Текст книги "Бродяга (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)
Глава 37
– Что наша Кьяра? У тебя получилось наладить контакт с сестрой? – усевшись в свой любимый угол дивана, в каюте отдыха, Ровер устало вытянул свои длинные ноги.
– Сколько я не заглядывала, они всё время спят, – пожала плечами Хайди.
– Шестнадцать часов подряд? Я хоть и не врач и то я понимаю, что это ненормально.
– Тише, – шепнул Тан. – Идёт.
Из коридора действительно скользнула Кьяра, прошла через проходную каюту отдыха, и абсолютно игнорируя присутствующих, направилась в столовую, которая была как раз напротив. Открыла холодильник, порылась в одном из шкафчиков, и набрав продуктов, собралась повторить маршрут в обратную сторону. Но когда Кьяра повернулась, дорогу ей перегородила незнакомая скворанская девушка.
– Здравствуй, я Амина, – улыбнулась скворанка, её глаза переливались мягким серебристым цветом.
– Отойди, – мрачно буркнула Кьяра, смерив её придирчивым оценивающим взглядом.
– Я всего лишь пытаюсь быть приветливой, – скворанка оставалась по-прежнему дружелюбной. Остальные пристально наблюдали за разворачивающейся сценой.
– А я что создаю впечатление приветливого человека, желающего подружиться? – на бледном лице Кьяры, было написано совершенное равнодушие.
– Но мы теперь одна команда…
– И что с того? Нам теперь пренепременно нужно потрещать о нашем женском? – съязвила Кьяра. – Я прошла мимо и мне уже известно всё, что мне нужно знать о вас. Ты милая девушка, тебе нравится Ровер, вы вместе спите, и я за вас рада. Тот парень, – не глядя, кивнула Кьяра на ещё одного новенького, – твой брат, Ияс. Вы изгнаны Сквораном за преступления вашего отца. Вы такие же бродяги, как и все на этом корабле, солдаты удачи, живущие одним днём. Хочешь что-то добавить?
Скворанка сконфуженно отступила в сторону и Кьяра пошла дальше.
– Может, это не слишком подходящая пища для ребёнка? – с укором заметила ей Хайди, когда она проходила мимо скованной компании.
Застыв на миг, Кьяра вернулась, спокойно сложила продукты, став напротив сестры, и опершись руками о поверхность стола, она подняла глаза, вызывающе усмехнувшись:
– Давай Ди, прочти мне ещё лекцию о детском питании. Ты же у нас всегда была такой умной, такой правильной. А Кьяра сумасбродка была такой чудачкой. Теперь же она бедненькая обезумела от горя и её тем более нужно контролировать и опекать, – выражение лица Кьяры изменилось, улыбка исчезла, уступая место жесткости. Её прекрасные зелёные глаза сузились и потемнели. – Раз уж вы вытащили меня из того холодильника, хотя вас никто и не просил, никогда больше не смей меня поучать! Я взрослая женщина, это мой ребёнок и я не нуждаюсь в ваших советах доктор Сноу! Можешь на меня злиться, можешь поджимать губы, но ты не с того начинаешь Ди. Мы хоть и сёстры, но ты никогда не чувствовала меня.
– Нужно было спросить у тебя «как спалось?» или «какие планы на сегодня?», – с сарказмом вступился за Хайди Ровер. – А может, нужно было просто сказать, что сегодня ты выглядишь намного лучше? Проблема в том, что ни один из нас не твой Ярос, мы же кретины, мы никто, мы и близко тебя чувствовать не умеем, – его болезненный намёк возымел своё действие.
Наклонив голову, Кьяра грустно усмехнулась:
– Знаешь, я тут подумала, что ты сам не знаешь, о чём просишь меня Скай. Ты не выдержишь моего присутствия на корабле. Тебе кажется, что будет легче, но это не так. Ты всё ещё зол на меня, твои упрёки выскакивают без контроля, а я не стану их просто так сносить. Я тебе сейчас отвечу, и ты почувствуешь, как неловко нам придётся, – Кьяра подошла к нему, и наклонившись поцеловала прямо в губы. Поцеловала так, как делала это раньше, когда-то, и он тут же откликнулся, потянувшись к ней. Но девушка резко тут же отстранилась:
– Только продолжения быть не может, и ты это знаешь. И как ты себя после этого чувствуешь? Скай, нам нельзя находиться вместе в замкнутом пространстве. Глядя на меня, ты будешь думать о моих чувствах к Яросу. Я же хочу запомнить во всех подробностях последнюю ночь, проведённую со своим мужем! Потому что я больше никого не смогу любить сильнее, чем я любила его, потому что ни с кем я больше не переживу тех моментов, которые мы пережили с Яром.
– Раз так, – взрываясь, прошипел Ровер, вскакивая, – тогда ты не станешь стремиться быть с кем-то ещё, и меня это утешит! Ты стала жестокой Кьяра! Не смей этого больше со мной вытворять! Я перед тобой ни в чём не виноват! И я всё равно с тобой не согласен! Ты останешься с нами женщина, и в замкнутом пространстве этой консервной банки мы будем с тобой сходить с ума на пару, пока смерть не разлучит нас! – раздражённый скворанин изо всех сил врезал кулаком по столику. Прочный сплав выдержал – кулак нет, сложенные Кьярой продукты разлетелись по полу. Амина ринулась за медпакетом, Кьяра ползая стала сгребать мягкие упаковки. Последнюю, окровавленной рукой ей подал Ровер.
– Ты больше не ведешь дневник? – резко сменив тему, что скворанам было свойственно, поинтересовался он, не отпуская запайку с фруктовым пюре, которую Кьяра тянула на себя.
Кьяра отрицательно потрясла головой, отводя взгляд. Но замешкав возле него, она всё-таки пояснила:
– Я вела дневник, потому что мне некому было выговориться, но затем такая необходимость отпала. Яр прекрасно умел слушать, и кроме него у меня ещё появилась подруга. Лэа. … Она… – судорожно вздохнув, Кьяра быстро заморгала, – Лэа погибла, как раз перед тем, как Ярос запер нас в том рефрижераторе. Бежала за мной, … и вдруг упала. Она умерла не сразу, но Яр даже не позволил мне с ней проститься. … Сейчас я не готова разговаривать, и в твоей команде вряд ли найдутся дежурные уши, способные вынести меня и понять. Так что я стойко замуровываю в себе течь, чтобы не расплескаться.
– Наша. Команда не моя, она наша, – упрямо поправил её Ровер, пожирая глазами девушку, которая своим поцелуем взбаламутила в нём столько непрошеных эмоций.
– Они все меня ненавидят Скай, – криво усмехнувшись, Кьяра поспешила уйти.
– Ты понял, что она задумала? – хмыкнул Тан, задумчиво потирая подбородок. – Чтобы снова не стать твоим личным палачом, она хочет вынудить тебя самого отказаться от неё. Кьяра собралась тебе доказать невозможность нашего единства. И в какой-то степени я с ней даже согласен.
– А может, я хочу усугубляться, обременяться и впадать в извращенный мазохизм! – нервно бросил Ровер, покидая каюту, выхватив на ходу из рук Амины пакет первой помощи.
Когда послышалось шуршание двери, Кьяра как раз пыталась втолкнуть капризничающему малышу хоть немного еды. Сначала рядом с ней упал медпакет, затем в пол оборота уселся и сам Ровер. А так как он играя желваками упорно молчал, Кьяра снова принялась уговаривать сына:
– Джей смотри как вкусно, м-м-м, – для наглядности она даже облизала ложку. – Ну, давай попробуем. – Но тот лишь упрямо болтал головой из стороны в сторону. – Джеяр немедленно открой рот! – срываясь, прикрикнула на него Кьяра, за что малыш тут же выбил из её рук баночку с пюре.
– Ты тоже издеваешься надо мной да?! … Это я к тебе обращаюсь! – резко повернулась она к Роверу. – Чего ты хочешь? Помочь обработать рану? Давай это мы быстро! – нервозно разорвав пакет и вскрыв антисептик, Кьяра схватила его за руку, принявшись втирать гель в разбитые костяшки пальцев.
– Я знаю, будет непросто, – справившись с нахлынувшими эмоциями, произнёс Ровер, ловя момент пока она занималась его царапиной. – Мы не сможем стать друзьями, потому что любили друг друга, и до сих пор … эти чувства бередят душу. Когда ты почти потеряла меня, ты приняла поддержку Яроса, потому что у тебя была надежда. А теперь этой надежды у тебя нет, и мы лишь вызываем у тебя болезненные воспоминания, от которых тебе хочется убежать. Видишь, я чувствую тебя Кьяра. Но ведь твой сын тоже напоминает тебе о Яросе, как и ты напоминаешь мне о моей боли. Но мы через это пройдём и научимся её не замечать. Это как прививка. Чтобы свыкнуться нужно время.
– Да, так обычно говорят. Но на самом деле всякая боль отнимает от нас кусочек за кусочком, и мы уже никогда не сможем стать прежними. Со временем мы лишь затвердеваем и становимся надщербленными. Я останусь Скай, чтобы попытаться. Только пообещай мне, что, если тебе станет хуже – ты отпустишь меня, – отпуская его руку, Кьяра подняла на него заполненные бездонной печалью глаза, и эта бездонность тут же начала его в себя затягивать.
– Договорились, – прошептал он, подавшись вперед и коснувшись губами символа круга на её щеке. – Давай я попробую убедить его поесть, – всё ещё прижимаясь к её лицу, тихо предложил скворанин.
На удивление, авторитет Ровера маленький упрямец принял и признал сразу же, послушно открывая рот, параллельно обворожительно строя Роверу глазки.
– Он потешный. Цвет глаз твой, но строение скворанское. И у него растут светлые волосы. Было бы забавно, если бы они ещё и закручивались в пружинки, как у тебя, – наблюдая за играющим Джеем, бросил Ровер, взглянув на Кьяру через плечо.
– Кучерявый скворанин это уже слишком, нелепый перебор какой-то. Хотя … во вселенной тогда бы он уж точно был такой единственный, – слабо улыбнулась она через боль. – Маленький диктатор, которого я очень сильно люблю. … Скажи Скай, твой отец уделял тебе время? – направление мыслей Кьяры сменилось, и она помрачнела буквально за пару секунд. – Я знаю, что у скворан воспитанием сыновей занимаются отцы, но ведь твой отец правил Сквораном, разве у него была возможность уделять тебе внимание?
– И несмотря на это – я постоянно был с отцом, – эти воспоминания так же не приносили ему радости, но Ровер с готовностью ответил. – Ведь я был наследником, поэтому впитывал в себя нюансы правления с пелёнок. Отец брал меня везде с собой: на охоту, на ревизию военных баз и космопортов, на ритуальные обряды, при мне принимал регентов и жалобы, когда я стал старше – стал брать меня на казни. … Кьяра, поэтому у скворан и существует традиция круга. Если отец по каким-то причинам не может воспитывать сына – этим занимается один из мужчин его круга. Яр был уверен, что мы прилетим за тобой, и вместе с этим он знал, что мы с Таном побеспокоимся и о его сыне. Не волнуйся, я воспитаю Джея, … я бы всё равно не смог ненавидеть тебя слишком долго.
– Потому что у скворан нет постоянства в эмоциях, для этого им нужен симулянт, – вздохнув, пробормотала Кьяра, как раз и не зная, как ей самой справиться со всеми обрушившимися на неё волнениями. – А разве Джей не является для тебя этим раздражителем? Мой сын будет питать твой негатив, твою ненависть, делая её стойкой.
– Нет, – с совершенной уверенностью произнес Ровер. – Моего раздражителя больше нет.
– Им был Ярос? С ним была связана и твоя любовь, и твоя ненависть? … Тогда, учитывая скворанскую натуру, если у тебя и оставались ко мне какие-то чувства – скоро они угаснут. Все.
Ничего не ответив ей, Ровер только усмехнулся.
– Почему вы с Джеем оба так хитро улыбаетесь? – прищурилась Кьяра, по очереди оценив их своим взглядом. – Джей понятно – он втихаря вытряхнул весь медицинский клей. А ты? Неужели у тебя снова есть что мне возразить?
– Конечно, – продолжая улыбаться, кивнул Ровер. – Ты не учитываешь один важный фактор – я хал. Я высокорожденный с иным эмоциональным потенциалом. Да я скворанин, но я умею направлять эмоции в постоянное русло. Если бы моей расой правил низкорождённый, например выслужившийся до высокого ранга скворанин, то из-за своего нестабильного склада он бы не справился и с малой долей груза ответственности. Халы же стабильны там, где им это необходимо, они рождены, чтобы подчинять и контролировать эмоции других. А Яр видимо рассказывал тебе о том, что чтобы мне не потерять к тебе интерес – мне нужен раздражитель? – улыбка Ровера перекосилась в кривую ухмылку. – Он лукавил. Если бы я был обычным скворанином, как он – то да. …Кьяра я мог бы любить тебя всю жизнь, и для этого мне не нужно было чтобы с тобой заигрывал кто-то из моего круга. Это я был раздражителем для чувства Яроса, а не наоборот. Ответь мне на один вопрос Кьяра. Почему всё-таки он? – Ровер пристально вглядывался ей в глаза, и сейчас на неё смотрел тот прежний скворанский влюблённый в неё парень, не осознающий до конца, что ранит её ещё больше. Что одна половина её сердца сейчас кровоточит за Яросом, а вторая ноет с тех самых пор, как она повернулась к Скаю спиной. Если раньше болела только часть, то в эту минуту – её сердце просто разрывалось.
– Скай, мне кажется, полтора года назад мы всё друг другу уже сказали. Не надо. Пожалуйста, не смотри на меня такими глазами, я не хочу об этом говорить, – испуганно зашептала она, принявшись сосредоточенно собирать жалкие остатки, от того, что раньше называлось медпакетом, до того, как оно попало к Джею.
Ровер властно накрыл её руку своей ладонью:
– Один ответ на один вопрос, – с нажимом в голосе произнёс он. – Скажи!
– Потому что … ты боялся любви, серьёзных отношений, даже пытался сдать меня моей матери, ты ужасался, что тебя накрыло это чувство, а он нет. Яр не боялся любить меня несмотря ни на что.
Её ответ не то, что озадачил Ровера – он буквально выбил почву у него из-под ног, лишил речи и временного мировосприятия. Поднявшись, он просто тихо вышел, даже не обратив внимание на торчавшего в коридоре Тана.
– А кто-то мне доказывал, что это просто благородная забота о члене семьи и ничего больше, что скворане не возвращаются к предателям и уж тем более не живут с променявшими их женщинами. В какой-то момент я тебе даже поверил, особенно после того количества девиц, которые у тебя были после Кьяры, когда ты пытался мне доказать, что её терапия изменами помогает всем. Что ты надумал Скай? – волочась за ним следом, ворчал Тан. – Вы не сможете вернуться и повторить всё сначала, ваше совместное будущее отравлено и невозможно. Ты никогда больше не сможешь ей доверять – я ведь тебя знаю. А её сын будет вечным напоминанием стазиса и того, что случилось после.
Ровер не отвечал, казалось, он даже не слушал друга.
Почувствовав, что корабль заходит на посадку, Кьяра быстро собрала сына, и не дожидаясь пока ей об этом сообщат индивидуально – направилась к входному стабилизирующемуся отсеку. Но услышав голоса, мимо воли замедлила шаг.
– У Ровера снова запала планка, его вот-вот понесёт! – не находил себе места Тан.
– Но внешне он выглядит спокойным, – возразила Хайди.
– Только вот уже сутки как молчит! – с обеспокоенным отчаяньем воскликнул Тан. – Ни слова, ни звука! Он отключил моего киберпилота, вырубил всю автоматику и сажает корабль вручную, как в старые смутные времена. Амина Ровер разговаривал с тобой сегодня?
– Нет. Будто вообще не замечает, – прозвучал голос скворанки из той же каюты.
– …Терра, – тихий шепот, дыхание, неожиданно коснувшееся её уха позади неё, заставили Кьяру вздрогнуть. Но Ровер не задерживаясь, уже шагал дальше по коридору.
Вооружившись, в полной амуниции, команда спустилась в одном из пиратских портов планеты, заслужившей себе такую дурную громкую славу по всей галактике. Кьяра уверенно шагала первой, словно прохаживалась по давно знакомой улице. Запрыгнув в буфер, она почти не глядя ввела нужные ей координаты. Ровер по умолчанию сел рядом, остальные расположились позади. Никто не задавал вопросов, даже желания смотреть друг на друга не наблюдалось, состояние Ровера действовало на всех угнетающе.
Этот притон мало чем отличался от других, в которых, как и в остальных подобных заведениях днём и ночью ошивались пираты, бродяги и наёмники различных рас. Разве что это место, было единственным местом, где можно было встретить берка. В этом притоне всегда можно было найти одного из представителей этой расы – низкорослого, смуглого, с черно-угольными глазами, с тонкими обязательно поджатыми губами, вечно мрачного берка по имени Мао.
Кьяра даже дернуться не успела в сторону берка, как предупреждая её намерение, Ровер бесцеремонно схватил её за шиворот, требовательно протянув к ней свою ладонь:
– Инфаэр! – коротко потребовал он.
– Скай, но я должна сделать это сама. Мне принципиально лично отдать долг.
– Инфаэр! – повторил он, прошипев уже сквозь зубы и с угрозой.
– Кьяра, отдай ты ему этот проклятый ключ! – в свою очередь прошипел с другой стороны Тан. – В скворанском круге деловые аспекты жизни улаживают исключительно мужчины. Не выводи его. Он просто оберегает тебя, это что так сложно понять?!
Глава 38
У Ровера же было такое выражение лица, что Кьяре стало предельно ясно – выбора у неё нет.
Разговор с берком у скворанина был коротким, и, по-видимому, задерживаться на Терре Ровер больше не собирался ни секунды. Теперь уже и Кьяра заметила, что с Ровером действительно что-то твориться – амплитуда затяжной эмоции заходит на шторм.
Она остановила буфер совершенно внезапно. Неожиданно сунув сына в руки Роверу, Кьяра помчалась догонять развязную крикливую компанию наёмников, вернее за одним из них, походка которого была самой неуверенной.
– Шейн! Шейн! – девушка почти схватила его, но руки ринувшегося за ней Тана обхватили её крепким кольцом, не позволив этого сделать.
– Нет! Теперь всё будет по-нашему! – процедил он ей. – Ты не можешь прикасаться ни к кому кроме круга.
– Тогда извини, если я приложусь к тебе слишком по-семейному, – не став церемониться, спеша отделаться от скворанина, Кьяра с силой ударила Тана головой в лицо, помчавшись дальше, пока тот стонал, согнувшись от боли.
– Шейн! – Кьяра всё-таки поймала шатающегося парня, развернув его лицом к себе.
– Эй, ягодка, а не слишком ли ты самоуверенно расставила ножки? – бросил ей один из затормозивших наёмников, обернувшись вместе с остальной шайкой, кладя руку на рукоять пульсара. – Это твой парень? Если нет – тогда я буду первым.
– Первым кто сдохнет, – по пиратскому обычаю Кьяра плюнула на землю. – Я забираю его, и на этом мы тихо разойдёмся без дырок и головной боли. Знаю, наёмники даже в угаре метко палят, но я сегодня встала не с той ноги, так что не советую меня провоцировать.
– Плохо слышим? Вас вакуумных крыс только что красиво попросили проваливать, – раздался позади неё голос с характерным скворанским шипением. – А то нам как раз пригодятся шкурки полировать корпус, и мы в отличие от дамы, обожаем запах палёного, – за Кьярой, держа руки в положении мгновенного реагирования, стояло трое скворан: Тан, Ровер и Ияс. Говорил Ияс, презрительно глядя с высоты своего роста.
Взвесив риск, наёмники всё же не осмелились заедаться со скворанами, поплёвшись себе дальше. Слишком уж известной была быстрота реакции скворан.
Кьяра продолжала держать за плечи далёкого от реальности парня, глядевшего на него стеклянными глазами.
– На кой этот дёрн тебе сдался? – сердито поинтересовался Тан, всем своим видом показывая ей, как он на неё обижен. – Не видишь, что он под кайфом?
– Ну, прости! Прости меня за то, что пришлось ударить тебя Тан, но этот человек мне не чужой. Его зовут Шейн, он летал вместе с Яром. И в таком состоянии Шейн не просто так, – затем взгляд Кьяры переместился на Ровера, и обращалась она уже к нему. – Несмотря на традиции круга я буду прикасаться к тем, кто нуждается в помощи. Потому что эта традиция полный отстой, и прикосновения бывают разного характера. И не вам, отметающим всякие правила, учить меня придерживаться каких-то канонов! Ровер, этому парню нужна помощь, мы должны взять его с собой. Если наш маршрут будет проходить мимо Эйдаса – мы сможем там передать Шейна в руки его родных.
– Мы похожи на армию спасения? Я что карета скорой помощи? – с трудом выдавил Ровер, глядя не на неё, а куда-то поверх её головы.
– Моя подруга Лэа была его девушкой, они выросли вместе, они любили. Лэа должна была улететь, но осталась ради меня и погибла. У него горе Скай, я не могу его отпустить с этой бандой! Он ведь пропадёт! – умоляюще отстаивала свою просьбу Кьяра. – Шейн никогда не был солдатом. Он родился на планете радуги и спелых яблок, он добрый парень с разбитой судьбой. Пожалуйста, Скай, – она подошла ближе, попытавшись заглянуть скворанину в глаза, но тот упрямо отводил взгляд.
– Если я соглашусь, ты перестанешь быть дрянью и начнёшь общаться со своей командой. Или я заберу ребёнка, а тебя и твоего дружка оставлю здесь упиваться вашим общим горем, – довольно сурово изрёк Ровер, так и не удосужив её своим взглядом.
– Слушаюсь … капитан, – понуро прошептала девушка.
– И ещё, … ты сможешь находиться с этим парнем только в присутствии третьего лица. Это не обсуждается, – добавил Ровер, хватая невменяемого Шейна и таща его в буфер. – Поздравляю, благодаря Кьяре у нас теперь есть новый курс. Мы направляемся к Эйдасу!
– Но … мы не собирались в ту сторону, – заикнулся Тан радуясь возможности поговорить с другом. – Хотя, если ты так решил, – тут же исправился он, видя реакцию на лице Ровера.
Шейну было всё равно кто с ним, и куда его ведут, не говоря уже о том, что с ним будет. Как только корабль Ровера стартовал с новым пассажиром на борту, Кьяра сразу же явилась к Хайди.
– Его ведь можно стабилизировать и вывести из этого состояния в ближайшие пару часов? – по-деловому осведомилась она.
– Ровера или Шейна? – с укором поддела её Хайди. – Если Шейна, то да, а вот что твориться с нашим капитаном остаётся только предполагать.
– Так и скажи, что винишь меня, – с вызовом, перешла в защиту Кьяра. – С самого начала было ясно, что это паршивая идея стать одной командой, после всего, что было. Но Скай мудрый и сильный мужчина, он разберется. Так ты выведешь Шейна из розового тумана или нет?
Хайди шумно вздохнула, с грустью взглянув на сестру:
– Я скучала по тебе. Мне повезло повидать маму, она спрашивала о своей малышке. Кьяра, ты вернёшься к нам или останешься там, в своей холодной чёрной дыре?
– Значит, ты стала женой Тана? – выдавила из себя вымученную улыбку Кьяра, уходя от её вопроса. – Никогда даже вообразить себе не могла, что моя старшая сестра свяжет свою судьбу со скворанином. Выходит, он особенный?
– Тан умён и талантлив. Ради этого можно сносить его эмоциональные бури и остальные скворанские завихрения.
– Точно, мозг у мужчин тоже ведь может быть сексуальным. Как раз то, что тебе нужно. Выходит, я сыграла с твоей судьбой заодно. Если бы не я – летать бы тебе на твоих санитарных рейсах до сих пор. Не пора ли заняться Шейном?
– У тебя чудесный малыш, – улыбнулась Хайди, отвечая ей тем же приёмом. Пока длился их милый разговор, в медотсеке по очереди, не сговариваясь, собралась вся команда. Скворанам было до ужаса любопытно понаблюдать, как же исправляется Кьяра. Последним явился Ровер.
– В тот день, узнав о твоей беременности, я надеялась, что сама приму роды у своей сестры. В трудный момент я хотела быть рядом с тобой, – продолжала Хайди, игнорируя протестующую мимику Кьяры. – Расскажи, как родился мой племянник? Мне интересно это ещё и как доктору. Ведь не часто рождаются такие младенцы.
– Сейчас не самое походящее время болтать об этом Ди.
– У тебя его никогда не выпросишь.
– Ладно. Несмотря на свою уникальность Джей родился самым обычным естественным путём, – вздохнув, ответила Кьяра, воинственно скрестив руки на груди. – Хочешь послушать? Будь, по-твоему, я вдамся в совершенно не уместные сейчас подробности. И я не думаю, что буду выглядеть дрянью, я ведь отвечаю на твой вопрос, правда Ди? Меня ведь не должны заботить чувства Ровера? – умышленно не глядя на скворан, и уже не обращая внимания на сомнения Хайди, уверенно продолжала Кьяра, зная, что Ровер ловит каждое её слово. – Мой сын родился в космосе. Джеяр гражданин вселенной. Когда начались схватки Яр поднял корабль, нашел безопасное укрытие и мы стали ждать. Только он и я. Никаких докторов и свидетелей. Мы сделали его вместе – вместе и пустили в этот мир. Моментами было адски больно, но страшно не было. Потому что мой муж не боялся, на удивление Яр держался ровно, без всплесков и колебаний. Он верил, что всё будет хорошо. Я видела перед собой его синие любящие глаза, его потрясающую улыбку и тоже верила. Мне не нужны были никакие обезболивающие – только голос моего любимого мужа. Яр всё сделал сам, принял ребёнка, перерезал пуповину. … А когда Яр посмотрел на меня, держа на руках нашего сына – я поняла, что только ради этого взгляда, я готова рожать ему детей хоть каждый год до конца своих дней. … Но конец, наступил гораздо раньше, чем мои дни. И я не знаю, … я не вижу выхода из чёрной дыры. Ты спрашивала, вернусь ли я? … Разве что частично. Вы не подумайте, будто я стала бессердечной стервой – наоборот, я желаю вам всем долгих наполненных радостью лет. Тебе с Таном. Я не хочу, чтобы ты или Тан переживали потерю любимого, это … это неиссякаемая боль. Я хочу, вы даже себе не представляете, как сильно я хочу, чтобы Ровер был счастлив. Чтобы он снова шутил и улыбался, чтобы снова беззаботно жил одним днём и сутками не вылезал из своей каюты, кувыркаясь там с симпатичной девушкой. Я люблю вас, и только из этого чувства я хочу доказать вам троим, что только без меня вы сможете стать свободными получить своё счастье.
Сначала повисла тишина, но затем эту тишину разорвал дикий хохот Ровера. Он смеялся и не мог заставить себе остановиться, чуть ли не качаясь по полу, но этот смех вызывал ощущение жути, он был отчаянным, истерическим, он был предвестником нечто разрушающего.
– Это прескверно, – Тан отреагировал первым, подойдя к Кьяре и к своей жене. – Хайди, медленно уведи её отсюда. Он не веселиться, и это может плохо кончиться. Постараюсь привести его в чувство, но на всякий случай Кьяра не попадайся ему сегодня больше на глаза.
Занимаясь Шейном, Хайди постоянно косилась или на двери, или на сидевшую как на иголках Кьяру.
– У нас с тобой всё-таки разное видение счастья, – произнесла Хайди. – Это ты думаешь, что можно вычеркнуть кого-то из жизни и зажить себе счастливо и беззаботно с одним единственно для тебя важным. Для тебя твоим всем был Ярос, а для кого-то всё – это ты. Ровер не может тебя забыть Кьяра, и это так удивительно и печально одновременно. Он долго не мог заставить себя покинуть квадрат, в котором ты находилась, поэтому был вынужден кружить в доступной зоне. Он больше никогда никого не полюбит, для него и эта любовь слишком убийственна. Ровер пытался тебя забыть, у него было много девушек, но он ничего к ним не испытывал. Абсолютно ничего. Вот тебе пример, как только ты появилась на корабле – он тут же полностью перестал замечать Амину. Скай больше не сможет стать счастливым, как ты говоришь – ты покалечила его Кьяра. Единственное, что его утешит – это если ты будешь рядом с ним. Возможно, тогда его раненая гордость заживёт и весёлый Ровер вернётся. Ты ведь так безумно любила его, и я не поверю, что ничего не осталось, просто с Яром тебя связывал ребёнок и пережитое, но с Ровером тебя тоже многое связывает. А для меня, … я каждый день думала, где ты, что с моей сестрой, как бы увидеть тебя снова. Я даже не могла как следует заниматься любовью, потому что мои мысли постоянно уводили меня в сторону. Может это прозвучит ужасно глупо, но, когда ты появилась на корабле, я чуть ли не в первый раз испытала полноценный оргазм с Таном! Поэтому не следует полагать, что наше счастье наступит лишь тогда, когда мы избавимся от тебя!
– Подумай … если ты уйдешь, на твоей совести останется сексуальная неудовлетворенность сестры, – подал слабый голос, пришедший в себя Шейн, пока Кьяра взирала на Хайди, приоткрыв рот.
– Шейн, милый, … наконец-то это ты, – с сочувственной улыбкой Кьяра переключила своё внимание с запутанного на сложное. – Я рада, что вовремя нашла тебя балбеса. Мы летим на Эйдас, доставим тебя домой.
– Мне без разницы, – мутные глаза Шейна наполнились тоской. – Думаешь, мне важно, что со мной будет завтра? … Кьяра, я её больше никогда не увижу. …Никогда.
– Но губить себя не выход, глупый бессмысленный исход, вспышка эмоций! – возмущенно повысила она голос, – Я тоже никогда больше не прикоснусь к Яру, и мне тоже невыносимо больно, но я обещала своему мужу, что буду жить!
– Потому что у тебя есть сын, есть смысл, а какой смысл есть у меня?
– Сейчас ты его не видишь, но позже … Шейн, Лэа хотела бы, чтобы ты жил. Умирая, наши любимые успокоились тем, что мы остались невредимы, что ради них, мы будем улыбаться через силу, будем бороться за свой чистый горизонт…, – и тем не менее, на глазах Кьяры выступили слёзы.
– Кьяра, иди отдохни. Прошу тебя, оставь меня сейчас, слова помогают мало, а война забрала слишком много, – прошептал Шейн, закрывая глаза. Но как только Кьяра вышла, Шейн взглянул на Хайди довольно серьёзным и вдумчивым воспаленным взглядом.
– У тебя есть слабое снотворное? Можешь подсунуть его своей сестре? Дело в том, что я хорошо знаю эту девушку, знаю, что моё решение ей не понравиться, и что она изо всех сил будет пытаться помешать мне.
– Если ты хочешь убить себя – я не стану тебе в этом помогать, – категорично покачала головой Хайди.
– Нет, я лишь хочу воевать с яшварами. Даже если я прикончу хотя бы одного из них – я буду знать, что отомстил. Мне не станет легче дома, в саду у родителей. Мне станет легче с оружием в руках, от горько-сладкого чувства мщения. Поэтому ты усыпишь Кьяру, а я попрошу вашего капитана высадить меня неподалёку от базы, набирающей рекрутов.
– Но, когда Кьяра узнает – нам тут всем достанется, – протестуя, проворчала Хайди, многозначительно вскинув бровь, так, как если бы она уже что-то задумала. – А у нас тут и без тебя проблем хватает. Давай-ка мы сначала отвезём тебя на Эйдас, а потом делай что хочешь. Я не хочу, чтобы моя сестра переживала ещё и за тебя. Но я обещаю, что сохраню твоё намерение в тайне. Пойми Шейн, Кьяре тоже очень нелегко, и ради неё, ради своей семьи, … на снотворном я, пожалуй, продержу не её, а тебя, – и ловкие пальцы доктора, с поразительной быстротой воткнули иглу в мышцу своего пациента. Вопреки ожиданиям Кьяры, Ровер не посадил корабль на Эйдасе. Слишком уж вероятен был риск, новый военный конфликт вынудил коалицию усилить патрулирование космотории. Поэтому Шейна спустили в мобильной шлюпке, воспользовавшись кратковременным коридором между патрулями.
Кьяра с каким-то смешанным чувством, созерцала планету с орбиты, размышляя о том, как сухо и холодно с ней простился Шейн. Не потому, что рядом с ней находились скворане, нет. В его глазах девушка увидела безмерную пугающую пустоту, словно этот человек поставил на себе крест, и происходящее с ним потеряло для парня всякое значение.
