Текст книги "Заслуженная пышка для генерала дракона (СИ)"

Автор книги: Кристина Юраш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 54

Он полил мою руку зельем.

– А-а-а-а-а!!!

Я взвыла. Не сдержалась. Это было не больно. Это было как будто кто-то вылил на руку жидкий азот. Я сжала зубы, чтобы не заорать ещё раз. Слёзы навернулись сами. Я их не вытирала. Пусть капают. Это не слабость. Это – реакция организма на идиота, который бросает зелья в палатки с детьми.

Зелье зашипело. Чёрная слизь испарилась. Кожа начала бледнеть. Боль немного отступила. Не ушла. Но стала терпимой, как зубная боль после обезболивающего.

– Бинт, – скомандовал Марон, и Спарта тут же сунула ему рулон.

Он стал бинтовать. Аккуратно. Точно. Как будто делал это всю жизнь. Его пальцы скользили по моей коже, оставляя после себя тепло и странное чувство защищённости.

– Вот видишь, – прошептал он, глядя на мое сосредоточенное лицо. – На всякий случай предупреждаю.

Генерал усмехнулся, словно сам не верил своим словам.

Было понятно, что это – не флирт. Это техническое обслуживание. Генерал быстро закончил бинтовать и крепко завязал концы бинта на бантик.

– Так, – выдохнула я, поднимая забинтованную руку, как трофей. – Теперь я – однорукий бандит. Только вместо награбленного – цацки. Ну что, девочки, кто хочет быть моим подельником? Мэричка, ты идеально подходишь!

Они засмеялись. Нервно. Но – засмеялись. Значит, не сломались. Но по глазам вижу, что испугались!

Я поднялась. Пошатнулась. Марон тут же подхватил меня под локоть.

– Спасибо, – сказала я, глядя ему прямо в глаза. – За руку. За бинты. За то, что не дал мне упасть. И… за то, что не стал меня жалеть. Я это не люблю.

Марон кивнул. Молча. Но в его глазах что-то изменилось. Что-то тёплое. Почти… человечное.

Я отвела его чуть в сторону, за занавеску из ширмы, что висела в углу палатки – «для уединения и стратегических совещаний».

– Господин генерал, – сказала я, понижая голос, – мне нужна ваша помощь. Срочная. Жизненно важная.

Он нахмурился.

– Говорите.

– Мне нужно, чтобы вы вывели в бесты одну из девочек. Спарту. Или Симбу. Кого сочтёте нужным. Ваш выбор.

Он замер. Глаза распахнулись. Рот приоткрылся. Он смотрел на меня, как на сумасшедшую. Как на человека, который только что предложил ему станцевать на столе голышом.

– Вы… что? – выдавил он. – Я? Вывести? На ринг? В бесты? Я – генерал! Я – дракон! Я не… я не хендлер!

– А я – не однорукий бандит! – парировала я, показывая свою бинтованную руку. – Но стала! Потому что обстоятельства! Я не рассчитывала на тройные бесты! Я рассчитывала на Мэричку – и еще одну! А тут – Спарта и Симба! Две королевы! И одна тётя Оля с одной здоровой рукой! Я физически не успею выставить сразу двоих! Я не смогу бежать с одной, потом передавать её вам, потом брать другую! Это невозможно! Даже для меня! Вам придется пробежать с ней ринг! Она все знает, все умеет. Вам нужно только бежать за ней.

Я схватила его за рукав.

– Пожалуйста, – прошептала я, и в моём голосе не было ни капли иронии. Только усталость. Боль. И мольба. – Вы – единственный, кому я могу доверить моих девочек. Единственный, кто не даст их в обиду. Кто не даст им упасть. Кто не даст им испугаться. Кто сможет их защитить в бестах.

Марон смотрел на меня. Долго. Молча. Его взгляд скользил по моему лицу, по бинтам, по глазам, полным упрямства и страха.

– …Хорошо, – сказал он наконец. Голос – хриплый. – Я… постараюсь. Кого мне… вести?

Глава 55

– Я поведу Симбу, – решила я мгновенно. – У неё характер – как у урагана. Ей нужен стальной стержень. И напоминания. Она еще и укусить может, если судья совсем обнаглеет! Спарта – спокойная, терпеливая. Правда, до поры до времени. Но тоже может укусить. Она у Симбы научилась. Согласитесь, когда тебе смотрят зубы, как лошади, первая мысль – взбрыкнуть и откусить грязный палец. Но с рысью она справится сама. Бежит она отлично. Так что лучше вам взять Спарту.

Марон кивнул. Коротко. Резко. Как будто принял боевой приказ.

– Где… Ринговка?

Я сунула ему в руку фиолетовую ленту с голубыми и розовыми стразами, а сама взяла огненно-рыжую, с вышитыми золотыми веснушками.

– Держите. И… не дайте ей укусить судью. Даже если он заслуживает. Говорите, что разрешаете, но сами не давайте. Отвлекайте ее. Если что, сглаживайте. И я вас умоляю, не спорьте с судьей. Кивайте, соглашайтесь, даже если он будет нести всякую чепуху! Да, да, конечно… Ага… Именно… Вот так. Запомнили? Можно даже в этом же порядке!

Марон сжал ринговку в кулаке. Посмотрел на Симбу, которая уже пританцовывала от нетерпения. И на Спарту, которая стояла и смотрела на меня.

– Теть Оль, а если я… что-то забуду? От волнения? – прошептала Спарта.

– Забыла – делай, что помнишь. Ничего страшного! – улыбнулась я. – Не нервничай. И ты тоже!

– Я… постараюсь, – повторил генерал. Он был в замешательстве. Но после увиденного понимал – я никому не доверю девочек. Кроме него.

И в этот момент раздался грохот барабанов.

– Дамы и господа! – раздался усиленный магией голос лорда Басили. – Начинаются бесты!

Я вылетела из палатки, как ракета с неисправным топливным баком – быстро, шумно и с риском для окружающих.

– КУЧЕР! – заорала я, увидев его, стоящего рядом с каретой с двумя лошадками, которые мирно жевали траву, будто не было никакого взрыва, никакого ожога и никакой паники. – Ты где шлялся?! Мы чуть не сгорели! А ты – гуляешь!

– Мадам, – запыхался он, поправляя свой старый колпак, – я искал запасное колесо! Решил поискать! Нашел! У тёти Марты! Оно там валялось! Я думал, пригодится! Потом двинулся сюда. Потом искал вас здесь. А потом – взрыв! Я бросился сюда! Мне же интересно, что там? А тут вы! Думал – всё! Конец!

– Прекрасно! Очень вовремя! – поправила я, хватая его за рукав. – Слушай сюда! Ты сейчас – сидишь с Тайгой! Она – в палатке! Она – наш тыл! Если кто-то подойдёт – ты визжишь, как поросёнок на выставке! Понял? Если кто-то попросит воды – ты говоришь: «У нас кончилась! Идите к мадам Пим!» Если кто-то спросит про невесту – ты говоришь: «Я – кучер! Я не эксперт! Идите к лорду Басили!» Всё ясно? Коси под нервного припадошного дурака. В случае реальной опасности – под сумасшедшего! С такими не связываются. Понял?

– Так точно, мадам! – кивнул он, едва не отдав честь.

Я вихрем метнулась обратно к палатке.

– МЭРИЧКА! Ты идешь первая! – рявкнула я, хватая малышку за ринговку – ту самую, с вышитыми звёздочками, которую она называла «моим поводком к счастью». – Ты – со мной! Мы – вперёд!

Потом – резко повернулась к Марону.

– Господин генерал! – крикнула я, сунув ему в руки две другие ринговки – одну огненно-рыжую, другую фиолетовую с розовыми и голубыми стразами. – Вы – держите девочек! Смотрите, чтобы никто не подходил! Никто не трогал! Никто не предлагал конфеты, браслеты, мужей и особенно – зелья! Бесты невест – сразу после бестов будущих невест! Так что я даже перевести дух не успею! Вы – наш тыл! Вы – наша крепость! Вы – наш последний рубеж! Всё ясно? Стойте возле ринга. Чтобы я успела схватить ринговку, когда отведу Мэри в палатку!

Я при девочках все равно старалась говорить на "вы". Вот и получался такой винегрет из "вы" и "ты". Но генерал все понял.

Марон схватил ринговки. Его лицо – было как высечено из гранита. Глаза – ледяные, как у хищника, который только что понял, что его детёнышей решили тронуть.

До него только-только начало доходить, насколько опасны выставки.

– Ясно, – сказал он. Коротко. Резко. Как приказ.

– Вперёд, Мэричка! – скомандовала я, и мы бросились к рингу.

Это был уже не кружок возле фонтана.

Это был – арена.

Огромная. Овальная. Освещённая магическими огнями, парящими в воздухе, как светлячки на стероидах. По бокам – роскошные ложи для аристократов: бархат, золото, кристаллы. Столики с шампанским, фруктами и лицами, полными снобизма и жадности. Они пришли не просто посмотреть. Они пришли – покупать. Невест для своих отпрысков. А кто-то – и для себя. Особенно те, у кого глаза блестели, как у волка, увидевшего добычу.

Глава 56

– Будущие невесты! – разнёсся по арене усиленный магией голос лорда Басили.

Он стоял в центре, как император на параде. Его плащ развевался, хотя ветра не было. Видимо, он сам создавал ветер магией. Для эпичности и зрелищности.

Мы, победительницы рингов, бросились бежать. Не грациозно. Не плавно. А быстро. Как армия, идущая в атаку. Потому что можно и не успеть! А надо еще втиснуться с платьем!

Конечно, наше платье – уступало другим нарядам. Оно было не из парчи, не из золота, не из бриллиантов. Оно было из надежды, усилий и капельки «рукожопия» тёти Оли. Одна девочка рядом со мной сияла – прямо как ёлка на королевском балу. Бриллианты – на голове, на шее, на руках, на поясе, даже на туфлях. Она не бежала. Она тащилась. Платье было тяжелее, чем её будущий муж. Я понимала – красота должна быть лёгкой. Без лишних юбок, без лишнего веса. Поэтому я делала каркас – лёгкий, прочный, магически усиленный, чтобы пышность была, а ноги – не отвалились при беге.

Мы пробежали круг – быстро, чётко, как я учила. И замерли в реверансе. На груди у каждой участницы сверкала цацка. Наш знак отличия. Наш пропуск в будущее.

Лорд Басили пошёл мимо нас. Медленно. Величественно. Его взгляд скользил по лицам, по платьям, по ногам, по цацкам. Он оценивал. Он взвешивал. Он решал – кому стоять на пьедестале, а кому – идти домой и плакать в подушку.

Среди зрителей – взрыв.

– АРАБЕЛЛА! – закричали с одной из лож. – АРАБЕЛЛА! АРАБЕЛЛА!

Я увидела – как лорд поморщился. Как будто услышал неприятный звук. Как будто кто-то наступил ему на любимую мозоль. Он знал эту Арабеллу. И не любил. Потому что её выкрикивали – не от любви. И от криков девочка окончательно тушевалась, не зная, что делать и как поставить ногу. Она превратилась в маленького «суетолога», портя впечатление о своем реверансе.

Он начал отсчёт финалисток.

Не голосом. Жестом.

Он поднял руку – и пошёл вдоль шеренги. И каждый раз, когда он указывал пальцем – девочка оставалась в расстановке. Остальные – отходили и покидали ринг. Как будто их вычёркивали из списка победителей.

Он прошёл мимо Арабеллы. Не указал. Не остановился. Просто – прошёл. Как будто её не существует.

Арабелла побледнела. Её губы – задрожали. Её глаза – наполнились слезами и яростью.

Лорд Басили подошёл к Мэричке.

Остановился.

Посмотрел – в глаза.

Малышка не отвела взгляд. Она держалась. Как солдат. Как герой. На всякий случай он подошёл и провёл рукой по спине. Мэри сдержалась. Бедная девочка, сколько усилий ей стоило сдержаться!

Он указал.

Палец – на Мэричку.

Да! Мы в расстановке! Уа!

Я едва не заорала от счастья. Но сдержалась. Потому что война – не окончена.

Он пошёл дальше.

Я задрожала – не от страха. От адреналина. От гордости. От невероятного счастья. Это же такая удача! Попасть в расстановку! О! Для нас это победа!

Лорд Басили дошёл до конца. Опустил руку.

В расстановке – шесть девочек. Включая мою Мэри!

– Расстановка! – объявил он. – Готовьтесь к финалу!

Лорд снова взмахнул рукой! Мы бежали.

Круг первый – плавно, как танец. Мэричка – лёгкая, как облачко, улыбается сквозь напряжение. Я – рядом, как тень, как щит, как безумная тётя, которая готова растерзать любого, кто посмеет нарушить её ритм.

Лорд Басили стоял в центре, как статуя. Его взгляд скользил по нам, по остальным финалисткам – будто он не человек, а живой калькулятор, высчитывающий красоту, грацию, коммерческую ценность.

Второй круг – быстрее. Напряжение нарастает. Толпа замирает. Аристократы в ложах перестают шептаться, отставляют бокалы. Это уже не игра. Это – финал.

И тут – шмыг.

Не звук. Не крик.

Кто-то что-то ловко бросил в ринг, а я не разглядела, что это!

А потом это что-то заметалось. И я увидела.

Маленькая. Серая. Пугливая.

Мышь.

Она вылетела из толпы – не случайно. Брошена. Целенаправленно. Как граната. Как диверсия.

Глава 57

Мышка метнулась по рингу – туда-сюда, как сумасшедшая, оставляя за собой след из паники и женского страха.

Мэричка не заметила. Она была сосредоточена. Глаза – вперёд. Шаг – ровный. Улыбка – на месте. Она не видит серый комочек, который мечется по рингу.

И к счастью!

Но я – вижу.

Я вижу, как мышь несётся прямо под наши ноги.

Не то чтобы я не любила мышей. Наверное, во мне живёт первобытный женский страх перед этим чудовищем! И что-то дёргает меня изнутри.

Я вижу, как Мэричка поднимает ногу, чтобы сделать шаг.

И тут:

– Иииииииии!!! Мышь!!!

Пронзительный, истеричный, неестественный визг – разорвал тишину, как ножом по стеклу.

Не Мэри.

Не я.

– Сама ты мышь! – огрызнулась Мэричка, но из-за криков ее никто не услышал. Это было даже к лучшему! Мышь бросилась вперёд! Она бежала перед нами.

Девочка, которая бежала впереди, завизжала от ужаса и лишилась сознания. Ее едва успели подхватить. Мы же налетели на нее и горничную, в последний момент коряво свернув с траектории. Женщина-аристократка в розовом платье, с лицом, перекошенным от ужаса, вскочила на стул и завизжала, как будто ее режут.

– МЫШЬ!!! – вопила она, тыча пальцем. – ТАМ МЫШЬ!!! ОНА БЕЖИТ!!! ОНА НА РИНГЕ!!!

Весь ринг вздрогнул.

Девочки – остановились.

Толпа – всхлипнула.

Лорд Басили – поднял руку.

– ОСТАНОВИТЕСЬ! – его голос – как удар грома. – ВСЕ – НА МЕСТА!

Мы замерли.

Мэричка – растерянно оглянулась. Увидела мышь – и побледнела. Но не вскрикнула. Не заплакала. Просто – сжала кулачки.

Мышь метнулась к ногам девочки в золотом – той самой, что ещё час назад улыбалась лорду Басили, как ангел. Теперь – не улыбалась.

– А-а-а-а-а!!! – завизжала она, подпрыгивая, как на горячих углях. – УБЕРИТЕ ЕЁ!!! Я НЕ ХОЧУ!!! Я БОЮСЬ!!!

Она отпрыгнула – и споткнулась.

Упала.

Прямо на землю, разрешив всем лицезреть ее панталоны.

Платье – испачкалось.

Причёска – рассыпалась.

Цацка – покатилась по дорожке.

Лорд Басили не шевельнулся.

Он смотрел – не на упавшую. Не на мышь.

Он смотрел – на Мэричку.

На ту, что стояла на месте. Не кричала. Не прыгала. Не падала. Просто – стояла. Спокойно. Гордо. Как будто мышь – это не враг, а просто неприятный инцидент.

Судья подошел к упавшей девочке. Помог ей подняться. Взял ее за руку – не нежно. Формально.

– Шестое место, – произнес он, глядя ей в глаза. Голос – ледяной. – Девона Ле Февр.

Она заплакала.

Не тихо. Не красиво, как принято. Она заревела, как белуга, размазывая макияж по лицу. Словно ожидала первое!

– Но… почему? – всхлипывала она. – Я… я просто испугалась! Это же… мышь! Кто-то ее бросил! Это нечестно!

Лорд Басили не ответил.

Он просто повернулся – и пошел дальше.

– Пятое место! Лоретта Блаумсберг! – объявил лорд Басили. Лоретта, та самая Лоретта, которая упала в обморок, сейчас пришла в себя. Горничная, такая же бледная, как и она сама, вела ее на пятое место возле пьедестала.

Неужели в четверку? О, для нас это нереально круто!

– Четвертое место! Аманда Шер! – объявил он, а у меня сердце забилось так, что я им едва не подавилась.

Лорд Басили направился к Мэричке.

Он остановился перед ней.

Посмотрел – в глаза.

– Вы не испугались, – сказал он. – Вы не закричали. Вы не упали. Вы – остались на месте. Это – достоинство. Это – хладнокровие. Это – то, что нужно для будущей жены.

Он кивнул.

– Третье место, – произнес он. – Мириам Виннер. Пансион «Ласточкино гнездо».

Я не помнила себя от счастья и восторга. Мы шли на третье место. Мэри встала на пьедестал, рядом с которым стояла корзинка с фруктами и лежала, сверкая, цацка финалистки! Конечно, не такая большая, как у первого и второго, но для нас это ого-го!

Минут пять нас фотографировали для газеты, а я устала улыбаться беспрерывно, глядя на вспышки магии. Мне показалось, что я даже покачнулась. Все! Нас сняли для газет, истории и хроники. Теперь пора забирать подарки и бежать из ринга так, словно за нами гонится мадам Пим с топором!

Дальше за моими движениями нужно было следить только в замедленной съемке.

За две минуты мы с Мэри добежали до палатки, сгрузили подарки, потом я бросилась обратно к рингу, боясь, что его уже объявили, а я все еще не там!

Я налетела на какую-то горничную, которая перед рингом поправляла волосы своей подопечной, сжимая в зубах расческу. Даже извинилась. И, не теряя драгоценные секунды, бросилась расталкивать зевак, спеша к генералу. Мне повезло. Его не надо было искать. Он возвышался над толпой, служа мне ориентиром. Итого! Я успела! Платье на мне можно выжимать! А ноги просто отстегивать! – Итак, ринг невест! Лучшие из лучших! – объявил лорд Басили, а я схватила ринговку и Симбу, бросив генералу: “Просто бегите за мной! И делайте все, как я!”.

Глава 58

– Вперёд, Симба! – крикнула я, сжимая ринговку, как поводок перед скачками. – Легко! Как я учила! Рысь! Рысь! Ещё рысь! Не смотри на зрителей! Смотри вперёд! Вперёд – к цацке, к славе, к будущему!

Моя рыжая буря – Симба – взлетела на ринг, как комета, оставляя за собой шлейф из веснушек, огненных локонов и чистой, безудержной энергии. Её платье – с вышитыми золотыми веснушками – сверкало, как будто само горело. Она не бежала. Она парила. С улыбкой до ушей, с дерзостью в глазах, с походкой, от которой у судей подгибаются колени.

А я – летела за ней. На одной ноге, на двух, на всех четырёх – неважно. Главное – не отстать. Главное – быть рядом. Главное – не дать упасть.

И тут – второй фронт.

Сбоку – он.

Марон Моравиа.

Генерал. Дракон. Мужчина, который ещё с утра смотрел на ринг, как на чужую планету, а сегодня – бежал по нему, держа ринговку Спарты.

Спарта – высокая, грациозная, как богиня с Олимпа – скользила рядом с ним, как тень. Её фиолетовое платье с золотым шитьём переливалось, как закат. Её взгляд – был спокойным. Гордым. Победным.

А он – бежал.

Не шёл. Не прогуливался. Бежал. Спокойно. Точно. Как солдат на учениях. Его алый мундир – сверкал орденами. Его чёрные волосы – развевались на ветру. Его ледяные глаза – были пристально устремлены вперёд – на Спарту, на ринг, на победу.

И тут – взрыв.

Не магический. Эмоциональный.

Толпа – всхлипнула. Замерла. А потом – взорвалась.

– ЭТО КТО?! – закричала дама в розовом, чуть не упав со стула. – ЭТО ЖЕ ГЕНЕРАЛ МОРАВИА! САМ ГЕНЕРАЛ!

– ОН БЕЖИТ РИНГ?! – завизжала другая, роняя веер. – С КЕМ ОН?! ЭТО ЕГО ДОЧЬ?! ОТКУДА У НЕГО ДОЧЬ?!

– НЕТ, ЭТО ЕГО ЛЮБОВНИЦА! – вопила третья, тыча пальцем в Спарту. – СМОТРИТЕ, КАКАЯ ВЫСОКАЯ! ОНИ ЖЕ ИДЕАЛЬНАЯ ПАРА!

– НЕТ, ЭТО ЕГО СЕСТРА! – кричала четвёртая. – У НЕГО ЖЕ ДОЧЬ ПОТЕРЯНА! Я ЧИТАЛА В ГАЗЕТЕ!

– А МОЖЕТ, ЭТО ЕГО ЖЕНА?! – вопила пятая. – ОН ЖЕ НЕ ЖЕНАТ! ОН МОЖЕТ ЖЕНИТЬСЯ ПРЯМО СЕЙЧАС! ПРЯМО НА РИНГЕ! Я БУДУ СВИДЕТЕЛЬНИЦЕЙ!

Толпа сходила с ума. Как будто кто-то бросил в неё живого дракона – и не предупредил.

Судьи переглядывались, как будто видели призрака.

Лорд Басили замер, забыв, что он главный, и уронил перо.

А мадам Пим бежала.

Она неслась за своей девочкой – Амалией. Я не знала ее настоящего имени. Но назвала Амалией. Красиво, благородно и звучит, как будто у неё древний род и замок на скале, а не куча долгов и платье, сшитое из папенькиной жадности и маминых слез.

Мадам Пим бежала, как старая ворона, настигающая добычу. Её лицо было перекошено от злости. Её глаза горели, как угли в аду. Её зубы скрипели и крошились от ярости, как будто она жевала стекло. Зато платье на ее девочке было загляденье. Оно напоминало кусок звездного неба и сверкало так же. Просто невероятное! Клянусь! Я такого в жизни не видела!

– БЫСТРЕЕ, ПАСКУДА! – шипела она, дёргая ринговку. – НЕ ДАЙ ИМ ПОБЕДИТЬ! НЕ ДАЙ ЭТОЙ РЫЖЕЙ ТВАРИ! НЕ ДАЙ ЭТОЙ ВЫСОКОЙ ДУРЕ! НЕ ДАЙ ЭТОМУ ДРАКОНУ! БЕСТ ДОЛЖЕН БЫТЬ МОИМ! МОИМ! МОИМ!!!

Её голос был визгом. Её шаг спотыкался. Её душа кипела.

Мы пробежали круг. Застыли в реверансе.

Симба дышала тяжело, но улыбалась.

Спарта стояла ровно, как статуя, не сбившись с дыхания.

Амалия дрожала, как осиновый лист, но держалась.

Лорд Басили пошёл мимо нас. Медленно. Величественно. Его взгляд скользил по лицам, по платьям, по ногам, по цацкам. Он указывал рукой на тех, кто идёт в расстановку. Пока что в расстановку попала мадам Пим, генерал, горничная, которая вот-вот сдохнет, и ещё какая-то суровая мадам, предположительно бедная, но шустрая родственница со своей подопечной. Судья сомневался, выбирал между Симбой и ещё одной девушкой. – Вы! – кивнул он, а я выдохнула, направляясь к победителям, пока остальные с ненавистью и разочарованием покидали ринг.

Ещё кружочек, похожий на танец, и нас остановили, выстроив в шеренгу.

– Шестое место! Лаура Монтон! – послышался голос лорда Басили. – Пятое место Делиция Бирманг!

Быть такого не может!

Он пошёл дальше.

К Симбе.

Остановился.

– Огонь в глазах… Дерзость… Энергия… – диктовал он. – Веснушки… Уникальные. Походка… Запоминающаяся. Улыбка… Заразительная. Дух… Непокорный.

Он кивнул.

– Четвёртое место. Сибилла Доул. Пансион «Ласточкино гнездо».

Симба взвизгнула от счастья, чуть не сбив меня с ног.

– УРА! Я ЧЕТВЁРТАЯ! Я В РАССТАНОВКЕ! Я – ЗВЕЗДА!

Он пошёл дальше.

К Амалии.

Остановился.

– Красивые черты лица… Грация… Сдержанность… – диктовал он. – Взгляд… Покорный. Осанка… Идеальная. Походка… Плавная.

Он кивнул.

– Третье место. Анна Голдвайн…

Мадам Пим вскинула руки к небу, как будто только что выиграла войну.

– ДА! ДА! ДА! Я ЗНАЛА! Я ВСЕГДА ЗНАЛА! МОЯ АННА – ЛУЧШАЯ! ЛУЧШАЯ! ЛУЧШАЯ! МОЯ ДОЧЕНЬКА! ОНИ ВСЕ МОИ ДОЧЕНЬКИ!

Она обняла Амалию – не нежно. Триумфально. Как трофей. И даже расцеловала в обе щеки. Какой цинизм! Сначала «беги, паскуда», а сейчас «доченька». Впрочем, мне ещё есть за что переживать! И это не мадам Пим.

Судья остановился напротив Спарты и генерала.