Текст книги "Бродяга (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 27 страниц)
– Я похожа на идиотку? – упавшим голосом выдавила Кьяра.
– «Ты похожа на растерянную и перепуганную женщину, которая обязательно захочет с кем-нибудь поделиться. А конкретно с тем, кого любит. И тогда это уже невозможно будет скрыть. Думай о ребёнке, если тебе так будет легче. Я сам тебя найду, когда возникнет необходимость».
Глава 35
Неизвестно сколько она просидела на развалинах, пытаясь унять в себе эту дрожь, чередующуюся с полным оцепенением, пока наконец не поднялась на подкашивающихся ногах, которые снова привели её к медбокс к Скаю.
– Нам нужно о многом поговорить Скай Ровер, мне есть что тебе сказать, – Кьяра несколько раз тяжело вздохнула. – С тех пор, как я слышала твой голос в последний раз – прошло девяносто два дня. Сначала у меня на руках истекая кровью чуть не умер Яр, потом ты. … Я думала, что сдохну от этих мыслей о тебе, я искала и надеялась, как сумасшедшая. Мы придумали план и проникли в криотюрьму, где удача в очередной раз нам улыбнулась. Это был чистый фарт, как говорит Ярос. Никогда не видела ничего ужаснее, чем твоё лицо в той капсуле. Я силой заставила свою сестру помочь мне, взяв её в плен, я столько безумных вещей совершила. … Я любила тебя, Скай, как же я тебя любила, да и сейчас люблю, но … я бы не справилась если бы не Яр. Он стал той платформой, которая не позволила мне упасть. Когда Ярос был при смерти, я пообещала, что исполню любое его желание, лишь бы он выжил. Глупо, но сработало. …Нет, это случилось не сразу. … Отправляясь в криотюрьму я могла не вернуться, риск был чудовищный, мы все были на пределе нервного истощения, и Яр хотел попрощаться потому, что у него были чувства ко мне. … Это нельзя контролировать, даже когда знаешь, что неправ, что поступаешь подло и делаешь больно тому, кто дорог тебе. Мы переспали и с тех пор живём вместе, как пара. Я не хочу, но мне приходиться ранить тебя Скай, и за это я буду бичевать себя до конца своих дней. Но и это ещё не всё. … Я … беременна, уже два месяца, у нас с Яросом будет ребёнок. Оказалось, что мы с ним один из уникальных редчайших случаев совместимости. И я уже не могу без Яра ни есть, ни дышать. … Я схожу по нему с ума. Прости меня, прости пожалуйста, я не знаю, какими ещё словами вымолить у тебя прощения. Спасибо тебе, что заставил меня любить жизнь, что был в ней, что благодаря тебе я встретила Яра и теперь ношу в себе его сына. Ты удивительный Скай, встреча с тобой один из важных и ярких моментов в моей жизни, но так сложилось, что теперь мне нужно уйти с Яросом невзирая на то, что было у нас с тобой и что я всё ещё чувствую к тебе. Я прошу тебя, будь к нам великодушен, ты слишком любил нас обоих, чтобы отнять наши жизни. … Я всегда буду помнить тебя Скай Ровер. Прости.
А после, уже на твёрдых ногах Кьяра помчалась, помчалась что есть духу к платформе космопорта, и разглядев в группе людей выделяющуюся фигуру своего скворанина с разбегу повисла у него на шее.
– Я люблю тебя Ярос! Я хочу за тебя замуж и быть вместе столько, сколько отпустит нам эта ненавистная судьба приговорённых скитальцев! – громко бросила она. – Надеюсь она не поскупиться, потому что я хочу кучу детей с такими же обалденными синими глазами!
Некоторые сопротивленцы засвистели от удивления, хотя кое-кто недовольно покачал головой, зная кого приводят в чувство в медбоксе, и кто такой Ровер.
– Ого! Мне уже нравится твой настрой! – дерзко усмехнулся Ярос. – Всё так плохо?
«Его не обманешь, он чувствует меня лучше, чем кто-либо». Но прижимаясь к нему Кьяра прошептала другое:
– Просто пока у меня есть такая возможность, я хочу говорить, что люблю, люблю тебя страшно, безумно люблю! … Сегодня я всё выложила Роверу. Меня уверили, что он уже не только слышит, но и понимает.
– Тогда понятно, – протянул Яр, – У нас действительно мало времени.
– Яр, ты должен пойти и постараться разъяснить ему…
– Кьяра, в самом деле? Ничего я не собираюсь ему разъяснять! И вымаливать у него жизнь я тоже не собираюсь! Я сделал то, что сделал, и не жалею!
– А вот я жалею, – с тихим шипением раздалось совсем рядом и все, кто был, повернулись в сторону голоса.
Из него всё ещё торчали какие-то трубки и провода, он замотался в кусок бумажного полотенца, но всё-таки дошел. Сам. Хотя Скаю всё ещё было тяжело дышать, набирая воздуха он замирал, и только потом продолжал говорить до следующего вздоха. – Жалею, что не упростил себе жизнь, позволив вам выжить, каждому из вас двоих в своё время. … Жалею, что вас нельзя выгрести из памяти. Жалею, что не могу отключить эти сраные чувства и попросту пришить вас. Жалею, что даже это не поможет. Думали, я оценю то, что вытащили меня из капсулы и под это дело прощу вам ваш трах? Было бы лучше, если бы вы не парились, спасая меня, а трахались бы себе утешая друг друга, но нет же, вам понадобилось ещё и поизмываться! Вставить нож и прокрутить, а потом ударить ещё раз. …Оплодотворил мою девушку, брат? Поздравляю! У меня теперь буду отдельные счёты с вашим отродьем. …. Оно убило всё, что позволяло мне жить.
На Ровера было страшно смотреть, он был как восставшее из могилы возмездие. Почерневший, погасший, … пустой и в то же время полон боли.
– Что ты стоишь Кьяра?!! – скрипя зубами, Ровер сжал кулаки. – Ты умоляла вас пощадить, так беги мать твою, пока я не в состоянии гнаться! Забирай это дерьмо и беги, как можно дальше! Я даже даю тебе в приданое свой корабль, только глаза б мои вас не видели! Я вас услышал – вы услышали меня!
Глаза Яроса стали грязно-желтого цвета, кожа вместо сизой стала почти бурой. О, он хотел бы ответить Скаю, Кьяра видела, что и с этим скворанином твориться недоброе. Но Яр поступил иначе, прямо противоположно своей скворанской природе – каким-то образом он сдержал свои эмоции, молча потащив её за руку в сторону корабля. Кьяра обернулась лишь раз, увидев, что Скай упал на колени, уронив голову себе на грудь…
Колония Учур. Полтора года спустя.
Звуки были похожи на звуки рвущихся струн. Совсем рядом. Ярос среагировал мгновенно, одной рукой стаскивая Кьяру, второй хватая оружие.
– Бери ребёнка! Это яшвары! Живее!
– Но они не бомбят. Сигнала тревоги ведь не было!
– Нет, они кого-то ищут и этот кто-то им определённо нужен живым. Попробуем пробраться к кораблю.
Прямо на бегу Кьяра условно постучала в соседнее жилище, откуда тут же выбежала сонная девушка, присоединившись к ним. То тут, то там раздавались крики и выстрелы, а потом везде одновременно, у каждого жилища, словно яшвары разом расстреляли всю колонию Учур.
– Проклятье, путь к платформе отрезан! – выругался Яр в отчаянье. – Эти уроды чувствуют тепло и слышат мысли. Нужно прятаться.
– Почему подразделение колонии не оборонялось? – прошептала Лэа.
– Яшвары и об этом позаботились, – процедил Яр. – Бежим к компрессору!
Вспышки становились всё ближе, а потом показались и сами яшвары, бегущие следом за ними. Один из них поднял оружие – и Леа упала навзничь.
– Нет! – прокричал Яр, дернув Кьяру не позволив ей остановиться. – Нельзя! Ей уже не помочь!
Добежав до рефрижератора, Яр усилил его мощность.
– Полезайте, я закрою и уведу их!
– Нет, нет, Яр, – Кьяра изо всей силы вцепилась в мужа, удерживая его. – Только с тобой! Не отпущу! Пусть погибнем, но вместе.
– Тут они вас не найдут. Я должен это сделать детка, должен спасти тебя и Джея. Люблю, – поцеловав по очереди её и сына, Ярос с силой оттолкнул застонавшую Кьяру, захлопнув дверцу рефрижератора, заблокировав замок. Когда он побежал его мысли были о зелёных глазах, об улыбке, о смешных закрученных в пружинки белокурых волосах своей жены. Он думал о ней и когда упал, получив разряд в спину. … Жизнь Яроса оборвалась с любовью.
***
Это была его обычная ежедневная процедура, выработавшаяся привычка – заходить в спектр и наблюдать за мигающей точкой датчика. Датчика жизнедеятельности. Датчик Кьяры пульсировал, как и положено с ровным периодом. Тогда Скай, со своим новоприобретённым садомазохизмом ввёл имя Яроса, обычно эти две точки пульсировали рядом. Но в этот раз горечь не разлилась по всему его телу – датчик Яроса изменил цвет и частоту.
– Тан, срочно пробей мне сектор Учура! Мне нужна развёрнутая голограмма и открытый канал! Выходи на любой корабль того квадрата, по херу, что нас могут засечь! – проорал Скай, влетев в рубку, отталкивая друга от пульта управления. – Я сам сделаю расчёт!
– Да в чём дело? На кой нам эта захолустная дыра? – проворчал Тан, тем не менее разворачивая карту.
– Ярос Ким мёртв, – сухо процедил Скай, задавая новые параметры.
– Может, он просто удалил свой датчик. Он же наверняка в курсе, что ты следишь за ними.
– Думаешь, я не знаю разницы? – желваки Ровера ходили ходуном. – В том-то и дело, что Яр труп! А значит, там что-то стряслось!
– Дай мне несколько минут, – голос Тана изменился.
– У тебя их нет, мы входим в гипертоннель сию секунду.
– Свихнулся? Кто так делает?! Мы можем втемяшиться во что угодно! Нужно было сначала просмотреть канал, и уже потом только в него лезть!
– Не учи меня, – прошипел Ровер. – У меня душа не на месте, я чувствую, что у нас мало времени.
– А до этого она можно подумать была у тебя на месте. … Ладно, получаю спектрограмму. Молись, чтобы точка оказалась свободной. … Каково … вот дерьмо, – пробормотал Тан, всматриваясь в полученные данные, выскочившие на голограмме.
– Яшвары… зачищают колонию из десяти калек на этой крохотной долбанной планете, – озвучил Ровер, меняясь в лице. – И она всё ещё там. … Кьяра.
– Если так, мы не найдём её живой Скай. Мы выскочим около Учура через четыре часа. К тому времени яшвары сотрут там всё с лица земли. Отпусти её. То был их выбор.
– Позови Хайди, – еле слышно проговорил Ровер, медленно опускаясь в кресло пилота.
Когда ни о чём не подозревающая женщина вошла в рубку, Ровер мрачно кивнул ей на развёрнутый спектр.
– Что это? Что с твоим лицом Скай?
– Мы улучшили картинку, теперь она полная, – объясняя, заговорил он. – Выделенная планета это Учур, там была маленькая колония бродяжек. Красная точка – это твоя всё ещё живая сестра. Синяя – мёртвый Яр. А вот эти чёрные хреновины…
– Корабли яшваров, – выдохнула Хайди.
– Верно, и там на поверхности полно ящеров. … Как-то Кьяра рассказывала мне сказки, – Ровер горько усмехнулся, покачав головой. – Она верила, что если кого-то очень сильно любить, так сильно, что чувство можно сфокусировать в энергию, и этой энергией защитить того, кого любишь. Так вот если это правда – сделай это Хайди. … Спаси её чудом.
– Если это правда… – переполненная отчаяньем, Хайди сползла на пол. – То у тебя это получится лучше. Не своди глаз с точки Скай.
Он и не сводил. До самого приземления. Датчик показывал, что Кьяра всё ещё была жива.
– Пойду я и Ияс. Я за Кьярой, Ияс заберёт тело Яра, там менее опасная зона. Ты Тан будешь прикрывать нас сверху, ящеры всё ещё там. Врубите щиты на полную и не жалейте плазмы для этих уродов. Амина на тебе моя игрушка, как только яшварские корабли приблизятся – желаю удачи!
– Ровер я пойду с вами, – категорично заявила Хайди, уже стоя с оружием наготове.
– Нет, милая, ни хрена ты не с нами. Я знаю, что там твоя сестра, но ты останешься со своим мужем, я ведь теперь семьи не разбиваю – это мой новый кодекс. Будь с Таном и даже не смей заикаться, я не в том состоянии!
Хайди не могла смотреть на экран. Не в этот раз. Накрыв голову руками, она просто слушала переговоры Ровера с поверхности и Тана, стоявшего за пультом.
Кьяра уже не ощущала своего тела, только чувствовала маленький теплый комочек, согревающий её грудь. Прижавшись к ней, малыш спокойно спал, и даже если бы она хотела, она уже не могла пошевелиться от сковавшего её холода. Яр всё не возвращался. Мысленно она считала секунды, к каждой из них приставляя его имя. Стенки рефрижератора были слишком толстыми и изолированными чтобы слышать, что происходит снаружи. Внутри было темно. … Дверь что-то выбило, но Кьяра смогла лишь приподнять голову.
Его глаза светились в темноте, а это значило, что в рефрижератор забрался скворанин. А так как на Учуре был всего лишь один скворанин – её Ярос, то Кьяра конечно же позволила ему подхватить её на руки и прижать к себе.
… Её подбросило, лишь когда ей в глаза ударил яркий свет, и она услышала его голос. Голос до боли родной, но не её мужа.
– Всё груз на борту. Убираемся отсюда к такой матери! – это был голос Ская.
Кьяра вырывалась и отталкивала его пока он не отпустил. И впервые за столько времени они посмотрели друг другу в глаза.
– Он … п…погиб? – прошептала Кьяра, увидев по его глазам ответ раньше, чем Ровер кивнул.
– Убит ящером пять часов назад.
Она окидывала каждого из них мечущимся паникующим взглядом, медленно отступая назад, с каждым шагом всё сильнее прижимая к себе своего ребёнка. Скворане, как никто разбирающиеся в эмоциональных срывах видели, что девушку охватили самые ураганные и уничтожающие чувства, приводящие к непредсказуемым и печальным последствиям.
Роверу хотелось дотянуться до неё, обнять, успокоить, но он боялся, что та, которую он наперекор всему обречен был любить – оттолкнет его снова. Он был в этом почти уверен. Сейчас перед ним была уже не его Кьяра, это была чужая пораженная страданием женщина, не желающая ни его утешения, ни сострадания кого-либо из них.
Самой отчаянной оказалась Хайди, решившаяся попытаться отобрать малыша.
– Кьяра, мне нужно вас осмотреть, длительное пребывание при такой низкой температуре могло вызвать гипотермию.
– Отвали от меня! – прошипела Кьяра, неожиданно приставив к голове сестры оружие. – Не прикасайся к моему сыну! Вас не должно здесь быть!
– Ди, оставь её в покое, ей нужно прийти в себя, у неё же шок, – осторожно оттягивая Хайди к себе, Тан продолжал коситься на вооруженную безумную девушку. – Кьяра, сегодня Ярос поступил верно, и погиб он достойно – он спас свою семью, он выполнил свой долг как мужчина, Яр был великолепным воином, и отдавая ему честь нужно отнестись к этой потере более уважительно.
– Заткнись!!! – завизжала Кьяра.
– Я и не подозревал, что ты способен быть таким придурком Тан, – пробормотал Ровер, когда Кьяра теперь нацелилась выстрелить уже в Тана.
– С ней нужно разговаривать, – не шевелясь, попытался оправдываться Тан. – Её необходимо вывести из ступора. Она должна услышать.
– Он прав, – кивнула Хайди, снова делая попытку. – Кьяра мы все кого-то теряли, нам знакома эта боль и мы все скорбим и сочувствуем тебе. Мы хотим помочь, а некоим образом не навредить. Вспомни, как погиб наш брат и отец, как мужественно держалась наша семья, как мама стойко вынесла эту боль.
Если до этого Кьяра просто наставляла оружие – теперь она одним уверенным движением перевела пульсар в режим активации:
– Ты наконец заткнёшься или нет?! Не смей меня жалеть и сочувствовать! – выкрикнула Кьяра почти с ненавистью. – Ты не знаешь, с чем соизмерима моя потеря! И никто из вас не знает – иначе вы бы оставили меня в покое! Яшвары не почтили моего Яра достойной смертью – они его хладнокровно убили, они забрали сразу и его и мою жизнь, наши с ним души! Эта боль несравнима с потерей отца или брата – Яр был всем для меня! – Кьяра пыталась не расплакаться, поэтому дикую боль она выливала в злость. – Я не умею без него дышать, с меня будто содрали кожу и выкололи глаза! Да, моя любовь обезумела, потому что Яр был мне и отцом, и братом, и другом, и мужем, и любовником, и моим духовником и даже доктором. Он был моим космосом, а теперь вокруг только чёрная дыра, и кто-то в этой дыре пытается меня привести в чувство?! Я пытаюсь, но вы мне только мешаете, я держусь за тот единственный смысл, который у меня остался, а вы пытаетесь вырвать его из моих рук!
Глава 36
Сила любви, с которой она произносила эти слова – до онемения полосовала Ровера, оказалось, что ещё раз услышать от любимой женщины о её чувствах к другому, пусть даже в такой трагической ситуации – было для него куда сложнее. Уж он-то знал, что такое не дышать, а ощущение содранной кожи преследует его вот уже полтора года, но у Кьяры получилось освежевать его заново.
Мягко переместившись, Ровер закрыл собой Хайди, пытаясь взглядом поймать глаза Кьяры:
– Ты же не станешь стрелять в собственную сестру, правда, Колючка?
– Поверь, я бы выстрелила даже в тебя Скай, если бы это помогло мне вернуть Яра, – опустошенно выдавила Кьяра, измученно пошатнувшись. – Но это не поможет … и не вернёт… Его у меня … больше нет…
– Мы могли бы забрать ребёнка и оставить тебя одну, дать тебе время поплакать, погоревать, – подала голос Хайди из-за спины Ровера, упрямо не желая отступать.
Бессильно уронив пульсар, вцепившись себе в волосы, Кьяра протяжно застонала, тоскливо завыла будто раненое животное, угодившее в ловушку, мечущееся от боли и ярости. Только вот боль матери, её волнения – свойственны передаваться и её ребёнку, особенно если мать так сильно прижимает сына к своей груди. Малыш начал хныкать, а затем разревелся во весь голос.
– Уберите её от меня, умоляю, пусть Хайди уйдёт, – прошептала Кьяра, сползая по стене на пол. – Прости меня Джей, прости сынок, не плачь, – успокаивая малыша, она ласково целовала залитое слезами маленькое личико, не замечая больше присутствия скворан. – Мама больше не будет тебя пугать. Я с тобой, всё хорошо.
Погрузившись в заботу о сыне, Кьяра не обратила внимания, как Ровер опустился на пол рядом с ней после того, как все остальные тихо вышли, как пристально смотрел на неё, блуждая взглядом по каждой черточке её лица и тела, с тоской вспоминая, как когда-то эта девушка принадлежала только ему. Но ещё больнее было осознавать то, что он продолжает о ней мечтать, а она, сидя у него под боком, воркуя не с его сыном, даже не замечает его присутствия.
Первым его заметил Джей, задержав на нём взгляд своих скворанских глазёнок. Издав подобие приветственного звука, малыш протянул к нему свою ручонку, и вот на только что заплаканном обиженном личике уже появилась озорная улыбка.
– Ну, привет, неожиданная редкость, – тихо усмехнувшись, Ровер коснулся его ладошки, и Джей тут же крепко ухватился за его палец. – Может, твоя мамочка позволит мне подержать на руках её смысл жизни?
На этот раз от Кьяры не ускользнула его горькая ирония.
– С ним всё в порядке Скай, я посмотрела. Он ведь наполовину скворанин, так что перепады температуры для него не страшны.
– Зато ты не в порядке, – выдохнул он, глядя ей в глаза. Этот пристальный взгляд говорил о многом. В нём было намешано множество разных чувств, но Кьяре было достаточно всего лишь несколько секунд, чтобы разглядеть – Ровер был рад, что она жива, он злился на неё за то, что она всё ещё ему не безразлична, он страдал и сострадал, он хотел быть рядом с ней и боялся, что она исчезнет снова. – Ты вся дрожишь. Тебе всё ещё холодно?
– Нет, больно.
– Так ты дашь мне Джея?
– Нет, – печально мотнула она головой. – Потому что я не уверенна, что овладеет тобой, когда ты возьмешь на руки ребёнка, «убившего твою любовь».
– Тогда во мне было слишком много ярости и отчаянья, я наговорил тебе кучу резких слов, – выдавил Скай, скривившись от мучительных воспоминаний. – Но сейчас я не считаю виновным ребёнка. Как раз он тут и не причём. Ты ведь не допустишь, чтобы я тебя обнял, так дай мне хотя бы прикоснуться к частичке тебя.
Поколебавшись, с тяжелым вздохом, Кьяра всё-таки передала ему своего сына, которого незнакомец ни капли не смущал, наоборот, не переставая улыбаться, Джей принялся хлопать Ровера по щекам.
– Ты … напоминаешь ему отца, – давясь слезами, прошептала Кьяра. – Яр так играл с ним. … Он … он знал, что погибнет, – всхлипнула она, борясь с собой, из последних сил снова взяв себя в руки. – Незадолго до нападения Яр взял с меня несколько обещаний. Не пойму только как он мог предвидеть, что ты окажешься рядом.
– Кьяра, мы скитались с ним плечом к плечу десять лет, уж кто-кто, а Яр изучил меня лучше всех. Несмотря на то, как он со мной обошелся – он знал, – мрачный и сдержанный, Ровер старался держать свои собственные эмоции под контролем. – Знал, что я буду постоянно следить за твоим датчиком жизнедеятельности, потому что мне важно, где ты и что ты жива. Яр не сомневался, что, если ты окажешься в опасной зоне – я обязательно прилечу.
– Вы ведь … взяли его тело? … Потому что он хотел, чтобы кто-то из вас провёл этот … жуткий ритуальный обряд, – нервно сглотнув разрывающий её ком, Кьяра отвернулась. – Как обычно смеясь, утверждал, что кожу с него снимешь именно ты.
– Он брал с тебя слово держать меня на расстоянии и отделаться при первой возможности? – прямо спросил Ровер, одновременно пытаясь для себя понять, что он испытывает к малышу, ёрзающему у него на коленях.
– Нет, – еле слышно ответила Кьяра. – Он запретил мне плакать, запретил смотреть на него … бездыханного. … Взял слово, что я не стану бросаться в крайности, а буду жить ради сына, вернув все его долги.
Что-то мысленно взвесив, скворанин удовлетворительно кивнул:
– Мы проведём ритуал, но я лично этим заниматься не буду. Не хочу, чтобы ты потом шарахалась от меня как от вандала, совершившего надругательство над твоим … «космосом».
– Тебя задели мои слова о нём, – горько усмехнулась Кьяра, – но я говорила то, что чувствую. … Я любила его Скай, и до сих пор невероятно сильно его люблю, и буду любить его в нашем с ним сыне, часть Яроса продолжает жить и это единственное, что придаёт мне сил. … Куда направляется твой корабль капитан?
– А куда тебе нужно? – так же невесело усмехнулся скворанин, с тоской поймав её взгляд. – Ну? Я ведь, как ни странно, тоже хорошо умею читать по твоим глазам, говори.
– Терра. Я прошу тебя высадить нас там.
– Высадить? – недоуменно переспросил Ровер, недовольно покачав головой. И чем больше он на неё смотрел, тем выразительнее было его осуждение во взгляде.
– Как ни удивительно, но это жуткое место стало мне почти домом, поэтому да, я с Джеяром останусь на Терре чтобы завершить дела Яроса и не обременять вас заботами обо мне. И не нужно делать такое лицо Скай.
– На моём лице отражаются титанические попытки удержаться от того, чтобы не высказать тебе грубую правду. … Отсюда до Терры двое суток пути, – сдерживаясь, прошипел он. – Давай ты пока отдохнёшь и подумаешь, как на самом деле тебе необходимо поступить, чтобы действительно не обременять меня. Тебе больно, ты злишься, тебе невыносимо, но прекрати отталкивать тех, кому ты дорога. Ты слишком жестока с сестрой Кьяра. Хайди этого не заслуживает.
– Конечно, ей ведь я тоже сломала жизнь. Не волнуйся, больше я никому жизнь не испоганю…
Не выдержав, Ровер не дал ей закончить, зажав ей рот ладонью:
– Представь себе, я даже знаю, что ты собиралась сказать! – с едкой иронией проговорил он. – До этого я был слишком снисходителен к тебе и терпим – и в этом видимо моя ошибка. Ты Кьяра всё ещё принадлежишь моему кругу, твой муж погиб, а значит, решать, как тебе жить дальше буду я! Семья даже у скворан, пусть вы имперцы и не понимаете наших традиций – существует для того, чтобы защитить в кольце поддержки. Одинокий скворанин – это всегда растерзанный труп. В духовном смысле. Скворанин не может долго существовать один – я испытал этот кошмар на себе. Не обрекай своего сына на такую судьбу. Посмотри на него – он скворанин, ты не сможешь одна сдерживать его эмоциональную отдачу, ты не сможешь донести до него особенности нашей расы и ответить на вопросы – для этого рядом с ним должны быть скворане. Я позволил вам с Яром уйти, но несмотря на все мои эмоции вы продолжали оставаться моей семьёй. И твой сын тоже теперь часть нашего круга. Я, Тан, Хайди, ты и твой сын Джей. Это наш круг Кьяра, и я всё-таки рискну обремениться. Твоя сестра хочет быть с тобой рядом, хочет заботиться о тебе и о своём племяннике, ведь ей не выпадет счастье родить Тану такого же малыша. У тебя не получится упрямо и гордо отстраниться – я не позволю тебе уйти и на этот раз. За этого ребёнка несешь ответственность не только ты, но и те, кто в круге – это наша мораль нравится тебе это или нет! Я не собираюсь навязывать тебе отношения и лично себя, но ты останешься, как член семьи. И ты будешь подчиняться мне потому, что я глава круга. Но если ты вздумаешь сотворить какую-нибудь глупость – я не буду с тобой церемониться.
– Наконец-то придушишь меня? – вызывающе процедила Кьяра, сверкнул глазами. Зато злость высушила слёзы.
– Если ты не оставишь мне выбора я тебя накажу, – совершенно серьёзно изрёк он, снизив плечами.
– Абсурд! … Я больше не твоя пленница Скай Ровер, и, если пожелаю – я могу выйти из круга и жить своей жизнью, потому что я не скворанка, чёрт возьми! А мой ребёнок уникален и дикие скворанские традиции ему ни к чему. И Яр, когда мы были с ним вдвоём – тоже не нуждался ни в каком круге. Так что не смей предъявлять на нас свои права собственности хал!
– Хочешь оспорить со мной важность круга? – с сарказмом полного превосходства хмыкнул Ровер. – Тогда вот тебе факты. Яр хотел тебя, но всё равно из кожи вон лез, чтобы вытащить меня из стазиса – это круг. Я не убил Яра за то, что он увёл у меня мою женщину – это тоже круг. Яр мог бы извлечь твой датчик жизнедеятельности, но он этого не сделал, потому что ему было спокойнее, что за тобой приглядывают – и это представь себе тоже круг. Если бы я после всего этого кошмара остался один, пока вы там вынашивали своё чадо – я бы выцарапал себе глаза от разъедающих меня эмоций и наверняка бы сдох, но Тан был рядом и они с Хайди не позволили мне этого сделать – и это круг. Мы с Таном не бросили твою сестру, когда тебе стало не до неё, и ты ушла вместе с Яром, мы могли бы оставить докторшу в колонии на Доте, но нет – она же родная кровинушка нашей Кьяры! Даже вот такая извращенная забота о тебе – это круг. Наплевав на всё, рискуя своей новой командой, я примчался с другого конца галактики, чтобы попытаться успеть спасти вас. Я стольким жертвовал ради тебя Кьяра, сделай и ты хоть какое-то усилие ради меня! … Останься!
– Скай, – вздохнув, Кьяра горестно покачала головой, подыскивая соответствующие слова своим мыслям. – Это не лучшая идея, – опустошенно и устало произнесла она. – Моё присутствие здесь, мой сын – это постоянное напоминание тебе о нашей личной драме, о предательстве, о той любви, которой уже нет возврата. Ты дорог мне Скай, ты есть в моём сердце, и моё желание уйти – это тоже круг, я не хочу мучить тебя. Я благодарна тебе, ты даже не представляешь, как сильно я благодарна тебе, но мне лучше исчезнуть из вашей жизни.
Молча сунув ей в руки ребёнка, приподнявшись на коленях, с силой обхватив ладонями её голову, он прошипел ей прямо в лицо:
– У меня в жизни была масса дерьмовых моментов, но все они ничто, пыль по сравнению с тем, когда я осознал, что тебя в моей жизни больше нет.
Я скворанин, я хал, я сильный мужчина, воин, рожденный великим родом – и я рыдал, потому что ты вспорола мою душу, вынула сердце и бросила. Ты сделала меня слабым, уязвимым и зависимым. Ты отвечаешь за это Кьяра. И сейчас ты пытаешься снова повторить тот момент. Дай мне жить Кьяра, дай мне дышать, проклятая ты женщина! Я ненавижу сам себя за это, что я стою перед тобой на коленях и умоляю. Ты вернула меня к жизни, но до сих пор не позволяешь мне жить. Пусть ты не вернёшься в мою постель, но если ты будешь рядом, если я буду слышать твой голос и видеть тебя – я наконец смогу вздохнуть. Ты говоришь, что не хочешь мучить меня, но именно это ты и сделаешь, когда уйдешь!
– Хорошо, – Кьяра напряженно вглядывалась в эти безумно пульсирующие зрачки, меняющих цвет скворанских глаз. – Но стану ли я полноправным членом команды с правом голоса, с мнением которого будут считаться?
– Хочешь знать, будешь ли ты иметь возможность вертеть мною как захочешь? Как это было раньше? – едко усмехнулся Ровер. – Сама сказала, прошлого не вернуть, но раз уж ты член моей семьи, то член команды и подавно, и я по-прежнему капитан. Твоё мнение будет приниматься во внимание, но решения будут выноситься исходя из безопасности, целесообразности и благоразумия … со скворанской точки зрения.
– По крайней мере, до Терры у меня будет время всё взвесить.
– Зачем тебе на Терру? – незамедлительно последовал требовательный вопрос уже более жестким тоном. Отпустив девушку, Ровер снова уселся, но уже напротив неё.
– Долги Яроса, – с болью выдавила Кьяра, не имея желания вдаваться в подробности. Разговор с Ровером немного отвлекал её от постижения масштабов своего горя, хотя девушка не была уверенна, что выдержит обсуждение дел погибшего мужа и дальше. Но Ровер продолжал смотреть на неё с ожиданием. – Тебе не стоит знать подробности, Скай. Я всё улажу сама, – измученно добавила она в надежде, что он оставит её в покое.
– Мы следуем на Терру все вместе, один корабль, одна команда и у каждого есть право знать причину, – строго, поддавшись скрытому скачку эмоций, почти категорично заявил Ровер. – Попробуй ощутить себя частью целого, одним из звеньев цепи, а не отвалившимся, отдельно существующим миром!
– Яр должен был доставить беркам партию сжиженного газа, но из-за угрозы нападения он всё откладывал вылет. … Нужно было уговорить его, это спасло бы ему жизнь, – Кьяра закрыла глаза. – Корабль с полным грузовым отсеком спрятан в надёжном месте. Я передам беркам инфаэр, пусть забирают товар и корабль в придачу, за то, что мы нарушили условия сделки. Берки патологично скрупулезны, за неустойку они способны вырезать целую колонию, с ними шутить опасно.
– Мне отлично известно кто такие берки, и я просто в недоумении, что Яр связался с этими отморозками!
– Нам нужно было как-то выживать …в своём отколовшемся отдельно существующем мире. Я не собираюсь оправдываться, мне просто позарез нужно на Терру, я ведь обещала ему. … Могу я… побыть одна? – физически, Кьяра ощущала, как из неё буквально испаряются силы, и пустоты тут же заполняются холодным вакуумом. – Приемлемо чтобы нам с Джеем выделили отдельную каюту?
– Нет, ты будешь спать здесь на полу в узком коридоре между вторым и третьим ярусом, – это была ирония и Ровер сердился. – Ведь ты считаешь, что именно так я должен поступить с тобой да? Держать силой и унижать из мести за прошлое. … Не надо Кьяра, – покачав головой, Ровер легко поднялся на ноги, протягивая ей руку. – Не стоит ожидать от непредсказуемого скворанина мщения или докучания. С тобой я веду себя как раз очень ожидаемо – как идиот. Идиот, который всё ещё любит тебя, но идиот гордый, который ни за что не захочет пройти через это безумие второй раз. Пойдём, я покажу тебе мой новый корабль – он само совершенство.
