Текст книги "Последнее лето нашей любви (СИ)"
Автор книги: Лариса Акулова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 32. Нина
Наступает райский период. По крайней мере так кажется мне. Я уезжаю в Москву, попрощавшись с мамой и братом. Родительница даже слезы платочком на вокзале промокнула, излишне расчувствовавшись: «Как ты быстро выросла!».
Трудности начинаются еще в поезде, когда вагон заполняют пьяные мужчины. Приходится мне забиться в самый угол полки, прикрыться максимально покрывалом, чтобы избежать излишнего внимания. Они балагурят долго, до самой ночи, и только когда тьма спускается на мир, засыпают на своих местах, воняя грязными носками и перегаром. Только тогда я вылезаю из своего укрытия, чтобы умыться, почистить зубы на ночь и переодеться в более удобную одежду. А после, убаюканная мерным стуком колес и покачиванием поезда, отрубаюсь.
В Москву прибываю на следующий день, после девяти утра. И это хорошо, потому что успеваю решить множество дел: съездить в банк и открыть счет на свое имя, затем до университета, чтобы получить документы о зачислении в учебное заведение, а также получить бумажку о заселении в общежитие, которое находится в паре станций метро от универа.
Общежитие приводит меня вначале в полнейший шок. Во-первых, комната, в которую отправляет комендант, рассчитана не на двух студентов, как я думала, а на четверых. Две двухъярусные кровати, впрочем, удачно вписываются в ограниченное пространство. Учитывая, что я приехала первой, мне достается большой выбор. Беру верхнее место рядом с окном. Планирую после его обустроить так, чтобы все было под рукой. Да и вероятность того, что кто-нибудь залезет в мои вещи, меньше (но я не исключаю ее совсем).
Во-вторых, тараканы. Видимо, это бич всех общежитий. Они бегают по всем поверхностям, доступных глазу. По шкафам, в шкафах, по стенам..А в холодильнике и вовсе обнаруживаю целую колонию. Захлопываю его тут же, пытаясь сдержать тошноту.
В-третьих, совсем скоро я понимаю, что тараканы это еще ничего – в туалете, прямо по моим ногам, пробегает здоровенная мышь. Мой визг в этот момент, думаю, слышно даже в другом полушарии.
Я решаю, что нет смысла тянуть с очевидным, поэтому, вежливо попросив комендатшу присмотреть за моими вещами (так больше вероятность, что их не заселят паразиты во время отсутствия), отправляюсь в ближайший хозяйственный магазин. Трачу приличную сумму на крысиные ловушки и мелки от тараканов, также приобретаю моющие средства для ванной, туалета, окон и посуды. И по возвращении занимаюсь уборкой, мытьем, протиранием. Семь потов с меня сходит, пока я не вычищаю до приемлемого уровня свое новое жилище. Но зато как радует результат!
Только после этого я забираю свои вещи из коморки коменданта, получаю постельное белье и начинаю обустраиваться. Снимаю шторы и тут же отправляю их в стирку с «Белизной», затем застилаю постель, наслаждаясь хрустящим от крахмала и наглаженности хлопком. Да, в будущем куплю новое, но сейчас придется довольствоваться этим. По крайней мере оно чистое.
И только разобравшись с уборкой, я осознаю, что уже времени-то под вечер, а я не ела со вчерашнего дня. Теперь я даже радуюсь тому, что нахожусь в большом городе, ведь здесь работают круглосуточно множество магазинов. Не нужно тащить с собой кошелек, беру лишь банковскую карту, спрятав её под чехлом сотового.
«Пятерочка» всего метрах пятисот от общежития, и мне нравится до нее идти. Наступила вечерняя прохлада, солнце скрылось за горизонтом, и я наслаждаюсь передышкой. Не смотря на поздний час, людей много на улице, и пока иду, я их рассматриваю. Они очень сильно отличаются от тех, кто проживает в моем родном городе: холеные, модно одетые, уверенные в себе даже просто по виду и шагу. Мне немного завидно, потому что в своем простеньком летнем сарафане, наверно, я похожа на настоящую деревенщину.
У меня на ногах не туфли на каблуке, а простые тряпичные сандалии. Волосы не уложены в салоне, а заплетены в простую косу. И в руках у меня не фирменная сумочка, а простой пакет, в который планирую складывать еду.
Выбираю долгопортящиеся продукты для начала: лапшу, крупы, консервы. Затем захожу в отдел фруктов и овощей. Беру совсем немного, чтобы не сильно потратиться. А после, уступив своему ужасному желанию, кладу в корзинку пару банок дешевого пива – мне не помешает расслабиться, последний день, да и недели, были очень тяжелыми, расслабиться будет неплохо перед сном.
А вот цена за все это неприятно удивляет. Неужели все в Москве такое дорогое? Не хочу в это верить. Но не позволяю себе пугать слишком сильно, все-таки здесь мне жить несколько лет по крайней мере, пока не закончу университет и не получу специальность.
«Хорошо. Как же хорошо!», – восторженно думаю, когда возвращаюсь обратно в свою комнату. Тут так тихо, пусть и не слишком уютно. Именно этого мне не хватало в родной квартире – отсутствия вечно недовольной матери и глупого братца. Теперь же я имею возможность провести время лишь с самой собой. Принимаю душ и переодеваюсь в пижаму, продукты раскладываю по их местам, и наконец-то открываю пиво. Первый глоток, словно нектар, ложится на язык. Организм, не приученный к алкоголю, быстро пьянеет. Но мне хорошо, приятно, настоящий релакс. Даже учебники открывать не хочется – удивительное дело для меня.
Не знаю, когда я засыпаю, но, видимо, после первой же банки пива, смотря сериал. А вот просыпаюсь уже поздним утром, можно сказать днем, ведь солнце вовсю светит. Телефон разрывается от входящего звонка.
– Да? – беру трубку, заворачиваясь в одеяло с головой, будто в кокон.
Тяжелое дыхание по ту сторону. А потом голос Феди:
– Как ты устроилась? Хорошо доехала? – спрашивает меня, явно волнуясь.
– Боже, неужели нельзя чуть попозже поговорить? – Голова гудит, во рту отвратительный привкус. Не хочу сейчас ничего, кроме про-бле-ваться.
– Ты не отвечала с позавчерашнего дня. Конечно же я волнуюсь. Нина, включи, блин, голову, – слышу осуждение, но понимать не хочу, слишком уж мне плохо. – Давай, доложись по-быстрому, и можешь спать дальше. Я всё-ё-ё слышу.
Н-да уж, иногда этот парень слишком догадлив.
– Окей. Добралась нормально, поела, – тут я лгу, но не со зла. Лишь бы меня оставили в покое уже. – Убралась в комнате, купила продуктов. Выпила немного, – теперь правда для разнообразия, – и уснула. На этом всё.
– Умничка. Спи спокойно, милая.
Как же странно от него слышать подобные слова после всего случившегося. Но я принимаю их. И послушно ложусь спать вновь, отключаясь от звонка.
В следующий раз просыпаюсь уже под вечер. Думаю, все дело в переутомлении, иначе с чего бы мне так долго спать? Зато после этого я отдохнувшая, свежая, как огурчик молодой. Дохожу до уборной, делая то, что обещала Федору, затем хорошенько чищу зубы, смывая ужасный запах. И уж теперь я точно готова к новой жизни, справившись с первым днем вне дома.
– Дорогая, если хочешь, можешь быть старостой этажа, – обращается ко мне комендант, постучавшись в дверь, когда я завтракаю. Открываю ей, и та вежливо продолжает, – я смотрю ты девка серьезная, обстоятельная. Это было бы лучшим решением. Да и иметь ключи от прачечной очень удобно, уж поверь мне.
Это предложение звучит так заманчиво, что я соглашаюсь, особо не раздумывая. У меня всегда были подобные обязанности в школе, так чем хуже университет?
Глава 33. Нина
Студенты начинают подъезжать дня через три. К тому времени я уже окончательно осваиваюсь со своими обязанностями в общежитии. Мне не составляет труда встречать студентов, выдавать им ключи от новых комнат, если с прошлого года их сменили, сортировать постельное белье. Это так легко, что мне даже смешно. Тем более однообразная рутина успокаивает меня от последней встречи с Федором.
Я могла бы догадаться, что не все будет так гладко, как нам думалось изначально. Он приезжает в тот же день, что и я, но мы с ним не видимся какое-то время – я обустраиваюсь, парень тоже. Мы выбираем ближайшие выходные и идем прогуляться, чтобы обсудить происходящее. В итоге вдрызг ссоримся, как будто и не было никакого примирения. А все потому, что Победин бесконечно ноет: то денег ему на съем квартиры не хватает, то голодно ему, а продукты дорогие, то транспорт не три копейки стоит, как у нас в городе. Сплошное издевательство – вот, о чем я думаю, скидывая ему на карту пару тысяч и уходя прочь. Теперь совершенно точно знаю, что пока он не научится о себе заботиться, ни о каких отношениях и речи быть не может.
Настроение после той встречи улучшает мне новая соседка, которую я нахожу уже в комнате. Симпатичная рыжеволосая тонкокостная девушка с первого же слова настолько напоминает мне меня саму, что я помимо воли проникаюсь к ней теплыми чувствами.
– Ольга, – представляется она, сидя на матрасе без постельного. Видимо, брезгливость ей не ведома. – Очень приятно познакомиться.
– И мне. Ничего, если просто Олей буду называть? – устанавливаю контакт с ней сразу.
– Как угодно, только не по фамилии, – внезапно смеется Ольга, после уточняет, – она ужасна.
– Прям настолько? – надеюсь, что хотя бы глаза от удивления не пучу.
– Ольгина. Ольга Ольгина. Уж не знаю, чем руководствовались мои родители, но им удалось удивить всех вокруг.
И впрямь необычно. Но мне плевать на фамилию этой девушки и даже на имя, лишь бы мы характерами сошлись, все-таки предстоит жить по крайней мере год в одном очень тесном помещении.
Ольга также легко вливается в мою жизнь, как и я приспособилась к Москве. Она тихая, покладистая, чистоплотная, это немаловажно при проживании в таком месте. Она скидывается на продукты, и мы вместе готовим ужин, переговариваясь о всяких мелочах. Девушка поступила на факультет естествознания, планирует быть геологом, поэтому я её выбор уважаю, это нужный профессия.
Ложимся спать мы поздно, увлекшись ботовней, но когда на следующий день я просыпаюсь, то почему-то полностью отдохнувшая, нет ни намёка на усталость. И это хорошо, ведь сегодня предпоследний день перед началом учёбы.
Фёдор сообщает о том, что он наконец-то нашел себе жильё – койко-место в хостеле неподалёку от моего университета. И теперь он озабочен поиском работы, ведь денег у него вряд ли хватит даже на месяц, а нужно не только где-то жить, но и что-то есть. Я выслушиваю эти его признания без тени удовлетворения, потому что уже слышала подобные обещания.
Как же меня достала несамостоятельность этого человека. Ему уже исполнилось восемнадцать лет, так почему он ведёт себя, словно ребёнок? И это при том, что обычно Победин заботился о себе, работал, покупал еду домой, оплачивал коммунальные услуги. Так что с ним случилось после встречи с агентшей из Канады? Что она так сильно изменила в моем любимом, сделав из него беспомощного слюнтяя?
– Снова ты грустишь, – комментирует моё состояние Ольга, возвращаясь из библиотеки. Она посещает её каждый день, несмотря на то, что занятия ещё не начались. – Муки сердечные?
Интересно, как это она догадалась?
– Все очень просто. Такой загадочный взгляд, грустная мордашка. Я сама когда-то страдала по парню, поэтому знаю, как бывает тяжело при расставании, – чуть больше рассказывает о себе Ольга, явно не в восторге от воспоминаний.
– Мы не расстались! – вопреки здравому смыслу возражаю очевидному.
Что-то мне подсказывает, что до этого недалеко. Хоть я и дала очередной шанс Федору, он явно не спешит им воспользоваться. Лажает и лажает, будто это стало его жизненной целью – портить существование себе и окружающим людям.
– Ну-ну.
Слышу скептицизм в голосе девушки, но мы с ней не настолько близки, чтобы я начала оправдываться. Не хочу портить отношения, которые только-только начали устаканиваться.
– Ладно, не будем об этом. Не имеет смысла. Лучше о другом. Собираешься идти на вечеринку первокурсников? – Оля интересуется прямо, затем поясняет. – Очень хочу её посетить, но одна боюсь.
Да, об этом я слышала. Едва студенты начали заезжать в общагу, только и разговоров среди них было что об этом встрече вчерашних абитуриентов. Они припоминали байки прошлых лет и вовсю строили планы. И пригласили меня, сказав, что одной из лучших поступивших перед учебным годом точно не повредит развлечься. Я согласилась с этой логикой.
Теперь же киваю соседке. Она расслабленно выдыхает и тут же начинает судачить о нарядах, которые хотела бы посмотреть на предмет наиболее подходящего.
– У меня ничего нет, – стыдливо признаюсь в своей бедности. – Ни платья, ни костюма, ни туфель.
– Могу поделиться, – Ольга, не мешкая ни секунды, достает из-под кровати огромный чемодан, открывает его и начинает доставать одежду, аккуратно раскладывая её на постели. – Вот это тебе бы точно пошло, – указывает на черное платье до колена, – достаточно строго, но при этом есть намек на откровенность. Самое то. Или вот, – теперь обращает мое внимание на красный брючный костюм с белой блузой, – для образа роковой красотки. К нему отлично подойдет клатч. Сложишь в него все необходимое. А! – из пакета Оля извлекает туфли, – у тебя какой размер ноги?
– Тридцать седьмой.
– И у меня. Это судьба, – хохочет она, заставляя меня переобуться из тапочек в изящные лаковые черные лодочки на аккуратном каблуке сантиметров пяти. – И ноги не устанут, и дресс-код соблюдешь.
Смущаясь, переодеваюсь во все выбранное заботливыми руками Ольги. Она тащит меня к помутневшему зеркалу на дверце шкафа, заставляет осмотреть себя со всех сторон. И очень явно радуется тому, как я выгляжу.
– Тебе так идет! Как будто создана для модельных подиумов, – восхищается искренне, по-детски.
– Ага, конечно. Ну не смешно, Оль. Я простая девушка, деревенская. Может, однажды это изменится, но точно не сейчас. На одни только мои волосы посмотри, – грустно, но это реальность.
– Ничего. Я тебе и волосы уложу, и макияж сделаю – будешь настоящей красоткой!
Звучит многообещающе. И мне уже не терпится увидеть результат.
Глава 34. Нина
Оля сдерживает обещание. Она превращает меня в самую настоящую красотку. Колдует, правда, несколько бесконечных часов, но результат того стоит.
– Потрясающе! Прямо и не верится! – соседка тоже в шоке от того, что получилось. Просит меня, – ну же, покрасуйся.
Верчусь перед ней, зная, что та видит: потрясающе красивую девушку в костюме, выгодно подчеркивающей ее хрупкую фигуру, с волосами, завитыми в крупные локоны и частично уложенные в улитку на макушке, с ярким макияжем. А уж туфли-то как невероятно подчеркивают длину ног.
– Черт побери, настоящая роковая красотка, – шепчу, едва слышно, все еще не веря в то, какой я могу быть, если захочу. – Может, и правда стоило чуть больше о своей внешности раньше волноваться? Тогда бы Федор и не посмотрел бы налево.
– Поверь, милашка, дело совсем не в красоте партнерши. Иногда изменяют с такими страшными, что даже не верится. Вот, посмотри на меня, можно ли сказать, что я некрасива? – Ольга вопросительно изгибает бровь.
Чую подвох, но отвечаю правду.
– Нет, конечно. Ты что, как только язык повернулся о таком интересоваться?!
– Ну вот. А мой парень мне изменил. С лучшей подругой. Так что меня предали сразу два человека. Это было больно, до сих пор в груди тянет от одних только воспоминаний. Но я смирилась. И тебе советую сделать также. Живи своей жизнью, не думай о нем. Наслаждайся! Сегодня будет просто потрясающий вечер, побудь хоть раз самой собой – красивой молодой девушкой.
Её речь так сильно меня воодушевляет, что из комнаты я выхожу чуть ли не пьяная от переизбытка чувств. Ольга права! «Почему я вообще должна бесконечно беспокоиться о том, кто не может сам за себя это сделать?! Зачем класть свою молодость на алтарь чужой глупости?», – вот о чем думаю, вышагивая с Олей под ручку до первого этажа. С удовольствием замечаю, как парни чуть ли шеи не сворачивают, смотря на нас – сногсшибательны, о да.
Вечеринку устраивают в баре неподалеку. Он как раз и был придуман ради студентов, вот и сегодня в него набивается несколько десятков. Некоторые уже в хорошем поддатии, другие, как мы, только пришли и нерешительно озираются по сторонам. Кстати говоря, я замечаю, что далеко не все так разоделись, как мы с приятельницей. Многие пришли в простых толстовках, джинсах и кроссовках. Чувство собственного достоинства еще сильнее меня захватывает. Получается, что мы не зря с Ольгой старались над своей внешностью.
– По приглашению, – говорит моя соседка, когда бармен вдруг отказывается наливать нам.
– Извините, ошибочка вышла, – тут же исправляется бородатый мужчина, затем объясняет, – просто некоторые школьники пронюхали о мероприятии в прошлом году, и мне пришлось разбираться с полицией. Мало приятного на самом деле. Теперь я всех проверяю.
Оно и понятно. Вокруг царит самая настоящая вакханалия. Подростки, выбравшись из-под крыла родителей, пытаются добрать то, чего им так отчаянно не хватало. Например, мне всегда хотелось вот так вот одеваться (вычурно, но привлекательно), но не было возможности. Думаю, у этих детей похожая ситуация, однако, на первую встречу с будущими однокурсниками можно было бы и постараться.
– Мне колу, пожалуйста, – решаю начать с безалкогольного, чтобы подольше оставаться в своем уме, трезвой. Не хочу пропустить знакомства, вдруг будет кто-нибудь важный или интересный. Бармен смотрит странно, но наливает газировку со льдом, – спасибо.
И вновь подозрительный взгляд от мужчины. Будто вежливость нынче стала оскорблением.
– Эй, девчонки, присаживайтесь с нами, – кричит один из парней на диванчиках, раскуривая кальян.
А я не могу поверить собственным глазам. Там, прямо посередине, сидит и типа мой парень. Типа, потому что по его заверениям он должен быть сейчас на работе, а не на студенческой вечеринке. Боже, снова ложь. Как же мне это надоело. Зачем он пришел? Девчонок цеплять? В таком случае и я буду вести себя соответствующе.
– Конечно, ребят. Меня зовут Нинель, – бахаюсь на диван рядом с тем, кто позвал. И вижу, как в удивлении распахиваются глаза Победина. Не узнал по внешности, надо же, зато теперь в шоке. – А вас как?
Те сразу же начинают улыбаться, поняв, что сбегать я не собираюсь. Федор же злится, но я ему киваю, мол, не смей лезть, иначе между нами все кончено будет здесь и сейчас.
– Я Андрей, – указывает на себя самый смелый, а затем на друзей, – а это Петя, Лешка и Ваня.
– Очень приятно с вами познакомиться, – на моем лице, наверно, небывалое довольство. Потому, что на меня обратили внимание. Ольга просто чудо, раз помогла мне так преобразиться. – С какого вы факультета?
Так завязывается наша беседа. Ни о чем и обо всем сразу. Иногда я посматриваю, чем там занята Ольга, чтобы с ней ничего не случалось, но большую часть времени посвящаю новым знакомым. Но вот Федору происходящее не нравится. Он явно злится. И пьет все больше и больше алкоголя, не давая себе расслабиться. Видимо, его эгоизм никак не позволяет парню осознать, насколько важен для меня этот вечер. Судя по покрасневшим от злости глазам Победина, он вот-вот лопнет от ярости.
Так и случается. Подскакивая со своего места, парень опрокидывает бутылку. Пахучая янтарная жидкость пачкает брюки Петра. «Ну вот, сейчас начнутся разборки», – мелькает в моей голове мысль.
– Ты, пошли со мной! – тыкает Федор в меня пальцем. Его пьяно ведет. Пытается схватить за руку, но Андрей не позволяет. Тогда он бьет его кулаком в лицо, кричит, – не лезь к моей девушке!
– Ну всё, хватит уже этой драмы. Что ты здесь устроил? – шиплю я, словно рассерженная кошка. Будь у меня когти, выцарапала бы глаза этого бесстыжего. – Пошли на улицу, нечего концерт показывать всем вокруг. Мне с этими людьми еще учиться несколько лет.
Сама беру Победина за руку, тащу через толпу уже изрядно повеселевших студентов, стараясь никого не задеть. Перед выходом охранник меня останавливает, спрашивая, все ли в порядке. Киваю, и тогда нас выпускают наружу.
Ночной воздух моментально охлаждает мое разгоряченное тело, освежает разум.
– Ты с ними флиртовала! – тут же высказывает претензии.
– А ты какого дьявола сюда вообще пришел? Солгал мне о работе, а сам пошел напиваться. Весь в папашу. Аж смотреть противно, – я себе пообещала уже давно, что больше молча терпеть не буду. – Знаешь что? Можешь идти и развлекаться дальше. Мы больше не вместе. И больше никогда не будет.
Конец. Бесповоротный.
Глава 35. Федор
И я ухожу в полный разнос. Возвращаюсь обратно в бар уже один, присоединяюсь к другой компании парней и начинаю надираться халявным виски. Танцую с симпатичными студенточками, курю кальян – веселюсь до упаду. В какой-то момент и вовсе теряюсь в бреду, а прихожу в себя уже на съемной квартире. Причем не моей.
Голова ужасно болит, но я пересиливаю себя и осматриваюсь по сторонам, пытаясь понять, что случилось прошлой ночью. «Точно был се-кс», – думаю я. Это легко определить по двум голым девичьим телам рядом со мной под одеялом, отсутствию одежды у меня и использованным пре-зер-вативам на подушке, которые нестерпимо воняют резиной и спе-рмой. Первым телом, поднявшись, я избавляюсь именно от них: выбрасываю, брезгливо держа двумя пальцами, а затем долго-долго мою руки, ведь мало ли где они побывали.
Нахожу душ в ванной комнате и, ничуть не мучаясь угрызениями совести, залезаю в него, прихватив из шкафа пару полотенец. Смываю с себя чужие запахи, тщательно натираясь по-девчоночьи земляникой пахнущим гелем для душа. Зато шампунь пахнет вполне по-мужски – морским бризом и грозой. Когда заканчиваю с этим, становлюсь перед раковиной, придирчиво оглядывая себя в зеркало. Видок так себе: волосы, не смотря на двойное мытье, растрепанны; под глазами залегли тени; а изо рта пахнет, как из давно не чищенной канализационной ямы. Запасных щеток для гостей нигде не нахожу, поэтому поступаю по-старинке. Сворачиваю кусок туалетной бумаги и, смочив его в пасте, таким образом чищу зубы. Не очень, но хоть как-то.
– Выходи быстрее, я сейчас обо-с-сусь, – стучит в дверь, видимо, одна из девчонок. Настойчиво так, что я понимаю её отчаянную нужду. – Быстрее!!!
Видимо, терпеть не может, потому что врывается в небольшую комнату, не дожидаясь моего выхода. Прям, как была в постели, голышом садится на унитаз и журчит. А следом раздается облегченный вздох.
– Совсем не принцесса, – комментирую происходящее шепотом. После чуть громче, – тебя как зовут-то?
– Меня не зовут, я сама прихожу, – заезженной старой фразочкой отвечает моя вчерашняя любовница. – Полина. Впрочем, я не удивлена, что ты не помнишь. Не спрашивал же, сразу в кровать нас с Катей завалил. Ну, мне понравилось, поэтому не жалуюсь.
– Черт, все-таки было, – я до последнего надеялся, что не изменял Нинель. Кажется, с каждым днем я становлюсь для нее всё более худшим вариантом.
– Ну да, очень уж ты обиделся на свою девушку. Она же твоя девушка? – внезапный вопрос.
– Вроде как.
– После вчерашнего я в этом сомневаюсь, – подтираясь, говорит Поля. – Таких разборок я еще никогда не видела, честно говоря. Настоящая мыльная опера.
Проблема в том, что в моих собственных воспоминаниях пусто. Как будто чистый лист бумаги, с которого все стерли. И как быть? Кажется, вчера произошло что-то очень важное, и мне надо выяснить любым способом, что именно. Задаю об этом вопрос Полине.
Она думает какое-то время, прищурившись. Умывается, чистит зубы. Отводит меня на кухню. И только начав жарить яичницу, заговаривает наконец:
– Она настоящая красотка. Так что неудивительно, что так ревниво отнеслась к твоему появлению на вечеринке. Я бы своему глотку вырвала за такое, если бы он существовал.
Приходится признаться.
– Я не помню. Ничего из того, что было вчера.
– Наверно, это потому, что ты пил, как не в себя, а потом еще и кальяном накуривался. В какой-то момент, возможно, туда добавили кое-что..– девушка намекает на нечто зеленое и запрещенное в нашей стране.
В таком случае ясно, отчего мне память отшибло. Раньше я всего раз пробовал запрещенные вещества. Мне не понравилось. И теперь мое мнение об их пагубном эффекте лишь укрепилось.
– Что же я натворил?! Пожалуйста, расскажи мне, – прошу у студентки чуть ли не умоляюще.
Она раскладывает яичницу по трем тарелкам, идет в комнату, а обратно возвращается со своей подругой, которая даже двигается с закрытыми глазами.
– Не обращай на нее внимания. Кате всегда тяжко приходить в себя после пьянки. Ешь, – приказным тоном указывает мне, что делать, Полина. И только после того, как я послушно беру в руки вилку и хлеб, говорит дальше, – раз хочешь знать, то расскажу. Все начиналось невинно. Она пришла с подружкой за ручку. Явно постаралась над своим образом. Настолько, что все парни при одном взгляде на нее начали пускать слюной. А потом она увидела тебя и, видимо, очень обиделась за что-то. Потому и решила развлекаться. С одним из них, моим будущим одногруппником, Андреем, вы не смогли её поделить. Ты облил его виски. А потом он отхватил от тебя неплохой такой хук справа. Зрелищно было. После вы ушли с девчонкой на улицу, наверно, поговорить. Но беседа не увенчалась успехом, потому что после вы оба вернулись в бар, но уже порознь. Она забрала свою приятельницу и удалилась, а ты остался. Пил, курил, цепанул меня с Катей. Я подумала, что не стоит отказывать тебе в удовольствии забыться, вот и пригласила к себе. Оказалась права – отличная ночка вышла, ни о чем не жалею.
Слушаю и пытаюсь оправиться от шока. Судя по всему, вчера мы вновь расстались с Нинель. Интересно, что такого я ей сказал, и что сказала она?!
– По тебе видно, что от счастья не уми-раешь, – делает вывод Поля, вовсю уплетая салат из огурцов, помидоров, красного лука и болгарского перца, – любишь ее, да?
– Да.
Ответ такой простой, что сам с моих губ срывается.
– В таком случае ты плохо это показываешь. Вот, доказательство перед тобой, – тычет пальцем на себя и Екатерину.
– Где-то я свернул не туда, – соглашаюсь с ней.
– Ага, вошел не в ту дверь, – похоже, девушка вспоминает тот самый мем с Киркоровым. – Я не думаю, что ты её по-настоящему любишь. Да, ты красавчик, что глаз не отвести, но в тебе полным-полно эгоизма. Если так поразмышлять, то ночью, пока я не возмутилась, ты только о своем чл-ене думал. Такое себе.
Если уж даже случайная знакомая мне об этом говорит, значит, проблема серьезная.
– И как мне быть? Как помириться с Ниной? – интересуюсь, вдруг у Полины есть ответ, как у девушки.
– Ничего. Живи дальше. Вы с ней не пара. Это с первого взгляда понятно. Забей и занимался своей жизнью. Ты красивый, спортивный, наверняка имеешь амбиции. Вот и брось на них все свои силы. Будь чуточку умнее, действуй на опережение.
То есть, пора мне позвонить Таре Смит и напомнить ей о нашем договоре.
