Текст книги "Разорённая леди. Хозяйка пограничного двора (СИ)"

Автор книги: Лила Синклер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31. Пожар

Склад одиннадцать горел уже в полную силу, когда Лиора добежала до площадки, – оранжевые языки пламени рвались из-под крыши, которую они с таким трудом чинили меньше суток назад, и дым стелился по двору низко, едко, забивая горло раньше, чем удавалось сообразить, что делать в первую очередь.

– Цепочку к колодцу! – кричал Орс, уже раздавая указания сорванным со сна работникам. – Вёдра, живо, живо!

Мара выскочила следом за ней в наспех наброшенной шали, бледная так, что даже в оранжевых отсветах пламени было заметно, как отхлынула кровь от её лица.

– Лиора! Слава богам, ты не там… – Мара схватила её за руку и больно надавила большим пальцем на костяшки. – Что делать? Чем я могу помочь?

– Идите к воротам, тётя, – сказала Лиора, мягко, но твёрдо освобождая руку. – Встречайте тех, кто выходит из дыма, следите, чтобы никто не пытался вернуться внутрь за вещами. Это важно не меньше, чем тушить.

Мара кивнула. Шаль сползла с одного плеча; поправлять её она не стала и побежала к воротам.

Лиора заставила себя не смотреть только на пламя.

– Перекличка! – крикнула она Томасу. – Кто был на ночной смене и где они сейчас? Никого внутрь не пускать, пока не знаем, что все снаружи.

Коробка с накладными находилась в караульной комнате под двумя печатями. Впервые осторожность, показавшаяся ночью медленной и излишней, окупилась раньше, чем высохли чернила в протоколе.

Томас собрал старших смен. Двух грузчиков нашли у колодца, одного – на цепочке с вёдрами. Не хватало ночного сторожа склада одиннадцать. Его обнаружили за соседним сараем: он лежал на земле, кашлял и пытался подняться, чтобы вернуться за журналом.

– Журнал сгорит, – сказала Лиора, опускаясь рядом. – Вы – нет. К Маре, у ворот.

* * *

Дарен появился минутой позже – уже без плаща, в одной форменной рубашке, с той собранностью, что превращала хаос вокруг него в подобие порядка одним лишь фактом его присутствия.

– Разделите людей на три группы, – сказал он, не тратя времени на приветствия. – Одна тушит, вторая выносит из соседних складов всё, что может загореться от искры, третья держит периметр, чтобы никто не путался под ногами у первых двух. Леди Весс, кто у вас лучше всех знает расположение грузов на этом участке?

– Мина, – сказала Лиора. – Она сейчас будет здесь.

– Хорошо. Она с вами координирует, что спасать в первую очередь. Я беру на себя людей и воду.

Он ушёл к работникам. Первую команду пришлось повторить: треснула балка, люди шарахнулись, кто-то опрокинул полное ведро. Дарен выругался, поймал за плечо растерявшегося грузчика и поставил его в обратную цепь. Через минуту вода снова пошла без разрывов.

У западной стены Дарен остановил людей, уже собравшихся ломать запертые ворота склада.

– Сначала узнать, есть ли кто-то внутри. Кто держит ключ?

Ключ нашли у Томаса. Ночной сторож подтвердил, что после закрытия никто не входил. Только тогда ворота открыли снаружи багром, не посылая человека под прогнувшуюся балку. Из темноты выкатился жар, и двое в первом ряду отступили с обожжёнными рукавами, но целыми руками.

Орс приказал отвести лошадей на дальний выгул. Искры уже летели к конюшне; перепуганные животные били копытами по дверям, мешая слышать команды. Мара у ворот считала выведенных людей и завязывала белые тряпки на запястьях тех, кого уже осмотрела. Эта простая отметка не позволяла потерять пострадавшего в толпе второй раз.

Лиора поймала себя на том, что ждёт следующего приказа Дарена. Разозлилась, вытерла мокрой ладонью глаза – стало только хуже – и повернулась к своей части двора.

– Мина! – крикнула она подоспевшей секретарше. – Склад семь и склад шесть – рядом, под угрозой искр. Что там и сколько людей нужно для переноса?

– Военное снаряжение по договору – на шестом. Груз первого пробного обоза уже покинул двор, на седьмом остались пломбы и пустая тара союза, – быстро отчиталась Мина. – Бумаги можно вынести вдвоём, для армейских ящиков понадобится не меньше восьми.

– Значит, седьмой закрываем и поливаем стену. Из шестого выносим только ближайший к общей стене ряд. Никаких бумаг из огня и никаких возвращений за последним ящиком. Люди важнее описи.

* * *

Томас появился из дыма с двумя людьми, которые выносили последний армейский ящик из опасного ряда. Он сам ничего не нёс: шёл сзади, считал людей вслух и закрывал за ними дверь склада шесть.

– Восемь вошли, восемь вышли, – доложил он, закашлявшись.

– К Маре. И больше к дыму не подходите.

– Я нужен на разгрузке.

– Вы нужны завтра с работающими лёгкими. Орс справится.

На этот раз он спорил ещё два вдоха, затем всё-таки ушёл к воротам.

* * *

Потом стало не до времени. Полное ведро оттягивало руки, пустое било по коленям. Мокрая тряпка на лице через три вдоха делалась тёплой и горькой. Один мешок из седьмого склада лопнул на площадке; пломбы рассыпались под ногами, и Мина, кашляя, сгребала их в собственный фартук. Кто-то кричал из-за треска дерева, но половину слов всё равно не было слышно.

Воды в колодце хватало, но цепочка захлёбывалась у самого пожара: пустые вёдра возвращали по той же линии, сталкиваясь с полными. Лиора развернула обратную цепь через погрузочную площадку и поставила у каждого поворота по человеку, который не носил воду, а только следил за направлением. Скорость выросла не чудесным образом – просто люди перестали мешать друг другу.

Когда загорелся край навеса между одиннадцатым и седьмым складами, Дарен приказал рубить соединяющие доски. Топоры вошли в свежую древесину ремонта, на который двор потратил деньги и два дня. Лиора сама дала подтверждение. Потерять навес было дешевле, чем позволить огню перейти на весь ряд.

– Рубите, – сказала она Томасу. – В книгу запишем как противопожарную потерю, не как недостачу.

Эта фраза показалась почти нелепой среди дыма, но Томас услышал и кивнул. Утром даже уничтоженное ради спасения остального должно было получить правильное имя.

Донн – тот самый пожилой грузчик, что когда-то в первый день объяснил ей про интервалы поставок овса, – оказался среди тех, кто держал цепочку у колодца дольше всех, передавая вёдра с упорством человека, для которого физическая работа была единственным доступным способом бороться со страхом.

– Крыша! – крикнул кто-то, и часть работающих отпрянула, когда участок обугленных стропил с грохотом обрушился внутрь, подняв сноп искр, взметнувшихся выше остатков стены.

К рассвету огонь наконец удалось сбить – склад одиннадцать выгорел почти полностью, но пламя не перекинулось дальше благодаря отсечке, которую организовал Дарен, и цепочке мокрых от воды и пота людей, работавших без остановки почти три часа подряд.

Лиора обходила закопчённые руины вместе с Дареном, когда один из его солдат, разгребавший пепел у того, что осталось от дальней стены, окликнул их обоих.

– Генерал. Леди Весс. Вам стоит на это взглянуть.

На земле среди обугленных досок виднелись три тёмных участка вдоль одной стены. Между ними дерево выгорело слабее.

Дарен не стал трогать находку. Поставил солдат по краям и велел принести три чистых сосуда для образцов.

– Похоже на масло, – сказал он. – И возможны три точки возгорания. Но здесь хранились строительные материалы, смола и лампы. До сравнения образцов это признаки поджога, не вывод.

– Той самой стены, за которой была ниша, – сказала Лиора. – Коробки там уже не было.

Дарен посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.

– Эта стена могла быть выбрана из-за ниши, – сказал он. – А могла загореться первой потому, что рядом стояла смола. Проверим расход масла, лампы, журнал сторожа и следы до того, как решим, что кто-то знал о находке.

– Если целью была ниша, утечка могла произойти от любого из пятерых свидетелей или от того, кто видел ночные работы, – сказала Лиора. – Но сначала докажем цель.

– До результатов считаем две версии равными: умышленный поджог и нарушение хранения горючих материалов, – сказал Дарен. – Охрану усиливаем при обеих.

Нейл пронумеровал три участка и взял с каждого отдельный образец древесины и почвы. Четвёртый – контрольный – срезали у противоположной стены, где пятен не было. Сосуды закрыли тканью, залили воском и передали разным солдатам. Один комплект должен был проверить военный мастер, второй оставался у двора.

– И журнал хранения масла, – сказала Лиора. – Сколько выдали на ремонт, сколько вернули, у кого был ключ.

– Плюс лампа сторожа, – добавил Дарен. – Если она разбилась у стены, получим простое объяснение хотя бы одной точки.

Лиора записала лампу первой строкой. Карандаш выскользнул из мокрых пальцев и упал в золу; поднимать его пришлось ногтями.

Лиора посмотрела на закопчённые останки склада и на усталых людей, сидевших прямо на мокрой земле. Тринадцать золотых первой прибыли теперь соседствовали в книгах с новым убытком, размер которого ещё предстояло установить.

– Перекличка, образцы, опись, – сказала она. Голос сорвался на последнем слове. – А обвинения пусть подождут.

Мара принесла ей кружку воды. На белой тряпке у тёти осталось чёрное пятно от Лиориных пальцев.

Глава 32. Утро после

При свете дня пожарище выглядело хуже. В темноте огонь хотя бы прятал то, что ел. Теперь остался обугленный остов, чёрные потёки на соседних стенах и мокрая каша из золы, соломы и чьей-то растоптанной рукавицы. Гарь сидела на языке даже после воды.

– Груз на складе одиннадцать, – читала Мина по списку, составленному за ночь по памяти, – состоял в основном из строительных материалов для ремонта, части старых, списанных запасов и малой доли тканей, ожидавших переброски. Потери значительные, но не катастрофические. Мы вовремя вынесли всё ценное с соседних складов.

– А сам склад?

– Восстанавливать заново, – сказала Мина без прикрас. – Крышу, которую только вчера закончили чинить, придётся ставить с нуля. Ирония, госпожа, злее не придумаешь.

Они не стали сводить ущерб одной круглой цифрой. Мина завела четыре строки: товар, строение, материалы ремонта и работа людей. Отдельно – навес, который срубили намеренно, чтобы остановить огонь. Из товара окончательно погибли два рулона ткани и часть старого дерева; армейское имущество и груз союза не пострадали. Предварительная потеря составляла сто восемьдесят золотых без стоимости самого здания.

– Тринадцать заработали, сто восемьдесят потеряли, – сказала Мина.

– За один день – да. – Лиора подвинула к себе лист и поставила черту между строками. Перо прорвало сырую бумагу. – Прибыль отдельно. Пожар отдельно. Иначе к вечеру мы сами себя похороним в счётах.

Лиора подписала уведомление союзу: пожар, перечень непострадавших грузов, временное закрытие одного склада, новый маршрут пробного потока через шестой и седьмой. Отправить решила до того, как караванщики услышат чужую версию.

Лиора кивнула. Усталость минувшей ночи давила на плечи тяжелее, чем любая цифра в списке потерь.

– Гераль знает? – спросила она.

– Ему сообщили с рассветом. – Мина замялась. – Он прислал записку с сожалениями и предложением помочь с оценкой ущерба. Лично не явился – сказал, что неотложные дела в городе.

– Какие дела?

– Не указал.

– Запросите маршрут служебной коляски и время выезда. Не как слежку за Гералем – как учёт имущества двора. После пожара мы должны знать, где находятся наши люди, лошади и транспорт.

Если управляющий уехал по настоящему делу, запись его защитит. Если придумал причину исчезнуть, останется проверяемый промежуток.

Лиора отметила это про себя без комментария – ещё одна деталь в списке, который она теперь вела не в тетради, а в голове, отдельно от всего остального.

* * *

– Госпожа, – сказал Томас, найдя её среди пепелища около полудня. Голос после ночного дыма звучал сипло, хотя лекарь велел ему не приближаться к завалам до завтра. – Мы с Орсом составим точный список того, что можно спасти. Вам не обязательно стоять здесь и смотреть, как считают обгоревшие доски.

Первым порывом было остаться и проверить всё лично. Но бледное лицо Томаса напомнило о другой задаче.

– Список – ко мне к вечеру. Но составит его Орс. Вы идёте к лекарю сейчас, а не через два часа.

– Госпожа…

– Вы уже закрыли склад шесть и вывели людей. Сегодня ваша работа – не превратить дым в воспаление лёгких.

Он не стал спорить – только коротко кивнул, и в этом кивке было больше благодарности, чем в любых словах.

Лиора отошла от пепелища. На третьем шаге обернулась: Орс уже отправлял двоих за ломами, Томас ругался с лекарским помощником и проигрывал. Никто не искал её глазами.

Она прошла ещё пять шагов и только тогда заметила, что всё это время держала в кулаке обгоревший гвоздь. Бросила его в ведро с железным ломом и пошла дальше. За спиной двор продолжал работать.

У канцелярии её догнал посыльный союза. Глава северного отделения не расторгал пробный договор, но требовал представить новый план размещения до вечера и оставлял за собой право осмотреть двор после расчистки. Решение было жёстким и справедливым: им не простили пожар из сочувствия, но и не наказали за ущерб, которого груз союза не понёс.

Лиора передала Мине схему складов.

– Переносим половинный поток на шестой и седьмой. Военное имущество сдвигаем в дальнюю треть шестого только по акту с интендантом. Одиннадцатый исключаем из расчёта мощности полностью.

– Тогда на воротах придётся разносить время военных и караванных телег, иначе они встретятся у одной площадки.

– Разнесите на два часа. Сначала союз, потом корпус. И предупредите обе стороны письменно.

План семи дней не пережил пожар в прежнем виде. Но вместо него уже появлялся новый – не с нуля, а из тех частей системы, которые уцелели.

* * *

Дарен нашёл её у канцелярии с двумя кружками в руках – пар над ними поднимался густо, но запах, доносившийся от содержимого, не внушал особого доверия.

– Кофе, – сказал он, протягивая ей одну из кружек. – По крайней мере, так это назвали на кухне у Мары. Подозреваю, что зёрна там видели издалека и очень недолго.

Лиора отпила и закашлялась. Кофе оказался солёным.

– Это ужасно, – сказала она с искренним изумлением.

– Совершенно ужасно, – согласился Дарен, делая ещё один глоток с видом человека, слишком уставшего, чтобы отказываться даже от плохого кофе. – Но горячее. После такой ночи я готов простить многое ради простого факта, что оно горячее.

Они сидели молча несколько минут – не тем напряжённым молчанием, что сковывало их день назад в канцелярии, а тем спокойным, усталым безмолвием, что возникает между людьми, пережившими одну и ту же катастрофу и не нуждающимися в словах, чтобы это признать.

– Томас поправится? – спросила она наконец.

– Лекарь говорит – да, через день-два. Дым, не ожоги. Ему повезло больше, чем могло бы.

– Повезло, – повторила она. – Ночной сторож мог вернуться за журналом. Томас мог решить, что последний ящик важнее ещё одного вдоха. Мы до сих пор зависим от того, послушаются ли люди запрета геройствовать.

– Вы сомневаетесь, достаточно ли ясно запретили входить, – сказал Дарен.

– Я приказала не входить. Но ещё несколько дней назад сама отправила бы человека за бумагами и назвала это необходимостью. Не уверена, что все уже верят моим новым приказам больше старых привычек двора.

– Сегодня поверили, – сказал Дарен. – Коробка была в другом здании, а никто не полез за журналом. Это и есть работающий порядок: важные бумаги заранее лежат там, где за ними не надо умирать.

Она снова отпила. На этот раз заранее зажмурилась, но лучше не стало.

– Мара перепутала соль с сахаром.

– Я не рискну сообщить ей сегодня.

– Тогда будем считать это ещё одной мерой безопасности.

* * *

– Мне нужно сказать вам кое-что, – сказал Дарен, отставляя пустую кружку. – Не как совет. Как предложение по существу.

– Слушаю.

– Я хочу на семь дней усилить военный караул вокруг арендованного склада и участка расследования: пост у въезда, пост у шестого склада, ночной патруль по внешней стене. Потом пересмотрим необходимость. У корпуса есть основание защищать своё имущество и место возможного преступления, но распоряжение я оформлю письменно и приложу карту постов к вашему журналу.

Лиоре не нравились вооружённые люди на собственном дворе. Ещё меньше ей нравилось оставлять место возможного поджога под охраной тех же смен, порядок которых мог изучить виновный.

– На семь дней, с письменным порядком и ежедневной сверкой ваших патрулей с Орсом, – сказала она. – Военные не досматривают жилой дом и не входят в канцелярию без меня или Мины.

– Значит, да, – сказала Лиора. – На этих условиях.

– Согласен. Имена, часы и маршруты получите до первой смены.

Дарен кивнул и дописал условие на полях карты. Чернила легли поверх жирного следа от его большого пальца.

– Тогда да. Договорились.

* * *

Не прошло и часа, как один из солдат, уже приступивших к обходу территории по новому распоряжению, нашёл их обоих у канцелярии – запыхавшийся, с выражением человека, наткнувшегося на что-то, чего не ожидал так быстро.

– Генерал. Леди Весс. У склада номер четыре, за кустами, следы сапог. В ночной перекличке никто из наших не отметил этот участок. Возраст пока не определить – дождя после пожара не было.

– Покажите, – сказал Дарен.

Лиора поставила кружку на подоконник и пошла следом. На втором шаге вернулась за схемой постов: после бессонной ночи надеяться на память было глупо.

Кофе остался на подоконнике. Лиора успела подумать, что к их возвращению он станет ещё хуже – редкое достижение даже для кухни Мары.

Глава 33. Это не случайность

Следы у склада четыре оказались отчётливее, чем ожидала Лиора, – не смазанные пятна, а ясные отпечатки сапог, вдавленные в мягкую после недавнего дождя землю у самой стены, там, где невысокий кустарник создавал естественное укрытие для того, кто хотел бы понаблюдать за двором незамеченным.

– По крайней мере один человек стоял здесь на месте, – сказал Дарен, присев на корточки. – Один след продавлен несколько раз. Каблук узкий, на правой подошве поперечный порез. Но пока не сравним обувь ночной смены и тех, кто тушил пожар, это может оказаться наш человек.

– Смотрел на склад одиннадцать? – спросила Лиора, прослеживая взглядом линию, которую, по всей видимости, обеспечивал этот наблюдательный пункт.

– Или на весь двор целиком, – сказал Дарен. – Отсюда видно и въезд, и большую часть складского ряда. Хорошее место для того, кто хочет понимать, что где лежит и когда меняются смены, прежде чем что-то предпринять.

– Возможное место наблюдения перед поджогом.

– Или след оставили во время пожара, – сказал Дарен, поднимаясь. – После последнего дождя прошло меньше двух суток. Точнее возраст мы не назовём.

Лиора шагнула к кустам и тут же зацепилась юбкой за сухую ветку. Треск получился слишком громким. Отсюда действительно были видны её окна – два верхних, над канцелярией. Она высвободила ткань, оставив на колючке нитку.

– Значит, охрана теперь не формальность, – сказала она.

– Никогда ею и не была, – ответил Дарен. – Но теперь у неё есть конкретная задача: отмечать каждого, кто подходит к этому участку.

К полудню появились первые результаты по пожару. Лампа ночного сторожа была цела и стояла у ворот, где тот оставил её перед обходом. В журнале ремонта значилось шесть мер льняного масла; плотники вернули три с половиной. Полмеры ушло на пропитку, ещё одну нашли в закрытом кувшине. Одной меры не хватало.

– Недостача масла не доказывает, что им подожгли склад, – сказала Лиора.

– Нет. Но объяснение «разбилась лампа» для трёх участков становится слабее, – ответил Нейл.

Военный мастер сравнил запах и след на древесине с контрольным образцом. На двух участках обнаружилось то же льняное масло, на третьем – обычная смола из ремонтной жаровни. Значит, возможных точек умышленного розжига было две, не три. Контрольный кусок у противоположной стены масла не содержал.

Дарен подписал предварительный вывод: «имеются признаки внесения горючего вещества в двух раздельных местах». Слова «поджог установлен» в документе пока не было.

Следы сапог сфотографировать было нечем, поэтому Нейл снял размеры, обвёл отпечаток на промасленной бумаге и накрыл участок досками от случайных ног. К вечеру обувь ночной смены сравнят добровольно; для обыска остальных понадобится основание.

* * *

Винсен Корр приехал во второй половине дня – без предупреждения, но, судя по скорости, с какой он оказался у ворот после пожара, весть о котором едва успела разойтись дальше ближайших городков, ехал он явно не праздно.

– Леди Весс, – сказал он, спешиваясь у канцелярии с тем же лёгким, отточенным поклоном, что и в первый визит. – Я узнал о пожаре и счёл своим долгом приехать лично, а не ограничиваться письмом.

– Весьма любезно с вашей стороны, господин Корр, – сказала Лиора, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри уже насторожённо отсчитывала каждое его слово.

– Ужасная новость. Склад одиннадцать, если я не ошибаюсь? – Винсен покачал головой с искренним, почти убедительным сожалением. – Такая тяжёлая потеря сразу после подписания контракта с союзом караванщиков. Судьба порой особенно жестока именно тогда, когда кажется, что худшее уже позади.

Он назвал точный номер склада. Деталь могла уйти с любым возчиком, покинувшим двор после рассвета, но Лиора всё равно отметила её.

– Откуда вы знаете, что горел именно одиннадцатый склад? – спросила она, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как обычное любопытство, а не как прямое обвинение.

– От возчика Алвена, – ответил Винсен после короткой паузы. – Встретил его у северных ворот города около полудня. Он сказал, что выгорел одиннадцатый и едва спасли соседние склады. Дорога не так уж длинна, а языки у возчиков быстрые.

Теперь объяснение можно было проверить: существовал ли Алвен, выезжал ли утром и мог ли успеть к северным воротам к полудню.

– Как продвигается расследование причин? – спросил он, меняя тему с той же лёгкостью, с какой сменил бы блюдо за столом. – Полагаю, генерал Роэль уже выяснил, было ли это случайностью или чем-то более неприятным.

– Расследование продолжается, – сказала Лиора, не выдавая ничего сверх этой общей фразы. – Пока рано делать выводы.

– Разумеется, – сказал Винсен. – Что ж, госпожа, моё предложение по-прежнему в силе, если вам вдруг покажется, что бремя стало тяжелее, чем стоит нести в одиночку. Пожары, знаете ли, имеют свойство напоминать нам о хрупкости даже самых упорных усилий.

Он поклонился и уехал. Фраза о хрупкости усилий прозвучала как угроза, но Лиора записала не ощущение, а имя, место и время встречи, названные Винсеном.

* * *

– Винсен знал номер склада и назвал источник, – сказала Лиора, найдя Мину в канцелярии. – Возчик Алвен, северные ворота города, около полудня.

Мина подняла взгляд от бумаг, мгновенно посерьёзнев.

– Проверю утренний журнал выезда и спрошу воротных отдельно, – сказала Мина. – Если сначала назвать им Алвена, они могут вспомнить удобного Алвена вместо настоящего человека.

– Если источник подтвердится, номер ничего не доказывает. Если нет – получим ложь о способе, которым он узнал деталь.

Она села за стол, чувствуя, как усталость последних суток наконец начинает брать своё, но не позволяя себе поддаться ей раньше, чем закончит мысль.

– Мина, мне нужно, чтобы вы собрали всё, что только возможно, о Винсене Корре. Не про торговый дом в общем – про него лично. С кем он видится в городе, где останавливается, кто из наших людей мог хоть раз обмолвиться с ним словом за последний месяц. Все связи, даже самые незначительные на первый взгляд.

– Это большая работа, госпожа.

– Знаю, – сказала Лиора. – Но до сих пор мы проверяли метод – накладные, платежи, посредников. Теперь проверим человека, который связан с Реннартом, знает сумму долга и снова предлагает покупку сразу после пожара.

Мина коротко кивнула и потянулась за чистым листом. Потом остановилась и перевернула уже лежавший перед ней: на обороте оставалось достаточно места.

– Начну сегодня же, – сказала она. – Осторожно. Если он действительно тот, кем мы начинаем его подозревать, не хотелось бы, чтобы он узнал об этом раньше, чем мы будем готовы действовать.

– Осторожно, – согласилась Лиора. – Но начинайте.

* * *

Вечером, на их обычном коротком обмене у поста, Дарен выслушал пересказ разговора с Винсеном молча, с тем нарастающим напряжением на лице, что она уже привыкла узнавать в моменты, когда он складывал разрозненные детали в единую, неприятную картину.

– Номер склада, – повторил он, когда она закончила. – Вы уверены, что не назвали его сами до того, как он произнёс это вслух?

– Уверена. Я прокрутила разговор в голове трижды с тех пор.

– Сам номер не улика, раз он назвал источник, – сказал Дарен. – Сначала проверим Алвена. Винсен в любом случае получает сведения о дворе быстро; вопрос в том, пользуется ли он обычными дорожными слухами или отдельным каналом.

– Он ничем прямо не угрожал, – сказала Лиора. – Всё было сказано вежливо, обёрнуто в сочувствие. Формально мне не к чему придраться.

– Ощущению нельзя верить ни в суде, ни при составлении обвинения, – сказал Дарен. – Но его достаточно, чтобы не рассказывать Винсену ход расследования и проверить названный источник.

– Я уже попросила Мину собрать сведения о его связях, – сказала Лиора. – Осторожно, не привлекая внимания.

– Хорошо, – сказал Дарен. – Я, со своей стороны, наведу справки о его перемещениях за последний месяц – где останавливался, с кем встречался, если у моих людей найдутся зацепки. Раздельно, но об одном и том же.

– Значит, вы проверяете дорогу, я – двор.

– И сверяем только факты, – сказал он.

До проверки слова Винсена оставались версией, а не признанием.

Лиора записала на полях: «Алвен, северные ворота, около полудня». Подумала и зачеркнула слово «лжёт», которое успела поставить ниже.

Бумага от угля не очистилась; серое пятно осталось.