Текст книги "Попаданка со скальпелем. Дышите спокойно, граф (СИ)"

Автор книги: Лена Королек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 36(Эпилог)

ЧАСТЬ 1. POV: Алла (Элинор)

Весенний ветер в приграничье Черного утеса всегда пах по-особому. В нем не было

столичной удушливой копоти, запаха навоза и дешевого пива. Он приносил с гор

дикую, первозданную свежесть талого снега, тонкий аромат распускающихся почек

дикой вишни, мокрой сосновой хвои и прогретого солнцем векового камня замковых

стен.

Я стояла на широкой каменной террасе правого крыла замка, легонько опираясь

руками на теплые перила, и щурилась от ярких лучей майского солнца. Пять лет.

Прошло ровно пять лет с тех пор, как я очнулась в холодном, запущенном аптечном

доме Элинор, не понимая, где нахожусь, и умирая от дикого, раздирающего душу

страха за свою дочь.

Сегодня этот страх казался лишь далеким, смутным сном, который медленно растаял

в лучах утренней зари.

Моя жизнь нашла свое абсолютное, совершенное завершение в этом мире. Первая

Королевская медицинская академия в столице за эти годы успела выпустить два

полноценных потока дипломированных врачей – молодых мужчин и женщин, которые

разъехались по всем провинциям Верлании. Маленькие чистые лечебницы, построенные

на королевские гранты, теперь работали в каждом крупном городе. Мы внедрили

гигиену при родах, научили повитух мыть руки спиртом, а лекарей – кипятить

инструменты, и это простое земное правило снизило смертность среди рожениц и

младенцев в королевстве более чем в пять раз.

Моя Ариша была счастлива. В свои двадцать четыре года она превратилась в

потрясающую, уверенную в себе женщину. Два года назад она вышла замуж за Лукаса

– одного из моих самых талантливых и преданных студентов первого набора. Вместе

они руководили центральной фармакологической лабораторией Валарии в усадьбе

Брантов, производя чистые, стандартизированные антисептики, обезболивающие

пилюли и мази по моим рецептам. Они часто навещали нас в Черном утесе, и каждый

раз, глядя на их сияющие лица, я чувствовала глубокую материнскую гордость.

Звонкий, заливистый детский смех внизу во дворе заставил меня невольно

улыбнуться.

Я перевела взгляд на зеленую лужайку внутреннего двора замка. Там, среди

цветущих яблонь, весело прыгал наш четырехлетний сын Артур. Это был крепкий,

широкоплечий бутуз с густыми темными волосами и упрямым взглядом больших карих

глаз отца. Сейчас он на коленях ползал по траве, сосредоточенно рассматривая

крупного майского жука сквозь серебряное увеличительное стекло – подарок,

который Алистер привез ему из своей последней поездки в королевский совет. Артур

рос удивительно любознательным и упрямым ребенком, унаследовавшим мой характер

исследователя и военную выправку Рэйвенсвудов.

Тяжелые, уверенные шаги за моей спиной заставили мое сердце радостно

встрепенуться. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это. Запах

хвои, дорогого табака, мокрой кожи и надежного мужского тепла окутал меня

приятным коконом.

Сильные, горячие руки Алистера бережно обняли меня сзади за талию, прижимая к

его широкой, могучей груди. Его подбородок привычно уткнулся в мою макушку, а

губы коснулись виска в легком, согревающем поцелуе.

– О чем ты думаешь, моя хорошая? – тихо, своим низким бархатным голосом спросил

он, и его теплое дыхание коснулось моей шеи.

– О том, как быстро летит время, Алистер, – я накрыла его широкие, мозолистые

ладони своими тонкими пальцами, на которых мягко светилось золото обручального

кольца. – Кажется, еще вчера я стояла перед тобой в твоем мрачном кабинете,

судорожно сжимая ручку ржавого саквояжа и боясь сделать лишний вздох, чтобы ты

не бросил меня в подземелье. А сегодня… сегодня у нас подрастает сын, Гектор

прожил свои последние годы в почете и движении, а Верлания учится лечить по

законам анатомии.

Алистер негромко рассмеялся, и этот рокочущий звук вибрировал в его груди,

отдаваясь прямо в моем сердце. Он сильнее прижал меня к себе, словно пытаясь

защитить от любых невзгод этого и прошлых миров.

– В тот день, когда ты вошла в мой кабинет, Элинор, – прошептал он, и его голос

потемнел от переполнявших его чувств, – ты думала, что спасаешь свою жизнь. Но

на самом деле ты спасла меня. Мою ногу, мою семью и мою замерзшую душу. И я

никогда не перестану благодарить богов за тот таинственный свет на границе леса,

который принес тебя в мою жизнь.

Я повернулась в его объятиях, заглядывая в его темные, верные глаза, в которых

больше не было прежней холодной суровости – только безграничное, зрелое обожание

мужчины к своей жене. Я нежно коснулась ладонью его щеки, поросшей колючей

щетиной, и наши губы встретились в долгом, спокойном и невероятно нежном

поцелуе, скрепляющем наш союз перед лицом наступающего теплого лета.

ЧАСТЬ 2. POV: Алистер

Майское солнце медленно опускалось за вершины далеких Серебряных гор, окрашивая

небо над Черным утесом в невероятные багрово-золотые тона.

Я держал свою жену за талию, прижимая её к себе на террасе нашего замка, и

чувствовал, как внутри меня медленно, но верно разливается невероятное, звенящее

чувство абсолютного, совершенного мужского счастья.

Пять лет назад я был израненным, озлобленным на весь мир калекой, запертым в

холодных каменных стенах Черного утеса. Я готовился похоронить своего любимого

дядю Гектора и медленно угасал сам под варварским присмотром столичных

коновалов. Мой брак с Ванессой был ошибкой, закончившейся предательством, а

будущее казалось мне туманным и безрадостным.

Но потом в мою жизнь вошла она. Элинор. Моя попаданка со скальпелем.

Она пришла под конвоем, нищая, бледная, но её прямая осанка и холодный,

анализирующий взгляд серых глаз мгновенно заставили меня подобраться. Она не

просила пощады – она диктовала свои условия, уверенная в силе своего ума и рук.

И её методы победили всё: паралич дяди Гектора, мою старую рану ноги, зависть

цеха Малакая, фанатизм отцов Инквизиции и даже смертельное удушье наследного

принца Эрика. Дядя Гектор благодаря её массажам прожил еще четыре счастливых,

деятельных года, самостоятельно обходя поместье, и ушел в мир иной прошлой зимой

– тихо, спокойно, во сне, благословляя Элинор до своего последнего вздоха.

Я перевел взгляд на лужайку двора. Наш сын Артур наконец оставил жука в покое и

теперь увлеченно пытался взобраться на невысокую деревянную скамью, упрямо

кряхтя и пыхтя от усердия. Он был точной копией меня в детстве – такой же

настырный и широкоплечий, но в его серых глазах горел тот самый пытливый, острый

ум матери, который я боготворил.

– Артур, осторожно, – негромко позвала Элинор, её низкий, согревающий голос

мгновенно заставил мальчика замереть и послушно опустить ногу со скамьи. Он

посмотрел на нас, весело помахав рукой, и побежал к Марте, которая как раз

вынесла во двор тарелку со спелой земляникой.

Я посмотрел на профиль своей жены. На её бледной коже проступил легкий весенний

загар, темные волосы были слегка растрепаны ветром, а на пальце сверкало простое

золото нашего обручального кольца. Она больше не носила строгих закрытых платьев

вдовы – её нежно-голубой шелковый наряд выгодно подчеркивал её благородную,

зрелую красоту матери и счастливой женщины.

Я взял её правую ладонь в свою руку. Мои пальцы были широкими, мозолистыми, а её

рука – тонкой, изящной, но я знал, какая колоссальная, спасительная сила

скрывалась в этих пальцах, державших серебряный скальпель.

– Ты счастлива, Элинор? – тихо спросил я, заглядывая в её серые стальные глаза.

Этот вопрос я задавал ей каждый год в день нашей свадьбы, и каждый раз моё

сердце замирало в ожидании ответа.

Элинор улыбнулась – той самой сияющей, доверительной улыбкой, которая когда-то

заставила меня забыть обо всех ранах прошлого. Она прислонилась головой к моему

плечу, крепче переплетая наши пальцы.

– Я абсолютно счастлива, Алистер, – тихо, но удивительно твердо ответила она. —

На Земле я спасала тела, но здесь, рядом с тобой и нашей дочерью, я наконец

обрела свою душу. Дышите спокойно, граф. Мы дома.

Я прижал её к себе еще сильнее, глядя, как последние лучи солнца тают в речной

воде за нашими стенами. Бури остались позади. Столичные гадюки были изгнаны,

наши враги повержены, а впереди нас ждала долгая, великая и прекрасная жизнь,

построенная нашими собственными руками, любовью и разумом. Наша новая эпоха

созидания началась, и мы были готовы пройти этот путь вместе до самого конца.

КОНЕЦ