Текст книги "Вызов демона на дом (СИ)"
Автор книги: Леон Монтан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)
Глава 32. Капитальный ремонт вселенной
Строительство на краю небытия – это опыт, который не пожелаешь даже завхозу-взяточнику.
В обычных условиях гравитация тянет вниз. Здесь она тянула во все стороны одновременно, повинуясь приливам и отливам энтропии.
– Михаил! Левее! Да не туда левее, а по оси зед! – надрывалась я, глядя, как архистратиг небесного воинства, пыхтя и сверкая золотыми перьями, пытается вогнать сияющую балку в паз из уплотненного времени.
– Я не понимаю вашу трехмерную систему координат, смертная! – прорычал Михаил, чье лицо от натуги стало пунцовым. – В Эдеме мы строим в одиннадцати измерениях!
– Вот поэтому у вас люди и ломаются от первого же экзистенциального кризиса! Вы всё усложняете! Шарнир давай!
Асмодей, стоящий на импровизированных лесах из застывшей магмы, перехватил конец балки. Его руки по локоть горели черным пламенем, заменяя сварочный аппарат.
– Пернатый, делай, как говорит мой прораб, или я приварю твои крылья к этой балке! – рявкнул демон. – Мальфас, раствор!
Демон-бухгалтер, пошатываясь под тяжестью ведра, подбежал к узлу. Раствор из ангельской благодати, адского огня и квитанций за капремонт пузырился и плевался. Мальфас зачерпнул его мастерком (украденным у каменщиков-масонов в восемнадцатом веке) и жирно шлепнул на стык.
"ШШШШ!"
Смесь вспыхнула диким серо-буро-малиновым светом. Энтропия, лениво облизывавшая наши ботинки, попыталась всосать свежий цемент, но подавилась. Абсурд человеческой бюрократии, помноженный на магию, оказался для нее абсолютно несъедобным. В ничто образовалась плотная, пульсирующая стена первого слоя тамбура.
– Держит! – не веря своим глазам, крикнул Нафанаил, который только что закончил укладывать кирпичи из кристаллизованного терпения пассажиров метро в час пик.
– Еще бы не держало, – хмыкнула я, делая пометку в чертеже. – Законы физики, подкрепленные ненавистью к ЖКХ, непобедимы.
Но пустота не собиралась сдаваться так просто.
Поняв, что ее пытаются запереть, энтропия сменила тактику. Вместо тихого стирания она перешла в активное наступление. Серая мгла вздыбилась, образуя гигантские, безликие фигуры. Это были даже не демоны – это были анти-идеи. Олицетворение прокрастинации, апатии, бессмысленности.
Одна из фигур – высотой с трехэтажный дом – обрушилась на левый фланг нашей стройки, прямо на стайку херувимов, которые монтировали дверной косяк. Херувимы с писком брызнули в стороны. Конструкция опасно накренилась.
– Защищать несущие опоры! – взревел Асмодей.
Он спрыгнул с лесов. В его руках из ниоткуда возник двуручный меч, сотканный из чистой, первородной тьмы. Владыка ада ударил наотмашь. Черное лезвие рассекло серую фигуру пополам, но та просто сомкнулась обратно, как вода.
– Магия не работает! – крикнул он, уворачиваясь от серого щупальца, которое едва не стерло ему голову. – Они поглощают урон! Марго, нужен план!
Я лихорадочно листала блокнот.
– Они сотканы из бессмысленности! Вы не можете убить бессмысленность мечом! Ее можно только загрузить работой!
– Какой, к дьяволу, работой?! – заорал Михаил, отбиваясь щитом.
– Бюрократической! Мальфас! Нафанаил! У вас есть ваши аудиторские и налоговые отчеты?
Два заклятых врага – ангел-аудитор и демон-бухгалтер – переглянулись.
– У меня есть полная выписка по грехам сектора Евразия за три века! – пискнул Мальфас.
– А у меня том божественных регламентов по длине ангельских перьев! – отозвался Нафанаил.
– Кидайте в них! Заставьте их это читать! – скомандовала я.
Ангел и демон начали швырять в серых гигантов пухлые тома и свитки, генерируя их прямо из воздуха. Как только свиток касался анти-идеи, она замирала. Энтропия, столкнувшись с тысячестраничным отчетом по форме 12-Б о нецелевом использовании адских котлов, зависала. Серая масса начинала сжиматься, пытаясь осознать этот уровень бессмысленного порядка, и в итоге со звонким «чпок» схлопывалась в маленькую серую песчинку.
– Мяу, – Шрёдингер, прохаживаясь по недостроенной балке, брезгливо смахнул одну такую песчинку лапой. – Какая безвкусица. Император одобряет этот метод экстерминации.
– Работает! – я торжествующе потрясла рулеткой. – Бригада, не отвлекаемся! Монтируем крышу тамбура! Мы должны закрыть контур, пока они не адаптировались к налогам!
Под градом бюрократических томов и отборного мата на смеси латыни, арамейского и русского строительного мы возвели купол. Пространство внутри тамбура замкнулось. Серая мгла осталась снаружи, яростно бьясь о стены из абсурда и магии, но не в силах просочиться внутрь.
Мы стояли внутри небольшого, абсолютно круглого помещения, похожего на бетонный бункер с двумя дверями. Одна вела обратно в мою квартиру. Вторая, тяжелая, герметичная – в пустоту.
Внезапно весь тамбур дико затрясся.
С потолка посыпалась крошка благодати. Одна из несущих балок жалобно заскрипела, выгибаясь дугой.
– Что происходит?! – крикнул Михаил, бросаясь подпирать балку плечом. – Контур же закрыт!
Я подбежала к центру тамбура, глядя на экран лазерного уровня, который сошел с ума. Красный луч метался во все стороны.
– Контур закрыт, но он не заземлен! – в ужасе крикнула я, перекрикивая скрежет рвущейся реальности. – Конструкция висит в метафизическом вакууме! Ей не на что опереться!
Я посмотрела на Асмодея.
– Из-за твоей инфернальной плотности возникла дыра. Мы построили шлюз, чтобы ее закрыть. Но этот шлюз не может выдержать вес владыки ада, который просто «зашел в гости»! Ты слишком тяжелый для временной регистрации! Шлюз рухнет вместе с моей квартирой, если ты останешься здесь как чужеродная сущность!
Асмодей медленно опустил свой черный меч. Он смотрел на меня, и в его глазах больше не было сарказма. Только ледяное, пронзительное понимание.
Тамбур трещал. Ангелы и демоны из последних сил сдерживали стены.
– Значит, – голос Асмодея прозвучал неестественно спокойно в этом хаосе, – мне нужно перестать быть «чужеродной сущностью». Мне нужно прописаться в этой реальности окончательно.
– Что ты несешь? – Мальфас, удерживающий дверной косяк, побледнел еще сильнее. – Владыка, вы не можете! Прописка в реальности смертных лишит вас статуса экстерриториальности! Вы станете уязвимым!
– Заткнись, Мальфас, – бросил Асмодей, не отрывая от меня взгляда. Он медленно шел ко мне сквозь строительную пыль. – Архитектор права. У любой арки должен быть замковый камень. Точка абсолютного напряжения, которая держит всё.
Он подошел вплотную. Его грудь тяжело вздымалась. Водолазка порвалась на плече, обнажив горячую, покрытую сажей кожу.
– Ты понимаешь, что это значит, Марго? – тихо спросил он. Грохот рушащихся стен словно отдалился, оставив нас в пульсирующем пузыре тишины. – Я не могу привязать себя к бетону или к абстрактной ипотеке. Я могу привязать себя только к живому якорю, к тебе.
Мое сердце пропустило удар, а затем забилось как сумасшедшее.
– Ко мне? – мой голос дрогнул. – Как?
– Контракт, – он горько усмехнулся. – Не тот шуточный договор на вызов «мужа на час», где я чинил тебе раковину. Настоящий. Слияние концепций. Ты отдаешь часть своей смертной легкости мне, а я отдаю часть своей вечной тяжести тебе. Мы станем несущей конструкцией этого мира. Вместе.
– Это... – я сглотнула пересохшим горлом, – это звучит как метафизический брак.
– Это он и есть, моя блестящая отличница. Если мы это сделаем, я не смогу просто уйти, когда мне надоест. Я буду привязан к этой хрущевке, к твоему коту, к твоим предзащитам и к твоей сварливой соседке. Я стану частью этого смешного, хрупкого мира. Ради тебя.
Треск над головой стал оглушительным. В потолке образовалась трещина, из которой брызнул серый свет энтропии.
– Времени нет! – проорал Михаил, падая на колени под весом оседающей балки. – Решайте, или мы все станем ничем!
Я смотрела в глаза Асмодея. Владыка ада, разрушитель, искуситель.
Прямо сейчас он выглядел уставшим, чертовски сексуальным прорабом, который готов был сломать свои собственные крылья, лишь бы мой мир устоял.
Меня бросило в жар. Страх исчез, вытесненный дикой, пульсирующей решимостью.
– И какой СНиП регулирует этот контракт? – выдохнула я, сокращая расстояние между нами до миллиметра.
– Никакой, – прошептал он, обхватывая мое лицо горячими, испачканными в саже и магии ладонями. – Это чистая импровизация.
Он поцеловал меня.
Это был не легкий, дразнящий поцелуй, как раньше. Это был удар током. Смесь адского пламени, вкуса пепла и чего-то невероятно сладкого, от чего у меня подогнулись колени. Я вцепилась в его плечи, отвечая с такой же отчаянной силой.
В тот момент, когда наши губы встретились, пространство внутри тамбура взорвалось светом.
Из точки нашего соприкосновения во все стороны ударила ударная волна кристально-чистой, золотисто-красной энергии. Это не была магия света или тьмы. Это была магия любви.
Трещины в стенах с оглушительным звоном начали зарастать, заполняясь сияющим веществом. Проседающие балки выпрямились, словно под действием гигантских домкратов. Тамбур перестал трястись.
Гул энтропии снаружи сменился разочарованным, глухим шипением, и затем... наступила абсолютная, звенящая тишина.
Мы оторвались друг от друга, тяжело дыша.
Я открыла глаза. Мои руки всё еще лежали на его шее. Я чувствовала его пульс. Он был частым, человеческим.
Асмодей ухмыльнулся, хотя в его глазах читалось легкое потрясение.
– Поздравляю, Маргарита Викторовна, – хрипло сказал он. – Объект сдан в эксплуатацию.
– Акт приемки-передачи подписан, – раздался сверху гнусавый голос.
Мы подняли головы.
Прямо над нами, на сияющем стыке потолочных балок, восседал Шрёдингер. Кот светился ровным, мягким оранжевым светом. Он больше не фонил энтропией. Он переварил её.
– Я, Песчаный Император, одобряю эту конструкцию. – Кот изящно рыгнул, выпустив маленькое облачко глиттера, которое осело на рога демона Мальфаса. – А теперь немедленно верните меня в теплую квартиру и дайте влажный корм. Мои запасы божественного тунца иссякли.
Вокруг нас, отряхиваясь от пыли и тяжело поднимаясь с пола, стояли остатки строительной бригады.
архангел Михаил посмотрел на свои руки, затем на свежезалатанные стены. Он повернулся к Асмодею.
– Ты сделал это. Ты, демон, привязал себя к смертной плоскости, – в голосе ангела не было гнева. Только странное, почти уважительное недоумение. – Твой статус теперь... локален.
Асмодей обернулся к небесному воину, прижимая меня к себе за талию.
– Мой статус, Михаил, теперь называется «созаемщик по ипотеке». Убирайтесь отсюда, и рай, и ад. Стройка окончена, и чтобы я больше не видел ваших сияющих или рогатых морд в моем подъезде.
Нафанаил открыл было рот, чтобы возразить про СНиПы Мироздания, но Мальфас вовремя дернул его за белоснежный рукав.
– Пойдемте, коллега, – зашептал демон-бухгалтер. – Они только что создали прецедент метафизического брака. Нам нужно бежать писать новые регламенты, пока система не рухнула от юридического коллапса!
Ангелы и демоны, нестройной толпой, бормоча что-то о сверхурочных и испорченной спецодежде, потянулись к светящейся воронке портала, который открыл Мальфас.
Когда последний архангел исчез, оставив нас одних в тихом, идеально герметичном космическом тамбуре, я наконец выдохнула.
Тубус лежал на полу. Лазерная рулетка моргала красным огоньком, показывая идеальную диагональ помещения.
– Знаешь, – я посмотрела на Асмодея, чувствуя, как внутри разливается сумасшедшее, искрящееся счастье. – Злобин меня убьет.
– За что на этот раз? – он склонил голову, заправляя прядь моих волос мне за ухо.
– Я потратила лучший макет в своей жизни на починку вселенной, а мне сдавать диплом через три дня. У меня нет чертежей.
Владыка ада рассмеялся. Звонко, свободно, так, как никогда раньше.
– Моя королева несущих конструкций. Ты только что спроектировала шлюз между бытием и ничто. Если этот твой лысый смертный не поставит тебе высший балл, я лично явлюсь на комиссию в своей полной демонической форме и зачитаю ему лекцию по сопромату.
Он подхватил меня на руки, и я со смехом обвила его шею руками.
– А теперь пошли домой, – сказал мой персональный демон, муж на час и на всю оставшуюся вечность. – Нам нужно покормить императора. И, кажется, у нас в ванной теперь есть лишняя дверь.
