Текст книги "Его случайная проблема (СИ)"
Автор книги: Лана Нежная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
Глава 4. Вадим
Дорога до салона была короткой, но я решил использовать это время, чтобы сразу расставить точки над «i».
– Слушай внимательно, пока доедем, – начал я, не оборачиваясь. – Расклад такой. На классике у нас рулит Андрей. Это легенда, Виталь. Он нереально крутой, я ему даже в подмётки не гожусь. Клиенты с него тащатся, готовы душу продать за его рекомендацию. Так что если он говорит «бери» – бери не думая.
Я сделал паузу.
– На спортбайках раньше сидел неплохой парень, но уволился. Теперь это твоя территория. Алгоритм простой: сначала знакомишься с тем, что стоит в зале. Потом изучаешь заказы в работе. И только когда голову набьёшь, лезешь в базу смотреть весь ассортимент. Как консультировать – Андрюха быстро введёт в курс дела, он мастер объяснять.
Мы подъехали к светофору. Я повернулся, встретившись с ним взглядом. Его глаза были широко открыты, в них читалась смесь страха и надежды.
– И ещё момент, – продолжил я жёстко, но без злобы. – На работе всем скажу, что ты мой родственник. Проходишь у меня неофициальную стажировку. Фамилия твоя теперь Краснов. Запомнил? Краснов Виталий.
– Понял, – тихо ответил он.
– Хорошо.
На светофоре я достал с заднего сиденья новый каталог с китайскими моделями. Протянул ему.
– Будет время, полистай. Отметь модели, которые заинтересуют.
Виталик взял осторожно, словно каталог был сделан из хрусталя.
– А как отметить?
– Загибай страницы, – усмехнулся я. – Дедовский метод, но работает.
Салон открывался в десять, а сейчас было только девять. Утренний свет падал на хромированные бока мотоциклов, создавая блики на полу. Я провёл для него краткую экскурсию, показывая зоны хранения, подсобку и кабинет.
– Андрюха скоро будет, – сказал я, глядя на часы. – Он пунктуальный до фанатизма. Лучше приедет на час раньше, чем опоздает на минуту.
Не успел я договорить, как входная дверь распахнулась и в помещение ворвался мощный голос.
– Здорова! – крикнул Андрей с порога, сбрасывая шлем.
– И тебе не хворать, – откликнулся я, идя навстречу.
Андрей – высокий, широкоплечий, с вечной ухмылкой на лице – окинул взглядом салон и остановился на Виталике, который стоял в стороне, пряча руки в карманы толстовки.
– Так, а это что у нас за шкет? – прищурился он, подходя ближе.
– Принимай стажёра, – кивнул я. – Племянник мой... троюродный, Краснов Виталий. На спортбайки его временно поставим, вместо Вовки.
Андрей присвистнул, оценивающе оглядев парня с ног до головы.
– Ничего себе, ты оперативный, Вадим. Вовка ещё кружку свою не успел забрать, а ты ему уже замену нашёл.
– Умею, практикую, – рассмеялся я, хлопнув друга по плечу.
Андрей протянул Виталику свою мозолистую, широкую ладонь.
– Ну здорова, малой. Меня Андрей зовут. Буду тебя уму-разуму учить, если сам захочешь.
Виталик медленно вытянул руку. Его рукопожатие было вялым, неуверенным, пальцы дрожали. Смотреть на это было почти физически больно. Ощущение было такое, будто перед нами не двадцатилетний парень, а тепличное растение, которое никогда не видело настоящего мужского общения.
Андрей тоже заметил. Он не убрал руку сразу, внимательно разглядывая лицо новичка.
– Мда… – протянул он, хмурясь. – Откормить его, что ли, надо, Вадим? Он же даже удержать байк не сможет, не говоря уже о том, чтобы поднять или развернуть. Хлипкий какой-то.
Меня словно током ударило. Я знал, почему он такой. Но вслух сказал резко, даже грубовато, чтобы скрыть собственную злость на ситуацию:
– Откормим и в форму приведём. Не переживай.
Андрей пожал плечами и кивнул Виталику следовать за ним в зал.
– Ладно, пошли, покажу, где что лежит.
Я ушёл в кабинет, закрыл дверь и сел за компьютер. Работа поглотила меня полностью: счета, заказы запчастей, переговоры с поставщиками. Я забыл про время, про обед, про Виталика.
Меня вырвал из этого состояния Андрей. Он влетел в кабинет без стука – привилегия, заслуженная десятью годами дружбы и совместной работы.
– Вадим, быстро! Пошли, это надо видеть! – глаза у него горели азартом.
– Что случилось? У кого-то колесо отвалилось? – я оторвался от монитора.
– Пошли, говорю, давай резче!
Мы вышли в торговый зал. Картина, которая предстала передо мной, заставила меня замереть.
Виталик стоял возле того самого красного Honda CBR. Рядом с ним – парень лет под тридцать и девушка, чуть моложе. Они слушали моего стажёра, открыв рты. Судя по обрывкам фраз, они выбирали байк девушке в подарок на день рождения.
Мы с Андреем отошли в сторону, наблюдая издалека.
– Слушай… – прошептал Андрей, и в его голосе прозвучало неподдельное уважение. – Он вместо Kawasaki, который они изначально хотели, втюхал Хонду. Ты пропустил этот момент.
Я молча кивнул, не сводя глаз с Виталика. Парень говорил тихо, но уверенно. Он не давил, не использовал заученные скрипты. Он рассказывал историю. Объяснял эргономику, надёжность, стиль. Это было профессионально. Чёрт возьми, я бы сам у него купил.
– Так профессионально… – покачал головой Андрей. – Я бы сам купил, честно. Вовка так не умел никогда. У пацана талант.
Виталик тем временем ловко перешёл к дополнительным продажам. Шлем, защита, перчатки, мотокуртка. Парень уже кивал, доставая карту.
– Продажу через тебя проводи, – тихо скомандовал я Андрею. – Ему положенный процент от продажи буду наличкой выдавать. В конце дня.
Андрей удивлённо вскинул бровь:
– А чего так?
– Так надо, Андрюх.
К обеду Виталик, сам того не ведая, заработал около двадцати пяти тысяч рублей. Для первого дня, да ещё и в несезон – это был феноменальный результат.
Обед нам привезли из нашей любимой столовой, с которой у салона был давний договор. Ели по очереди. Сначала Андрей ушёл на перекур и обед. Потом пришёл Виталик. Я уже сидел в зоне отдыха с чашкой кофе.
Он сел напротив, аккуратно расправил салфетку.
– Ну как впечатления после первой продажи? – спросил я, наблюдая за ним.
– Волнительно, – признался он, и уголки его губ дрогнули в улыбке. – Сначала даже руки дрожали. А потом… как-то нормально пошло. Втянулся.
– Почему Хонду посоветовал? – прищурился я, проверяя его логику. – Клиенты ведь на Кавасаки смотрели.
– Мне Андрей утром объяснил приоритетность моделей, – серьёзно ответил Виталик. – У Хонды цена для клиента меньше, но наша доходность с неё выше. Плюс для девушки-новичка она будет легче в управлении. А следующему похожему клиенту, если будет упирать на мощность, буду советовать тот Kawasaki, что в углу стоит.
Я одобрительно кивнул.
– Хорошо. Молодец. И допродажи грамотно оформил. Экипировку втюхал идеально.
– Спасибо. Я там ещё каталог просмотрел. Он на столе лежит, я страницы загнул, где интересные варианты.
– Хорошо, я гляну. Спасибо.
Я смотрел, как он ест. Это было отдельное зрелище. Мы с Андреем обычно закидываем еду за пять минут. А Виталик… Он ел медленно, очень аккуратно. С какой-то интеллигентной, почти аристократической грациозностью отправлял в рот пюре с котлетой. Казалось, он наслаждается каждым кусочком так, будто это лобстер из мишленовского ресторана, а не обычная столовская еда.
– Вкусно? – спросил я искренне, улыбаясь.
– Да, мне очень нравится, – ответил он вполне серьёзно, глядя мне прямо в глаза.
В этом ответе не было ни капли притворства. Видимо, дома ему часто недоедать приходилось, или просто не кормили нормально.
– В конце дня выдам твою зарплату за сегодня, – сказал я, допивая кофе. – Тебе нужно что-то купить? Одежды, может, не хватает или ещё что?
Виталик опустил взгляд в тарелку.
– Да… хотелось бы сменную одежду купить. И кое-что из необходимого.
– Отвезу вечером в торговый центр. Не вопрос.
– Спасибо, Вадим.
К вечеру статистика стала ещё лучше. Виталик сделал ещё несколько продаж по экипировке и, по словам Андрея, блестяще проконсультировал пару потенциальных клиентов, которые ушли «подумать», но явно вернутся.
Салон закрылся. Последний клиент вышел, мы опустили жалюзи. Андрей зашёл ко мне в кабинет. Лицо у друга было серьёзным, улыбка исчезла.
– Вадим, что с пацаном стряслось, не расскажешь? – спросил он тихо, закрывая дверь.
– Нет, Андрюх. Не сейчас.
– Ты вообще видел его руки? Когда он шлем примерял, рукава задрались. Там живого места нет. Синяки старые, свежие… И зашуганный он какой-то. В туалете пересеклись – вылетел как пробка.
Я вздохнул, потёр виски.
– Я разберусь. Не трогай его, не дави. В семье у него проблемы. Серьёзные.
Андрей пристально посмотрел на меня, потом кивнул, словно сложив пазл.
– Там ментами пахнет, тебе не кажется? Или чем-то таким... неприятным...
– Андрюх, мы сами разберёмся. Он туда не вернётся. Всё утрясём, не переживай.
– Уверен? – друг подошёл ближе, положив руки на стол. – Может, подключить кого нужно? Знакомых из органов или ребят? Если нужно – скажи.
– Пока не нужно. Он будет под моей личной защитой. Не обидят.
– Ладно. Обращайся, если что. Пацан толковый. Его только в нормальный вид привести надо, откормить, качнуть немного. А то он как девчонка совсем.
– Сделаем, – пообещал я.
Потом вызвал Виталика к себе. Достал из сейфа наличку.
– Вот, держи. Твоя зарплата за сегодня.
Глаза у парня расширились, он испуганно посмотрел на деньги, потом на меня.
– Это… всё мне?
– Тебе. Процент от сегодняшних продаж. Оклада у тебя не будет, ты ведь не оформлен официально, стажировка всё-таки. Но процент твой честный. Вместо оклада – проживание у меня, дорога на работу и обратно, питание. Договорились?
Он взял деньги дрожащими руками.
– Это много… Очень много.
– Это нормально, Виталик, – сказал я твёрдо. – Свой труд нужно адекватно оценивать. Тем более сегодня продажи есть, а завтра их может не быть. Не обольщайся. Сейчас осень, не сезон для нас. Разве что на скидки падкие клиенты попадутся. Но сегодня ты молодец.
В торговом центре он повёл себя странно. Зашёл в один из самых дешёвых магазинов масс-маркета. Вышел через десять минут с одним большим пакетом.
Пока он был внутри, я успел позвонить сестре, узнать, как дела. Всё было спокойно.
– Всё купил? – спросил я, когда он вышел.
– Да, – кивнул Виталик, крепче сжимая ручку пакета. – На какое-то время хватит. Больше пока не нужно.
– Поехали домой тогда. Устал, наверное?
– Вадим… А можно я ужином угощу? С первой зарплаты. Мне важно.
Я посмотрел на его серьёзное лицо, на эти глаза, в которых загорелась искра. Улыбнулся.
– Можно. Почему нет? Пошли, тут рядом классная пельменная есть. Будем дальше тебя откармливать.
Он облегчённо выдохнул.
Глава 5. Вадим
Ужин прошёл в странном, но продуктивном ритме. Виталик буквально забыл про еду, превратившись в ходячую энциклопедию китайского мотопрома. Информация из него лилась ручьём. Он перелопатил форумы, посмотрел десятки обзоров, прочитал сотни отзывов.
– Эта модель греется на трассе после ста километров, – бубнил он, вилка застыла в воздухе над тарелкой. – Тут рама слабая, металл тонкий. А вот здесь лучшее соотношение цены и качества, если брать для города...
Я кивнул, пододвигая ему сметану:
– Не забывай жевать, Виталь. Остынут ведь.
Он моргал, словно просыпаясь от транса, быстро отправлял в рот очередной пельмень и тут же продолжал свою лекцию. Мне нравился этот огонь в его глазах. Парень горел делом, и это было видно невооружённым глазом. Я без зазрения совести уговорил две дюжины сибирских пельменей со сметаной, пока Виталик еле осилил половину своей порции, ковыряя их без особого аппетита, полностью поглощённый цифрами и характеристиками.
Домой вернулись после десяти. Усталость накатила волной. Я сразу умылся ледяной водой и рухнул в кровать, отключившись почти мгновенно. Виталик, как обычно, заперся в ванной – у него был свой ритуал перед сном. Уже засыпая, я слышал, как он ещё какое-то время ходил туда-сюда по коридору, прежде чем наконец угомониться.
Утром я вышел в зал и остолбенел. На диване лежала аккуратная, идеально сложенная стопка моих вещей. Перестиранных. Поглаженных. Ткань пахла кондиционером для белья.
«Он это ночью, что ли?» – пронеслась шальная мысль.
Зашёл на кухню. Виталик сидел за столом, уткнувшись в документацию по моему байку, которая была в кабинете на видном месте.
– Блин, Виталь, ты спишь вообще? – спросил я, наливая стакан воды. Голос звучал хрипло после сна.
Он дёрнулся, будто его поймали на месте преступления, и опять упёр взгляд в столешницу.
Чёрт. Я опять в одних трусах щеголяю. Забываю, что он смущается любой моей полуобнажённости.
– Извини, – пробормотал я, чувствуя внезапную неловкость. – Привык так ходить дома.
Молча ушёл в комнату, натянул спортивку.
– На выход, разомнёмся, – позвал его, открывая дверь.
Договорились на берегу: я его не жду, он сам контролирует комфортную скорость, встречаемся на площадке.
Я уже почти закончил круг упражнений на брусьях и турнике, когда он добежал. Лицо красное, как варёный рак, рот открыт, дышит как старый паровоз, хватая воздух ртом.
Дал ему минуту восстановить дыхание, потом загнал на брусья.
Дела обстояли не то что плохо, а отвратительно. Если ставить оценку, то это даже не двойка – это кол. Руки дрожат, спина гуляет, техника плавает. За три недели, если он начнёт бегать хоть немного лучше, – и то будет чудо. Мышцы всего тела слабые, никакие, будто из ваты сделаны.
Обратно бежал рядом с ним, сбавив свой темп до минимума, практически шагая, чтобы он не отстал.
Дома – контрастный душ, завтрак.
Сегодня сервировка была полной. У меня уже стояла тарелка с горячей яичницей и чашка свежесваренного кофе. Я был полностью одет, никаких трусов и полотенец. Атмосфера стала какой-то... домашней. Слишком домашней и уютной для общежития двух мужиков. Это начинало меня слегка напрягать, но виду я не подавал.
Потом работа. Продаж почти не было. Так, расходники да экипировка по мелочи. Но Виталик время не терял. Учился, впитывал информацию как губка, задавал Андрюхе умные вопросы. Андрей был доволен, кивал одобрительно.
Вечером, когда ехали домой, сумерки уже сгустились над городом. Виталик вдруг спросил, глядя на дорогу сквозь стекло:
– Вадим, а что бы ты хотел на ужин? Я могу приготовить.
Я удивлённо покосился на него:
– Поздно уже, может, на выходных? А сейчас просто закажем чего-нибудь?
У нас воскресенье – выходной. В субботу работаем с десяти до пяти.
– Хорошо, я на выходных тогда приготовлю, – серьёзно сказал он, кивнув самому себе.
Заказали пасту. Ужинали молча, уставшие после дня на ногах. И сразу на боковую.
Утром снова пробежка, завтрак, работа. Ежедневная рутина.
На работе затишье. Сижу в кабинете, разбираю счета, сверяю накладные. В дверь тихий стук.
– Да, – говорю громко, откладывая ручку.
– Вадим, можно?
Голос тихий, неуверенный.
– Заходи, не стесняйся.
Виталик мнётся у двери, переступая с ноги на ногу, теребя край своей толстовки.
– Чего случилось? Что-то стряслось?
– Какой у меня процент с продажи? – выпалил он вдруг, глядя мне в переносицу.
– Пять, – отвечаю честно, чуть склонив голову. – А что?
– А можно... я сделаю скидку клиенту в счёт своего процента?
Я отодвинул документы и посмотрел на него внимательно, прищурившись:
– Зачем тебе это? Терять свои деньги?
– Там клиент... – он замялся, глаза забегали. – В общем, у него на байк хватает, а на защиту нет. Так нельзя. Он же неопытный, вдруг чего... Можно ему скидку, чтобы на защиту хватило?
Внутри у меня всё сжалось. Посыл хороший. Правильный, человечный. Но бизнес есть бизнес, эмоции тут лишние.
– Виталь, посыл у тебя неплохой. Только если ты так будешь делать постоянно, сам будешь на мели. На что жить собираешься?
– Я не буду так постоянно! Только в этот раз... Честно, – он поднял на меня глаза. Взгляд был такой искренний, открытый и умоляющий, что отказать было физически сложно.
– Что продаём? – спросил я, смягчаясь.
Он протянул мне распечатку. Электромотоцикл Kawasaki Ninja, почти пятьсот, и защита со шлемом на пятьдесят тысяч суммарно.
– И сколько не хватает? Какая скидка должна быть?
– Много... У него всего пятьсот, но наличкой. – Виталик смотрел на меня глазами как у кота из Шрека. Большие, влажные, полные надежды.
– Ты понимаешь, что ничего на нём не заработаешь? Вообще. Выхлоп нулевой. Ты поработаешь бесплатно.
– Угу. Но он живой останется, если вдруг не справится с управлением... Он же новичок...
Он опять смотрит жалобно, чуть ли не слёзы наворачиваются.
– Вот же... – я вздохнул, вставая из-за стола. – Ладно. Пошли, посмотрим на твоего покупателя. Решим на месте.
Иду с ним в зал. Там стоит парень, молодой. Чуть постарше моего проблемного стажёра, но помощнее. Спортсмен, сразу по фигуре видно: плечи широкие, осанка прямая. И байк себе под стать выбрал – агрессивно, красиво, будет отлично смотреться в движении.
– Здорово, – киваю я, протягивая руку. – Вадим.
– Матвей, – крепкое рукопожатие.
– Ну, рассказывай, Матвей, почему эта модель? Дешевле не хочешь рассмотреть? Защита нужна, без неё опасно. Не рекомендую экономить на своей безопасности.
Парень смутился, потёр затылок:
– Так я за другим и пришёл, а ваш консультант вот... убедил. Но я правда после его доводов сам передумал.
– А за каким пришёл изначально?
– Да вот за этим, – Матвей кивнул на стенд с мототехникой. – Там бы на всё хватило с запасом.
Я посмотрел на Виталика. Интересно получается. Виталик уломал парня на байк почти в два раза дороже его планов, увеличил чек, но теперь переживает, чтобы тот не убился из-за экономии на экипировке.
Смотрю на них обоих и сам себе не верю, что собираюсь сделать такую глупость с точки зрения бизнеса.
– Эх, парни, парни... Ну что с вами делать... – я театрально вздохнул, разводя руками. – Андрей! Оформляй. Всё по списку. От меня скидка десять процентов на байк, чтобы на полную защиту хватило.
Лицо Виталика озарила такая улыбка, будто я ему сейчас этот мотоцикл лично подарил. Матвей растерянно хлопает глазами, не веря своим ушам.
– Вы сейчас серьёзно? – спрашивает он.
– Чего не сделаешь ради безопасности... – говорю я серьёзно, глядя ему прямо в глаза, фиксируя контакт. – Только посмей разложиться по дурости – лично прибью. Понял?
– Я буду очень аккуратным, честно. Спасибо, правда, спасибо огромное! – Матвей сиял, его лицо светилось неподдельной радостью. – У меня сегодня как будто день рождения, Новый год и выпускной – всё в один день...
– Ну, я тогда сегодня Дед Мороз, чё, – усмехнулся я, чувствуя странное тепло в груди.
Дальше Виталик забрал Матвея, они пошли мерить защиту, что-то обсуждали, смеялись. Пацаны... Нашлись общие темы.
Я ушёл работать дальше. Я сегодня заработал. Немного денег, может, и потерял, но заработал главное – репутацию и лояльность. Виталик – балбес местами, наивный, но с большим сердцем.
Вечером едем домой. На ужин снова покупные пельмени, готовить сил ни у кого не было.
Перед тем как идти спать, говорю своему горе-стажёру:
– Виталь, спать. Сон тоже важен для восстановления.
– Да, хорошо. Спокойной ночи, Вадим.
А потом опять хождения туда-сюда. Слышу, как он на кухне воду пьёт, как щёлкнула дверь ванной, шум душа.
Утром опять постиранные и выглаженные вещи стопкой в зале на диване. Идеальный порядок.
«Он становится похож на домработницу? Или как правильно-то?» – подумал я с лёгкой иронией, натягивая свежую футболку.
Так и привыкнуть недолго...
Глава 6. Вадим
Пробежка, душ, завтрак. Виталик пересел на творог, сказал, что яйца ему не заходят с утра.
Работа началась спокойно. Сегодня вернулся потенциальный клиент с первого дня. Подумал и затарился почти на полтора ляма. Виталик сиял, гордость распирала его грудь.
А после обеда случился ураган.
Настоящий, жёсткий, громкий, с необычным именем.
Я вылетел из кабинета на звуки криков, переходящих в ультразвук, от которого закладывало уши.
– Я буду жаловаться... во все инстанции... я вас нахрен всех засужу! Как вы могли ему продать эту машину для самоубийства? А если с ним что-то случится? Вы ответите?!
Виталик стоял чуть в стороне, бледный как полотно, с перепуганными глазами, судорожно сжимая край своей толстовки в белый кулак. Андрюха принял весь удар на себя. Он умеет гасить конфликты, знает подход к людям, но сейчас его просто сносило волной чужого истеричного негодования.
Перед нами металась она. Чья-то мать пришла устраивать разборки. Не в первой мы сталкиваемся с такими, привыкшие. Хотя на роль мамы она совсем не тянет – слишком уж молодо выглядит. Лет тридцать, не больше.
Она была словно уменьшенная копия куклы Барби, сошедшая с полки, но с характером разъярённой фурии. Миниатюрная, ростом едва ли выше ста шестидесяти пяти, худенькая, но с вызывающе правильными формами: грудь третьего размера, аппетитные бёдра, подчёркнутые узкими джинсами. Светлые волосы цвета спелой пшеницы были собраны в затейливую, сложную косу, но несколько непослушных прядей выбились из плетения, обрамляя лицо и делая причёску нарочито милой, почти детской.
Но только не глаза. Голубые, ледяные и сейчас полные ярости, метавшие молнии. Губы бантиком, которые вместо поцелуев выдавали поток оскорблений, а при каждом выкрике на щеках предательски вспыхивали глубокие ямочки, добавлявшие ей детского выражения, что диссонировало с текстом.
Её голос был звонким, пронзительным, он резал воздух лучше битого стекла. Одежда тоже играла на контрасте: дорогие джинсы, классическая белая рубашка, накинутая поверх кожаная куртка и... туфли на такой высокой шпильке, что казалось, она вот-вот пробьёт плитку каблуками насквозь.
– Ну что же вы, леди, так переживаете, – пытается перехватить её под локоть Андрей, включая свой фирменный успокаивающий, бархатный тон.
– Какая я вам на хуй леди? – она резко отталкивает его руку, даже не глядя на него. Каблуки стучат по плитке как молотки отбойника, чётко отбивая бешеный ритм её агрессии.
Мелкая, но чёртовски агрессивная. Настоящий карманный терминатор. Сразу вспомнились эти собачонки... как их там... чихуахуа. Андрюха против неё – как скала, массивный и невозмутимый, но она скалы не боится, она её долбит. Кроет на чём свет стоит.
– Лапы свои убрал, животное! – визжит она, и её голубые глаза сверкают такой ненавистью, что становится не по себе.
– А... ну... вот сейчас вижу, не леди, – хмурится Андрюха, опуская руки и делая шаг назад, чтобы не спровоцировать её ещё больше.
Он столбенеет. Такое бывает редко. Обычно он знает, что ответить, любую ситуацию разрулит, но этот кукольный ураган в кожаной куртке только что загнал его в тупик одним словом и таким напором.
Решаю вмешаться, пока не дошло до драки или вызова полиции.
– Добрый день. Я владелец. Пройдёмте в кабинет, расскажите, в чём у вас проблема, и обсудим, как мы можем помочь её решить цивилизованно. Виталь, чай нам принеси.
«Не леди», как ни странно, соглашается. Видимо, слово «владелец» действует отрезвляюще, переключает её с эмоций на деловой лад.
В кабинете знакомимся. «Не леди» зовут Мирослава. Она старшая сестра Матвея. Родители у них погибли в автокатастрофе несколько лет назад, и она, естественно, боится за брата панически. Вся эта истерика – от страха. От бессилия контролировать жизнь близкого человека.
Виталик заносит чай на подносе. Сервировано по красоте, даже пиалка с конфетами откуда-то нарисовалась – он постарался сгладить углы.
– Молочный улун. Если хотите, могу заварить чёрный, – предлагает он тихо, ставя чашки.
– Спасибо, я люблю такой, – отвечает Мирослава. Голос уже дрожит меньше, руки перестали трястись.
Дальше мы долго беседуем. О том, как важно давать парням свободу и право на ошибку. О том, что все под Богом ходим и никто не застрахован, несчастный случай может случиться где угодно – даже на пешеходном переходе или сидя дома. О том, что если у него есть голова на плечах и хорошая экипировка, то он не обязательно смертник.
В общем, нормальная она. Адекватная. Просто загнанная в угол ответственностью и травмой прошлого.
Проговорили почти час. Как сеанс у хорошего психоаналитика. Выслушал, дал мужской совет, успокоил. Пригласил в клуб – пусть приходит с братом. Посмотрит сама, что нормальные у нас все люди, не сектанты и не камикадзе.
– Завтра приезжайте с Матвеем. Ему тоже будет полезно обзавестись знакомыми, на дорогах не помешают свои люди.
– Я не сяду на это... – передёргивает она плечами, морщась.
– Зря... Это невероятные эмоции, чувство свободы и полёта. Настоятельно рекомендую как терапию. Вы же на себе всё тянете, груз ответственности огромный, а вы не лошадь. Вы девушка. Маленькая, хрупкая, ранимая. Вам тоже нужно выдыхать.
Она молчит, смотрит в чашку, пальцами гладит край фарфора.
– Я подумаю. Спасибо вам и извините. Кажется, я переборщила, повела себя некрасиво, – говорит она напоследок, поднимаясь. Щёки её горели румянцем стыда.
Выходим с ней в зал.
– Вадим, а что посоветуете ему купить... ну, в качестве извинений... я же дома тоже... переборщила, накричала...
– А вот Виталик может что-то посоветовать. Виталь, для Матвея что ещё можно подобрать полезного?
Виталик уводит Мирославу к витрине с аксессуарами, что-то увлечённо объясняя.
Ко мне подходит Андрей.
– Живой? – спрашивает он, а сам косится на Мирославу с опаской.
– Да, перенервничала она просто. Я её понимаю: брат её родной, младший. Единственная родня после автокатастрофы осталась. Страх говорит, не она.
– Понял, – Андрей кивает и уходит на улицу покурить, явно нуждаясь в перезагрузке.
До конца дня тишина и спокойствие. Шторм улёгся.
На ужин заказываем пиццу, большую, с разными начинками.
Включаем фильм, какой-то лёгкий боевик. Сидим, смотрим, едим и пьём колу. Виталик как воробей рядом. Мелкий, поджал ноги под себя на диване.
Замечаю, что он ёжится.
– Тебе холодно? – спрашиваю.
– Не сильно, – бормочет он, не отрываясь от фильма.
– Оно и видно...
Встаю, иду за пледом. Приношу, молча накрываю его сверху.
– Спасибо, – тихо говорит он, выглядывая из-под ткани.
– Говори, чего молчишь, что холодно. Не надо терпеть.
– Да не хотел отвлекать, фильм интересный.
Через полчаса он отогрелся и незаметно заснул. Голова упала мне на плечо. Дыхание выровнялось, стало глубоким и ровным.
Не высыпается всё-таки, бедолага. Ночью долго возится, утром рано встаёт.
Я сижу, не шевелюсь, боясь разбудить его резким движением. Фильм идёт, титры уже бегут, а я смотрю в тёмный экран телевизора, отражаясь в нём.
«Как я превратился в няньку для этого пацана?» – мелькнула мысль.
Вздохнул, аккуратно переложил его на подушку, поправил плед. Ладно. Пусть спит так. Завтра опять ранний подъём. И опять мне за ним следить. Видимо, такая теперь моя доля.
