Текст книги "Агентство «Вечность не вопрос» (СИ)"

Автор книги: Лара Ингвар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10. «Dolce vita»

Утро мое началось в полдень с отчаянного звонка и стука в дверь. Я встала с пола, подумав, что нужно ковер купить более ворсистый, если я так часто собираюсь на нем вырубаться. Видок у меня был тот еще, помню я вчера отключилась рядом с перерождающимися в бесов «птичками». Утром птичек подле себя я не обнаружила, зато обнаружила на пальцах левой руки тонкие полоски белой кожи, как зримые следы заключенной сделки. Полоски саднило и потягивало, и я подумала, что было бы не плохо надеть на пальцы пару колец.

За дверью оказался Люц, Велыч, Инна и как не странно Алехандро. Люц как только вошел, оглядел меня критическим взглядом, выискивая следы повреждений в ауре. Не нашел, но все равно недовольно засопел, всем своим видом обещая мне скорую головомойку. Велыч взмахнул рукой в перчатке, положил мне на горло, но душить не стал, стал вслушиваться в пульс. Кивнул своим мыслям, тоже признавая мое состояние удовлетворительным.

Алехандро просто направился на кухню, не сняв ботинок, за что мне захотелось кинуть ему в спину что-нибудь тяжелое. Я только вчера помыла полы. Чувствуя себя бабкой-уборщицей я ворчала вслед этой ожившей эротической фантазии с ужасными манерами.

Инна и все остальные обувь сняли, и тоже решили разговоры вести на кухне. Начальница открыла форточку, вытащила из кармана сигарету и затянулась, пуская в форточку едкий дым:

– Сущность, которую ты вытащила из инферно уже находится под присмотром Фени. Твой питомец в восторге от своего гарема, предлагает заняться выводом птенцов.

Значит то существо… было девочкой. Я еще не успела увидеть питомца во плоти, но если Феня начал показывать им Москву, то можно вздохнуть спокойней.

– Вы тут что все делаете?

– Проверяем одну безголовую ведьму, которая настроила против себя всю светлую коалицию, а затем залезла в Инферно и заключила в плоть еще пять бесов, – голосом Люца можно было резать как ножом. Он вообще выглядел раздраженным, навершия шишек на лбу покраснели, будто рога вот вот проклюнуться. Скорее всего его расшатанное состояние было связано с тем, что жена временно уехала вместе с детьми, Люц без нее плохо контролирует свою демонскую половину.

– Если бы подобное случилось в Италии, за тобой бы Ватикан уже отправил инквизицию, – флегматично сообщил Алехандро. – Но у вас здесь, как это… полный бардак, так что живем. У тебя вина нет? У меня сложное утро.

Я мотнула головой в сторону кухонного шкафа. Алехандро изъял оттуда бутылку красного, оглядел критическим взглядом, вздохнул тягостно и предпочел заварить для себя кофе. Он двигался на моей кухне, будто бы жил в этой квартире. На мгновение я залюбовалась мужиком, который выглядел словно модель от Армани, и даже гнев на него за то, что он не снял своих черных лакированных ботинок куда-то испарился. А затем он отправил растворимый кофе в помойку, вернув мою злость на место.

– Линочка, солнышко, ты заставила нас поволноваться. Больше не рискуй собой без надобности, – строго сказала моя начальница. И лицо в этот момент у нее стало другим, вечная плутоватая улыбка слетела с губ, взгляд зеленых глаз прожигал насквозь. Но это длилось лишь мгновение, вскоре Инна вновь стала похожа на себя, добавив: – Если ты раньше времени помрешь, кто мне кассу делать будет. Не забывай, что у тебя уже завтра вызов. Верные темные лорду, или как они себя называют, сняли усадьбу Шувалова.

Сатанисты на данный момент казались мне наименьшей из проблем, но от контрактов агентство «Вечность не вопрос», не отказывается. Тем более несмотря на нырок в инферно я чувствовала себя полной сил.

– Я по делу собой рисковала. Теперь у нас есть информация о покинувших церковь прихожанах с ангелизмом и демоны для слежения за ними. Мои птички смогут заняться этим уже завтра.

– Твои птички занялись этим уже сегодня. Так что… спасибо. Но твоих методов я все равно не одобряю, – Люц принял от Алехандро чашку кофе. Я достала из холодильника сливки и сахар.

На маленькой кухне было уютно, даже то, что Инна курила у окна не выводило меня из себя. Однако подобная мирная картина как-то не укладывалась в голове. Нет, еще Люца я у себя представить могла, он меня пока обучал, часто заглядывал. В основном чтобы проверить, не отбросила ли я копыта. Но вот остальные … В особенности Алехандро, которому вроде как днем полагалось спать, отдыхая от оргий.

– Я жива и относительно здорова. Не хочу показаться невежливой, но у вас всех разве других дел нет?

– Ауч, колючка, – вздохнул Алехандро, попивая кофеек. Ему стула уже не хватило, поэтому он остался стоять, прислонившись к кухне. Даже с чашкой в руках, на которой был изображен злой кот, он умудрялся выглядеть соблазнительно. – Мы здесь, чтобы устроить мозговой шторм, собрать всю имеющуюся информацию об ангелах и решить, как остаться в живых. Мне всего семьдесят, я слишком молод, чтобы умереть.

Речь его звучала прикосновением бархата к истерзанной душе. Стоп. Семьдесят?! Почему меня окружают бессмертные, вечно молодые ублюдки? Мне еще пару лет и мимических морщин уже не скрыть, а он в семьдесят едва ли выглядит на тридцатник. Причем такой тридцатник, когда человек следит за питанием, регулярно посещает спортзал и не имеет вредных привычек. Люц откинулся на табуретке, прислонившись спиной к изрядно вытертым обоям в цветочек:

– Я принес печати, которые должны отвращать удары света. Сегодня предлагаю заняться их начертанием и подготовкой исходников. Каждый, кто участвует в операции должен будет нанести эти печати на груди, на спине и на животе. Это повысит наши шансы пережить прорыв света.

– Я подал запрос на разглашение определенной информации об ангелах. Он находится в обработке. – Велыч указал пальцем на свой лоб, имея ввиду, что связался с демонами своего круга с помощью ментальной связи. Глаза у него были еще чернее, чем обычно. – В последнее время мне еще сильнее хочется задержаться в этом мире…

Инна закончила курить, ловким движением отправила сигарету в раковину, при чем летела она через всю кухню подобно падающей звезде.

– Я ваша начальница, товарищи. И без меня вы ничего путного сделать не сможете.

– Понятно, а он зачем здесь? – Исподлобья уставилась на Алехандро. Он хоть и согласился помочь, но вот не нравился мне. Нисколечко.

– Алехандро любезно согласился охранять тебя от джина и возможных неприятностей со стороны светлого.

– Нет, – твердо произнесла я. Лучше я вызову еще пяток демонов из инферно, или призову себе в помощники Абадона, но с Алехандро ничего общего иметь не буду. Инкуб уже неоднократно намекал, что хочет включить меня в меню. Нахождение с ним ночью один на один в закрытом помещении – не самая лучшая идея. Чувственные губы разошлись в улыбке.

– Боишься меня больше, чем полоумного джина и обиженного ангела? – и снова его чертов голос, который заставлял коленки дрожать. К сожалению, только у меня. Ни Люц, ни Инна, ни тем более Велыч никак на его голос не реагировали.

– Разумно опасаюсь, – не стала лгать я, чем заслужила еще одну снисходительную улыбку.

– Я обещаю не делать ничего, о чем ты сама меня не попросишь. Да и вообще… Тетушка Инна, неужели вы думаете, что я посмею опустошить вашу звезду накануне столь важных событий? Адам, Люцик? – фраза инкуба вбила последние гвозди в мой гроб. Естественно, все согласились во мнении, что совершенная глупость по собственной прихоти рисковать собой. А Инна добавила, что только полная неврастеничка бы заподозрила «такого хорошего мальчика как Алехандро» в дурных намерениях.

На этом вопрос с моей охраной был решен, и мы принялись за детальное изучение печатей, призванных отзеркалить и поглотить энергию ангелов. На бумаге печати чертились легко, а вот на теле рисовать мне было непривычно. Магия вкупе со специальной кисточкой очень щекотала, так что я беспрерывно хихикала, выводя на животе сложные символы.

– Ты так на боль реагируешь? – поинтересовался Алехандро, приподняв брови. Его лицо исказилось словно он с себя куски кожи снимал.

– Да не, щекотно же. – я опять прикоснулась к себе кисточкой и снова хихикнула.

– Лину не обжигает ненаправленная магия ангелов, и она не реагирует на освещенные предметы. – Пояснил Люц Алехандро, кривясь от боли. Только сейчас я приметила, что на его животе, как и на животе Инны от печати проявляются красные уродливые следы.: – А в этой печати как раз магия светлых. Некогда не думал, что пригодится. А вот те на.

Мы не знали, сколько продержаться знаки на теле, поэтому было решено ходить с ними, пока они сами не начнут слезать, а о результате сообщить остальным. Инна покинула мой дом первой, затем засобирались Велыч с Люцем, и в конце концов мы с Алехандро остались вдвоем. Я смотрела на инкуба, он смотрел на меня. На идеальных губах блуждала улыбка.

– В этой комнате пахнет сексом и виной. Даже не знаю, какой запах мне нравится больше, – сообщил Алехандро, лениво моргнув глазами, обрамленными роскошными ресницами.

– Вот тогда сиди и нюхай, мне в институт надо.

Вообще я хотела узнать, нужно ли Алехандро полотенце, и что мне стоит купить для него из съестного, раз он решил обосноваться у меня в квартире, но его фраза выбила меня из колеи и обожгла изнутри так, что щеки запылали алым. А в институт мне на самом деле надо, моя научная руководительница получила несколько страниц наработок, и хотела их обсудить.

– Ты студентка? – инкуб изогнул бровь. Ну почему он такой красавчик? Смотреть же больно. Я отвернулась, сделав вид, что спешно ищу что-то на полке с книгами.

– Аспирантка, готовлю спецкурс для студентов со следующего года. Запасные ключи на полке, еда в холодильнике, буду через пару часов. Если понадоблюсь… номер моего телефона у меня есть.

Алехандро оказался за мое спиной в мгновение ока, поэтому, когда я повернулась, то уперлась носом в его свитер из мериносовой шерсти. Осторожно мужчина прикоснулся к моему подбородку, так, чтобы я задрала голову и посмотрела ему в глаза. Красивые глаза, светлого оттенка карего, такие затягивают душу куда-то глубоко и больше не отпускают.

– Ну уж нет, едем вместе, Ангелина. Ты не осознаешь масштаба проблемы, ну так я повторю, милая. Ты обозлила своим вчерашним видео всю светлую коалицию, некто планирует вызов ангелов и действует не в одиночку, единственный, кто может и хочет помешать ему – это наша крохотная группка энтузиастов, а еще за тобой следует джин во плоти. Я ничего не упустил? – лишь интонация выдавала его неместное происхождение, от чего речь лилась с необыкновенной мелодичностью.

– Птички.

– Ах да, ты вчера перебаламутила инферно, вытащив по частям демона хаоса. Раньше, за такое, милая, тебя бы уже на костре сожгли. Но не это самое главное.

– А что? – спросила с придыханием. Чертов инкуб лишал меня самообладания одним своим видом.

– То, что в твоем доме отсутствует приличный алкоголь и съедобный сыр. А я не собираюсь умирать с голоду. Твой институт же на новослободской? Вот пока ты будешь разбираться со своими духовными делами, я займусь поиском пищи земной. Dolce vita.

***

Естественно инкуб ездил на хорошей машине, которая стола бы мне десяти лет упорного вызова демонов. На мой нескромный вопрос, откуда у него такая тачка, инкуб ответил, что это подарок за приятный вечер от одной замужней дамы. Имя он называть не стал. Ехали мы под музыку итальянского ретро, половине песен Алехандро напевал хриплым, приятным голосом.

– Я не беспокою? – спросил он насмешливо, потому что знал, что от его голоса в животе у меня сходил с ума рой бабочек.

– Твой голос – оружие массового поражения. И ты это знаешь.

Алехандро хохотнул. Смешок был мужским, очень радостным, словно он оказался польщен комплиментом. Но затем он добавил задумчиво:

– Ты на меня реагируешь не так сильно, как другие женщины. Поэтому я уже ни в чем не уверен.

– Я не сильно? Я едва себя рядом с тобой в руках держу.

Лгать я не имела смысла, быть может инкуб потешит свое самолюбие и отстанет от меня. Обольщаться не приходилось, инкуб бы попытался на меня залезть, даже если бы я была страшна как атомная война. Просто для таких как он секс – энергия, а у меня, так уж получилось, энергии прорва. На самом деле большинство колдунов и ведьм на сексе просто зациклены – быстрый дешевый способ поддержать силы, я была скорее исключением из правил, и старалась не заводить интрижек. Лучше с дубами обниматься и медитировать часами, чтобы восполнить резерв.

– Ты смогла уйти от меня дважды. Не пыталась встретиться, не атаковала мои соцсети. Ты меня словно и не запомнила. Мне пришлось прийти к тебе самому. А я такого не делал… пожалуй, что никогда.

– Если бы у меня чуть поменьше дел, поверь, я бы изучила твои соцсети, – я лгала. Алехандро помимо похоти вызывал во мне дикий страх, потому что я понимала, этот мужчина не человек. Мне приходилось встречать полукровок, очень редко у людей и представителей не этого мира рождаются дети. Они находятся в нашем мире на законных основаниях, но в то же время сохраняют многие способности своих демонических родителей. К счастью их рождение очень редко, мы с демонами не особенно совместимы, иначе бы правительство поставило на поток рождение детишек со способностями демонов Велиара или Аббадона.

– Я умею чувствовать ложь, девушка с золотыми глазами. Ты видишь во мне демона, а демонов ты не любишь, хоть и саму тебя назвать человеком можно с большой натяжкой.

Мы приехали и это дало мне возможность избежать дальнейших неудобных разговоров. Уж лучше бы Алехандро продолжал петь. У каждого человека существует собственная картина мира, где есть черное и белое. Мой моральный компас четко указывал, что демоны – зло, что рядом с ними нельзя расслабляться, и уж только самоубийца или полный идиот станет раскрывать им душу. У демонов нет эмоций, они не способны к эмпатии, и действуют исключительно в собственных интересах. Поэтому общение с Алехандро заставляло меня чувствовать себя неуютно, лучше бы он так и оставался для меня персонажем из клуба «Адская кошка». Он припарковался около главного входа, нарушив половину правил ПДД, и пока я возилась в ремнем безопасности, обошел машину и распахнул для меня дверь. При этом сам оперся о машину, поднес к губам сигарету и щелкнул зажигалкой. Пара студенток, как раз выходивших из здания замерли, словно олени при свете фар. Появление моей скромной персоны заставило их отмереть.

– Это Лина Туманова, она ведьма, у меня мать ходила к ней – не слишком тихо сказала одна подружка другой.

– Вот она его и приворожила, – решила вторая, критически оглядывая нашу парочку. Приворожила… как же. Бедного, несчастного инкуба. Бежали бы девочки, пока Алехандро не решил подзакусить. Вообще у института всегда толпилась масса народу и даже запрет на курение возле исторических зданий не останавливал их от того, чтобы выкурить пару сигарет между лекциями. Меня всегда искренне удивляло, что люди находят в привычке портить себе легкие.

– Буду ждать тебя через час. – сообщил Алехандро, бессовестно отправляя окурок в полет, – Постарайся без приключений.

Как будто я сама искала проблем на свою голову. Да и сомневаюсь, что джину захочется посетить университет. Взгляд инкуба буравил спину, поэтому я припустила прочь, в надежде укрыться среди прохлады техно-потоков. Конечно, институт просто разрывался от жизни: студенты любили, переживали, ссорились, находились в отчаянье, но для меня основным было именно то, что это место ставило своей целью накопление знаний. Я моментально отрешилась от мыслей о шикарном инкубе, обиженном Рафаэле, о джине и даже о грядущем геноциде всех темных. В кабинет своей научной руководительницы влетела как на крыльях, правда мое воодушевление разбилось о злобную мордашку бывшей однокурсницы.

– Если еще раз пошутишь про Бафии – укушу, – сходу предупредила ее. Настя скривила губы, поправила амулет на своей шее – вместо креста сегодня там висела связка серебряных икон, источавших холодную светлую энергию. И где она только берет эти занимательные украшения? И ведь православие даже не ее специальность, я хорошо помнила, что Настя занималась изучением историей средневековья и крестовых походов.

– Не буду. У тебя наверняка бешенство. Кто это тебя сегодня подвез? Колдун какой-нибудь? – спросила она подозрительно сощурив глаза. Ну естественно, окна из кабинета как раз выходили на парковку, где продолжал курить Алехандро. Вокруг него уже собралась толпа восторженных девчонок, но пока они все делали вид, что вышли и стоят на октябрьском ветру, чтобы подышать свежим воздухом. Только слепой бы не обратил внимания на Алехандро.

– Сын подруги, – уклончиво ответила я. – Приехал из Италии.

Мне не нравилось, когда посторонние люди рассказывали о моем демонизме. Поэтому о природе Алехандро я тоже умолчала, хотя очень бы хотелось увидеть вытянувшееся лицо Насти, если бы она узнала, что пускает слюни по семидесятилетнему инкубу.

– Ах… Италия! Какая прекрасная страна, – она продолжала бурить его лицо взглядом, и обращалась не ко мне, – Как жаль, что сейчас там не проводится раскопок. Все Оман да Йемен.

Она вынырнула из своих мыслей, вспомнила, что терпеть меня не может и поджала губы. А жаль.. Я бы с удовольствием послушала о раскопках. Нам, темным, нельзя ездить во многие страны, в Йемене, например, меня бы сразу посадили в тюрьму. К добру или к худу появилась Ольга Валерьевна, готовая обсудить и скорректировать план лекций для спецкурса. Обсуждение свелось к просьбе научной руководительницы вызвать на лекции демона. Хоть меленького, самого хилого, но непременно по схемам 19 века. Я очень не хотела соглашаться, но в итоге сдалась под ее натиском. Ольга Валерьевна в свою очередь обещала уладить все формальности с администрацией университета, чем она и занялась, не откладывая ни минуты. Я уже предвкушала грядущий спецкурс. Улыбка моя сохранялась на лице ровно до того момента, пока я снова не встретила однокурсницу, несущую кофе из кофейни.

– Ну что, тобой воспользовались как дрессированной зверушкой? Раз уж ты никогда не станешь нормальным ученым, хоть студентов развлечешь …

Я ведь говорила о том, что мысли практиков иногда материализуются под воздействием сильных эмоций? Рука Насти вдруг дрогнула и кофе полилось на бежевую блузку, от чего девушка зашипела сквозь зубы.

– Приятного тебе дня. Меня наверное Алехандро заждался.

Только на улице я смогла перевести дух. Стыда не испытывала, лишь небольшое разочарование от того, что не могла направлять подобные всплески. Они с годами становились все чаще, хотя обычно происходит наоборот. К сожалению инкуб еще не закончил забег по магазинам, так что именно мне пришлось ждать его. Я как раз лениво ковырялась в телефоне, не зная, куда себя деть от комков дыма, что выпускали остальные студенты, когда на меня кто-то налетел.

– Простите, – не зная за что извинилась я. Вот только молодой, в поношенной одежде и грязных ботинках, парень закричал смерил меня бешеным взглядом серых как грозовое небо глаз и закричал:

– Ворожеи не оставляй в живых.

Очкарик окатил меня святой водой, а затем швырнув направленное заклинание. Белой молнией то ударилось мне прямо в живот, и отскочило от печати, словно мячик для пинг понга. Самодовольная улыбка незнакомца быстро погасла, когда паренек понял, что заклинание никак меня не проняло. Наверное, он ожидал, что я рухну на асфальт, буду корчиться в страшных муках. Придурок.

– Ах ты ж гаденыш – закричала я, стряхивая капли воды с волос понимая, что время, проведенное на улице с мокрой башкой, легко приведет к простуде. – Я те ща устрою «ворожею»! Ты у меня в ментовке сидеть будешь.

К сожалению очкарик быстро сообразил, что дело плохо, и припустил в сторону метро. Я за ним, и уже почти было схватила его за капюшон, когда в воздухе меня перехватил Алехандро.

– Куда ты летишь, красавица? – поинтересовался он у вырывающейся меня. Держал инкуб одной рукой, во второй были пакеты из супермаркета. Столь ценные мгновения погони оказались упущены, незнакомец скрылся в толпе и нырнул в подземку.

И ведь нельзя подумать, что это покушение простое совпадения. Ну кто будет таскать с собой в институт флаконы со святой водой и держать наготове боевое заклинание светлых? Меня охватило дурное предчувствие, будто на моей шее висела петля, а я ее все это время упорно не замечала. Вот тебе и «Dolce vita».

Глава 11. Са. Та. На

Уже по возвращению домой я узнала, что аналогичные нападения были совершены на Инну и Люцика. Если первая отделалась легким испугом, то второй оказался в больнице. Дело в том, что мой учитель, как урожденный носитель демонизма, был не толерантен к святой воде. Та оставляла на его коже ожоги, словно кислота. Однако, если бы не защитная печать, то урон, оказанный здоровью Люцика был бы гораздо серьезней. Не иначе, рука самой судьбы управляла нами, когда мы решили опробовать экспериментальную защиту против опаснейших заклинаний светлых практиков. Кем бы ни был загадочный колдун, который собирался призвать ангелов на наши грешные души, он был прекрасно осведомлен о том, что мы идем по его следам. А вот мы о нем не знали ни черта! Накал моей злости рос всю дорогу домой, а после звонка Люца, который сообщил, что с поврежденными руками и на обезболивающих, временно выбывает из игры и вовсе готов был разлиться вокруг всполохами пламени.

– Нам нужно скорее найти место призыва. Дьявол, где же они прячутся?

На эмоциях я хлопнула дверью машины Алехандро, заслужив вопросительный взгляд последнего. Бабульки, бдящие у подъезда на своих постах удивленно примолкли, рассматривая нового гостя моей скромной обители.

– Ты не тот вопрос задаешь, девушка с золотыми глазами. – мягко промолвил Алехандро, выгружая продукты. Пакет, в котором лежало вино и оливки он прижимал к груди с практически родительской нежностью. Старушкам он послал обезоруживающую улыбку, отчего те захихикали, будто вернувшись в молодость.

– А какой вопрос мне задать? – я вводила код от домофона, кнопка заедала, а потому злополучную шестерку пришлось набрать несколько раз, вот только она никак не желала проступать на панели.

– Нужно задать вопрос: кто именно сдал твое местоположение и местоположение твоих коллег фанатикам со святой водой. Ведь не случайно нападение совершено именно на нас.

Длинный палец прошелся в опасной близости от моей ладони, а затем с легкостью набрал нужную кнопку и дверь открылась. Алехандро отворил передо мной дверь, галантно пропуская вперед под не слишком деликатный шепот соседок «Линка. Этого надо брать!». Инкуб терпеливо ждал, пока я отворю дверь, а зайдя внутрь тут же прошествовал на кухню. Пока инкуб готовил поздний обед или ранний ужин, я успела перестелить для него постель, поменять воду в вазах, где стояли не думавшие увядать цветы джина. Мне сегодня еще предстоял вызов кого-нибудь из демонов шестого круга, чтобы потешить сатанистов. Когда я вошла на кухню, стол оказался сервирован, в бокалы было разлито вино, а сам Алехандро, тихонько что-то напевая, готовил пасту с морепродуктами.

– Пахнет восхитительно, – призналась я, не спеша пробовать вино.

– Люблю готовить, – признался инкуб. Конечно же он любит готовить, он же ожившая эротическая фантазия. Я хмыкнула своим мыслям. Скорее всего в его арсенале еще умение играть на фортепьяно, знание всех видов техники и приличный банковский счет. Ах, ну еще пахнет он наверняка какой-нибудь хвоей, океаном, льдом или от чего там фанатеют женщины.

– Ты чему то улыбаешься…, – промолвил мой невольный сосед и прежде чем он добавил нечто крышесносящее, я его перебила.

– Ты сказал, что кто-то нас сдал и натравил светлых, чтобы мы выбыли из игры, не успев вступить в нее. У тебя предположения есть, кто это может быть? Рафаэль?

– Я бы хотел так думать. Но слишком очевидно, – мужчина разложил еду по тарелкам, задумчиво покрутил вино в бокале, но пить не спешил, вместо этого только принюхался. – К тому же он знал, что твоя форма демонизма не диссонирует со светом.

Повисла пауза, прерываемая чирканьем моей вилки об тарелку. Алехандро ел бесшумно, пил вино с видом истинного аристократа. Я лишь делала вид, что пью. Не хотелось рядом с инкубом терять самообладание. К счастью от дальнейших бесед нас отвлекло появление моих птичек и одновременно с ними звонок Вела. Птички уселись по другую сторону окна, удовлетворившись несколькими креветками и порцией моей силы. В отличие от Фени они были немногословны. А вот мой первый бес ходил петухом взад вперед, нахохлившись и всем своим видом показывая, что сидящие позади него самки – сугубо его епархия.

Демона техники я тем временем включила на громкую связь, чтобы и Алехандро мог слушать наш разговор. Велыч начал характеристику возможных точек для вызова ангелов. Оказалось, что он весь день отмечал на карте те места, в которых птички, следя за практиками из списка, чувствовали прорывы светлой энергии. Ими оказывались храмы, буйные заросли у Воробьевых гор, Коломенское и другие объекты, известные каждому темному города. Однако было несколько мест, где стихийная светлая энергия, стала бить ключом совсем недавно. И одно из них зацепилось за мое сознание. Российская академия музыки имени Гнесиных излучала слишком невыносимый фон светлой энергии, при том, что была закрыта на реконструкцию. Велыч хотел было перейти к характеристике следующих объектов со слишком сильной светлой энергией, но я его остановила.

– Джин сказал следовать за музыкой.

– Не согласен, – возразил Велыч и голос его, преобразованный динамиком моего телефона звучал еще более монотонно, чем обычно, – для ритуала подобной силы нужен храм.

– В словах Лины есть смысл. Музыка отражает божественный порядок. Не даром классика проводит энергию светлых так же хорошо, как гимны и песнопения. – Алехандро разлил еще вина в бокалы, задумчиво уставился вперед: – Я очень люблю Грига, но у меня от его музыки кровь из ушей идет.

Он сделал глоток, продолжая смотреть в сгущающиеся сумерки. Видимо ни одну меня мучают вопросы о природе моего происхождения.

– Новенькая, – я обратилась к сущности, заключенной в пять тел. Головы синхронно повернулись в мою сторону, тварь вздохнула, готовая слушать приказ, – Завтра ты должна отправить свою часть к Гнесинке.

– Может лучше я, хозяйка? – Феня подошел к одной из птиц, заботливо поправил перышко на шее. Я вспомнила тот день, когда я призвала его. Он уже тогда показывал себя более осознанным, чем мой другой бес. Но ведь каждый человек отличается характером и образом действий, не мудрено, что и бесы Инферно не являются копиями друг друга: – Я быстрее, знаю город лучше.

– Нет, ты завтра мне понадобишься. У нас выступление…

Феня тут же распушил перья, словно стараясь покрасоваться перед новыми подружками. Он любил подобные выступления, в основном потому, что потом ему перепадала говяжья вырезка, которой, бьюсь об заклад, он в этот раз поделится. Алехандро отвлекся от созерцания надвигающейся ночи, разрезаемой фарами проезжающих за окном машин.

– Вызов демона Сатаны. Я там тоже буду. – бросил он.

– Мило, конечно, с твоей стороны оберегать меня, но я и сама управлюсь.

Не в первой мне было выступать перед толпой фанатиков. Один вызов его темной прародительницы чего стоил. Алехандро сканировал меня взглядом невыносимо ярких карих глаз, под которым становилось жарко, но судя по всему, был мыслями далек от чего-то приятного.

– А я не помогать еду. Ни одно из собраний общества почитателей Темного Лорда не обходится без оргии.

– Оу…, – брови мои взлетели, а рот приоткрылся, но комментировать последнее замечание моего нового знакомого я не стала. Тот, словно ожидая от меня упрека в свой адрес, бросился пояснять.

– Я инкуб, Лина. Если я не буду питаться, то умру. Если, конечно, ты не пожелаешь кормить меня сама. – при последней фразе глаза его блеснули так.. завлекательно, но я все же покачала головой.

– Я для этого недостаточно темная. Прости, Алехандро.

– Так и знал, – он допил вино, притворно потянулся, изображая крайнюю степень усталости. Серая футболка задралась, оголяя плоский живот, и мне пришлось спешно заинтересоваться грязной посудой, чтобы повернуться к нему спиной, и тем самым скрыть вспыхнувшие щеки. Наказание божье, а не мужик. Я как-то прожила до своих двадцати с хвостом не влипая в романтические авантюры, а здесь за одну неделю вляпалась в короткие, неудачные отношения с ангелком, а теперь мужественно выстаиваю свою добродетель в неровной борьбе с инкубом. Будто бы мою жизнь внезапно решила переписать озабоченная домохозяйка с замашками демиурга.

Птичек я подкормила кошачьим кормом, инкубу предоставила все необходимое вплоть до зубной щетки, хотя подозреваю, что даже по утрам у того пахнет изо рта мятой и сосновым бором, а сама отправилась спать, надеясь, что хотя бы эта ночь пройдет без происшествий.

***

И это, черт возьми, была одна из лучших ночей в моей жизни.

И нет, инкуб не ввалился в мою спальню с «мечом» наголо, меня не осыпали золотом, мои враги не издохли сами собой, подхватив короновирус. Просто я выспалась и набралась сил. А еще мне снился сон. Колдуны не любят снов. Наше подсознание, которое мы держим в ежовых рукавицах пока бодрствуем, отыгрывается от нас именно в царстве Морфея. Чувство вины, затаенные страхи, тревожность как правило выливаются не в самые приятные сновидения. За одними всю ночь бегают обманутые клиенты, других донимают демоны, третьи перестают понимать, где находится грань между реальностью и миром фантазии. Поэтому тем необычней оказался сон, где меня любили.

Я не могла вспомнить лиц окружающих меня людей, не могла точно запечатлеть пейзаж. Кажется там были скалистые горы, а еще море, теплое, словно молоко. Я плавала в чудесном заливе, а когда бросала капли в воздух, то они искрились розоватым светом, потому что солнце в этом мире сияло оттенками рубиново-красного. Меня звали незнакомые голоса, просили вернуться, ведь на берегу меня ждал кто-то. Кто-то важный. И я уже поплыла в сторону голосов, и само море слушалось моего движения, словно не я плыла в воде, но она сама голова была исторгнуть меня на берег, согласно моей воле, когда я очнулась в своей комнате.

Первые мгновения я задыхалась, воздух в комнате был чуждым, легкие горели, а на глазах выступили слезы. Мне хотелось вернуться, туда, под ласковое красное солнце, к хрустальным, разноцветным пескам, к морю. И к тому, кто звал меня незнакомым, но точно моим именем. Когда первые краски удивительного сновидения померкли, я вдруг почувствовала, что мой резерв наполнен до самых краев. И не только он. Все тело пело, словно я провела как минимум пару недель на курорте. Я встряхнула волосами, потянулась, даже испытала яркое желание заправить постель, навестив к спальне порядок и протереть пыль с полок, как бывает со мной всегда, если я хорошенько отдохну. На подушке обнаружился волос. Странно жесткий, светящийся серебристым. Я повертела находку в руках, подумывая сравнить со своей светловолосой шевелюрой, но была отвлечена стуком в дверь. Оказалось, что это инкуб зашел поинтересоваться, какой я предпочитаю кофе и как готовить яйца. При этом одет он был только в фартук, наброшенный на голый торс, что заставило все приличные мысли вылететь из моей головы к чертям.