Текст книги "Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки (СИ)"

Автор книги: Леся Рысенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 14. Первые неудачи

Такого “теплого” приема от переселенца с Земли я не ожидала.

– Чего? – худощавый мужчина под полтинник приспустил очки с толстыми линзами на нос и смотрел на меня поверх них. – Какая попаданка? Я тебя знать не знаю! Ходят тут всякие… А ну пошла вон, а то стражу вызову, пусть разбираются, кто ты такая! Переселенки без опекуна и шагу не сделают, ты явно самозванка, раз одна пришла, да еще и работу ищешь. С жильем, ха-ха.

Он неприятно скривил лицо и больше всего напоминал сейчас вахтера в подъезде, который по совместительству лифтер. Который старательно делает вид, что не понимает, зачем кому-то надо в подъезд, и не прочь поглумиться над застрявшим в лифте, но низко прогнется перед тем, кто своей волей может лишить его хлебного места.

Как он тут оказался? Безотчетно мужчина не вызывал ничего, кроме отвращения. Воображение рисовало его на кухне хрущевки в трениках с отвисшими коленками и потрепанной книжкой в мягкой обложке, загибающего уголки страниц пальцами, испачканными в томатном соусе, которым он обильно полил макароны с сосиской.

Но мне нужна работа и жилье, так что я готова была потерпеть некоторые неудобства от общения. Поэтому старалась быть милой и любезной.

– Хорошо, я не переселенка, просто хотела воспользоваться вашей добротой, – согласилась я. – Я недавно в этом городе и ищу работу. Возможно, вы подскажете, кому требуется образованная девушка без обязательств.

– Ладно, допустим мне нужна домработница. К оплате могу предложить еду и проживание, но твои обязанности будут… – он окинул меня сальным взглядом, вытянул губы в трубочку и пригладил жидкие волосенки, – …несколько расширены.

– Благодарю вас, сударь, я подумаю, – сказала я, отступая.

Давненько я не получала таких непристойных предложений, образ Кати Пушкаревой всегда исправно работал по отпугиванию похотливых козлов. А сейчас почувствовала себя облапанной и оплеванной.

Обидно до слез.

Я из лучших побуждений к нему шла, хотела на работу устроиться, все же я библиотекарем столько лет отработала. Помогла бы и книги подобрать, и каталоги составить, да и все остальное. А потом и ремонтную мастерскую организовали бы вместе. Я уверена была, что такой же попаданец, как я, согласиться помочь мне, даже вещи из гостиницы забрала. Но мужчина меня и на порог не пустил.

Хотя, наверное, это и к лучшему. Деньги у меня есть – годовое содержание от мужа. Могу снять комнатку и тихо проживать его. Но думается мне, что монашки не успокоятся и будут искать меня. Сложилось ощущение, что они все заранее спланировали и специально “дядюшку” пасли. Так что просто так не отступятся. Савелий Яковлевич тоже на дар какой-то рассчитывает. И это не молнии, которые он собирался блокировать.

Сама же я в себе ничего не ощущаю, да и не знаю, как это должно быть. Нет, я пробовала прислушиваться к себе, ощутить внутри тела жар или хотя бы тепло, почувствовать пронзающие меня потоки энергии…

Но все, что время от времени возникало – легкое покалывание пальцев, когда я сильно волновалась или злилась. Прочитанные книги оказались в деле раскрытия собственного дара совсем не помощниками. Ну да ладно, это не повод расстраиваться. Мне лишь бы продержаться год где-нибудь в укромном месте, потом развестись и вернуться домой. Возможно, что через год проходы уже откроют.

А если нет, тоже не страшно. Ночью я думала об этом и пришла к выводу, что раз дядюшка притащил меня контрабандой, то должны быть и другие маги, умеющие переходить границы. Можно будет договориться о переходе с ними. Они, скорее всего, потребуют плату, и тогда мне пригодится тот капитал, что у меня сейчас есть. Поэтому транжирить его не в моих интересах, а лучше сохранить и преумножить.

Плохо то, что я совсем не знаю реалий этого мира и как тут все устроено. И не спросишь ведь. Потому что мне показалось, что когда я опять с дуру ляпнула “сударь”, в глазах соотечественника зажегся какой-то нехороший огонек.

Стоит держаться от него подальше. Или вообще уехать отсюда. Потому что про аренду помещения под мастерскую уже не узнать. Алчный мужичонка вполне мог отправить какого-нибудь мальчишку, чьи голоса звучали неподалеку, чтобы проследить за мной. Зачем ему это? Не знаю. Может паранойя разыгралась, но за столько лет преследования Гарика неприятности я попой заранее определяла. Жаль только, что в последний раз чуйка меня подвела…

Я неспешно шла по лавкам, интересуясь, нужны ли где работницы и сколько хозяева готовы им платить. Крики мальчишек я услышала, когда уже прилично удалилась от центра города, бредя от лавки к лавке в поисках пристанища. В первое мгновение подумала, что это злой переселенец послал их за мной.

Но, прислушавшись, поняла, что слышу в высоких звонких голосах насмешку, обиду и отчаяние. А еще злой смех.

Решив, что, скорее всего, там кого-то обижают, поспешила в гущу событий.

Мальчишки, как и положено мальчишкам, дрались. Но совершенно несправедливо. Трое толкали одного пацаненка и перекидывали друг другу его портфель. Вокруг были рассыпаны вывалившиеся вещи – корешком вверх распласталась открытая книга, компанию ей составили изломанные перья и карандаши, желтоватые листы рыхлой бумаги были залиты чернилами и припечатаны подошвами ботинок…

– Нет, не трогайте! Отдайте, – высоким детским голосом кричал пацаненок в разодранной куртке.

Мальчишка подпрыгивал и пытался выхватить из рук противника книгу, которую тот демонстративно достал из портфеля и, откинув его товарищу, поднял над головой и взял так, будто собирался порвать надвое.

Кончики пальцев закололо, и я едва сдержала ярость. Вандалы! Я уже знала, что книги в этом мире дорогие и, судя по виду и отчаянью в глазах мальчишки, ему и его семье за них век не расплатиться.

– А ну стоять! – заорала я. – Что здесь происходит? Быстро вернули чужие вещи!

Меня заметили. Как и молнию в моих руках. И мой решительный вид. Наверное, даже сочли опасной. Или неадекватной. Как бы то ни было, напавшие побросали вещи пацаненка и убежали.

Я еле удержалась, чтоб не отправить заряд электричества им в задницы. Трое на одного, гады!

Удержаться-то удержалась, молодец я, конечно, а вот как эту гадость с рук убрать, не знала.

Мальчишка, которого гоняли по поляне, не отступил. Неуверенной рукой он поднял книгу, которая была ближе к нему, прижал ее к груди и с опаской смотрел на меня, замерев.

– Не бойся, – сказала я пацаненку. – Я не собираюсь причинять тебе вред. Просто не совсем понимаю, как избавиться от этого.

Вытянула руки перед собой, показывая, что в них ничего нет. Кроме молний между пальцев.

– Вам нужно отозвать силу, госпожа, – сказал ребенок тонким дрожащим голоском, но двинуться так и не рискнул.

Угу, отозвать. Знать бы как.

И снова, как и в случае с Джолли, нестерпимо захотелось кому-то довериться.

– Понимаешь, магия во мне пробудилась буквально пару дней назад, и произошло это совершенно внезапно. Я понятия не имею, как с ней управляться.

Задумался.

– Если вы позволите мне подойти, госпожа, я попробую вам помочь, – предложил паренек.

Кивнула и опустила руки, насколько могла.

Мальчишка осторожно стал приближаться, не сводя глаз с моих рук. Шел он, обходя разбросанные вещи, но не наклонялся, чтобы поднять их. А мне так обидно было за распластанную книгу, что валялась на земле, что я не выдержала. Ну нельзя так с ними обращаться!

– Подожди, – сказала. Шагнула, чтобы поднять книгу и сообразила, что сделать это не могу из-за искр между пальцев. – Ну-ка, цыц! – прикрикнула на них.

И сама удивилась, когда они исчезли.

Подняла томик, отряхнула, закрыла и протянула пареньку. Он взял его, осмотрел и вздохнул, повесив голову. Я понимала его, книга оказалась сильно потрепана, несколько страниц выпало, другие оказались порваны.

Сама не знаю почему, но видя что мальчишка так и стоит и смотрит на книгу, принялась собирать разбросанные вещи. И тут за спиной услышала всхлип.

Оглянулась. Мальчишка тер рукавом лицо.

– Чего ты? Испугался? Все уже закончилось, – сказала участливо.

Помотал головой.

– Из-за книги?

Кивнул.

– Да ладно, сейчас зайдем куда-нибудь, где есть стол, и все починим, – предложила я. Паренек так искренне переживал за книгу, что вызывал симпатию и захотелось помочь ему.

Но он опять помотал головой.

– Это магическая книга, ее нельзя восстановить магией, – пояснил, видя мое недоумение.

– А мы и не будем. Клей, нитки и немного коленкора – вот и все, будет как новенькая, – ободряюще сказала я, протягивая ему портфель со сложенными вещами. – Ну что, знаешь, где тут есть тихий уголок со светом и столом? Я предлагаю хотя бы попробовать, хуже вряд ли будет.

Глава 15. Удача или провидение?

Томас, так звали мальчишку, привел меня на пустырь. Мы прошли переулками и подворотнями, оказались на каком-то шумном базаре, прошли по рядам, скользнули между прилавками, уткнулись в тупик, нырнули сначала в одну дыру в заборе, потом в другую и в итоге оказались на пустыре, заросшем кустами и бурьяном. Там мальчишка ловко спустился в небольшой овраг и предложил располагаться под защитой разросшегося дерева.

– Понимаете, госпожа Катрин, – говорил он. – Я бы отвел вас к нам домой, там есть все, что нужно. Но дедушка сразу поймет, что я испортил книгу, и очень расстроится. А тут я вам сейчас все организую.

И он сноровисто соорудил стол из чурбаков и толстой широкой доски, еще один предложил в качестве стула, и даже свет сделал, подвесив на ветви дерева светлячок.

– Как здорово! – восхитилась я. – Это самое красивое рабочее место в моей жизни. Не думала, что ты маг.

– Со мной дедушка занимался, пока мог еще, – засмущался мальчишка. – И у меня получается уже кое-что. Только меня за это в пансионе не любят, вот и задирают. А вы правда книги без магии чинить можете?

– Угу, – сказала я, склоняясь над “пациенткой”, которую Томас с трепетом уложил на операционный стол. – Я тебе больше скажу, только без магии и могу. Сам же видишь, что с ней у меня не очень сложилось.

Я достала из чудо-рюкзака купленный по случаю чемоданчик с набором юного переплетчика и извлекла из него ватные тампоны, клей, кисти, ножи и тонкую бумагу, похожую на нашу кальку или пергамент. Разложила все это на столе, чем вызвала уважительный взгляд мальчишки.

Калькой я подклеила разрывы на страничках, тампоном с перекисью промокнула грязь, а шить так и вовсе не пришлось. Несколько страниц оказалось вырвано, но я их тоже посадила на клей, который изумительно хорошо справлялся со всеми задачами – ложился ровно, не оставлял следов, быстро сох и не коробил бумагу. Мечта, а не клей, одним словом.

– Вот видишь, все просто, – сказала я пареньку, снимая остатки клея и прокладывая страницы чистым сухими листами. – Просто нужна аккуратность и никакой магии. Неужели никто так не делает?

– Не-а, – признался паренек. – Обычные книги магией восстанавливают с помощью заклинаний, а за магические никто не берется.

– Почему?

– Они могут магию отобрать. Или, наоборот, поделиться. Никто не знает, как они себя поведут, кроме книгочеев. Но сейчас чаще отнимают магию. Так дедушка говорит, потому и не разрешает мне их из дома брать, – охотно сообщил мальчишка, все это время, не отрываясь, следивший за моими действиями.

– А зачем взял тогда? – спросила, перелистывая странички и убеждаясь, что работа выполнена на совесть, и книга вернула свой первоначальный вид. Нашла еще пятнышко и принялась осторожно промакивать его тампоном.

Томас смутился.

– Хотел девочке одной помочь. Подумал, вдруг у нее получиться магию разбудить. Эта книга для тех, в ком сила только проявилась.

Вот теперь я обратила внимание на обложку.

Ну как обратила. Я, пока клеила, поняла что книга на местном, непонятном мне языке. Потом обнаружила, что некоторые слова я могу прочитать. Решила, что когда окажусь в безопасном месте, уделю своей грамотности самое пристальное внимание. Потому что была уверена, что умею читать, ведь документы, подтверждающие мою личность, и частично брачный договор я смогла понять.

Но с ними была другая история. Когда в банке оформляли вклад, управляющий отошел по делам, и в это время Даниель читал и разъяснял мне пункты договора, и под его диктовку я смогла понять написанное, потому и думала, что разумею грамоту. А тут как-то иначе вышло и глаз только отдельные слова выцепил. Как в книге ведьмы. Но там я специально старалась не читать, потому что хотим мы этого или нет, но когда видим текст, мы его проговариваем. То есть мышцы речевого аппарата совершают микродвижения. А я боялась какое-нибудь заклинание случайно произнести.

Развернула книгу к себе, сосредоточилась. “Основы магии для проявленных магов” – сложились символы в слова. Так это для меня как раз! Мне бы как раз основы и понять, как свои молнии в узде держать и не шандарахать ими всех подряд. Очень хочу познакомиться с семьей парня, у которого есть такие полезные книжки.

– Попадет тебе от родителей, что забрал ее из дома? – спросила, отдавая “пациентку”.

– Родители пропали, когда я еще маленьким был. Их ищут, но пока не нашли. Я с дедом живу сейчас, – с грустью поведал ребенок, поглаживая обложку томика.

– А раньше? – Я принялась перебирать испорченные листы бумаги, которые собрала с земли, и подумывала, не сшить ли из них тетрадь. – Можно я возьму их? – спросила у Томаса.

– Берите, все равно испорчены, – махнул он рукой. – Раньше я в приюте жил, То есть, муниципальном пансионе. Дед меня мог только на выходные забирать, у него была очень ответственная работа. Потом его отпустили, когда он магом перестал быть. Теперь я с ним живу и только на занятия в пансион хожу. И за это меня тоже не любят. Дед хотел меня в другой перевести, но его пособия не хватает на это, а работать он больше не может, глаза не видят почти. А что вы делаете, госпожа Катрин?

– Тетрадь. Не все ведь испортилось. Тут подрежем, тут подогнем, там склеем, здесь сошьем. Еще бы обложку из красивой цветной бумаги и отлично все получится.

– А я знаю, где красивую бумагу взять – в цветочной лавке! Только там денег попросят, – мальчишка обрадовался было и сразу сник.

– Я дам тебе монетку, сбегаешь, купишь? Если, конечно, не боишься меня со своим добром оставлять.

Он колебался, это было видно. Но потом любопытство пересилило, и Томас решительно кивнул.

– Выбери самую плотную, – протянула я ему деньги. – И яркую. Скорее всего, тетрадь для девочки получится.

Я обрезала то, что было измято и запачкано, и прикидывала, что можно выкроить из оставшихся кусочков. Некоторые листы просто соберу в тетрадь, а те, которые меньше, чем нужно, тоже можно вшить, но сложить их в конвертики-сюрпризы и склеить в гармошки-раскладушки. Так иногда делают девчонки в своих дневниках.

Томас убежал, а неспешно погрузилась в мир переплета и оригами, размышляя, как мне быть дальше. В том, что если за мной кто и следил, то наверняка потерял след, я не сомневалась – тропы мальчишки, фактически выросшего в приюте, были своеобразные. В идеале было бы неплохо напроситься в гости к Томасу, познакомиться с его дедушкой и если повезет, то выкупить у него книгу по магии. Если я возьму силу под контроль, то буду чувствовать себя гораздо более защищенной. Если им не хватает на пансион, то живут они не очень богато. С другой стороны, магические книги очень дорогие, хватит ли у меня денег? Да и Томас может не захотеть знакомить меня с дедушкой, и старик откажется продавать книгу.

Пока думала, руки сшили тетрадный блок вместе со всеми вкладками-раскладками. Материалы, что оказались в ящике, оказались на диво хороши и работать ими было одно удовольствие. Жаль, запас их совсем не велик, надо найти возможность пополнить его, если я все же решусь открыть свою мастерскую по ремонту книг. Но доверит ли мне кто-нибудь свои раритеты – вот в чем вопрос…

Мальчишки все не было, но оно и понятно, мы тоже до сюда не быстро добрались. Чтобы не сидеть и не загонять себя в тоску, снова перебрала остатки и отобрала те, что были испачканы только с одной стороны.

Подумала, а не склеить ли мне их, чтобы сделать открытку для подруги Томаса? Объемную, из тех, что открываешь и фигурка вперед выдвигается.

Пока прикидывала, что еще можно пустить в дело, на пустырь вернулся запыхавшийся мальчишка.

– Извините, госпожа Катрин, я задержался. Там пекарь начал ночную выпечку распродавать, и я купил вам. Вы же магией тех ребят отпугнули, вам восстановиться надо. Вот, – он выложил батон. – И там еще немного денег оставалось, я к молочнику заскочил, – добавил он кусок сыра и крынку с молоком.

И тут я поняла, что на самом деле ужасно хочу есть!

– Томас, я тебя обожаю! – призналась я. – Садись и тоже ешь, голодный же сам.

Парень засмущался.

– Нет, что вы, госпожа, это для вас. Я потом, дома поем.

А взгляд голодный-голодный.

– Дома так дома, – согласилась я, отодвигая угощение. – Но я без тебя есть не буду. Слушай, я тут не закончила, осталась обложка. И я открытку хотела еще сделать. Только света мало уже и нечем рисовать. Ты сможешь обложку для тетради сам сделать? Или я доделаю, а ты завтра забежишь и заберешь. Только я пока не знаю, куда, мне еще ночлег искать.

Мальчишка замер в ступоре. Во-первых, он глаз не мог отвести от блокнота, который я листала в руках, демонстрируя все его “секретики”. Сооруженный из остатков, он получился небольшой и тонкий, но не лишенный изящества и довольно оригинальный. Во-вторых, когда до Томаса дошло сказанное, в его глазах появилось недоумение.

– Но как же так, госпожа, вы же маг? Почему вам негде ночевать?

– Я маг второй день, и не из этого города. Хотела работу найти, а нашла тебя. Если подскажешь недорогую хорошую гостиницу, то отправлюсь туда.

– Госпожа Катрин, – Томас не сводил глаз с блокнота, – а может вы у нас с дедом переночуете? А я для открытки вам грифели цветные дам? И комнату свою отдам, я и на кухне посплю. Если с магией не в ладах, вам по городу лучше не ходить. Мало ли что случится, а вы же не переселенка, вас от расплаты защищать никто не будет.

– А переселенок защищают? – спросила. – Извини, я наверное глупые вопросы задаю, но я очень далеко отсюда жила и только вчера приехала.

– За них опекуны отвечают. Но там взрослых магов не бывают, дети только, ну или случайно если вдруг дар проснется. Их блокируют сразу, как раз для того, чтобы не натворили дел. Так что, пойдете со мной, госпожа? У нас дома еще клей такой есть, – подманивал он меня.

– Клей, это замечательно, а то у меня только на открытку и осталось, и то впритык. Пошли, – согласилась я. – За гостеприимство научу тебя красоту творить, хочешь?

Закивал так, что я испугалась за целостность его бедовой головушки.

– А дед не будет против? – все же спросила.

– Мне кажется, мы здесь только потому, что он ждал именно вас, – серьезно ответил пацан, помогая собрать мне вещи.

Глава 16. Здрастье, я ваша... внучка!

Знакомство с дедушкой Томаса прошло хорошо. Можно даже сказать, отлично. Я была мила и любезна, улыбалась и излучала доброжелательность. Жаль только, старик этого не увидел, он был почти слеп.

– Старинные книги забрали его дар, – шепнул мне мальчишка. – Теперь дедушка почти ничего не видит.

Я порадовалась, что по дороге мы зашли в лавку и купили еды, потому что приходить в гости с пустыми руками не хотелось, и, во вторых, ну что может приготовить полуслепой старик?

На кухню меня пустили очень даже охотно, и вообще Томас и его дед вели себя так, будто принимать в своем пусть и довольно большом, но запущенном доме незваных гостей, свалившихся на голову, для них обычное дело.

Я не возражала, да и глупо бы было говорить, что я чем-то недовольна. Приютили, обогрели, накормили, спать уложили. Точнее спальню уступили. Дом был немаленький, но обжитых спален было только две и Томас торжественно уступил свою. Но на кухне спать его мы не оставили. Расстелили одеяла на диване в гостиной, и паренёк устроился там.

– Катрин, вы позволите переговорить с вами? – спросил старик после того, как был устроен мальчишка.

– Разумеется, – кивнула я. – Понимаю, что мое появление неожиданно и подозрительно, и готова ответить на ваши вопросы.

– Вы знаете, кем я работал? – неожиданно спросил старик.

– Томас говорил, что во дворце. И я так поняла, что это что то связанное с книгами. Вроде бы это называется книгочей?

– У вас мой рабочий набор, вы знали? – продолжил старик, приведя меня за собой в кабинет.

Там стоял большой письменный стол, а все стены были плотно заставлены книжными шкафами. Некоторые были с открытыми полками, некоторые имели застекленные дверцы, и они занимали все пространство от пола до потолка. Я бы даже сказала, что это кабинет-библиотека, поскольку кроме книг и стола тут помещалось только пара стульев и крохотный диванчик, на который я и уселась.

За ним тоже стоял шкаф с книгами, и мы со стариком оказались полностью окружены ими. Возникло странное чувство, будто меня заманили в логово паука, который наблюдает за жертвой, оценивает ее и выжидает, когда она сделает неверное или неловкое движение и запутается в нитях его паутины.

– Ваш? Понятия не имела. Вы про тот, в котором ножи и пресс? Я купила набор в лавке артефактора, – призналась, решив, что скрывать это смысла нет.

– Да, я про него. Томас рассказал, как вы отремонтировали книгу. Я знал, что мой набор попадет в достойные руки. Если позволите, я расскажу немного о себе.

– Буду рада, – сказала я, устраиваясь поудобнее на диванчике и настраиваясь на долгую историю.

– Я Книгочей, – начал старик. – Точнее, был им, пока не выжег свой дар. Магические книги хитры и коварны, они тянут магию отовсюду, особенного из того, кто берет их в руки. Их создавали с целью хранить знания, и они делают это любой ценой. Я один из тех, кто мог работать с ними. Я знал, что мой набор попадет в нужные руки, я видел пророчество и надеялся, что рано или поздно мы встретимся. Дар книгочея непростой, если он угасает у одного, значит он появился у кого-то другого.

– Боюсь вас разочаровать, но у меня совсем иной дар, не столь мирный, – заметила я. – Могу скорее поджарить кого-то случайной молнией, чем прочитать книгу.

– Это-то и странно, – заметил старик. – Ну да все равно. Если узнают, что вы чините книги без магии, знающие люди сочтут вас той, что может читать в них скрытое. Как правило, это неразрывно связано. И тогда вас не оставят в покое – либо сдадут королю, и вы будете навсегда привязаны к королевской библиотеке, пока не утратите дар, как я. Либо попадете в руки криминальных дельцов. Тогда все тоже самое, но условия могут быть иные – как золотая клетка, так и холодная и сырая камера.

Перспектива меня не вдохновила. Неужели ведьма и монахини говорили именно об этом даре? И Савелий меня сюда тоже из-за него притащил? Да не было же ничего такого! Или я себя обманываю?..

– И что делать? Я хотела открыть мастерскую по ремонту книг. Или в библиотеку устроиться, но ее владелец прогнал меня, – озадачилась я.

– Вы успели ему что-то рассказать о себе? – спросил старик.

– Немного, – призналась я. – Сказала, что хочу и умею работать с книгами.

– Если он не глуп, то скорее всего уже доложил кому-нибудь об этом. Понимаете, Катрин, в нашем мире интерес к книгам, именно работе с ними, высказывают чаще всего люди с предрасположенностью к определенному типу дара. Маги знают, что книги, на вид даже самые обыкновенные, могут воровать магию.

– А если у человека нет дара? Нет магических способностей? То тогда получается, что у него и взять нечего? И есть ведь и самые простые книги, без всякой магии, – я ясно видела, что господин Янис Соттерм, так представился дедушка Томаса, явно куда-то клонит, но обозначенные им перспективы пугали.

– Да, – согласился старик. – Есть учебные книги, по которым учатся адепты в академиях, деловые книги, которые читают аристократы и среднее сословие, бывают книги увеселительные и любовные для дам. Но любая из книг, обретших хозяина, может начать копить в себе магию и стать опасной для тех, у кого есть дар. Посмотрите на шкаф за вами, Катрин. Все книги в нем готовы вытянуть силы из любого, кто подойдет близко.

Я оглянулась и принялась разглядывать корешки старых, порядком потрепанных книг, одновременно борясь с желанием потрогать их, привести в порядок или хотя бы смахнуть пыль. Здесь были книги о путешествиях и географии, легенды о создании мира, поучительные сказки. Даже затесалась пара книг по физике и механике из моего мира! И все они страшные хищницы, ворующие магию? Странно… Мне они представлялись забытыми и одинокими стариками, которых заменили более молодыми сотрудниками. А при том, то каждая из них была отделена от остальных перегородкой, то они и между собой поговорить не могли.

Во всяком случае, в моей голове возник именно такой образ. Конечно, на их месте я бы тоже вредничала, брюзжала и покусывала мимо проходящих.

– Жаль их, – призналась я старику. – Они одиноки.

Ухмыльнулся.

– Катрин-Катрин, – сказал, качая головой. – Рассуждать о книгах, как о живых людях, наделять их разумом и эмоциями может только Книгочей. Нам придется уехать отсюда. Если кто-то догадался о твоем даре, тебя будут искать. На мой дом уже давно есть покупатель, если все сложится хорошо, то послезавтра двинемся в путь. Ты не против, если слепой старик и мальчишка составят тебе компанию?

Я растерялась. Против Томаса и его деда я ничего не имела, напротив, они мне сразу понравились. Но куда мы поедем? Меня же еще монашки будут искать. И “дядюшка”.

Об этом и спросила.

– Не волнуйся, Катрин. Когда-то давно у меня была небольшая книжная лавка. Много лет она стояла закрытой, но думаю, никто не удивится, если в ней объявится наследница почившего хозяина. Документы я организую, лавку передам официально, и она станет полностью твоей. Мне, как ты догадываешься, недолго осталось. Единственное, прошу тебя позаботиться о Томасе. Я бы предложил объявить его твоим братом или племянником.

– Всегда мечтала иметь братика, – широко улыбнулась я. – Дедушка?

Старик рассмеялся раскатистым смехом, но тут же снова стал серьезным.

– Не знаю, как быть с книгами, – поделился он. – Есть сундуки для их перевозки, но не уверен, что смогу упаковать их. Они на меня немного… сердиты.

Старик обвел руками своих подопечных на стеллажах и я оглядела их внимательно. Действительно, здесь собрались старые ворчуны, но дедушку они любят и не обижают. Хотя “куснуть” могут. Они ведь книги и не понимают, что тем самым причиняют старику вред. На меня же они смотрели с любопытством, предвкушением и желанием “попробовать на зубок”.

– А есть какие-нибудь антимагические перчатки? – спросила я.

Янис кивнул.

– Отлично. Тогда с упаковкой книг я справлюсь, – уверенно заявила я, в предвкушении потирая руки. Ну-ну, посмотрим, кто кого тут будет “пробовать”.

На мой взгляд все складывалось неплохо. Завести себе книжную лавку, дедушку и брата – я о таком даже мечтать не смела!