Текст книги "Матабар X (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 37 страниц)

И в этот самый момент Ардан впервые понял, почему профессор Конвелл, да и Милар тоже, так любили отпуск и так часто о нём говорили.

Раньше Арди совершенно этого не понимал. Отдых казался ему чем-то пустым, ненужным, даже немного постыдным, ведь вокруг столько дел, столько задач, столько всего, что требует внимания и сил. Сидеть без дела представлялось ему пустой тратой драгоценного времени.

А теперь, лёжа на дне тёплого южного моря, он внезапно понял. Понял, что отдых – это вот такая вот тишина в голове. Возможность хотя бы на несколько мгновений отложить весь груз забот и просто… просто. Просто смотреть на солнце сквозь воду и ни о чём не думать.

И ещё Арди показалось, что, пожалуй, если бы не яд того мутанта, настойчивые отголоски которого до сих пор давали о себе знать, он бы, наверное, так никогда и не научился по-настоящему понимать смысл слова «отдых».

Но таков сон Спящих Духов.

Ардан закрыл глаза и растворился в мягкой тишине.

И только когда лёгкие наконец напомнили о себе, Ардан выдернул руки из песка, оттолкнулся от дна и неспешно заскользил вверх, к мерцающей кромке света. Он вынырнул на поверхность рядом с яхтой, отфыркиваясь и щурясь от яркого солнца, и ухватился за спущенную с борта верёвочную лесенку.

Сверху, с выражением неподдельного изумления на обветренном лице, на него смотрел капитан.

– Ну, господин Эгобар, – протянул старик, качая головой, – если бы я собственными глазами не видел, в жизни бы не поверил. Вы под водой почти семь минут пробыли! Я таких ныряльщиков только среди ловцов жемчуга встречал, да и то не всякий столько выдержит. Может, вы от меня скрываете что, а? – коротко хохотнул капитан. – Может, вы и впрямь за жемчугом ныряете? Здесь, правда, его хрен отыщешь. Это надо за южный мыс идти.

– Нет, – улыбнулся Ардан, забираясь на палубу и отжимая волосы. – Просто люблю воду.

– Любите воду, – хмыкнул капитан. – Ну-ну. Я вот тоже воду люблю, только дыхалки у меня на две минуты, не больше. Странный вы человек, господин Эгобар.

Тесс приподнялась на локте и сдвинула шляпу на затылок.

– Арди, даже я уже начала немного переживать, – укоризненно, но с улыбкой произнесла она. – Подумала, тебя там акула съела.

– Не думаю, что пришёлся бы ей по вкусу, – Арди опустился рядом с возлюбленной на полотенце и подставил лицо солнцу.

Яхта вернулась к причалу ближе к вечеру. Зной уже начал понемногу спадать, а солнце склонилось к западу, окрасив море в тёплые, золотисто-розовые тона. Ардан расплатился с капитаном, привычно добавив сверху за приятную, пусть и одностороннюю, беседу, и они с Тесс сошли на берег.

Оба давно сменили тесные, плотные одежды Метрополии на лёгкие летние наряды, более подходящие местному климату. Арди облачился в светлые льняные брюки и свободную рубашку с закатанными рукавами, а на голове его теперь покоилась белая бандана, что, наверное, не нарушало обещание, данное Луше…

Тесс же надела лёгкое летнее платье из тонкого ситца в мелкий цветочек, с открытыми плечами и широкой юбкой до середины икры. И, если честно, в этом наряде она походила на весеннюю сидхе, спустившуюся погулять по набережной.

Набережная Лазурного Города, несмотря на поздний час, наоборот – лишь оживала после дневной жары. Вдоль широкой, мощённой светлым камнем эспланады тянулись ряды пальм и кадок с цветущими олеандрами, между которыми прогуливались нарядно одетые отдыхающие. Работали открытые кафе под полосатыми тентами. Из распахнутых дверей ресторанчиков доносились запахи жареной рыбы и пряностей, где-то наигрывал уличный музыкант, а вдоль парапета выстроились лотки торговцев, предлагавших морские раковины, кораллы и прочие курортные безделушки. Море плескалось внизу, у каменных ступеней. Лёгкий вечерний бриз приносил с собой прохладу и солёную свежесть.

Они дошли до «Раковины» – уютного ресторанчика на самой набережной, с видом на залив, – и заняли столик у распахнутого окна. Расторопный официант принял у них заказ, и вскоре на столе появились лёгкие салаты с морепродуктами, свежий хлеб и кувшин холодного лимонада. Порой Арду казалось, что за время отпуска он напьётся данным напитком на половину жизни вперёд.

Тесс, попивая лимонад, оживлённо перечисляла планы.

– … и ещё нам обязательно нужно сходить в подвал к старому Пьетро, мне про него все уши прожужжали, – увлечённо говорила она, загибая пальцы. – И на набережной в «Устрице» по вечерам, говорят, играет потрясающий квартет. А ещё я присмотрела несколько пластинок. Их в столице вообще не достать, представляешь? Местные записывают. Выпускают совсем маленьким тиражом.

– Здорово, – улыбнулся Ардан, любуясь оживлённым лицом жены.

– Но самое главное, Арди! – Тесс отставила бокал и подалась вперёд, а Ардан едва не утонул в её засиявших глазах. – Я договорилась с Лонцией. Это здешняя джазовая дива, у неё голос просто невероятный. Мы с ней запишем совместную вещь! На «Сломанной скрипке». Это самая известная студия в Лазурном, ну и… получается, в целом самое знаковое место для джаза. Половина всех самых громких имён так или иначе связаны с ним.

– Здорово! – Ардан накрыл её ладонь своей. – Я очень за тебя рад, Тесс. Правда.

Он слушал её, кивал, вставлял короткие ремарки и просто любовался женой, искренне радуясь тому, как ей здесь хорошо. Тому, как она расцвела за эту неделю и сколько в ней сейчас плескалось жизни и света.

В какой-то момент колокольчик над дверью ресторана в очередной раз тоненько звякнул, и внутрь вошла новая пара.

Ардан скользнул по вошедшим рассеянным взглядом и тут же узнал одного из них. Профессор Конвелл собственной персоной! Немного непривычно выглядящий в светлом летнем костюме и с тростью под мышкой. Под руку с ним шла молодая женщина, очевидно, его супруга. Она была удивительно хороша собой – высокая, статная, с тёмными вьющимися волосами, уложенными по последней моде, и тонкими, изящными чертами лица.

На вид ей было не больше тридцати, то есть лет на двадцать меньше, чем самому профессору.

Конвелл обвёл зал взглядом, заметил Арда, и его лицо тут же осветилось искренней радостью.

– Студент Эгобар! – воскликнул он, направляясь к их столику. – Вот так встреча! И вы, стало быть, выбрали Лазурный берег для отдыха? Какое совпадение!

– Профессор Конвелл, – Ардан поднялся и пожал протянутую руку. – Рад вас видеть. Позвольте представить мою супругу, Тесс.

– Очень приятно, – Конвелл галантно склонил голову. – А это моя жена, Виолетта.

Женщины обменялись приветствиями, и буквально через минуту Тесс и Виолетта, обнаружив друг в друге родственные души, уже увлечённо обсуждали что-то своё. Разговор у них зашёл сперва о музыке, потом о здешних магазинах и нарядах. Обе, спустя пару коротких реплик, уже щебетали так оживлённо, будто были давным-давно знакомы.

Арди всегда удивлялся данной особенности людского племени – так быстро находить с кем-то общий язык.

Конвелл же опустился на свободный стул рядом с Ардом и сразу перешёл к тому, что, видимо, занимало его несколько больше курортных красот.

– Отличный экзамен, Ард, – Конвелл жестом попросил официанта и заказал бутылку слабого вина. – Немного топорный в некоторых моментах, но, учитывая, что это задачка для четвёртого, а не второго курса – всё ещё отличный.

– Благодарю, профессор, – Арди чуть склонил голову.

– Однако, – Конвелл поднял палец, впуская в голос знакомые менторские интонации, – хвалить вас без меры я не стану. Иначе какой из меня профессор, правда? Были в вашей работе и слабые места. Причём довольно существенные. Во-первых, вы совершенно не проверили надёжность автономной проверки системы своих печатей. Положились на то, что всё сработает с первого раза, а это в нашем деле непозволительная роскошь. Что, вообще-то, весьма странно наблюдать от автора «Туманного Помощника». Но это так… просто чтобы вы нос не задирали.

Ардан внимательно слушал, мысленно отмечая каждое слово.

– Во-вторых, – продолжал профессор, – вы не разработали вспомогательных элементов подключения к Лей-генераторам на случай, если основная цепь питания вдруг прервётся. А она, поверьте моему опыту, прерывается в самый неподходящий момент. Причём постоянно. Хороший инженер всегда проектирует запасной путь. И ещё несколько мелочей по самой структуре печатей, но это уже частности. О них побеседуем уже при встрече в Большом.

– Я понял, профессор, – серьёзно кивнул Арди. – Спасибо. Я учту.

– Вот за это вас и ценю, Эгобар, – Конвелл удовлетворённо хмыкнул. – Не только за светлую голову, но и за то, что вы так легко относитесь к критике. Знаете, как, порой, сложно с кем-то побеседовать о ремесле на кафедре без того, чтобы задеть чьё-то распухшее эго? Нет, всегда, конечно, можно сделать визит на Рынок Заклинаний, но… – профессор скорбно вздохнул и плеснул себе в бокал из принесённой бутылки. – Старик Крайт не то чтобы всегда готов с кем-то поделиться своими знаниями. На моей памяти он вообще редко снисходит до общения с простыми смертными. Это надо… не знаю… быть вторым Аверским, да примут того Вечные Ангелы. Только от мира инженерного дела, а не военного, чтобы Гранд Магистр Крайт вообще решил с вами хотя бы поздороваться… А скажите-ка, что вы намерены делать в следующем году? Есть какие-то планы?

– Думал взять у Гильдии магов несколько заказов, – ответил Ардан. – На разработку печатей по их техническим заданиям.

Конвелл поморщился и махнул рукой.

– Бросьте, Ард. Это монотонная, скучная работа. Не более, чем разработка модификаций по чужим лекалам. Тоска смертная, поверьте. Да к тому же Гильдия редко нанимает кого-то младше пятого курса Большого, так что вряд ли у вас, несмотря на ваши компетенции, выйдет пробиться сквозь твердолобых чиновников. – профессор отпил ещё немного вина и тут же оживился, будто его осенила новая мысль. – А вот послушайте-ка, что я вам скажу. Вы ведь успели поработать в бюро профессора ан Маниш, верно?

«– Не шевелись, Говорящий, или эти двое отправятся к своему лже-богу.»

– … стало быть, опыт конторской работы у вас уже в наличии. Так отчего бы вам в этом году не потрудиться какое-то время в моей фирме? Дело я вам, обещаю, найду интересное. Во всяком случае, точно интересней, чем сидеть в качестве живого станка и строчить модификации. Ну и, может, научились бы чему-то полезному.

Арди едва поймал сам себя за язык, чтобы тут же не выпалить «конечно, профессор!». Просто потому, что пока неизвестно, что будет с его расписанием после возвращения в столицу.

– Я подумаю, профессор, – Арди не стал отвечать сразу. – Спасибо за предложение, оно и правда заманчивое.

– Подумайте, подумайте, – кивнул Конвелл и тут же сменил тему. – Ну а здесь-то вы как? Всё уже посмотрели? Ну и самое главное – вы уже побывали на развалинах башни? Той самой, которая, ещё со времён Эктасса, осталась от мага-эльфа Эан’Хане. Кажется, в прошлом году все газеты пестрили заголовками об археологическом открытии.

Они действительно пестрили. Собственно, об этом Ардан узнал тогда от Тесс, которая сильно переживала, что Арду будет скучно на Лазурном берегу. Так что она сама и упомянула про раскопки и возможность посетить башню.

– Ещё не были, – ответил Ардан. – Но как раз запланировали на завтра.

Глава 154

Узкие улочки Лазурного Города петляли между домами таким причудливым образом, что порой Ардан мог бы коснуться вытянутыми руками стен сразу по обе стороны. Мостовые подмигивали гладким, отполированным за столетия камнем, истертым подошвами бесчисленных поколений, а над головой, между балконами противоположных домов, тянулись веревки с сохнущим бельем. Порой оно лениво колыхалось под легким утренним ветром, словно разноцветные флаги на мачтах в бухте.

Из распахнутых окон доносились запахи свежей выпечки и крепкого, обжигающего кофе. Где-то наверху перекрикивались соседки, обсуждая утренние новости, а из-под ног то и дело прыскали в стороны разморенные жарой кошки, искавшие спасительную тень под ступеньками и в подворотнях.

Арди с Тесс неспешно прогуливались по местным улочкам, наслаждаясь утренней прохладой, пока солнце еще не вошло в полную силу и не превратило город в раскаленную жаровню.

– … и все-таки нам придется заняться кухней, когда вернемся домой, – скорбно вздыхала Тесс, придерживая мужа под локоть и время от времени заглядывая в витрины лавок. – Ту рухлядь, которая нам досталась от прежних жильцов, давным-давно уже заждались на свалке. Я знаю, что ты не очень любишь подобные мероприятия, но! Я видела в одном каталоге вполне приличный гарнитур. Из светлого дерева. С такими аккуратными дверцами и блестящими латунными ручками. Очень симпатичный

– Хорошо, Тесс, – кивнул Ардан, обходя дремлющую посреди дороги собаку. – Только давай выберем что-нибудь… долговечное, ладно?

Они переглянулись и оба чуть покраснели, вспоминая, как однажды Арду пришлось чинить столешницу, а Тесс мыть пол из-за просыпавшейся муки.

– Практичное и красивое друг другу не противоречит, – Тесс назидательно подняла палец, и в глазах ее заплясали лукавые искорки. – И еще нам обязательно нужен новый ледник. Причем больше и вместительного предыдущего. А то наш старый еле-еле морозит. В нем молоко на следующий же день скисает, а масло прямо на полке с Вечными Ангелами знакомится. Мне этот запах скоро уже снится начнет.

– Согласен, ледник и правда нужен, – не стал спорить Арди.

– И плиту бы неплохо поменять, – продолжала мечтательно перечислять Тесс. – Чтобы конфорки зажигались без всяких капризов. А то на нашей пока кашу сваришь, либо состаришься и поседеешь, либо выучишь ругательства на половине языков мира. И еще у нас все время прирастает посуды, так что нужно какой-то шкафчик повесить или витрину.

– Тесс, – Ардан мягко улыбнулся и покачал головой, – если мы купим все, что ты сейчас перечисляешь, то нам придется либо выкинуть из спальни кровать, либо подыскивать квартиру попросторнее. У нас ведь кухня размером с твою гримерку, и то я преувеличиваю.

– Ну Арди! – Тесс шутливо ткнула его кулачком в бок. – Я же не предлагаю покупать все сразу, в один день. Сперва ледник и плиту, это самое нужное, а шкафчик уже потом, когда немного накопим. Ну или можем квартиру попросторнее!

Арди едва было не споткнулся, но тут же заметил озорной огонек в глазах жену.

– А давай сразу в Предместья, Тесс? – подхватил он шутку, которую не сразу понял.

– Ну зачем же Предместья, Арди, когда в Новом Городе продаются целые этажи в небоскребах, – покачала головой Тесс. – Ну или можем потребовать у Его Императорского Величества пару спален во Дворце. В любом случае – привыкай к мыслям о тратах, дорогой муж.

Тесс едва сдерживалась, чтобы не засмеяться и на растерять облик, скопированный у тех спутниц чванливых кавалеров, от которой, порой, в городе было не протолкнуться.

– К мыслям о тратах, живя с тобой, я привык уже давно, – поддел ее Арди и тут же получил еще один шутливый тычок.

– Между прочим, – Тесс гордо вздернула подбородок. – половину этих трат я зарабатываю сама. Так что имею полное право мечтать о красивом шкафчике.

– Имеешь, имеешь, – согласился Ардан, поднимая руки, признавая свою полную капитуляцию.

Они остановились, переглянулись и хором засмеялись. Так громко и заливисто, что шмыгавшие мимо кошки разбежались в стороны, попутно явно недовольно шипя на потревоживших их покой господ

– Тесс, ты написала своей матушке в Шамтур? – спросил Арди, переведя дыхание. – Ты, вроде, собиралась

– Написала, недавно, – кивнула Тесс. – Целых три страницы. Рассказала ей про полет, про море, про пальмы. И еще про то, какой у нее чудесный зять.

– Вот это последнее можно было и опустить, – вздохнул Арди.

– Ни за что, – Тесс упрямо качнула головой. – Да, я понимаю, что она… не то, что недолюбливает конкретно тебя, Арди, просто… полагаю, ее раздражает твое удостоверение. Ну и фамилия… Она бы, наверное, спокойно перенесла что-то одно из двух, но все вкупе. Впрочем, это ее проблемы. Ты не подумай, я ее люблю, но это мне проживать свою жизнь, а не ей. Пусть свыкается с мыслью, что мы проведем две недели в отцовском доме на свадьбе сестры.

Ардан мысленно покачал головой. Точно… свадьба младшей сестры Тесс… в Шамтуре… прелестно.

Так, неспешно болтая о всяких милых домашних пустяках, они вышли на небольшую площадь перед старинной церковью с приземистой колокольней, потемневшей от времени. Посреди площади журчал каменный фонтан в виде раковины, вокруг которого важно расхаживали и ворковали голуби, а у обочины уже стоял экскурсионный автобус без крыши. Открытая повозка с несколькими рядами деревянных скамеек и весьма упитанным дизельным двигателем, спрятанным под капотом.

В автобусе уже расселось с десяток пассажиров. Ардан с Тесс, поднявшись по ступенькам, тут же заметили среди них несколько знакомых лиц с дирижабля. Тот самый грузный господин с двойным подбородком расположился на передней скамье вместе со своей миловидной брюнеткой, а изящная блондинка с теми самыми серьгами обмахивалась веером где-то в середине салона, скучающе разглядывая церковь.

– Только бы у меня снова не вздумали попросить спеть, – шепнула Тесс мужу. – А то я уже начинаю чувствовать себя бродячей артисткой. Может начать выступать по углам? Ну, знаешь, Арди, чтобы на шкафчик накопить…

Тесс чуть поиграла бровями, едва не вызывая у Арда очередной приступ смеха.

– А ты сделай вид, что не понимаешь, о чем речь, – посоветовал Арди вполголоса. – Скажи, что ты вовсе не Тесс Эгобар, а ее сестра-двойняшка, которая совсем не умеет петь.

– Двойняшка? – заговорщицким тоном переспросила Тесс. – И как же зовут мою бедную сестру?

– Несс, – не моргнув глазом ответил Ардан. – Несс Эгобар. Глухая на одно ухо и совершенно лишенная слуха.

– Арди, – Тесс ущипнула его за бок. – У меня для тебя очень плохие новости – ты категорически не умеешь выбирать псевдонимы.

У входа в автобус их встретил экскурсовод – молодой человек, немногим младше самого Арда, в опрятной форменной куртке и с потертой кожаной папкой под мышкой. Он принял у них плату за билеты, выдал две картонные карточки с оттиснутым номером маршрута, а потом взгляд его случайно упал на посох, который держал в руках Ард.

– Прошу прощения, – молодой человек чуть нахмурился и внимательно оглядел Арда. – Вы маг? А где в таком случае ваши регалии? Закон строго обязывает каждого мага носить плащ со звездами, дабы окружающие знали, с кем имеют дело.

Ардан, не желая привлекать к себе лишнее внимание остальных пассажиров, шагнул чуть ближе. Прикрывая жест собственным корпусом, он спокойно извлек из внутреннего кармана свое удостоверение Черного Дома и раскрыл его прямо перед лицом экскурсовода.

Молодой человек побледнел.

Потом залился краской до самых корней волос. Потом снова побледнел, а его кадык судорожно дернулся. Он торопливо, едва ли не трясущимися руками, вернул Арду карточки и суетливым жестом пригласил в сторону скамеек.

– Да-да, разумеется, прошу прощения, господа, я ведь не хотел ничего такого, я просто по долгу службы… – забормотал он скороговоркой. – Проходите, пожалуйста, занимайте любые свободные места. Сейчас мы как раз отправляемся.

– Все в порядке, – успокоил его Арди, убирая документ обратно в карман. – Вы поступили совершенно правильно. Не извиняйтесь.

– Б-благодарю, господин дознаватель, – через силу выдавил молодой человек и торопливо отвел взгляд.

Арди невозмутимо взял Тесс под руку и прошел к свободной скамье в самой задней части автобуса, подальше от знакомых лиц.

– Он теперь полдороги будет на тебя оглядываться, – тихо заметила Тесс.

– Пускай, – пожал плечами Ардан. – Зато петь тебя точно не попросит. Побоится связываться с супругой дознавателя.

– Вот видишь, – Тесс лукаво прищурилась. – как сильно ошибается моя матушка. Порой и от твоей службы бывает польза для нашего семейного счастья.

Когда все пассажиры наконец расселись по местам, экскурсовод занял свое место впереди, у небольшого начищенного медного рупора, и автобус, тихо загудев двигателем, плавно тронулся с площади.

– Дамы и господа, добро пожаловать на нашу обзорную экскурсию к развалинам башни великого мага Эане’Хане! – бодро, уже вполне оправившись от недавнего смущения, начал молодой человек. – Но прежде чем мы доберемся до главной цели нашего путешествия, позвольте мне немного рассказать вам о самом Лазурном Городе. С гордостью могу отметить, что история его весьма и весьма любопытна. Мало кто из приезжих знает, но наш прекрасный, утопающий в цветах город был основан вовсе не торговцами или рыбаками. Лазурный Город построили самые настоящие пираты. Морские разбойники.

По салону прокатился заинтересованный, чуть взволнованный шепоток. Блондинка с серьгами даже перестала обмахиваться веером.

– А это правда, молодой человек, – обернулся к нему грузный господин. – что здешние пираты держали в страхе все южное побережье?

– Чистая правда, господин, – с азартом подтвердил экскурсовод. – Дело все в том, что наше Лазурное Море лежит в самой глубине материка и не сообщается с открытыми водами океана. В большой торговле оно тогда почти не использовалось, как, признаться, почти не используется и в наши дни. Зато для морских разбойников эти укромные, изрезанные бухтами берега оказались настоящим подарком судьбы. Здесь, в защищенных от чужого глаза заливах, они устроили свои базы и тайные склады награбленного. А пользуясь Солеными реками, что соединяют наше море с большой водой, они выходили к открытому побережью и грабили все, до чего могли дотянуться. Южное побережье вплоть до самых дальних Островов, северное вплоть до берегов сурового Тазидахиана.

– И никто не мог с ними сладить? – недоверчиво подняла бровь блондинка.

– Долгое время действительно никто, госпожа, – немного стушевавшись, подтвердил экскурсовод. – Здешние воды коварны, полны мелей и скрытых течений, а пираты знали их как свои пять пальцев. Лишь когда Империя окрепла и обзавелась настоящим военным флотом, с пиратством удалось покончить. Да и то, признаться, не силой, а хитростью. И эксами. Самых опытных и искусных разбойников не стали вздергивать на реях, а попросту переманили на службу, посулив им жалованье и чины. Кого определили инструктором, обучать юнг морскому делу, а кого, представьте себе, и вовсе произвели в офицеры имперского флота.

– Ловко, – одобрительно крякнул грузный господин. – По-деловому.

– А не осталось ли тут потомков тех пиратов? – оживившись, полюбопытствовала брюнетка.

– Остались конечно, госпожа, – улыбнулся экскурсовод. – Половина старых семей Лазурного Города ведет свой род от тех самых пиратов. Многие этим даже гордятся. Развешивают у себя в гостиных старинные сабли и портреты лихих морских волков. У нас тут это считается почетным. В какой-то степени… Именно поэтому в нашем городе по сей день сохранился совершенно особый дух. Этакая романтика морской вольницы. Ну и легкое любование удалью и дерзостью минувших дней. Отсюда же, к слову, у нас и зародился джаз. Музыка вольная, страстная и ни на что не похожая. Музыка свободных людей.

Тесс при упоминании джаза заметно оживилась и наклонилась к уху мужа.

– Слышал, Арди? – зашептала она. – По версии местных джаз придумали потомки пиратов. А не полукровки Перовродных. Забавно, конечно. Интересно, а если поехать куда-нибудь на Тайское приграничье, там начнут рассказывать, что джаз придумали рыбаки?

– Тебе виднее, – улыбнулся Ардан. – Ты в этом понимаешь куда больше моего.

– Хотя, если задуматься, – задумчиво продолжала Тесс. – Когда я исполняю «Кошку», у меня внутри будто что-то срывается с цепи. Может, во мне тоже течет капля пиратской крови?

– С тебя бы сталось, – поддел ее Арди. – Хотя, подозреваю, что тебя просто бесит, когда тебя в очередной раз просят одну и ту же песню.

– На абордаж! – Тесс тихонько фыркнула от смеха. – А что. Звучит. Мне нравится. Тесс Эгобар, гроза концертных залов. Можно даже на афише так написать.

– Только без сабли, – насколько мог серьезно предупредил Ардан. – А то публику распугаешь.

Они снова рассмеялись.

Постепенно автобус выбрался из тесных, петляющих городских улиц на открытый простор. За бортом потянулись живописные холмы и долины, какие Арди прежде видел разве что на картинках в учебнике географии. Дорога змейкой вилась между пологими склонами, сплошь поросшими серебристыми оливковыми рощами и ровными, уходящими вдаль рядами виноградников.

Лозы тянулись стройными зелеными шеренгами до самого горизонта, перемежаясь с делянками, где зрели под жарким солнцем какие-то незнакомые юноше южные культуры. Кое-где темнели остроконечные кипарисы, похожие на застывшие зеленые свечи, воткнутые в землю невидимой исполинской рукой. В низинах и лощинах белели редкие фермерские домики под выцветшей красной черепицей, окруженные садами и хозяйственными постройками.

Воздух здесь, вдали от города, ощущался заметно свежее. Он пах нагретой солнцем травой, полевыми цветами, пыльной дорогой и далеким, едва уловимым дыханием моря. Солнце поднималось все выше, заливая холмы и долины густым золотистым светом.

– Знаешь, – тихо сказала Тесс, глядя на проплывающие мимо холмы, – а мне здесь действительно нравится. Я ведь почти не верила, что мы выберемся. Все казалось, что-нибудь да помешает. То концерты, то еще что-нибудь…

– Но вот мы здесь, – мягко произнес Арди.

– Вот мы здесь, – эхом повторила Тесс и улыбнулась. – И я хочу запомнить каждый день. Чтобы потом, зимой, когда в столице будет промозгло и серо, закрыть глаза и вспоминать это солнце. И эти холмы. И как мы с тобой едем в этом смешном автобусе без крыши.

– И особенно наших спутников, – хмыкнул Ардан, разглядывая чванливого господина и дам с Бальеро. —

Тесс улыбнулась.

– А помнишь, каким ты был, когда мы только познакомились? – Она повернулась к нему, и в ее глазах мелькнула игривая искорка. – Хмурый, молчаливый, на любой вопрос отвечал в три слова. Я тогда думала, ну до чего же дикий этот матабар.

– А я думал, ну до чего же шумная эта певица, – в тон ей ответил Арди.

– Шумная⁈ – притворно возмутилась Тесс. – Ну знаешь!

– Шумная и невозможная, – кивнул Ардан с самым серьезным видом. – невозможно красивая и невозможно замечательная.

Тесс на мгновение замерла, а потом легонько прижалась к его плечу и помолчала, тихо улыбаясь своим мыслям. А потом, чуть понизив голос, спросила:

– Арди, скажи мне честно. Ты рад тому, что башня Эан’Хане находится в резервации Первородных?

Арди не ответил сразу. Он молча смотрел за борт на проплывающие мимо виноградники и оливковые рощи.

– Не знаю, Тесс, – наконец тихо проговорил он. – Сложный вопрос.

– Сложный? – она внимательно посмотрела на мужа. – Почему сложный?

– Поговорим об этом позже, хорошо? – Арди мягко сжал ее руку. – Не здесь.

Тесс легонько сжала его руку.

* * *

Минут через сорок неспешной езды впереди, среди зелени холмов, показались первые дома.

С виду они почти ничем не отличались от привычных построек Лазурного Города. Те же теплые, охристые и терракотовые стены, та же красная черепица на крышах, те же увитые цветущими лозами кованые балконы. И если бы не широкая каменная арка, перекинутая над дорогой при самом въезде в городок, ни один приезжий ни за что бы не догадался, что здесь проходит какая-то особая граница.

На арке же красовалась надпись, выведенная сразу на двух языках. На привычном всем Галесском и на текучем, угловатом, похожем на переплетение ветвей курсиве. Надпись гласила: «Резервация Лазурной Губернии».

– Арди, – Тесс кивнула на арку. – А чей это язык снизу?

– Это письмо Западных Эльфов, – пояснил Ардан, разглядывая знакомые с детства угловатые символы. – Но, кажется, оно с ошибкой…

– Красиво, – Тесс залюбовалась переплетением тонких линий. – Будто ветви сплетаются друг с другом. А ты умеешь так же писать?

– Немного, – уклончиво ответил Арди.

– У тебя сегодня какой-то лимит на словарный запас? – с напускной укоризной протянула Тесс. – Или ты просто копишь энергию, чтобы потом разразиться длинной тирадой на тему того, как вся Лей-инженерия на раскопках и в гостинице не прошла бы ни одной проверки.

– Ты сама меня несколько часов пытала, почему мне не очень нравятся дирижабли, – напомнил Ардан, и автобус, тихо загудев двигателем, проехал под старинной аркой, оставляя позади привычный мир.

Они миновали въезд и покатили дальше по самым обыкновенным, ничем не примечательным улицам. Навстречу им изредка попадались дребезжащие, дергающиеся на ходу трамвайчики и старенькие, чихающие моторами автомобили, перемежавшиеся с неторопливыми гужевыми повозками и флегматичными ломовыми лошадьми. Все было точь-в-точь как в любом другом сонном провинциальном городке необъятной Империи.

Вот только жители здесь отличались.

Куда ни падал взгляд Арда, повсюду, на каждом углу, он замечал Первородных. По тротуарам деловито, вразвалку шагали массивные, плечистые орки с зеленоватой, иногда коричневой, а в самых редких случаях почти черной кожей. У лавок и под навесами кафе негромко переговаривались остроухие, гибкие эльфы. Семенили по своим делам коротконогие, окладисто-бородатые дворфы. Пару раз Арди заметил в толпе юрких, ушастых гоблинов, шнырявших туда-сюда, а у дверей одной из мастерских, к своему немалому удивлению, разглядел могучего, неохватного в плечах огра. Точь-в-точь соплеменника лейтенанта Боада, детали биографии которого Арди так и не смог выведать у Аркара.

И все они, все до единого, были одеты совершенно так же, как и жители самого Лазурного Города. В легкие летние рубашки, ситцевые платья, соломенные шляпы и парусиновые туфли.

– Знаешь, Арди, – Тесс с улыбкой и нескрываемым любопытством оглядывалась по сторонам. – у меня сейчас такое ощущение, будто мы с тобой перенеслись обратно в Метрополию и теперь катим по улицам Нового Города.

– Есть немного, – согласился Ардан.

– Только тут как-то свободнее, что ли, – задумчиво добавила Тесс. – В Новом Городе Первородные все больше жмутся по углам, будто чужие. А здесь они как дома.

– В целом, Тесс, они и есть тут дома, – тихо отозвался Арди, и про себя добавил то, чего говорить вслух не стал, дабы не омрачать жене настроение.

В Новом Городе Первородных и правда было много, тут Тесс не ошибалась. Но селились они там вовсе не потому, что им так уж хотелось жить среди башен из искусственного камня, металла и стекла. Все объяснялось куда более прозаичным мотивом. Новый Город просто-напросто оказался лучше приспособлен для их нужд, чем тесный и старый Старый Город с его узенькими тротуарами, низкими дверными проемами и крошечными комнатушками, в которых рослому орку, не то что огру, порой было не развернуться.

Не говоря уже о том, что некоторые подземные коммуникации, от веса все тех же огров или гигантов, могли и вовсе прийти в негодность. Причем куда раньше отмеренного им срока.