Текст книги "Салли Шеппард, демонолог и другие (СИ)"

Автор книги: Константин Костин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Глава 18

Тема государства живых мертвецов неожиданно оказалась близкой всей четверке. И Рик и Умбра и Салли и Электра – каждый мог найти в своей памяти что-то интересное о Верде Виво.

– А еще у датур есть король, – азартно рассказывала рыжая Хенна, успев забыть о том, что она понятия не имеет о том, кто такие датуры вообще, – и их последнему королю, вроде бы, уже лет пятьсот…

– Семьсот, – поправлял ее Рик, – Семьсот тридцать два года. Король Винченцо Третий…

– Интересно, сколько у них всего было королей?

– Три и было. Всех датурских королей зовут Винченцо.

– Эй, а если датуры и так мертвые, как у них смена короля происходит.

– Мертвые тоже могут умереть, – мрачно уточнял Умбра, – Отрубленная голова еще никому не шла на пользу…

Если рыжая Электра вспоминала про датур в основном всякие забавнеы истории, то рассказы Умбры были мрачными байками о воинских сражениях. Почти любую мелочь о мертвых магах мог уточнить Рик – его знания о датурах, как и вообще обо всем, были настолько глобальны, как будто он прожил в Мертвом королевстве всю жизнь. Салли наслаждалась самой атмосферой общения своих друзей, изредка вставляя кусочек информации. Участие в разговоре было ей не очень-то и нужно.

– Рик, – Электра непонятным образом, никто не заметил – как, переместилась со своего кресла на подлокотник кресла худощавого читателя, – а ты точно не датурский шпион? Уж больно много знаешь…

Юноша молча показал ей ладонь. След от пореза, как и всегда после заживляющего заклинания, уже выглядел как старый, побелевший шрам.

– Да… – с сожалением вздохнула рыжая, – не шпион… Очень жаль.

– Нисколько, – меланхолично произнес Рик, поправляя пряди волос, упрямо падающие на глаза.

– Жаль, – Электра хитро прищурила глаза, – Ух, я бы тебя попытала!

Она потискала Рика за бока. Тот не сопротивлялся, но и не реагировал, как огромная мягкая игрушка. Если на свете бывают, конечно, настолько костлявые мягкие игрушки.

– Значит, – безапелляционно подытожила Электра, – будем ловить демона! Рик, ты с нами?

Салли мысленно застонала. Она искренне надеялась, что эта идея забудется рыжей соседкой по комнате, ветреной и легкомысленной. Увы. Похоже, как раз бестолковые идеи из ветреных голов не пропадают никогда.

Шеппард уже почти собралась сказать что-нибудь, что отвлечет Электру от ненужной мысли…

– Какого еще демона? – произнес холодный голос, пугающий, как надвигающийся в темноте айсберг.

Умбра медленно поднимался из кресла, стискивая в руке трость демонолога, как чье-то горло. Его глаза, глядевшие на Электру, медленно темнели от нескрываемой злости.

Салли потихоньку вжалась в кресло и попыталась приобрести окраску обивки. Не получилось.

– Так здесь же в Академии демон среди студентов прячется, – безмятежно взмахнула рукой Электра, – Не слышал… разве…

Крис Умбра выпрямился во весь рост. Теперь он выглядел по-настоящему

– Вы собираетесь искать демона, призванного во плоти? – тихим голосом, свистящим, как вьюга над полем окоченевших мертвецов, спросил он. С каждым словом он на шаг подходил все ближе и ближе к Электре и к последнему слову просто навис над ней. Рик перелистнул страницу и сдвинулся чуть левее, чтобы не мешать Умбре.

– А что не так? – Хенна сползла с подлокотника кресла и отшагнула чуть назад, прижавшись лопатками к стене.

– Ты хоть понимаешь… – все тем же пугающе тихим голосом начал Умбра и тут же рявкнул, – Молчать!!! Ты хоть понимаешь, что это значит⁈ Девчонки, студентки, не имеющие ни малейшего понятия, – Крис яростно чиркнул перед лицом Электры ногтем по ногтю, показывая размер ее знаний, – собираются ловить ДЕМОНА?!!

Он крутанулся на каблуках – черные полы куртки взлетели крыльями – и остановился посреди комнаты. Ноздри раздувались от гневного дыхания.

– Никто, слышите вы, никто из вас не будет искать никаких демонов! Ни ты! – он ткнул острым как арбалетный болт пальцем в сторону Электры, – Ни ты! – палец пронзил воздух в направлении Салли.

Вот это он сделал зря. Она и так не собиралась никого искать.

Шеппард спокойно откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ноги и, крутанув ее в пальцах, положила на подлокотники свою трость:

– А если нет, – произнесла она, глядя Умбре прямо в глаза, – то что?

Правая рука Криса на мгновенье сжалась в кулак, казалось, еще секунда – и он просто ударит девушку.

Где-то вдалеке бомкнул колокол, раз и второй.

– Никто, – резко сказал Умбра, – Никто, нигде, никогда не станет искать никаких демонов. Я приказываю! – рыкнул он.

Грозный вид парня не оказал на Салли никакого воздействия.

– С какого это перепугу ты разбрасываешься тут приказами? – прищурилась Шеппард.

– Как старший, – Крис моргнул, – по возрасту!

– И сколько же тебе лет?

– А тебе?

– Семнадцать.

– А мне восемнадцать. Я старше!

– А мне, – ехидно выглянула из-за спины Умбры Электра, – девятнадцать! Так что я старше.

Она показала Крису язык, розовый, как пенка от варенья.

– Как же я мог забыть, – фальшиво спохватился Умбра, – ведь у меня вчера был день рождения, и мне как раз исполнилось двадцать. Так что Я старше!

Электра замерла, пытаясь понять, как человек умудрился постареть за один день на два года.

– Рик, – ткнула она в бок продолжавшего невозмутимо читать юношу, – мог бы и заступиться за меня.

– Зачем? – спокойно пожал тот плечами, – Умбра прав.

Тут спор прервался.

– Так. Так. Так… – в комнате как будто трижды скрипнул колодезный журавль, – Девушки принимают гостей. После одиннадцати. И это еще до начала занятий. Ай. Ай. Ай.

В распахнувшейся двери стоял доктор Аверсанд. За ним высилась громадная фигура смотрителя Мура, как бы намекающая на то, каким образом демонолог проник в комнату.

– Десять штрафных баллов. Каждой.

Лицо Умбры пошло красными и белыми пятнами, заходили желваки:

– Господин учитель, – медленно процедил он, не оборачиваясь, чтобы взглянуть на стоящего за его спиной доктора – запрещено находится в чужих комнатах, а не принимать гостей. Вы можете наказать меня, но не девчонок…

– Вам известно, что говорится в пункте 207?

Умбра повернулся и яростно сверкнул глазами:

– И что же говорится в этом трижды уважаемом пункте?

– «Душ и туалет поддерживаются в чистоте проживающими в комнате», – дал справку Рик.

Все находящиеся в комнате озадаченно посмотрели на него, а потом – не менее озадаченно – на доктора Аверсанда.

Смотритель Мур наклонился и тихо шепнул что-то на ухо демонологу. Тот медленно расплылся в мерзкой ухмылке:

– А господину Всезнайке известно, что говорится в пункте двести СЕМЬДЕСЯТ семь?

Салли впервые увидела человеческие чувства на лице Рика. Оно медленно приобрело озадаченно выражение. Юноша замер, судя по застывшим глазам, сейчас он лихорадочно перерывал свою бездонную память.

– До этого пункта, – наконец медленно произнес он, – я не дочитал…

– Пункт 277 «Запрещено принимать гостей в своей комнате после 11 часов вечера».

– Чушь! – рявкнул Умбра. Его ноздри яростно раздувались, – В АД никогда раньше не запрещалось принимать гостей!

– Ключевое слово в твоем эмоциональном заявлении, УЧЕНИК – «раньше». Этот пункт был введен в свод правил вчера. По моей личной просьбе. Поэтому – десять штрафных баллов. Каждому. Шеппард – пятнадцать.

– За что⁈

– За возмущение решением преподавателя. Всем разойтись по своим комнатам.

Девушки молча стояли, гладя, как вереница гостей покидает их комнату. Со щелчком замка Электра сползла в кресло.

– Весело у нас начинается учеба… Сколько у нас уже штрафных баллов?

– Много.

– Я не хочу знакомится с розгами.

– Думаешь, они страшнее демона во плоти?

Электра мигом забыла о штрафах и подпрыгнула на кресле:

– Салли, а ты правда хочешь поискать демона? Вдруг получится⁈

Шеппард задумчиво побарабанила пальцами по подлокотнику кресла:

– Да, – наконец решила она, – хочу. Я не люблю, когда мне приказывают.

* * *

Приближалась полночь. Почти потухли светильники, еле-еле разгонявшие тьму вокруг себя. Замерли на постаментах доспехи – никто не смог бы сказать, что они живые. Еле слышно шуршали книги в библиотеке, чуть пошевеливаясь на полках. В лабораториях позвякивали сосуды с заключенными демонами и изредка вспыхивали тусклым багровым светом пентаграммы.

Все в Академии спали. Ну… почти все.

Демоны никогда не спят.

Монтгомери Лейс открыл глаза и медленно сел на кровати.

– А-а-а-а-у—ы-а-э-а…

Толстячок оборвал зевок. «А чего это я проснулся?» – подумал он испуганно.

Монтгомери боялся буквально всего. Демонов, темноты, гоблинов, вампиров, зомби, полицейских, преподавателей, мамочку, мальчишек на улице, поступить в Академию, не поступить в Академию, собак, призраков, тараканов… Не боялся он разве что троллей и то потому, что таких тварей в этом мире не водилось.

Для пущей безопасности Монтгомери сжался в комок, замотался в одеяло и робко выглянул наружу, осматривая свою спальню.

Маленькое узкое помещение, в котором с трудом помещалась кровать. Стул, тумбочка, призрак на подоконнике…

Призрак на подоконнике?!!!

На фоне узкого окна белела жуткая фигура: маленькая, в половину роста человека, с длинными, как щупальца, руками, и лысой головой. На безглазом и безносом лице чернела огромная распахнутая пасть.

Лейс покрылся потоками холодного пота, мысленно благодаря Светлые силы, что жидкость решила покинуть его организм именно таким путем. Толстячок обреченно закрыл глаза…

– Привет, Монтгомери.

Голос кошмарного существа звучал как свистящий шепот и нисколько не успокаивал, даже если предположить, что оно ставило перед собой такую целью.

– З-др-др-дравствуйте, – пролепетал парнишка, все так же не открывая глаз.

– Неужели ты боишься меня, Монтгомери? – прошелестело в темноте.

– Ды-ды-да…

– Не стоит. Я не причиню тебе вреда. Открой глаза.

Лейс осторожно открыл глаза… и тут же зажмурился опять. На всякий случай. Подождал секунду – ничего не произошло – и осмелился взглянуть на ночного гостя.

Темнота колыхнулась, пошевелилось что-то, еще более черное, чем мрак вокруг, и Монтгомери внезапно осознал, что никаких призраков у него в комнате нет.

На подоконнике сидел человек в черных, сливающихся с темнотой, штанах и белой куртке с капюшоном.

– Ч-что в-вам н-надо? – пролепетал Лейс, внутренне чувствуя, что ему не очень хочется знать ответ на этот вопрос. В конце концов, пока ночной пришелец не озвучил свои намерения, всегда остается надежда, что он не станет убивать или пожирать живьем…

Человек на подоконнике закинул ногу на ногу, и обхватил колено руками. Скрипнула кожа.

– Надо же… Сколько страха… Как жаль… Как жаль, что я во плоти… Насколько все было бы проще…

Гость, похоже, рассуждал вслух.

– Что вы хотите? – испуг Монтгомери достиг того состояния, когда становится уже все равно, что произойдет. Даже голос перестал дрожать.

– Я? Я хочу стать твоим другом, Монтгомери. Хочешь дружить со мной?

– А… что для этого нужно? – осторожно спросил толстячок. Из своего жизненного опыта он вынес твердое убеждение: любой, кто предлагает ему дружбу, на самом деле хочет что-то от него получить.

Гость качнул ногой и неожиданно быстро скользнул к Монтгомери за спину, так, что тот даже испугаться не успел. Хотя… Куда уж больше-то?

Руки незнакомца легли на плечи Лейса.

– Я тебе сейчас расскажу, – прошептал на ухо тихий голос.

Глава 19

Сигнал к пробуждению прозвучал в семь утра. И если время отбоя отмечалось негромким колоколом – видимо, чтобы не тревожить тех, кто к одиннадцати часам успел уснуть – то побудкой в Академии демонологии служил громкий гудом, ревущий как раненый слон и бодрящий, как внезапный удар по голове. По крайней мере, выходящие из комнат первокурсники выглядели именно как жертвы этого самого удара: стеклянные глаза и полное непонимание происходящего.

Смотритель Мур, молчаливой громадой опирающийся плечом о стену в углу коридора, смотрел, скрестив руки на груди, на постепенно увеличивающуюся толпу. Салли подумала, что со стороны они, наверное, больше похожи не на демонологов, могущественных и пугающих, а на толпу несвежих зомби: та же медленная покачивающаяся походка, мутные глаза, и разве что вытянутых вперед рук и жажды свежего мяса нет… Кстати, о мясе: а завтрак будет?

Мур посчитал «зомби» и выпрямился:

– Завтрак – в столовой. Столовая – внизу и направо. Первое занятие – через полчаса.

На этом свою миссию он посчитал выполненной, развернулся и ушел.

Салли взяла за рукав Электру, которая, судя по выражению лица, пыталась понять: спит она или уже проснулась, и быстро потянула к лестнице. Через несколько секунд первокурсники осознают сказанное и ломанутся в том же направлении, толкаясь и создавая давку.

* * *

Столовая. Низкий сводчатый потолок, каменные плиты на полу, шесть длинных дубовых столов с не менее длинными дубовыми лавками, удобными, как эшафот.

Пять столов заняты молча завтракающими студентами старших курсов, за самым дальним столом, судя по всему, предназначенным для первокурсников, сидит один-единственный человек. Кристофер Умбра.

Он смотрел в стоящую перед ним тарелку, как будто собирался кого-то прикончить.

– Привет.

– Привет, – в голосе Умбры тоже особого человеколюбия не чувствовалось.

Салли села на самом дальнем краю стола и, в свою очередь, тоже заглянула в тарелку. Ничего такого, что могло вызвать приступ мизантропии, там она не обнаружила. Зажаренные до хрустящей корочки яйца, несколько ломтиков бекона, две колбаски, тоже, разумеется жареные. Даже помидор и тот был поджарен… Рядом лежали два тонких ломтика булки, тоже не избежавших знакомства со сковородой.

– А что не так?

– Яичница… – с отвращением проговорил Умбра, – Я уж думал, что мне никогда не придется жрать эту дрянь…

– Может, в следующий раз на завтрак будет что-нибудь другое? – Салли взяла вилку, серебряную и тяжелую, как тесак, и потыкала в глазунью. Желток пружинил, но не поддавался.

– Если бы… – Умбра вздохнул, – Это обычный завтрак АД. Обычный и единственный. Привыкай: ТАКОЕ будут подавать ежедневно… – он решительно отодвинул тарелку и посмотрел на Салли – Будешь?

– А давай.

Стол постепенно заполнялся однокурсниками, постепенно просыпающимися. Салли доела свой завтрак, обнаружив, что на дне тарелки, светло-коричневой, как будто тоже зажаренной, красуется символ Академии – пентаграмма, вычерченная толстыми красно-бурыми линиями. Можно подумать, что Академия опасается вторжения демонов через столовую посуду…

Умбра залпом выпил напиток из своей кружки и скривился:

– Вот этим тоже придется давиться…

Салли осторожно попробовала отпить из своей кружки. Ну да: нурдский чай без сахара – не самое вкусное питье. Она отхлебнула еще глоток и дожевала остаток колбаски.

Как такой замечательный завтрак может надоесть?

* * *

Аудитория номер 113 выглядела также, как и все остальные внутренние помещения АД: полукруглый зал с небольшим пятачком у входа, от которого поднимались вверх уступы рядов со скамьями для студентов. Освещалось это все одним-единственным светильным шаром, разгонявшим тьму над полукруглой «ареной» и слегка освещавшим студенческие места. Очень было похоже на цирк, разрезанный пополам. Только мрачно и совсем не смешно.

– Полезли наверх, – Электра подтолкнула Салли в бок. После порции нурдского чая рыжая проснулась – любой бы проснулся – и вернулась в свое обычное состояние неумеренной активности.

– Там темно.

Если уже передние ряды скрывались в полумраке, то наверху, на последних местах, таящихся под самым потолком, было темно, как ночью в пещере дракона.

– Я не удивлюсь, – пробормотала Салли, – если где-то там до сих пор лежит высохший труп студента, который умер во время лекции, и никто этого не заметил…

– Да ладно тебе. Зато там темно и никто нас не увидит.

– Почему нас никто не должен видеть?

– Потому что я собираюсь поспать.

– А я собираюсь слушать лекцию.

– Лекции слушают только заучки.

– И те, кто не хочет на экзамене выглядеть полным идиотом.

– Как хочешь, можешь слушать, просто побудь со мной, чтобы толкнуть, если вдруг меня понадобиться разбудить.

Салли вздохнула.

– Это означает «да»? – поинтересовалась Электра.

– Это означает «нет, но от тебя же не отвяжешься»

Девчонки вскарабкались на самый верх и устроились на последнем ряду. Электра поерзала, но уснуть, судя по всему, у нее не получалось. Тогда она принялась рассматривать однокурсников.

– Салли, – прошептала Электра, – как ты думаешь, КТО из них?

– Кто из них что?

Рыжая наклонилась у самому уху Шеппард и еле слышно прошептала:

– Кто из них демон?

Вот она о чем… Салли задумчиво посмотрела на своих сокурсников. Кто из них больше всего похож на демона?

Пятнадцать студентов, юношей и девушек… Ну, если не считать саму Салли и Электру – тринадцать. Ну и кого здесь можно назвать демоном во плоти?

Если бы кто-то задал Салли вопрос «Зачем тебе искать демона?» она не смогла бы ответить на этот вопрос. Но и отказаться от поисков она не могла.

Тринадцать человек.

Стервозная Алисия, оглядывающая аудиторию взглядом «Я здесь королева!»…

Раскинувший руки по спинке своей скамьи Кристофер Умбра, злой и недовольный всем на свете…

Незнакомый пока высокий плечистый парень с лысой как хрустальный шар головой и жизнерадостной улыбкой чемпиона-победителя…

Скрюченный в три погибели Рик с неизменной книжкой…

Боящийся всего на свете пухлячок Монтгомери… а, хотя нет… Сегодня Монтгомери спокоен, как валун…

И восемь других человек, парней и девушек, высоких и низких, худых и толстых, мускулистых и стройных…

Кто-то из находящихся в аудитории – демон во плоти, успешно притворяющийся обычным человеком.

Кто-то.

– Салли…

Кто?

– Салли…

Кто именно?

– Салли!

– Ай! – Шеппард подпрыгнула – острый локоть Электры чувствительно въехал под ребра.

– Хватит мечтать о своем рыцаре.

– Я не… – Умбра все так же сидел, развалившись, и походил не столько на рыцаря, сколько на довольного жизнью пирата. Такой не станет спасать девушек от драконов, скорее, девушек придется спасать от него.

– Ага, – ехидно прищурилась Электра, – Все-таки думаешь!

– А вот и нет.

– А вот и да.

– А вот и… Тсс.

В аудиторию вошел, почти вкатился, часто постукивая тростью, низенький пухлый преподаватель. Салли его вспомнила – куратор четвертого курса.

– Доброе утро, господа студенты, – преподаватель весело взмахнул тростью, – меня зовут Реджинальд Перикл, и сегодня мы с вами начнем изучать основы магии. Откройте ваши учебники…

Салли раскрыла книгу и провела ладонью по странице. Буквы загорелись неярким желтоватым светом, позволяющим читать не только в полумраке верхних радов аудитории, но и в полной темноте…

* * *

Как представляют себе магию обычные люди? Взмах какой-нибудь палкой, бормотание непонятных слов – и готово. Вокруг начинают твориться чудеса. Нет, кое в чем этот подход правдив: если начать колдовать без подготовки, то можно натворить таких чудес, что и десять дипломированных магов не разберутся. На самом деле все эти пассы, заклинания и тому подобная мишура – далеко, далеко не главное в колдовстве. Заклинание прекрасно сработает и без этого. Поэтому не советую вам надеяться, что вы можете опередить мага, пока тот произносит заклинание. Можно оказаться неприятно удивленным…

В чем-то магия похожа на стрельбу из лука. Со стороны – ничего сложного: натянул и бросил. Но попробуйте повторить то, что с такой обманчивой легкостью совершает тренированный лучник… Итак, в чем схожесть произнесения заклинания и стрельбы из лука?

Во-первых, что нужно в первую очередь для того, чтобы сделать выстрел? Кто сказал – годы тренировок? Совершенно неверный подход! Никакие годы тренировок не помогут сделать выстрел, если у вас нет собственно лука! Точно так же и с магией – вы можете произносить заклинание хоть тысячу лет, но оно не сработает, если у вас отсутствует лук, сиречь способность к колдовству.

Кто знает, как проверить свои способности к магии? Совершенно верно. Я вас запомню, молодой человек… Запомню в хорошем смысле этого слова. Любой человек, обладающий способностью к плетению заклинаний, может «увидеть воздух». Посмотрите на то, что находит в ярде от ваших глаз. Нет, не на меня. И не на стену. На воздух. Нет, не пытайтесь просто расфокусировать глаза – это не то. Воздух! Вам нужно увидеть воздух прямо перед вами! Так… У кого получилось? Нет, прозрачные червяки – это не то, это помутнение волокон в глазу… Нет и блестящие мушки – тоже не то, после занятия на всякий случай покажитесь врачу… Кто сказал: «Зерно»? Совершенно верно! Вы должны увидеть этакую прозрачную зернистую структуру, пронизающую все вокруг. Видите? Видите? Поздравляю: вы попали в девяносто пять процентов людей, которые обладают способностью к магии! Если же нет – увы, вам не повезло.

Впрочем, эта проверка была абсолютно излишней: все демонологи обладают такой способностью. Без исключений.

Итак, вы обладаете необходимым даром. У вас, фигурально выражаясь, есть лук. Что нам необходимо для выстрела? Правильно, стрела. В магии такой стрелой является заклинание… Что такое заклинание? А? Вы молчите и это уже хорошо. Многие, не подумав, отвечают: «Волшебные слова» – и ошибаются. Да-да, ошибаются! Заклинание – это прежде всего плетение, упорядоченная структура, объединяющая в себе элементы, определяющие время действия, место и используемые объекты, характеристики и соотношения указанных элементов, а также стандартизированную формулу приведения заклинания в действия. Именно последний элемент – далеко не самый важный и вовсе не необходимый – несведущие люди и называют «заклинанием». Они полагают, что выучить заклинание – это запомнить эту самую формулу, и могут до хрипоты кричать «Фламма!» или «Люкс!», но закономерно не получат и самой маленькой искорки.

Что означает «выучить заклинание» на самом деле? Для этого нужно выучить структуру заклинания, выучить так, как будто ее выгравировали у вас в мозгу. Тогда, при произнесении формулы приведения, ваш мозг автоматически выстроит необходимое плетение. Так ли уж необходима эта самая формула, волшебное слово «Инептиас»? Разумеется, нет: опытные маги вполне могут вызывать плетения и без произнесения формулы.

Продолжим. Взгляните: перед вами объемная модель самого простого заклинания – заклинание освещения, формула приведение в действие – «Люкс». Пока просто взгляните на него: его строение, а также классификацию заклинаний мы будем изучать чуть позже. Нет, природу действия заклинаний изучают на занятиях по теоретической магии, на пятом курсе и не в нашей Академии.

Итак, при произнесении формулы «Люкс» вы должны выстроить вот эту вот структуру… Нет, значение слова, использованного в формуле, не имеет никакого отношения ни к действию заклинания, ни к его мощности, ни вообще ни к чему. Когда-то давным-давно маги договорились использовать в качестве формулы слова древнеэстарийского языка, просто потому, что при стандартизации формул заклинания проще учить, вернее, даже не столько учить самому, сколько учить заклинаниям других… Вы же, если возникнет таковое желание, можете использовать в качестве формулы хоть детскую песенку, хоть какого-нибудь «Розового поросенка»…

Итак, лук у нас есть, стрела – есть, что нам остается? Натянуть тетиву и выстрелить. В магии таким «натягиванием тетивы» является наполнение созданной структуры заклинания энергией. После такого наполнения структура перестает быть прозрачной и начинает излучать голубое сияние. Для взгляда того, разумеется, кто умеет видеть. Ну а потом заклинание начинает действовать. И время его действия, сила воздействия и иные характеристики целиком и полностью зависят от того, какие характеристики вы придали изменяемым параметрам структуры заклинания. На нашей демонстрационной схеме они находятся здесь и здесь…

Огромная аудитория, погруженная во мрак, разгоняемый только тусклым светильником и отблесками «демонстрационной схемы»…

Мерный голос преподавателя, указывающего тростью на «изменяемые параметры»…

Черные фигуры за партами внимательно слушают лекцию и только огненные буквы горят на страницах учебников…

Первая лекция в АД.