Текст книги "Бродяга (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 27 страниц)
Лаванда Риз
Бродяга
Глава 1
На окаменевшую от продолжительной засухи почву Ареса упали первые такие долгожданные капли. Шум дождя для жителей планеты всегда был сигналом о начале праздника. Уже целое тысячелетие вода для аресцев ассоциировалась с самой жизнью, с надеждой, она приносила ликование и радость в каждый дом. Подставляя ладони под дождь, люди не могли сдерживать улыбок и слёз счастья. Это чудо случалось на Аресе примерно раз в году, поэтому в каждой семье в этот день было принято дарить друг другу подарки и устраивать торжества.
– Кьяра, солнышко моё, доченька, смотри, что выпрыгнуло для тебя из огромной лужи у наших ворот! – проговорила плачущая от счастья Розалин, протягивая дочери круглую блестящую коробочку.
Трёхлетняя малышка, хрупкая и почти прозрачная, подбежала к ней, подпрыгивая на своих худеньких ножках, и при каждом прыжке её белокурые кудряшки подпрыгивали вместе с ней.
– Мама это мне? Правда? – в её огромных глазёнках загорелся восторг. – Конфеты! Ура, туча оставила для меня конфеты!
– И не только, сладкоежка, – старший брат Алекс, с таинственным видом опустился рядом с ней на колени, вынимая из-за спины собранную своими руками модель космического корабля. – Вот, Кьяра, это тоже тебе. Что нужно сказать?
– Спасибо, теперь я не буду трогать твою коллекцию, а ты не будешь на меня сердиться, – правильно выговаривая слова, улыбнулась малышка, тут же забыв о конфетах. Усевшись на пол, она принялась сосредоточенно вертеть в руках подаренную им игрушку.
– Что ты там пытаешься такого найти, а? – погладил её по кучерявой макушке отец, с улыбкой взглянув на жену.
Теперь они могли позволить себе улыбаться. Но не только из-за благодатного дождя, снизошедшего на их измученную планету. Их младшая дочь Кьяра, наконец, пошла на поправку, а ведь ещё несколько недель назад доктора не могли дать им никаких утешительных прогнозов.
– Как же я здесь помещусь, папа? Я ведь хочу улететь! – Кьяра подняла на отца недоумевающие круглые глазёнки.
– И куда же это ты собралась лететь? – подхватила её на руки мать.
– Далеко-далеко, на звёзды! – уверенно заявила малышка.
***
Один из охранников с силой впился ему в плечо своими безжалостными цепкими пальцами, но Скай не ощущал боли. В этот момент десятилетний мальчик не чувствовал ничего. Ничего, кроме вздымающейся и обжигающей его душу ненависти. Маленький скворанин вглядывался в лица своих врагов, запоминая убийц своей семьи. У него в ушах до сих пор стоял предсмертный крик его матери, тело которой сейчас лежало в ногах предателя. Он никогда не сотрёт из памяти события этого проклятого дня. Никогда!
– Попрощайся, Брен, со своим наследным ублюдком, и радуйся, что тебе достаётся такая лёгкая смерть, в отличие от той, которую мы уготовили для твоего сопляка! – с ликующим шипением протянул предводитель мятежников, ткнув оружием в висок бывшему правителю Скворана.
Отец с трудом поднял своё залитое кровью лицо, и последний раз взглянул на своего застывшего сына. Не произнося ни слова, он простился с ним долгим угасающим взглядом. Его душа погибла от отчаянья раньше, чем тело. Это была самая жестокая и мучительная казнь, которую только могли выдумать для него повстанцы – умирая знать, что жизнь твоего единственного сына, брошенного на съеденье тварям, оборвётся в страшных муках.
Скай лишь вздрогнул от выстрела, крепко сцепив зубы при этом, и сжав кулаки. Но взгляда не отвёл. Он смотрел, как упал его отец, как быстро под ним растекается лужа крови, и как в этой луже отражаются силуэты убийц.
– Что пялишься, щенок?! Теперь твоя очередь, и не надейся, что мы жалостливые!
– Я вернусь и убью тебя, – прошептал Скай, смело вскинув багровеющие глаза, в которых бешено пульсировали тройничные зрачки.
– Сначала вернись! – оскалился вооруженный скворанин, первый в списке Ская. – Доставить сопляка на Черного мертвеца! Пусть все знают, что наше слово железно! И что каждого, кто осмелиться выступить против нашего режима ждёт та же участь!
Он не вырывался, не хныкал и не умолял. Оставшись один на планете кишащей смертью, Скай провожал взглядом удаляющийся крейсер, пока от него в небе не осталось даже точки. Затем обернувшись, скворанский мальчик, упрямо произнёс, глядя на зияющие темные дыры пещер:
– Я выживу! Я должен выжить любой ценой! И я не боюсь того, что обитает здесь! – жажда мести в этот момент была равноценна жажде жизни. И два этих стремления придали мальчику сил и непреклонную уверенность, что время его конца ещё не настало.
***
Кьяра еле поспевала за братом, боясь затеряться среди снующих повсюду военных. Алекс гордо шел в новенькой форме курсанта, отдавая честь офицерам с особым рвением.
– А ты уверен, что папа обрадуется, увидев меня здесь? – робко поинтересовалась девочка, дернув брата за руку.
– Если будешь сдержанной, и не будешь отходить от меня ни на шаг, то да, отцу будет приятно повидать тебя. Ты же хотела побывать на секретной военной базе, но учти здесь опасно, а если ты что-нибудь вытворишь, то влетит мне, а не тебе!
Они отыскали отца, подполковника Роберта Сноу, в одном из ангаров базы.
– Папа! – во весь голос выкрикнула Кьяра, бросившись к отцу.
– Кьяра?! – опешивший Роберт, поймав в объятья дочь, при этом укоризненно взглянув на сына. – Алекс, ты же должен понимать, что это не место для маленьких девочек!
– Она не видела тебя уже три недели, каждый день спрашивает о тебе, мы просто уже не в силах терпеть эти бесконечные расспросы. Пусть она сама посмотрит, чем ты занят и как это всё серьёзно, – попытался оправдаться Алекс, зная, что отец наверняка догадывается, что Кьяра не единственная причина его появления здесь.
Но тут, штатный уклад военной базы вдруг нарушил резкий сигнал тревоги, что в последнее время стало случаться довольно часто, и поднявшаяся суматоха, заставила подполковника безотлагательно вернуться к своим прямым обязанностям. На посадочную полосу в аварийном режиме приземлился подбитый крейсер, и Алекс строго настрого запретив сестре сходить с места, не удержавшись, решил взглянуть на дымящийся корабль, ринувшись туда вместе с медицинской бригадой.
Стоять на одном месте, когда мимо тебя пробегают вооруженные отряды поднятых по тревоге солдат, с такими сосредоточенными и хмурыми лицами – оказалось очень скучным делом. И Кьяра решила поискать себе другое занятие, получше того, что придумал для неё Алекс. Спустившись на грузоподъёмнике в подземные боксы, завороженная темнотой и таинственностью, она крадучись шла по коридору, пока её внимание не привлёкло свечение лазерной решетки. Стальную клетку колпаком накрывала двухцветная блокирующая лазерная сетка. Посреди клетки, прямо на полу неподвижно лежало существо, которое девочка видела первый раз в своей жизни. Он был похож на человека и не похож одновременно. Существо было в одежде, у него были ноги и руки, но кожа была серой и чешуйчатой, а волос на голове не было вообще. Нос был вдавлен в лицо, так что сверху были видны только две ноздри, у него не было бровей, зато были ресницы ярко-оранжевого цвета. Кьяре показалось, что он просто спит, потому что было отчётливо видно, как вздымается его грудь. Движимая детским любопытством, девочка подошла к панели управления, наугад нажав самые понравившиеся ей кнопки, и к её удивлению лазерная решетка вдруг исчезла, а существо вскочило на ноги, вцепившись руками в стальные прутья. Испуганно таращась на него, Кьяра сделала несколько шагов назад, но, тем не менее, из помещения не выбежала. Когда первый испуг прошел, понимая, что существо всё равно не может выбраться из клетки, Кьяра снова подошла ближе, удивленно вскинув белесые брови, с интересом разглядывая глаза незнакомца.
– Ты кто? Почему тебя посадили в клетку? – поинтересовалась она тоненьким голоском, но узник не ответил, хотя смотрел на неё всё также пристально. – Ты не знаешь нашего языка или у тебя его нет?
– «Мне не зачем знать ваш язык. Яшвары общаются иначе» – услышала девочка в своих мыслях чужой хриплый голос.
– Ты телепат! – восторженно воскликнула она, озарившись своей детской непосредственностью. – Здорово! Жаль я так не умею! Меня зовут Кьяра, а тебя?
– «Кирк. Сколько тебе лет, Кьяра?»
– Почти семь. Так почему ты здесь? Тебя наказали?
– «Меня боятся и ненавидят, потому что мы разные, и потому что яшвары не склоняются перед Великой Империей»
Кьяра нахмурилась, не совсем понимая, что же Кирк имеет в виду, и как его одного могут бояться столько солдат.
– Твои глаза как у ящерицы. Можно я тебя потрогаю?
Присев на корточки яшвар согласно кивнул. И, просунув свою ручонку между прутьями, Кьяра коснулась его щеки.
– Теплый и мягкий, – улыбнувшись, прошептала она. – А где же твои волосы?
– «Не люблю причёсываться. А теперь можно я потрогаю твои кудри?» – и протянув руку, Кирк властно положил ладонь Кьяре на голову, при этом безотрывно глядя ей в глаза. Кьяра почувствовала дурноту, голова вдруг закружилась и зашумела, и девочка возмущенно сбросила руку яшвара.
– Мне это не нравится! – насупившись, выдавила она. Затем подумав, всё-таки спросила. – Что теперь с тобой сделают?
– «Убьют. Тело сожгут, а пепел унесет ветром. Так твой народ поступает с моим народом»
– Кьяра!!! – в коридоре послышался громовой возглас перепуганного до смерти отца и топот десятка пар ног.
И уже через несколько секунд, Роберт иступлено прижимал к себе дочь, с ненавистью глядя на яшвара, который вдруг заговорил вслух:
– Подполковник! – с сильным акцентом бросил ему Кирк. – Перед смертью судьба неожиданно подарила мне такую удачу! Ты отнимешь мою жизнь, а я забрал твою дочь, которую ты так любишь! Твоя девочка больше не будет принадлежать Империи – теперь она собственность Яшвра, и когда-нибудь яшвары найдут её! Это испытание твоей преданности. Империя или дочь? Выберешь Империю – потеряешь душу, выберешь дочь …, – не договорив, яшвар лишь вызывающе усмехнулся.
– Алекс, немедленно увези Кьяру домой! Расскажи обо всём матери, пусть она проведёт её в исследовательский центр, я прибуду туда, как только освобожусь! – при этом отец посмотрел на сына таким уничтожающим взглядом, что Алекс сник на последующие несколько дней.
– Кьяра, доченька, как ты себя чувствуешь? – Розалин поправила её выбившийся локон. Рядом сидел мрачный отец, уставившись в пол.
– Мама, ты спрашиваешь меня об этом в сотый раз! – мотнула головой девочка. – Со мной всё хорошо. Он ничего мне не сделал, мы просто болтали. Кирк умеет читать мысли, это ведь как у супергероев из мультфильма. Папа, почему вы должны его убить?
– Потому что он враг Империи, а любой враг подлежит уничтожению. Империя это наш дом, наша защита и наша целостность. И если кто-то пытается разрушить твой дом – его нужно остановить! – серьёзно произнес подполковник, кивнув жене.
– Они точно всё проверили? – тихо проговорил он в коридоре, глядя на дочь через стекло. – Нам могут дать стопроцентную гарантию?
– Профессор, исследовавший её мозг, не обнаружил никаких внедрений, никаких отклонений в развитии. Наша дочь в порядке, Роберт. Видимо в конце, этот яшвар решил отравить нам жизнь подобными переживаниями. Сегодня мы все вместе поедем домой, и постараемся забыть об этом инциденте. Кьяре ничего не угрожает.
– Я просто не вынесу, если вдруг снова возникнет угроза её потерять. Мы слишком многое пережили. Она больше не будет умирать у меня на руках!
***
Он продрог до невозможности. Обнимая себя за плечи, Скай уже не в силах был унять эту проклятую колотящую его дрожь, ни секунды не забывая о мучавшем его голоде. Холодные струи дождя, ровно, как и этот взбесившийся ветер заставляли коченеть на ветру, но подросток продолжал упрямо брести дальше. Скай шел на запах, как бродячий пёс, туда, где пахло едой. Он попал на эту планету, спрятавшись в грузовом отсеке одного из торговых крейсеров, и как называлась эта планета – юному скворанину сейчас было всё равно, единственное чего он хотел – это положить в рот хотя бы крошку.
Он упал на подкосившихся ногах на пороге одной из захолустных забегаловок, откуда так вкусно пахло кислым хлебом.
– Пошёл прочь, бродяга! – грузный хозяин заведения с силой ударил его ногой. – Убирайся, пока я не спустил на тебя своих псов!
– Я могу отработать. … Хотя бы немного пищи, – слабо протянул Скай, шевеля посиневшими губами.
– Питайся падалью! – с пренебрежением бросили ему в ответ, с грохотом закрыв перед ним дверь.
Возле сидящего в грязи и умирающего от голода подростка, замедлив шаг, остановился кутающийся в плащ мужчина:
– Эй ты, пацан, заработать хочешь?
Подняв голову, Скай с готовностью кивнул, безошибочно определив в незнакомце пирата.
– Сколько тебе лет, бродяга? Оружие в руках держал?
– Четырнадцать. Покажи мне того, кого нужно задушить голыми руками, и если ты за это накормишь меня – я буду убивать, – ожесточенно бросил в ответ Скай.
– Годится, – удовлетворенно кивнул пират. – Следуй за мной, и возможно скоро ты набьёшь себе брюхо досыта.
***
Поджав ноги, сидя в пыльном чулане, где словно в вечности потерялись старые вещи и даже книги в твёрдом переплёте, с пожелтевшими от времени страницами, которые так влекли её к себе, Кьяра полностью погрузилась в чтение, бережно переворачивая их одну за другой.
«Судьба. Существует ли она, эта цепочка предопределенных событий?
А если существует, то по каким меридианам сплетаются судьбы всех живых существ? В каких точках соединяются? Имеют ли конец?
Тогда можно позволить себе и предположить, что судьба – это полотно, а каждое живое создание это ниточка, вплетенная в целостную ткань вечности.
А если шагнуть в своём представлении ещё дальше, можно представить себе, что твоя судьба – это звёздное небо над твоей головой, а мерцающие звёзды на нём – это судьбоносные пересечения, яркие вспышки в твоей жизни, которые и вырисовывают карту твоей судьбы».
Кьяра оторвалась от книги и глубоко задумалась. После чего спустившись на цыпочках вниз, и бесшумно прошмыгнув на улицу, она босиком побежала по влажной траве.
– Кьяра! Кьяра, отзовись немедленно! – уже десять минут как кричала Хайди, злясь на сестру.
– Я здесь, поднимайся! – окликнула её Кьяра, когда Хайди проходила под деревом, на котором умостилась девушка.
– Ты с ума сошла? Зачем ты забралась на такую высоту да ещё ночью? Если мама узнает, она отошлёт нас обратно на Арес! – ворча, но всё же взбираясь по ветвям, проговорила Хайди. – Кьяра тебе пятнадцать, а ты всё ещё ведешь себя, как ребёнок! За тобой нужно вечно присматривать и трястись, чтобы ты чего-нибудь эдакого не выкинула!
– Да ладно тебе, смотри какая здесь красота! Звёзды на Мендосе намного ярче, но я всё равно скучаю по дому. Карта звёздного неба, как на ладони. … Скажи, Хайди, а ты веришь в судьбу?
– Какой же всё-таки бардак у тебя в мозгу, Кьяра Сноу, – покачала головой старшая сестра, уцепившись за толстый сук у неё над головой двумя руками. – Какая ещё судьба? Каждый свою жизнь строит сам. Вот свалишься вниз и останешься калекой, а не полезла бы – всё было бы хорошо.
– Ты зануда! – фыркнула Кьяра, тряхнув волосами, взбираясь ещё выше, к самой макушке. – А в любовь веришь?
– Я начинаю верить, что ты ненормальная. Что на тебя нашло? Снова читала книги о всякой этой романтической ерунде?
– Хайди, неужели тебе никогда не хотелось помечтать? А вдруг, где-то там, среди звёзд, на другом конце галактики, живёт Он? Смеётся, запрокидывая голову, хмурится, глядя в маленькую точку на горизонте, или задумчиво закусив губу, мчится куда-то на сверхскоростном боте, даже не догадываясь о моём существовании? Что если когда-нибудь наши судьбы пересекутся, и мы с ним встретимся? А если я ошибусь в своей жизни и пройду мимо него? Как узнать, что ты строишь свою жизнь верно? Неужели тебя никогда не волновали такие вопросы?
– Нет, меня волнуешь ты, Кьяра. Моя младшая сестра сумасшедшая. Видно не зря я решила поступить в медицинскую академию. Это хорошо, что ты думаешь о будущем, но ты должна сконцентрироваться на сегодняшней реальности. Кстати, ты уже определилась с направлением? Сейчас это самое важное для тебя, а не какая-то там любовь! – презрительно фыркнула Хайди.
Кьяра разочарованно вздохнула:
– Нет, я ещё не решила. Я никак не могу почувствовать, где моё место. Меня не тянет ни к медицине, ни к исследовательским проектам, ни к инженерии, ни к социальным программам. Вернее, мне везде интересно, но я всё равно ощущаю, что это не моё предназначение.
– Почему бы не астрофизика? Тебе ведь так нравится рассматривать звёзды?
– Не знаю, – пожала плечами девушка, – вынесу ли я сухие теории, хотя гипотезы выдвигать я умею. Но сейчас … я хочу научиться целоваться! – и Кьяра рассмеялась, увидев перекошенное выражение лица своей сестры. – А ещё, пожалуй, лично я верю в судьбу!
***
Покрывшись испариной, Скай рухнул на провонявшуюся сыростью и табаком постель рядом с молодой женщиной, с которой только что совокуплялся, удовлетворяя потребности своей скворанской физиологии. Он подцепил эту девицу в каком-то баре несколько часов назад, но сейчас даже не мог вспомнить её имени. Удовольствие было мимолётным, совершенно не оправдывающим тех денег, которые он ей заплатил. Уже через несколько минут скворанин снова начал испытывать безудержное раздражение, заполняясь эмоциями, которые в последнее время полностью контролировали всю его жизнь.
Встав с кровати, пошатываясь от выпитого спиртного, он вышел на улицу, и за порогом, сползая по стене, медленно уселся прямо на землю. Затянувшись сигаретой, Скай поднял свои выразительные скворанские глаза в звёздное небо. На какую-то секунду, выпуская наркотический дым, он задумался.
– Вот ты где! – из полумрака вынырнул знакомый ему силуэт. – Нам пора убираться отсюда как можно скорее. Радары засекли приближающийся к планете скворанский крейсер. Они ищут тебя, Ровер!
– Жизнь …дерьмо, – многозначительно изрек Скай, теперь чаще откликающийся на прозвище Ровер. – Летим в «клетку», у меня сейчас как раз подходящее для этого настроение.
– В прошлый раз ты две недели лежал синим трупом. Учти, я не собираюсь оплачивать твои похороны, я и так вляпался с тобой по уши!
– Так проваливай! Давай, Йэн, что тебе стоит бросить меня здесь?! Я не возражаю! Оставь меня, наконец! Я хоть завалю пару десятков этих уродов, прежде чем сдохну сам! Бери мой корабль и убирайся! – резко выкрикнул Скай, с трудом поднимаясь на непослушных ногах.
– Ты снова пьян. Хочешь крови – Империя создала новую коалицию и развязала очередную войну. Скворане набирают добровольцев, а клейменных мятежников бросают на первый план вместо пушечного мяса, можешь отличиться там если ты так спешишь расстаться с жизнью.
– Я не буду воевать с моими врагами на стороне других своих врагов, потому что я одинаково ненавижу как скворан так и имперцев! – бросил Скай, скривившись, – Презираю этих псов! Но война это хорошо, …чем больше они будут палить друг в друга – тем лучше. А я буду пить за их кончину, херить их законы и грабить их колонии. …Почему Яр не с тобой? Где твой брат, Йэн?
– Ровер, ты же знаешь, что мы не оставим тебя здесь, и если надо потащим на корабль силой. Соберись, ты же хал! В свои двадцать два ты слишком много пьешь, парень. Там на корабле преданные тебе друзья, мы обязаны друг другу жизнью, сейчас не время разлагать себя наркотой. Мой отец ещё помнит твоего отца, он говорит, что ты унаследовал его достоинства, ты сын великого Брена Морта! Поэтому прими удар с высоко поднятой головой, как все высокорожденные из вашего дома. Ты нам нужен. Ты знаешь эту галактику, все её лазейки и западни. Мы ещё заявим о себе, но позже.
Глава 2
Десять лет спустя
«Привет, мой дорогой дневник, прости, за то, что так долго не заглядывала к тебе! Служба заполняет всё моё время, да и об одном и том же скучном однообразии писать как-то не очень хотелось. Но сегодня всё иначе, сегодняшний день принёс мне перемены.
Моя старшая сестричка Хайди добилась моего временного назначения на этот патрульно-санитарный рейс. Уж не знаю, какие доводы она предоставила своему командованию, но вряд ли то, что сестры испытывают недостаток общения. … А в последнее время всё почему-то складывается именно так – у меня глубоко обозначенный дефицит общения с родными, с Томом, даже с самой собой. Долг, гонка времени, … в воздухе словно повисло и пульсирует напряжение, оно распирает вселенную, как будто вот-вот, всего один лишь толчок и …БАХ!!! Случиться взрыв. Я словно чувствую эту космическую дрожь и давление. Наверное, это у меня нервное. Вот полечу с Хайди на Кронос, немного отвлекусь от своих основных обязанностей, и всё придет в норму. Я надеюсь, что так и будет. По крайней мере, я стала больше ценить тех, кто мне по-настоящему дорог. Даже зануду Хайди. Мою сестру, вечно поучающую и делающую замечания всем и вся, считающую, что она само совершенство во всех смыслах. А я просто люблю её такой. Мне хочется поболтать с ней или просто побыть рядом. Думаю, это отвлечёт меня от мыслей о Томе. Жутко за ним скучаю. Их подразделение всё ещё на задании. И я опять же надеюсь, что с ним всё будет хорошо. Наш корабль стартовал сегодня в семь вечера по местному временному диапазону данного квадрата космотории. Это обычный медицинский крейсер, следующий нейтральной полосой».
– Кьяра!
Услышав в динамике требовательный голос сестры, светловолосая девушка, быстро свернувшая свой электронный дневник, и спрятав его в одном из задних карманов, поспешила торопливым шагом, завязывая на ходу свои выбившиеся непослушные курчавые волосы в тугой узел на затылке.
– Да здесь я. Что случилось? – она столкнулась с сестрой, выскакивая из шахты лифта.
– Ничего, полчаса как стартовали, а моя младшая сестра уже куда-то пропала, – обиженно проворчала Хайди.
Сёстры были немного похожи между собой – обе худощавые и светловолосые, правда, у Хайди волосы были разве что более насыщенного пшеничного оттенка, прямые и коротко острижены, а у Кьяры платиновая кудрявая копна. У старшей сестры, возможно от возложенных ею на себя забот, брови были вечно нахмурены, отчего между ними уже пролегла глубокая морщинка, и девушка казалась старше своих лет. Глаза у обеих тоже были светлые, но у Кьяры они были зеленоватые, густого малахитового оттенка, а у Хайди просто серые. И любому, кто видел их вместе, становилась заметна их родственность чувств.
– У меня как раз есть время перед ночной вахтой. Чем ты там занималась, Кьяра?
– Уединялась с дневником. Неизменно продолжаю вести свои хроники. Да-да-да, можешь даже не начинать! Я знаю, что ты мне скажешь, что это глупо, наивно и по-ребячьи. Но мне нравится! – возразив с легким упрямством, Кьяра слегка наклонила голову. – Мне, в конце концов, это необходимо и точка!
– Ладно, не хочу сегодня с тобой спорить, – Хайди тут же примирительно развела руками, улыбнувшись. – Как Том? У вас с ним всё хорошо?
– Ты сейчас спросила таким себе тоном докторши, которая уточняя у меня о моём половом партнёре, напоминает мне о необходимости предохраняться, – проворчала Кьяра, – Моя сестра докторша и это пишется слитно. … Том на задании, – вздохнула она через секунду, – Я не получала от него сообщений уже несколько дней. Успокаиваю себя тем, что они отправились в неимоверную глушь. А так … всё в порядке. Он … очень нежный, – сказав это, Кьяра улыбнулась, зардевшись лёгким румянцем. – У меня даже мурашки по коже, стоить лишь вспомнить его губы. Но пока нам не положено жить в одной комнате.
– Ещё бы! – фыркнула Хайди, – ты должна отслужить целых пять лет в Войсках коалиции, и только потом, если конечно будешь ещё жива – получишь разрешение на личную жизнь. Говорила же тебе – выбирай любую другую сферу, кроме военной! В армии слишком жесткие правила! И если бы папа был жив, он бы ни за что не позволил тебе стать солдатом!
– Хайди, но я люблю летать, люблю Тома, и я хочу быть ко всему этому поближе.
– А …убивать ты любишь? – покосившись на сестру, Хайди недоверчиво сощурилась, и под этим испытывающим взглядом сестры, Кьяра недовольно отвела глаза, всё же ответив ей на вопрос:
– Наш брат Алекс погиб, и отец тоже. Я выбрала службу в войсках, чтобы искоренять войны.
– Эту избитую фразу прописывают абсолютно всем солдатам коалиции, но почему-то искореняя войны, они их сначала развязывают! – Хайди тяжело вздохнула, покачав головой. – Ты никогда никого не слушаешься Кьяра! Нет, вру, своего Тома ты боготворишь и с его мнением ты считаешься. А вот мы с мамой серьёзно опасаемся за тебя, служба в войсках – это совершенно не твоя стезя, просто ты ещё не поняла этого. Я лечила сотни раненых, и видела, что делает с людьми война.
– Не нужно разговаривать со мной как с маленькой чувствительной девочкой, Хайди, я уже давно выросла! Я была на боевых вылетах восемь раз, и мне приходилось убивать. Это мой долг и рука моя не дрогнула.
– То, что ты палила по гигантским червям, не сравниться с убийством себе подобного, не считая самозащиты конечно. Твоя бравада и потакание Тому неоправданная блажь!
– Почему тебе не нравится мой парень?! – теперь уже возмущенно нахмурилась Кьяра.
– Мне не нравится то, что он заставил тебя стать солдатом смерти! – резко ответила Хайди.
Кьяра хмыкнув, покачала головой, не понимая такой устойчивой антипатии со стороны сестры:
– Давай поговорим о чём-нибудь другом, а не о возможной перспективе моей героической гибели. Давай о тебе? – и она, ловко запрыгнув на столик, уставилась на сестру, вызывающе улыбаясь, – У меня тоже есть куча вопросов к тебе сестрёнка. Почему «мисс придирчивость» до сих пор не отыщет себе мужчину своей мечты? Или может наша докторша что-то принимает, чтобы не ощущать в этом потребности? Так проще и удобней да? Не любить, не терять, не создавать себе дополнительных проблем? Ни о ком не переживаешь, не тревожишь сердце, никому ничем не обязан, я сейчас не имею в виду Империю и родных. Разве тебе самой не хочется узнать, что такое полюбить, а Хайди? И почему ты всегда избегаешь этой темы?
– Зато твоя любовь слишком дорого обходится для наших нервов, – немного раздраженно заметила ей в ответ Хайди, и помолчав, после добавила, -
… Когда разумные существа открыли для себя космос, скажем так, другие мечты отошли на задний план, поверь, не всем людям нужно обязательно прочувствовать что такое любить. Вот и мне хватает того, что я люблю тебя и маму. Слишком много беспокойств и без мужчины. Мне сложно заинтересоваться кем-то, я вижу всех их насквозь, – Хайди сдержано поджала губы.
– О, а вот это уже клиника, сестрёнка! Ты создала себе комплекс самоидиализации. Кстати, это лечиться. Ведь, правда, док? – Кьяра с озорством тряхнула головой, и её вьющиеся длинные волосы снова вырвались на свободу. – Не надо меня пилить, прошу тебя Хайди. Всё что случилось – уже не изменишь, я прописала себя под иную матрицу. И у вас с мамой нет иного выхода – как смириться с этим, я ведь всегда была папиной девочкой и должна пойти по его стопам. Вот! – Кьяра хлопнула себя по коленкам, – Расскажи лучше, как тебе работается на этих рейсах, как настрой команды? Не замучила их ещё своей манией стерильности?
– Моя работа меня полностью устраивает, – Хайди пожала плечами, и её взгляд задумчиво простёрся в никуда. – Да я профессионал и фанат своего дела, я спасаю людей, а иногда и представителей иных человекоподобных рас. Постоянно открываю для себя что-то новое и интересное. И команда пока полностью соответствует моим требованиям, подобранный медперсонал – отличные специалисты. … Меня вот только сегодня сильно обеспокоил Фаттон, это капитан корабля. У него какие-то проблемы с женой, по нему видно, что он плохо контролирует свои эмоции. Мне не нравится его состояние. С таким уровнем ответственности как у него – я бы не допускала его к полётам, слишком уж много жизней зависит от каких-то там банальных личных ссор. Но моё командование не стало рассматривать мой сигнал, сославшись на то, что Фаттон ас пилотажа каких мало.
– Хайди, твоё командование скоро сделает вывод, что ты вечно всё драматизирующий ипохондрик, – Кьяра грациозно спрыгнула вниз. – Пойдём, съедим чего-нибудь, сладкое должно приспать твою бдительность.
Но ночью надрывный вой сирены донёс до каждого члена команды о случившемся аврале. На капитанском мостике, когда туда явилась Кьяра по приказу старшего офицера, перекрикивалось сразу несколько голосов.
– Гиперскачок был произведён неверно, – встретила её Хайди обеспокоенным тоном, – Нас выбросило неизвестно где и мы тут же попали под метеоритный поток.
– Насколько я знаю, если существенных повреждений нет, всё можно исправить, медицинские крейсеры технически оснащены даже лучше боевых, – попыталась успокоить сестру Кьяра.
– Но повреждения есть. У нас полетела вся автоматика и система жизнеобеспечения. Корабль управляется в ручном режиме, и мы теряем кислород. Уровень азота повышается, если мы не устраним утечку или не сядем в пригодном для жизни месте – мы все погибнем, – сдержанно, но с глазами полными отчаянья, выдохнула старшая сестра.
***
– Есть идеи, раз уж после побега ты стал нашим предводителем? – с раздражительным шипением прозвучала скворанская речь. – Как, по-твоему, мы выберемся отсюда? Ровер, ты меня слышишь?
– Твоя истерика, Гай, обязательно очень скоро поможет тебе свалить отсюда намного быстрее остальных! – с остервенением бросил ему в ответ тот, к кому обратился один из мятежников. – Прилетят космические эльфы и вывезут наши задницы на атласных подушечках! Ты это хотел от меня услышать?! Я вытащил вас всех из тюрьмы, спас от стазиса, решу что-нибудь и с этим, а сейчас нам нужно выжить – и это приказ! Обшарьте этот мертвый кусок камня, наверняка можно отыскать остатки разбитых кораблей и слепить примитивный передатчик. А следующему, кто откроет рот – я лично сломаю шею. Всем ясно?
Трое суток спустя.
– Ровер, судя по прибору у нас гости. Корабль коалиционных войск, в западном квадрате, координаты 28/07, снижается слишком быстро, похоже, у него какие-то навигационные проблемы.
– Я же говорил, – послышалось удовлетворительное шипение, – … вот и эльфы. Цель всем ясна? Не сдохнуть и во что бы то ни стало захватить эту посудину!
***
Кьяра с всё нарастающей тревогой снова взглянула на сестру, которая не мигая уставилась в обзорный экран, побледневшая и осунувшаяся за эти двадцать четыре часа.
– Что это за космический объект, кто-то приблизительно знает? – кивнула Кьяра на голые мрачные скалы.
– Предположительно мертвая планета гамма класса, но атмосфера здесь частично сохранилась, хотя значительный процент в озоновом слое занимают дыры. Разведгруппа уже спустилась, чтобы взять пробы воздуха и грунта. Будем надеяться, что в обнаруженных подземных пустотах есть кислород, … боже, пусть он здесь будет, – прошептала Хайди. – Я не хочу здесь умереть, вот так … глупо и бессмысленно.
