Текст книги "Бродяга (СИ)"
Автор книги: Лаванда Риз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц)
Пока Ровер выяснял со своей бывшей подругой свои отношения, подойдя к окну и достав свой усовершенствованный Таном бинокль, Яр в свою очередь стал внимательно наблюдать за Кьярой. А именно его интересовало то, что девушка в данный момент писала в своём дневнике. Цифровые проецирующиеся под разными углами линзы легко позволяли ему читать текст.
«Я не знаю, что со мной происходит! Это так странно … и страшно.
Я боюсь разочароваться. Боюсь увидеть в глазах Ровера то, что всплыло в глазах Тома – эту пустоту.
Я боюсь довериться, впустить в сердце и быть безразлично выброшенной на обочину.
Я боюсь стать слабой. Боюсь даже себя, и того, что твориться в моём сердце, когда он рядом со мной. Он мой неопознанный летающий объект. В нём скрыт целый мир, и он несется куда-то как комета.
… Я переспала со скворанином. … Чего раньше не могла себе представить даже в страшном сне. И была сегодня счастлива, как последняя дура, потому что мне было необыкновенно хорошо с ним.
Зато после, я испытала отвращение оттого, что он сделал это со мной в постели своей бывшей пассии. Мне противно жить в её доме, пользоваться её вещами и даже находится на этой планете! Что это ревность?
…Кажется, я подошла к черте невозврата. С одной стороны, мне хочется всё бросить и в панике сбежать, наплевав на его угрозы лишь бы никогда его больше не видеть. А с другой стороны, мне хочется стереть все эти дурацкие адреса на его теле, его привязанности и единолично остаться с ним. …Но наверняка предыдущие тоже думали, что они особенные, что именно они покорят сердце этого загадочного скворанина.
Так что же ему помешает бросить и меня? Ничего. Особенно, если учесть его стремление завоевывать новые горизонты в прямом и переносном смысле. Ты попала в сети, Кьяра Сноу, и боюсь, тебе не хватит решимости из них выбраться. Он уничтожит тебя, но не с помощью оружия, а иначе, более ужасным способом, нанеся вред тому, что восстановить не так-то просто – душе.
Я в отчаянье. Я этого давления просто не выдержу!»
Поразмыслив немного, Яр решительно направился на веранду, провожаемый пристальным ревнивым взглядом Ровера.
– Я сейчас не в настроении с тобой разговаривать, – буркнула Кьяра, завидев его.
– А ты не разговаривай, а слушай. И мне плевать какое там у тебя настроение! – плюхнулся рядом с ней Яр. – Все заметили, что слова Астры, возымели на тебя своё прямое действие, задели твою впечатлительную детскую психику, и ты умчалась взъерошенной кошкой. А ведь Ровер терпеть не может женских сцен. Он их поэтому и бросает, как только осмелевшая собственница начинает качать свои права.
– Яр, ты пришел давать мне советы о том, как мне остаться с Ровером? – удивленно уставилась на него Кьяра.
– Авансом. На ещё одно тату или поцелуй. Почему бы и нет, мы ведь с тобой пережили несколько волнующих мгновений, – усмехнулся Яр, покосившись на неё своими ядовито синими глазами. – Это даёт мне право вмешиваться в твою жизнь. То, что Астра оказалась балластом, это ведь её проблема, верно? А кто-то может оказаться энергией дающей силы бродить по вселенной, энергией, которую уже ничем нельзя заменить. Смыслом, если хочешь в этой петле времени под названием жизнь. Всё в твоих руках. Это конечно чудовищное недоразумение, на мой взгляд, но почему-то именно ты имеешь на Ровера особенное воздействие, я раньше никогда не видел у него такого выражения лица. Но если он вдруг всё-таки тебя бросит …, – на Кьяру снова уставились ироничные глаза с мигающими тремя зрачками.
– Так и быть я тебя подберу, … потому что таких девушек как ты на самом деле не теряют.
Если бы сказанное прозвучало не от скворанина. …Кьяру это просто ошеломило. Ей даже пришлось встать и отойти от него, чтобы дать себе успокоиться. Яр поднялся за ней, через время мягко разворачивая её к себе за плечи. Несколько минут Кьяра разглядывала его, хлопая ресницами, не зная, как ей среагировать на его слова, то ли разозлиться, то ли рассмеяться. Но потом всё-таки тихо спросила:
– Почему?
– Не знаю, – пожал плечами Яр. – Может, потому что мне тоже нужен смысл.
Она грустно улыбнулась ему, отвечая прежде всего своим взглядом.
– Ты несносен поверхностно, но уникален внутри. Хоть и дерзко, но ты всё же пытаешься поддержать меня, утешить. Это удивительно и очень мило, Яр. С трудом верю, – растроганно прошептала Кьяра. – Твои эмоции обращаются намного быстрее, чем у других. Ты разный каждую минуту. А как же стабильная ненависть?
– О, она осталась. К имперцам. Просто тебя я вычеркнул из списка, – небрежно бросил Яр.
– Серьёзно? – она опять улыбнулась, задумчиво глядя ему в глаза. – Значит, …энергией говоришь? Я хочу тебя обнять. Можно?
Теперь растерялся Яр, а это с ним случалось не часто. Он попытался выдать свой очередной сарказм по этому поводу, но не дожидаясь ответа, Кьяра взяла и порывисто обняла его первой. Причём крепко и очень искренне, а затем, не отпуская, привстав на цыпочки, с нежностью поцеловала его в уголок рта. Яр почувствовал это, именно её нежность.
А ещё он почувствовал взгляд сквозь стекло. Роверу снова повезло наблюдать самый «удачный» момент, но теперь он решил не разгадывать головоломки, а выяснить всё напрямую, подмываемый своими вновь взыгравшими эмоциями.
Глава 17
– Так мило! Я просто сейчас расчувствуюсь! – резко бросил он, прерывая их объятья своим появлением. – Такая между вами дружба, ребята, разгорается, что просто самому завидно! Я родился скворанином, я знал сотни скворан, непредсказуемых и изменчивых в своих поступках, но почему-то именно ты, Колючка, своими непредвиденными порывами, почему-то именно ты решила вынести мне мозг! Что происходит, Кьяра?! Что, чёрт возьми, происходит между вами?! Там, в спальне, мы с тобой замечательно поладили, но потом вдруг вспыхнула эта истерика и вот ты уже ищешь утешения на другой груди! Решила сделать двойную ставку? – его взгляд, как и тон стали очень жесткими.
– Скай …, – заикнулся Яр, но тот вскинув руку, показал жестом, что он не давал ему слова. Только Яр и не подумал подчиниться. – Ты влюблённый ревнивый идиот вот кто ты! – выкрикнул он другу в лицо. – Включил Кьяру в свой квест, притащил в гнёздышко бывшей, переспал с ней в чужой постели, после чего оправдываясь, назвал её пикантной ситуацией, а теперь спрашиваешь, что это с ней?! Что, эта девушка уже так сильно забралась тебе под кожу, пора отталкивать?! Испугался, что было очень хорошо?! Так вот на счёт меня проясним чётче – в этом лохматом чуде я перестал видеть солдата коалиции. Она даже не член Империи – она помесь неизвестно чего! Благодаря тебе я принял её в нашу команду, и рядом с ней моя боль и ненависть почему-то притупились. Кьяра теперь твоя девушка, и я уважаю это, брат. Но если вдруг ты изменишь свои планы – обещаю, я пересмотрю свои. Решил разобраться, значит?! Давай! Да, Кьяра, мне нравится. Да, вот так вдруг, я тоже в числе тех изменчивых скворан! И я знаю, что тоже нравлюсь ей, но вот ты почему-то нравишься ей больше. Третьим лишним я никогда не стану, пока ты не решишь поменяться со мной местами или не примешь её в круг. Теперь, надеюсь, тебе всё прозрачно?!! – на повышенных тонах закончил Яр.
И после услышанного, Кьяра в смятении шагнула под дождь, чтобы холодные струи привели её в чувство.
Ровер молчал, эмоции в нём кипели, но было видно, что он с ними героически боролся. Затем он тоже вышел под дождь, став напротив девушки, задав свой вопрос чётко и прямо:
– Ты согласна с тем, что он сказал?
Всё ещё опешившая девушка лишь кивнула ему в ответ.
– Чего ты хочешь? – продолжал добиваться Ровер, не сводя с неё глаз.
– Хочу немедленно убраться отсюда, – выдавила она. – Хочу, чтобы вы перестали ругаться, а оставались друзьями, потому что это важно, а вы этого не цените. Это глупо, Яр для меня всего лишь твой друг. Какие двойные ставки? Это только ты привык играть, но я нет! Я никогда не жонглировала людьми и не собираюсь, потому что это претит моей сути! Да, жизнь ценна, Ровер, а ещё ценнее она своей реальностью. Ты любишь свободу? Тогда дай её и мне, а не заключай в свои правила игры. Ты словно боишься искренности и настоящих чувств, тогда объясни мне как в таком случае ты можешь любить жизнь?!
Заслышав её слова, Яр зааплодировал ей, выразительно взглянув на друга, и не говоря ни слова, закрыл за собой дверь, оставив их одних.
– Корабль будет готов лишь к завтрашнему утру, – глухо выдавил Ровер, продолжая пристально смотреть на девушку.
– Тогда я буду бродить по городу до завтра, – упрямо заявила Кьяра. – Прости, но в этот дом я больше не войду. Я знаю, ты не любишь, когда тебе диктуют условия, но спать в её постели ниже моего достоинства, даже если она и не плохой человек. Может, мои принципы, с одной стороны, кажутся глупыми. Но там ваши с ней воспоминания, и я не хочу, чтобы они переплетались с моими.
– Одну я тебя не отпущу, – и Ровер спокойно протянул ей руку.
Бесцельно бродить под холодными и пробирающими каплями оказалось не так уж и приятно, но похоже Ровера не очень отягощали эти неудобства. Он ушел вглубь себя, раздумывая над какими-то своими мыслями, крепко сжимая её ладонь.
– Тебе это не впервой, не так ли? – через время спросила у него Кьяра, искоса наблюдая за ним.
– Шататься под проливным дождём вместе с бродячими собаками? – подняв на неё глаза, серьёзно произнес он. – Да, через это я тоже проходил. Если ты не в системе, очень сложно стать заметным, чтобы кто-то заинтересовался твоей судьбой и подал на пропитание. Я был скворанским мальчишкой, а кто-то видел во мне мутанта, вылезшего из катакомб, и меня безразлично пинали, как и тех безродных шавок, которые слонялись за мной, поджав хвосты. Я мог находиться в людном месте и оставаться незамеченным, видеть каждого, оценивая, управляемый своими взрывными эмоциями, искать выход и способ выживания под ногами у снующих, затянутых в режим человекоподобных. И в один прекрасный день я решил, что никогда я больше не буду подчиняться чьим-то правилам – я буду сам брать то, что мне нужно. И я стал упорно оттачивать мастерство вора. Пришло время тебе это продемонстрировать! – и прежде, чем Кьяра успела что-либо возразить, Ровер стал уже что-то быстро загружать в голограммную программу своего эла, на котором проецировалось активировавшееся устройство, которое он всегда неизменно носил за ухом вместе с микрофоном передатчика. И тут же, как по заказу, ворота особняка, возле которого они остановились – медленно и гостеприимно распахнулись.
– Заходи, сейчас тут никого нет, а мой опыт подсказывает, что хозяева бывают здесь редко, – легонько подтолкнул её Ровер. – Давай смелее. Будь девушкой своего парня. Тем более что нам нужно согреться и поесть. Может нам даже повезёт, и мы наткнёмся на что-нибудь стоящее. И да, предупреждаю сразу, моя совестливая гражданка Империи, что по этому поводу лично моя совесть меня уже давно не грызёт, так что даже не стоит меня отчитывать!
Что тут сказать, в чужой дом Кьяра вламывалась впервые. У неё покалывали кончики пальцев, сводило живот и почему-то всё время хотелось оглядываться.
– Давно хотела спросить, что это за устройство у тебя за ухом? – спросила она, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. – Никогда с ним не расстаешься, даже спишь с ним.
Ровер усмехнулся, и немного помолчал, прежде чем ответить:
– Это испытываемый образец. Новая разработка Тана. Ты ведь уже поняла, что Тан – это гениальный мозг, моё самое главное сокровище. Из двух разбитых мотоботов, микроволновки и детского телескопа он может собрать даже спутник. Но лучше всего он всё-таки разбирается в программировании. Ведь свой первый срок он схлопотал именно за хакерство.
– Так что же делает это устройство? – не дала себе заговорить зубы, Кьяра.
– Э-э-э, это своего рода декодер, и он в состоянии продублировать любую информационную систему в радиусе пятидесяти метров, импульсный робот, обходящий защиту любой сложности. С его помощью я взламываю все замки и коды баз данных, отключаю охранную систему и скачиваю зашифрованные файлы с электронных носителей.
– То есть взломать эл, того кто проходит мимо – тебе проще простого?
– Точно, рядом со мной о приватности не может быть и речи! – кивком головы подтвердил Ровер. В его глазах уже блеснули лукавые искорки, он знал, о чём будет её следующий вопрос.
– Ты, засранец, читаешь мой дневник? – спросила Кьяра, голосом обиженного ребёнка.
– Давай так, Колючка, – усмехнулся он, – сейчас мы с тобой оказались в любопытной ситуации, когда всё моё твоё, а всё твоё стало быть – моё! Значит, и данные твоего эла тоже. …Что это у тебя за мина на лице?! Может, мне не нравится, когда девушка от меня что-то скрывает! Вот поэтому я и читал твой дневник. Что тут такого?
– Причём тут сокрытие? Это мои собственные мысли и переживания, я их записываю для себя, а не для чужих глаз. Это очень личное, территория, где вправе быть только один! Понимаешь?
– Нет. Если женщина мне принадлежит – она не может скрывать своё отношение, я должен знать её мысли и хватит уже об этом дурацком дневнике! – Ровер начал снова заполняться эмоциями, хотя Кьяра заполнялась своими не меньше скворанца.
– Я тебе вовсе не принадлежу, это просто …, – она растерялась, подбирая подходящие слова, замолчав на минуту, а он, в это время притянув её к себе, вдруг спросил.
– Ты мне доверяешь?
Под этим взглядом Кьяра растерялась ещё больше.
– Конечно, как же можно доверять бродяге, скворанину, – с горьким сарказмом продолжил он, глядя ей прямо в глаза. – Вору, убийце и космическому отбросу. Но тебя всё равно тянет к такому, и наш с тобой секс был не ради самосохранения. Тебе было хорошо со мной. Я это знаю даже без твоего дневника.
Кьяра разговаривала с ним глазами, вернее они сами выдавали ему все ответы. Испугавшись, что он держит её душу, словно на ладони, ощущая её малейшие колебания, резко развернувшись, девушка вырвалась и пошла дальше из холла по затемненному коридору. Повернув направо, она оказалась в аркальном проходе, ведущем в огромный зал, но рука скворанина вовремя остановила девушку.
– Ч-ч-ч, тебя не насторожило то, что здесь нет двери? А эти мигающие точки в углах под потолком? – тихо произнёс Ровер. – Это говорит о том, что здесь, помимо основной, ещё находится и автономная, слишком чувствительная, как и ты, охранная система.
Его декодер тут же вызвал голограммную проекцию схемы сигнализации, но со взломом этого кода у Ровера вдруг возникла небольшая заминка.
– А код-то у хозяина, и похоже он находится далеко за пределами пятидесяти метров, – беря с него пример, язвительно заметила Кьяра.
– Ха, ты же не думаешь, крошка, что меня это остановит?! Я всё равно подберу код и взломаю вход, просто на это уйдёт чуть больше времени. И не нужно смотреть на меня «ну ведь так же нельзя, за это тебя обязательно должны наказать»!
Вскоре зал, заполнившись пересеченным лазерным решетом, и сменив свой цвет на зеленый, покорно впустил своих непрошеных гостей.
– Вот видишь, а ты сомневалась, – самодовольно усмехнулся Ровер.
– Ты знаешь, в этот раз я почему-то даже ни капельки не сомневалась, – вздохнула Кьяра. – Хотя меня это и не радует.
Любопытство разбирало всё же и её, очень уж теперь хотелось узнать, что же такого ценного хранилось в этом зале. Вспыхнуло освещение.
– Похоже, тут обитает коллекционер, – произнес Ровер, разглядывая стенды с камнями. – Это минералы.
– И судя по всему, очень редкие, а поэтому ценные, из разных уголков галактики, – подала голос Кьяра, засмотревшись на один из экземпляров. – Вот это изолит, а это сцелий. Очень, очень редкие минералы, в них огромный потенциал. Империя охотиться за их залежами по всей вселенной.
– Ты ещё и в минералах разбираешься, заучка?
– Не совсем. Мой дед был исследователем. Он много путешествовал, рассказывал и показывал образцы. Он был …, – Кьяра вдруг смутившись, отвела глаза. Ей показалось что, только что она сделала для себя странное открытие. – Я поняла, почему у меня сложилось такое неоднозначное к тебе отношение, – заговорила она снова, но уже не глядя на него. – Мой дед был не такой, как все. Он был гражданином вне системы. А я его очень любила. Эти его рассказы, двусмысленные шутки, подарки, которые он привозил нам с разных мест – какие-то поделки, безделицы иных народов. Он тоже любил жизнь и перечил режиму. Он был гениальным учёным, поэтому ему многое прощали. Он даже не захотел принять регенерационную программу замещения. Услуги этой программы стоят больших средств, вместо больного сустава ты можешь поставить другой, зараженный орган сменить на здоровый, искусственно выращенный. Дед мог себе это позволить, но не стал, несмотря на все наши уговоры. Говорил, что «кому нужна эта фальшивая имитация жизни», что «всё должно идти естественным путём, и что смерть такая же закономерность, как и рождение». У него было очень нестандартные взгляды, как для имперца. Может поэтому подсознательно я и выбрала стезю военного, потому что на самом деле я боюсь старости, потому что не знаю, как бы я поступила на его месте, – Кьяра говорила и говорила, не замечая, что Ровер уже стоит прямо у неё за спиной, затаив дыхание заинтересованно слушая девушку. – Ведь в армии нет стариков, они погибают до того, как успевают состариться. … Мой дед, Уильям Декс, был удивительным человеком, особенно ясно это стало, когда он умер. … И почему я тебе всё это рассказываю?
– Может, потому что у тебя с твоим предком тоже много общего, и ты не такая как все, только тебе не сказали об этом, а заставили думать иначе. Ответь мне, а между тем, что ты сказала, что очень любила деда и тем, что я напоминаю тебе его, есть связь? – проговорил Ровер, задумчиво поправив её непослушные волосы, а затем, неожиданно резко дернув её на себя – стал с жадностью целовать как сумасшедший.
Всю ночь он не отпускал её, упиваясь этой девушкой, её лаской, и тем, как она шептала его имя.
Они появились на корабле, когда Яр и Тан уже по десятому кругу начали терять своё скворанское терпение. Но сделав несколько шагов, Кьяра замерла, медленно поворачиваясь в тесном коридорном отсеке:
– Она дала тебе этот корабль? Почему?
– Скажем, Астра была мне должна, – сдержанно выдавил Ровер, всем своим видом показывая, что ему не хотелось бы говорить на эту тему. Но Кьяра желала знать больше, и теперь его нервозность не останавливала её:
– Ты выбиваешь долги из бывших девушек?
– Печально думать, что ты держишь меня за ничтожество, особенно после проведенной ночи, – произнес он, недовольно нахмурившись. – Она мой друг, и я попросил помощи. Астра знает, что, если вдруг ей понадобиться моя помощь – я сделаю для неё всё что смогу. Тебе обязательно хочется сейчас придраться к чему-то, чтобы поругаться со мной? Тебе было меня мало? Можем закрыться в каюте и продолжить, – намекнул Ровер заигрывающими нотками в голосе.
– Но ты ведь не со всеми расставался по-дружески? Мне просто интересно как будет со мной, – выдавила Кьяра, сама не понимая, почему она вдруг завела этот разговор. – Я как-то не могу представить, что где-то в глубинах космоса будет находиться мой бывший мужчина, на помощь которого я всегда могу рассчитывать, и которому в любой момент буду готова помочь сама, чем смогу. Я просто не представляю нас друзьями в будущем, меня убивает даже эта мысль, что ты… закрутишь очередной роман… а я останусь пустым экс!
– Точно, с тобой лучше расставаться иначе. Ненавидеть друг друга нам с тобой будет легче. Ты ведь это хотела от меня услышать? – бросил он, сердито сузив глаза. – Ты уверена, что в тебе нет скворанских генов? Потому что такое поведение характерно для моего народа. Испортить всё, что имело значение! Браво, Кьяра! Уничтожь меня!
– Наверное, твои гены передаются через половой контакт. Я не знаю, что со мной, – пожала она плечами. – Пойду, облюбую для себя каюту, – Кьяра сбежала от дурацкой ситуации, но не от собственного смятения. Роль Ская Ровера в её жизни значительно возросла, она это не только понимала – она чувствовала это сердцем, что было гораздо важнее. И именно это не на шутку волновало и пугало девушку.
– Ну, это уже что-то! – окинув беглым взглядом капитанскую рубку, произнес Ровер, провожаемый сегодня более пристальными и подозрительными взглядами своих друзей. И не дав им возможности вставить свои комментарии о вчерашних событиях, на мостик заглянула Кьяра, которая было отправилась занимать свою каюту.
– Здесь только три каюты, а нас четверо! – возмущенно бросила она.
– Точно, дизайн интерьера сделан на заказ, две одиночки и одна для молодоженов! – не удержавшись, съязвил Яр, подмигнув ей.
– А зачем тебе теперь отдельная? – обернулся Ровер, но его тон уже не скрывал иронии. – Если ты будешь пинать меня во сне ногами или храпеть, есть ещё диван в общей каюте отдыха.
Недослушав его, демонстративно развернувшись, девушка скрылась в каюте на двоих.
– Ну и ладно, – пробормотала она себе, усаживаясь на широкую кровать, доставая свой эл. – Но не всё будет, по-твоему, скворанин. Посмотрим, как теперь справиться твой декодер! – и Кьяра победно улыбнулась, взглянув на два осколка минералов, лежащих у неё на ладони. – Из-за тебя, Ровер, я стала воровкой, но попробуй поломать себе голову, почему у тебя теперь не получиться заглядывать в мой дневник.
Это открытие принадлежало именно её деду, Уильяму Дексу, что сочетание двух минералов изолита и кадмия – гасит сигналы, воздействуя на электрическое поле вроде своеобразного щита.
Устройство Ровера сообщило, что девушка активировала свой эл, но кроме помех он ничего увидеть так и не смог.
«Я в открытом космосе в прямом и переносном смысле. И да, я ещё не потеряла рассудок. Но даже здесь, на его очередном корабле – я словно в невесомости, не могу собраться, сконцентрироваться, уцепиться за что-то мысленно. Ровер постоянно тормошит меня, заставляя то теряться, то смущаться, а то и злиться, иногда даже всё сразу. Теперь стало ещё сложнее. Как только мы с ним стали засыпать в одной постели – моё неопределенное положение лишь усугубилось. Близость порождает ещё большую требовательность в отношениях. Нервы оголились, а углы стали резче. Но с ума я всё-таки медленно схожу, это что-то пугающее и странное – когда начинаешь нуждаться в его взглядах, звуке его голоса, когда хочется целоваться больше и дольше, когда его нежность принципиальна, когда в предвкушении её начинаешь задыхаться.
… Я же не могла так быстро влюбиться? Я просто увлеклась. … Просто он не похож ни на кого другого, сложная личность. … Боже, я пытаюсь обмануть саму себя! Но это ещё не то всепоглощающее чувство, не та любовь, с которой хочется умереть. А если до этого и дойдёт – я никогда и ни за что ему об этом не скажу! Потому что тогда упрямый скворанин не добившись своего, а именно моего признания – не сможет оставить меня. Когда мы с ним вместе наедине … я испытываю такие непередаваемые ощущения, словно я счастлива и мне больше ничего и не нужно»
Она только успела свернуть экран, спрятав минералы, как в каюту едва не ворвался Ровер, и сев напротив неё скрестив под собой ноги, он стал молчаливо осаждать её своим укоризненным взглядом.
– Что случилось, скворанин? Что-то не так? Мальчику не дали его игрушку или она сломалась? – вызывающе усмехнулась, ликуя Кьяра, тряхнув волосами.
– Признайся, как ты это сделала? – всё-таки не выдержал он.
– А что гениальный мозг Тана?
– Не издевайся, не советую. Скажи лучше сама, – теперь усмехнулся он, медленно надвигаясь на девушку. – Или я заставлю.
Кьяра отрицательно мотнула головой, а через секунду залилась истерическим смехом, потому что Ровер принялся нещадно её щекотать.
– Я не скажу! Не скажу, не скажу! – визжала девушка. – Ты можешь замучить меня до смерти!
Но вскоре крики прекратились, потому как извивающаяся под ним девушка, спровоцировала Ровера уже на другие желания.
