Текст книги "Измена. Ты будешь страдать (СИ)"

Автор книги: Лада Зорина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 26

– Привет, – Кирилл объявился на пороге кухни до странности быстро. Обычно он так не спешил увидеться, когда возвращался с работы.

Я невольно метнула взгляд на часы, висевшие над входом.

– Привет. Много дел было в офисе?

Кирилл изучал моё лицо, и я уже ждала, что начнёт о чём-то расспрашивать, но он наконец кивнул и, потрепав по голове Егора, которому я велела перед ужином вымыть руки, признался:

– День сегодня был сумасшедший.

Да уж. Не то слово.

Я продолжила разбирать пакет, раскладывая продукты в холодильнике.

Поднимать тему нашей встречи в кабинете Дагмарова не собиралась. Сейчас наш с ним разговор и вовсе выглядел чем-то почти нереальным, будто я его себе выдумала.

Но он-то в действительности предложил.

И я в действительности согласилась.

– У тебя с новым начальством всё довольно неплохо складывается, верно?

Кажется, я не готова об этом сейчас говорить.

Моя рука дрогнула, едва не выронив лоток со свежими яйцами. Хорошо, что открытая дверца холодильника не позволяла мужу увидеть мою рефлекторную реакцию на его слова.

– Вроде бы. Он… у него свои методы работы с людьми.

– У него в штате обычные люди, считай, не работают. Уровень эффективности какой-то бешеный.

– Ну, полагаю, он и деньги соответствующие им платит, – я захлопнула дверцу. – Уверена, его сотрудники на зарплату не жалуются.

В пять раз. Я могу получать в пять раз больше, чем в офисе мужа. Господи, это же какая-то нереальная сумма…

Кажется, эти тоскливые мысли отобразились на моём лице, потому что Кирилл поморщился.

– Знаешь. Если ты берёшься сравнивать с нами, то бесполезно. Где мы и где он. Ясно же, что там даже уборщицы больше нас получают.

Нас.

Насчёт нас я бы с такой уверенностью не говорила. А насчёт себя сказала бы.

– Он тебя хвалил.

– Что?..

Это было слишком неожиданно.

– Дагмаров, говорю, тебя хвалил, – без особого энтузиазма отозвался Кирилл. – Сказал, что редко встречал такого пунктуального и прилежного работника. И порядочного. Насчёт последнего мне не очень понятно.

Не успев переварить услышанное, я всё же не могла проигнорировать его последнюю реплику.

– То есть… ты меня порядочной не считаешь?

– Я не это имел в виду, – скривился Кирилл. – Порядочность – это уже что-то… что-то вроде как личное. Это как если бы он непристойное предложение тебе сделал, а ты отказалась.

Кровь мгновенно прилила к моим щекам.

– Это… какие-то странные выводы.

И он ведь сделал мне предложение. Он сделал мне два предложения. И в них не было ничего непристойного. Первое оказалось заманчивым. Опасно заманчивым. Как грех. Второе… неожиданным. Странным. Ведущим в полную неизвестность.

– Я для примера это сказал.

– Не очень хороший пример.

– Извини.

Ого. Того гляди, я доживу до момента, когда он мне и за измену свои извинения принесёт. Вот только с каждым новым днём мне всё сильнее казалось, что свою ценность это извинение уже растеряло.

Как будто ситуация с клубом, хотелось мне того или нет, оставалась окончательно в прошлом. А я с острым волнением смотрела в ближайшее будущее, гадая, что повлечёт за собой неожиданная сделка с Дагмаровым.

– Оль, – прервал мои размышления голос мужа. – Я тебе кое-что сказать вообще-то хотел.

– Говори, – я аккуратно сложила пакет и сунула его в коробок, где хранила его многочисленных сотоварищей.

– Я вообще почему о Дагмарове заговорил…

Сердце трепыхнулось и зачастило. Я ведь исподволь только об этом после нашего с ним разговора и думала. Поступит ли Дагмаров, как обещал, или заставит меня какое-то время промаяться в неизвестности?

– …он мне сегодня предложил кое-что.

– Новый контракт? – брякнула я, сама до конца не сообразив, к чему задала этот вопрос.

Кажется, я нервничала куда сильнее, чем предполагала. Чтобы чем-то себя занять и не смотреть в лицо мужу, полезла в буфет за тарелками.

– А?.. Нет, нет, разговор даже не совсем о работе шёл, если честно.

– Неожиданно, – пробормотала я, схватив с держателя полотенце и принявшись перетирать тарелки.

– Да вообще-то я тоже так посчитал. Короче, он меня на Новый год к себе приглашает.

И сердце ухнуло вниз, хоть я и зарекалась, что не позволю себе разволноваться, если Кирилл ни словом не обмолвится об условии +1. Я ведь почти ждала, что он именно так себя и поведёт. Но чёрт возьми, слова Экзюпери звучали сейчас по-особенному трагично.

– Ну надо же, – мои губы прыгали. – Новая… новый корпоратив? Мы-то от предыдущего ещё не отошли.

Я приказала себе замолчать, чтобы на эмоциях не выболтать лишнего.

Как же меня подмывало вывалить на него правду. Но пока я боролась с собой, муж продолжил.

– Оль, в этот раз всё совсем по-другому.

– Откуда такая уверенность? – усмехнулась я горько.

Кирилл поднял на меня решительный взгляд:

– Оттуда что вообще-то он меня не одного пригласил.

Я уставилась на мужа, гадая, верно ли всё поняла.

– Вот как?..

Кирилл кивнул:

– Он сказал, я могу и тебя прихватить. Но, понимаешь, условия такие, что я не могу отказаться.

Я молчала, переваривая услышанное. Но супруг не отставал:

– Ты ведь поедешь? Поехали, Оль. Обещаю, ты не пожалеешь. Это наш шанс наладить… да всё наладить! Отдохнём, отпразднуем, развеемся. Он сказал, сына можем с собой прихватить. Для детей организуют отдельные мероприятия. Там, блин... Да там всё включено!

Всё. Всё включено. Это я уже знала. Это «всё» и станет решающим тестом.

Позволит мне наконец определиться.

– Ну так что? – во взгляде мужа проскользнул юморной огонёк. – Не бросишь же ты меня одного на милость Дагмарова?..

Глава 27

– Надеюсь, вся эта чехарда со сменой рабочего места не слишком нагружает твой штат.

Колесников ещё оглядывался на закрывающуюся дверь его кабинета, но вопрос Булата заставил его обернуться и рассеянно качнуть головой.

Он догадывался, чем были сейчас заняты мысли партнёра. Но если партнёр их не озвучит, он помогать ему не планирует.

– Да нет… нет, всё в порядке. Мы справляемся.

– Рад это слышать.

Колесников наконец отцепил взгляд от двери, добрёл до кресла и уселся в него, думая о своём.

Булат занял место за столом, нажал кнопку селектора:

– Наташ, принеси нам кофе.

– Благодарю, – автоматически кивнул собеседник, поправил галстук и всё-таки решился.

– А… как мои тут работают? Смотрю, вы с Олей тоже вроде бы неплохо сработались? Или… наоборот? Надеюсь, она не заставит меня краснеть, – усмехнулся он, скрывая за неловкой шуткой нервозность.

Даже представить себе не можешь, на что тянуло пойти, только бы заставить её сделать то, что заставит тебя покраснеть…

Но джентльмены до подлости и грязных методов не опускаются. Джентльмены умеют ждать. И уважают чужие границы.

– Откуда такие подозрения? Ты сомневаешься в компетенции своей супруги?

Колесников поёрзал в кресле, дёрнул плечом, будто пытался стряхнуть с себя этот вопрос:

– Нет, вовсе нет. Я же тебе говорил, что она большая умница. Я не для красного словца это сообщил. Да ты и сам видел, верно ведь? Просто… ну, у нас сейчас непростой период в жизни. И, ну, ты понимаешь… женщины!

Булат откинулся на спинку кресла и с напускной задумчивостью потёр костяшкой указательного пальца губы:

– Нет… боюсь, не понимаю.

– Это потому что ты не женат! – снова пошутил Колесников, но выходило как-то откровенно натужно. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Неужели его так выбил из колеи тот факт, что он застал здесь свою жену?

– Думаешь?

Колесников издал дребезжащий смешок:

– Да я просто к тому, что одно дело видеться с женщиной, и совсем другое – жить с ней под одной крышей. Все эти нервы, перепады настроения, недовольства… Короче, иногда это сложно. А тут ещё не только супруги, но и коллеги. Можешь представить!

– С трудом, – Булат улыбнулся одними губами. – Но я могу предположить, что прошлый корпоратив не прошёл незаметно.

Последняя реплика заставила собеседника поморщиться.

– Да ты не представляешь, как она мне по мозгам ездила. До сих пор ездит! Нет, я всё прекрасно понимаю. Я по-крупному лажанул, но можно же как-то… ну, разделить для себя личное и работу.

– А у тебя получилось бы, – Булат даже на вопросительную интонацию тратиться не стал, наблюдая за своим визави.

– В смысле? – моргнул Колесников.

– Случись обратная ситуация.

– Имеешь в виду, если бы Оля позволила себе лишнего?

– Если бы Ольга Валерьевна умудрилась как следует оторваться на одном из моих корпоративов.

Роскошная грива каштановых волос шёлковым каскадом падает на хрупкие обнажённые плечи. Шёлковое платье мучительно медленно соскальзывает до поясницы и – вниз, к хищным шпилькам лаковых туфель. Влажный взгляд затуманен, полные губы блестят, приоткрыты…

– Ольга? – недоверчивый голос Колесникова рушит опасную фантазию, заставляя Булата моргнуть. – Шутишь?

– Неспособна на месть? – его губы невольно кривятся в усмешке.

Колесников не спешит отвечать. Что-то мешает ему быть категоричным.

– Она… нет, она для этого слишком правильная. Да ей и думать о таком некогда, – очередная неудачная шутка. – Она вся в работе или с Егором. И… ну… мы вообще-то любим друг друга, и она это знает. У нас всё наладится. И, повторюсь, на работе этот разлад не отразится. Булат, я обещаю.

Он кивнул:

– Не вижу поводов сомневаться. И надеюсь, новогодние праздники поспособствуют вашему примирению.

– Ну, загадывать сложно.

Тут он со своим партнёром согласился бы на все сто. Но риск – это будни для тех, кто связал свою жизнь с большим бизнесом.

– В любом случае это не повод не праздновать. Новогодний корпоратив – обязательное мероприятие.

Колесников подобрался, только сейчас сообразив, о чём пойдёт речь. На его лице заиграла предвкушающая улыбка.

– Это приглашение?

– Безусловно.

– Ни слова больше! – заулыбался Колесников. – Только скажи, где и когда.

В его готовности он не сомневался.

– Всю дополнительную информацию объявят мои помощники. Позже.

– Понял. Отлично. Спасибо, Булат!

– Нет нужды благодарить. Мы все заслужили короткую передышку перед новым рабочим годом, – он взял паузу и добавил, как будто только что вспомнил. – И да, приглашённые могут брать с собой пару. Но это исключительно на твоё усмотрение.

Он предполагал, как будут развиваться события, но не был уверен. Не мог знать наверняка, как поступит Колесников. Как сложится их разговор. Но знал, что так или иначе через три недели они оба окажутся в его просторном горном шале вместе с другими гостями.

И они приехали вместе. Всей семьёй. Они далеко не одни привезли с собой ребёнка. Во-первых, он настоял, во-вторых – здесь для этого были созданы все условия.

В неверном свете пасмурного снежного утра Булат наблюдал, как они выходят из авто, стоят на широком крыльце двухэтажного дома – его зимней резиденции с горячими бассейнами, канатной дорогой, мини-заповедником, лыжными спусками и мини-турбазой под боком.

Колесников светился от счастья. Его супруга, крепко сжимая руку сынишки, безуспешно пыталась слиться с толпой прибывающих.

Всё только начиналось. Всё самое важное начиналось здесь и сейчас.

Глава 28

– Добро пожаловать! – улыбчивый парень в униформе цвета бордо подхватил наши чемоданы.

Я пробормотала слова благодарности и, крепко сжав в руке ладошку сына, огляделась. Из всех покидавших свои авто гостей нам уделили внимание первыми. Или у меня просто нервы шалили, и моя мнительность начинала выкручиваться на максимум.

Кирилл жадно рассматривал обширный двор перед крыльцом, занесённые снегом пейзажи и внушительную громаду шале, которое скорее походило на полноценную загородную резиденцию.

Я же рассматривала наше временное пристанище с ощущением смутной тревоги. Эта роскошь… пугала. Не позволяла чувствовать себя здесь на отдыхе. Не позволяла расслабиться.

Господи, и во что я себя впутала?..

В обширном светлом холле, отделанном медового цвета деревом, нас встретила девушка в бордовом жилете, брюках и ослепительно белой блузке.

Не сходя с места, она провела короткий инструктаж, перечислила всю самую важную информацию и примкнула к нашему носильщику чемоданов.

– Я провожу вас в ваши комнаты, – пояснила она. – Булат Александрович поздоровается с гостями чуть позже.

Нам отводились две комнаты с отдельным душем, санузлом, гардеробной и просторным балконом.

Егор с тихим восторгом рассматривал элегантное убранство апартаментов, а Кирилл с пристрастием допрашивал нашу улыбчивую провожатую.

Я лишь растерянно озиралась, и моя тревога росла.

Нас поселили по-царски.

Потому что я успела заметить, что большинство толпившихся во дворе гостей разводили по гостевым домикам на территории. Привилегия жить в хозяйских хоромах досталась нам и ещё нескольким, очевидно, очень важным гостям.

Да только мы с каких пор стали такими уж важными?

– В доме есть несколько общих пространств. Спортзал, домашний кинотеатр, общий бассейн. Это не считая горячих бассейнов снаружи, – буднично перечисляла наша сопровождающая. – Столовая, библиотека, комнаты для совместного отдыха. Всё это открыто для посещения на время пребывания в доме гостей. Отдельно – гостевая беседка повышенной вместительности со всем необходимым для совместного отдыха в перерывах между активностями на территории. Там гости будут чаще всего собираться в течение дня для общения.

У меня голова начинала кружиться от обилия информации.

Но можно было не переживать о том, что я что-нибудь вдруг позабуду. Кирилл слушал с неослабевающим интересом.

Распаковывая чемоданы, я не могла не вспомнить наш разговор и то, как блестели его глаза, когда он заговорил о поездке.

А потом мне вспомнился другой разговор. Наш разговор с Дагмаровым, который будто знал наверняка, как будут развиваться события. И что самое тяжкое, как будет вести себя здесь Кирилл.

Но ведь одно из главных моих сомнений всё же не оправдалось. Муж таки предложил мне ехать на новогодний отдых. Мог ведь и промолчать. Значит, здесь змей-искуситель всё-таки просчитался. А это значит, в своих прогнозах он далеко не безгрешен.

Я продолжала убеждать себя в том, что слишком рано ещё хоронить его благие намерения если и не примириться, то хотя бы сделать наше пребывание здесь сносным, когда мы спустились в большую столовую для приветственного обеда.

По-другому внушительную церемонию, когда за большущим столом собралось не менее двадцати совершенно мне незнакомых гостей, я назвать не смогла бы.

Егор с большой охотой присоединился к отдельному столу, за которым собрались детишки, приехавшие сюда вместе с родителями. Сопровождавшая его девушка по имени Лика заверила, что глаз с юных гостей не спустит.

Хозяина всей этой роскоши встретили громкими возгласами и даже шутками. Сразу понятно, здесь собрались свои. Гости живо общались, с Дагмаровым были на ты, да и в целом обстановка в столовой царила до крайности неформальная.

Подтверждались мои опасения – мы с Кириллом были на этом празднике скорей исключением. Вот только муж не собирался надолго в этом статусе оставаться и успел завязать разговор с соседями по столу.

Никогда я ещё не чувствовала себя настолько потерянной и одинокой.

Хозяин дома встал во главе стола, давая какие-то указания внимательно слушавшей его прислуге. Гости громко беседовали. Момент официальных приветствий ещё не наступил.

Я невольно задержала взгляд на Дагмарове. Но исключительно потому что выглядел он… непривычно.

Джинсы и свитер. Небрежно зачёсанная назад копна смоляных волос. Щёки и челюсть укрывала куда более густая щетина, но она ему шла даже больше, чем трёхдневная. Сильнее подчёркивала резкость скул и…

Неуместная мысль оборвалась, когда мой блуждающий взгляд добрался до пронзительных серых глаз.

Потому что эти окаянные глаза безо всякого смущения, с ответной пристальностью рассматривали меня.

– Я бесконечно рад, что вам всем удалось добраться в мою скромную обитель, – пошутил Дагмаров безо всякого вступления.

Его слова встретили смехом и ответными шутками.

Я моргнула и поспешно отвела взгляд, но бесконечно с этим опоздала.

Кирилл повернулся ко мне и тоже отпустил какой-то шутливый комментарий. Он ничего не заметил.

Моё лицо безобразно горело.

– Отдельным гостям я рад особенно. Это их первый визит. И я очень надеюсь, что отдых здесь им понравится.

Муж снова что-то сказал и легонько подтолкнул меня локтем в бок.

Я невольно вернулась взглядом к говорившему и увидела то, чего опасалась.

Дагмаров продолжал смотреть на меня.

И не только Дагмаров.

Собравшиеся за столом обратили на нас с Кириллом любопытствующие взгляды.

Я сглотнула и попыталась выдавить из себя улыбку.

Что-то подсказывало: эта поездка, хочется мне того или нет, запомнится мне надолго.

Если не навсегда…

Глава 29

– Оль, ну не сиди как истукан, – Кирилл раздражённо подталкивает меня локтем в бок. – Улыбнись хотя бы.

А мне кажется, если я сейчас начну растягивать губы в искусственной улыбке в попытке перебороть приступ стеснения и безумной неловкости от того, что все сейчас смотрят на нас, включая хозяина, меня примут за не слишком-то дружащую с головой особу.

Муж понимает, что пытаться вытащить меня из ступора бесполезно, и рассыпается в благодарностях.

Что-то рассказывает о нашей фирме и о том, как нам повезло войти в круг приглашённых.

Я слушаю его будто очень издалека.

Не понимаю, что со мной происходит.

Повышенное внимание меня откровенно нервирует.

Нам здесь не место. Мы здесь чужие.

Нам не стоило приезжать.

Внутри нарастает предчувствие какой-то неотвратимости. Будто я мчусь в глубочайшую пропасть, но поделать с этим ничего не могу. От меня ничего не зависит.

– …с супругой невероятно признательны и рады попасть в такую тёплую компанию. Правда?

Я вовремя слышу, как Кирилл обращается ко мне, и послушно киваю.

Вот и всё, на что я способна.

В ответ на речь Кирилла стол оживает, гости одобрительно гудят. Кто-то тянет ему руку для рукопожатия.

Я хватаюсь за стакан с апельсиновым соком и осушаю его до половины.

Паралич отступает, и я только сейчас понимаю, почему.

Поднимаю взгляд – Дагмаров во главе стола отвлёкся на беседу.

Так значит, совсем не всеобщее внимание меня парализовало…

Допиваю свой сок и пытаюсь справиться с паникой.

Мне всё это очень, очень не нравится. Мне не нравится, как остро я реагирую на внимание этого человека.

И я не чувствую себя в безопасности…

– Оль, всё в порядке?

Я машинально киваю склонившемуся ко мне мужу. И невольно отмечаю, что рада. Рада, что он всё же заметил моё странное поведение. Значит, что-то порядочное в нём всё же осталось.

– Не привыкла к такому количеству незнакомых людей, – шепнула я.

– Это быстро пройдёт, – Кирилл выхватил из искусно превращённой в кармашек салфетки вилку. – Перезнакомишься.

В мои планы подобное не входило. Знал бы Кирилл, что входило в мои ближайшие планы.

Правда, я тысячу раз за эти дни успела пожалеть о том, что согласилась.

Сейчас всё выглядело аферой и какой-то откровенной насмешкой со стороны нашего «благодетеля».

Очень хотелось отказаться от всех этих планов, и раз уж мы оказались здесь, просто позволить себе отдохнуть, никому не устраивая проверок на вшивость.

Тем боле что Дагмаров наверняка об этом забудет. У него полным-полно обязанностей перед своими гостями, перед теми, кто действительно входил в круг его интересов.

Он о нас и не вспомнит, а там и время уезжать подойдёт.

Всё как-нибудь образуется.

И я почти убаюкала себя этими заверениями, умудрившись прийти к подобию хрупкого успокоения, когда вся компания перебралась в здание по соседству с домом, скромно поименованное беседкой.

Громадное округлое пространство в два этажа состояло из дерева и стекла – прозрачные стены позволяли без помех наслаждаться божественным видами лесистых заснеженных склонов. В нижней зале, в самом центре пылал художественно оформленный очаг. Его полукольцом окружал царским размеров диван.

Лёгкая музыка, запах хвои, барная стойка в углу, тонкие ниточки золотистых гирлянд… Это место выглядело волшебно.

А как, должно быть, красиво и уютно здесь было по вечерам!

Детям устроили экскурсию по территории, а взрослые гости устроились на диване и бурно обсуждали планы на вечер. Кирилл с азартом включился в обсуждения, будто знал этих людей всю свою жизнь.

Я так быстро вливаться в компанию не умела. Пристроилась сбоку, подперев плечом обшитую деревом колонну у стеклянной стены и любовалась открывавшимся видом, вполуха слушая их обсуждения.

Что ж, я сдаюсь. Торговаться не буду. Это место взывает об отдыхе. Проигнорировать этот зов было бы форменным преступлением.

К чёрту все эти тесты на верность, проверки и выяснения отношений.

Смешно даже думать, что Дагмаров всерьёз это мне говорил. Наверняка же он просто…

– Надеюсь, место вас не разочаровало.

Я вздрогнула, когда в поле видимости вплыл массивный стакан глинтвейна – в исходившем паром душистом вареве тонули коричная палочка и «солнышки» апельсина.

Дагмаров стоял очень близко и терпеливо ждал, когда я соглашусь забрать свой напиток.

Ничего другого мне не оставалось.

– Спасибо, – пробормотала я. – Место… волшебное.

Он и не подумал никуда уходить. Отхлебнул из своего стакана и обратил взгляд на шумевших гостей, которые расхватывали свои стаканы с разносов, принесённых прислугой.

– Не спешите знакомиться?

Я скосила на него опасливый взгляд, пытаясь унять расходившееся от его внезапного появления сердце:

– Надеюсь, это необязательный пункт?

Обращённый ко мне породистый профиль смягчился, когда уголок чётко очерченных губ уже привычно дёрнулся.

– Вы здесь не подчинённая, Ольга Валерьевна. Я не могу и не хочу вам приказывать, – тяжёлый взгляд падает на меня. – Предпочитаю, чтобы вы решили сама.

– Ольга, – вырывается у меня.

И теперь Дагмаров смотрит на меня особенно пристально.

– Простите?

Я во всём виню глинтвейн, парами которого надышалась.

– Можете называть меня просто Ольгой, – сглатываю, откровенно дивясь своему порыву. – Когда вы зовёте меня по отчеству, я невольно ожидаю от вас приказов.

Дагмаров молчит. Смотрит на меня изучающе. И я позорно сдаю назад.

– Только… только если, конечно, вы захотите. Если вы…

– Вы решили, и я подчиняюсь, – перебивает Дагмаров, его голос падает едва не на октаву. – Ольга.

Ошибка. Ошибка. Ошибка…

– Я… спасибо за приглашение, – тараторю, стремясь заглушить растущую панику. – Я не привыкла отмечать Новый год вот так, в компаниях. Для меня… для меня это всегда, ну, знаете, семейный праздник. И я… просто даже не знаю, что нужно делать.

– Ничего, – он едва заметно качает головой. – Вам ничего не нужно делать, Ольга. Отдыхайте и наблюдайте.

Мой взгляд невольно перескочил на Кирилла.

Нет, Дагмаров всё-таки не забыл об уговоре.

– Думаете… считаете, это всё-таки необходимо?

Какое-то время Дагмаров молчит, но потом:

– Считаю, ближайшие дни скажут всё за себя.

И он не ошибся.

Видимо, этот человек никогда не ошибался…