Текст книги "Мрачный Жнец (ЛП)"

Автор книги: Ларисса Йон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

Глава 33

1:02:46

У Азагота оставался час, две минуты и сорок шесть секунд, чтобы освободить Сатану.

Значит, у него чуть больше часа, чтобы привести дела в порядок, потому что выпускать злобного ублюдка нельзя.

Он прижал дочь к груди, чувствуя, как её сердце бьётся рядом с его сердцем, и запоминая это ощущение. Когда он вернулся из тюрьмы Сатаны, им управлял внутренний демон, но в момент, когда он увидел Райку, спящую в колыбели, а К ат присматривающую за ней, успокоился. Прижимая её к себе, он полностью расслабился.

Ну, не совсем. Внутри он бушевал, готовый сделать то, что нужно.

Скоро. Ещё несколько минут… Райка сморщила нос и зевнула, размахивая маленькими кулачками. Он откинул одеяло и провёл кончиками пальцев по пушистому материалу пижамы с утёнком, которую прислал Призрак. Демон оплакивал своего брата, но всё же нашёл время, чтобы отправить подарок. В списке демонов, которых уважал Азагот, Призрак был на первом месте. Азагот не мог вернуть тело Фантома доктору, но собирался положить конец страданиям Фантома, так или иначе. Райка потянулась к нему, и он наклонил голову, позволив ей коснуться своего лица, и вдохнул её свежий, чистый аромат, который не был похож на запах детского мыла, которым К ат её мыла. В глубине души она пахла свежестью, и каким-то образом Азагот понял, что она никогда раньше не жила. Новые души появлялись крайне редко, раз в столетие, и он гадал, что уготовано его дочери. У неё такой большой потенциал.

Она встретилась с ним взглядом, и он не мог отрицать силу любви, которая охватила его. Она заслуживала лучшего, чем рождение в аду. Он подвёл её и подвёл её мать. Азагот устал терпеть неудачи. И был готов заплатить любую цену, чтобы это не повторилось.

В дверь постучали, и Азаготу не нужно было ждать, пока Арес окликнет его, чтобы понять, что они с Карой в коридоре. Он почувствовал, как Арес вошёл в Шеул-Гра, и воспользовался этими последними драгоценными минутами наедине со своей дочерью, чтобы запомнить каждую её деталь.

Ещё один стук, и Азагот подумал о похоронном колоколе.

– Войдите.

Арес и Кара вошли, и пока Кара закрывала дверь, Арес, скрипнув кожаными доспехами, прошёл по комнате.

– Чёртовы ангелы, – прорычал Всадник.

– Очевидно, твои церберы разобрались с ними.

Позвать Кару с церберами гениальная идея. Церберы презирали ангелов, а их царь питал особую симпатию к Гадесу и к Чистилищу. Преследовать ангелов у входа в Шеул-Гра, вероятно, отличное развлечение для них.

Арес фыркнул.

– Тысяча Церберов против сотни ангелов? Отличное отвлечение, но Небеса пришлют подкрепление. У нас не так много времени.

– Азагот. – Кара вежливо улыбнулась, но заламывала руки. – Приятно, наконец-то, встретиться с тобой лично. – Это ложь, но приятно, что она попыталась. – Мне просто жаль, что это случилось при таких обстоятельствах. – Слёзы наполнили её глаза, когда она опустила взгляд на свёрток в руках Азагота. – Я могу чем-нибудь помочь? Хоть чем-нибудь?

– Поэтому я и позвал вас сюда. – Каким-то образом ему удалось произнести это без дрожи в голосе. Райка заворковала, и у него перехватило дыхание от боли. Её мать должна быть здесь. Этого не должно было случиться. – Её зовут Райка, – сказал он, и на этот раз не смог сдержать дрожь в голосе. – Не знаю, понравится ли имя Лиллиане.

– Оно прекрасно, – заверила она.

– Оно означает «Адова пасть».

Кара задумалась на мгновение.

– Ну, я слышала, как она плакала на заднем плане, пока ты разговаривал с Аресом по телефону. Кажется, имя уместно. – Она улыбнулась. – Можно мне её подержать?

Он сглотнул. Запаниковал. Азагот не хотел её отпускать.

– Тебе не нужно, – быстро сказала она. – Всё в порядке.

«Возьми себя в руки, придурок. Лиллиана ждёт, а Молох не откусит себе голову».

– Нет, держи. – Он очень осторожно передал Райку в руки Каре, и чувство утраты едва не поставило его на колени. Он отступил, прежде чем забрал бы Райку обратно. – Я позвал вас, потому что то, о чём я собираюсь попросить, касается вас обоих. – Он указал на серию картин, изображающих историю Шеул-Гра. – Тысячи лет моё царство пустовало. Затем я наполнил его падшими ангелами, которые помогали, и непадшими, которые искали убежища, и, наконец, Мемитимами. Но я понял, что Шеул-Гра всегда должен был оставаться пустым. – Он посмотрел на место на стене, предназначенное для картин, отражающих Шеул-Гра, каким он был всего несколько дней назад. Зелёным, неповреждённым, полным жизни. – Всё должно измениться. Мой мир больше не в безопасности, особенно от меня.

– Чего ты от нас хочешь? – спросил Арес, как обычно, переходя сразу к делу. Азагот, наконец, отвернулся от стены.

– Я хочу, чтобы вы приняли беженцев с Шеул-Гра. Ваш остров безопасен, скрыт от посторонних глаз и надёжен. Они могут построить квартиры и тренировочный центр на противоположном конце острова. И тебе они никогда не помешают.

Кара оторвала взгляд от ребёнка, и Арес на мгновение замер, пытаясь осознать происходящее.

– Чёрт, Жнец, – пробормотал он. – Когда ты чего-то просишь, это что-то грандиозное.

– Знаю, что прошу слишком многого, – сказал Азагот. – Но хочу, чтобы моя семья была в безопасности.

– Что будет, если мы откажем? – спросила Кара.

«Пожалуйста, не отказывай».

– Непадшие рискуют быть затянутыми в Шеул. Мемитимы вернутся к прежней жизни, к той, что была до того, как они пришли сюда, будут прятаться среди людей или оставаться в небольших тренировочных лагерях. В них будет безопаснее всего для самых юных. – Он взглянул на бар и решил, что сейчас самое время открыть тысячелетний ром, подаренный ему мастерами из региона Гриммон в Шеуле. – Уверен, что вам нужно это обсудить. – Он указал на дверь, направляясь к бару. – Не стесняйтесь, но не затягивайте. У меня жёсткие сроки.

Арес кивнул и направился к двери, а Кара начала отдавать Райку. Азагот попятился.

– Нет, пожалуйста, подержи ещё. – Он надеялся, что они не заметили, как дрожат его руки, когда он потянулся за бутылкой. – Наверное, она мне надоела.

– Уверен?

Он не посмотрел на них.

– Да.

Они вышли на улицу, и он прислонился к бару, открывая бутылку. Он хотел как можно быстрее поднести её к губам. Он наслаждался жжением, радовался дыму, который окутывал сернистые пласты, через которые лился алкоголь на пути к желудку. Он смывал то, что не могло смыть ничто другое: последние, цепляющиеся за жизнь остатки эмоций. Только одно могло вернуть их, и он собирался вернуть Лилли или умереть, пытаясь это сделать.

***

Арес прожил долгую жизнь. Всё перепробовал, всё повидал. Его уже ничто не удивляло. Мрачный Жнец только что напугал его до чёртиков. И Кару тоже, судя по её широко раскрытым от беспокойства глазам.

– Что это было? – спросила она приглушённым голосом. – Что с ним происходит?

– Его пару удерживает демон-садист, – сказал он, и голос был похож на рычание. – Он готов умереть за неё.

Арес чувствовал боль Азагота каждой клеточкой тела. Ресеф, когда стал злой версией самого себя, известным как Мор, похитил Кару. То, что он планировал сделать с ней перед тем, как убить, то, как он причинил ей боль на глазах у Ареса… превратило Ареса в одержимого одной целью мужчину: вернуть её. Он бы пожертвовал всем, включая себя, чтобы спасти её.

Кара поджала губы и перевела взгляд с ребёнка на него.

– Как думаешь, с ней всё в порядке?

– Не думаю, что Молох настолько глуп, чтобы убить её до истечения срока. Но он это сделает. – Арес покачал головой в тщетной попытке избавиться от воспоминаний о Каре, избитой и истекающей кровью, у ног Мора.

– Мы должны помочь ему, – сказала Кара, укачивая Райку. Они впервые уехали от своей месячной дочери, и Кара явно скучала по ней. – Остров может поддержать его.

Это возможно, и Азагот прав: они редко встречали бы Мемитимов и Падших. Но, чёрт возьми, аналитическая часть его мозга, которая не переставала прокручивать в голове катастрофические сценарии, работала на полную мощность.

Кто-то в Шеул-Гра убил одного из детей Азагота, чуть не убил другого и помог организовать похищение Лиллианы. Пока личность этого человека не была установлена, мысль о том, что так много непроверенных людей находится рядом с его семьёй, заставляла Ареса нервничать.

– Если считаешь, это угрозой безопасности, – продолжила она, будучи экстрасенсом или кем-то в этом роде, – не думаю, что стоит беспокоиться. Ничто не пройдёт сквозь Рамрилов и моих церберов.

Ничто не пройдёт мимо Ареса.

– И, – добавила она, потому что, очевидно, была с этим согласна, – если наш остров когда-нибудь подвергнется нападению извне, представь, какую помощь окажет сотня Мемитимов.

Арес выругался про себя, понимая, что проиграл битву, но признавая, что сражался не слишком упорно. Он и его братья, и сестра в долгу перед Азаготом, каждый по-своему, а его остров достаточно большой, чтобы вместить в пять раз больше Мемитимов и Павших.

– Ты точно знаешь, как мной манипулировать.

Кара моргнула, глядя на него с притворной невинностью.

– Я? Манипулирую тобой? Никогда.

На этот раз он выругался вслух.

– Ну же. Мрачный Жнец ждёт

Он придержал дверь для Кары, и в момент, когда они вошли, почувствовал перемену в воздухе. Азагот стоял перед туннелем в стене, через который мог наблюдать за душами, которых приносили его Гриминионисы, небрежно держа в руке полупустую бутылку спиртного. Он пропускал души слишком быстро, чтобы по-настоящему оценить кого-то из них, но Арес не собирался указывать ему на это. Не в момент, когда из головы Азагота торчат рога, а огонь в очаге так сильно остыл, что Арес видел своё дыхание.

Жнец резко обернулся, и в его глазах не было ничего, кроме тёмных зрачков, наполненных пламенем.

– Твой ответ? – прогремел голос, поднимаясь из самых глубин ада.

– Мы будем рады твоим людям, – сказал Арес. – Остаётся лишь вопрос когда?

– Сейчас. Мне нужно, чтобы вы забрали их с собой. – Он повернулся к душам. – Зубал будет полезен, если позволите. Он предан и ещё не полностью заражён злом. Хотя, если подумать, ему лучше было бы с Танатосом. Он предпочитает тёмный и северный климат.

– Сейчас? – выпалил Арес. – Без подготовки.

– Сейчас.

– Не понимаю, Жнец, – прорычал Арес. – Что произойдёт, когда мы уйдём?

Азагот развернулся, пламя в его глазах излучало достаточно тепла, чтобы согреть воздух, и Арес шагнул вперёд, инстинктивно встав между Карой и мужчиной. Азагот был не так спокоен, как казался. Всё, что они видели, было лишь внешней оболочкой. Зомби. Настоящий Мрачный Жнец бушевал внутри.

Пора уходить.

– А как же Райка? – спросила Кара. – Кто о ней позаботится?

Сжав кулаки, Азагот закрыл глаза. Когда он снова их открыл, пламя угасло, подавленное болью.

– Я надеялся, что ты.

– Конечно, – сказала она. – Мы будем заботиться о ней столько, сколько тебе нужно.

Кровь капала на пол из проколотых ладоней, но он, казалось, не замечал этого.

– Мне нужно, чтобы ты вырастила её как свою дочь, если Лиллиана не вернётся.

Кара ахнула. Арес выругался.

– Азагот, послушай… Что бы ты ни задумал…

– Я сделаю то, что нужно. Не знаю, жива ли Лиллиана, а если и жива, то, возможно, ненадолго. Райке нужна мать, и отец, который сможет её защитить. Ей нужен солнечный свет. Всем моим детям нужен. – Пламя превратилось в раскалённые угли, но Азагот изо всех сил сдерживал внутреннего демона, и это отражалось в напряжённой линии его челюсти и натянутых мышцах шеи. – Пожалуйста, сделаешь ли ты это?

Арес переглянулся с Карой и понял, что им не нужно это обсуждать.

– Да, – прошептала Кара.

– Спасибо. – Он снова отвернулся, но Арес успел заметить, как по его щеке скатилась слеза.

– Ты хочешь попрощаться? – Азагот покачал головой. – Я уже попрощался. И я боюсь… Боюсь, что если снова обниму её, то уже не отпущу. – Он прерывисто вздохнул. – Возьми её. Устрой. Вернись через пять минут. Мне нужно, чтобы ты забрал всё из комнаты с артефактами. Там будут вещи, которые помогут в Последней битве. Уходите. У ходите сейчас же. У нас не так много времени.

– Азагот. – Азагот повернулся, взмахнув крыльями и царапая ими потолок, как ногтями по доске.

Арес не был уверен, что именно собирался сказать, но теперь понял, что говорить нечего. Большую часть жизни он провёл в сражениях. За тысячи лет он выиграл бесчисленное количество битв. И проиграл тоже. И хотя он многому научился на поражениях, именно победы преподали ему самые суровые уроки. Он стоял вместе с тысячью воинов всех рас, от людей до демонов и ангелов, накануне войны, зная, что многих из них он больше не увидит живыми. Смерть всегда была осязаема перед битвой, и иногда дело даже не в жизнях. Война уносила не только жизни. Она разрушала мечты. Уничтожала целые цивилизации. И заставляла хороших людей совершать зверства, разрушая мораль.

Даже когда ты победил.

Иногда, особенно, когда победил.

Сейчас же канун битвы Азагота, и Арес знал, что даже если Мрачный Жнец одержит победу, всё уже никогда не будет прежним. Что на это можно было ответить?

Ничего.

Вместо этого, Арес прижал кулак к груди и низко поклонился в знак уважения. И произнёс древние слова:

– Да даруют тебе боги победу, а если не победу, то покой в смерти.

«Удачи тебе, брат».

Глава 34

Наблюдать за тем, как Арес и Кара уходят с его дочерью, было самым тяжёлым испытанием в жизни Азагота. Ему хотелось кричать, плакать, устроить разрушительную истерику, которая никогда бы не закончилась. Но Арес вернётся через несколько минут, чтобы забрать всех на свой остров. У Азагота не было времени на истерику. Конец близок.

Глубоко вдохнув, он расправил крылья и взмыл вверх с балкона своей спальни.

«Услышьте меня!»

Он не произнёс ни слова, но знал, что все в Шеул-Г ра, кроме тех, кто находился в Чистилище, услышали. Десятки людей высыпали из зданий и с тренировочной арены. Они выжидающе смотрели на него, пока он парил в нескольких футах от земли. Отсюда он мог видеть большую часть своего мира, от холмов и ручьёв в отдалённых уголках до новой игровой площадки справа и величественного дворца слева. Тысячи Непадших и М емитимов жили здесь на протяжении тысячелетий. В этом мире ангелы и демоны преклоняли перед ним колени. Это его дом, а эти люди его семья. Один из самых молодых, Обаси, взобрался на сломанную колонну, которая упала, когда Азагот пытался пробить себе путь наружу. Фонтан ещё был сломан, его чаша высохла. А любимая статуя Лиллианы, ранняя работа Микеланджело, заказанная Азаготом, лежала разбитой в груде обломков. Все усердно трудились, чтобы устранить разрушения, которые он причинил, но слишком поздно. Некоторые повреждения невозможно устранить. В некоторых не было необходимости.

– Шеул-Г ра больше небезопасен. Арес расчищает часть своего острова, чтобы создать новое сообщество, где вы сможете жить и тренироваться в безопасности. Собирайте вещи. Арес будет здесь через несколько минут.

В наступившей ошеломлённой тишине он подыскивал новые слова. Он хотел бы произнести содержательную речь, чтобы успокоить их, но, в конечном счёте, он не настолько красноречив, а они воины, и сильные.

– Отец! – Эмерико шагнул вперёд, проталкиваясь к центру толпы. – Ты действительно нас выгоняешь? – Его карие глаза горели гневом, когда он указал на здания. – Для тебя всё это было шуткой? Ты привёл нас сюда, чтобы искупить вину за то, что бросил ещё до рождения? А теперь что?.. Ты потерял пару и больше не хочешь иметь с нами дела?

– Держу пари, ты оставляешь Райку здесь, с собой! – Раздалось от кого – то сзади, и вслед за этим заявлением раздался одобрительный хор голосов.

Неожиданно уязвлённый, Азагот понизил голос.

– Я подвёл вас всех во многих отношениях. Вышвырнуть вас отсюда не входит в их число. – Из-за кустов выскочил кролик, и он подхватил его в порыве силы и бросил в руки Сайфера. – И заберите животных. Это подарки от Ривера. – Послышались крики, вопросы, на которые никто не собирался отвечать.

Азагот взмахнул крыльями и резко накренился в сторону портала, откуда за происходящим наблюдали Зубал и Разр, на лицах которых было такое же потрясение, как и у всех остальных. И всё же, когда Азагот приземлился перед ними, Зубал вышел вперёд.

– Как я могу помочь с переездом?

Да, он выиграл в лотерею, когда пригласил Зи на работу. Падший ангел стал бы невероятным подспорьем для любого, с кем решил бы работать в будущем.

– Ты пойдёшь с ними. – Азагот проигнорировал едва слышное неодобрительное рычание З и. – Ты, Разр, твои друзья… все в Шеул-Г ра.

– Надолго?

– Навсегда. – От осознания окончательности этого у Азагота перехватило горло. – Зубал, никто никогда не вернётся. – Он оглядел мир, который построил. – Только не сюда.

З убал в шоке отступил назад.

– Милорд, вы обсуждали это с Хокином? Я уверен, что он…

– Моё решение окончательно. Я освобождаю вас обоих от службы у меня. Вы вольны делать всё, что хотите. Вам не обязательно жить на острове Ареса с Мемитимами. Но и Танатос, и Арес были бы рады, если бы вы захотели работать с ними. Приближается Конец света, и им не помешала бы любая помощь в процессе подготовки.

– Я могу как-нибудь отговорить тебя?

Азагот покачал головой.

– Иди. Если не покинешь Шеул-Г ра к концу часа, можешь вообще не выбраться. Он похлопал каждого мужчину по плечу, впиваясь когтями, несмотря на все усилия быть осторожным. – Берегите себя, друзья мои. – С этими словами он перенёсся прочь, потому что… к черту это. К черту боль. Пришло время причинить её.

Глава 35

Азагот не чувствовал тяжести меча на бедре тысячи лет. С тех пор, как был ангелом. Ощущение приятное. И правильное. Тем более что меч, лежащий у ноги – тот самый клинок, который он носил, будучи ангелом. Возможно, он был осквернён злобой Шеул-Г ра, но всё равно мог обезглавить кого-то с расстояния в двадцать ярдов.

Однако его коса в последний раз пробовала кровь совсем недавно. Его пальцы в перчатках в предвкушении сжали гладкую деревянную рукоять. Осталось недолго.

Он крепче сжал сумку в другой руке, ожидая Гадеса в приёмной Чистилища. Его разум был странно спокоен. Арес говорил, что накануне битвы разум лихорадочно работает, адреналин зашкаливает, а кровь кипит. Но за несколько минут до начала боя он нашёл тихое место. Ему нужно спокойно осмотреть игровое поле и убедиться, что все фигуры на своих местах.

Должно быть, об этом говорил Арес.

О, в сердце Азагота тлела глубокая, жгучая ярость, которая так и рвалась наружу, но, похоже, она не возражала немного подождать и накопить силы перед взрывом. Может быть, его ярость заключалась в том, что топливо стоило ожидания.

Воздух задрожал, когда Гадес и К ат материализовались. В нескольких ярдах от них тысяча вооружённых падших ангелов выстроилась полукругом. Малониус, мускулистый надзиратель Гнили, пыточной тюрьмы Гадеса, стоял отдельно, держа в руках тело Фантома. Гадес жестом велел К ат остаться и шагнул вперёд, впервые на памяти Азагота одетый в настоящую одежду. Чёрные кожаные штаны, похожие на те, что были на Азаготе, только без пряжек. На футболке, поверх которой была надета куртка, красовалась надпись: «То, что тебя не убивает, меня разочаровывает». По всему телу были разбросаны ножны и ремни с мечами, кинжалами, метательными звёздами и топором. Азагот одобрительно кивнул.

– Интересный выбор одежды.

– Точно. – Гадес бросил раздражённый взгляд на К ат, которая смущённо ухмыльнулась, одетая в такой же боевой костюм. – Она считает, что я должен носить что-то, когда выхожу за пределы Шеул-Г ра. – Он понизил голос до заговорщического шёпота и потянул за одну из лямок. – Но эти штуки натирают. Я бы всё равно надел футболку. Только не ту, с единорогом и радугой, которую она мне подарила.

– Я слышала, – крикнула она. – И это скелет единорога.

Несмотря на тяжёлые обстоятельства, Азагот весело фыркнул. Лиллиана подарила ему футболку, которую он сейчас носил, тоже в шутку. И это было забавно, потому что он пил кофе из чашки, сделанной из черепа врага. Не то чтобы он ей об этом рассказывал. Она, наверное, не нашла бы это таким же забавным.

– Все здесь? – спросил Азагот, когда Аид резко остановился перед ним. – Все твои люди до единого?

– Да. Они в восторге от того, что смогут надрать задницы куче ангелов. Но ты ведь имел в виду то, что сказал, верно? После битвы они получат двенадцать часов свободы.

Они собирались получить гораздо больше. Он кивнул.

– Ты привязал их к себе?

Теперь настала очередь Гадеса кивнуть.

– Они должны ответить на мой призыв в течение часа, иначе невообразимая боль приведёт их ко мне. – Он сделал паузу. – Я знаю, что это крайняя мера, чтобы не дать Раю прорваться внутрь, но оставлять Чистилище без присмотра… – Он покачал головой. – Это опасно, друг. И это ещё одно нарушение контракта…

– Я разберусь, – вмешался Азагот. У него не было времени придумывать кучу лжи или пытаться объяснить, что он делает. – Просто уходи. Покинь Шеул-Г ра. Оставь Фантома мне.

Он подал сигнал Гриминионисам, парящим на периферии, и через несколько секунд они забрали тело Фантома у Малониуса и унесли прочь.

Гадес прищурился на него.

– Почему кажется, что ты приказываешь нам эвакуироваться, а не отправляешь сражаться с ангелами?

– О, вероятно, придётся сражаться с ангелами. Церберы Кары продержатся не так долго. Он протянул Гадесу сумку и подождал, пока тот откроет её и достанет кристалл размером с кулак, ядро которого сияло ярким фиолетовым светом. – Это вечный адский огонь из ядра Шеул-Г ра, заключённый в камне, добытом в Галилейских горах на Небесах. Возьми его с собой. Он поможет тебе восстановить всё.

– Восстановить что? – глаза Гадеса широко распахнулись. – Шеул-Г ра?

Тлеющая ярость внутри Азагота разгорелась, когда он почувствовал предвкушение.

– Помнишь, как ты шутил, что люди ошиблись, назвав тебя правителем подземного мира в своих различных системах верований? – Азагот горько рассмеялся. – Это не шутка. Оказывается, это было пророчество.

– Азагот… – прорычал Гадес. – Что ты делаешь? Что ты собираешься делать здесь, внизу?

– Это… я не могу тебе сказать.

Повисла напряжённая тишина, пока Гадес, казалось, боролся со своими противоречивыми чувствами и потенциальными последствиями выбора, который ему предстояло сделать в ближайшие секунды.

– Пожалуйста, Азагот, – наконец сказал Гадес. – Мы никогда не были лучшими друзьями, и я не стеснялся критиковать тебя, когда ты вёл себя как придурок. Но я хорошо служил тебе и миру. Ты должен рассказать мне, что задумал.

Гадес редко бывал таким откровенным, и если бы Азагот не тонул в ярости, вероятно, чувствовал бы себя ещё хуже.

– Не могу.

Разочарование на лице Гадеса быстро сменилось решимостью.

– Тогда я не могу позволить тебе это сделать. – Азагот взглянул на часы. Чёрт возьми. Ему это не нужно.

– Не испытывай меня, Гадес, – предупредил он. – Не надо.

Гадес глубоко вдохнул и с проклятием выдохнул.

– Когда ты привёл меня сюда, дал власть над Чистилищем, сказал мне управлять им так, как я хочу. – Черные кожистые крылья Гадеса расправились, и позади него К ат и падшие ангелы напряглись. – Ты заставил меня поклясться защищать Шеул-Г ра. Даже от тебя.

– Я ведь так и сделал? Очень недальновидно с моей стороны. – Он вздохнул, и последние остатки вежливости начали превращаться в пепел. – Ах, Гадес, я не хотел, чтобы всё так обернулось…

Гадес не стал дожидаться, пока Азагот закончит фразу, и ударил молотом, которому позавидовал бы Тор. Молот вспыхнул багровыми молниями, прочертив дугу в воздухе и опалив кожу Азагота. Тот заблокировал призванное оружие косой, стиснув зубы и выдержав мощный удар.

– Не сопротивляйся мне, – прорычал он. – Не заставляй меня причинять тебе боль на глазах у твоей пары.

– Это мой долг. Я не отступлю. – Гадес метнулся за его спину, и на этот раз удар пришёлся Азаготу в поясницу. Он почувствовал, как ломается позвоночник, как рёбра пронзают внутренние органы. Почувствовал, как его внутренний демон полностью включился.

Когда он упал на землю, зверь вырвался наружу, пронзая кожу рогами и когтями. Гадес тоже преобразился: его серая кожа покрылась чёрными прожилками, глаза стали чёрными, а зубы превратились в клыки пираньи. Потребность пить кровь и сдирать плоть с костей поглотила Азагота волной зла. Таким он был большую часть своего пребывания здесь, и принял это возвращение, как голодный вампир приветствует пьяницу, свернувшего не туда. Он обрушил на Гадеса шквал призванных летучих мышей, которые вгрызались в его тело, отрывая куски кожи и мышц. Гадес закричал от боли, а К ат закричала в ответ.

Чёрт. Азагот развернулся, когда она бросилась на него. Каким бы разъярённым он ни был, он не причинил бы ей вреда. Только не без необходимости. Вытянув руку, он поднял щит, закрывая её и подошедших ближе падших ангелов. Вряд ли падшие представляли угрозу, но он не собирался рисковать. Что-то ударило его по голове, и он развернулся как раз вовремя, чтобы принять на себя второй удар от камня размером с баскетбольный мяч, который Гадес использовал, чтобы продемонстрировать свои навыки телекинеза.

Это больно, но недостаточно. Чего бы ни сделал Гадес, этого было бы недостаточно.

Кровь стекала по лицу, и Азагот взмахнул рукой, – летучие мыши-призраки улетели. Гадес стоял там, изуродованный и истекающий кровью, опустив голову, но в его глазах горел гнев.

– Я не могу… позволить… тебе… сделать это, – сказал он, тяжело дыша.

– З наю, – голос Азагота был едва слышен. – Вот почему ты заменишь меня. Ты всегда был благородным мужчиной.

Подумав об этом, Азагот нанёс удар по голове Гадеса, от которого тот рухнул на землю. Крик гнева и боли К ат пронзил изнутри, но лишь на секунду. Он не мог быть сентиментальным. Эмоции сейчас более чем бесполезны. Они мешали.

Он убрал барьер и подал знак падшим ангелам забрать Гадеса.

– Ты засранец! – заорала Кат. – Как ты мог?

– Забери его, – сказал он таким ледяным тоном, что она отпрянула. – Шеул-Г ра теперь принадлежит Гадесу. Скажи ему, чтобы он починил клетку Сатаны. И я заранее прошу прощения за беспорядок, который оставлю после себя. – Он взмыл в воздух и указал на выход. – У вас шесть минут, чтобы выбраться из Шеул-Г ра. Идите.

Чтобы заставить их двигаться, он обстрелял местность огненным потоком, а затем преследовал их огненными шарами, пока все не исчезли. А затем ударил по порталу ещё одним огненным шаром, окутанным заклинанием, которое дал ему Сайфер. Шар врезался в портал и растёкся по нему, расплавляя, как зефир.

Теперь Чистилище опечатано.