Текст книги "Зловещий художник (СИ)"

Автор книги: Лара Вагнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 20

Два масляных фонаря освещали окружающее пространство достаточно ярко. Во всяком случае, при желании можно было разглядеть каменные плиты под ногами, шершавые стены и временами даже сводчатый потолок. Слишком высокий для обычного подземелья. Но в замке Ровенгросс ведь изначально все строилось с размахом. Так что размерам подвала удивляться не приходилось. Правильней, впрочем, было бы назвать его “подземельем”.

– Просторно здесь, – с явным уважением произнес инспектор Фоксэн. – Признаюсь, мне ещё никогда не доводилось бывать в подобных местах. Если, конечно, не считать катакомб к северу от столицы. Мы тогда ловили там банду грабителей… Давненько это было, я тогда только устроился на службу. Золотые времена… – он ностальгически вздохнул.

– Любите вспоминать о начале службы? – поинтересовался я. – Много было сложных дел?

– Не то, чтобы особо люблю. Слишком молод тогда был и наивен. Верил в справедливость, свои силы, мечтал приносить пользу порядочным людям… Защищать их от преступников…

– Разве это вам не удалось?

– В целом… удалось. Но есть всякие оговорки. Например, после того случая в катакомбах я получил разнос от начальства и сам чуть не уволился.

– Почему?

– Долго объяснять. Если коротко, я дал уйти информатору, который вел тройную игру. Обещал ему это заранее. А потом выяснилось, что он обвел меня вокруг пальца, – инспектор замолчал на несколько секунд. Похоже, уже жалел, что пустился в откровения-воспоминания. Да ещё и передо мной. Или, может, это тоже была тонкая тройная игра с его стороны? Расположить собеседника к себе, вызвать доверие, показав свои слабые стороны… Кто знает, что на уме у всяких опытных и хитроумных сыщиков? – Зато любой опыт бесценен, особенно печальный, – уже другим тоном добавил он. – Кстати, в подвале замка бродить гораздо приятней, чем в катакомбах. Там повсюду грязь и вонь, еще и черепа и кости повсюду валяются. А здесь все так... величественно. Даже дышится легко, воздух не затхлый.

– Система вентиляции до сих работает отлично. Хотя создана много веков назад, – сообщил я тоном заправского гида.

– Я же говорю. Идеально… – Инспектор, который шел чуть впереди, вдруг запнулся и взмахнул руками. Однако удержал равновесие и не упал. Присел на корточки и поставил на пол рядом с находкой фонарь. – Конечно, всякое попадается даже в идеальных подвалах…

Перед нами лежала часть человеческого скелета – рука с надетой на нее железной перчаткой. Об этой руке я совершенно позабыл. Хотя лично положил ее на дороге, когда последний раз заглядывал в подвал примерно полтора месяца назад. Тогда мне казалось, что такие препятствия – неплохое предостережение для случайных людей, задумавших без спроса наведаться в мои владения. Например, Стерк все собирался провести осмотр подвала. А мне совершенно не нравились его планы. Поэтому я придумал целую последовательность всевозможных милых знаков, которые должны были бы отвратить управляющего от подземного путешествия. Правда, недавние события вытеснили эти замыслы из моей памяти.

Между тем инспектор вытянул из кармана тончайшую белую перчатку, надел на первую руку и осторожно коснулся находки.

– Это от совсем уж древнего скелета, – поспешил сказать я.

– Да, я вижу. Тот, кто расчленил этого несчастного, и сам уже давно на том свете. Полиции до него не добраться. Зато любопытно, кто додумался положить такое на самой дороге.

Он и правда с любопытством осматривал довольно-таки жуткую находку, которая нагнала бы страха на неподготовленного человека. Практически скелет целой руки, отрубленной по самое плечо. Я наткнулся на нее ещё давно, в самой глубине подвала. Железная рыцарская перчатка держалась благодаря проржавевшей цепочке, обхватывавшей запястье.

– Наверное, какой-то пленник, угодивший сюда лет семьсот назад. Подвалы старых замков скрывают много мрачных тайн.

– Это понятно, – инспектор поднялся и аккуратно переместил мертвую руку к стене. – Вот так. Теперь она уже никому не помешает. Если преступник, как вы предполагаете, затащил тело маркизы Бринсен в подвал, он бы обязательно запнулся. – Инспектор сделал несколько шагов вокруг. – Да, скорее всего так, мимо вряд ли пройдешь. А я успел заметить, что рука лежала ровненько. Вы случайно не знаете, кто мог устроить такую подлянку?.. Я чуть не свалился.

– Понятия не имею! – не рассказывать же инспектору о том, как устроил ловушки и сам же о них позабыл. Если бы шел впереди, наверняка тоже попался бы.

– Так или иначе, тела маркизы в подвале явно нет. Да и раньше нам никаких следов не попадалось. Значит, возвращаемся?

– Погодите! Преступник мог выбрать боковой коридор. Его тоже нужно осмотреть.

– А где он?

– Надо немного вернуться назад.

– Хорошо, ведите.

Мы развернулись и зашагали в противоположную сторону. Шагали недолго, буквально через несколько минут я приложил ладонь к чуть заметной выемке на стене. Каменная панель скрипнула и поехала в сторону, пропуская нас в боковой коридор.

– Ого, да тут настоящий подземный лабиринт, – заметил инспектор. – Идеальное место, чтобы спрятать труп. А кто, кроме вас знает о потайной двери?

– В принципе, все члены семьи. Не уверен, что все когда-нибудь спускались сюда и тем более, открывали потайную дверь. Но чисто теоретически должны быть в курсе. И дворецкий точно. Думаю, что некоторые старые слуги тоже.

– Замечательно. Круг подозреваемых опять слишком широкий.

– Пока да.

– Что ж, осмотрим и эту часть подвала. Кстати… – Инспектор наклонился и поднял с пола небольшой обрывок веревки. Потребил ее пальцами, пристально рассматривая. – Она, похоже, валяется тут недавно. Вы раньше не замечали?

– Нет!

Я ответил совершенно искренне.

– Уже кое-что. Ладно, двигаемся дальше. – Инспектор явно оживился. Сунул найденный обрывок в карман и удовлетворённо заявил: – Моток точно такой же веревки я видел в коридоре верхнего этажа. Недалеко от комнаты убитого слуги. Это не какая-то старинная веревка домашнего производства. Совсем новенькая и явно покупная. Возможно, вы были правы, когда пригласили меня сюда. Надеюсь, вы тут хорошо ориентируетесь?

– Естественно. Каждый поворот коридора и каждый закуток мне отлично известены. Это была моя любимая площадка для игр лет с шести.

– И взрослые отпускали ребенка в темный подвал со скелетами? По меньшей мере, с одним скелетом…

– Я ни у кого не спрашивал разрешения.

– Ясно. Что ж, продолжим наше увлекательное путешествие.

И мы пошли вперёд, внимательно вглядываясь в полутьму, разбавленную светом наших фонарей. В боковом коридоре было заметно темнее, чем в основном, и в целом обстановка казалась мрачнее. Он был уже, а потолок гораздо ниже. Повороты казались непредсказуемыми, порой коридор раздваивался и тогда приходилось возвращаться и проверять все заново.

– Причудливая схема, – заметил инспектор. – Зачем, интересно, коридор так петляет? Чтобы запутать чужаков? Куда, собственно говоря, он ведёт?

– Раньше вел к тайному выходу из замка. Можно было пройти под парком и озером и выбраться на поверхность довольно далеко отсюда. Но потом, ещё очень давно, путь к выходу завалили камнями. Так что он ведёт в никуда. Можно только вернуться в основной. коридор.

– Не вижу особого смысла в этих переплетениях… – Тут инспектор проворно нагнулся и подобрал с пола ещё один обрывок веревки. – Отлично, мы на верном пути.

Я уже представлял себе, что мы вот-вот наткнемся на похищенную маркизу. Связанную по рукам и ногам… Желательно еще живую. Ведь в этом случае она будет бесконечно благодарна за спасение. Разоблачит истинного злоумышленника, творящего преступления в замке, начиная с убийства тетушки Годории.И, скорее всего, все подозрения с меня будут сняты в один миг. Ведь наверняка преступником является один и тот же человек. Если же маркиза мертва – все гораздо хуже. Она уже не сможет свидетельствовать в мою пользу. Правда, оставалась надежда, что инспектор взял след и переключится на истинного виновника. Однако это все были лишь мои предположения, которые почему-то не торопились сбываться.

Внезапно впереди показались смутные, слабые огни…

– Что это? – спросил инспектор.

– Не знаю… давайте посмотрим.

– Осторожней. Держитесь за моей спиной.

Он достал из кармана пистолет и взвел курок. Выражение лица инспектора изменилось, стало жёстким и напряжённым. До меня начало доходить, в какие странные и опасные дела я ввязался. Но обратного пути не было. Осторожно, прижавшись к стене, мы добрались до источника света. Инспектор с облегчением вздохнул и спрятал пистолет обратно в карман.

– Ложная тревога.

На верхней части стен и на потолке овальной камеры, куда привел нас коридор, светились причудливые наросты, напоминавшие бесформенные соцветия. Инспектор потрогал ближайший из них пальцем.

– Похоже на мох.

– Какой мох может вырасти тут? Тем более я ни разу ничего подобного не видал.

– Ну, я же не ботаник, – пожал плечами инспектор. – И хозяевам лучше знать, что растет в их подвале. Светящийся мох… необычно. Или это остатки древней магии?

– Я бы тоже хотел узнать.

Инспектор вдруг резко обернулся. Он первым уловил тихий шорох, который с каждым мгновением приближался. Я и не заметил, когда инспектор успел снова выхватить пистолет.

– Кто здесь?

Ни слова в ответ, лишь все усиливающийся шорох… шуршание… не знаю, как точнее обрисовать эти зловещие звуки…

Глава 21

Можно было бы представить огромный букет из засохших цветов, чьи лепестки непрерывно падают на поверхность стола. Или листья клена, осыпающиеся на землю глубокой осенью под порывами холодного ветра. В любом случае печальная картина. Но тогда у нас не было времени для поиска сравнений, они пришли мне в голову только сейчас.

Звуки исходили от высокой фигуры в белесом балахоне, приближавшейся к нам. То ли складки ткани шуршали на ходу, то ли хрустели кости под балахоном. Вокруг низко надвинутого капюшона виднелось бледное зеленоватое свечение. Никоим образом не проходило это существо на живого человека. Хотя бы по тому, как свисала с костяного остова ткань балахона, понятно было, что перед нами движущийся скелет.

Пистолет инспектора в данном случае казался бесполезной игрушкой. Разве можно подстрелить того, кто уже давным-давно мертв. А мертвец между тем неотвратимо приближался к нам. И намерения у него явно были не добрыми. Во всяком случае, он начал угрожающе размахивать руками. Раздался тихий, но от этого ещё более жуткий вой.

Переглянувшись с инспектором, мы приняли единственно правильное решение. А именно – развернулись и бросились удирать по всех ног. Мертвец довольно резво преследовал нас, расстояние между нами не сокращалось.

– Что вам нужно, уважаемый? – как можно вежливей спросил я на бегу. Ответа не получил. Возможно, это был какой-то мой древний предок… или враг древнего предка, с которым тот расправился в подвале. А мне теперь приходилось отдуваться за предыдущие поколения, хотя я тут совершенно ни при чем. Впрочем, мне было не привыкать к такому свинскому отношению, особенно в последние дни.

Инспектор, не останавливаясь, выстрелил в преследователя. Лучше бы не этого не делал. Пуля прошла сквозь мертвеца, но его не остановила, наоборот придала ещё больше резвости. Мы мчались по коридорам, мертвец за нами. Удивительно, что умудрились не потерять фонари. По моим расчетам, уже довольно близок был тупик. Дальше бежать было некуда.

– Что будем делать? Скоро коридор закончится!..

– Когда закончится, тогда и подумаем, – выдохнул инспектор.

И все-таки гонка закончилась до того, как мы достигли тупика. Призрак неожиданно начал запинаться и путаться ногами в своем широком балахоне. Видимо, не ожидал от нас такой прыти и рассчитывал нагнать пораньше. Тем не менее, не отставал. И тогда инспектор заявил:

– Мне это надоело!

Размахнулся и метнул в мертвеца фонарь. Тот угодил точно в цель. Стекло разбилось, мелкие осколки разлетелись, а мертвец вспыхнул, будто факел. Заполыхала ветхая ткань балахона, потом загорелся уже обнаженный скелет. Это было отвратительное, но все же завораживающее зрелище. Я не мог оторвать от него глаз. А через несколько минут все закончилось. Пламя потухло, обуглившийся скелет с глухим шумом рухнул на пол и затих. Видимо, окончательно.

– Надеюсь… надеюсь он теперь обрел покой, – фраза прозвучала довольно высокопарно, однако инспектор вполне имел на это право. Ведь именно он сумел расправиться с преследователем, неуязвимым для пуль, но оказавшимся бессильным против огня.

– И часто тут у вас такое бывает? – осведомился инспектор небрежным тоном. Будто и не он только что со всех ног удирал от скелета в балахоне. Наверняка инспектору хотелось поскорей забыть этот досадный эпизод. Тем более, свидетелей, кроме меня, не имелось.

– На моей памяти впервые, – признался я. – Иногда странные вещи случались, но чтобы такое… Нет, никогда. Должно быть, дело в вас. Поэтому мертвец временно ожил и накинулся…

– Ну, конечно, полиция всегда виновата во всех бедах, – иронично отозвался он. – Ладно, давайте выбираться отсюда. С меня на сегодня хватит. Маркизы здесь явно нет. Мы уже все подземелье облазили. Сейчас на всякий случай дойдем до этого вашего тупика и возвращаемся.

– Как скажете.

Сказать-то было легко, а вот исполнить сказанное оказалось гораздо сложнее. Буквально минут через десять я осознал, что не узнаю пространство, в котором бывал множество раз (пусть и не так часто, как в основном коридоре). Теперь путь представлялся совершенно незнакомым. Как же так? У меня просто не было слов. Язык не поворачивался признаться инспектору, что я не понимаю, куда мы направляемся. Впрочем, спустя некоторое время он и сам догадался.

– Вы заблудились?

– С чего вы взяли?

– Просто мы проходим мимо этой каменной глыбы уже третий раз.

– Уверены?

– Абсолютно.

– Ничего не понимаю. Кажется, мы и правда немного сбились с пути, – вынужденно признался я. – Какой-то абсурд. Я ведь знаю все эти коридоры и повороты как свои пять пальцев!

– Да, я заметил.

– Ваш ехидный тон неуместен. Из-за вас восстал мертвец! Почуял чужака и бросился отстаивать свою территорию. Естественно, после такого потрясения я слегка потерял ориентацию. До вашего появление в подвале все было благополучно.

– Конечно-конечно, – усмехнулся инспектор. – Истинный виновник найден. Может, немного передохнем?

Мы уселись рядышком прямо на пол, привалившись спиной к стене. Единственный оставшийся фонарь излучал ровный, теплый, золотистый свет, внушая некоторую надежду. Новейшая модель, надёжная и рассчитанная на долгую службу. Множество таких фонарей закупил для замка и поместья предыдущий управляющий, потратив кучу денег. Но теперь я был ему бесконечно благодарен.

– Попробуйте что-нибудь нарисовать, – предложил инспектор. – Вдруг сработает, и мы узнаем что-то полезное.

– Вы опять за свое?! И чем я должен рисовать, интересно?

– У меня с собой есть карандаш и блокнот.

– Лучше бы у вас с собой был бутерброд.

Инспектор посмотрел на часы.

– Да, мы пропустили не только обед, но и ужин. Неужели нас до сих пор не хватились?

– А мы никого не предупредили, что идём сюда.

– Пожалуй, это была ошибка.

– Ещё какая!

Мы немного отдохнули, потом я все же взял блокнот и постарался исполнить то, что хотел инспектор. Увы, ничего путного не выходило. Странное состояние не возвращалось, грифель чертил на бумаге неопределенные и бессмысленные линии.

– Что-то стало душновато. Наверное, здесь вентиляция не такая совершенная, как в главном коридоре.

Инспектор поднялся на ноги.

– Предлагаю попробовать свернуть направо.

– Это мы уже пробовали.

– Давайте попробуем ещё разок. Должен же быть выход из этого лабиринта.

Я не стал спорить. Раз человек считает, что способен найти верную дорогу, не стоит его разочаровывать раньше времени… Наши блуждания продолжались ещё долго, когда откуда-то со стороны донеслись приглушённые голоса.

Глава 22

Сперва мне померещилось, что эти неясные звуки исходят от ещё каких-то толком неупокоившихся мертвецов. После недавней пробежки такой вывод буквально напрашивался. Это было бы вполне ожидаемо. Инспектор тоже насторожился, будто лис, почуявший более крупных хищников. Однако уже совсем скоро стало понятно: никаких потусторонних оттенков в голосах нет. И вообще ничего плохого, кроме явного раздражения и очевидной досады.

– Куда же они провалились?!

– Инспектор!

– Шэнс!

– Где вы?

– Мы здесь! – во весь голос заорал инспектор у меня над ухом.

Я предпочел бы подать сигнал более сдержанно, однако мой спутник решил иначе. Видно ему осточертело бродить по подземным лабиринтам да ещё и не в самой приятной компании.

– Оставайтесь на месте! – ответил знакомый голос.

Довольно скоро справа показались огни фонарей и приближающиеся силуэты. Дядя Трауб, отец и дворецкий.

– Каким ветром вас сюда занесло? – недовольно бросил отец. – Подвал ведь уже осматривали.

– Мы решили проверить ещё раз. На всякий случай, – пояснил инспектор. – Надеюсь, никому не доставили неудобств.

– Ну, если не считать, что вас разыскивает десяток человек, то да, все в порядке.

– Мне очень жаль, господин граф.

– А как вы догадались, что мы в подвале? – вклинился в разговор я.

– Просто вас больше нигде не было. А Роксон заметил, что на полке возле входа в подвал не хватает двух фонарей.

– Понятно.

– Ну и как, нашли что-нибудь? – снисходительно спросил Трауб.

– Кое-что нашли.

– А именно?

– Думаю, это пока нельзя раскрывать в интересах следствия. Ведь так, господин инспектор?

После моих слов я впервые за много лет ощутил на себе взгляд отца. Взгляд прекрасных серых глаз, которые по праву считались чарующими. Впрочем, в таком освещении они казались совсем темными. Я ведь уже упоминал, что обычно отец смотрел мимо меня?

Инспектор кашлянул и перевел разговор на другую тему:

– А пока мы здесь находились – не было никаких новостей?

– Были. Горничная, которая прислуживала маркизе, упала с лестницы и едва не разбилась насмерть. Возможно, девушку кто-то столкнул.

***

В небольшой комнате по соседству от кладовой тоже хранилось множество разнообразных ящиков, коробок, свертков… Однако нашлось место и для узкой кровати, которую принесли сюда, чтобы не пришлось поднимать пострадавшую в ее комнату под самой крышей и не навредить при такой переноске ещё больше. Сейчас доктор уже был почти уверен, что жизни этой девушки ничто не угрожает, хотя расшиблась она сильно. К нашему возвращению из подвала она успела очнуться и даже заговорила.

– Итак, что ты хотела рассказать, девочка? – ласково сказал отец, присев на стул возле кровати.

– Меня зовут Канни, господин граф, – пролепетала она.

В прошлый раз, когда инспектор опрашивал эту горничную, я особо к ней не присматривался. Обычная молоденькая простушка. Довольно миловидная, с веснушками на круглом личике и каштановыми кудряшками. Всех горничных не упомнишь. Но сейчас она оказалась в центре внимания.

– Хорошо, Канни, я запомню твое имя. Доктор говорит, ты совсем скоро поправишься. Все будет благополучно. Если тебе и правда есть что сказать, поделись, пожалуйста. Это очень важно.

Если бы отец в свое время хоть иногда разговаривал со мной таким тоном… может, я бы и не ссорился постоянно с окружающими и вообще стал другим человеком. Однако тогда время было упущено, и его не вернуть.

– Да… я… меня сильно толкнули, и я не удержалась… руки были заняты полотенцами, которые надо было отнести в прачечную… я не успела схватиться за перила.

– На каком этаже это произошло?

– На площадке между вторым и третьим… кажется.

Доктор тихо добавил:

– Ей крупно повезло, что упала на эти самые полотенца. Иначе…

– Ты не видела, кто это был?

– Нет, господин граф… но я должна… должна ещё что-то рассказать вам… только я не помню… не помню ничего… – Канни всхлипнула, – Почему я все позабыла?

Ещё немного, и она разрыдалась бы

– Тише-тише, детка. Вспомнишь чуть позже и сразу расскажешь, да?

– Да, господин граф…

***

– Досадно, что у девушки провалы в памяти. Но так бывает в подобных случаях, – сказал инспектор Фоксэн, стоя на площадке между вторым и третьим этажом. Это была так называемая “черная лестница”, относительно узкая и с довольно крутыми ступенями, которой пользовалась исключительно прислуга. Грохнуться с такой внушительной высоты действительно не поделаешь и врагу, – Ещё повезло, что она не сломала себе шею. Надеюсь, потеря памяти временная. Что же она должна была сообщить вашему отцу? И почему не сообщила раньше?

– Я бы тоже хотел это знать.

– Злоумышленник выбрал удачное место.

В самом деле, место подходило идеально. Лестница была освещена довольно тускло, а на площадке, совсем рядом со спуском стоял объёмистый старый шкаф, битком набитый всяким полезным и бесполезным хламом. Достаточно было притаиться за ним, чтобы столкнуть ничего не подозревающего человека вниз.

– Надо сказать управляющему, чтобы шкаф убрали или хотя бы передвинули, – добавил я.

– Да, не помешает. Вы не могли бы пройтись в этом направлении? А я встану за шкафом, где предположительно стоял злоумышленник, и…

– Нет уж, спасибо! Хватит с меня таких экспериментов! Вы меня уже чуть не придушили в комнате слуги. Давайте поменяемся ролями.

– Не о чем беспокоиться, – Пожал плечами инспектор. – Я ведь все держу под контролем. – Но можем распределить роли иначе, раз вы настаиваете.

– Отлично.

Я встал за шкафом, а инспектор наугад взял с полки какой-то пыльный свёрток, потом закрыл створку шкафа и поднялся на третий этаж. Держа свёрток перед собой обеими руками, он с самым беззаботным видом принялся спускаться. Довольно удачно удалось изобразить молодую легкомысленную горничную, только кружевного фартука не хватало.

Когда он проходил мимо меня, я резко толкнул его в бок. Инспектор поскользнулся на каменном полу, пролетел пару шагов, взмахнул руками и выронил свёрток, который покатился вниз. А сам инспектор каким-то чудом едва удержал равновесие на самом краю площадки перед верхней ступенькой лестницы. Ясно было, что упасть при таком раскладе – это почти неизбежно. А ведь он ожидал нападения и был крепким, физически сильным мужчиной. Что уж говорить о маленькой хрупкой девушке, застигнутой врасплох.

– Эксперимент прошел успешно? – уточнил я.

– Более чем. Кстати, можно было не толкать так сильно. Вы приложили все свои возможности?

– Сами виноваты. Надо было заранее обговорить этот момент.

– Ладно. Главное, теперь мы уверены: горничная скорее всего говорит правду. Столкнуть кого угодно вниз тут проще простого. Человек вряд ли заметит злоумышленника. Ничто не помешает тому исполнить свой замысел. С этим справится даже женщина.