Текст книги "Больше не жена дракона (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 56

Норберт вернулся, кивнул мне – кратко, тяжело, словно скинул гору с плеч. Его взгляд скользнул по моему лицу, проверяя, цела ли я, и исчез в тени коридора.

Ужин прошел в тишине, густой и липкой, как смола. Мы молчали. Он – потому что не нуждался в словах, чтобы давить. Я – потому что боялась, что любой звук станет поводом для удара. Серебро звякало о фарфор слишком громко. Каждый глоток вина отдавался тяжестью в желудке.

Я боялась, что он вспомнит про наказание. Что снова заставит ползать на коленях, вытирать пыль с его сапог, унижаться.

«Если он снова заставит меня вытирать пол… я… я…» – во мне закипала лава возмущения, обжигая ребра изнутри.

«Откажусь!» – звенело в голове, хрупкое, как стекло. Я делала глубокий вдох, втягивая воздух, пахнущий им, и чувствовала, как внутри растет решимость. Хрупкая, но моя.

Потом ярость уступала место холодному расчету. Письмо. Норберт отправил его. Значит, свекровь получила. Я цеплялась за эту мысль, как утопающий за обломок мачты. Надежда, что она, узнав правду, проконсультируется с магами. Что она поймет. Что она поможет. Мне нужна была помощь. Любая. Даже от женщины, которая ненавидела меня больше, чем смерть.

– А это – другой чай, – его голос нарушил тишину, тикающую в моем сознании, как бомба замедленного действия. – Попробуй…

Кружка оказалась в моих руках. Теплая. Тяжелая. Пар поднимался мягкими завитками, щекоча ноздри ароматом горных трав и чего-то неуловимо сладкого.

«Но в чудовище есть положительные моменты… – пронеслось предательское. – Он умеет делать очень вкусный чай!»

«Восхитительно!», – прошептало что-то внутри, когда я сделала глоток. Прямо вот чувство такое, словно я пью чай на пеньке в компании сказочной феи.

– Вкусно, – кивнула я. Голос вышел сухим, плоским. Без восторга. Без благодарности.

Хотя внутри все пело, требуя добавки. Я стиснула зубы.

«Я не хочу, чтобы он подумал, что я принимаю его жесты! – твердила я себе, пряча глаза в чашку. – А то, что мне нравится этот чай, об этом никто никогда не узнает. Никто».

Время тянулось вязко. Часы в столовой отбили десять. Каждый удар молоточка отдавался в висках. Пора ложиться. Пора снова делить с ним постель. Делить воздух. Делить пространство, которое становилось все теснее.

Мы поднялись по лестнице. Ступени скрипели под нашими ногами. Я вошла в открытую дверь супружеской спальни и остановилась в центре комнаты. Здесь пахло им. Его одеждой, его кожей, той новой, опасной аурой, которая вытеснила все знакомое.

Служанки раздели меня и помогли облачиться в ночную сорочку.

– Ну как тебе тайная жизнь твоего мужа? – послышался вопрос. Коварный. Мягкий.

Дверь за моей спиной закрылась. Скрип петель прозвучал как приговор.

Я обернулась. Он стоял у порога, тенью заполняя проем.

– А с чего это вдруг не твоя? – спросила я, вскидывая подбородок. Дерзость была щитом, тонким, как лезвие. – Я же не знаю, когда ты в него вселился? Кто мешал тебе завести интрижку на стороне, пока генерал был в отключке?

В ответ послышался смех. Низкий. Жестокий. Он отразился от стен, умножился, заполнил комнату.

– Давай честно… – он сделал шаг вперед. Пол не скрипнул. – Сама-то ты к какой версии больше склоняешься?

Уголок его губ дрогнул в надменной улыбке. В глазах плясали искры – не смеха. Азарт.

– Ни к какой! – резко бросила я. Воздух вибрировал от моего голоса. – Но больше склоняюсь к тому, что ты решил разрушить мою жизнь! Просто так. Ради забавы.

Он поднял брови. Медленно. Театрально.

– Хорошо, давай подумаем. – Он начал ходить вокруг меня. Медленно. Как хищник, изучающий клетку. – Что же ты такого плохого мне могла сделать, чтобы я так тебе мстил? Чтобы я бросил все дела, прошел через ужас и кошмар и побежал мстить именно тебе?

В его голосе слышались нотки насмешки. Но под ними – что-то еще. Вопрос. Искреннее недоумение.

– Я не знаю, – произнесла я. Старалась держать себя в руках. Сжимала кулаки так, что ногти впивались в ладони.

Но получалось плохо. От природы я была импульсивной. Вспыльчивой. А сейчас приходилось сдерживать цунами, прорывающееся наружу. Злость на себя. На свою беспомощность. На мысли, которые путались, как нити в клубке.

– Кстати, да, – вдруг его голос изменился. Стал тише. Опаснее.

Он остановился прямо за моей спиной. Я почувствовала тепло его тела, хотя он не касался меня.

– Ты сегодня вела себя очень дерзко. – Его дыхание коснулось моего затылка. – И я бы очень хотел тебя за это наказать…

Глава 57

Слово повисло в воздухе, тяжелое и липкое, как паутина. Наказание. От него по спине пробежал холодок, но вслед за ним предательски поднялась жаркая волна где-то в животе. Я стиснула зубы, чтобы не выдать эту реакцию. Чтобы не показать, что его голос, низкий и бархатный, действует на меня сильнее, чем любые угрозы.

– Каким образом? – спросила я, и голос прозвучал тише, чем я хотела.

Он сделал шаг. Всего один. Но пространство между нами сжалось, словно воздух выкачали из комнаты. Тень от его фигуры накрыла меня, отрезая от света лампы.

Я почувствовала запах полыни и дыма – его запах. Он заглушил сладкий аромат чайной розы, который исходил от моей кожи.

– Это зависит от тебя, – произнес он. – Чем больше будешь сопротивляться, тем изощреннее будет урок.

Он протянул руку. Я замерла, ожидая удара. Но его пальцы лишь коснулись моей щеки. Скользнули вниз, по линии челюсти, к шее. Там, где еще сохранялись слабые следы от его пальцев после первой встречи. Его кожа была горячей. Слишком горячей для человека.

– Но сегодня… – он наклонился, и его губы оказались в миллиметре от моего уха. – Сегодня я буду милостив.

Его взгляд замер на мне.

– Наверное, – прошептало чудовище. – Ты ведь любишь его? Да? Это единственное, что тебя останавливает?

– В смысле? – сглотнула я, чувствуя, как сердце ухает внутри.

– Перед тем, как отдаться мне? – смешок-выдох обжег ухо, а пальцы скользнули по плечу.

Чудовище отстранилось, глядя на меня так, словно мысленно пытаясь придумать, как еще сильнее меня унизить.

– Кажется, я придумал наказание, – прошептал он, медленно приближаясь губами к моим губам.

Я хотела закричать, но звук застрял в горле, когда он сократил дистанцию. Не было романтичного наклона, не было вопроса в глазах. Было лишь неизбежное столкновение.

Его губы накрыли мои не мягко, а жестко – как печать на документе, подтверждающем право собственности.

Это не было похоже на поцелуй Альсара. Тот целовал так, будто боялся сломать. Этот – будто хотел поглотить.

Вкус. Электрический разряд, холодный металл, вкус грозы перед ливнем. Магия, сочащаяся из каждой поры его кожи, обжигала мои рецепторы, проникала внутрь вместе с дыханием.

Он не углублял поцелуй, не играл. Он просто держал меня там, на грани удушья, заставляя принимать его воздух, его вкус, его силу. Я чувствовала, как вибрирует его кожа, как гудит магия под оболочкой человеческого тела.

Его рука скользнула вниз по рубашке и раздвинула мои бедра. Я почувствовала прикосновение магии сквозь тонкую ткань рубашки. Я попыталась оттолкнуть его, но меня прижали к стене. Магия на кончиках пальцев заставила меня простонать, коснувшись самого чувствительного места.

– А… – простонала я, чувствуя, что он не прерывает свой жадный поцелуй.

Я не знаю, как он это делал… Но я чувствовала, как дрожат мои колени, как внизу живота горячий узел становится туже, как тело отвечает его магии. Это было неправильно. Унизительно. Страшно. Но внутри разгорался пожар, который я не могла потушить. Я ничего не могла поделать… Тело само отвечало, предавая мой разум, мою волю, мою любовь к другому.

Глава 58

Невидимые нити плели узор на коже, вызывая волны жара, накатывающие все быстрее. Каждая клетка кричала от этого прикосновения, которое не было прикосновением. Это было нарушение границ, более интимное, чем если бы он раздел меня. Он владел мной без права на владение.

Наслаждение нарастало, как шторм, который нельзя остановить. Оно душило, сбивало дыхание, заставляло цепляться за его плечи, чтобы не упасть в бездну.

Я резко сжала колени, чувствуя, что дрожащие ноги меня не удержат. В глазах все потемнело, все внутри взорвалось от этого позорного, постыдного удовольствия. Волна накрыла с головой, лишая воздуха, лишая воли. Я повисла на нем, беспомощная, разбитая, живая.

Его губы оторвались от моих. Но были так близко, что я глотала его дыхание. Воздух между нами искрил от остатков магии. Легкие отказывались принимать обычный воздух после того яда, которым он меня напоил.

– Кто еще из мужчин, – его голос прозвучал хрипло, будто он сам задыхался. Он провел большим пальцем по моей нижней губе, размазывая влагу. – Может похвастаться тем, что способен довести женщину до пика поцелуем? Только магия и вкус.

Он усмехнулся, и в этой усмешке было столько темного торжества, что мне захотелось провалиться сквозь пол. Я смотрела на него, и внутри кипела не страсть, а липкий, густой стыд. Мое тело отреагировало на хищника как на партнера. Оно предало меня раньше, чем разум успел осознать угрозу.

– Видишь? Твое тело не врет… – хрипло добавил он, проводя пальцем по моей нижней губе, размазывая помаду. – Оно знает, кто здесь хозяин.

Чудовище резко отстранилось, а я почувствовала, как на щеках выступают слезы стыда.

– Я ненавижу тебя! Не прикасайся ко мне! – с раздражением простонала я, видя, как его рука скользнула по моей щеке. – Не смей! Мне проще умереть, чем…

– Ты говоришь это искренне или… для него? – послышался голос за моей спиной, пока я вытирала слезы на щеках.

– Если для него, то ему все равно, – заметил голос. – Он даже не дернулся…

И в комнате повисла тишина.

– Не верю! – произнесла я. – Я не верю ни единому твоему слову!

Глава 59
Дракон

Внутри было тихо. Слишком тихо для места, где должна кипеть ярость загнанного зверя.

Я стоял посреди серой пустоты, которую моя магия сконструировала для него. Клетка из черных прутьев, сплетенных из боли и воспоминаний. За ними, на каменном полу, сидел он. Генерал Альсар Халорн. Герой Империи. Сейчас он выглядел как побитая собака, поджавшая хвост.

– Ты видел её? – спросил я, нарушая тишину. Мой голос здесь звучал иначе. В нем только чистый, звенящий металл насмешки.

Альсар поднял голову. Его глаза внутри этого пространства были тусклыми, словно выгоревшие угли.

– Эллин? – Я рассмеялся, и звук эхом ударился о невидимые стены. – Ты серьёзно? Ты променял её на эту… фиолетовую куклу?

Я сделал шаг к решетке. Мои пальцы сжались на прутьях, и они зашипели, реагируя на мою магию.

– Я поражен! Ты только посмотри в глаза женщине, ты предал письмами. Которую твоя матушка травила пять лет, пока ты закрывал глаза. Она единственная пытается тебя спасти! Единственная. Остальным на тебя плевать…

Альсар молчал. Он даже не попытался встать.

– Она не ушла, – продолжил я, и в моем голосе прорезалась злость. Не та, холодная и расчетливая, что вела меня сюда ради Мерайи. А другая. Липкая. Горячая. – Она не подала на развод. Не сбежала. Не спряталась. Она стоит там одна против всего мира. Против меня. Ради тебя одного. Та, которой ты, как оказалось, изменял. Чье имя полоскал вместе с маменькой…

Я наклонился ближе.

– Она пытается тебя спасти, Альсар. Ты понимаешь абсурд ситуации? Я вселился в тебя, чтобы ты страдал. Чтобы ты видел, как я разрушаю твою жизнь. А она… она рыщет по библиотекам. Она ищет ритуалы изгнания. Она воюет за твою душу, пока ты сидишь здесь и сопли жуешь! Вкусно тебе? Приятного аппетита!

Я не смог сдержать смешок.

– Мне все равно, – произнес он. Тихо. Будто отрезал.

Меня передернуло. Я ожидал крика. Оправданий. Раскаяния. Чего угодно, только не этого ледяного безразличия.

– Тебе все равно? – Я оскалился. – А знаешь, кто еще не бросился тебя спасать? Твоя драгоценная мамочка. Она приехала, чтобы проверить пыль на полках. А Эллин? – Я фыркнул. – Она пришла с документами о разводе в рукаве, словно стервятник на падаль. Ни одна из них не рискнула бы отполированным ногтем ради тебя. Ни одна не почувствовала, что внутри тебя сидит чужой. А ты так оживился: «О, маменька приперлась! О, любимая пришла! Грош цена такой любимой! Тьфу! Я в такой любви не участвую. Я брезгую!».

Я выпрямился, отряхивая невидимую пыль с черной мантии.

– А она почувствовала. Дессалина почувствовала. Она что-то задумала. Норберт ей помогает. Они шепчутся, как заговорщики. И знаешь, что самое смешное? – Я улыбнулся, но улыбка вышла тяжелой. – Я хочу увидеть, что она придумает. Я хочу видеть этот огонь в её глазах.

Внутри меня что-то надломилось. Не сознание. Что-то глубже. То, что я считал своей местью.

– А знаешь что, генерал, – прорычал я, разворачиваясь спиной к клетке. – Она – моя. Ты слышишь, генерал? Она больше не твоя. Ты отказался от неё. А я… я ещё не решил, что с ней делать.

Я не договорил. Находиться здесь стало тошно. Его предательство отравляло воздух лучше любого яда.

– Я заберу ее себе… – прошептал я.

– Нет! – внезапно послышался голос.

Я вернулся в реальность.

Глава 60
Дракон

Спальня встретила меня полумраком и запахом. Чайная роза. Всё тот же проклятый запах, который въелся в шторы, в подушки, в мою кожу. Он преследовал меня. Он сводил с ума.

Дессалина стояла у кровати. Она пыталась казаться спокойной, но я видел, как дрожат её пальцы, сжимающие ткань ночной рубашки. Она знала. Знала, что я не шучу насчет наказания.

– Ты думала, я забуду? – спросил я, и мой голос в тишине комнаты прозвучал как удар хлыста.

Она не ответила. Только подбородок дрогнул. Она готова была вытерпеть все… Ради него. Ради того, кто променял ее на ту фиолетовую куклу.

Я подошел к ней. Не спеша. Наслаждаясь каждым шагом, каждым мгновением, когда её дыхание сбивалось, когда зрачки расширялись, поглощая свет свечи. Я хотел, чтобы она боялась. Я хотел, чтобы она хотела.

Моя ладонь легла ей на затылок. Жестко. Властно. Пальцы запутались в тяжелых волнах волос, стягивая их, заставляя запрокинуть голову. Я увидел её шею. Белую, уязвимую. С тонкой жилкой, пульсирующей в бешеном ритме.

И поцеловал.

Это не было похоже на предыдущие разы. Тогда была игра. Проверка. Сейчас была голодная, темная страсть. Я прижал её губы своими, не оставляя воздуха, не оставляя шанса вырваться. Я чувствовал, как она напряглась, как её руки уперлись мне в грудь, пытаясь оттолкнуть. Бесполезно.

Я усилил нажим. Магия, скрытая под кожей, вспыхнула горячими нитями. Я пропустил её через свои губы, через её губы, внутрь неё. Мои пальцы скользнули вниз, между ее бедер. Прикосновение. Мягкое… Интимное. И магия на кончиках пальцев, которая заставила ее простонать.

«Да…» – растекалось сладостью в моем сознании.

Дракон изнемогал, он умирал от вкуса ее губ, от каждого стона, который вырывался из ее груди.

Я чувствовал её вкус – слезы, страх, и под ним… сладость. Проклятая, сводящая с ума сладость.

Внутри, за решеткой сознания, я ждал вспышки. Ждал, что Альсар завоет. Что он начнет биться в клетке, видя, как и где я касаюсь его жены. Как я заставляю её стонать. Я хотел использовать его ревность как кнут. Как ещё один инструмент пытки.

Но там была тишина.

Пустота.

Генералу было все равно. Он смотрел на это своими мертвыми глазами и молчал.

И это… это бесило меня больше, чем её сопротивление.

Я углубил поцелуй, покусывая ее нижнюю губу.

Она была мягкой. Горячей. Живой. В отличие от меня. В отличие от него.

Моё тело реагировало. Дракон внутри крови, чужая плоть, которую я носил, требовала своего. Но это было не только тело. Я чувствовал, как что-то внутри меня самого сдвигается. Трещина в фундаменте мести.

Ее тело напряглось, а ее сладкий, отчаянный стон приятными мурашками пробежал по моей спине.

Как же она стонала… Как же ей было сладко… Я чувствовал это пальцами, погасив заклинание и давая ей отдышаться.

Я оторвался от неё, тяжело дыша. Воздух между нами искрил. Она стояла, опираясь на меня, ноги её подгибались, ее тело дрожало. Глаза были закрыты, ресницы мокрые.

– Видишь? – прохрипел я, проводя большим пальцем по её распухшей губе. – Твоё тело не врет. Оно знает, кто здесь хозяин.

Она открыла глаза. В них плескалась буря. Ненависть. Страх. И то, что я так жаждал увидеть. Страсть.

– Я ненавижу тебя! Не прикасайся ко мне! – с яростью в голосе прошептала она. – Не смей! Мне проще умереть, чем…

– Ты говоришь это искренне или… для него? – рассмеялся я, видя, как она плачет. Она отвернулась, чтобы я не видел ее слез.

– Если для него, то ему все равно, – вздохнул я. – Он даже не дернулся…

И в комнате повисла тишина.

– Не верю! – произнесла она, а в ее голосе было столько уверенности, что внутри все сжалось в комок. – Я не верю ни единому твоему слову!

Я чувствовал, что пропал.

Глава 61

Месть должна была быть холодной. Я должен был использовать её, ломать её, чтобы достать его. Но когда я чувствовал её дрожь под своими руками, когда я видел, как она пытается спасти мужа, который её предал… Я хотел не ломать её. Я хотел ласкать её. Спрятать от всего мира. От Альсара. От его матери. От Эллин. Встать, как мои предки становились против драконов, заслоняя собой целый перепуганный мир. И сказать что-то вроде: «Отойди в сторонку. Иначе я могу зацепить тебя магией!»

Я готов был взять её прямо сейчас. Раздеть. Почувствовать кожей каждый изгиб. Заставить забыть имя, которое она шептала в молитвах. И прошептать ей своё. Настоящее…

Но Альсар молчал.

И эта тишина внутри головы убивала всё удовольствие.

– Ложись спать, – сказал я резко, отступая от неё, словно обжёгся о собственное желание.

Мне нужно было расстояние. Воздух. Что угодно, чтобы унять этот пожар в венах.

Я отошёл к окну, спиной к ней. Смотрел в темноту сада, где тени шептались о смерти.

– И, Дессалина? – не обернулся я.

– Что? – её голос был тихим, надломленным.

– Если ты ещё раз попытаешься использовать соль… или ритуалы из книжек для детей… – я повернул голову, глядя на неё профиль. – Я накажу тебя так, что ты забудешь, как произносится слово «свобода».

Это была ложь. Я не хотел её ломать. Я хотел, чтобы она боролась. Чтобы её глаза горели этим огнём.

– Спи, – повторил я мягче.

Я чувствовал её взгляд на своей спине. Тяжёлый. Вопросительный.

А внутри, в клетке, сидел муж, которому было всё равно, целует ли его враг его жену или режет ей горло.

И я понял страшную вещь. Мне стало жаль её. Больше, чем себя. Больше, чем Мерайю. Жаль несчастную женщину, которая любит чай, книги и уединение. Я видел, как она гладит книги, словно они живые. Как она вдыхает воздух книжной лавки… И не замечает, что с таким же наслаждением его вдыхаю я.

Я сжал кулаки, пока ногти не впились в ладонь. Боль отрезвила. Она никогда не будет моей, пока любит генерала. Пока в её сердце есть он. Каждое моё слово чистой правды в её голове будет звучать как ложь. Она готова поверить всему, только не в то, что он её не любит.

– Я ещё не закончил с тобой, генерал, – прошептал я в пустоту своего разума.

– Она не будет твоей. Никогда, – впервые услышал я ответ, изумлённо оборачиваясь на клетку.

Она лежала, накрывшись одеялом с головой. Кажется, спала. Я лёг рядом, положив руку на неё, словно присваивая себе этот дрожащий комочек.

Жар тела приутих. И я мог думать о чём-то кроме её тела, которое представлял стонущим от моих извращённых ласк.

Мне нужно было о ком-то заботиться… Нужен был кто-то, кому я могу принести новый чай… Кого я буду защищать…

Мне хотелось провести рукой по её волосам, успокоить, утешить, посадить на колени, как маленькую девочку, и вместе листать книги про драконов, глядя, как её пальцы переворачивают страницы.

Вся нежность и забота, которую я дарил сестричке, ставшей для меня целым миром, сейчас хотела излиться на неё… И я метался между двух огней. С одной стороны разгоралось пламя тёмной страсти, а с другой… желание просто обнять её и уткнуться носом в её волосы, мысленно шепча: «Я не дам тебя в обиду! Я дам обиде по зубам!».

Боль при мысли о смерти Мерайи немного приутихла. Осталась лишь тяжесть на сердце и пустота, которая постепенно, к моему ужасу, заполнялась другой женщиной.

Глава 62

Я засыпала от слез, от мыслей. Мне просто хотелось провалиться в небытие.

Мне было так стыдно перед мужем за то наслаждение, которое я не смогла сдержать, стыдно за чай, который мне понравился, стыдно за то восхищение, с которым я смотрела на Чудовище в тот момент, когда оно выпроваживало леди Халорн.

Я сгорала заживо под одеялом, свернувшись калачиком.

Казалось, здесь, в коконе из ткани, я в безопасности.

Но разве можно спрятаться от собственных мыслей? От желаний, что шевелятся внизу живота, стоило лишь вспомнить запах полыни и озона, исходящий от него?

На меня легла его рука.

Тяжелая. Горячая. Властная.

Она лежала поверх одеяла, но я чувствовала её вес каждой клеткой, словно это была гиря, приковавшая меня к постели.

Я сжалась в комок, мышцы напряглись, готовые к броску. Так нельзя! А вдруг Альсар почувствует? Вдруг он подумает, что мне это приятно?

Мысль о том, что он всё видит из своей темницы внутри этого тела и теперь ненавидит меня, впилась в душу, словно раскаленная заноза.

Душа кровоточила стыдом и раскаянием. Я бы никогда не изменила мужу.

Никогда!

«Я – новая хозяйка!» – пронесся в памяти противный, визгливый голос Эллин.

«Это всё происки чудовища!» – лихорадочно уговаривала себя я. – «Это он всё затеял. Он чувствует, что я опасна. Чувствует, что я просто так не сдамся. Что я сделаю всё, чтобы спасти мужа! И он обставляет всё так, чтобы я поверила. Генерал меня предал. Я ему не нужна! Он хочет, чтобы я прекратила борьбу. Но я не сдамся!»

«Тогда почему он тебя не убил?»

Этот вопрос, который я задала сама себе, повис в воздухе, тяжелый и неотвратимый, как лезвие гильотины.

«Может, ему просто нужно прикрытие! Или… или…» – я уперлась лбом в холодную ткань подушки, не находя ответа.

Внезапно тяжесть исчезла. Кровать рядом скрипнула пружинами. Я услышала шаги – бесшумные, кошачьи. Он встал. Зачем? Я лежала, затаив дыхание, превратившись в слух. Ловила каждый шорох, каждый вздох темноты. Дверь скрипнула, петля жалобно взвизгнула, и я вынырнула из-под одеяла, понимая: он ушел.

Куда? Зачем?

Я осторожно встала босиком на холодный пол. Крадучись, как тень, направилась к двери. Рука легла на ручку. Нажала.

Ничего.

Я повертела ручку сильнее, стараясь не издавать лишних звуков, но механизм не поддавался. Будто дерево и замок окаменели.

«Черт! Он закрыл меня магией!» – простонала я беззвучно, чувствуя, как по пальцам пробегают статические разряды серебристого заклинания. Невидимая стена.

У меня были планы! Я хотела ночью встретиться с Норбертом! Посмотреть книги, которые он спрятал в кладовой… Теперь всё рухнуло. Хорошо бы попасть в библиотеку!

Разочарование накатило горячей волной. Я вернулась в кровать, снова натянула одеяло до подбородка. Нервно вертелась, прислушиваясь к тишине коридора. Ждала, когда он вернется, не позволяя себе уснуть ни на секунду.

Его не было долго.

Время тянулось до тошноты медленно. Я даже задремала, провалившись в бредовый сон. Мне снилось, что леди Халорн бегает по дому в фиолетовом платье Эллин и визжит: «Кто посмел перевесить шторы! Кто посмел!»

Скрип двери разрезал сон, как нож.

Этот звук взметнул меня на поверхность реальности.

Я услышала шаги.

Уловила, как прогибается матрас под тяжестью его тела. Я мгновенно прикрыла глаза, расслабила мышцы лица. Мне стоило неимоверных усилий выровнять дыхание, чтобы оно казалось ровным и глубоким.

– Спит моя девочка? – послышался тихий шепот. Бархатный, темный, скользкий. – Спит моя игрушечка?