Текст книги "Кровь с молоком или неоплаченный долг (СИ)"

Автор книги: Лариса Крутько

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

Внезапно прямо рядом с ним в землю воткнулось копье . Стерх ударил первым, без предупреждения. Вот уже он несется на Рюга с каменным топором. Выставив вперед такой же топор, предусмотрительно подсунутый Ланой, Рюдигер отбил сокрушительный удар и, не теряя времени, замахнулся сам. Но его противник тут же увернулся и снова бросился в атаку. Несмотря на незнание хитрых приемов, Стерх на удивление ловко избегал ударов Рюга , пытаясь попасть по нему топором. Их сражение несколько затянулось. Уже было ясно, что проиграет тот, кто первый устанет от этого смертельного танца.

Лиза как во сне смотрела на сражающихся мужчин, она испытывала гордость за мужа и одновременно жуткий страх. От того, что она была бессильна чем-нибудь помочь, молодая женщина почти теряла сознание.

 В очередной раз противники скрестили свое оружие и медленно переступали в странном танце, пытаясь склонить весы каждый в свою сторону. Вдруг Рюдигер неожиданно быстро пнул дикаря по колену, и Стерх потерял равновесие, упав на примятую их ногами траву. Он попытался встать, но Рюдигер с силой ударил его по голове тупым концом своего оружия. Его противник осел на землю и больше не делал попыток подняться. Не обращая внимания на возгласы удивленных зрителей,

барон мигом очутился около жертвенного камня. Схватив старого шамана, он легко словно тряпичную куклу, бросил его на черную плиту и приставил нож к его груди.

–Если тебе так нужна жертва, то может быть твое черное сердце подойдет лучше!

–Убейте чужака! – ввзвигнул шаман. Несколько молодых воинов рванулись к жертвеннику, но один из них тут же упал, сбитый с ног сильным ударом Стерха. Тот уже пришел в себя после поражения и неожиданно принял сторону Рюдигера. Лучший охотник племени не собирался заканчивать свои дни на жертвенном камне.

–Серые Совы не приносят в жертву себе подобных!Если мы начнем делать это, то превратимся в зверей!

К нему присоединился Терн, угрожающе поигрывая каменным топором . Он был полностью согласен с товарищем, но ограничился только щербатой улыбкой.

Впрочем его свирепый вид убивал всякое желание подшутить над пострадавшими зубами. Увидев, что придется драться со своими соплеменниками и друзьями, воины в нерешительности застыли.

–Убейте их!Не получив жертву, боги рассердятся!Их гнев будет страшным, а голод ненасытным!-шаман отчаянно пытался вырваться из железных рук чужака, но Рюдигер не ослаблял хватку. Непонятная темная сила казалось притягивала к базальтовой плите их обоих. Огонь факелов осветил на миг углубление в центре плиты, и Рюдигер почувствовал чей-то древний неутолимый голод и представил, как горячая кровь стекает по неглубоким бороздкам в середину плиты и исчезает в углублении. Чья-то страшная неумолимая воля требовала от него прикончить жалкого старика и напоить горячей кровью спящего в камне демона.

«Пресвятая Богородица, да что же я делаю!» – Рюдигер вздрогнул, вырываясь из объятий кошмара и сдернул свою жертву с плиты.

– Больше никаких языческих обрядов!-он обвел гневным взглядом окруживших его лесных жителей.

Но поклонники темных сил вовсе не собирались отступать. Один из стоявших позади алтаря воинов сделал попытку метнуть в Рюдигера копье, но коротко вскрикнув, выронил оружие. Из предплечья торчала арбалетная стрела. Несколько стрел вонзились в землю у черного камня. Рюдигер поднял глаза и увидел, что поляна окружена его людьми. Пока все увлеченно наблюдали за схваткой, их незаметно окружили. Тех, кто все-таки заметил пришельцев и попытался оказать сопротивление, быстро вывели из строя.

Неровный свет факелов выхватил из темноты зеленые раскосые глаза под соломенной челкой и странные уши. Не опуская арбалета, Василий укоризненно заметил:

–Мог бы и меня позвать, что за глупое геройство!

Почти не глядя, он выстрелил еще раз, и дикарь, занесший топор над Стерхом, схватился за ногу.

–Я же говорил, что надо целиться в сердце! – высокий воин в кольчуге с непослушной копной седых волос, раздвигая толпу, шагал к камню. Лиза взвизгнула и обняла старика. Иоганн, слегка смутившись, осторожно отстранил ее:

–Ну, полегче, девочка. Твой муж тут сам почти со всем справился, но мы все же решили, что помощь не помешает!Я еще не настолько стар, чтобы сидеть дома и греться у печки!

Рюдигер огляделся. Двадцать человек из охраны его замка, деревенские парни, из которых он пытался сделать настоящих солдат, грозно сжимали мечи и арбалеты. Здесь была и половина деревни, вооруженная вилами, косами и топорами, а также хозяева бесследно пропавших коров из Волчьего Лога. Он искренне обрадовался, что стемнело, и они не наткнутся на бренные останки своей скотины. Оборотни не хуже лесных жителей сверкали в темноте глазами и свирепо смотрели на дикарей, одетых в безрукавки из волчьего меха. Рюдигер подумал, что это похоже на сарай с сеном, где вот-вот уронят горящую лучину.

Крон между тем занялся укреплением своей пошатнувшейся власти. Старого шамана и его самых горячих сторонников надежно связали. Видимо у большинства жуткие старые обряды не пользовались одобрением. Вождь почтительно обратился к Иоганну, видимо считая его здесь главным:

–Серые Совы не враги вам, мы совершили ошибку и просим назначить любую цену, чтобы искупить свою вину!

Рюдигер спросил:

–Но зачем вы пришли сюда?

–В нашем краю стало слишком трудно выживать. Холодные зимы, голод, свирепые соседи. . . Племя уменьшилось почти вдвое...Здесь мы не хотели ни с кем ссориться, но молодые охотники не столько смелые, сколько глупые! – Крон только махнул рукой, как-то разом приуныв и растеряв всю свою важность. Неподалеку вдруг громко и надрывно заплакал младенец.

Лиза тревожно прижалась к мужу. С кем сейчас два их драгоценных создания? Наверное, довели до умопомешательства всех служанок и орут в два голоса! Васька вдруг подмигнул ей:

–Там у вас твоя бабка хозяйничает, а у нее все строго! И Любава моя сказала, забежит, проведает, так что за своих разбойников малолетних не волнуйтесь! Накормлены, присмотрены, и замок по кирпичикам не разбирают.

Крон напомнил о себе:

–Так чем же мы отплатим за свою ошибку? Мы можем просто навсегда уйти из этих мест!

Кое-кто из деревенских радостно поддержал это предложение, дескать скатертью дорога,век бы вас неумытых не видеть!Но Рюдигер поднял руку, призывая к тишине:

– Нелегко скитаться по лесам с женщинами и малыми детьми. К тому же скоро зима.

Я предлагаю вам остаться на моей земле. Те, кто примут мое предложение, будут подчиняться моим законам и правилам. Но я также обещаю им свою защиту и покровительство, еду и крышу над головой!Подумайте, а завтра, когда солнце уже не будет таким жарким, выйдете к деревне и объявите свое решение!

Во взгляде Лизы удивление смешалось с восхищением, Василий выразительно покрутил пальцем у виска, но Иоганн удовлетворенно кивнул:

–Это слова взрослого мужчины!

Глава 4

                                                       Клятва верности

    Настасья стояла в центре детской комнаты и удивленно оглядывала разгром. Такое ощущение, что здесь пронеслась свирепая орда восточных завоевателей, а может, сказочный вихрь закружился прямо на том месте, где она стоит сейчас. Все, за исключением разве что мебели, было перевернуто, даже занавески оторваны. Ох, слава Богу, окошко закрыто, да и высоковато для этих безобразников. Она еще раз с сомнением поглядела на невинные хорошенькие рожицы правнуков, больно уж малы для того, что бы так перевернуть все вверх дном и довести до истерики всю прислугу женского пола. Она застала детишек истошно орущими на два голоса и швыряющими в бедных служанок все, до чего они могли дотянуться. Однако теперь порядок был восстановлен. То ли чувствуя в Настасье родную кровь, то ли просто утомившись от непрерывного ора, малыши успокоились.

   Александр сосредоточенно занялся бутербродом с домашней колбасой, изредко все же всхлипывая, а Ульрика восхищенно вертела в руках и пробовала на зуб расписную птичку-свистульку. Бабка удовлетворенно взяла девочку на руки, сердито ворча:

–И что за дурехи, детей малых успокоить не могут!

Девочка между тем освоила игрушку и выдала звонкую трель. Бабка хотела напомнить ей примету относительно денег, но подумала, что в год с небольшим это все равно непонятно.

  Хорошенькая синеглазая малышка была непоседливее и бойче старшего брата. Александру часто доставалось от непоседливой сестрички, но он относился к этому со странным для двухлетнего ребенка пониманием и редко давал сдачи. Прабабушка души в них не чаяла, совершенно не обращая внимания на острые нечеловеческие зубы и слишком бледные, неподдающие загару личики.

   Стараясь не думать о том, куда же пропали мать и отец этих непосед, она подошла к окну и с удивлением увидела, что к мосту стремительно приближается всадник. Длинные черные кудри вьются за спиной, худенькая фигурка почти слилась с конем вороной масти. Далеко сзади скачут еще трое, но они безнадежно отстали.

  Вскоре лихой наездник на полном скаку влетел в ворота замка . Ловко спрыгнув с коня, он оказался хрупкой черноглазой девицей в мужской одежде с охотничьим кинжалом у пояса. Это была младшая сестра Рюга, Анна. От бешеной скачки девушка разрумянилась и была похожана Белоснежку, как ее описывают в старых сказках:волосы черные, как ночь, лицо белое, как снег, губы алые, как кровь. Ну разве что у Белоснежки не было острых вампирских клыков, а так сходство было почти полным.

Девица с восторгом подняла на руки племянника:

–Ах ты, мой принц!Как же ты вырос, скучал по мне?

Александр был ее крестником, и Анна была готова возиться с ним целыми днями. Впрочем, и Ульрика не оставляла ее равнодушной.

–Что же ты охрану свою совсем загнала, вон еще только подъезжают!В их возрасте по такой жаре на полном скаку за тобой гоняться!Ну что молчишь, нехорошо, девочка!-строго напустилась на нее старушка. Прямая и открытая, как старший брат, к тому же совершенно неопытная, Анна вызывала у Настасьи желание научить ее уму-разуму. Действительно подъезжающие следом за девушкой к замку пожилые воины на чем свет стоит ругали их своенравную подопечную, летнюю жару и заодно деревушку Кулички.

Анна опустила красивые черные глаза:

–Но ведь я одна поехала, это маменька их следом отправила, как будто я до деревни не доберусь!А где же родители этих чудесных созданий, почему брат меня встречать не торопится?

–Представь себе, ушли в лес за малиной!-сердито ответила бабка Настя, -сначала моя внучка , затем твой братец, а потом полдеревни нашей и почти половина соседней!

Больше она ничего объяснять не стала, боясь, как бы не разреветься на глазах у девушки от гнетущего чувства неизвестности. Уж если ее невозмутимый сосед, повидавший на своем веку всякое, считал, что Лизе грозит опасность, то значит дело серьезное!

Удивленная Анна сменила мужской костюм на шелковое белое платье и увела детей в сад. Искусно подстриженные кусты и деревья образовывали природную беседку и хорошо укрывали от жаркого дневного солнца. Обычно малышей старались беречь от солнечных лучей, но здесь им ничто не угрожало.

Уже стемнело, и ночь накинула на на землю свое бархатное покрывало, когда загрустившая Анна услышала стук копыт, а вслед за ним громкие голоса, смех и звон металла. Выглянув в окно, она увидела шумную компанию мужчин в доспехах и при оружии. Ее острые глаза тут же заметили непокорную гриву черных волос, принадлежавших ее брату, и светлую косу его жены. Разбудив задремавшую было старушку радостным воплем:

–Вернулись, они вернулись!-и подхватив на руки Ульрику, девушка бросилась во двор замка.

  Вскоре в большом зале уже был накрыт стол, на стенах горели факелы, а на столе потрескивали свечи в массивных медных подсвечниках. Кроме Иоганна и Васьки, которые считались здесь практически членами семьи, здесь были деревенский староста и главный cреди воинов Красного замка, Стефан. Староста был приземистым седым мужчиной, лет пятидесяти на вид. Стефан был на год моложе хозяина замка, родом из этой же деревни. Он держался очень строго и был ужасно горд своим назначением. Все оживленно обсуждали лесные приключения. Настасья и Анна только успевали восторженно ахать и удивленно охать. Лиза прижимала к себе обоих детей, но не забывала участвовать в общем разговоре. Теперь пережитое приключение казалось ей скорее смешным , чем страшным.

Рюдигер же был занят едой и на разговоры не отвлекался. Впрочем, на минуту подняв голову от тарелки, он промычал с набитым ртом, что надо расставить караулы вокруг деревни и быть начеку. Все уже давно закончили с ужином, и с интересом смотрели, сколько же в него влезет. Наконец Васька не выдержал и со смехом сказал:

–Ну сколько же можно жрать, смотри не лопни!-

Бабка Настя недовольно взглянула на лопоухого мельника:

–Тебе бы с детства только посмеяться, а он ведь с утра по лесу носится! Внучек, может еще хочешь?Лизавета, ну-ка отправь кого-нибудь на кухню, а то на столе уже пусто!

Обеспокоенный такой непривычной нежностью, Рюдигер удивленно покосился на бабку:

–Спасибо, но тогда я и в самом деле лопну. -он наконец почувствовал, что голод отступил, и отодвинулся от опустевшего стола.

После богатого опасными событиями дня на него нахлынуло умиротворение. Кругом были только самые близкие и надежные люди, любимая женщина была спасена, в ее глазах он читал гордость и восхищение, сын и дочь были рядом с ними. Даже жуткие дикари оказались не такими уж и страшными, их скорее было как-то жалко. Он предложил им свою помощь и покровительство, но что из этого выйдет?Лиза заметила, что лицо мужа стало снова непривычно серьезным и задумчивым. Она решительно вручила ему Ульрику:

–Им уже пора спать, да и нам тоже. Утром все станет ясно.

Малыши наконец уснули. Расплетая косу, Лиза обратилась к Рюгу:

–Может ты простишь меня, за то что я оказалась такой упрямой дурой! Мне не хотелось говорить это при всех, но как я могла не послушать тебя, не принять всерьез твои слова!

Она вспомнила поляну с черным камнем, освещенную огнями факелов и горящими глазами зрителей, свой ужас потерять его чуть ли не в двух шагах от дома, свое бессилие и одновременно почти первобытную гордость за своего мужчину!

В голове все еще крутились сердитые слова ее бабушки: «Пора уже и поумнеть!Мужа надо слушаться, а не характер показывать!Не сумел бы он тебя выручить, на кого дети бы остались?Или ты думаешь, мачеха бы стала о них заботиться?Что губы дуешь, ихние зубастые девки знаешь какие шустрые, быстро бы твоего красавчика к рукам прибрали!»Заметив, как Лиза свела ровные красивые брови, бабка удовлетворенно вздохнула. Ее слова достигли цели. Конечно, она знала Рюдигера с детства, и прекрасно понимала, что в подобном случае скорее придется опасаться за его жизнь или рассудок, но припугнуть внучку не помешает!

Лиза удивленно подумала, что они с Рюгом всегда уважали чужое мнение и все решения принимали вместе. Никто из них не стремился командывать, а что до сегодняшнего утра,

так ведь если бы не свекровь с ее бесконечными поучениями...

На белой подушке резко выделялись черные волнистые волосы, обрамлявшие бледное уставшее лицо, глаза Рюга были закрыты, но Лиза все же собралась с духом и сказала:

–Я бы просто умерла, если бы с тобой что-нибудь случилось. Клянусь, что буду всегда тебя слушаться!

–Лизхен, я тоже тебя люблю!-пробормотал он и повернулся на бок. Сколько не пыталась она его разбудить, но все было бесполезно.

Утро наступило слишком быстро. Проснувшись, Лиза с удивлением обнаружила мужа уже полностью одетым. Он стоял у окна и тревожно всматривался в темнеющий вдали лес. Она вспомнила свое вчерашнее несколько необдуманное обещание и с тайной надеждой спросила:

–Милый, ты слышал, что я вчера тебе говорила, или может быть, уже спал?-

Вампир резко повернулся к ней и с хитрой улыбкой ответил:

–А как же, помню каждое слово!Ты, кажется, обещала меня слушаться во всем и подчиняться беспрекословно!

Лиза чуть не задохнулась от возмущения:

–Но я этого не говорила, чтобы подчиняться, это уже слишком!

Она сидела на краешке кровати, подвернув одну ногу под себя. Густые светлые волосы рассыпались по плечам, под тонкой ночной сорочкой из почти прозрачной ткани угады-

вались красивые крепкие груди. Серые глаза метали молнии, полные губы сердито криви-

лись, щеки горели от возмущения. Не в силах удержаться, Рюдигер заключил ее в объятия, и они упали на смятую кровать. Лиза в шутку отбивалась:

–Ненормальный, набросился, как зверь!-

–Ну, я же должен тебя наказать за то, что мужа не слушаешься!-

Она неожиданно сильно прижалась к нему:

–Ну так наказывай, у тебя еще есть время!

Ночь прошла на удивление спокойно. Ни охрана замка, ни деревенские жители, половина которых не спала всю ночь , ничего странного или опасного не заметили. День медленно тянулся в напряженном ожидании. Зато ближе к вечеру, когда дневная жара спала, на краю леса появилась странная процессия. Здесь были воины, вооруженные каменными топорами и копьями с костяными наконечниками, женщины со странными прическами, одетые в звериные шкуры, из-за их спин выглядывали любопытные, на редкость чумазые дети. Пришельцев было немного. Племя СерыхСов разделилось, половина ушла из этих мест вместе с шаманом. Остальные неуверенно смотрели на жителей деревни, которые в свою очередь пришли на них поглазеть.

Барон фон Шлотерштайн встречал их с отрядом своих воинов. Одетый в белую рубашку и кожаную безрукавку, вооруженный только шпагой, он тем не менее выглядел очень внушительно. Красивое лицо было серьезным, синие глаза смотрели строго. Лиза невольно залюбовалась мужем. Сама она одела охотничий костюм, вооружилась кинжалом и арбалетом. Пусть не думают, что ее так уж легко взять в плен.

 Вчерашние деревенские парни, вооруженные полуторными мечами и арбалетами, выглядели серьезной силой. Его крестный был рядом . На нем была кольчуга, в которой было ужасно жарко, и мысленно он ругал жену, которая не хотела выпускать его без нее из дома. Крина не на шутку разволновалась, она твердила ему, что он уже давно не молод, что теперь любая рана может отправить его на тот свет, что если он не думает о себе, то пусть подумает о тех, кому он не безразличен. Под конец она села на лавку и неожиданно горестно разрыдалась. Иоганн сдался, но теперь уже не один раз пожалел о своей минутной слабости.

Василий щеголял в такой же, как у Рюга, кожаной безрукавке, перетянутой ремнем, с арбалетом за спиной, шпагой на боку и длинным ножом у пояса. Если бы не длинные уши, он выглядел бы настоящим головорезом. Он повернулся к Рюгу и возмущенно шепнул :

–Тебя что по голове вчера стукнули?Они же дикари, язычники, да что там, хищные звери на двух ногах!

Рюдигер сердито поглядел на друга, которого знал с детства:

–Знаешь, и про меня можно сказать почти тоже самое, ну про дикого зверя...Мы должны им помочь выжить и найти свое место в этом мире!

Он распрямил плечи и сделал шаг навстрече Крону, который медленно шел к нему с двумя воинами. Вождь слегка склонил голову:

–К сожалению , не все из нас решились придти сюда, часть моих людей ушла. Но остальные готовы дать тебе, хозяин этих мест, клятву верности.

Лиза уже вовсю шушукалась с Ланой. Лесная жительница держалась совершенно свободно, делая вид, что ее не удивляют ни оружие из неизвестного прочного металла, ни странные животные, на которых ездят верхом, ни строения из дерева на другом берегу реки.

Между тем, клятва верности включала в себя целый обряд. Серые Совы прямо здесь перерезали горло самке оленя. Рюдигер подумал, что будет не просто отучить их охотиться в его лесу. Кровь быстро слили в деревянный ковш и пустили по кругу. Каждый, кто считался воином, должен был выпить из этого ковша. Воины Рюга, среди которых людей и нелюдей было поровну, справились с этим неплохо.

Когда ковш дошел до тролля, он сделал попытку сбежать, но Иоганн крепко держал его за плечо:

–Куда собрался, или ты не считаешь себя воином?

Васька хмуро посмотрел на Рюдигера и сделал глоток. Его лицо сначало побледнело, потом как-то позеленело, и он быстро затерялся среди деревенских жителей.

Лана, которая считала себя ничем не хуже любого мужчины, приняла ковш, выпила из него и передала Лизе. Не понимая, что она делает, Лиза с невозмутимым видом отпила еще теплой крови и передала ковш следующему. Рюдигер испуганно посмотрел на нее, но его жена держалась, как ни в чем не бывало. Однако, как только ритуал закончился, Лиза вдруг куда-то исчезла. Обеспокоенный Рюдигер нашел жену за кустами бузины. Ее просто выворачивало наизнанку. Наконец она выпрямилась и сердито взглянула на мужа:

–Дурацкие обычаи, настоящие дикари!-

Рюдигер с невинным видом пожал плечами:

–А я думал, у нас будет еще малыш!Ты даже не поморщилась, выпила, как глоток воды!

Лиза, спустившись к реке, вымыла руки:

–С тобой не первый год живу, наверное привыкла!

Она вдруг плеснула в него водой и засмеялась. Не в силах удержаться, он притянул ее к себе и принялся целовать горящие от смущения щеки.

Когда они вернулись на поляну, там уже было шумно и весело. Горели костры, на которых жарилось мясо. Хозяин Красного Замка приказал забить для праздника трех баранов и достать из подвала несколько бочонков вина. Под ритмичный перестук обтянутых оленьими шкурами барабанов дикарки устроили танцы. Их стройные смуглые фигурки в коротких с разрезами юбках слаженно кружились и извивались под гулкие удары и завывание странной свирели. Настасья, глядя на голые ноги танцовщиц, не выдержала:

–Тьфу ты срамота какая, почти голые бесстыдницы!

Несколько стоявших рядом с ней крестьянок горячо ее поддержали. Местные парни смущенно промолчали, их мнение было совершенно противоположным, но свирепый вид спутников полуголых красоток удерживал их от любых высказываний. Лана не приняла участия в танцах, проводив соплеменниц презрительным взглядом. Зато в стрельбе из лука ей не было равных. Подвыпившие деревенские парни и воины из Красного замка как ни старались, но не смогли сравниться с юной дикаркой в меткости.

Гулянье закончилось далеко за полночь, усталые жители деревни разбрелись по домам. Серые Совы заночевали прямо на лесной опушке у догорающих костров. Уже засыпая, Рюдигер подумал, что конечно, сразу взаимное недоверие не исчезнет, но начало положено. Теперь надо учиться жить вместе.

 Население деревни увеличилось сразу на два десятка человек или точнее сказать, нелюдей. Впрочем, почти половину составляли женщины и дети. На краю деревни быстро выросли еще пять домов. Самым трудным оказалось втолковать Серым Совам, что если они будут охотиться так, как привыкли, то скоро вся живность в лесу исчезнет, а так же, что коровы дают молоко, которое полезно детям, а для того, чтобы получить кровь, совсем не обязательно убивать животное. Достаточно маленького прокола на шее, который замазывают глиной.

  Восемь молодых охотников Рюдигер взял в свой отряд. Стерх сам положил свои лук и топор к его ногам и поклялся служить ему, не жалея жизни. Он слишком хорошо помнил, что Рюг спас его от жертвенного камня. Здесь также были два брата, с которыми Рюг дрался в лесу. Без жуткой боевой раскраски они оказались красивыми мальчишками с длинными светлыми волосами и голубыми глазами. Локи было всего четырнадцать, а Свену шестнадцать, они были самыми юными в его отряде, но вряд ли кто осмелился сказать им это в глаза. Закаленные суровой лесной жизнью, они были более сильными и ловкими, чем их деревенские ровесники. На своего господина они смотрели с обожанием и безумной преданностью, были готовы выполнить любой приказ. Рюгу же было просто жалко мальчишек, которые слишком рано повзрослели, оставшись без родителей.

Почти невыполнимым оказалось приучить лесных жителей мыться. С ужасом смотрели они на горячую воду и мыло, не понимая, что с ними хотят сделать, и рисуя в воображении всякие ужасы.

Лиза и Анна приложили немало усилий, получили несколько синяков и были пару раз укушены, но все же сумели вымыть Лану!Теперь они с изумлением смотрели на это незнакомое существо, которое сидело на деревянной лавке и бросало на них сердитые взгляды светлых голубых глаз. Мокрые волосы завивались рыжими кудряшками, черты лица оказались тонкими и на удивление красивыми. Кожа из грязно-коричневой стала фарфоровой с мелкой россыпью веснушек на переносице. Большие голубые глаза были обрамлены черными длинными ресницами.

–Да ты же просто красавица!-удивилась Анна. -Теперь тебе только платье подобрать, и все парни здесь твои!

Но Лана сердито отрезала:

–Не надо платья, я хочу одеваться, как мужчины. И не нужен мне никто, я и одна проживу!

И действительно, лесная красавица держалась гордо и неприступно. Соплеменники, зная ее вздорный характер, даже не пытались с ней связываться, а несколько сломанных рук и разбитых носов быстро охладили пыл деревенских парней. Однако женскую сущность все же спрятать не удалось. Лана обожала возиться с Александром и Ульрикой. Малыши встречали ее радостными улыбками и быстро запомнили ее имя. Лиза могла совершенно спокойно доверить ей детей, и вскоре Лана стала то ли нянькой, то ли телохранителем.

Терн совершенно неожиданно для всех нашел себе жену, причем для этого ему пришлось крестится. Он обратился к истинной вере самым первым из лесных жителей, впрочем мало понимая, для чего это нужно. Приметив крепкую румяную крестьянку с длинными светлыми косами, он каждый день старался попасться ей на глаза.

Выросшую в Куличках Анельку совершенно не смущали острые клыки ухажера. Высокий, сильный с симпатичным, хотя несколько простоватым лицом, парень сразу ей приглянулся. Недолго думая, дикарь явился к родителям девицы, захватив с собой большую охапку беличьих и куньих шкурок, чтобы было понятно, что он смелый и удачливый охотник. Поговорив с ним, отец Анельки неожиданно дал согласие на свадьбу, объяснив удивленным соседям, что жених хоть и неотесан, но никакой работы не боится, а за Анельку пойдет в огонь и в воду, на руках носить будет.