Текст книги "Серый Кардинал (СИ)"

Автор книги: Кирилл Неумытов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Как он смог договориться с драконом об этом? – Хентос сильно нахмурился.

– Я не знаю, милорд, – Гефаль склонил голову.

– Почему мне не доложили об этой сделке⁈ Почему я узнаю об этом только сейчас⁈ Эстэран, ты знал?

– Нет, милорд, мне это не докладывали, – ответил глава гвардии.

– Тогда значит, это твоё самоуправство! – Фарио стал сверлить взглядом Гефаля.

– Простите, милорд… – рыцарь склонил голову ещё сильнее. – Я надеялся, что вчера дракона смогли убить.

– Я тоже на это надеялся! – в глазах Фарио вновь вспыхнула ярость, он бросил гневный взгляд на Кардигера. – Вы все слишком многое позволяете за моей спиной! Я должен знать всё, что касается дракона! Гефаля в карцер на месяц. Кардигера на неделю. Молодой маг важен, но уж больно много вольности он себе позволяет.

Гефаль выдохнул. Карцер на месяц – неприятное наказание, но это лучше, чем смертная казнь. Решение лорда мужчина считал милосердным и мудрым, ведь лишний меч Бросту не помешает.

А вот Кардигер, наоборот, негодовал всем сердцем. Его, мага, в карцер! Тут никто ничего не понимает в пране, кроме него! Если бы виверна сдохла, то положение Кардигера сильно улучшилось бы, но теперь ему вновь придётся доказывать Хентосу свою полезность.

– Возвращаемся в Брост! – скомандовал Фарио.

– Милорд, подождите, – обратился Эстэран. – Раб движется в нашу сторону.

– Это не раб, а дипломат, – Хентос остановил свою лошадь. – Простой мальчишка не будет знать слова «медицина» и уметь договариваться с драконами. Думаю, он хочет провести переговоры. Отложим возвращение в Брост. Я хочу услышать, что этот парень нам скажет.

– Мой лорд, тогда, может быть, нам развернуть баллисту для обороны? Вдруг дракон захочет напасть?

– Нет, это плохая идея, – отмахнулся Фарио. – Дракон разумен, и он пока не нападает. Если мы подготовим баллисту для боя, то можем спровоцировать монстра.

– Разумное решение, милорд, – Эстэран одобрительно кивнул, но про себя подумал, что им было бы лучше вернуться в Брост.

Дипломата пришлось ждать несколько минут. Хентос и его люди находились в большом напряжении. Никому не нравилось быть вблизи дракона. Даже Кардигеру было не по себе, хоть он знал, что им противостоит виверна. Молодой маг всё время приукрашивал свои способности, но он прекрасно понимал, что он не переживёт бой с таким монстром. Кардигер даже зачарованием копий для баллист полностью не владел. Всю самую сложную работу выполняли столичные маги, на что Хентосу приходилось тратить очень много золота.

– Я пришёл заключить сделку между городом и драконом, – объявил дипломат, встав перед строем рыцарей.

– Кто ты такой? – спросил Эстэран, он говорил от лица своего лорда до того момента, как не представит его перед собеседником.

– Меня зовут Арэн. Я имперский дипломат.

– Перед тобой лорд Фарио Хентос из Броста, правитель земель от гор Ратаора до реки Ичи, – объявил Эстэран и отъехал чуть в сторону. Напоследок он склонил голову и произнёс, смотря на Фарио: – Милорд.

Хентос внимательно следил за Арэном, стараясь подмечать каждую деталь его поведения. Больше всего Фарио удивила невозмутимость парня – тот стоял в лохмотьях, гордо выпрямив спину и смотря вперёд, хотя перед ним отряд из тридцати рыцарей.

– Ты дипломат империи Дуан? – решил уточнить Хентос. Он прекрасно знал, что на Рунном континенте нет империй, но вот соседняя Альмана была крайне загадочна. Какие там государства, Фарио не знал, да и его это никогда не интересовало.

– Это вас не касается, – туманно ответил Арэн. – Я здесь, чтобы избавить Брост от дракона. Но за это вы должны хорошо мне заплатить.

Брови Фарио поползли вверх. Он не смог скрыть, что ошеломлён этим предложением. Несколько месяцев головной боли, сотни потраченных золотых монет на баллисты… Разорение острова Храаг наполнило Туурон различными монстрами, и хоть Брост пострадал меньше относительно других, Фарио всё равно хотелось решить проблему раз и навсегда.

– Мои земли – это не только Брост, – лорд усмехнулся и горделиво поднял голову. – Хочешь сказать, дракон покинет мои территории?

– Всё так, – с суровостью ответил Арэн, не обращая внимания на показное высокомерие Хентоса.

– Почему я должен тебе верить? – с чувством превосходства и скепсисом спросил Фарио. – Ты говоришь от лица дракона?

– Дракон – мой союзник, – медленно произнёс Арэн и поднял левую руку вверх.

Виссара взлетела в небо, и Хентоса пронзила дрожь. От взмаха её крыльев всколыхнулась трава на десяток метров, а лошади испуганно заржали, некоторые даже встали на дыбы, что вызвало суматоху в строю.

Лорд уже видел несколько раз виверну вдалеке, но теперь он стоял куда ближе. Рядом нет стен Броста и десятка баллист, только тридцать рыцарей, из которых даже не все руновоины. А виверна прямо тут – огромная, быстрая, смертоносная. От одного лишь вида исполинского зверя Фарио становилось не по себе.

Эстэран посмотрел на лорда, мол, давайте развернём баллисту, но Хентос молчаливо покачал головой. Он прекрасно понимал, что Арэн сейчас наглядно демонстрирует контроль над монстром. Попытка ответить агрессией могла закончиться сражением.

«Каким-то образом он смог договориться с драконом, – засел вопрос в голове Хентоса. – Что Арэн ему предложил?…».

Ответа Фарио не нашёл. Когда виверна пролетела два круга над полем, дипломат опустил левую руку и поднял правую. Виссара плавно спикировала к земле, приземлившись у пещеры. Хентос выдохнул. Лорд стал бояться магического зверя ещё сильнее. Он просто не понимал, как такую махину вообще можно убить.

– Чего ты хочешь? – спросил Хентос, вложив в голос твёрдость, хоть его душу одолевал страх.

– Основное требование – еда, наполненная праной.

Фарио поджал губы. Он уже мысленно готовился к подобному, ведь дракон изначально требовал не рабов, а еду, наполненную праной. Даже низкоусваиваемые ингредиенты стоят сотни золотых, а всё, что называется едой, это как минимум среднеусваиваемый уровень. Хентос слышал о недавнем аукционе в столице, где выставлялось сердце морозного оленя – начался торг на семистах золотых, а закончился двумя тысячами.

Эта сумма чуть меньше его годового дохода. Всё, что касается праны, всегда стоит очень дорого, даже самый дешёвый эликсир продаётся за десять золотых. Это те самые, что убивают половину тех, кто выпил зелье. Причём даже на такую дрянь есть спрос. Перспектива преобразиться в руновоина слишком заманчива.

В молодости Фарио так и вовсе мечтал стать прановоином, но это тысячи потраченных золотых без гарантий на успех. Лорд ограничился тем, что преобразился в руновоина и не жалел о своём выборе. Лишних денег в его провинции никогда не было.

– Это слишком большая цена, – покачал головой Хентос, всё взвесив. – Мне легче потратить золото на подготовку руновоинов и покупку баллист. Если мы сможем убить дракона, то вполне вероятно окупим вложения. У такой большой твари должен быть сформирован праннит, а то и несколько. Даже если это будут низкоусваиваемые ингредиенты, мы получим сотни золотых.

– Но дракона надо ещё убить, – напомнил Арэн. – За последние месяцы у вас это так и не вышло. Вчера вы потеряли несколько десятков своих людей.

Эта неприятная правда вызывала у Хентоса злость. Злость на Кардигера и самого себя. Два разгромных поражения подряд. В первом бою против виверны полегло сто двадцать человек, треть из которых были руновоинами. Ошибки первого сражения послужили причиной перехода к новой стратегии – засаде.

Удар малой группой, точечный и неожиданный. Задействована всего одна баллиста и двадцать три человека, из которых только пятеро – руновоины. Потеря такого отряда в золоте не столь болезненна, но это по итогу двадцать погибших! Причём цель миссии так и не была выполнена!

Сколько ещё людей понадобится, чтобы убить дракона? А сколько золота? Фарио понимал, что если монстр нападёт на них прямо сейчас, то в лучшем случае спасётся он сам и пара человек. Смотря на виверну, Хентос слабо представлял, как убить эту тварь. Баллисты, усиленные рунами, считаются эффективным оружием, но из них ещё нужно умудриться попасть. Вчера это даже получилось, вот только монстр остался жив.

– Дракон – действительно серьёзная проблема для моих земель, – мрачно подтвердил Фарио и посмотрел в сторону Виссары. – Но платить едой, наполненной праной, я не намерен. Это слишком большая цена. Я готов дать ингредиенты из праны. У меня есть шипастый панцирь гигантской многоножки и корень пепельного имбиря. Как применить первое, никто в Тууроне не знает, а вот пепельный имбирь незаменим во многих эликсирах. Я отдам оба ингредиента.

Лорду Хентосу часто приходилось проводить торговые переговоры, поэтому он решил отделаться малой кровью. Очень часто, когда говоришь собеседнику, что отдаёшь всё или же изображаешь большие уступки, то сделка сразу же заключается. Этот приём срабатывал у Фарио множество раз, но сегодня у него был несколько иной уровень собеседника.

– Этого слишком мало, – покачал головой Арэн. – Я должен прояснить вам ситуацию. Раньше дракон действовал бездумно и не очень осторожно. Вы смогли даже устроить дракону засаду, потому что изучили его повадки. Но теперь монстром буду руководить я. Поверьте, есть множество способов, как использовать мощь дракона. Баллисты вам больше не помогут, счёт убитых воинов пойдёт на сотни. Гораздо разумнее выполнить моё требование.

По спине Хентоса пошёл холодок. Нечасто ему кто-то угрожал с таким спокойствием голоса, будто это какой-то скучный разговор. Угрозы были довольно расплывчатыми, но Фарио уже представлял, какие проблемы ожидают Брост. Например, нападение ночью или уничтожение транспортных артерий. Город можно взять в осаду, перекрыв доступ к поставкам еды. Примерно на такие планы, а то и хуже, намекал Арэн.

– А что, если мы убьём тебя прямо сейчас? – решил ответить Фарио угрозой на угрозу. – Человек, который управляет драконом, создаст слишком много проблем.

– Если вы меня убьёте, то на вас нападёт дракон, – ничуть не испугавшись, сказал дипломат.

Повисло молчание. Фарио стал думать, какой ещё ход он может сделать. В игре с повышением ставок Арэн явно был лучше. Самое ужасное для лорда то, что он не знал, где дипломат блефует. Точно ли дракон будет мстить за Арэна? И точно ли он станет подчиняться строгой стратегии боя? Хентос был опытен в переговорах и умел чувствовать, когда оппонент врёт, но прочитать имперского дипломата у него не получалось.

Тот говорил каждое слово твёрдо и напускал столько тумана, что лорда съедали собственные мысли. Неизвестность – вот что пугает больше всего. Когда Арэн хочет напасть? Какие стратегии он может использовать?

Чем больше Фарио размышлял, тем сильнее приходил к выводу: сочетание ума человека и мощи дракона – это страшная сила. Когда дракон потребовал в качестве дани еду, содержащую прану, Хентос это решительно отверг. Зачем тратить огромные деньги ещё и делая монстра сильнее? Куда разумнее было охотиться на магического зверя и пытаться на нём заработать. Для этого Фарио планомерно наращивал свою боевую мощь, закупая баллисты.

Но теперь всё изменилось. Лорд всё больше склонялся к решению заплатить дань и навсегда избавиться от монстра. Иначе его земли умоются в крови.

– У меня есть тридцать пять зёрен друдского кедра, – скрепя сердце произнёс Фарио. – Эта еда из праны предназначалась лично для меня, но я столкнулся с тем, что не могу усвоить друдский кедр. Считается, что одно зерно даёт год жизни при полной сочетаемости праны. Я съел двадцать пять зёрен без какого-либо эффекта, однако на другого человека в моём окружении они подействовали. Друдский кедр – не подделка. Каждое такое зерно стоит двадцать восемь золотых, и я молчу о том, как их сложно достать. Думаю, это будет достаточной платой.

Дипломат встретил щедрое предложение с абсолютно каменным лицом. На несколько секунд повисло молчание. Фарио даже стал нервничать, и эту слабость Арэн быстро считал, прогибая визави ещё сильнее:

– В комплекте с шипастым панцирем гигантской многоножки и корнем пепельного имбиря это будет минимумом, который я хочу получить.

У Хентоса слегка задёргался глаз. Арэн ещё это «минимум» называет! Фарио даже не думал, что разговор вернётся к панцирю и имбирю. Ладно ещё панцирь бесполезен, но пепельный имбирь! Это три сотни золотых!

– Хорошо, хорошо… – ответил лорд, тряся головой. – Забирай панцирь и имбирь. Мы привезём тебе всё через несколько часов.

– Ло-орд, вы останетесь со мной и драконом, – заявил дипломат негромко и слегка по-змеиному. – Мне нужна гарантия, что я получу всё обозначенное. Ваш нынешний отряд для дракона всё равно что смертники.

У Фарио душа ушла в пятки. На самом деле он даже подумывал собрать в Бросте совет и обсудить, точно ли стоит соглашаться на условия Арэна. Теперь же отказаться от сделки никак не выйдет.

«Вот же сущий демон!… – подумал Хентос. – Он точно дуанец. Парень учёл все ходы. Если бы переговоры шли в Бросте, то их итог был бы другим. Проклятый Кардигер! Проклятый дракон!»

Фарио послал в город Эстэрана и нескольких рыцарей, чтобы они привезли ингредиенты из праны. Кроме того, Арэн попросил разной мелочёвки – провизии на неделю, комплект одежды, нож, наплечную сумку, шерстяное одеяло, тридцать метров верёвки, карту окрестностей и, самое неприятное – кошель с пятьюдесятью золотыми. Полный список был длиннее, но Хентос его даже не запоминал – это было для него не так важно. Ощутима тут только потеря ещё пятидесяти золотых.

Следующие несколько часов для лорда продлились в мучительном ожидании. Он чувствовал себя ужасно. Его обокрали средь бела дня! Причём это сделал парень в лохмотьях! Арэн дуанец, но сути это не меняет – ещё вчера он был рабом!

Эстэран привез всё настолько быстро, насколько мог. Всё было упаковано в отдельный сундук, его содержимое полностью вытащили на траву при передаче дани. У Фарио сердце кровью обливалось, отдавать три резных шкатулки с ингредиентами из праны. Недоверчивый Арэн ещё и попросил проверку еды, заставив Эстэрана съесть кусок хлеба с салом.

Фарио даже посчитал лёгким оскорблением, что его вассала заподозрили в таком грязном приёме. Впрочем, Хентос и сам обдумывал этот вариант за несколько часов ожидания, вот только свои планы он никому сказать не мог. Яд – оружие женщин, но порой этим можно испачкать руки.

– Надеюсь, я больше никогда не увижу тебя и твоего дракона, – процедил Фарио, когда сделка была завершена. Лорд залез на свою лошадь, и это вернуло ему крупицу утраченной горделивости. – Второй раз такую дань я платить не буду.

– Я человек слова, лорд Хентос, – Арэн слегка улыбнулся. – Совсем скоро я и дракон покинем эти земли.

– Что значит «совсем скоро»? – нахмурился Фарио. – О каком сроке идёт речь?

– Вам не придётся долго ждать, – неопределённо ответил дипломат и вновь едва улыбнулся уголками губ.

«Он явно не хочет говорить точный срок, – обратил внимание Хентос. – Видимо, дракон всё же ранен. Тогда, может, попытаться его добить? Нет, к чёрту… Эта тварь всё ещё может летать. Просто буду надеяться, что Арэн сдержит слово».

Хентос уже хотел дать команду своим людям уезжать, но вдруг кое-что вспомнил. Вернее, он вдруг нашёл взаимосвязь между двумя совершенно разными событиями. Первое – это сбежавший жертвенный раб. Случай не особо важный, Эстэран доложил о нём между делом, но Фарио запомнил, что раб почему-то пошёл к пещере с драконом. Причины этому остались загадкой, да и никто о них не подумал, включая самого Хентоса до недавнего времени.

Лорд вспомнил про кражу из столицы кинжала Сердце Адолии. Следы лазутчиков обрывались на границе провинции Хентос, а если точнее – там нашли труп Гистава Гело, последнего из четвёрки воров. Все лазутчики были отравлены особым ядом, который их медленно убивал и позволял найти после смерти даже через сотни километров. Вот только Гистав Гело про это узнал и передал кому-то артефакт перед своей кончиной. Он сбил след, уйдя к центру королевства Туурон, но географически Гело должен проходить через Хентос, чтобы вернуться в Адолию.

Что если сбежавший раб получил записку от Гистава? Это бы объяснило, почему адолиец пошёл к пещере. И если артефакт действительно находился там, то его мог забрать себе имперский дипломат. Шанс этого мал, но Фарио был обязан прощупать почву на этот счёт.

– Арэн, ты знаешь, где находится кинжал Сердце Адолии? – спросил Хентос, внимательно следя за реакцией парня.

Глава 7
Цена второй жизни

Почему лорд Хентос спросил меня о кинжале? Неужели он смог почувствовать артефакт? У Виссары это не вышло, хотя она способна чувствовать магию. Да и странно, что лорд спросил про кинжал только сейчас – несколько часов он молчал, а теперь вдруг поднял эту тему.

Причины его интереса неизвестны, так что мне нельзя давать почву для подозрений. Не хочу, чтобы из-за артефакта за мной началась охота. Неосторожное слово легко может выдать, что кинжал у меня. На это, вероятно, и весь расчёт Фарио.

– Я не знаю местонахождения клинка, да и слышу о нём впервые, – непринуждённо ответил я лорду, полностью скрыв своё удивление.

Повисло недолгое молчание. Хентос явно хотел прочитать мои истинные мысли. Будь я менее опытен в таких играх, то спросил бы: «Почему вы задаёте такой вопрос?». Но свой интерес показывать нельзя, хоть мне и хотелось выведать больше информации.

Впрочем, а может, наоборот, будет полезно сказать Фарио о кинжале? Что делать с артефактом, я всё ещё не знал. У меня даже не получилось банально вытащить клинок из ножен. И это, как минимум, интригует. Если ингредиенты из праны редкость, то оружие должно быть ещё более уникальным.

– Каждый адолиец знает о родовом артефакте своих правителей, – нарочито изумлённым тоном произнёс Фарио. – Арэн, ты не адолиец?

– Нет, я не адолиец, – сказал я и покачал головой, хотя в действительности прошлый владелец тела, скорее всего, из этого народа. Но раз я говорю, что не знаю про кинжал, то правдоподобнее не быть адолийцем.

– Тогда у меня есть предложение, – лорд Хентос ухмыльнулся. – Если вдруг в твоих руках окажется клинок Сердце Адолии, я заплачу за него тысячу золотых.

Он точно подозревает, что артефакт у меня. Цену назвал, чтобы меня заинтересовать, и это у лорда вполне вышло. Он предлагает сумму, эквивалентную переданным ингредиентам из праны. На пустом месте такой щедрости точно не будет. Скорее всего, клинок Сердце Адолии стоит куда больше, чем тысяча золотых.

Правда, я бы не торопился начинать торг с Хентосом. Мне нужно выяснить больше об артефакте. Вдруг он понадобится мне самому? В местных денежных реалиях я всё ещё не разбирался, но пятьдесят золотых, полученных от лорда, это уже огромные деньги. Ближайшее время о финансах можно не думать, поэтому продажа клинка сейчас неактуальна. Но лорду я решил сказать совсем другое. Надо было сбить его со следа:

– Такая сумма мне бы не помешала, однако я не знаю, каким образом могу получить этот артефакт. Разве что напасть на того, кто владеет клинком. Вы намекаете на это?

– Нет-нет, – лорд покачал головой. – Забудь мои слова.

Хентос бросил взгляд на пещеру и после дал команду уезжать. Он смотрел на убежище Виссары всего пару секунд, но я прочитал в этом многое – лорд знает, что там был спрятан артефакт. Или, по крайней мере, догадывается. Гистав Гело создал тайник и явно кому-то о нём рассказал.

Правда, судя по оставленному сообщению, Гело хотел, чтобы клинок достался адолийцу, а не тууронцу. Гистав просил не поддаваться искушению продавать артефакт врагу. Всей подоплёки я не знаю, но Адолия и Туурон точно враждуют, я это понял ещё по предсмертным словам прошлого владельца тела.

Чёрт, а он же к богине Алетте обращался, и она ответила на его зов… Парень просил победы вольных адолийцев над королевством Туурон – что если отдав свою душу, он заключил своеобразный контракт, где я исполнитель?

От этой мысли мне стало не по себе. Я умер в родном мире и за получение второй жизни никак не заплатил. Логично предположить, что у этого должна быть своя цена, вот только никто не сообщил мне чётких условий.

Что конкретно я должен сделать? Помочь Адолии победить Туурон? А что вообще будет называться победой? Полный захват королевства? Или просто возвращение потерянных земель, если таковые есть? Какой срок выполнения миссии? Год? Пять лет? Десять?

Вопросов столько, что лучше бы я даже не задумывался об этом. Впрочем, возможно, это даже хорошо, а то бы продал клинок Сердце Адолии, и меня в тот же миг разорвало бы на части. Боги в этом мире не выдумка. Я своими глазами видел, как мою душу запихнуло в чужое тело. А даже если богов нет и этому есть какое-то другое объяснение, то в любом случае я столкнулся с очень могущественной силой.

Идти против богов – всё равно что копать себе могилу. Нет, конечно, вполне вероятно никакого контракта не существует, но я привык мыслить, что у всего есть причинно-следственная связь. Человек, который отдаёт богам свою душу, должен что-то за это получить. Я бы, правда, счёл просьбу победы над целым государством, мягко говоря, слишком объёмной.

Тем более я не какой-то сильный воин, владеющий праной – я дипломат. Для того, чтобы применить свои способности, мне ещё надо как-то умудриться попасть в политическую жизнь Адолии. Эта задача в условиях монархической власти особенно сложна.

Я не имею знатного происхождения – просто человек с улицы, который ещё и был рабом в Тууроне. Меня даже могут принять за шпиона из-за золотых монет иностранного государства. Хотя тут дело не только в деньгах – о моём прошлом в любом случае будут спрашивать, и факт побега из рабства вызовет много вопросов.

Если брать реалии планеты Земля, то там для политика всегда очень важна биография, не думаю, что в этом мире будет как-то иначе. Даже, наоборот, здесь происхождение имеет ещё большее значение.

Что тогда я должен сделать для победы Адолии? Пойти воевать за неё как обычный солдат? Нет, это точно глупо. Мне надо пробиваться в политику, там принимаются все важные решения. Раз у меня нет знатного происхождения, то придётся действовать из-за кулис, наращивая капитал и связи. В моей прошлой жизни далеко не все люди, имеющие власть, показывались на публике, отдельные такие личности были влиятельнее глав государств.

Серые кардиналы – те, кто действуют из тени. Стать таким в Адолии – единственный путь добиться власти, потому что публично это сделать не выйдет. Впрочем, в любом случае рано о подобном говорить. Первым делом мне нужно приехать в Адолию и узнать там обстановку. Да и в принципе хочется понять, ради какой страны я буду стараться.

Может, они каннибалы? Или поклоняются каким-нибудь демонам, проводя кровавые ритуалы? Мне бы не хотелось помогать ублюдкам, которые творят что вздумается. Хотя даже это мало что поменяет – мой долг не выплачен. Тем более, если мне удастся получить власть в Адолии, то я смогу многое в ней изменить. Вся эта задача из разряда невозможных, но… так даже интереснее.

Я посмотрел на живописные горы вдалеке. Солнце слегка пекло затылок, дул лёгкий приятный ветерок. Путь намечен. Надо будет хорошенько изучить переданную мне карту. Я уже успел взглянуть на неё беглым взглядом – для того, чтобы попасть в Адолию придётся пройти через горы.

– Арэн, давай неси еду из праны! – ворвалась Виссара в мой разум. – Я уже устала ждать!

Виверна все последние часы терроризировала меня вопросами о текущем состоянии дел. Виссара очень удивилась, что я смог потребовать с тууронцев еду из праны – её, такую большую и страшную, люди проигнорировали, а меня, «слабого человека», они послушали. Виссару это поразило, она стала спрашивать, как я такого добился, но все карты я не раскрывал.

Я сложил три резные шкатулки в большую наплечную сумку, а остальное на всякий случай убрал в сундук. Светило солнце, однако вдруг пойдёт дождь? На небе у гор виднелись тучи, и ветер дул как раз оттуда. Сундук, который привёз сир Эстэран, имел туго сбитые дощечки и покрыт тёмным лаком – дождь такому вместилищу не страшен, даже жаль будет его бросать.

Пока шёл к пещере, внимательно смотрел на спину Виссары. Речь о том, чтобы погрузить на неё сундук, даже не идёт – мне бы придумать, как самому безопасно уместиться на виверне. Обхватить её туловище по окружности нельзя, потому что в движении она порвёт верёвки острой чешуей.

Я сказал вчера Виссаре, что не боюсь на ней полететь, и готовность к этому у меня действительно есть, вот только переживу ли я такой полёт? От Хентоса я получил верёвку и шерстяное одеяло – первое, чтобы закрепиться на виверне, а второе, чтобы не протереть ноги до крови. К чему всё это приведёт, узнаю совсем скоро…

– Давай, показывай мне всё! – нетерпеливо воскликнула Виссара, когда я подошёл к пещере.

Виверна уже несколько часов сидела у входа. От дневного полёта у неё немного закровоточила рана, так что я сказал ей не двигаться лишний раз. При всём своём желании поскорее получить еду из праны, Виссара не полетела ко мне, когда уехал лорд Хентос. Я эту выдержку высоко оценил, потому что виверне уж очень хотелось полакомиться вкусняшками.

– Праннит из панциря гигантской многоножки! – удивилась виверна, когда я открыл первую шкатулку. – Давай его сюда!

– Прямо с коробкой? – усмехнулся я этой нетерпеливости.

– Без разницы! – морда драконихи потянулась ко мне.

– Только не отгрызи мне руку… – сказал я и протянул вперёд шкатулку.

– Лучше кинь её, – посоветовала Виссара. – Пары моего дыхания могут тебя отравить.

Я подбросил шкатулку, и виверна схватила её быстрым выпадом. Информация про яд мне не понравилась. Виссара порой уже ко мне приближалась, а значит я мог надышаться её ядом. Да и спал я вблизи виверны… На самом деле у меня даже закрадывалась мысль, что нахождение рядом с ядовитым монстром может меня отравить, но прежде не было возможности что-то изменить.

Теперь буду спать подальше от виверны. Да и лишний раз не стану к ней подходить. Удивительно, что Виссара вообще задумывается о своей ядовитости и предупреждает меня. Конечно же всё дело в том, что я добыл ингредиенты из праны и доказал свою полезность, но такая внимательность в любом случае показывает ум виверны. Она может думать минимум на шаг вперёд.

– Хорошо, хорошо! – раздался радостный возглас Виссары в моей голове. – Этот праннит отлично мне подошёл. Давно я не ела чего-то стоящего. Но этого мало. Мне бы ещё пять таких панцирей, чтобы компенсировать утраченную прану. Показывай, что в других шкатулках.

Вот это аппетиты у виверны… Да она сейчас всё захочет сожрать! И это легко приведёт к конфликту, если я буду отстаивать свою долю. Меньше всего мне бы хотелось отдавать зёрна друдского кедра. Для Хентоса они были самыми ценными, хоть и не дали нужного эффекта. Продление жизни на год за одно зерно… Это звучит как что-то невероятное, но ещё нужна сочетаемость праны. Что это вообще такое?

– Подожди, у меня есть пара вопросов, – поднял руку я, не прикасаясь к новым шкатулкам из сумки. – Расскажи мне о сочетаемости праны.

– За это ты мне дашь остальные две шкатулки? – с дерзостью спросила Виссара.

– Мы договорились делить добычу поровну, – напомнил я.

– А ты уверен, что еда из праны тебя не убьёт? – виверна улеглась на землю, сложив длинную шею подковой. – Ты очень слабый человек, в тебе совсем нет жизненной энергии, так что еда из праны будет для тебя подобна яду.

– Ты говоришь так, потому что хочешь получить мою долю? – прищурился я.

– Нет, мои слова правда, – Виссара закрыла глаза. – Можешь оставить обе шкатулки себе. Я уже чую, что там нет нужной мне праны. Не советую тебе есть эти ингредиенты. Они тебя убьют. Лучше продай или обменяй их на что-то.

Виверна разорвала телепатическую связь, показывая, что разговор закончен.

Новость стала для меня неожиданностью. Оказывается, прана для обычного человека это яд. То есть мне вообще никак не овладеть магией? Ладно, это ещё как-то переживу. Меня больше покоробила фраза, что во мне совсем нет жизненной энергии, а до этого Виссара ещё называла меня «увядшим листом».

Самое плохое, что я примерно так себя и ощущаю. Вялость и слабость в теле, туманность в голове. Я словно старик, а не молодой парень. Особенно плохо мне было сегодня – я не выспался и несколько часов держал лицо перед людьми Хентоса. Переговоры отняли у меня много сил, я буквально с трудом стоял на ногах. Очень хотелось рухнуть у входа в пещеру и долго-долго спать. Но мозгом я понимал, что это непозволительная роскошь. Слишком много нерешённых вопросов.

– А в тех людях, которые приходили сегодня, тоже мало жизненной энергии? – спросил я.

– Нет, они не такие слабые, – виверна снова установила телепатическую связь. – В них тоже самые крохи праны, но по крайней мере я чувствовала в них жизненную энергию. Там были руновоины.

– Раз во мне мало жизненной энергии, то чем это для меня грозит?

– Ты скоро умрёшь, – непринуждённым тоном ответила Виссара.

– Насколько скоро? – глубоко вдохнув, спросил я.

– Думаешь, я это знаю? Для меня удивительно, что ты ещё жив с такой слабой энергией. Мне приводили много рабов, и ты один из самых дохлых. Разве что разум у тебя сильный. Возможно, из-за этого ты протянешь ещё несколько лет, но только при условии, что будешь укреплять тело.

– Ты имеешь в виду физические упражнения? – уточнил я. Неприятные новости я воспринял без какого-либо уныния, просто как факт. Я мог погибнуть ещё в первый день новой жизни, срок в несколько лет жизни лучше воспринимать как подарок, а не приговор.

– Физические упражнения запустят поток энергии в твоём теле, – поучительным тоном произнесла Виссара. – Но ещё нужно нормально питаться и спать. Я не говорю про еду, наполненную праной, тебе необходима самая обычная еда. Посмотри на себя – ты ужасно тощий человечишка! И почему я вообще должна объяснять столь банальные знания о продолжительности жизни? Ты этого всего не знаешь?

Виссара дала мне много полезной информации, но напоследок решила прощупать уровень моих знаний. Врать было бессмысленно – мои вопросы уже выдали то, насколько я дилетант в пране. Нет, конечно, я и без виверны знаю, что если хочешь жить подольше, то нужно заниматься спортом, правильно питаться и соблюдать режим сна, но в этом мире всё было как-то иначе.

Например, фраза Виссары, что из-за сильного разума я протяну ещё несколько лет. Речь про ум или что-то другое? В любом случае интересен сам факт – не будь сильного разума, то срок моей жизни был бы ещё меньше. Да и что за запуск потока энергии в теле? Виверна говорит о пране? Или это что-то иное?

– Мои знания здесь скудны, – признался я перед Виссарой. – Спасибо, что рассказываешь всё это.