Текст книги "Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки (СИ)"

Автор книги: Леся Рысенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 36. Свобода?

Монашки устроили ловушку и не одну. Если они и были ведьмами, то какими-то недоделанными. Круг они создавать научились, но природная магия не подчинялась им, и они тянули силу со своих алтарей.

Алтари тоже были, в местах силы, как положено.

После того, как его Величество Карбалан первый проклял своих советников, а они его убили, проклятие стало посмертным и неснимаемым. С этой их магией, которая еще и сама может принимать решения, все непросто. Орден Тишины при Карбалане приобрел влияние и расставаться с ним не хотел, поэтому распускать сами себя советники не собирались. Но наследнику странные молчаливые типы рядом были не нужны и он их просто… отослал.

Те затаили злобу. И с тех пор у них было две цели – избавиться от проклятия и отомстить правящей семье. Поэтому они начали реализовывать некоторые из идей сумасшедшего гения, в частности построили алтари, собирающие магию со всего Киурона.

Но магия и посмертное проклятие не дали им развернуться. Сколько бы члены Ордена не бились над тем, чтобы иметь право свободно говорить, как бы не меняли ритуалы, но стоило кому-то оказаться в обители, и ничего из узнанного вынести за ее пределы он не мог. Потому настоятельница и была так откровенна. Она была уверена, что мы никому ничего не расскажем.

На дознавателей у сестер были похожие планы.

Ненависть первых советников настолько пропитала стены обители, что их идеи навсегда поселились в умах последователей. А причуды магии сделали так, что в результате всех обрядов служительницы с одной стороны не могли навредить правящей семье, а с другой – ими владело невыносимое желание сделать это.

Монахини рассчитывали повлиять на доверенных людей короля и уже через них добраться до его Величества.

И я, и Дан, и даже Керпатч должны были помочь им. Кстати, моего похитителя они не отпустили, но содержали как почетного гостя, а вовсе не как пленника. Только зельями своими опаивали и благовониями окуривали, чтобы склонить на свою сторону. Он был влиятельным чиновником и цели у него с монашками были схожие.

Лорд Керпатч грезил тем, чтобы захватить контроль над переселенцами. Он считал, что Нибулуния должна стать монополистом поставки ценного энергоресурса. Кто-то нефть добывает, а кто-то решил, что будет добывать и экспортировать пришельцев из других миров.

Но король никак не хотел внять доводам своего умного советника. И тогда ему в голову пришла отличная мысль – убрать его Величество из цепочки принятия и реализации решений. Но не буквально, потому что все предыдущие попытки провалились, а просто подвинуть. И для этого он даже нашел подходящий ритуал. Но, увы, слишком древний и местами исчезнувший со страниц рукописи.

Тогда Керпатч отправил своего подручного на поиски подходящего человека с нужным даром. Но сначала подсунул свою книженцию Янису. И она чуть не убила старика. Именно после попытки отреставрировать ее господин Соттерм ослеп, потерял дар и отправился на пенсию, но сам об этом не помнил, потому что господин Керпатч пользовался ментальной магией и специальными амулетами.

Его заподозрили только потому, что на его Величество уже пытались влиять метально с помощью ведьмовской магии, и во дворце установили сигналки на такие вещи.

Но пока его подручный барон Сполинбук искал на Земле книгочея (аристократ рассудил, что оптимально будет, если в его распоряжении будет собственный специалист, про которого никто не будет знать), сам чиновник вел себя образцово, и подозрения с него сняли.

В общем, у всех были свои резоны и свои планы и на меня, и на окружающих.

Подвело их то, что они не знали друг о друге, и, пытаясь захватить лакомый кусок, столкнулись лбами. А еще то, что Даниель Фортман, которому поступило предложение обзавестись фиктивной женой, оказался потомком тех, кого его Величество Карбалан 1 изменил с помощью магии крови. Потому одуряющее воздействие обители сестер на него не подействовало, и он собрался вывести Сестер Тишины на чистую воду.

Мое послание услышал и отец Дана, герцог Болкан, и сам Даниель. Нам отправили подмогу. Людей с измененной кровью в столице оказалось достаточно, и все они прибыли на помощь.

Дознавателей предупредили. Сестер поймали на подготовке очередного ритуала. Обитель опечатали. А меня отправили во дворец.

И сейчас я сидела в роскошной комнате и смотрела на роскошную женщину, которая все это мне и рассказала.

Нина и Томас, с которыми я отказалась расставаться, тихо сопели на огромной кровати, а я неловко мешала ложкой остывший чай.

– Вот так вот, Катрин, – закончила рассказ герцогиня Болкан, в девичестве Фортман. – И пока мужчины разбираются с обителями и наворованной сестрами силой, нам с тобой надо подготовиться к аудиенции у его Величества и приема по случаю разоблачения очередного заговора. Что у тебя с нарядами, Катрин? Фамильные украшения рода Болкан не к каждому платью подойдут.

Захотелось застонать в голос. Сдержалась. Ладно, переживу, а потом вернусь в Ахчер, к себе в лавку и заживу спокойно. Наверное.

Главное, чтобы его Величество меня отпустил.

* * *

Мои страхи не оправдались.

Леди Болкан была деликатна и тактична, она ничего не навязывала, только предлагала. Поскольку аудиенция должна была состояться уже на следующий день после моего прибытия во дворец, я по ее совету послала за платьем, которое готовила к приему в управе, а пока решила выбрать что-то из готовых в лавках.

Тем более, что леди Болкан заверила, что поскольку виновник аудиенции Даниель, то ему и придется все оплатить. Подумала, что это вполне логично и отправилась за покупками.

Мы с мамой Дана и детьми прогулялись по столице, и я даже получила массу удовольствия от этого. Леди оказалась… леди. Куда Алдании Лекмир было до нее! Утонченная, доброжелательная, она говорила с людьми не демонстрируя недовольства или превосходства, но при этом все равно держалась так, что усомниться в ее высоком происхождении было невозможно. Она легко и непринужденно начинала и поддерживала беседу, с удовольствеим шутила и тонко иронизировала. В общем, за время нашего знакомства я была очарована и покорена этой женщиной.

Даниеля за несколько дней в столице я видела всего пару раз. Один раз на аудиенции, где он не дал мне самым позорным образом хлопнуться в обморок, и на приеме.

Я волновалась, очень. Настолько, что магия постоянно вспыхивала на кончиках пальцев, и я боялась разжать кулаки, чтобы не спустить искры на новый наряд или отделку комнаты.

– Катрин, его Величество не кусается, – уговаривал меня Даниель, придя, чтобы сопроводить меня к королю. – Он просто хочет поблагодарить тебя за то, что помогла раскрыть заговор.

Помотала головой.

– Я ничего не сделала для этого. Не надо меня к нему.

Вздохнул, присел передо мной на корточки, взял за руки.

– Хорошо, не поблагодарить. Катрин, ты моя жена и мне надо представить тебя королю.

Снова помотала головой.

– Не стоит, это временно, мы все равно скоро разведемся. Потом у тебя будет настоящая жена, ее и представишь.

– Ты так не хочешь за меня замуж? Я настолько тебе неприятен? – спросил.

Опустила голову, пряча глаза. Ну зачем он меня об этом спрашивает? Не неприятен, скорее наоборот. Просто не надо мне всего этого. Он сын герцога, а я… Библиотекарь из другого мира. Не может у нас быть ничего общего.

– Хорошо, – сказал мужчина, вставая и протягивая руку, чтобы помочь мне подняться из кресла. – Но тебе все равно придется обсудить с его Величеством твой дар. Он слишком редок, ценен и опасен, поэтому его носители находятся под контролем. Или предпочитаешь, чтобы все решили без тебя?

Вот с этим я была не согласна. Приняла руку, и мы отправились на аудиенцию.

По дороге воображение рисовало ужасы, как меня запирают в королевской библиотеке, приковывают к стеллажам и забирают детей. Точнее, меня оставляют во дворце и объясняют, что теперь иного пути для меня просто нет.

В итоге накрутила себя так, что едва стояла на ногах. Дан держал меня чуть ли не в объятиях, пытался успокоить и явно взял под контроль мою магию, но с нервами это справится не помогало.

В итоге стоило мне увидеть мужчину в мантии, как сознание попыталось сбежать в темноту.

Дан не дал. Прижал к себе и прошептал прямо в ухо:

– Я люблю тебя, Катрин Фортман, и собираюсь в ближайшее время подтвердить и консумировать наш брак.

Возмущение и растерянность накрыли меня, и король тут же был забыт. Зато и обморок отступил.

– Простите, ваше Величество, моя супруга еще не оправилась после пребывания в обители сестер, – сказал Дан, поклонившись монарху. – Магия еще резонирует и конфликтует в ней.

– Да, – согласился мужчина, придирчиво осмотрев меня с головы до ног, после того, как я выпрямилась, изобразив корявый реверанс. Все, чему меня учил преподаватель манер, будто вылетело из головы. – Рад знакомству, госпожа Фортман. Я видел заключение целителей, которые рекомендуют вам покой и привычную среду после всех потрясений. Так какие ваши планы, Катрин? Что бы вы хотели получить в качестве награды за содействие в раскрытии заговора?

Разумеется, я попросила вернуть меня в Мыкандар. Его Величество подумал и разрешил отправится туда сразу после приема. Я так и поступила.

Вот только возвращение желаемого успокоения не принесло.

Глава 37. И все равно еще ничего не кончено..

Я вернулась с детьми в книжную лавку. Постоянные покупатели, что захаживали в лавку за разной мелочевкой, продавцы в сувенирных лавках и магазинах, куда мы сбывали открытки Нины, и преподаватели Академии, которые с нетерпением ждали заказанных книг, были этому рады.

И вроде бы все было хорошо, но тоска точила изнутри. На приеме во дворце Даниель был рядом, внушая спокойствие, и благодаря этому я не ударила в грязь лицом. Уроки этикета и танцев не прошли даром. Правда, попробовать себя в танцах не удалось, прием был деловым и увеселений не предусматривал. Но в остальном я держалась достойно, и у меня даже хватило сил быть милой, любезной и улыбаться весь вечер. А Даниель, как я уже говорила, был рядом и пресекал неудобные вопросы и высказывания. Но после приема мы сним так и не поговорили. Король настоятельно посоветовал вернуться и я так и поступила.

Слухи о том, что я книгочей, просочились за пределы кабинета его Величества и аристократы подходили, якобы для того, чтобы выразить восхищение, что мне довелось поучаствовать в раскрытии заговора, а на самом деле, чтобы в вежливом разговоре пригласить в гости и намекнуть, что у них есть “очень интересные вещи”.

Мы договорились говорить, что дар выгорел в обителе, чтобы не было желающих использовать меня в своих целях. Его Величество даже официально упомянул об этом в своей благодарственной речи, но каждый из приглашающих в гости на что-то надеялся. И, насколько я знаю, их сразу брали на заметку, потому что его Величество намерен был всерьез выяснить, какие еще описания обрядов и ритуалов гуляют по рукам придворных. Также была создана комиссия, которая должна была изучить положение дел с учетом фактов, описанных в дневнике Карбалана Первого. А меня попросили исчезнуть.

Даниель не проводил меня, ему с отцом и дознавателями поручили разобраться с обитателями сестер и выяснить, чего те хотели на самом деле и есть ли способы ликвидировать последствия прошлых ритуалов. Герцогиня Болкан только качала головой, собирая нас в дорогу, но молчала, зато герцог позаботился об отряде сопровождения.

Добрались мы благополучно, но на душе было пакостно. Как будто я сбежала. Хотя почему “как будто”? Как есть сбежала, от разговора, от объяснений. Дан сказал, что собирается подтвердить брак, и я испугалась. И теперь мне было плохо.

Даже возвращение Йониса не принесло облегчения. Мужчина извинился за свою протеже и покаялся, что это он довел ее до такого. Сообщил, что на прием в управу со мной не пойдет. Предлагал денег, как компенсацию за причиненные неудобства, но я отказалась. Гордость взыграла. Но высказывать ничего не стала, постаралась сохранить лицо и добрососедские отношения, все-таки в Мыкандаре мне еще жить и работать.

Еще и секретарь сообщил, что сделал для меня все, что требовалось, и теперь увольняется.

Так я осталась одна с детьми в лавке. Я бы справилась, обязательно. Как я уже говорила, наши товары покупали.

Вот только однажды утром пришли люди из управы и сказали, что моя лавка портит окружающий вид и не соответствует облику района. И вручили предписание провести реконструкцию. Даже сметы приложили от разных подрядчиков. Чиновники были вежливы, общались со всем уважением и заботой, и если бы у меня были деньги, то я бы даже поблагодарила их за такое участие. Но, увы… Лечение Яниса и все остальное дорого мне обошлось.

Как вариант, мне предложили… продать лавку. Потому что, как выяснилось, благодарный монарх снял ограничение на проведение мною сделок с недвижимостью. Еще он оплатил Янису полный курс восстановления и лечения, а детям дальнейшее обучение в пансионе. И мне передали документ, по которому я тоже могла отправится на лечение в поместье “Три ключа”.

То есть его Величество позаботился о моем будущем. Но меня волновало настоящее, ведь нужно было начать реконструкцию, а на это денег никто не выделил. И это стало проблемой.

Терять лавку не хотелось, я к ней душой прикипела. И нашим домашним бумажным обижулькам тут нравилось. Я когда их по полкам расставила, то у всех настроение поднялось сразу. Прямо чувствовалось, как они довольны. Хотя как иначе, мы их от пыли протерли, странички проветрили, выставили, как они просили, чтоб и дружно, и не тесно. И силой я их подпитала, не без этого. В общем стой, красивая такая, в рядочке и радуйся, что в хорошей компании время проводишь.

Еще я предложила книгам сходить в гости к желающим почитать их, и они согласились. Приосанились и от пыли лишней сами избавились. В общем, лавка нравилась нам всем и продавать ее я не собиралась.

А вот кто не нравился, так эта та книга, которая чуть не убила Яниса. Поэтому я хотела ее продать. Силой я ее питать не буду, просто почищу корешок, подклею странички и попрошу господина Йониса за процент помочь мне найти на нее покупателя. Это если его Величество не ответит, которому я собиралась написать в первую очередь.

Но тут меня терзали сомнения. Король наш был несколько… авторитарен. И желание взять все книги с ритуалами под контроль могло привести к том, что книгу у меня просто изымут. Без оплаты. Поэтому я собиралась попросить Айвена Йониса по-соседски помочь составить прошение к его Величеству. Но сначала книга.

Я собиралась закрыть давку, взять лопату и отправиться в сад, но чуть чуть не успела. Звякнул колокольчик и в лавку вошел господин Тазур, второй сосед. Остановился, огляделся, размял толстую шею.

– Ну, это, давай договариваться, что ли, – сказал он. – Я слыхал, что ты лавку продаешь. Короче, вот бумаги, подписывай.

И он сделал движение, будто хочет сплюнуть на пол. Во мне такая ярость поднялась внутри, что на кончиках пальцев искры вспыхнули.

Увидел. Остановился.

– А погодь, смотри, че у меня есть.

Он положил на прилавок маленький, обитый кожей чемоданчик, похожий на дипломат.

Я ничего смотреть не собиралась, поэтому даже не двинулась с места. Если это еще одна книга, то…

Я не успела придумать, куда я пошлю навязчивого соседа. Он открыл чемоданчик и достал оттуда браслеты. Широкие, с искусной чеканкой и украшенные камнями. Демонстративно положил их на прилавок.

– Ну как? – спросил. – Видала такие?

Покачала головой.

– А то, – довольно залыбился. – Спецзаказ из Шимирата. Еще на шею есть. Ну че стоишь, примеряй давай красоту.

Он открыл один из браслетов и протянул мне.

Снова покачала головой, отказываясь.

– Ну че ты такая сложная, а? – он с быстротой, которую я от него никак не ожидала, схватил мою руку и защелкнул на ней браслет. И тут же схватил меня за вторую руку и зафиксировал ее на прилавке. – Если я чего решил, не надо со мной спорить. Это просто чтоб ты магией своей тут не баловалась.

Он надел второй браслет. И я поняла, что это вовсе не украшение, как показалось сначала, это блокираторы. Искры тут же погасли и не отзывались.

– Ну вот, другое дело, – довольно сказал Тазур. – Отличный подгон мне ребята сделали, да? Это специально для непослушных магичек в Шамирате придумали. Если они не захотят делать то, для чего их привезли. Ну и поиграть можно. Ща, погоди, тут еще на шею такое же только с цепью.

Он достал из чемоданчика ошейник, покачал им в воздухе и глумливо усмехнулся:

– Ну че, пошалим?

Я отпрянула и огляделась, ища чем можно защититься, и это не укрылось от мужчины:

– Ну не трепыхайся, зачем? С Йонисом можешь, а со мной нет? Чем я хуже? Иди сюда!

Он поманил меня к себе.

– Послушайте, Тазур, – в руки себя взяла с трудом, страх буквально сковывал руки и ноги. – Я же вам даже не нравлюсь, зачем вам это?

Мужчина понял, что я из-за прилавка к нему идти не собираюсь, вздохнул и обошел его. Толкнул меня к стене и сам подошел вплотную.

– Ну а че, ему можно, а мне нет? Вот ты и участок свой мне отпишешь и сама ко мне переберешься, Йонис же че-то в тебе нашел, может и я разгляжу. А даже если нет, так все равно, и удовольствие получу и участок мой будет.

При этом он ощупал меня взглядом и возложил лапищу на грудь.

Попыталась оттолкнуть, но Тазур неожиданно ловко вывернул мне руку и прижал к стене всем телом.

– Брыкайся, крошка, брыкайся, – промурлыкал, слюнявя мое ухо. – Не люблю легких побед.

И я замерла, не в силах ничего сделать. Ну почему так, если надо защищать кого-то из близких, то во мне и силы, и решительность откуда-то берутся, а вот как себя защитить, так только страх и отупение находят?

– А может не надо? – спросила, уворачиваясь от его назойливых губ.

– Надо, Катюха, надо. Не могу я Йонису проиграть, это дело чести, – вздохнул мужчина, решительно задирая мне подол.

* * *

Я трусиха. Какая же я бесполезная и слабая трусиха! Я зажмурилась, и все, на что меня хватило – ударить коленом в пах. Думала, что после этого, сосед меня как минимум покалечит, но… хватка исчезла. Открыла глаза.

Даниель Фортман, прижав господина Тазура к стене, методично душил его.

– Д-дан? Не надо, пожалуйста! Ты же убьешь его!

– Тебе жалко эту тварь? – Даниель посмотрел на меня, и я испугалась, не стану ли я следующей. Столько в его взгляде было ярости. – Или он настолько дорог тебе?

– Нет! Но он переселенец. У тебя будут неприятности, – прошептала я.

Мужчина тут же успокоился, спокойно и оценивающе посмотрел на соседа, коротко замахнулся и ударил его куда-то в шею. Тазур рухнул на пол, Даниель оглядел поверженного, потом подошел и притянул меня к себе.

– Испугалась, – сказал он. – Прости, я настрою защиту так, чтобы к тебе даже подойти никто не мог. Сейчас она срабатывает на угрозу жизни.

Погладил меня по щеке и усадил на стул.

– Чай? – спросил, как будто минуту назад не он был душащим соседа чудовищем.

Кивнула машинально. Помялась и спросила:

– Даниель, а ты что тут делаешь?

– Приехал к жене. Муж я или кто? – подмигнул, скрываясь на кухне.

Опешила на миг. Да нужен ли мне такой муж? Который еще и знает, что у меня где находится? Покосилась на соседа, сползла со стула и отправилась следом. Прояснить недоразумение.

– Дан, ты не можешь тут оставаться! Ты не настоящий муж!

– Ты про то, что мы не до конца завершили обряд? – он вполне уверенно управлялся с чайником и чашками и достал травы для заварки. На моей кухне! В моем доме! Хозяйничал чужой мужчина. – Так я не против, давай закончим.

– Ты с ума сошел? Нет! Да я тебя вообще не знаю. Мы виделись всего пару раз. Давай заканчивай тут, забирай соседа и уходи.

– Ну, я предполагал что-то подобное, – пробормотал он под нос, взял меня за руку и вновь усадил. На этот раз за стол. Поставил передо мной чашку с чаем. – Катрин Фортман, прошу принять меня на службу. У меня приказ и рекомендательное письмо есть, вот.

Он вынул из кармана и положил передо мной бумаги.

– Я? – растерялась. – На службу?

– Ну, это же твоя книжная лавка? – спросил серьезно, а в глазах смешинки.

Подставу попой почуяла, но медленно кивнула.

Даниель небрежным жестом подтолкнул мне письма и отвернулся, занимаясь бутербродами.

Читала медленно. Сложила. Убрала в карман.

– Даниель Фортман, вы приняты на службу секретарем, – процедила сквозь зубы.

Приказ его Величества и письмо от дедушки Яниса выбора мне не оставили.

Дан же поставил передо мной тарелку, на миг обнял и чмокнул в макушку.

– Ты не пожалеешь, Катрин. Кстати, как будем избавляться от тела в лавке? Неприятности же нам не нужны? – деловито спросил секретарь.

Я поперхнулась чаем. Вот за что мне это все, а?