Текст книги "Младшая сестра Золушки была гангстером (СИ)"

Автор книги: Лидия Мун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 7. Хрустальной туфелькой тоже можно убить

– И все же тебе не стоило покидать поместье так скоро, – бубнил месье Лоран, трясясь в карете. – Да еще и с этим чудовищем.

– Это не чудовище, а мой питомец, – заметил я, старательно удерживая на лице милую улыбку. – Если бы я его не приютил, он бы пожрал у вас всех кошек. Вернее, поел бы у нас всех кошек.

Месье Лоран одарил устроившегося на моих коленях Тыка сомнительным взглядом.

– В любом случае, тебе следовало отдохнуть пару дней. А лучше – неделю.

Вопреки моим опасениям, батя Золушки не стал устраивать мне взбучку. Его больше волновало то, что Дора, вся такая слабенькая, только после болезни, уехала в город. Сомневаюсь, правда, что он переживал за здоровье падчерицы – скорее уж за то, что она могла выкинуть на людях что-то неприличное, – но так-то плевать мне было на его мысли. Лишь бы не мешал жить.

– Я вас поняла, батюшка, – смиренно произнес я.

Мое скромное поведение порадовало батю. Он усмехнулся и, почесав бороду, произнес:

– У пекарни я встретил инспектора Шеля. Выглядел он так, словно его избили.

Я напрягся, пытаясь понять, к чему клонит батёк.

– На мой вопрос, кто с ним такое сотворил, он дал мне крайне странный ответ. – Месье Лоран вперил в меня хмурый взгляд.

– И какой же? – спросил я, старательно изображая невинность.

– Что это ты его так отделала.

– Я?! – очень даже не наигранно вырвалось у меня. – Да как я могла? Вот этими вот ручками? – Я чуть ли не в нос сунул месье Лорану свои маленькие ладошки.

Тот дернулся назад и, шмыгнув носом, сказал:

– Вот и я ему так же сказал: да что она может сделать мужику? Такая хрупкая и маленькая.

Я еле сдержал торжествующую улыбку. А маленькое тельце, оказывается, может быть преимуществом – никто не поверит, что я могу кого-то побить. А я могу. Еще как. А если потренируюсь, то вообще мало не покажется.

Домой мы приехали уже к вечеру. Поужинав в компании папеньки и маменьки – Золушка при этом прислуживала нам с приторной улыбкой на лживом лице, – я отправился в покои Доры.

Переодеваясь ко сну, я думал о Лилиан. Мне нужно было увидеть ее как можно скорее, чтобы продолжить прерванный разговор. Возможно, она – ключ к возвращению моей души в родное тело.

Не успел я сменить тесное платье на удобную ночнушку, как в дверь постучали.

В покои заглянула мадам Лоран.

– Ты еще не спишь? – спросила она.

Я отрицательно качнул головой, а затем бросил взгляд на Тыка, который уютно свернулся калачиком на краю постели.

Мадам Лоран вошла в комнату и тихо прикрыла за собой дверь. Я шагнул к постели, намереваясь согнать уснувшего Тыка, но маман невозмутимо уселась рядом с ним. Положив руки на колени, она сложила их в замок и тихо произнесла:

– Твоя сестра Ноэми сейчас находится в заведении для душевнобольных.

– Сальпетриер? – так же тихо произнес я, опустившись на пуфик.

Маман кивнула.

– Золушка поспособствовала этому? – задал я новый вопрос. И получил на него утвердительный ответ.

– Она появилась в нашем доме спустя три года после того, как я вышла замуж за месье Лорана, – вздохнув, начала рассказывать маман. – Мы с ним были знакомы с юных лет, даже хотели пожениться, но его родители нашли ему более подходящую партию. Однако жена не любила его, изменяла направо и налево, не родила ему детей и скончалась от какой-то мерзкой болячки. Своего мужа я тоже не любила, но уважала. И, когда чахотка унесла его жизнь, я искренне горевала и пять лет носила траур. А потом на пороге моего дома появился месье Лоран. – На лице маман появилась нежная улыбка. – Мы поженились и переехали к нему. Эти три года были для меня самыми счастливыми в жизни, пока в нашем доме не появилась Золушка. Она назвала себя Эллой – внебрачной дочерью месье Лорана. И, знаешь, до этого муж был уверен, что у него нет внебрачных детей, но Эллу он признал, хоть и неохотно. Устроил ее служанкой в нашем доме и в какой-то степени заботится о ней. – Мадам расстроенно посмотрела в окно, на колышущиеся на ветру листья клена. Тихо вздохнула и продолжила: – А еще он почему-то думает, что мы с девочками издеваемся над Эллой. И якобы это мы придумали ей прозвище «Золушка». Но я-то знаю, что мы с дочками не какие-то злыдни. Злыдень здесь один, и это Золушка.

Последние слова мадам Лоран произнесла едва слышно. Перевела взгляд на меня и тихо добавила:

– Золушка владеет гипнозом – муж точно в ее власти, а мы с девочками не поддались, хоть она и пыталась.

– Как именно? – поинтересовался я, подавшись вперед.

– По-началу она пыталась заставить меня наказывать дочерей за глупые поступки: проспала, недоела, надела не то платье, – рассказала мадам Лоран. – Глаза у нее при этом странно блестелли. И голос был странным, каким-то приглушенным. Я осадила ее, поставила на свем место, и бльше она не делала ничего подобного.

– Думаете, отравление тоже ее рук дело? – задумчиво произнес я.

– Определенно, – кивнула мамдам Лоран. – Она свела с ума мою старшую дочь и отравила младшую.Это не девушка, а настоящий дьявол.

– Вы и меня так называли, матушка, – усмехнулся я. – А теперь…

Я хотел сказать, что теперь маман верит, что я – ее драгоценная дочь, но так и завис, осознав кое-что важное.

Мадам Лоран спокойно рассказывала мне о событиях, которые Дора должна была хорошо знать, ведь она сама участвовала в них. А еще в своем рассказе она не упоминала Дору во втором лице. Только в третьем.

– Вы мне не поверили, так? – спросил я, внимательно глядя в уставшее лицо мадам Лоран.

– Мне хотелось верить, что ты – моя дочь, – печально улыбнулась она. – Но ты – не Дора. Как бы ни старалась ею быть. И, возможно, мужа и Золушку ты еще смогла обмануть, но не меня. Я очень хорошо знаю своих дочерей.

– И что вы теперь будете делать, зная правду? – напрягся я.

– Ничего, – ответила мадам Лоран, разведя руками.

У меня от удивления открылся рот.

– Ничего? Но почему? – вопросил я. – Вы не хотите вернуть свою дочь?

– Хочу, конечно, – вздохнула маман. – Больше всего на свете я хочу вернуть обеих моих дочерей, но, боюсь, они уже не будут прежними. От Норы осталась пустая оболочка, а от Доры… – Она посмотрела на меня и, хмыкнув, махнула рукой.

– Вам даже не интересно, кто я такой? – спросил я, с подозрением сканируя лицо мадам Лоран.

– Я вижу, что ты – не дьявол. И что стараешься вести себя как Дора. Думаю, подсознательно, мне это и надо – чтобы хоть одна дочь была рядом. Хотя бы ее подобие…

Мадам Лоран совсем поникла. Мне стало ее жалко.

Шагнув к маман, я опустился перед ней на корточки, коснулся ее ладоней и сказал тихо, но уверенно:

– Я очень постараюсь вернуть вам Дору, если ее душа еще в этом мире. Потом я уйду, и вы больше обо мне не услышите. А до тех пор я буду беречь тело вашей дочери, обещаю.

Глаза маман увлажнились. Она коснулась моей щеки своей теплой и нежной ладонью, и на мгновение меня захлестнуло воспоминание о том, как иногда меня так же касалась воспитательница в детском доме.

Это ли материнское тепло? Или просто благодарность?

Мадам Лоран больше не сказала ни слова. Встав, она тихо удалилась, оставив меня одного размышлять над полученными сведениями.

Следующим утром, жуя воздушный омлет в своих покоях и глядя на чудесную погоду за окном, я раскладывал по полочкам в голове полученную информацию.

Во-первых, я определённо попал в сказку, которую читал. Во-вторых, Золушка здесь – злодейка, которая, похоже, владеет гипнозом. И фея-крёстная не только её пособница, но ещё и демон. В-третьих, мне определённо грозит опасность, если буду мешать планам этой злодейки. Так что лучше вести себя тихо и не отсвечивать. В-четвёртых, маман на моей стороне, чего не скажешь про батю – с ним ещё не всё понятно. И, наконец, в-пятых, я встретил Лилиан не просто так. Она – моя надежда на возвращение в своё тело. В этом я уверен на все сто процентов!

– Надо ехать к Лилиан! – сделал вывод я, доев омлет и подняв руку с вилкой вверх. – Тык, ты со мной?

Ответом мне была тишина.

Я озадаченно обернулся. Тыка нигде не было. Нахмурившись, я припомнил, что не видел питомца с самого пробуждения.

Задумчиво почесав свой турнепс – назвать мою нынешнюю очаровательную и интеллигентную головку «репой» у меня язык не поворачивался, – я решил отправиться на поиски Тыка и заодно отнести на кухню поднос с грязной посудой.

Разумеется, слуги на кухне сразу же принялись возмущаться, что дворянам не пристало относить грязную посуду. Надо было дождаться, пока кто-то из слуг сам придёт и заберёт поднос. Ну что ж, в следующий раз буду ждать.

Осмотрев кухню на предмет одного рогатого и красного монстрика, я разочарованно цокнул языком и пошёл дальше.

Проходя мимо большого зеркала в коридоре, я остановился и тихо выругался. На мне снова была ночнушка, и никакой обуви на ногах.

– И почему тут нельзя разгуливать, в чем удобно? – пробормотал, хмуро глядя на свое отражение в зеркале. – Обязательно надо напяливать неудобную одежду...

Только я хотел вернуться, чтобы привести себя в опрятный вид, как вдруг в комнате поблизости раздалось знакомое пищание.

Недолго думая, я подошёл к двери и приоткрыл её.

Внутри была скромно обставленная комната, по которой летал довольный Тык. В его маленьких лапках было что-то стеклянное.

– Ты чего тут забыл? – прошипел я, зайдя в комнату.

Тык явно не ожидал меня увидеть. Он застыл в воздухе и удивлённо уставился на меня.

В этот момент я разглядел, что этот маленький негодник держал хрустальную туфельку.

– Положи, откуда взял, – сквозь сжатые зубы велел я Тыку.

Питомец упрямо помотал головой.

– Это же комната Золушки, да?

Кивок.

– И ты украл у неё туфельку, которую она украла у королевской семьи, – родил я новый вывод.

Питомец снова кивнул.

– Чёрт, Тык, Золушка нас сожрет с потрохами, если узнает, что мы у нее хозяйничали! – зашептал я, косясь на дверь. – Она уже одну сестру в дурдом отправила. Хочешь, чтобы и со мной такое случилось?

Тык, вытаращив глаза, усиленно замотал головой.

– Тогда живо возвращай туфлю на место!

И снова зверёныш замотал головой.

– Всё, достал! – Я кинулся к этой красной малявке, намереваясь отнять туфельку.

Тык оказался слишком проворной тварью и, пища, принялся кружить вокруг меня.

Однако я нашёл способ его поймать: ухватив за хвост, потянул к себе.

Питомец завизжал и разжал лапки. Я выпустил его хвост и ловко поймал туфельку. Но Тык, упрямая зараза, подлетел и вцепился в неё.

Мы долго и усердно перетягивали туфлю, даже не сразу услышав, что со стороны окна на нас смотрит нечто, отдалённо похожее на человека.

– Это ещё что? – пробормотал я, уставившись на странное существо.

Тык от испуга даже икнул.

Существо – голое, лысое и тихо рычащее – походило на голлума. Только глаза были не большие, а маленькие, и в них не было зрачков – лишь мутно-жёлтые белки.

Издав громкий рык, оно сгруппировалось, явно готовясь прыгнуть.

От испуга моя хватка ослабла. Тык, воспользовавшись моментом, потянул туфельку на себя. Но я быстро среагировал и снова крепко сжал её. Вот только руки у меня были потными. Туфелька выскользнула, и Тык этого не ожидал. Его лапки не удержали драгоценность, и хрустальная туфелька стремительно отлетела в сторону.

В тот же миг раздался глухой удар об пол – существо рухнуло с подоконника. Оно лежало на боку, судорожно дёргая ногой. В правом глазу у него торчал каблук. Остальные части туфельки валялись вокруг.

– Ну всё, приплыли, – пробормотал я, глядя на труп и разбитую хрустальную туфлю.

Прятать труп в моем мире – та ещё задачка. Хоть я подобным никогда и не занимался, но видел, как это делают другие. В общем, дело это шибко геморройное, особенно когда нет опыта.

Опыта у меня, разумеется, не было. Но и мир вокруг меня был уже другой – магический.

– Не думал, что скажу это, но мне тоже нужна демоническая фея-крёстная, – пробормотал я, глядя на мёртвое существо. – Где такую можно заказать?

Тык, то ли чихнув, то ли хохотнув, подлетел к существу и, обнюхав его, провёл когтистым пальцем по своей шее.

– Да ладно! А то я не понял, что ему хана!

Тык закатил жёлтые глаза.

Я же, подумав, кинулся собирать осколки хрустальной туфельки.

– На мне уборка, а на тебе труп, – сказал я питомцу. – Сделай так, чтобы его никто никогда не увидел.

Рогатый негодник принялся возмущаться.

– Вообще-то ты сам заварил эту кашу, – напомнил ему я. – Делай, что говорю, а то рога обломаю!

Обиженно пропищав что-то на своём языке, Тык подлетел к существу и, как в сказке про Балду, подлез под его тело. Понатужился, понапружился и поднял тушку, а потом ещё и вылетел вместе с ней в окно.

– Силён, чертяка, – не без восторга произнёс я.

Быстро собрав осколки туфельки, я ссыпал их в платок, который спрятал в горшке с фикусом, что рос в моей спальне. Потом поймал Мию и предложил ей забрать себе ещё три пары любых туфель Доры в обмен на уборку, о которой никто не должен знать.

Пока Мия в новых сиреневых туфлях, которые стали предоплатой за услуги, драила полы в комнате Золушки, я стоял на шухере – психопатка могла объявиться в любой момент.

Вскоре вернулся Тык, довольный и сонный. Питомец опустился на моё плечо и заворковал, как любвеобильный попугай.

– Харэ подлизываться, – осадил я его. – Лучше скажи, как всё прошло.

Тык поднял вверх оттопыренный палец, который, вроде как, считался у него большим.

– Удачно? – уточнил я.

Питомец кивнул и икнул. Я подозрительно всмотрелся в его довольную мордашку.

– А куда ты его дел, если не секрет? Надеюсь, не съел?

Тык виновато улыбнулся, демонстрируя мелкие острые зубки, испачканные тёмной кровью существа.

– Час от часу не легче, – пробормотал я.

Отчитать Тыка за то, что он ест что попало, я не успел. Из комнаты Золушки вышла Мия и заговорщицки сообщила, что дело сделано.

Я разрешил ей забрать остальные две пары туфель.

– Ну всё, улики уничтожены, – сказал я Тыку.

Тот довольно пропищал.

– И всё же, кого мы с тобой убили? – задумчиво прошептал я. – Ты таких существ видел?

Тык энергично закивал и принялся рассказывать мне всё, что знал о них.

Я внимательно слушал его, кивал, а в конце сказал:

– Ничего не понял, но благодарю за старания.

Тык изобразил крайнее разочарование и, махнув на меня лапой, влетел в спальню.

После сокрытия преступления мне непременно следовало отдохнуть. Позвонив в колокольчик, я дождался слугу и заказал себе лучшего вина и сыра.

Устроившись на подоконнике, который был идеально оборудован для того, чтобы лежать на нём и читать книгу, я потягивал винцо, болтал босой ножкой и поглядывал в окно на пасмурное небо.

– Наверное, существо было питомцем Золушки, – размышлял я вслух. – Своеобразная сторожевая псина, которую ей подарила фея-крестная вместо платья на бал.

Я усмехнулся своим догадкам в бокал вина, но тут же затих, услышав доносящиеся снизу голоса.

– Ума не приложу, почему заклятие поиска не работает, – недовольно произнесла Золушка.

– А не надо было носиться с туфельками по всему городу, ища того, кто сможет тебе их уменьшить, – басовито ответила ей фея-крёстная. – Неудивительно, что ты одну потеряла.

Отставив бокал с вином в сторону, я осторожно выглянул в окно. Золушка с феей стояли аккурат под ним.

– А что мне оставалось делать? – накинулась на фею-крёстную Золушка. – Ты же не смогла подогнать их под мой размер!

– Раз ты теперь не можешь выдать себя за пропавшую принцессу, придётся тебе очаровывать принца.

Золушка грязно выругалась. Затем поднесла к лицу маятник на цепочке и внимательно вгляделась в него.

– Артефакт цел и заряжен, слова заклинания верные. Не понимаю, почему не получается…

– Если вещь сломана, заклятие не сработает, – ответила ей фея.

– Сплюнь! – воскликнула Золушка.

Фея тут же плюнула ей под ноги.

– Тупой демон.

Резко развернувшись, Золушка направилась к дому, оставив фею гадать, что не так она сделала.

– Так вот для чего она украла хрустальные туфельки, – пробормотал я, закинув в рот кусочек сыра с белой плесенью.

Глава 8. Не разбрасывайся обещаниями, которые можешь не выполнить

Мне снился великолепный сон. В нём мы с Лилиан были в моём мире, и я, разумеется, был самим собой.

Мы познакомились в кофейне, где она работала бариста. После четвёртого свидания я пригласил её к себе на ужин. До ужина дело не дошло – мы почти сразу же набросились друг на друга и упали на диван в гостиной. Её губы на вкус были такими сладкими, словно она недавно ела клубничный джем. А её округлые бёдра…

…почему-то были волосатыми.

Я резко открыл глаза и уставился на свою правую руку, которая гладила лежащего рядом Тыка. Питомец улыбался сквозь дрему и что-то тихонько бормотал.

– Блин… – протянул я, вытирая бороду от слюней.

Слишком уж сладким был сон.

Не успел я подняться, как в дверь коротко постучали. Без разрешения в комнату вошла довольная и пышущая энергией мама́н.

– Дора, детка, ты всё ещё в постели? В такой-то день?

– А какой сегодня день? – поинтересовался я, потирая глаза. Поспать бы ещё пару часиков. Вставать совсем не хотелось – настроение было абсолютно не для бодрствования.

– Сегодня вечером бал! – воскликнула мама́н, подлетев ко мне и откинув одеяло в сторону.

Я тут же подтянул ноги к животу и прикрыл их длинным подолом ночнушки.

– Я не собираюсь туда идти, – буркнул, закрыв глаза.

– А тебя никто не спрашивает! По приказу Его Величества все незамужние девушки королевства, принадлежащие к благородным семьям, должны явиться на бал. – Мама́н потянула меня за руку, заставляя подняться. – Фу, Дора, ты обслюнявила всю подушку. Снилось что-то вкусненькое?

– Да, вкусненькое, – пробормотал я, нехотя поднимаясь с кровати.

Мама́н носилась по комнате, подбирая разбросанные мной вещи. Склонив голову набок, я внимательно наблюдал за ней.

Вчера мадам Лоран сказала мне, что я не её дочь, а сегодня словно забыла о своих словах и вела себя так, будто я и есть её дочь.

– Давай, милая, не ленись, – прощебетала хозяйка дома, повернувшись ко мне. – Нам предстоит много дел!

Я открыл было рот, чтобы твёрдо сказать, что ни на какой бал не пойду, но тут мадам Лоран улыбнулась так ласково и обезоруживающе, что у меня из головы все мысли разом вылетели.

Она улыбалась мне так, словно я в действительности был её ребёнком, самым любимым на свете.

– Ладно, говори, что мне делать, – вздохнул я, уже пожалев, что так просто и быстро уступил.

Следующие несколько часов вокруг меня суетилась не только мама́н, но ещё и три служанки – спасибо, хоть не Золушка. Сводной сестрице, видимо, было не до этого – она искала туфельку.

Меня помыли, промассировали, сделали маски на лице, руках и ногах и оставили отдыхать на софе с журналом моды.

– Выбирай любое платье, милая, – сказала мама́н. – Чародеи сотворят его для тебя за считанные минуты и доставят прямо в твои покои.

– Зашибись сервис, – сказал я, жуя виноградину.

Платья в журнале были прикольными – есть из чего выбрать, но вот страницы с обувью испортили мне настроение. Как представил, что снова придётся надевать эти неудобные туфли и щеголять в них весь вечер, так холодные мурашки по спине пробежали.

– Тык, – обратился я к доедающему мой виноград питомцу, – а не махнуть ли нам в город ненадолго? Чует моё сердце, что кеды могут быть уже готовы. Да и Лилиан навестим.

Тык согласно закивал рогатой головой. Лилиан он еще не видел, но слышал о ней по моим рассказам и жаждал скорее с ней познакомиться.

С кедами мне повезло – они действительно были уже готовы и ждали меня в помпезной бархатной коробочке синего цвета.

– Ну как? – осторожно спросил мастер – худой и длинный мужчина с усиками, как у сыщика из мультфильма «Бременские музыканты».

– Отлично! – без тени притворства ответил я. – Это просто потрясающе!

Кеды получились идеальными. Даже логотип известного бренда на щиколотке вышел один в один, как оригинал. Может быть, в чем-то этот мир и отставал от моего, но у них тут была магия, а это перекрывало большинство недостатков.

Очень хотелось переобуться прямо тут, но я все же решил приберечь обновку для бала. Сомневаюсь, что кеды подойдут к какому-то из платьев в том журнале, но мне на это было плевать. Главное – удобство!

На пути в пекарню я даже подпрыгивал от нетерпения – так хотелось поскорее увидеть прекрасную Лилиан, которая ни на шутку пленила мое сердце. Однако тут меня ждало разочарование – Лилиан на работе не оказалось. Полненькая девушка с веснушками сообщила, что сегодня у нее выходной.

– Могу я оставить ей записку? – спросил я, мило улыбнувшись.

В записке я приглашал Лилиан заглянуть домой к Доре или, если ей это неудобно, написать мне письмо. Подумав немного, я сделал приписку мелким почерком:

«Если твои способности – тайна, то обещаю, что никто, кроме меня, о них не узнает».

Бросив недоверчивый взгляд на сменщицу Лилиан, я вытребовал у нее еще один лист бумаги и клей, затем соорудил конверт, положил в него письмо и надежно заклеил.

– Передайте, пожалуйста, лично ей в руки, – важно произнес я, протянув веснушчатой девушке конверт.

– Как скажете, мадмуазель, – кивнула она.

Вернувшись домой, я сразу же направился к маман, чтобы показать ей выбранное платье. Тык за мной не увязался, предпочтя заглянуть на кухню.

– Вот ты где, сестрёнка, – на лестнице путь мне преградила Золушка. Слово «сестрёнка» ею было произнесено крайне ехидным тоном.

Все, режим "милашки" больше не работает? Вылезла истинная сущность?

– И тебе привет, сестрёнка, – я перенял ее тон. Ну а что? Как со мной, так и я в ответ.

– Вижу, во всю готовишься к балу, – Золушка выразительно посмотрела на коробку с кедами у меня в руках. – Надеешься, что принц тебя выберет?

– Да не нужен мне твой принц, – скривился я. – Была бы моя воля – вообще бы на бал не пошла, но маменька сказала, что я обязана там быть – приказ короля. – Ухмыльнувшись, я добавил: – А тебе на бал идти не надо, повезло.

Лицо Золушки тут же побагровело от злости.

– Я такая же дочь дворянина, как и ты, – произнесла она сквозь сжатые зубы.

– Да, только ты – незаконнорождённая дочь дворянина, и в списке приглашённых тебя нет, – напомнил я ей, деловито поглядывая на свои аккуратные ноготки, над которыми две служанки работали сегодня почти час.

Багровых пятен на лице Золушки стало еще больше.

– Слушай ты, глупенькая девочка, – прошипела она, тесня меня к перилам. – даже не смей очаровывать принца Чарминга, а не то пожалеешь! Он мой и только мой, уяснила?

Я озадаченно уставился на нее. Интересно, она сейчас меня гипнотизирует или просто запугивает?

В любом случае, что бы Золушка ни делала, ответ у меня был один:

– Да без проблем. Мне твой принц абсолютно не нужен.

Золушка посмотрела на меня с подозрением. В ее пыльных глазах мелькнуло недоверие. Однако мерзавка все же отступила, освобождая мне путь.

– Спрячься в углу с престарелыми дамами и не отсвечивай, – бросила она, сощурив глаза.

– Будет сделано, сэр! – Я отдал ей честь, как это делают солдаты в армии.

Золушка фыркнула и спустилась вниз. Я же поняв, что снова повел себя странно, шлепнул себя по голове. Как же сложно постоянно быть начеку и играть чужую роль!