Текст книги "Кощей. Перезагрузка (СИ)"

Автор книги: Ксения Чепкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Я снова обернулся к разряженной толпе. Молодые, родовитые парни из самых богатых и знатных семей. Каждый держал под уздцы хорошего коня. Под ногами у них суетились гончие. У многих на плечах тоже сидели соколы.

– Хотели видеть царя, – громко сказал я, – Ну вот он я, в полный рост. Погнали на вашу охоту!

– По коооням!

И по кобылам. Что за сексизм?

Слуга подвел ко мне Бурю. Та радостно заржала при виде меня. И всем своим видом показывала, как ей не терпится погнать галопом.

Мы схватили копья, топоры, луки и вскочили на коней. Но, едва собрались отправляться, как прямо перед нами вдруг появился растрепанный Серый Волк. Он встал посреди дороги, раскинув передние лапы в стороны. Такой здоровенный, что перекрыл нам весь путь со двора.

– Серый? Ты чего?

– Ваня, да я только сейчас узнал. Охота – это, оказывается, когда зверей стреляют!

Я продолжал смотреть непонимающе, сидя верхом на Буре.

– Так насмерть стреляют! – нетерпеливо добавил Серый, – Как же ты не понимаешь! Вы едете зверушек убивать. Ну там зайчиков, кабанчиков, уточек.

До меня только сейчас дошло. Волчара же мой – защитник животных.

– А я-то, дурак, думал вы на фото-охоту едете. Ну там, по лесу побегаете, в воздух постреляете, со зверушками пофоткаетесь. А вы их жрать будете!

Последнюю фразу он произнес с таким искренним ужасом, что я чуть не прыснул. О ужас, жаренная утка на ужин!

Молодые дворяне смотрели выжидающе. Они не особо понимали, что происходит. Но не хотели спорить с царем и зубастым, огромным волком.

– Хорошо! Парни, приказываю всем стрелять в воздух. Поскачем по лесу, попугаем зверье, да и домой.

– Что же это за охота, княже! – не выдержал и вскричал один из молодых бояр.

Я весело подмигнул Серому и повернулся к наглецу.

– Вегетарианская охота!

Серый просиял.

– Вон на грибочки поохотиться можно, – добавил он, – На ягодки.

По лицам охотников было понятно, сколько энтузиазма вызывает в них охота на грибочки и ягодки… Но слово царя – закон.

– А ты, Серый, следи тут пока за порядком и готовься к походу.

– Походу? Покидаешь нас, царь? – снова подал голос все тот же боярин.

– Ненадолго. Дела государственной важности!

Я не заметил, как несколько парней при этих словах странно переглянулись. В их глазах мелькнул недобрый огонек. Но я в этот момент смотрел на волка.

– Справишься, Серый?

– Конечно, Ваня! Можешь на меня положиться. За всем присмотрю.

Я тронул поводья и повел свою вегетарианскую охоту в сторону леса.

Спустя пять минут я уже весело рассекал на своей прекрасной Буре. Она летела вперед стрелой, легко перепрыгивала через упавшие деревья и камни. Я смеялся и свистел от восторга. Движением руки я запустил сокола в воздух, а сам размахивал шапкой. Какой же кайф! Свобода! И как я раньше жил без верховой езды? Это вам не на электросамокате по Арбату гонять.

Моя свита отстала. Я слышал позади себя топот копыт и лай собак. А мы с Бурей все продолжали нестись вперед как сумасшедшие. Лошадь кайфовала от быстрого бега не меньше меня.

Наконец, мы забрались в чащу леса и перешли на шаг. Буря фыркала и гордо ступала вперед. А я крутил головой в поисках добычи. И приготовил заранее лук со стрелой. Я обещал Серому ни в кого не стрелять. Но я не говорил, что не буду охотиться. Оказывается, выслеживать добычу интересно. Настоящее мужское дело.

Представил, как я подстрелил целого кабана. И притащил эту тушу домой, в царский терем. А там красавица Василиса ждет меня, чтобы приготовить прекрасный ужин. А после ужина…

От дальнейших сладких мечтаний меня прервал шелест в кустах. Ага, вот и кабан! Или на худой конец олень.

Я натянул тетиву и прицелился. Кусты зашевелились сильнее. А что если кабан резко выскочит на меня? А если я не успею выстрелить или ускакать на Буре?

Что-то мне уже не так нравится охота. Я как-то не подумал о том, что дикий зверь может броситься в атаку первым. Так, не время для страха. Я все-таки мужик на охоте. Стыдно как-то. Надо собраться! Буду стрелять, если что. А Серому так и объясню, что это была самооборона.

Кусты снова зашевелились. Я чувствовал, что сейчас кто-то выскочит прямо на меня. Даже почти слышал тревожную музыку, как и подобает в такие моменты. Прицелился, сжимая вспотевшей рукой лук.

Кусты раздвинулись, и зверь действительно прыгнул на меня!

Это оказался… заяц. Самый обыкновенный чертов заяц.

Мелкий засранец выпрыгнул из кустов и пулей пронесся мимо Бури. Я и глазом не успел моргнуть, как он снова исчез где-то в кустах. Я выдохнул и опустил лук.

– Хорош охотничек. Даже зайчика не подстрелил к обеду.

Знакомый голос, похожий на озвучку Гоблина. Я обернулся к Кощею. Тот мешал какую-то вонючую похлебку в походном котелке.

– А я тут уже бульончик приготовил. Думал перекусим. Кто же знал, что ты такой никудышный охотник.

Кощей махнул рукой, и котелок исчез в фиолетовой дымке. А я спешился и подошел к нему.

– Опять будешь швыряться в меня своей дурацкой короной? У меня уже одна есть, вторая не поместится.

– Да я просто поздравить тебя пришел. Не каждый день становишься царем. Хотя мне больше нравилось называть тебя Иваном-Царевичем. Так, пожалуй, и продолжу. Если вы не против, ваша светлость?

Он отвесил мне насмешливый поклон. Я продолжал хмуро на него смотреть.

– Фу, какой серьезный! Столько хмурится, весь морщинами покроешься.

– Чего тебе на самом деле надо? Если ты не собираешься бросать мне корону.

– Да тут кое-какие новости до меня долетели. Слыхал, будто Василиса Премудрая застряла на горе Мира. Высоко девочка замахнулась, да силенок не рассчитала. Залезть-то залезла, а как слезть – не знает.

Я напрягся.

– А тебе что с того?

– Да то, что девчонка оказалась не промах. Вздумала книгу мудрости прочесть. Да еще и сумела Калинов мост перехитрить. А ведь мост самим Чудом-Юдом охраняется, да еще и живых не пропускает – только мертвых. Девка и вправду умная оказалась. Лишь книгу мудрости пока не осилила. Преумная, а не Премудрая.

– Да к чему ты клонишь?

Кощей указал на свою корону.

– А вот к чему.

Корона при словах о Василисе задрожала на его голове и сверкнула. До меня стало доходить. И мороз пробежал по моей коже.

– Ты думаешь…

– Да! – радостно воскликнул Кощей, – Именно это я и думаю! Василиса подвиги не хуже тебя совершает. И корона на нее тоже теперь реагирует. Ух, сколько претендентов! То ни одного не было, а теперь аж выбирать могу. Может зря я на твою лошадку ставил. Девки нынче вон какие пошли.

– Ты ведь не собираешься правда сделать ее новым Кощеем?

– А почему нет? Нигде не написано, будто женщина не может стать Кощеем Бессмертным. Это ведь вроде должности.

Фига себе должность!

Я сделал угрожающий шаг к Бессмертному.

– Не вздумай ее в это втянуть! Василиса не станет Кощеем вместо тебя!

– Отчего же? Теперь сам что ли черную корону захотел?

Я вспомнил о страшном проклятье, о котором говорила старуха.

– Никто твою корону не хочет, костлявый! Но если уж тебе так неймется, продолжай со мной. Не трогай Василису!

Кощей спокойно смотрел на меня своими непроницаемыми, угольно-черными глазами. Настолько черными, что радужка сливалась со зрачком. И казалось, что на тебя смотрят два безжизненных черных озера.

– Один из вас непременно станет новым Кощеем. И я отправлюсь наконец в заслуженный отпуск. Пашешь-пашешь, а продыха все нет! Ну уж нет, на этот раз я точно передам кому-то свою корону. Ты это будешь, или Василиса – мне все равно. Но один из вас наденет корону тьмы. Или умрете оба!

С этими словами он исчез, оставив после себя едкую фиолетовую дымку. Кхе-кхе! Жаль, что в лесу нельзя открыть форточку и проветрить.

Вот, блин, заварила кашу Василиса… Либо помрет на этой своей горе, либо получит темное проклятье Кощея.

В моем воображении нарисовался образ злой Василисы в черном латексе с сеткой и волосами, собранными в тугой узел. И глазами, подведенными черной подводкой.

В этом, конечно, что-то есть. Но лучше не надо! Я точно не позволю втянуть Василису в такое дерьмо. Я еще сам не знаю, чем так страшна магия Кощея, но прям жопой чую, что старуха права и ничего хорошего из этого не выйдет. Если уж выбирать, пусть лучше я, чем Васька.

В этот момент послышался шум голосов, лошадиное ржание и собачий лай. Свита наконец-то догоняла царя. Я снова забрался на коня и встретил парней верхом на Буре.

Выглядели они не довольными. По дороге им встретилось много дичи, однако никто не осмелился выстрелить и нарушить правила вегетарианской охоты. Тем более что по царству уже поползли слухи, будто новый молодой царь оказался еще суровее Берендея (об этом мне позже сообщил Емеля).

– Что же мы, до ночи будем просто по лесу скакать? – с обиженным видом спросил один из князей.

– Погода чудесная, можно и поскакать.

Так мы и сделали пару кругов по одним и тем же местам, как дураки. Зато защитники животных могли нами гордиться!

Ну а я просто покайфовал от верховой езды в прекрасную погоду. Мне не помешает лишний раз потренироваться в таком важном навыке. Да и голову заодно проветрить. А то с такими новостями она быстро стала чугунной.

Когда жирная галочка была поставлена, мы повернули назад и спустя полчаса шумно въехали обратно во двор. Когда я переступал порог царского терема, то услышал позади себя громкий шепот моих спутников:

– С такой охотой мы все отощаем!

– И чего царь якшается с этим волком? Такого на цепь надо посадить, да против недругов использовать.

– Ага, да и Жар-Птицу в придачу. Ходит здесь, будто царевна.

Что-то не нравятся мне такие разговорчики. Я резко обернулся, одновременно вытягивая стрелу из колчана. Стрела со свистом вылетела и сбила шапку с одного из наглецов. Молодые люди застыли как вкопанные.

– Что-то не так? – громко спросил я.

Перепуганные дворяне повалились на колени.

– Прости, отец родимый!

– Бес попутал!

Так, надо бы объяснить своим новым поданным, что к чему.

– Слушайте все! Я великий князь, и я навожу здесь порядок. Как скажу, так и будет. А кому не нравится: для вас богатый выбор из четырех сторон. Но пока вы в Тридевятом царстве, будете жить по моим законам.

С этими словами я гордо удалился. Так круто! Мне понравилось играть в царя. Как будто всем своим бывшим гандонам-начальникам разом отомстил. Может для прикола еще приказать их на кол посадить? В шутку, разумеется. Хотя не, а то еще поседеют.

Стоило мне уйти, как заискивающие гримасы сменились на злобные. Дворяне мрачно переглядывались и мяли шапки в руках.

– Где же это видано – байстрюк на престоле.

– Законных царевичей прогнал, царя Берендея в заколдованный лабиринт посадил, а сам корону напялил.

– Слыхали, он в поход какой-то собирается? Сам сказал, что уедет.

– Может сгинет в этом походе? Дай-то бог!

– А коли не сгинет, так мы ему тут устроим встречу.

Этих разговоров я уже не слышал. Ведь я наивно считал, что прекрасно навел порядок и стукнул кулаком по столу. Не так уж страшно управлять государством. Все слушаются и падают на колени. Все готовы в любой момент тебе услужить. Ох, чувствую совсем расслаблюсь с таким All Inclusive. Где там мой почесальщик?

В своих покоях я обнаружил Серого и Жар-Птицу. Оба выполнили мои указания и собрались в поход. Злата просто сменила свое ярко-красное платье на такой же красный комбинезон, плотно облегавший ее пышные формы. На поясе у нее висел короткий, легкий меч. А огненные волосы теперь были собраны в одну толстую косу вместо нескольких тонких. А вот Серый вооружился так, словно объявил войну какой-нибудь маленькой стране. Нацепил кольчугу, которая едва на него налезла, и сменил шапку на шлем. На лапах у него зачем-то болтались два лука без колчана (видимо, про стрелы он забыл), а пояс был буквально утыкан мечами и кинжалами. Он даже умудрился прицепить к нему небольшой топорик. Так что ходил он теперь так ржачно, что я не удержался и прыснул.

– Думаешь, топор все-таки лишний? – серьезно спросил он.

– Зачем тебе вообще оружие? – спросила Злата, сложив руки на груди, – У тебя есть зубы и мощные лапы.

Да уж, знаем мы эти мощные лапищи. Первыми убегут с поля боя.

Не дав волку ответить, Злата повернулась ко мне.

– Так куда мы все-таки отправляемся?

– К реке Смородине. Через Калинов мост.

Я и сам уже понял, что это место явно недружелюбное. Но выпученные глаза Серого и Златы заставили меня занервничать.

– Ума ты что ли лишился?! – вскричала девушка, – Ты знаешь, что это за место и кем охраняется?

– Знаю, – вздохнул я, – Что-то там с мертвецами связано. И охраняет его Чудо-Юдо.

– Божечки-кошечки! – пискнул Серый.

Даже бесстрашная Злата вздрогнула при упоминании этого странного имени. Хотя у меня оно вызывало скорее смех. Не думаю, что какое-нибудь чудо в перьях – это жутко.

– Не называй его!

– Почему?

– Мы не произносим его имя.

Чудо-которое-нельзя-называть.

– Оно столько деревень сожгло, – сглотнув, добавил Серый, – Говорят, сам Змей-Горыныч на его фоне просто ящерица.

Я почесал голову под соболиной шапкой, сдвинув ее набок.

– Херово, конечно, но делать нечего. Любую тварь можно как-нибудь убить.

– Столько богатырей пытались это сделать. Ни один не вернулся!

– Но ведь Василиса же как-то прошла мимо этого Чу… этого существа.

Злата недовольно скривила губы.

– Да, тут она хороша, – нехотя признала девушка, – Не представляю, как ей это удалось. Стой! Ежели она прошла мимо чудища и перебралась через Калинов мост…

– Она в мире Нави! – выдохнул Серый.

– Где? – переспросил я, – Голубка сказала, что она застряла на горе Мира, в городе Ирий.

– Все правильно, – объяснила Злата, – Это город в мире Нави – мире мертвых. Но ни один живой не может попасть туда. Калинов мост не выдержит веса живого тела. Лишь бестелесные духи могут пройти по нему.

Я хлопнул себя по лбу.

– Вот черт! Неужели она сумела превратиться в духа? Чтобы пройти через мост.

– Василиса могучая ведунья. Но я сомневаюсь, что ей такое под силу. Разве что один Кощей Бессмертный способен на такие чудеса. Ведь он хозяин всех миров.

Ключи от трех миров… Значит, Кощей может управлять миром Нави? Тогда ему вообще никакого труда не стоит добраться до Василисы. Но, раз он еще не передал ей корону, значит корона пока не признала Василису. И у меня есть шанс не дать этому случиться.

Злата подошла ко мне поближе и посмотрела прямо в глаза.

– Ты ведь не собираешься правда отправляться в Нави? Это верная гибель! Тебя сожрет чудище. Или мост рухнет под тобой. Или духи мертвых схватят тебя. Страшнее этого места нет ничего!

– Давайте никуда не пойдем, – проскулил Волк, с лязгом скинув оружие.

Злата положила руку мне на плечо, и я даже сквозь одежду почувствовал жар.

– Если Василиса правда в городе Ирий, ей уже ничем не помочь. Нави не отпустит ее обратно в мир живых, оттуда никто никогда не возвращается. Она уже погибла, едва перешла Калинов мост. Забудь ее! Оставайся здесь, управляй своим царством. А я тебе помогу.

Я грубо скинул ее руку со своего плеча. Опять пытается подлизываться. А ведь только пару часов назад распиналась, что мы не друзья.

– Василиса еще жива. И я пойду за ней хоть в Нави, хоть в Срави. Какими-то духами меня не напугать, как и Чудом-Юдом.

Серый снова заскулил, услышав это имя.

– Пропащий человек! Как ты собираешься перейти Калинов мост? Умереть?

– Если понадобится, то да.

Красные радужки гневно сверкнули. В них снова читалась ревность.

– Тогда ты такой же безумный, как и Василиса. И духи мертвых высосут твою душу, а твое тело забросят в реку Забвения.

– Ну хватит страшилки рассказывать. Всего лишь кучка призраков. Разберусь как-нибудь. А всякие трусихи мне в походе не нужны.

Злата гордо выпрямилась.

– Коли эта белоручка Василиса не побоялась мира духов, так я тем более.

– А вот я побоюсь! – чуть не плача, выдал Серый.

– Послушайте, вам не обязательно переходить Калинов мост. За Василисой пойду я один. Помогите только разыскать это место. И одолеть Чудо-Юдо… да хватит скулить, Серый, это всего лишь имя!

Злата шумно вздохнула.

– Почему я вечно связываюсь с самодурами у власти. Ладно, будь по-твоему. Доведем тебя до реки Смородины.

Серый при этих словах понурился.

– Спасибо, друзья! Как вернемся, награжу обоих. Ты, Серый, получишь столько золота, что сможешь открыть свой благотворительный фонд.

– О, я назову его «Общество по охране говорящих животных».

– Прекрасная идея! – улыбнулся я, – Ну а ты, Злата, чего хочешь? Ежедневный рацион из золотых яблок и так твой. Чем еще я могу тебе помочь?

Злата бросила на меня красноречивый взгляд.

– Ну, кроме этого… – покраснев, замялся я.

– Обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Если ничего не выйдет, и Василиса останется в мире духов, женись на мне.

Серый присвистнул и, махнув лапой, покачал головой. А Злата ждала ответа и сверлила меня своим огненным взглядом.

– Ну что же. Если все так обернется, пожалуй, обещаю. Почему бы и нет!

– Поклянись!

– Клянусь!

Кольцо при этом дико сдавило палец, даже сильнее, чем обычно.

Но про себя я добавил: «Если я не справлюсь, и Василиса останется в мире духов, я останусь вместе с ней. Если, конечно, один из нас не станет и.о. Кощея Бессмертного».

Глава 21

– Точно ли коней, царь-батюшка? Летучий корабль, чай, быстрее и безопаснее будет.

– Нет, поскачем на конях.

Я не стал уточнять, что поскачем в сторону реки Смородины и Калинова моста. А то бедный дьяк хлопнется в обморок от ужаса. Серый уже сообщил мне, что Летучий корабль не подлетит туда – слишком гибельное место. Да и я сам всегда радовался случаю лишний раз прокатиться верхом.

– Но в лесах разбойники!

– Со мной будут Жар-Птица и Серый Волк. Не пропадем!

Дьяк неодобрительно покачал головой, но спорить дальше не посмел. Все и так ходили передо мной на цыпочках.

На рассвете следующего дня мы отправились в новый поход. Я – верхом на Буре. Серый – на своих четверых. А Злате выдали прекрасного рыжего скакуна. Она, конечно, могла просто полететь. Но решила пока поберечь силы и остаться в человеческом облике.

Весь народ высыпал на улицу, чтобы проводить нас. И мне показалось, что люди радовались нашему отъезду и плохо это скрывали. Ну ничего, вернусь вместе с Василисой и наведу здесь настоящий порядок.

Особенно смущали всех Серый Волк и Жар-Птица. Люди испуганно шарахались при появлении волка. А когда проезжала Злата, показывали на нее пальцами. Какая-то бабка громко сказала «фу, бесстыжая» и сплюнула. Завидует, наверно. Еще бы – такая соблазнительная фигурка в красном облегающем комбезе. Злата в ответ на это отправила ей воздушный поцелуй, вспыхнувший пламенем. Бабка с криком убежала, чуть не спалив юбку. А Злата со смехом поскакала вперед.

Я невольно засмотрелся на ее гибкое тело. Как аппетитная попка двигалась в седле. Злата неплохо смотрится в роли наездницы… В смысле реальной наездницы, а не то, что ты подумало, дурацкое кольцо! Хватит уже сдавливать мой палец!

Когда мы покинули древнерусский город и вступили в лесную зону, напряжения стало в разы меньше. Светило яркое солнышко, в лесу пели птички. И мы как будто забыли, что отправились в опасное путешествие.

Мы со Златой с восторгом скакали по лесной дороге. А волчара трусил за нами, на бегу подпрыгивая и пытаясь поймать бабочек. И, если удавалось поймать, сразу же отпускал их на волю.

Так мы проскакали до самого вечера. Лишь один раз сделав небольшой привал. Я начал замечать, что дорога изменилась. Лес стал мрачнее и гуще. На пути все чаще попадались крупные валуны, так что пришлось перейти на шаг. То и дело встречались упавшие деревья. Лес наполнился жуткими шорохами. Повеяло холодом и сыростью.

– Приближаемся к Смородине, – тихо сказала Злата.

Я на всякий случай приготовил лук. Злата была настороже, чтобы в любой момент превратиться в огненную птицу. А Серый поджал хвост и беспокойно крутил головой во все стороны. Хорошо, что я заставил его снять все это дурацкое обмундирование. А то громыхал бы сейчас своими доспехами на весь лес.

Тут Серый насторожил уши и начал громко принюхиваться.

– С-слышите? – дрожащим голосом спросил он.

– Ну, шорохи в кустах.

– Нет, не то. Слышите свист?

– Какой еще…

Тут я тоже различил новый звук. Действительно. Откуда-то из темноты доносился едва различимый, странный свист. Это не был обычный свист, он скорее напоминал жутковатую мелодию. И раздавался то с одной, то с другой стороны. Как будто источник звука постоянно перемещался.

Злата тоже напряглась еще больше и положила руку на меч.

– Знакомый звук… – задумчиво пробормотала она, – Я как будто слышала его где-то. Но не помню где.

– Д-давайте повернем назад, – взмолился Серый.

– Спокойно, это всего лишь свист.

Пока мы тихо переговаривались, наши кони подошли к развилке. На самом перекрестке возвышался огромный, столетний дуб. А дорога, идущая прямо, выглядела еще более заросшей, чем та, по которой мы пришли.

– Ну что, прямо? – спросил я.

Злата молча кивнула. Она продолжала прислушиваться к жуткой мелодии из темноты.

Я первым направил Бурю по выбранной дороге. Но тут мелодия стала громче. На нас налетел вихрь и сбил с лошадей. Лошади испуганно заржали и взвились на дыбы. Я, Злата и Серый отлетели назад и больно шмякнулись на землю. Хорошо хоть на острые камни не попали.

Серый в ужасе заскулил. А мы со Златой выхватили мечи и приготовились встретить невидимого противника. Но на дороге никого не было. И только широкий, старый дуб шумел листвой на ветру.

Я медленно пошел вперед.

– Иваннн, не ходи! – вскрикнула Злата.

Но я продолжил идти. Едва я дошел обратно до развилки и поравнялся с дубом, как тот же вихрь снова отбросил меня назад. И та же издевательская мелодия пронеслась в темноте.

– Кто-то явно не пускает нас дальше, – сказал я, поднимаясь на ноги.

Тут Злата заметила какое-то движение на ветках дуба. В каждой ее руке тут же появился огненный шар.

– Выходи! – крикнула она, – Иначе я подожгу этот проклятый дуб!

В ответ на ее угрозу раздался знакомый тихий свист. И новый порыв ветра задул огонь в ее руках.

Не успела Злата создать новые шары, как кто-то спрыгнул с дерева и встал у нас на пути. Мы подошли чуть ближе и в свечении, исходившем от Златы, разглядели незнакомца.

Это был низкий, худощавый старичок. Не совсем дряхлый старик, но явно уже далеко не молодой. Лицо смуглое, морщинистое и некрасивое. А вот длинные волосы и усы оставались угольно-черными, как у юноши. Одет он был в костюм, похожий на татарский. На голове – большая меховая шапка, торчавшая треугольником на макушке.

Безобразное лицо старика растянулось в улыбке, обнажив единственный передний зуб.

– Это что еще за басурманин, – шепнул Серый.

Старик заговорил удивительно мелодичным голосом. С восточным акцентом.

– Нарушаем, батенька! Пройдемте.

– Чего? – удивился я, – Ты кто вообще такой?

Кажется, он не собирался на нас нападать. Но и встал прямо у нас на дороге, не давая пройти дальше.

– Я? Ужели не знаете? Видать, совсем слава моя затихла. Да оно и к лучшему. Представлюсь, коли не знаете. Звать меня Соловей.

– Что это за имя такое?

– Соловей-Разбойник! – вскричал Серый.

Старик при этих словах недовольно поморщился.

– Так меня раньше звали. Было дело по молодости. Всякие проблемки с законом. Каюсь-каюсь! Но теперь-то я на княжеской службе. А потому – пройдемте.

– Да куда пройдемте? – рассердился я.

– Знамо куда – на дерево, в мое гнездо.

Мы задрали головы и посмотрели на ветви могучего дуба.

– Ты это серьезно?

Видимо, серьезно. Соловей сам ловко взобрался прямо по стволу и снова скрылся в густой листве. Судя по тому, как быстро и легко он это проделал, старик давно уже обитал на старом дубе.

Делать нечего. Свист бывшего разбойника не давал нам пройти дальше. Так что мы вздохнули и поплелись следом. Злата обернулась птицей и легко взмыла вверх. Опустившись на прочную ветку, она снова стала девушкой. А Серый просто высоко подпрыгнул и тоже оказался на соседней ветке.

А вот мне пришлось раскорячиться. Под смешки и комментарии друзей я неуклюже полез наверх. Лук и меч мешали. Хотел бы похвастать, что мой личный меч мешался. Но увы – я только про металлический.

Каких-то больших сучков, чтобы уцепиться, не было. С большим трудом я все-таки влез по стволу и, ухватившись за ветку, на которой сидела Злата, подтянулся к ней.

Едва я подтянулся, как чуть не столкнулся с Жар-Птицей. Наши губы почти соприкоснулись. Злата на секунду растерялась, ее лицо вспыхнуло. Да и я сам застыл в этой неудобной позе.

Но тут кольцо снова сдавило мой палец. И раздался нетерпеливый голос старика:

– Ну что вы там, проходите!

Злата быстро отвернулась. А я окончательно взобрался наверх. И тут мы увидели гнездо Соловья-Разбойника.

У меня было ощущение, будто я зашел в какую-то турецкую лавку. Просторное гнездо с крышей из листьев было увешано мягкими восточными коврами. Пол завален маленькими подушками. А посреди гнезда был оборудован волшебный, негаснущий огонь, на котором грелся чайник с изогнутым носиком.

Хозяин засуетился, доставая странные стаканы, формой похожие на песочные часы.

– Бардак! – сказал он.

– Да вроде нет, все чисто, – пробормотал я.

– Да нет же, это бардак.

Он указал на стаканы на ярком подносе.

– Отец мой был турок. А мама – татарка. Волшебница была. Вот я и получил от нее свой дар.

– И в чем же твой дар? Просто громкий свист?

Старик лукаво усмехнулся и тихонько свистнул через свой единственный зуб. И с наших с Серым голов слетели шапки.

– Впечатляет, – улыбнулся я, отряхивая шапку от листвы.

– Это еще цветочки. Бывало, я так мог свистнуть, что от города даже камешка не оставалось. А с людей заживо слетала кожа с мышцами – одни косточки оставались.

Я перестал улыбаться. А вот старик продолжал лукаво усмехаться и подмигивать. По этим восточным людям вечно не поймешь, когда они шутят, а когда говорят серьезно.

– Я слышал о тебе, – заявил Серый, прихлебывая чай, – Самый грозный разбойник во всем лесу. У тебя целая банда была. Проехать никто не мог – всех грабили.

– Это давно было, – махнул рукой Соловей, – Молодой был, глупый. Мамка меня била и в лес отправляла, когда шалил. Вот я и озлобился. А потом собрал таких же мальчишек. Так и появилась наша банда. Да уж, славные были времена. Грабили, убивали, девок красных скрадывали…

Он мечтательно нахмурился от нахлынувших воспоминаний. И нам стало еще более жутко. Этот старик не такой уж и добрячок, каким пытается казаться. Тут он снова встряхнулся.

– Что вспоминать былые деньки. Много за моей душонкой грешков. Тут уж ничего не поделаешь!

– А что же теперь? Больше не грабите? – спросил я.

– Все, в завязке. Уже много лет. Я ведь непобедимый был. И думал, что так всегда будет. А потом нарвался на этого молодца – Илью-Муромца. Думал, разочек свистну, и дух из него вон. Но то крепкий оказался орешек. Поборол он меня и к князю отвел. Тот и предложил мне на его царство-государство работать. Оставил меня на перекрестке, на моем дубе. Так я и стал блюстителем порядка. Как завижу нарушения, так и хватаю. Вот и вас сцапал.

Он что, типо первого в истории гаишника? Сидит в кустах и ловит всадников?

– А что мы нарушили? – удивился я.

Соловей выглянул из гнезда и указал на участок дороги.

– А вот это что такое?

Мы проследили за его рукой, но ничего не заметили. Возле дуба топтались наши привязанные лошади. И на дороге ничего странного не было.

– Не поняли? Эх вы, молодежь. А какашки чьи лошадки оставили?

Тут только я разглядел темные кучки на дороге. Тьфу, блин. Я-то думал!

– Так это же обычное дело! – воскликнул Серый, – И это же тебе не дизель. С заботой об окружающей среде!

Мы со Златой еле сдерживались, чтобы не расхохотаться. Но Соловей выглядел максимально серьезным. От чего становилось еще смешнее.

– Непорядок! – вскричал он, – Некрасиво, грязно. Фу! Не потерплю такого на моей дороге. Да и это еще не все.

– А что же еще мы нарушили?

Соловей недобро сощурился.

– Направились к огненной реке Смородине, к Калиновому мосту. Кто дальше по моей дороге проедет – тот разом свою смерть найдет. Велено мне дураков таких не пускать. Так что никуда вы дальше не поедете. Вам одна дорога: назад.

Серый комично склонился к Соловью, подмигивая так, будто пытался сделать это всей мордой, а не одним глазом.

– Товарищ Соловей, а может договоримся?

Я снова с трудом подавил смешок. Но тут только вспомнил, что не взял с собой денег. Я как-то не подумал о том, что они могут пригодиться в сказочном мире. Тем более в загробном. Хотя у царя Берендея казна ломилась от золота. Вот дурак! И чего не взял хотя бы горсточку на дорожные расходы…

Соловей смерил нас задумчивым взглядом. Цену себе набивает, гад.

– Вы же понимаете, что я при исполнении? На княжеской службе.

– Конечно-конечно! – продолжал заискивать Серый, – Не обидим! Наградим в соответствии с высоким чином.

– Продолжайте.

Серый сладко улыбнулся зубастой пастью и повернулся ко мне.

– Слышь, Вань, а сколько у нас денег?

– Нисколько, – убитым голосом шепнул я в ответ.

– Что значит – нисколько? Ты же царь!

– Дурак я, а не царь. Ни одной монетки с собой не взял.

Злата закатила глаза. Всем своим видом выражая презрительное «мужчины – ничего сами не могут».

– Так-так-так, – пробормотал Серый.

Он вернулся к Соловью и снова неловко улыбнулся.

– Такое дело… В общем, денег у нас нет.

– Это я и так уже понял! – рассмеялся Соловей, – Но все же есть у вас товар. А я купец.

Серый снова оживился и поднял уши.

– Лошадки ваши больно хороши.

Что? Отдать Бурю?! Я даже на ноги вскочил.

– Ну нет, Бурю я не отдам!

– Тише-тише, – улыбнулся Соловей, жестом приглашая меня снова сесть, – Выбор у вас невелик. Либо лошадки, либо я беру вас под арест и отправляю к князю. Один мой свист, и здесь будет его дружина.

Я вспомнил о Василисе. Времени у нее не так много. А мы и так сильно задержались. Но как же Буря…

– Хорошо! – нехотя сказал я, – Забирай лошадей.

Прости, Буря! Я обязательно вернусь за тобой. Придумаю, на что обменять тебя у Соловья. Что угодно отдам! Только Василисой не могу пожертвовать.

Соловей довольно потер ладони с длинными, черными ногтями.

– Ну вот, за какашки расплатились. А теперь: отправляйтесь назад.

– Что? – снова вскричал я, – Мы ведь отдали лошадей. Что значит назад? Нам нужно добраться до Калинова моста.

– Лошадки за нарушения на дороге. А вот к Калиновому мосту путь закрыт. Мне строго-настрого велено никого не пропускать. Путешествие ваше здесь заканчивается.

– Да кто ты вообще такой!.. – начал я, вытаскивая меч.

Глаза Соловья недобро сверкнули, улыбка исчезла. Раздался невыносимый свист, больше похожий на ультразвук. Мы схватились за уши и едва не вылетели из гнезда. Бедная Злата даже начала то превращаться в птицу, то обратно в девушку – так на нее подействовал этот ужасный звук.

Тут ветер стих, свист прекратился. И мы без сил повалились на подушки. А Соловей с хриплым смехом стоял над нами.