Текст книги "Вечные Пески. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

А низшие, между тем, стягивались вместе, пытаясь собраться в кулак. И бой потихоньку превращался в свалку, которой я очень боялся. К счастью, преимущество уже было на нашей стороне.

Мирим, Алана и Ашкур, оставшиеся на холме, вместе с управляющим, обрушили на врага всё, что могли. Вихри песка хлестнули по гухулам, заставив тех закувыркаться, как сухие листья. Ледяные иглы Аланы вонзались в Кровавых Перстов, заставляя их спотыкаться и падать. Ашкур послал волну воздуха, которая сбила с ног целую группу тварей, и наши пехотинцы тут же добили демонов, пока те барахтались, силясь встать с земли.

Я вновь переключился на высшего. Подняв ещё трёх песчаных воинов, послал их в атаку. Они вцепились великану в ноги, и демон ростом с двух человек, наконец, пошатнулся. Чёрный клинок рассёк одного, второго «нашёптыша», но третий успел вонзить топор в трещину на плече. Броня хрустнула так, что даже мне было слышно. Демон взревел и отшвырнул воина, но я уже поднимал новых.

А миг спустя ко мне присоединился Ашкур, ударив шёпотом по высшему. Мощный поток воздуха, сжатый в узкий луч, врезался всё в ту же трещину. Броня окончательно лопнула. Высший покачнулся, и в этот миг я сам бросился вперёд. Приказал одному из песчаных воинов присесть, вскочил ему на плечи… А затем тот резко распрямился, и я взлетел к оставшемуся без брони плечу.

Мой топор вошёл в пролом и пробил чёрную плоть. Демон дёрнулся, попытался достать меня клинком, но лишь ударил по выставленному мной щиту. Я, конечно, изменил траекторию прыжка после удара, но так даже лучше вышло. Топор в ране провернулся, вырывая здоровенный кусок плоти. Я с трудом удержал оружие в руке.

Великан заревел, отвлёкся, норовя прихлопнуть меня второй рукой. И тут уж мои песчаные воины и несколько кочевников, кинувшихся на помощь, не упустили момента. Всем скопом люди и «нашёптыши» обрушились на ноги гиганта, чтобы их подрубить. Вышло неплохо: высший упал на колени, отчего земля дрогнула. Правда, и у меня случилось не самое удачное приземление. Я подвернул ногу.

К счастью, боль пришла не сразу. Я успел рвануть к демону и нанести второй удар – в основание шеи. Затем третий – туда же, и огромная, вдове больше обычной, уродливая голова, отделившись от тела, покатилась по песку. Безголовое тело начало заваливаться на бок. Высший, кстати, был ещё жив и, возможно, мог отрастить новую голову… Однако ему этого не дали.

Кочевники и песчаные воины облепили гиганта со всех сторон. Рубили они его с таким остервенением, что я понял – добьют. Даже без меня справятся. Сам же я, хромая, отошёл в сторону. Нога стреляла болью при каждом шаге.

Бой заканчивался. Остатки демонов зачищали ещё с полчаши. Когда последний гухул, неосторожно рванувший в мою сторону, рухнул с разрубленной головой, я повесил топор на пояс и внимательно огляделся. Поле боя было завалено чёрным песком, телами гухулов… А ещё, к сожалению, моих воинов и переханов. Выглядело жутко.

Потерь было много. Пять-шесть десятков человек, как минимум. И десяток переханов. Да и раненых было очень много. Тех, кто не мог идти, начали собирать сразу. Мирим, Ашкур и Алана спустились с холма и теперь обходили поле, склоняясь над теми, кто ещё дышал. Воины, что обошлись без ранений, стаскивали тела в одну кучу – и наших, и демонов – чтобы запалить погребальный костёр.

Я увидел, как из ворот посёлка вышел регой и несколько дружинников. Регой был молод, я бы ему не больше двадцати дал, однако, возможно, что и ещё меньше. Люди, которые с детства тренируются, нередко выглядят старше своих лет. Высокий рост, широкие плечи, породистое лицо. И дорогая тяжёлая броня, украшенная гравировкой. Сразу видно, кто здесь главный.

Он прихрамывал – видимо, досталось, в бою. Шедшие за ним дружинники тоже были в дорогой, хоть и попроще, чем у командира, броне. Регой оглядел поле боя, подошёл к оказавшемуся неподалеку Ситранису, что-то сказал. А тот ответил, указав в мою сторону, и усмехнулся. Регой удивился, но переспрашивать не стал. Всё так же заметно прихрамывая, двинулся ко мне.

Я выпрямился. Регой остановился в двух шагах. Его тёмные внимательные глаза изучали меня. Каждую мало-мальски значимую деталь. А знающему взгляду эти детали могут много сказать.

– Я Мариатидис, – произнёс он. Голос был хриплым после боя, но твёрдым. – Мариатидис из семьи Аравантис. Мне сказали, ты командир этого войска?

– Ишер. Воевода, наёмник, шептун. И да, я командир этого отряда, – подтвердил я.

Регой вскинул брови, но комментировать не стал. Лишь коротко поклонился:

– Ты спас нас. Я хотел бы поговорить с тобой, Ишер.

Я устало посмотрел на него. Перевёл взгляд на поле боя, где продолжали собирать раненых…

– Нет, – ответил я.

Лицо регоя дрогнуло. Кто-то из его дружинников недовольно хмыкнул. Однако Мариатидис властным жестом заставил недовольных замолчать.

– Позже, когда позабочусь о своих людях, мы поговорим, – продолжил я, проигнорировав эту маленькую сцену. – Мои шептуны помогут и твоим раненым, если нужна помощь. Выносите их сюда. Мирим, Алана и Ашкур сделают всё, что смогут.

Регой помолчал, затем кивнул.

– Благодарю. Раненых много… И воинов, и крестьян. Мы вынесем их.

Я кивнул в ответ и, развернувшись, пошёл к своим.

Глава 163

– Моя семья взяла на себя заботу о беженцах, – проговорил Мариатидис, как бы извиняясь, что с учётом положения удивляло. – У нас много владений в Междуречье и Приречье, обильные урожаи. Не такие, как у Арханго, конечно…

– Семья Арханго тоже взяла на себя обеспечение беженцев, – скромно вставил его жена, которую звали Дриатари.

Вообще-то люди они оказались хорошие. Не было в них спеси, которую часто можно увидеть у выходцев из знатных семей. Да и о людях своих они искренне заботились, даже о крестьянах. А это и вправду редкость среди высшего света Края Людей.

Забравшись так высоко, как семья Аравантис, сложно не воспринимать обычных людей, как фигурки на игровой доске. А фигурками ведь можно и пожертвовать ради победы.

И да, когда Аравантис говорили о семье Арханго, лица они не кривили. Хотя, по логике вещей, должны были. Дело в том, что высший свет в Краю Людей очень неоднороден. С позиции простолюдина может казаться, будто это не так. Однако если внимательно взглянуть, как оно там, у людей наверху, устроено, правду несложно увидеть.

На самом верху иерархии знатных семей стоят далеко не самые богатые, зато влиятельные древние фамилии. Гелатис, Велесангрис, Мелантрис, Тараксионис, Аравантис, Траисис… Их, конечно, немало – больше ста. Откровенно говоря, я даже не все фамилии знаю, только те, что на слуху. К слову, некоторые семьи уже вымерли, а другие прозябают чуть ли в нищете.

Однако все они – родственники царской династии. Очень-очень дальние родственники, честно скажем. Некоторые выделились в отдельные рода ещё в период Второго Царства. Но только выходцы из этих семей могут претендовать на царский трон и венец. Выходцы из любой другой семьи всегда будут считаться узурпаторами.

Так сложилось исторически, и никто не рвётся что-то менять. Это положение дел устраивает остальные семьи, которые могут быть и влиятельней, и богаче, да и просто-напросто многочисленнее – а вот на трон не претендуют.

Та же семья Арханго, хоть и очень древняя, но на царское происхождение не притязает. Обычные выскочки, по меркам «золотых семей». Правда, выскочили они ещё во времена того же Второго Царства, а может, даже и Первого. И всё же их привыкли относить к молодым родам. Таких семей, кстати, немало.

А есть ещё «новые» семьи. К ним относят тех, кто появился в Четвёртом Царстве и позднее. Вот их действительно очень много. Многие сотни, а может, и тысячи. У некоторых из них в подчинении, в лучшем случае, тысяча человек и десяток мелких деревушек. А вот спеси обычно столько, что аж из ушей водопадом льётся.

Как говорили в моей прошлой жизни, нет худшего господина, чем выходец из рабов. Новые семьи и сами не так давно были в подчинении у аристократов. Вот и воспринимают болезненно любое, как им кажется, посягательство на свой статус.

И это я сейчас упомянул только семьи, которые относятся к военной иерархии. Они добыли свой статус мечом, с детства готовятся воевать… Ну или должны готовиться. Хватает среди них и тех, кто считает, что достаточно родиться у «правильных» родителей.

А ведь есть ещё просто знатные семьи, которых хватает почти в каждом городе. Семьи ремесленников, торговцев, зачарователей, корабелов, архитекторов, рудознатцев и прочих ценных специалистов. В общем, несть им числа.

И если для простого люда все они – знать, то друг для друга – далеко не ровня. Те, кто стоит выше, обычно презирают тех, кто ниже.

Как ни странно, к моим собеседникам это не относилось. На удивление, они уважительно общались со мной, со своими дружинниками – и даже с крестьянами.

Хотя, казалось бы, кто я для них? Какой-то удачливый парень с самых границ Края Людей. Ещё вчера – обычный наёмник, чьи услуги легко купить, и кого не стоит жалеть.

– Когда мы выезжали, демоны только подходили к Царскому Сбору. Все считали, он продержится несколько десидолей, не меньше! – с сожалением признался Мариатидис. – И я подумал, что было бы неплохо прикрыть крестьян усилением из дружинников. А заодно свозить Дриатари и Наранитиса на природу. Кто же знал, что всё так неудачно обернётся…

Третьим участником нашей беседы был полугодовалый Наранитис. Про него можно было пока сказать немного. В основном, то, что он уже полгода как родился в правильной семье, а значит, в любом случае неглупый малыш.

– Я после родов постоянно чувствую слабость, а ребёнок начал покашливать. Шептуны сказали, что, вероятно, это от городской пыли… – вздохнула Дриатари, прижав к груди изящные тонкие руки.

– Ты спас меня, мою жену, сына и моих людей, Ишер… И я не только невероятно благодарен тебе и твоим людям, но и… Считаю себя твоим должником, – взглянув мне прямо в глаза, сказал Мариатидис.

– Это лишнее, регой. Я поступил, как велят Законы Песка и Воды, – покачнул я головой.

– Ты мог бы и не прийти на помощь! – возразила Дриатари, и её большие глаза наполнились слезами.

Видимо, успела представить наиболее вероятные последствия.

– Не мог, – я спокойно качнул головой и улыбнулся. – Я был в силах помочь. А значит, должен был помочь. Я поступил бы так, даже не зная, кто попался в ловушку.

Если честно, я, можно сказать, и не знал. Управляющий сказал что-то про семью, но из его сбивчивых объяснений я на тот момент ухватил лишь самую суть. Вспоминать, что это там за семья и где я про неё краем уха слышал, спросонья было некогда.

Всё-таки, как и другие обыватели, я не слишком силён в аристократии Края Людей. Да, когда-то выучил самое основное, чтобы не влипнуть в неприятности, будучи наёмником. Ну и докопался до понимания того, что аристократ аристократу рознь. И на этом всё. Я почти не пересекался с ними, они – со мной. Исключением стала Долгая Осада. Однако про неё я не любил лишний раз вспоминать.

– В наше время сложно встретить человека, который так чтит Законы Песка и Воды… – заметил, между тем, Мариатидис.

– Я родился к северу от Рудных гор, – медленно, не спеша со словами, произнёс я. – После Илоса прошёл через земли ханств. Едва-едва успел побывать в Приозёрье. Я видел, к чему приводит попрание Законов. Без них люди быстро становятся теми ещё скотами. Возможно, это моя личная придурь, и на самом деле всё не так страшно… Но я привык поступать по Законам Воды и Песка. И переучиваться не хочу.

– Это не твоя личная придурь, Ишер, – возразил Мариатидис, и взгляд у него стал очень серьёзным. – В архивах семьи хватает свидетельств того, как отказ от правил убивал целые процветающие края.

– И у моей семьи таких свидетельств в архивах хватает… – кивнула Дриатари.

– Моя жена из Креанго, – улыбнулся Мириадитис. – Семья старая, архивы у них обширные.

– А я любила читать, – закивала Дриатари и с любовью посмотрела на мужа.

С любовью! Посмотрела! На мужа!

У них, между прочим – провалиться мне на этом месте, если я не прав! – обычный договорной брак! Семьи поторговались, сговорились и поженили двух малознакомых друг другу людей. И вот, пожалуйста! Прошло всего-ничего времени, и это любящая друг друга пара. И я с высоты своей памяти о дух жизнях уверен: так они и доживут до старости, обожая друг друга. Вот как так получается? Никогда этого не понимал… Спросить, что ли? Может, посоветуют что-нибудь?

Хотя, честно говоря, мне уже поздно. Мою женщину к жизни не вернуть.

– Возможно, – сдержанно согласился я.

Как-то не готов я был, честно говоря, Законы с аристократами обсуждать. Какими бы милыми эти люди на первый, да и на второй взгляд ни казались.

– Ишер, скажу откровенно, – посерьёзнел Мариатидис. – Нам нужна помощь. Мы оставили на ночь гнуров и переханов за пределами посёлка. Хотели дать им попастись ночью. Это была глупая ошибка, и она лишила нас скотины. У нас много груза, и даже если мы все нагрузимся тюками – просто не утащим всё на себе. У тебя в отряде много переханов, которые могли бы нести поклажу. Да и воинов много, и с демонами вы сражаться умеете получше нашего. И вы – наёмники. Может быть, вы согласитесь взяться за мой заказ?

– Куда вы направлялись? – вопросом на вопрос ответил я.

– Мы шли в Варий… Впрочем, честно говоря, тут все идут в Варий, – Мариатидис слегка смутился. – Там нас ожидают корабли семьи, которые примут людей и груз на борт. Мне-то потом надо поехать на юг, вывезти ещё одно наше поселение… Но я уже там, в Варии, смогу купить переханов для своих людей. А пока нам просто нужно добраться до города. Я готов платить золотом.

– В последнее время золото не настолько ценное, как раньше, – с усмешкой заметил я. – Хорошо… Я готов со своими людьми сопроводить вас в Варий и помочь с доставкой груза. Мы сами шли туда, но заходить в город я не планировал.

– На это есть причины? – взметнул вверх бровь Мариатидис.

– Как я понял, Варий станет одним из опорных пунктов борьбы против демонов в Приречье. А, значит, согласно Закону Песков, все, кто находится внутри, будут привлечены к обороне стен, – пояснил я. – Я и сам собираюсь воевать дальше. Однако в Варии задерживаться не могу. Со мной беженцы из Приозёрья – их надо доставить в Ферунд. Кроме того, мне хотелось бы найти людей, которые отправились в Приречье из Эарадана. У моих воинов среди них родичи, с которыми они не виделись с осени. Если нас задержат в Варии, бойцы будут очень недовольны.

Конечно, я снова мог сослаться на то, что шептун, а мой отряд сопровождает меня в важной миссии. Но у меня же не было сейчас важной миссии. Не дай боги, придётся перед девятью клясться, что не вру – вру же! В общем, использовать во второй раз способ, который я в Святилище применил, точно не стоило. Лучше его оставить как последнее средство.

– Я слышал о таком правиле, – кивнул Мариатидис. – Удивляет, что ты говоришь так, будто если Варий падёт, ты сможешь вывести своих людей…

– Милый, он ведь уходил из Илоса! – напомнила регою жена. – Вероятно, и из Вария выйдет.

– Вероятно, я и в самом деле смогу вывести своих людей, – подтвердил я. – Не без потерь, конечно. Война без потерь не обходится. Но большую часть – смогу… Впрочем, это всё равно будет досадная задержка. И очень неприятная потеря. Возможность покинуть город для меня важнее, чем золото.

– Я не могу повлиять на власти Вария… – Мариатидис глубоко задумался, обхватив подбородок тонкими пальцами. – Но я могу от лица семьи нанять тебя через местную Гильдию Наёмников. В таком случае тебя обязаны будут выпустить из города. С семьёй они ссориться не захотят, я думаю.

– Могут наплевать на отношения, Марий! – заметила Дриатари, прижав ладошку к груди мужа. – Если всё обернётся плохо, им терять будет уже нечего. А несколько тысяч бойцов – это немалая сила против демонов.

– Да, ты права… – Мариатидис задумался, побарабанил пальцами по столу, а потом предложил: – А что если я зачислю твой отряд в наше ополчение? Напишу бумагу, поставлю печать…

– Выглядит очень рискованно, – заметил я. – В первую очередь, для тебя.

Маленький Наранитис согласно агукнул из своей люльки. Удивительно уравновешенный ребёнок. Мне всегда казалось, малыши только и делают, что ходят под себя и плачут из-за этого, ну а ещё от голода и недостатка любви.

Видимо, и еды, и любви Наранитису хватало. Пока мы обсуждали судьбу нескольких тысяч человек, этот юный аристократ спокойно облизывал палец на своей крошечной ноге.

– Да, это риск… – кивнул Мариатидис, тоже взглянув на сына, и протянул малышу ярко раскрашенную деревянную игрушку. – С этой бумагой ты от нашего лица можешь натворить дел. Но я верю тебе, воевода Ишер. Верю, что ты используешь её только для того, чтобы покинуть Варий и добраться до Ферунда. Впрочем, мне было бы спокойнее, если бы ты поклялся, призвав в свидетели девять…

– Я согласен на клятву, – просто ответил я.

– Не думал, что ты так легко согласишься, – удивился Мариатидис.

– А я не думал, что ты предложишь. Мало кто в наше время не забывает о клятве девяти, – вернул я регою его недавнее замечание.

Маритидис хмыкнул и покачал головой, а я продолжил:

– Составим условия клятвы так, чтобы она касалась выданного мне документа и заканчивалась в тот момент, когда я его уничтожу. Нарушать я её в любом случае не собираюсь.

– Что ж, тогда можем заключить договор, – улыбнулся регой. – И… Ишер, а что бы ты сам посоветовал нам сделать?

– После заключения договоров я бы посоветовал спать, – пояснил я. – Я могу поднять над вашим лагерем защиту, которая скроет людей от глаз демонов. А уже с утра подойдут мои бойцы, и тогда организуем переброску ваших грузов.

– А такая защита не опасна? – насторожился Мариатидис, видимо, догадавшись, о чём речь.

Сразу видно, образованный и начитанный человек. Ну или наставник у него был крайне опытный.

– На пару ночей защита из песка совершенно безопасна, – ответил я. – Если вы слышали про защиту, которая полностью скрывает засаду от глаз демонов, то… Мой метод хоть и похож, но совсем не так сильно высасывает жизненные силы. А чёрного песка после боя здесь достаточно. Правда, если снова появится высший, он нас увидит и под куполом. И, тем не менее, я надеюсь, что никаких высших больше в округе не бродит.

– И всё же я не могу не наградить тебя, Ишер! – заметил регой, снова взглянув мне в глаза.

– Разве возможности уйти из Вария недостаточно? – хмыкнул я, невольно скрестив руки на груди.

Иметь в должниках регоя из хорошей семьи – это замечательно. Тем более, порядочного и воспитанного регоя.

Вот только, кроме Маритидиса и Дриатари, в их семействе хватает других людей. И я не хотел бы с ними близко лишний раз встречаться. Сколько бы меня ни называли воеводой. И сколько бы людей в подчинении у меня ни набралось.

– Это награда за будущую помощь, – не согласился Мариатидис. – А я бы хотел наградить тебя за спасение. Всё-таки твои люди рисковали жизнями ради нас. Выбирай!..

На выбор мне предложили припасы, оружие из обоза регоя или деньги. Дальше артачиться я, естественно, не стал. Правда, последний вариант отмёл сразу. В казне, которая путешествовала со мной, да и в той, которую я передал нашим в Эарадане, и без того хватало денег. Вот только они теперь едва ли не бесполезны. С каждым днём росла лишь ценность еды, оружия, ну и пока свободной от демонов земли.

Я предпочёл взять припасами и оружием. Так было проще для всех. Благо, наконечники копий и стрел в обозе у регоя имелись. Равно как и длинные жерди, из которых можно делать древки копий. Остальной «долг за спасение» добрал провизией. Пока что её нормально хватало, но людей у меня много, и едят они хорошо.

Утром я отправил бойцов в наш лагерь, чтобы они его собрали и выдвинулись к посёлку. Через три гонга все, включая беженцев, прибыли на новое место, и начались сборы уже лагеря Мариатидиса. Можно было, конечно, остаться на день, но предчувствия подсказывали, что это будет большой ошибкой. Надо было уйти как можно дальше от посёлка, чтобы не отражать ночью очередной натиск демонов.

Собрались мы уже после полудня. И объединённая колонна выдвинулась по тракту в сторону Вария. Расстояние, которое мы хотели проехать за день, теперь можно было преодолеть разве что за два дня, потому что переханов навьючили сверх всякой меры. Да и телеги перегрузили так, что там даже раненым места едва хватало.

Мариатидис и его люди везли такое количество продовольствия, на каком мой отряд мог бы несколько десидолей продержаться. Животных из нашего стада, на которых можно ехать верхом, потому что не навьючена поклажа, осталось всего полторы сотни. И всех их пришлось выделить для своих командиров, Мариатидиса, его жены и его командиров.

Я бы и сам пешком пошёл, но не пристало солидному воеводе топать на своих двоих, как обычный воин. Пришлось хоть в этом вопросе соответствовать.

И, конечно, путь оказался долгим. Ни за день, ни за два мы до Вария не добрались. Дважды ночевали под открытым небом, поднимая купол защиты. В первую ночь его держал Ферт, во вторую – я.

Совместные ночёвки с людьми Мариатидиса напрягали и его воинов, и моих. Слишком велика была пропасть между дружинниками и крестьянами семьи, и наёмниками, бывшими солдатами да беженцами. Между двумя частями лагеря будто пропасть пролегла. Не обращали на неё внимания разве что крестьянские дети, бегая и суя любопытные носы, куда можно и нельзя.

На третий день, к полудню, впереди показались предместья и городские стены. Варий был классическим городом Приречья: широкие улицы, высокие дома, один круг стен, обрамлявший основную городскую застройку. Причём стены здесь были такой протяжённости, что возникал естественный вопрос: а где столько людей взять для защиты?

И это Варий ещё находился на берегу реки. То есть с востока был защищён водой, а потому и стены там были потоньше – ну а в районе порта и вовсе отсутствовали. Хорошо ещё, демоны с той стороны на штурм пойти не могли. Вода помешала бы.

В порт можно было попасть, только проехав через город. И, похоже, стремился туда не только Мариатидис. Поэтому, когда наш огромный караван втягивался в ворота, мы создали немаленькую такую пробку на тракте. Что, естественно, вызывало недовольство других беженцев и стражи.

Ещё больше стражу расстроило то, что моих людей не получится привлечь в силы обороны. Впустить-то нас, конечно, в Варий впустили… Но сразу после погрузки припасов на корабли приказали убираться за стены и идти своей дорогой.

Благо, меня такое предложение полностью устраивало. Переночуем под стенами и поедем дальше.

Жаль, на практике вышло не слишком гладко. Стоило кораблям отчалить, как перед нами возник местный чиновник и начал требовать разговора с командиром. Я-то был не против пообщаться, но как же приказ немедленно покинуть город?