Текст книги "Младшая сестра Золушки была гангстером (СИ)"

Автор книги: Лидия Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

– Хрустальные туфельки? Монстр?

– Именно! И всё это в комнате Золушки, представляешь?!

– Так, стоп! – Лилиан выдернула свою ладонь из-под моей и выставила её вперёд. – Давай по порядку.

Я кивнул и постарался умерить пыл.

– Итак, ты утверждаешь, что у Золушки находятся хрустальные туфельки принцессы.

– По крайней мере, одна точно! – Я поднял вверх указательный палец. – Но не могу сказать точно, оригинальная она или нет.

Лилиан кивнула и задала новый вопрос:

– Где эта туфелька сейчас?

Я виновато поджал губы и пробормотал:

– Она разбилась в процессе… э-э… сражения с монстром. Вот! Мы спрятали осколки в цветочный горшок у меня в спальне.

– Не знаю, могут ли разбиться настоящие хрустальные туфельки, – задумчиво произнесла Лилиан. – Но, если предположить, что у Золушки они ненастоящие, то зачем тогда чудовищу их охранять, верно?

– Верно-верно, – закивал я. – Незачем.

– Так, а что с чудовищем? – спохватилась Лилиан.

– О… – протянул я, почесав затылок. – Ну, оно умерло.

– Умерло? – Лилиан озадаченно склонила тёмноволосую головку набок. – Само?

– Из-за случайной оплошности Тыка, – свалил я всё на своего питомца. Ну а что, его тут всё равно нет.

– Значит, Золушка осталась без стража и одной туфельки, – сделала вывод Лилиан.

За разговором она невольно приняла такую же позу, что и я, прикрыв колени длинным подолом платья.

Я бросил взгляд в зеркало на стене и едва заметно улыбнулся. Мне понравилось, как мы выглядели со стороны: словно два близких друг другу человека, которые делятся всякими интересностями. С Ирэн у нас таких посиделок никогда не случалось. Да и нам ни разу не доводилось обсуждать убийства и монстров. Только подарки, которые хотела бы получить от меня Ирэн.

– Она очень негодовала из-за пропажи. Хотела пойти на бал в туфельках и заявить, что она – пропавшая принцесса, – вспомнил я разговор Золушки с феей. – Кстати, её крестная фея – настоящий демон. Она сама об этом сказала, я слышал.

У Лилиан снова брови поползли вверх.

– Ноэми несколько лет прожила с Эллой и не узнала о ней и толики того, что узнал ты. Как такое возможно?

Я улыбнулся во все свои сколько-то там зуба (конкретное число пока мне неизвестно – исследовать свою новую пасть времени не было) и небрежно бросил:

– Я просто весьма наблюдательный. Ну и ещё мне в том доме совершенно нечего делать. Вот и становлюсь невольно свидетелем всяких разговоров.

– А ещё влипаешь в неприятности, – взгляд Лилиан изменился: теперь она смотрела на меня, как строгая мама на проказливого ребёнка. – Будь, пожалуйста, осторожнее, хорошо? Если Золушка поймёт, что ты знаешь о её грязных делах, она не успокоится, пока не уничтожит тебя.

– Переживаешь за меня? – ухмыльнулся я.

– Конечно переживаю, – кивнула Лилиан. – Иначе бы не устраивала всю эту конспирацию. – Она обвела руками окружающее нас пространство.

– Какая же ты милая, – не удержался от комплимента я.

Щёки Лилиан тут же вспыхнули. Она отвела взгляд в сторону и заправила за ухо тонкую прядь волос.

– В общем, давай подведём итоги, – кашлянув, сменила тему она. – Золушка, возможно, причастна к убийствам чародеев, потому что у неё было в услужении чудовище, которое, может быть, терроризировало Ноэми во сне. А ещё Золушка, возможно, украла хрустальные туфельки принцессы, чтобы выдать себя за неё. Так, что ещё? А! Её фея-крестная – демон! Вроде ничего не упустили.

Упустили. Тот факт, что ты так и не отреагировала на моё признание. Но ладно, я не буду на тебя давить. Мне с лихвой хватило нашего интересного разговора о главной злодейке этой истории.

– Можешь приезжать ко мне в пекарню, когда захочешь, но если нам надо будет обсудить что-то важное и тайное, то лучше встречаться во снах, идёт? – Лилиан невзначай коснулась пальчиками моей ладони, и по коже сразу же пробежала приятная волна мурашек. – Идёт, – кивнул я, улыбаясь как идиот.

– Я приготовлю побольше зелья и пришлю тебе его так же – в корзине с выпечкой.

– Кстати! – воскликнул я, вспомнив, что так и не спросил у Лилиан. – Ты не рассказала, почему видишь меня настоящего. Это из-за того, что ты чародейка?

Лилиан качнула головой.

– Это потому что я медиум. Сколько себя помню, я всегда видела призраков. А ты, в каком-то роде, тоже призрак, просто завладевший чужим телом.

– Невольно завладевший, прошу заметить! – поправил её я. А затем задал новый вопрос: – И сколько призраков с чужим телом ты уже видела?

– Мало. Ты третий. А вот обычных призраков я вижу постоянно. Они почти везде. Грустно плывут по воздуху, глядя в одну точку. А если понимают, что я их вижу, начинают приставать с просьбами.

Лилиан печально вздохнула. Захотелось снова накрыть её ладонь своей, но я решил, что не буду сегодня слишком навязчивым.

– Тяжело тебе с таким даром, – сочувственно произнёс я.

– Я уже привыкла, – бодро улыбнулась Лилиан. – К тому же, когда у меня появились способности к чародейству, я начала активно изучать заклинания. Недавно в одной книге нашла рецепт зелья, которое блокирует способности медиума. Хотела сварить его, но потом передумала.

– Почему? – удивился я. – Тебе бы стало намного проще.

– Потому что я встретила тебя, – просто ответила Лилиан. А потом улыбнулась настолько невинно и очаровательно, что моё сердце пропустило удар.

В который раз я понял, что пропал. Растворился в небесно-голубых глазах этой прекрасной, доброй и самой милой девушки на свете.

Вдруг ужасная догадка резанула моё сознание, словно нож. Переполнявший меня восторг сменился страхом.

– Но если ты – чародейка, – озвучил я мысль, которая почему-то пришла мне в голову только сейчас, – значит, убийца может нацелиться на тебя…

Глава 12. С проблемами надо встречаться лицом к лицу, а не избегать их

Утреннее пробуждение после волшебного сна выдалось тяжелым: голова гудела, во рту стояла сухость, а тело ломило. Словно с вечера я перебрал самогона и забылся тревожным сном алкоголика.

Кое-как поднявшись, я подошёл к тазику для умывания и жадно принялся пить из стоящего в нём кувшина. Для лица осталось всего несколько капель, которыми я протёр заспанные глаза.

– Так-то лучше, – прохрипел я, со звоном поставив кувшин обратно в тазик.

Сев на кровать рядом со спящим Тыком, я позвонил в звонок. Разум постепенно пробуждался, а с ним – и информация, полученная от Лилиан.

– Надо многое обдумать, – задумчиво пробормотал я.

На мой зов прибежала Майя, которой я незамедлительно велел принести завтрак – чёрный кофе и выпечку. Горничная кивнула и ринулась выполнять поручение.

Вскоре я уже сидел в кресле перед окном, попивая кофе и жуя булочки с фруктовой начинкой. Проснувшийся Тык сидел на подоконнике и тоже лакомился булочкой. Несмотря на идиллию, настроение у меня было скверное.

Пока не пойман убийца чародеев, Лилиан в большой опасности. Особенно если она снова решится взяться за расследование. Увы, но тут я с Вермишелем был согласен – таким хрупким девушкам, как Лилиан, нечего ввязываться в подобные опасные дела.

Как бы мне ни хотелось держаться в стороне от событий этой проклятой сказочки, ради Лилиан придётся пойти наперекор своим планам и разоблачить убийцу прежде, чем он до неё доберётся. Вот только как именно мне это сделать? В одиночку уж точно не получится. Если объединиться с Лилиан, уговорить её держаться в стороне вряд ли выйдет.

– Неужели придётся работать с Вермишелем? – спросил я, повернувшись к Тыку.

Питомец брезгливо скривился.

– Вот и я так думаю.

Отпив кофе, я уставился на уходящую вдаль дорогу, ведущую из поместья семьи Лоран.

– Вот бы поговорить с Ноэми… – еле слышно произнёс я. – Только вот есть ли в этом смысл, если Золушка сделала всё, чтобы лишить бедняжку рассудка?

Отставив чашку, я встал и решительно отправился к мама́н. Только она могла без палева организовать мне встречу с Ноэми.

В её покоях я маман не нашёл. Побегав по дому, узнал от одной из служанок, что мадам пьёт чай в саду. Именно там я и обнаружил мама́н. Она сидела в плетёном кресле, держа одной рукой блюдце, а другой – чашку. Всё её внимание было сосредоточено на канарейке, щебетавшей в клетке на краю стола.

– Мама́, – тихо позвал я, стараясь не нарушить её умиротворения.

Мадам Лоран повернула ко мне голову и приветливо улыбнулась.

– Дора, моя дорогая. – Поставив чашку на стол, она протянула мне ладонь.

Я осторожно сжал её сухие пальцы. Удивительно, но от этого простого жеста мне вдруг стало так тепло на душе, как не было уже давно. Словно я и правда был ребёнком этой милой женщины, а она – моей матерью.

– Скажи, а мы можем навестить Ноэми? – поинтересовался я, опустившись перед мадам на корточки.

– Разумеется! – мама́н крепче сжала мою ладонь. – Я навещаю её каждое воскресенье, сразу после церковной службы. Но почему ты вдруг спросила об этом?

Я не хотел обманывать эту добрую женщину, поэтому сказал, как есть.

– Мне нужно поговорить с ней об одном деле. Я понимаю, что она не в себе, но, возможно, у неё бывают проблески. И если я их застану, может быть, Ноэми ответит на несколько моих вопросов…

– Ты случайно говоришь не о деле убийцы чародеев, которое она расследовала со своими друзьями? – шёпотом спросила мадам Лоран.

Я округлил глаза от удивления.

– Вы знали?

Мадам Лоран кивнула.

– Ноэми пришлось доверить мне эту тайну, потому что я увидела на чердаке те её бумажки. – Мама́н тяжело вздохнула. – Моя девочка всегда интересовалась всякой жутью.

– Подождите, – пробормотал я, размышляя над сказанным. – Какие ещё бумажки и ниточки на чердаке? Случайно не улики по делу?

– Не знаю, были ли это улики или что-то ещё. – Мама́н боязливо огляделась, словно опасаясь подслушивания, и заговорила ещё тише: – Но там было много всякой информации об убийце.

Мои глаза наверняка загорелись алчным блеском. Сглотнув, я прошептал:

– И где сейчас эти бумажки?

– В надёжном месте. Я спрятала их, когда Ноэми увезли в Сальпетриер.

– Могу я на них взглянуть?

Мама́н кивнула. Поднявшись, она бросила:

– Идём.

Однако не успели мы переступить порог дома, как за воротами раздался шум. Затрубили трубы, заржали лошади, послышались голоса людей. Мы с мама́н замерли, повернувшись к воротам.

К нашему поместью подъезжала роскошная золотая карета, запряжённая четверкой белоснежных коней. Её окружали солдаты в пышных красно-синих мундирах и с немыслимо высокими и причудливыми шляпами. Те, что замыкали шествие, трубили в трубы.

Процессия остановилась у ворот. Один из солдат спешился и громко прокричал:

– Именем его высочества, открывайте ворота!

«Приплыли», – подумал я и драпану́л что есть силы в свою комнату. Сидеть тихо, как мышка.

Ма́ман что-то кричала мне вслед, но разобрать её слов я не смог. Перед глазами встало злобное лицо Золушки и её обещание расправиться со мной, как Тузик с грелкой, если я попадусь на глаза принцу.

Влетев в свою комнату, я закрылся изнутри и осторожно выглянул из окна. Подлетевший ко мне Тык вопросительно пропищал.

– Принц прикатил, – я указал пальцем на карету. – Привёз Золушке её платок.

Тык недоверчиво воззрился на меня.

– Что? Не туфельку же он привёз примерять, которую ты раскакошил, – язвительно заметил я.

Питомец недовольно забормотал и, опустившись на подоконник, принялся наблюдать за происходящим.

Тем временем из кареты вышел сам принц Чарминг. Одет он был довольно скромно для принца: изумрудный костюм классического кроя, а под ним светлая рубашка с расстёгнутым воротом. Ни помпезной формы, ни шпаги, ни короны. Как будто приехал не принц, а сын главы небольшого предприятия. Зато выражение лица у Чарминга было что ни на есть королевским, да и шёл он так, словно был хозяином прайда: властно, дерзко и уверенно.

Встречать именитого гостя выбежали месье Лоран и сама Золушка, у которой от тщательно изображаемой скромности не осталось и следа – одета она была уже не как прислуга, а как дочь богатых родителей: в шёлк и кружева.

– Месье Лоран, – Чарминг кивнул отцу Золушки, – я приехал к вашей дочери, дабы отдать ей то, что она обронила на балу.

От меня не укрылось, как взгляд ма́ман скользнул к окну моей комнаты. Однако месье Лоран расплылся в улыбке – немного фальшивой, на мой взгляд, – и произнес:

– Да-да, ваше высочество! Моя дочь давно вас ожидает.

Говорил папаня как-то механически, будто был под чем-то. Золушка и до него добралась? Опоила чаем с мухоморами?

– Что вы говорите? – ухмыльнулся принц. – Вот уж не думал, что она будет меня ждать. Что ж, раз так, то я могу рассчитывать на то, что она всё же благоволит мне.

– Ещё как благоволит, – закивал месье Лоран и, повернувшись к смиренно ждущей своего часа Золушке, сказал: – Элла, дорогая, подойди же к его высочеству. Не стесняйся.

Золушка скромно потупила взгляд, приготовившись играть роль милой и доброй сиротки. Это однозначно был бы её звёздный час, если бы не два обстоятельства, которые она, по всей видимости, никак не могла предугадать. Да и я тоже.

Равнодушно взглянув на Золушку, принц Чарминг выдал:

– Нет, я говорил не про эту дочь. Где та, что потеряла эту странную обувь?

С этими словами принц продемонстрировал мой потерянный кед.

– Вот. Же. Срань, – отрывисто произнёс я, уже рисуя в воображении гроб, в который меня засу́нет Золушка.

Как по команде, головы всех членов семьи Лоран, включая Золушку, повернулись в мою сторону.

– Блинский! – выругался я, резко опускаясь на пол и втягивая голову в плечи.

Тык вопросительно пропищал.

Я протянул руку, нащупал ладонью пушистый хвост питомца и потянул его к себе. Раздался душераздирающий вопль.

– Нам нельзя отсвечивать, приятель, – напомнил я, прижимая питомца к груди.

Тык возмутительно забормотал. В волнении прижав его к себе еще сильнее, я принялся молиться о том, чтобы Золушка не заметила, что я следил за ней из окна.

– Дора, детка, ты у себя? – раздался с улицы голос маман. Похоже, она подошла к моим окнам.

– Может, она уснула? – сладким голоском пролепетала Золушка. – Ей нездоровилось сегодня. Кажется, сестра серьёзно заболела.

– Странно, – протянула мадам Лоран. – Мне она показалась вполне здоровой. Я видела её совсем недавно в саду.

– Если Доротея больна, я прикажу прислать королевского лекаря! И лучшие лекарства! – с готовностью тимуровца объявил принц.

Послышались быстрые шаги, а спустя некоторое время злобное рычание.

– Если ты меня слышишь, Доротея, – жутким голосом произнесла Золушка, – то советую сделать все, чтобы принц не смог надеть на твою ногу эту ужасную обувку!

Мы с Тыком переглянулись и тяжело вздохнули.

– Ну и что? – устало спросил я, когда шаги Золушки затихли. – Валим?

Тык уверенно кивнул. Нехотя поднявшись, я шагнул в двери, но замер при виде своего отражения. Недолго думая, выдвинул ящичек с косметикой и быстро принялся рисовать на лице бог весть что. Пара минут, и вот в зеркало на меня уже смотрел заплаканный клоун, а не хорошенькая девушка.

– Идеально, – оскалился я и, приоткрыв дверь, выглянул в коридор.

Внизу доносились голоса. Маман с принцем явно направлялись на второй этаж.

Выйдя из комнаты, я поспешил к чёрной лестнице в конце коридора. Тык летел следом, беспокойно озираясь.

Остановившись на лестнице, я замер, глядя то вверх, то вниз. За время, проведённое в доме Лоранов, я хорошо узнал маман. Она была упрямой и дотошной – если ей что-то было нужно, она добивалась этого любой ценой. Если ей требовалось найти меня, да ещё ради принца, она вывернула бы весь дом наизнанку. Значит, выбора у меня почти не было.

Золушка велела не дать принцу надеть на меня кед. Что ж, мне это тоже не улыбалось, а зачит, нужно сделать всё, чтобы отвадить его.

Сжав кулаки, я спустился вниз. Крадучись прошёл вдоль стены дома и оказался в дальнем углу сада – там, где сорняки росли буйно и где садовник особенно ленился.

– Ты моя золотая! – радостно воскликнул я, заметив в углу заросли крапивы.

Тык недоумённо уставился на меня, пока я снимал тапки и нерешительно топтался на месте. Тело сопротивлялось, но разум понимал – иначе мне конец.

– А, чёрт с ним! – махнул я рукой и прыгнул босыми ногами на крапиву.

Когда я был маленьким, то решил помочь бабушке собрать крапиву для коз, которые ее обожали. Мне было всего пять, и я не понимал, что ее надо рвать в перчатках – знакомства с ее неприятными качествами у меня еще не случилось. Мало того, что мои бедные ладошки покрылись волдырями, так еще оказалось, что у меня аллергия на крапиву. За считанные минуты мои руки увеличились в размере, и напуганной до чертиков бабушке пришлось вызывать «скорую». Пока медики приехали в нашу глухую деревню, бабушка уже смогла уменьшить аллергическую реакцию с помощью отвара из ромашки.

Сейчас, топча крапиву босыми ногами, я уповал на то, что чудодейственные свойства ромашки помогут мне и на сей раз. Но мое исцеления, разумеется, придется отложить на некоторое время…

– Дора! Вот ты где! – раздался за спиной голос маман.

– Здра-а-сьте! – Я обернулся и изобразил улыбку умалишенного.

За маман спешил принц с кедом в руках. За ним – свита, месье Лоран и Золушка. Последняя смотрела на меня с яростью. Но ничего, у меня всё под контролем! Сегодня принц убежит от меня, как от бешеной собаки, я уверен.

– Дора, смотри, кто к нам приехал! – радостно воскликнула мадам Лоран, но тут же замолчала, увидев моё лицо. От ужаса она даже побледнела.

– Хто это? – спросил я, изображая полное непонимание.

Маман молча таращилась на меня, открывая и закрывая рот, как выброшення на берег рыба.

Обогнув маман, ко мне подошел принц Чарминг. Вид у него был настороженный. Он пристально смотрел на меня и, кажется, не мог узнать. Отлично, не зря, значит, я так старался с макияжем!

– А ты уверяла, что с ней всё в порядке, – нахмурился месье Лоран.

Чёрт, этого я не учёл. Сам же подал повод отправить себя в дурдом…

Я скользнул взглядом по довольной роже Золушки. Но её ухмылка исчезла, когда принц сказал:

– Доротея, с вами всё хорошо? Вы плакали?

– Милая! – встрепенулась маман. – Что случилось? Кто тебя обидел?

– Всё норм, – буркнул я.

Вот же ж, догадливые какие…

– Да у тебя весь макияж от слёз размазался! – всплеснула руками мадам Лоран. – Что произошло?

Принц опустил взгляд. Его брови дёрнулись.

– Думаю, мадемуазель Доротея плакала из-за этого, – он указал на мои ноги.

Маман ахнула. Я тоже посмотрел вниз и жалобно охнул. Ступни не распухли – лишь покраснели и покрылись волдырями. Аллергии не случилось, потому что, сорок коз вас всех дери, у меня было другое тело!

Захотелось завыть от боли на всю округу. От боли как душевной, так и физической. Потому что ноги драло люто.

– Срочно приготовьте ей успокаивающую ванночку для ног! – скомандовал принц и, передав кед слуге, подхватил меня на руки.

А что я? Думаете, сопротивлялся? Как бы не так! Я просто разревелся, как маленькая девчонка. От душевной и физической боли..

Чарминг принёс меня в мою комнату и усадил на кровать. Маман с Мией вошли следом.

– Принеси отвар для ног Доры, – бросила служанке мадам Лоран.

Та склонила голову и скрылась за дверью, за которой уже стояла свита принца и раздражённая Золушка, успевшая бросить на меня уничтожающий взгляд прежде, чем маман захлопнула дверь.

– Она меня убьёт, – прошептал я, откинувшись на подушки.

– Кто? – тут же спросил принц, взволнованно глядя на меня.

Приподняв голову, я встретился взглядом с маман. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а затем мадам Лоран подошла к принцу и тихо заговорила о том, что в нашем доме притаилось маленькое зло. Насчёт «маленького» я бы с ней поспорил, но влезать в её речь не стал.

– Элла так отчаянно хочет заполучить ваше расположение, что не оставит теперь в покое Дору, – дрожащим голосом закончила мадам Лоран. – Прошу вас, откажитесь от моей дочери или обеспечьте ей защиту.

«Да, пожалуйста, откажись от меня! На кой черт тебе сдалась проблемная девчонка?»– подумал я, замерев в ожидании ответа принца.

Чарминг отвел взгляд от мадам Лоран и нахмурился. Подумав пару-тройку секунд и посмотрев на меня, уверенно произнёс:

– Я не откажусь от Доротеи! Она покорила моё сердце, и я сделаю всё, чтобы обеспечить её безопасность.

Прикрыв глаза, я тихо заскулил. Ну за что мне всё это?

– Тогда вы обязаны прислать в наше поместье охрану, – требовательно произнесла маман. – У Доры должны быть телохранители, которые неотлучно будут следовать за ней.

Я в ужасе уставился на неё. Только тотального контроля мне сейчас не хватало! Как я буду ходить к Лилиан? Как смогу поймать убийцу чародеев?

– У меня есть идея получше. – Чарминг схватил мою ладонь и сжал её.

Я поморщился, но не от боли, а от омерзения, однако вырывать руку не стал. Мне было интересно, что там придумал Чарминг. Наверняка что-то дельное, ведь он же принц, у него крутые связи и все такое. Например, напичкать Золушку транквилизаторами и упечь в дурдом. Или вообще бритвой по горлу и в колодец. Я, конечно, не сторонник столь радикальных методов, но эта девка та ещё мразь, и если не мы её, то она нас точно… того самого, в колодец…

– Мы сегодня же заключим брак, и Доротея переедет ко мне во дворец! – с широкой улыбкой объявил принц.

У меня челюсть так и отвисла. Что там маман говорила про телохранителей? Офигенный был вариант…

– Послушайте, – обратился я к принцу и маман. Голос мой был на грани срыва. – О каком браке может идти речь, если я не знаю этого человека?!

Принц уставился на меня круглыми глазами:

– Как же вы меня не знаете? Это же вы были на балу, вы спорили со слугой, разливавшим алкоголь. На вас были эти странные туфли, – он снова достал откуда-то мой кед и потряс им в воздухе, – вы представились Констанцией, и я с трудом нашёл вас из-за вашего маленького обмана!

– Это не я. – Упрямства во мне было не занимать.

Скрестив на груди руки и с трудом терпя жжение в ступнях, я оставался непоколебим, как высокая и могучая скала.

– Тогда что это? – Маман наклонилась и выудила из-под кровати второй кед.

Принц просиял при виде её находки, а моя непоколебимость дрогнула.

– Они пара! – воскликнул принц, сравнивая кеды. – Идеальная пара! Такая же, как и мы.

В глазах снова защипало. Бессилие и несправедливость раздражали. Как, ну как мне избавиться от этого идиота? Изобразить припадок? Выпрыгнуть в окно, надеясь, что Тык где-то рядом и сможет меня подхватить…

– Ваше высочество, – мягким тоном обратилась к принцу маман. – Для нашей семьи большая честь, что вы обратили внимание на Доротею, но давайте не будем спешить, хорошо? Кажется, её всё это страшно пугает.

Принц устремил на меня удивленный взгляд. Пользуясь случаем, я придал своему лицу пугливое выражение. Кажется, подействовало.

– И как же нам быть? – Чарминг выглядел потерянным, прижимая мои кеды к своему изумрудному пиджаку. В этот момент он напомнил мне июньского жука – такого же блестящего, зелененького и грустненького от того, что его посадили в спичечный коробок и пичкают травой, которую он совсем не любит.

– Скажем, что вы приехали вернуть моей дочери обувь, которую она потеряла на балу, – предложила маман. – В благодарность мы пригласим вас на обед через пару дней. Потом вы пригласите нас. Ваши отношения будут развиваться постепенно, без бурной огласки. Согласны?

Боже, да мадам Лоран – гений! И почему я не догадался зайти с таких карт? Совсем, видимо, умом тронулся в женском теле. Гормоны и всякое такое.

Подумав немного, принц уточнил:

– То есть я не могу сейчас объявить, что нашел ту самую и намерен жениться?

Я тут же изобразил на лице ужас. Принц вздрогнул от того, как убедительно я испугался его слов.

– Видите, как пугает Дору быстрое развитие отношений? – всплеснула руками маман. – Вы не должны торопиться, если хотите, чтобы она привыкла к вам и полюбила вас.

– Полюбила… – На лице принца появилась дурацкая мечтательная улыбка.

– Именно, – закивала маман. – Вы же хотите, чтобы ваши чувства были взаимными?

– Разумеется! – Принц вскочил, все еще прижимая мои кеды к груди. – Тогда решено! Наши отношения будут развиваться спокойно и тайно! Ваша падчерица ни о чем не узнает, обещаю. Однако я все же приставлю к Доротее волшебного телохранителя.

Мы с маман удивленно уставились на принца. Ухмыльнувшись, он щелкнул пальцами, и в мгновение ока перед ним возникла человеческая фигура, которая, казалось, состояла из жидкого серебра.

– Это Аракс, – представил принц серебряного человека. – Он невидим и появляется по щелчку пальцев или в момент, когда мне угрожает опасность. Секунда, и враг будет повержен. – Чарминг повернулся ко мне и произнес: – Уколите свой палец, пожалуйста. Для привязки нужна ваша кровь и моя печать.

Я недоверчиво покосился на Аракса.

– Сейчас все будет! – Маман вскочила с места и, покопавшись в выдвижном ящике туалетного столика, выудила оттуда иголку.

– Может, лучше… – проблеял я, но маман не дала мне договорить. Схватив мой указательный палец, она быстро проколола его и надавила на подушечку. В области прокола мгновенно образовалась крупная капля крови.

– Отлично. – Принц, наконец, поставил мои кеды на пол и достал из внутреннего кармана пиджака маленькую печать. Прижав ее к моему проколотому пальцу, Чарминг приказал серебряному человеку повернуться к нему спиной.

Между лопаток у Аракса зияла круглая выемка с какими-то письменами. Принц прижал к этому месту печать, прикрыл глаза и что-то произнес. Аракс вспыхнул серебряным светом, а мой палец нестерпимо закололо. Я вскрикнул и вырвал руку из хватки маман.

– Боль пройдет через мгновение, – сказал принц, открыв глаза. – Теперь Аракс ваш, Доротея.

– А как же вы, ваше высочество? – ахнула мадам Лоран.

– Придворные маги сделают мне нового, – небрежно махнул рукой принц.

Раздался короткий стук в дверь.

– Это Мия. Можно войти?

Маман дала служанке согласие, и та быстро прошмыгнула внутрь. Краем глаза я успел увидеть за дверью, среди толпы слуг принца, два сияющих ненавистью пыльных глаза. По спине пробежала дрожь.

С опаской косясь на Аракса, Мия поставила на пол ванночку с отваром и принялась суетиться возле меня.

– Что ж, не буду мешать. – Принц тактично кашлянул. – Поправляйтесь, мадемуазель Доротея. И до скорой встречи.

Я кивнул, опираясь на Мию, которая помогала мне приподняться и опустить ноги в тазик.

– Подождите, – окликнул я принца.

Чарминг обернулся с сияющей улыбкой.

– Как сделать его снова невидимым? – спросил я, кивнув на Аракса.

– О, просто щелкните пальцами.

Я посмотрел на Аракса и сделал так, как сказал принц. Серебряный страж тут же растворился в воздухе.

«Интересная игрушка», – подумал я. – «Надо будет потом ее испробовать». Вслух же я отвесил принцу сухую благодарность и сунул ноги в целебный отвар, от которого пахло ментолом и ромашкой.

Распрощавшись, принц покинул мою комнату. Маман выскочила следом за ним, что-то любезно бормоча.

– Ну и абсурд, – выдохнул я, прижав ладони к лицу.

– Мадемуазель, – осторожно обратилась ко мне Мия. – А что это за чудище только что было здесь, а потом пропало?

Я невольно усмехнулся. Удивительно, что Мию волновало не то, что происходит между мной и принцем, а то, что за чудище только что стояло перед ней.

– Серебряный серфер, – ответил я, запрокинув голову и уставившись в потолок. – Мой персональный супергерой.

– Выходит, ты теперь невеста принца? – Лилиан едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

– Сплюнь! – воскликнул я, взмахнув рукой, в которой держал песочное печенье. Крошки полетели в сторону Тыка, сидевшего на прилавке пекарни. Питомец чихнул и недовольно покосился в мою сторону.

– Мне кажется, плевать уже поздно, – сдавленно произнесла Лилиан. – Он не только узнал тебя, но и нашел пару твоей обуви, которую ты потерял на балу. Это финиш, Костя!

Я хотел было возмутиться, но смеющаяся Лилиан, использовавшая мои же фразочки, была настолько милой, что я сразу отбросил проблемы с принцем на второй план. Подумаешь, в меня влюбился мужик. Как-нибудь решу эту проблему.

Наверное.

Признаюсь, однако, что надо отдать должное связям принца – он прислал мне кучу мазей, и волдыри на ступнях прошли за пару дней, будто их и не бывало. Вот бы только сам принц отлип от меня так же быстро.

– Что думаешь с принцем делать? – спросила Лилиан, поглядывая на черничный макарун, сиротливо лежавший на тарелке.

За два часа мы с ней съели кучу сладкого и выпили по три чашки чая. За разговором и смехом время пролетело совершенно незаметно, и пора было уже расходиться, но мне этого не хотелось.

– Бегать от него, что же еще. Мне надо показать нашей домашней террористке, что я на него не претендую.

– Может, стоит поговорить с ним? – в задумчивости предложила Лилиан. – Объяснить ситуацию, рассказать, что мы узнали про нее. – Последнее слово она выделила голосом, намекая на Золушку.

– Я не доверяю этому дураку, – покачал головой я. Вот кому-кому, а принцу я точно не собираюсь ничего рассказывать.

– А зря, – Лилиан цокнула языком. – Он – брат пропавшей принцессы. Возможно, он смог бы нам помочь.

– Помочь? – усмехнулся я. – Пока что у меня из-за него только проблемы.

– От которых ты бежишь. Может быть, стоит встретиться с ними лицом к лицу?

В глубине души я понимал, что Лилиан, возможно, права. Однако принц Чарминг произвел на меня впечатление круглого идиота, а потому доверять ему что-то важное я не хотел. Чтобы посвятить принца в тайны, нужно сначала лучше узнать его, а для этого – чаще видеться. Отгадайте, насколько сильно мне этого хотелось? Правильно: ни насколько!

– А покажи еще Аракса, – Лилиан придвинулась ближе. Ее голубые глаза блеснули любопытством.

Лучше бы она с таким видом просила меня о свидании в волшебном сне…

Вздохнув, я щелкнул пальцами. Аракс тут же материализовался рядом.

Как только волдыри сошли, и я снова смог ходить, мы с Тыком отправились тестировать серебряного телохранителя. Мы бродили по подворотням, ища бандитов, но никого не нашли. Зато по пути домой наткнулись на стаю волков. Не успел кучер перекреститься, как перед ним возник Аракс и, взмахнув рукой, превратившейся в меч, сразил сразу двух зверей.

Тестирование было пройдено.

– Эх, если бы можно было передать его тебе, – вздохнул я, глядя, как Лилиан разглядывает стража.

– Это очень сильная и дорогая магия, – пробормотала она, изучая выемку между лопатками стража. – Поменять хозяина непросто. Нужна кровь и…

– …волшебная печать, – кивнул я и закинул в рот остатки печенья.

– Личная волшебная печать, – поправила Лилиан. – В ней содержится частичка энергии хозяина. Это своего рода подпись, подтверждающая личность, но такие есть только у дворян. Обычные люди обходятся простыми документами.

– У нас это называется «паспорт», – усмехнулся я, вспоминая свою кривую фотографию, сделанную в дешевой фотостудии.

Свой паспорт я не любил, но теперь носил бы с удовольствием – в нем была хоть и неудачная, но все же моя фотография.