь медленно, чтобы он мог в полной мере насладиться видом открытой спины и переплетением серебряных цепочек на моей коже. У самой двери я обернулась через плечо.

– Спасибо за помощь, Элиан, – сказала я с невинной улыбкой. – Ты очень терпеливый.

И вышла, оставив его стоять у книжного шкафа.

"Два", – отметила я мысленно, прикусывая губу, чтобы сдержать триумфальную улыбку.

Глава 36

На третий день я решила поднять ставки.

Вечером, когда замок погрузился в тишину и сумерки, я дождалась, пока Элиан пройдет мимо моих покоев по пути в свою башню – он всегда делал последний обход замка перед сном, проверяя, все ли двери заперты, все ли окна закрыты, все ли на своих местах – и устроила маленький спектакль.

Я приоткрыла дверь своей комнаты ровно настолько, чтобы из коридора была видна ванная комната. Дверь в нее оставила распахнутой настежь. Зажгла свечи, чтобы комната купалась в мягком, золотистом свете. Набрала ванну, добавила туда масла, которые нашла в одном из шкафчиков. Воздух наполнился ароматом чего-то пряного и дурманящего.

Затем я разделась, повесив халат на крючок у двери так, чтобы он был хорошо виден из коридора, и погрузилась в воду, которая обжигающе-приятно обняла мое тело.

И стала ждать.

Я не знала точно, во сколько он пройдет мимо, но я прикинула – где-то между девятью и десятью вечера, судя по предыдущим дням. Поэтому я просто расслабилась в ванне, закрыла глаза и позволила себе насладиться моментом, отгоняя мысли о том, что могло пойти не так с моим планом.

А что, если он не заметит открытую дверь? А что, если заметит и просто пройдет мимо? А что, если вся эта игра в кошки-мышки ни к чему не приведет, и я просто зря трачу время на мужчину, который слишком заморочен, чтобы принять то, что я ему предлагаю?

Но затем я услышала шаги в коридоре, и все сомнения улетучились.

Я приоткрыла глаза ровно настолько, чтобы видеть сквозь ресницы, и увидела, как его фигура появилась в дверном проеме. Он замер – я видела это по тому, как застыла его тень на полу – и несколько долгих секунд просто стоял там, не двигаясь.

Я слегка шевельнулась в воде, поднимая руку и запуская пальцы в мокрые волосы, отводя их со лба. Капли скатывались по моей коже, по плечам, по груди, скрытой водой и пеной, но явно различимой под ними.

Я слышала его дыхание – прерывистое, напряженное – даже на расстоянии. Слышала, как он сделал шаг вперед, потом остановился, словно борясь с самим собой.

– Элиан? – позвала я тихо, не открывая глаз полностью и не поворачивая головы. – Это ты?

Молчание. Такое громкое, что оно звенело в ушах.

А затем его голос, хриплый и низкий:

– У тебя дверь открыта.

– Ах да, – я сделала вид, что только сейчас вспомнила об этом. – Наверное, забыла закрыть.

Еще одна пауза. Я чувствовала его взгляд на себе, чувствовала, как он пожирает глазами каждую линию моего тела, видимую сквозь воду и пену. Чувствовала напряжение, которое исходило от него волнами.

– Элиан, – позвала я тихо, и в моем голосе не было игривости, только искренность. – Не уходи.

– Я должен, – прошептал он. – Потому что если я останусь...

– Что? – я приподнялась в воде, и обернулась к нему. – Что случится, если ты останешься?

Его глаза распахнулись, и я увидела в них голод – чистый, первобытный, всепоглощающий. Это была страсть, которую он держал взаперти так долго, что она грозила разорвать его изнутри.

– Я потеряю контроль, – произнес он, и его голос прозвучал как рычание. – Я не могу этого допустить.

Между нами повисла тишина, наполненная только плеском воды и треском свечей. Я смотрела на этого мужчину, который так отчаянно цеплялся за свой контроль, за свои правила, за свой порядок, потому что боялся того, что может случиться, если он его отпустит.

И остатки совести подсказали мне, что я зашла слишком далеко. Что я толкаю его к краю пропасти, в которую он боится упасть больше всего на свете.

– Тогда иди, – сказала я тихо, и к моему собственному удивлению, в моих словах не было насмешки. – И закрой дверь.

Он смотрел на меня еще несколько долгих секунд, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на благодарность. Или облегчение. Или сожаление – я не могла понять.

А затем он развернулся и вышел. Дверь мягко закрылась за ним, оставив меня одну в окружении свечей и ароматной воды.

Я откинулась назад, погружаясь глубже в ванну и закрывая глаза.

"Три", – подумала я, но на этот раз в этой мысли не было триумфа. Только странная пустота и осознание того, что я играю с огнем. И рано или поздно я обожгусь.

Или сгорю дотла.

Той ночью я почти не спала. Лежала в постели, смотрела на потолок и думала.

Думала о том, что я делаю. О том, зачем я это делаю. О том, что будет, когда я наконец достигну своей цели – если вообще достигну.

В моей голове крутилась тысяча вопросов, на которые я не могла найти ответов. Почему мне так важно сломать его защиту? Почему я не могу просто оставить его в покое и заняться своей новой карьерой местной знаменитости? Почему каждый раз, когда я вижу его, что-то внутри меня напрягается и требует внимания, близости, прикосновения?

Я не привыкла к таким вопросам. В моей прошлой жизни все было просто: я видела цель, я достигала ее, я получала то, что хотела. Никаких сомнений, никаких колебаний, никакой рефлексии.

Но здесь все было по-другому.

Может быть, потому что Элиан был не похож ни на кого, кого я знала раньше. Он не был очередным богатым идиотом, которого можно было очаровать красивой улыбкой и правильными словами. Он не был наивным фанатом, который готов был отдать все за крупицу моего внимания.

Он был сложным. Сломленным, но не слабым. Человеком с глубокими шрамами и еще более глубокими страхами, и я только сейчас начинала понимать, насколько опасно пытаться проникнуть под его броню.

Когда первые лучи солнца проникли в мою комнату, я все еще лежала без сна, глядя на медленно светлеющее небо за окном.

И тогда я приняла решение.

Последняя провокация сегодня вечером. Последняя попытка. Если он снова убежит – я оставлю его в покое. Верну ему его упорядоченную, предсказуемую жизнь и сосредоточусь на своей собственной. Я найду способ процветать в этом мире без него, найду других покровителей, других зрителей, другие возможности.

Но если он не убежит...

Я не позволила себе додумать эту мысль. Вместо этого я встала с постели, прошла в ванную и начала готовиться к новому дню.

К последней игре.

Глава 37

Я выбрала время с особой тщательностью. Вечер после ужина, когда он совершает вечерний обход замка, проверяя, все ли в порядке.

Поэтому в половине девятого я приняла душ, вымыла волосы и высушила их до того состояния, когда они струились по плечам мягкими золотистыми волнами. Нанесла немного масла на кожу, надела один из кружевных комплектов, что сшила для меня Иви – черный, тонкий как паутина, который скрывал ровно столько, чтобы разжечь воображение.

А поверх комплекта накинула большое банное полотенце – белоснежное, мягкое, которое я нашла в одном из шкафов в ванной.

Затем я подошла к двери своей комнаты, приоткрыла ее и стала ждать, прислушиваясь к звукам замка.

Минуты тянулись медленно, и я чувствовала, как мое сердце бьется все быстрее с каждой секундой. Это было глупо: волноваться из-за такой мелочи. Я провернула тысячи более рискованных трюков в моей прошлой жизни, выходила в прямой эфир перед миллионами зрителей, устраивала скандалы на публике, не моргнув глазом.

Но это было другое.

Потому что на кону стояло что-то большее, чем просто хайп или внимание.

Хотя я все еще не была уверена, что именно.

Наконец я услышала шаги в конце коридора. Я сделала глубокий вдох, выдохнула и шагнула из комнаты в коридор, как будто случайно.

Элиан шел по коридору, глядя прямо перед собой, его лицо было сосредоточенным, отстраненным. Он был одет в свой обычный безупречный костюм.

Когда он услышал мои шаги, его голова повернулась в мою сторону, и наши взгляды встретились.

Я видела, как его глаза расширились, когда он понял, что я завернута только в одно полотенце. Видела, как его шаг замедлился, стал неуверенным. Видела, как его руки сжались в кулаки.

– Добрый вечер, – произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал естественно. – Я как раз собиралась...

И в этот момент, как будто по заранее написанному сценарию – хотя на самом деле все было тщательно спланировано – полотенце выскользнуло из моих рук.

Нет, не упало само по себе. Я отпустила его. Намеренно.

Именно так, как я видела тысячу раз в фильмах и сериалах моего мира – классическая, избитая до невозможности сцена, над которой я всегда смеялась, считая ее нереалистичной и глупой.

Но, оказывается, в реальной жизни она работала не хуже, чем на экране.

Полотенце упало к моим ногам мягким белым облаком, оставив меня стоять в коридоре только в кружевном комплекте, который скрывал совсем немного.

Я не торопилась поднимать полотенце. Вместо этого я медленно подняла глаза на Элиана, который застыл в нескольких метрах от меня, глядя на меня так, словно видел призрака.

– Ой, – сказала я тихо, и мой голос прозвучал совсем не смущенно. Скорее приглашающе. – Кажется, я уронила полотенце.

Молчание. Абсолютное, звенящее молчание, в котором было слышно только наше дыхание: мое ровное и его прерывистое и напряженное.

Элиан стоял неподвижно, и я видела бурю эмоций на его лице – шок, желание, борьбу, отчаяние. Видела, как его грудь вздымается от учащенного дыхания, как что-то темное и голодное разгорается в его глазах.

– Вика... – его голос прозвучал хрипло, почти умоляюще. – Пожалуйста...

– Пожалуйста, что? – я сделала шаг вперед, оставляя полотенце лежать на полу. Еще один шаг. И еще. Медленно, не спеша, сокращая расстояние между нами. – Пожалуйста, оставить тебя в покое? Пожалуйста, перестать дразнить тебя? Пожалуйста, сделать вид, что между нами ничего нет?

Еще шаг. Теперь между нами оставалось меньше метра.

– Но ведь что-то есть, правда? – продолжала я тихо, глядя ему прямо в глаза. – Ты чувствуешь это так же, как и я. Это напряжение, это притяжение. Ты можешь убегать сколько угодно, можешь прятаться за своими правилами и ритуалами, но это не изменит того факта, что ты хочешь меня. Так же сильно, как я хочу тебя.

Несколько бесконечно долгих секунд он просто смотрел на меня, и я видела последнюю битву, которая происходила внутри него. Видела, как его железный контроль, выстроенный годами страха и дисциплины, начинает трещать по швам.

А затем что-то в нем сломалось.

Он схватил меня за запястья – резко, почти грубо – и прижал к стене за моей спиной. Холодный камень впился мне в лопатки, но я едва замечала это, потому что все мое внимание было сосредоточено на Элиане.

На том, как он смотрит на меня – голодным, яростным взглядом, словно хочет поглотить целиком. На том, как его дыхание стало рваным и прерывистым. На том, как его пальцы впиваются в мои запястья с силой, которая граничит с болью, но почему-то только усиливает волнение, разливающееся по моим венам.

– Это твой последний шанс, – прорычал он, его лицо было всего в паре сантиметрых от моего. – Последний шанс уйти. Потому что если ты не остановишь меня сейчас... я не смогу...

– Не останавливайся, – прошептала я, глядя ему прямо в глаза. – Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Что-то в моих словах стало последней каплей. Элиан издал звук – что-то среднее между рычанием и стоном – и его губы обрушились на мои с силой урагана.

Глава 38

Это было нападение, завоевание, битва за доминирование. Его губы требовали, брали, захватывали, и я отвечала ему тем же, впиваясь пальцами в его плечи и притягивая ближе.

Он отпустил мои запястья только для того, чтобы обхватить ладонями мое лицо, наклоняя мою голову под нужным ему углом, углубляя поцелуй. Его язык скользнул в мой рот, и я застонала, чувствуя, как колени подкашиваются, как все тело наливается жаром.

Одна из его рук скользнула вниз, по шее, по ключице, дальше, обхватывая мою талию и прижимая меня к стене всем телом. Я чувствовала каждый его мускул, напряженный до предела. Чувствовала, насколько сильно он меня хочет – это было очевидно, ощутимо, невозможно игнорировать.

Мои руки скользнули вверх, зарываясь в его идеально уложенные волосы, разрушая их безупречность. Он застонал в мои губы, и этот звук отозвался где-то глубоко внутри меня, заставляя сердце биться быстрее.

Он замер на секунду, тяжело дыша, и когда отстранился, чтобы посмотреть на меня, я увидела в его глазах что-то совершенно нечеловеческое. Его зрачки расширились так сильно, что почти поглотили радужку, и в глубине этой черноты плескалось золотое пламя – буквальное пламя, как будто внутри него горел огонь.

Его дракон. Я видела его дракона, который рвался наружу, едва сдерживаемый тонкой оболочкой человеческого тела.

И вместо того, чтобы испугаться, я почувствовала, как что-то внутри меня откликается на этот зов – что-то первобытное, дикое, жадное.

– Не здесь, – выдохнул он хрипло. – Не в коридоре.

И прежде чем я успела что-то ответить, он подхватил меня на руки – легко, словно я ничего не весила – и понес по коридору. Я обвила руками его шею, зарывшись лицом в изгиб между его плечом и шеей, вдыхая его запах – что-то чистое и свежее, с легким оттенком озона, как перед грозой.

Наконец мы оказались в какой-то комнате, и он закрыл за нами дверь ударом ноги, не выпуская меня из рук. Прижал меня спиной к двери, и снова поцеловал меня.

Его руки скользили по моему телу жадно, требовательно, изучая каждый изгиб, каждую линию, каждый сантиметр обнаженной кожи. Когда его пальцы нашли застежку моего кружевного лифчика на спине, он разорвал ее одним резким движением, и я услышала тихий треск рвущейся ткани.

– Это Иви шила для меня, – прошептала я, но в моем голосе не было упрека. Только дрожащее предвкушение.

– Я закажу ей сшить тебе сотню новых, – прорычал он, стаскивая с меня разорванный лифчик и отшвыривая его куда-то в сторону.

Существовал только этот момент, только мы двое, только это безумное, неудержимое желание.

Элиан отстранился от двери, все еще держа меня на руках, и пересек комнату в несколько быстрых шагов. Я почувствовала, как меня опускают на что-то мягкое – его кровать с ее идеально белоснежным бельем, которое я сейчас безжалостно комкала и мяла своим телом.

Он нависал надо мной и выглядел почти неземным – растрепанные волосы, покрасневшие губы, глаза, полные золотого пламени, белая рубашка наполовину расстегнутая и помятая. Его грудь вздымалась от тяжелого дыхания, и я видела борьбу на его лице – последние остатки контроля цеплялись за сознание, пытаясь удержать дракона в узде.

Но я не собиралась ему это позволять.

Приподнявшись на локтях, я потянулась к его рубашке и начала расстегивать остальные пуговицы – медленно, одну за другой, наслаждаясь тем, как его дыхание сбивается с каждой открывшейся полоской кожи. Когда последняя пуговица поддалась, я развела полы рубашки в стороны, обнажая его торс.

Он был прекрасен.

Я всегда знала, что под всей этой одеждой скрывается красивое тело – невозможно было не заметить его точеные движения, его грацию, – но реальность превзошла все мои ожидания. Широкие плечи, четко очерченные мышцы груди и живота, идеальные пропорции, кожа цвета слоновой кости без единого изъяна.

Я провела ладонями по его груди, чувствуя под пальцами тепло его кожи, бешеный ритм сердца.

То, что произошло дальше, было битвой. Борьбой за контроль, за власть. Он задавал ритм – жесткий, требовательный, неистовый – и я принимала его вызов, отвечая с той же страстью, с той же яростью. Наши тела двигались в идеальной синхронности, словно созданные друг для друга, и каждый толчок приносил новую волну удовольствия, которая поднимала меня все выше и выше.

* * *

Я проснулась от яркого солнечного света, бьющего прямо в лицо через незанавешенные окна. Первое, что я осознала – это то, что я не в своей постели. Второе – что я не одна.

Элиан лежал рядом со мной на спине. Простыня скромно прикрывала его бедра, оставляя обнаженным торс, на котором в утреннем свете были отчетливо видны красные следы от моих ногтей на плечах и груди.

Я осторожно приподнялась на локте, рассматривая его спящее лицо. Во сне он выглядел моложе, спокойнее: напряженные линии вокруг рта и между бровями разгладились, и я впервые видела его по-настоящему расслабленным. Его ресницы – почти неприлично длинные для мужчины – отбрасывали тени на скулы, и я поймала себя на том, что хочу провести пальцем по линии его челюсти, почувствовать легкую щетину, которая успела пробиться за ночь.

"Боже мой, – подумала я, осторожно откидывая волосы с лица. – Что я наделала?"