Текст книги "Вечные Пески. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Лео Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 150

У ворот с территории Священного Храма заканчивался бой. Странный бой. Мы остановились в двух сотнях шагов и наблюдали. А в облаке пыли, между тем, добивали друг друга демоны песков, одержимые и храмовые стражники.

И, как это и бывает, если сторон больше двух, бой уже перешёл в категорию «все против всех». Люди путались, принимая за союзников одержимых. Одержимые от людей отмахивались, пытаясь сосредоточиться на пустынных демонах, но не забывали и друг друга бить. Видимо, среди истинных демонов сильно соперничество друг с другом, подумал я.

Ну а демоны орды пытались единым порывом смести всех, пожрать всё – и покатиться дальше. Правда, получалось плохо, так как и люди, и одержимые отчаянно не желали умирать. И, хоть и проигрывали бой, но враг пока что дальше пройти не мог.

Всё это мы наблюдали при вспышках молний, под первые раскаты грома. Ночь была прохладной, зато душной. С озера, похоже, накатывала гроза.

А ведь если верить слухам, в ближайших окрестностях города Святилище тридцать лет дождей не было.

– Сдаётся мне, этих лучше обойти!.. – с мрачным вздохом повернулся ко мне Ситранис. – Что одни, что вторые, что третьи, боюсь, нам совсем не друзья…

– Может, через стену как-нибудь перемахнём? – сосредоточенно нахмурив лоб, предложил Ашкур.

– Думаешь, там, в городе, лучше? – покачав головой, усомнился Тавр.

Судя по оранжевому зареву, ситуация там была только хуже. Однако надо было выбираться из города к своим. И выбираться сейчас, когда бой всех против всех ещё не закончился. Добраться до городских ворот проще всего было в суматохе.

До рассвета оставался гонг, возможно, два. А потом одержимые успокоятся, песчаные демоны забьются в норы, и защитники города начнут приходить в себя. Выжившие командиры возьмут на себя командование. И вскоре заинтересуются, чего это гости Священного Храма гуляют по городским улицам, в то время как в самом храме пусто, грустно, и нет жриц.

Зато есть два чёрных пятна перед входом, в пепле которых наверняка найдутся и кости, и всё остальное, что не сумело одолеть пламя.

– Думаю, через стену мы не полезем, – ответил я своим.

И выразительно мотнул головой в сторону пяти скрипучих телег, запряжённых моими «нашёптышами».

На телегах громоздился архив из подвалов Священного Храма, ну и… Наёмники мы, или где? Немного ценностей из кладовых… Ситранис, жадно поблёскивая глазами, предлагал взять золото. Однако я настоял, что в первую очередь надо брать провизию. А кто не согласен, может попробовать разжевать золотое колечко. Ну или подсвечник. Смотря что вызывает у этого несогласного регоя больший аппетит.

Золото мы, конечно, тоже взяли. Чего бы не взять? И всё же большая часть телег была забита сушёным мясом, рыбой, овощами и фруктами, а также мешками с мукой. Свежие продукты мы брать практически не стали – слишком быстро портятся.

– Придётся идти через ворота, – сказал я своим, вновь указав на бой.

Первые тяжёлые капли упали на доспех и вытянутую руку.

– Надо же… Над Святилищем снова дождь пошёл!.. – удивлённо пробормотал Ситранис, задрав голову к небу.

И тут же недовольно зажмурился, когда вода попала ему в глаз. Я хлопнул его по плечу и хмуро прокомментировал, кивнув себе за спину:

– Видимо, оно очистилось от человеческой грязи. И настолько, что больше никого здесь можно не наказывать.

И тут же, под особо громкий раскат грома, дождь обрушился стеной. Теперь, даже когда вспыхивали молнии, разглядеть, что происходит у входа на земли Священного Храма, было невозможно. Впереди наблюдалась исключительно тьма, муть… Ну и падающая вода.

– Предлагаешь в эту свалку в такую погоду лезть? – удивился Тавр, снова кивнув в направлении нынче неразличимой битвы.

– Зачем? – ответил я, хоть и пришлось говорить громче, перекрывая шум ливня. – Дождёмся, когда они между собой разберутся. А потом…

Я изобразил коварную и зловещую усмешку. И даже тон голоса изменил на более низкий:

– Добьём выживших!

Думал, мои спутники улыбнутся, но они посмотрели на меня с удивлением. И только Алана спросила невинным голосом:

– А если случится чудо, и храмовая стража победит? Всё равно добьём?

– Свидетели ни к чему, – уже очень серьёзно ответил я. – Сколько веков на рудниках, интересно, нам дадут за убийство Верховной Жрицы?

– Не только за Верховную, но и за обычных! – Ситранис зябко передёрнул плечами на слове «Верховная», видимо, вспомнив её демонический облик. – И выбор, боюсь, будет между мучительной казнью и очень мучительной. Рудники нам даже в лучшем случае не светят.

– Вот и незачем оставлять свидетелей, которые могли бы рассказать, кто последним из Священного Храма уходил! – отрезал я. – Так что стоим и ждём… А потом добиваем и уходим.

Я не люблю убивать людей. Если только это не совсем подонки, которых убить – вопрос защиты окружающих. Однако я и не врал, говоря, что без раздумий перебью остатки храмовой стражи, если они внезапно победят песчаных и истинных демонов. Конечно, вряд ли кто-то из этих мест сумеет выжить и добраться до Приречья и Междуречья… Однако зачем понапрасну рисковать? Тем более, своими людьми?

Я даже не собирался рассказывать лишнего тем своим, кто ждал в лагере. В конце концов, штурм демонами песка, да и удар изнутри от одержимых – это такая катастрофа, которая многое со счетов спишет. Люди не сразу, может, и вспомнят, что где-то в Святилище исчезла вся верхушка культа Арахаманы. Умерла, так умерла. Чего теперь-то?

Нет, может, спустя лет сорок, если выживу, раскрою историкам эту мутную историю. Если, конечно, буду уверен, что мне и моим людям за это больно не прилетит. А так… Пускай ищут мои воспоминания, которые я, может быть, запишу для потомков перед смертью от дряхлости.

– Кажись, заканчивают! – прислушавшись, сообщил Ситранис.

Первый залп ливня уже прошёл. Шум дождя стал слабее, и сквозь него удавалось расслышать звуки битвы. А ещё во вспышках молнии можно было видеть, что участников у ворот и в самом деле осталось мало.

– Распрягаем моих «нашёптышей», – решил я. – Пусть дорогу прокладывают.

– Ишер, а давай ты ещё их пару сотен сделаешь? – с энтузиазмом предложил Тавр. – Они будут идти впереди, а нам самим не придётся шкурами рисковать.

– Радуйся тому, что могу полтора десятка выставить, – качнул я головой. – А больше, уж не обессудь, не могу. Пока что.

– Окончание звучит обнадёживающе! – одобрил Ситранис.

Освобождённых от ярма «нашёптышей» я отправил в бой, а мы, не торопясь, пошли следом. Звуки битвы впереди разгорелись с новой силой. А всего через тридцать ударов сердца пришлось восстанавливать первого из песчаных воинов.

Когда мы подошли достаточно близко, то застали все стороны ночного побоища в крайнем удивлении. Причём, удивление было настолько велико, что стражники, одержимые и даже демоны орды временно забыли о взаимоубийстве. Все они развернулись к моим «нашёптышам», чтобы разобраться с новыми незваными участниками.

Впрочем, возможно, это только со стороны казалось. Так-то на ногах осталось три человека из храмовой стражи, пара одержимых и десяток песчаных людей. И все они старательно не приближались друг к другу, сохраняя дистанцию.

В этот раз нам даже вмешиваться не пришлось. Я просто стоял и восстанавливал убитых «нашёптышей», а затем враги наконец-то закончились. После чего мы вернулись за телегами, снова впрягли в них песчаных воинов и двинулись дальше.

– Давайте завернём в городе к стойлам, – предложил я, когда мы миновали ворота храмовой территории. – Может, получится там переханов или хотя бы гнуров найти.

Спорить со мной никто не стал. Скотина бы пригодилась. Тем более, гонять человекоподобных существ, даже нашёптанных, в ярме было как-то… Неловко, что ли.

Мы двигались по улицам города, заваленным телами. Проходили мимо домов, внутри которых шли бои. Переваливали через баррикады, которые раньше, видимо, перегораживали улицы, а теперь превратились в бесполезные горы хлама.

Вначале приходилось тяжело. Нужно было не только идти, но и от песчаных демонов отбиваться, когда они выскакивали небольшими отрядами. Свои-то нашёптыши тащили телеги, вот и шли впереди мы, обычные люди из плоти и крови. Однако последний натиск уже подходил к концу. Небо на востоке начинало сереть. И песчаных демонов попадалось всё меньше.

Одержимых мы больше вообще не видели. Их в этой части города или не осталось, или они переместились куда-то ещё. Видимо, туда, где можно было щедро поживиться жизненной энергией. Так что… Врагов на пути встречалось всё меньше, а двигались мы всё быстрее.

Хотя, на самом деле, еле тащились. По три песчаных воина на одну телегу, загруженную под завязку. И этого было слишком мало, чтобы повозки не пытались застрять на каждом шагу. Всё-таки препятствий на улицах охваченного штурмом города хватало.

По пути я рассматривал трупы, пытаясь различить, кто есть кто. Помимо храмовой стражи, видел тела наёмников – этих я легко опознавал по добротному, но не слишком богатому снаряжению. А ещё были тела обычных горожан, правда, в неплохих кожаных нагрудниках, усиленных бронзовыми пластинами, и с копьями в руках.

Похоже, Святилище пошло по привычному пути и созвало ополчение. Вот только вывести за раз все силы на стены то ли не успели, то ли не додумались… В результате, городские улицы были усеяны трупами. А, кроме них, мокрыми кучками чёрного песка и лужами, то ли крови, то ли воды. И, конечно же, всё это тоже изрядно мешало телегам проехать.

Многие дома в городе полыхали, несмотря на ливень. В некоторых из них шли бои, в других остался только мертвенный жар ревущего пламени. И его же шипение под струями дождя в местах, где пробило крышу. Наверняка где-то были и нормальные очаги сопротивления. Однако нам они по дороге не попались.

А вот на половине Основателя дела, похоже, шли лучше. Оттуда и шумели сильнее, и людские тени мелькали чаще. Однако и там хватало, судя по визгливой радости Дикого Шёпота, крови и смерти.

По сути, Святилище погибало на наших глазах. Просто сейчас, когда на востоке сквозь тучи пробивался розовый рассвет, наступало временное затишье. А затем придёт ночь, которая будет ещё кровавей и ужасней, чем прошедшая.

Гибели города, несмотря на все мои к нему претензии, я не был рад, отнюдь. И, тем не менее, приходилось признать: ночной штурм орды сыграл мне и моим спутникам на руку.

К стойлам, куда я хотел завернуть, подошли только мы, обычные люди. Песчаных воинов я распряг из телег и спрятал за углом перекрёстка, благо он недалеко был.

А всё потому, что внутри стойл ещё оставалась охрана. Перед закрытыми воротами лежали наносы из чёрного песка. А с крыши в нас целились из лука две женщины в доспехах. Видимо, местные наёмницы.

– Эй! Эй! – закричал я, подходя к воротам и стуча в маленькую дверцу, расположенную в одной из створок. – Есть кто? Нам бы переханов забрать.

Все мои остановились, и я, повернув голову, тихо им шепнул:

– Как скажу, вырезаем всех.

– Что, прямо всех? – ахнула Алана, к счастью, тоже тихо.

– Всех людей и демонов, – пояснил я. – Нам нужны переханы и гнуры. А местным они уже без надобности.

– Жестоко, – оценил Ашкур, и я мог бы его понять, но…

– Нам и наших-то не отдадут! – очень правильно заметил Ситранис. – И это тоже жестоко. Но местных это не остановит. Как не остановило их от того, чтобы вырезать всех несогласных с мнением Верховной Жрицы в последние годы.

– А чего мы тогда ждём, что они ответят? – помявшись, но, видимо, согласившись с доводами, спросил Ашкур.

– Чтобы ворота не ломать, – коротко пояснил я.

– Что такое⁈ Кто такие⁈ – раздался изнутри мужской голос.

– Переханов забрать каких-то хотят! – ответил второй.

– Ну и пошли отсюда! Так и скажи им! – отрезал первый голос.

– Так это… Они, похоже, из тех, которые днём в Священный Храм прибыли! – напомнил ещё-то из-за стены.

– Да мне плевать! Сказано было скотину никому не давать? Сказано! Вот и не отдаём никому! – отрезал первый.

– А вот ты сам им и скажи… – проворчал едва слышно второй.

– Вот и скажу! – рявкнул первый.

Загрохотал засов, дверца в створке ворот отворилась. Через щель на нас смотрел стражник с отличительными знаками триосма из службы Верховной. Он прочистил горло, а потом грубым голосом рявкнул:

– Катитесь отсюда к демонам! Переханов голодранцам не выдаём!

Я мог бы ответить, что вообще-то переханы тут наши, и можем забрать в любое удобное время… Но зачем общаться с тем, кому жить осталось пару ударов сердца?

Сверкнул топор, и мужчина с криком осел на землю, расплёскивая кровь. В тот же момент из-за угла, повинуясь моей команде, вырвалось полтора десятка «нашёптышей». А я что есть силы саданул ногой по двери, после чего отступил в сторону, освобождая проход Тавру, который, прикрываясь щитом, влетел внутрь.

Вместе с ним в проём двери влетел ветер, несущий пыль и песок. Тавру от такого мусора в воздухе особых неудобств не было, как и всем, кто по ветру заходил на территорию. А вот тем, кто мог бы нам помешать, напротив, пришлось сначала проморгаться.

Следом за Тавром внутрь вошли Денос, Тихап и Ситранис. Следом – я, а за нами уже шли шептуны, прикрываясь щитами от стрел с крыши. Правда, стрелки на нас и внимания-то не обратили: бросили все силы на борьбу с песчаными воинами. Даже нашпиговали двоих стрелами, вплоть до окончательной потери целостности.

Вся территория стойл представляла собой маленькую крепость. Наверно, поэтому и пережила ночной штурм города. По периметру – одно большое здание, где на первом этаже содержались животные, а на втором были размещены всякие хозяйственные комнаты.

К счастью, для меня и моих спутников, охранялось это здание слабо. Да и ночной штурм изрядно проредил защитников. На одной стороне квадратного внутреннего двора были свалены тела погибших. Навскидку десятка четыре, но в куче, тем паче, в потёмках не разберёшь. С другой стороны двора лежали раненые. Вот их я точно сосчитал, мазнув взглядом. Всего девятнадцать, из которых стоять могло лишь пятеро.

А к нам спешил десяток защитников в доспехах храмовой стражи. И ещё шестеро охранников, которые хоть и вооружились мечами, но видно было, что им привычней дубинкой чужие бока наминать. Лучников было двое, как раз те женщины, что наверху, и обе были заняты стрельбой по песчаным воинам. Однако с ними разобрался Ашкур, направив плотные потоки воздуха, отчего лучниц банально сдуло вниз.

– Строй! – проорал я своим, заставляя Ситраниса, Тавра, Деноса и Тихапа построиться уголком, чтобы встретить противников.

А те, к слову, ещё не до конца понимали, что в их стойлах происходит. Некоторые вместо того, чтобы рваться в бой, просто обиженно кричали с расстояния:

– Что вы творите, сволочи⁈

– Вас казнят, придурки!

– Вы же убили его, дебилы!..

Шестеро первых подоспевших были встречены слаженной обороной. Четыре наших воина ближнего боя приняли удары на щиты, а Тихап сделал выпад, выводя первого врага из боя. Со следующим успел разобраться Ситранис, который сразу сделал ответный выпад из-за щита. И не только попал, но и убил.

Всё-таки регоев с детства учат сражаться. Пока я примеривался, дожидаясь песчаных воинов, мой старый приятель не думал, а убивал. И пусть моё решение захватить стойла оказалось новостью, не растерялся Ситранис ни на миг.

А я до последнего не сообщал спутникам, что собираюсь силой забрать животных. Это вызвало бы ненужные вопросы, да и бурю возмущения от той же Аланы. К сожалению, нам всё равно пришлось бы убивать стражников, служивших на городской половине Верховной. И зачем в подобном случае тратить время на споры?

Пока я прикрывался щитом от града ударов напротив и готовился ударить, регой и копейщик выбили ещё двоих противников. На их место прибежали новые, но если бы они успели чуть раньше, тогда нам, может, и пришлось бы туго. А так для нас ничего не изменилось.

За нашими спинами гулко ухнул брус засова. Это Ашкур вытащил его и бросил на землю. Тяжёлые створки отворялись неохотно. Однако подоспевшие нашёптыши навалились, и вскоре внутрь кинулось подкрепление из тринадцати песчаных воинов.

Вот тут военная удача и перешла с концами на нашу сторону. Нашёптыши помогли смести очаг организованного сопротивления, а потом и вовсе началось беспощадное избиение.

Бой закончился быстро. Укрывшиеся в стойлах стражники и охрана пытались найти укромные места, где бы отсидеться, но я приказал не щадить никого. И вовсе не потому, что я был полон злобы или ярости – эти люди к смерти Элии отношения не имели. Просто я собирался заняться кражей скакунов… Ну и да, ни к чему мне свидетели. Тем более, шансов ни по моим расчётам, ни по словам Владыки Времени у жителей Святилища не было. Этим я успокаивал свою совесть, отрубая головы тем, кого в следующую ночь, вероятно, разорвали бы демоны.

Спустя гонг, хмурым пасмурным утром, мы выехали из города через брошенные ворота. Их створки ночью демоны так и не снесли, но всех защитников вырезали. Несколько песчаных людей даже укрылись в помещении с воротом, который опускал решётку. Пришлось подниматься и зачищать.

Нас так никто и не остановил, не окликнул. И вообще я не был уверен, что рядом со стеной оставались живые люди или хотя бы одержимые. Вот песчаные демоны в домах отчётливо ощущались…

Тихап и Тавр, ехавшие на переханах, гнали стадо в пять десятков голов. Я, Ситранис и Денос рулили каждый составом из нескольких телег, который тащили сразу три гнура, по ширине не умещавшиеся на дороге.

В телеги мы успели дополнительно покидать зерно, сушёные овощи и сено, найденное в стойлах. Забрали столько, сколько вообще могли погрузить. Но, конечно, куда меньше, чем хотелось бы. Спутников у меня было мало, а песчаные воины, которых я развеял, грузить не умели.

Впереди ехали Ашкур и Алана, проверяя шёпотом землю на пути. Шансов, что после первого же штурма попадутся демоны орды, зарывшиеся в землю, были невелики. Однако я предпочитал перестраховаться.

А позади нас умирало Святилище, пуская в небо чёрные струи дыма. И туда нам ещё предстояло в ближайшее время вернуться.

Однако прежде я хотел провести одну спокойную ночь со своим войском.

Глава 151

К лагерю мы подъехали, когда солнце уже стояло высоко. Правда, мир вокруг всё равно выглядел неприветливым и серым. Тучи, пришедшие утром с озера, ещё клубились в небе. Далёкие раскаты грома в горах напоминали о прошедшей грозе. А стекающие с гор ручьи подсказывали, что не вся влага в тучах закончилась.

Перевалить Рудный хребет грозовой фронт не мог. Вот и проливался на южных склонах, освобождаясь от тяжёлой влаги. А уж затем влага возвращалась обратно в озеро. Ну или оседала снежными шапками на горных вершинах.

Впереди показалась громада старой гостиницы. Вокруг раскинулись шатры моего войска. Я сразу же, с расстояния в полёт стрелы, начал оценивать обстановку. Это была привычка, въевшаяся за годы. Первым делом подмечать любые детали. Да и волновался я за своих людей.

Следов боя не наблюдалось. Земля вокруг лагеря хоть и была изрыта следами ног и копыт, но я не увидел ни опрокинутых телег, ни сломанных копий, ни пятен крови. Да и дозорные стояли спокойно, не выказывая признаков тревоги.

И, главное, я не увидел ни одного погребального костра, ни одной кучи пепла, в которой могли бы лежать останки павших. Лагерь пережил ночь без потерь. Защитный купол, выставленный Фертом, сделал своё дело, и демоны орды всё-таки прошли мимо, не учуяв целое войско.

Дозорные нас, конечно же, заметили. И, само собой, узнали. Вскоре у ворот лагеря собралась небольшая толпа: командиры, бойцы, беженцы из Серебряного Ключа. Все они смотрели на нашу процессию с плохо скрываемым облегчением. Да и удивление во взглядах присутствовало. Ещё бы: мы уехали ввосьмером, а вернулись с караваном из телег, гружённых провизией и ящиками, а ещё с целым стадом переханов и гнуров.

Жаль, не все, кто уехал, вернулись. Отсутствие Элии, должно быть, заметили сразу. Кто-то из женщин испуганно заахал, прикрывая рот ладонью. Я стиснул челюсти, вновь переживая острый приступ боли. Не хватило мне крови в Священном Храме, ой, не хватило…

Истор подошёл, стоило мне занести ногу, чтобы спешиться. И, едва дождавшись, когда я передам поводья подоспевшему бойцу, доложил:

– У нас спокойно было. Демоны орды прошли совсем рядом. Буквально в шаге от границы купола. Ферт к рассвету вымотался до предела. Поэтому ещё крепко спит.

– Заметили что-то странное? – спросил я.

– Дозорные поднимались на крышу гостиницы, откуда город видно. И вот им показалось, что нападение шло с двух сторон… – признался Истор.

– Спасибо. Надо будет проверить следующей ночью, – кивнул я.

После чего обвёл взглядом собравшихся. Нужно было сказать то, что они ждали. Легенду мы с Ситранисом, Аланой, Ашкуром, Тавром, Тихапом и Деносом выдумали ещё по пути, пока гнали стадо и телеги через опустевшие предместья. Легенду, которая объясняла бы всё произошедшее. И нашу «добычу», и, главное, смерть Элии.

Не люблю врать. Однако это был не тот случай, когда стоит делиться правдой. Такая правда посеяла бы в лагере страх, смущение и, возможно, даже смятение.

Если мои люди узнают, что Верховная Жрица Священного Храма оказалась одержимой… Что это она призывала сюда истинных демонов… Что мы собственными руками убили её и всех её последовательниц… Это могло обернуться непредсказуемыми последствиями.

Наверняка были бы и те, кто осудил меня. Нашлись бы и те, кто засомневался в наших нынешних целях. А сомнения в нашем положении – роскошь непозволительная.

Поэтому я рассказал то, что мы по пути договорились считать правдой. Мы прибыли в Священный Храм, были приняты Верховной Жрицей и обсудили с ней условия доступа к архивам. Переговоры шли непросто, но в итоге удалось достичь предварительных договорённостей. Мы остались на ночь в гостевых покоях, чтобы утром продолжить переговоры.

А ночью пришла орда демонов. Твари прорвались в город, начался штурм. В суматохе и хаосе Священный Храм подвергся атаке с нескольких сторон. Верховная Жрица, её помощницы и почти все, кто находился внутри, погибли. Нам удалось вырваться, забрав то, что могли унести, и собрав по пути скот, но… Не всем повезло. Элия, наша лучница, пала в бою в Священном Храме.

Я говорил коротко, сжато и не слишком охотно. Подробности я готов был рассказать только командирам, и то чуть позже. А уж они сами донесут рассказ до подчинённых.

– Ты в порядке? – когда я закончил, спросил Истор.

– Вполне, – ответил я хмуро.

– Если ты хочешь… Ну, скажем, напиться… Или запереться в своей комнате… – сочувственно глядя на меня, проговорил мой заместитель.

– Зачем мне это хотеть? – спросил я, не понимая.

– Ну… Ты и Элия… – проговорил Истор, внезапно смутившись. – Вы, конечно, скрывались…

– А-а-а… Ясно, – кивнул я, поглядев в сторону. – Многие знали?

– Ну… В общем-то, все знали, – пожал плечами мой зам. – Это же лагерь, тут особо ничего не скрыть…

Я бы соврал, если бы сказал, что меня не тронули его слова. Ну и да, я предполагал, что многие знают, но не думал, что многие – это все.

– Напиться и забыться? – вопросом на вопрос ответил я. – Хочу, конечно. Но мне, знаешь ли, нельзя.

Истор кивнул, хотя вряд ли понял, о чём я. А я всё о том же… О том, что, раз спившись, сделаешь это снова. Стоит повторить, и больше ты себе не хозяин. Это плата за несдержанность. А подставлять своих людей длительным запоем… Это никуда не годится. Да и боль не снимает, если честно. Разве что притупляет на время.

– Собери всех старших на совещание, – попросил я Истора. – Надо решить, как быть дальше. Пока надо всех, кто со мной был, накормить и дать поспать. Я бы тоже слегка вздремнул.

Конечно, божественные сновидения дают заряд бодрости. Но мне ещё купол над лагерем будущей ночью держать. Во-первых, надо дать Ферту отдохнуть. А, во-вторых, надо бы самому посмотреть с крыши гостиницы, что там в Святилище происходит.

Вечером того же дня я, шептуны и командиры собрались в самой большой комнате гостиницы. Когда-то здесь, видимо, была общая трапезная: длинный стол, грубо сколоченные лавки и большой очаг в углу.

Сейчас стол был застелен картой Приозёрья. Не слишком точной, наспех нарисованной углём на куске выделанной кожи, но достаточной, чтобы понять расклад. Вокруг стола расположились командиры и сотники, а также все имевшиеся у нас шептуны.

– Задерживать надолго я никого не хочу. Перейдём сразу к делу. Ситуация такова, – начал я без долгих предисловий. – В Святилище после этой ночи живых осталось мало. Те, кто ещё держится, обороняют восточную часть города под командованием Основателя. Да и там, если честно, неизвестно, кого больше: людей или одержимых. Но и это всё ненадолго, как вы понимаете. Орда вернётся с закатом, и тогда город падёт окончательно. Вопрос не в том, выстоит ли Святилище. Оно уже, считайте, пало. И послезавтра там практически не останется людей.

– Нам бы не ждать этого! – воспользовавшись паузой, вмешался Тадар, наш старший среди кочевников. – А уходить отсюда поскорее!

– Верно, – согласился я. – В этом и заключается главный вопрос.

– А что там главного-то? – не понял, включившись в разговор, Истор.

– Как нам выбраться из Приозёрья живыми. Вот что главное на данный момент… – пояснил я и обвёл взглядом собравшихся.

Никто больше не перебивал, все старательно слушали.

– По суше на юг мы не пройдём, – продолжил я и ткнул пальцем в карту. – За последние дни через эти земли прошли тысячи демонов. Возможно, не только с северо-запада и запада, но и с востока. Среди них есть достаточно сильные, чтобы заметить нас даже под куполом из чёрного песка. Мы сталкивались с такими в Сером Угорье. Если двинемся по суше, нас обнаружат и окружат. И тогда – всё, конец.

Тадар, сидевший с мрачным видом, погладил бороду:

– Я тоже об этом подумал, воевода! – заметил он. – И у тебя есть предложения?

– Есть, – подтвердил я. – Наш путь ляжет по воде.

И передвинул палец к гавани Святилища на карте:

– В порту стоит флот. Корабли и плоты, которые готовили для бегства. Они до сих пор там, потому что цепь, перегораживающая выход из гавани, не позволяет им уйти. Верховная и Основатель не могли поделить места и решили дождаться, когда людей станет меньше, чем свободных мест… Но не ожидали, что людей станет в первую же ночь так мало, что корабли ушли бы полупустыми.

– Получается, если мы сумеем опустить цепь, то сможем погрузить людей на корабли и уйти на юг вдоль берега? – покивал Урунсих, наместник Серебряного Ключа. – Звучит убедительно…

– По пути заберём выживших из Корабела – тех, кого мы оставили с Ариадитисом. А оттуда – в Приречье… Ну или в Междуречье, – я пожал плечами. – Будем воевать дальше.

В комнате повисла тишина, которую нарушил Ситранис:

– Цепь натянута между двумя башнями у входа в бухту. Опустить её можно только с двух башен одновременно. Два рычага, которые откроют проход.

– Значит, нам нужно добраться до башен, – кивнул я. – Если там пусто – опустить цепь. Если нет – захватить. И корабли тоже захватить. Желательно, не перебив команды, которые, я уверен, до сих пор сидят на борту и ждут приказа, который уже никто не отдаст.

– А где мы возьмём провизию на такой переход? – спросил Борк, подавшись вперёд. – Людей больше пяти тысяч, путь неблизкий.

– На кораблях уже есть запасы, – ответил я. – Верховная Жрица и Основатель готовились к эвакуации и загрузили трюмы заранее. Кроме того, в озере водится рыба. Снасти на кораблях должны быть. Если растянуть припасы и ловить рыбу по пути – дотянем.

– А скотина? – подал голос Гелай, один из наших ханов. – У нас переханы, танаки, гнуры. Их что, бросить здесь, орде на поживу?

– Не бросим. Погрузим на плоты. Завтра утром, пока демоны будут прятаться от солнца, отправимся в город, захватим корабли. А на следующий день пойдём на вылазку, наберём сена и зерна с городских складов. Того, что найдём, должно хватить на первое время, – объяснил я план. – В любом случае, это лучший шанс убраться отсюда.

Вообще-то и по суше можно было попытаться. Но я как-то не сомневался, что если Даран настоятельно советовал уходить водой, значит, так и надо. Не то, чтобы я безоговорочно ему верил… Нельзя верить тем, в кого не веришь. Но про алтарь в центральном святилище, да и про убежище под землёй Владыка Времени не соврал.

– А дальше? – уточнили, переглядываясь, ханы.

– Дальше будем приставать к берегу и выпасать, заготавливать впрок… Уж травы-то в Приречье хватает – ответил я, усмехнувшись. – Если повезёт, так и дотянем до конца пути.

– Если повезёт… – проворчал старый Урунсих, махнув рукой на ханов. – Мне это уже не нравится, воевода!.. Но другого пути я, знаешь ли, тоже не вижу. Разве что куда-нибудь в горы уходить…

– Другого пути нет, – подтвердил я. – Либо уплываем, либо умираем тут. Демоны не заленятся горы прочесать в поисках выживших.

Я снова обвёл взглядом командиров. На их лицах читалась смесь тревоги и решимости. И, тем не менее, никто не спорил. Да и другой план никто не предлагал.

– Сколько у нас времени? – наконец, спросил Истор, отчаянно хмуря брови. – Когда нас могут обнаружить?

– День. Может, два. Как только орда закончит с городом, она начнёт прочёсывать окрестности. Мы должны уйти до того, как это случится, – ответил я. – Ну или хотя бы загрузиться на корабли… Понимаю, многим кажется странным плавать по воде… Но если хотите выжить, быстро привыкнете.

– Тогда нужно выступать завтра, – твёрдо сказал Ситранис.

– Выступаем завтра на рассвете, – согласился я. – А сейчас слушайте, как будем действовать.

Обсуждение затянулось почти до ночи. Мы говорили о том, как захватить башню с воротом, как поднять команды, как распределить людей по кораблям и плотам, как организовать погрузку животных. Спорили, уточняли, пересчитывали… К тому моменту, когда все разошлись, у нас был готовый план.

Рискованный, как и всё, что мы делали в последнее время. Но другого пути я не видел. Завтра мы в последний раз войдём в Святилище. И если повезёт, уже через пару дней в последний раз его покинем.

Когда все начали расходиться, Ситранис тронул меня за плечо и негромко, так, чтобы слышал только я, произнёс:

– Ишер, шептунам нужно знать. Настоящую историю. Без этого они не поймут, с чем мы имеем дело. И не смогут помочь.

Я помедлил мгновение, а затем кивнул. Регой был прав, чего уж там. Я и сам понимал, что рано или поздно придётся рассказать хотя бы шептунам. Легенда, которую мы сочинили для войска и командиров, не могла обмануть тех, кто чувствовал шёпот.

Они уже наверняка заметили странности. И в моём поведении, и в том, как изменился Дикий Шёпот после нашей ночной выходки. Да и по поводу груза в телегах, который я приказал пока не трогать – тоже быстро догадаются. А Ашкур и Алана полностью скрывать от своих правду не будут. По мелочам да проговорятся рано или поздно. Лучше я сам расскажу всё от начала до конца.