Текст книги "Коста I (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

– Ой, извини, ты, наверное, не очень понял, что я спрашиваю… – стушевалась его аристократическая светлость. – Я знаю, что не все рождаются с пробужденным Духом. Это, в целом, редкость. И обычно такие Духи все ранга Среднего и выше. Правда еще, вроде, не было такого, чтобы кто-то родился с Великим Духом… Ха! Если бы такое произошло, то, глядишь, Темные Спиритуалисты не опустили бы под воду десятую часть суши… Чон, не начинай!

– Я ничего и не начинаю, – тут же пожал плечами паргалец.

Прежде чем Проныра успел удивиться и задуматься о сути происходящего, в разговор уже вклинился Зак и шепнул на ухо. Слишком громко шепнул.

– Просто Чон придерживается точки зрения, что Темные Спиритуалисты не заслуживают гонений.

– Слушай, не передергивай, – скорчил мину Чон Чин Гук. – Все знают, что Темные Духи сводят с ума своих владельцев и превращают их в маньяков.

– Но-о-о… – хором протянули барон с Шонси, видимо, заранее зная, на какую стезю съедет разговор.

– Но несколько веков назад, почти сразу после Мерцания, у нас был самый большой шанс спасти человечество, и Темные им воспользовались, – не стал увиливать или выбирать аккуратные слова паргалец. – Да, возможно, они сделали это в своей извращенной, маньяческой манере, в которой действовали под влиянием Темных Духов, но они попытались…

– Никто не знает, что они там пытались, – перебил его барон Замской. – Может, спасти наш мир, а может – добить. Спекулировать, друг мой, можно сколько угодно. Но факт остается фактом: каждый. И я подчеркиваю – каждый Темный Спиритуалист рано или поздно превращается в кровавого монстра. Разум человека попросту неспособен противостоять влиянию Темных Духов. Это доказанный, тысячу раз проверенный факт. И чем старше Темный Спиритуалист, тем он, в целом, меньше похож на человека.

Чон поднял ладони в сдающемся жесте.

– Я и не спорю. Просто мне немного неприятно, что мы обсуждаем убийство детей, барон.

– А кому приятно? Но если ты помнишь историю, в Спарте покалеченных детей вообще со скалы сбрасывали. А тут не покалеченное дитя, а монстр. Который убьет всех, с кем окажется рядом. Сколько поселков и даже Городов Четвертного ранга было уничтожено только потому, что кто-то пытался сберечь Темного? Сотни тысяч жизней. Закон на то и Закон, Чон. На пустом месте бы не возник.

Ребята ненадолго замолчали, а Проныра шел рядом и молчал. Он знал. Давно знал, что ему на роду написано превратиться в ненасытное до крови чудище. И потому старался избегать всего, что касалось насилия. Настолько, насколько это было возможно, учитывая место, где он вырос. Так что хотя бы старался не допускать убийст… отрицательного выживания своих недругов. Даже сам термин, само слово, обозначавшее окончание жизни, стало для него табуированным.

Может быть, тогда, может, в таком случае он сможет еще немного побродить по миру в своем собственном сознании, а не в том, что из него пытается слепить спящая где-то внутри тварь.

– Так что, Алекс, мне просто непонятно, почему за шесть лет тебе не дали Поглотить Камень Дикого Духа, – вернулся к изначальной теме барон Замской. – У нас, в Старом Мире, всем, кто родился без своего собственного духа, дают в безопасной обстановке Поглотить Крохотного Дикого Духа. Это совсем несложно, а самих таких духов в достатке, и…

– И все-то ты знаешь, барон, – вновь вклинился Шонси, закинувший за спину свою кожаную сумку. – Это у нас их в достатке. Потому что от Оплота до Северной Стены Земель Духов всего несколько дней верхом. Да и сам Старый Мир и Паргал несоизмеримо больше Республиканского Континента. Так что, может, у них там совсем все иначе обстоит. Или просто не хотят забивать Духовное пространство своих Спиритуалистов всякой мелочью. Правильно я говорю, Алекс?

«Да чтоб я знал, воронье гнездо ты непричесанное! Я вот, к примеру, могу объяснить, как выкрасть сосиску из лавки мясника так, чтобы не заметил никто, а ты мне про Духовное пространство», – мысленно воскликнул Коста, а ответил простое:

– Наверное. Простить. Плохо понимать. Много всяких слов слышать сегодня. Думать надо. Сильно. Долго.

И желательно – как можно дальше от Оплота. Думать над тем, как получше дополнить все с ним произошедшее, чтобы в рассказе звучало посмешнее. Но хотя бы из разговора с новыми знакомыми он понял, какой стратегии придерживаться в подобных вопросах.

Да, не накормили его в детстве Республиканские жадины Крохотным Духом. Вот и ходил он сиротой. Своего заклинания нет. Духа отродясь не видал. И, самое главное, денег тоже нет. А они нужны. Чтобы за оставшиеся тринадцать дней сделать отсюда ноги! Потому что, Святые Небеса ему свидетели, Проныра буквально чувствовал, как под пятками горела земля.

Чем дольше времени он находится в Оплоте, тем выше его шансы проститься не только с братьями и сестрами, но и с собственной головой.

Под эти нерадужные мысли и разговоры ни о чем они дошли до Малого Полигона. Проныра понятия не имел, чем тот отличался от Большого Полигона, но внешне здание выглядело громадным… бубликом. С дыркой посередине. Каменные стены поднимались на несколько метров вверх, и стоило подойти к ним поближе, как Коста ощутил урчание где-то внутри сознания. Видимо, постройку окружали не только видимые стены (как, собственно, и видневшаяся с этого холма Городская Стена), но и спиритические тоже.

Пройдя внутрь и свернув по коридору в мужскую раздевалку, где немного удушливо пахло своим и чужим потом, Спиритуалисты… вновь начали переодеваться. Благо Проныра взял с собой все те же вещи, что и его новые знакомые, так что не попал впросак.

Ему опять пришлось оголять, благо не до полной наготы, свое тело. И вновь, как и утром, под потолком послышались шепотки коротких переговоров.

– Я слышал, что Республиканцам непросто живется, но настолько…

– Может, это он в пути так уработался?

– Да какая разница.

Напялив на себя серые свободные штаны, красный пояс и рубаху бежевого оттенка, Коста начал догадываться, почему принцесса вчера встретила первогодок и переведенных студентов в таком странном виде. Возможно, возвращалась с полигона.

Когда они вместе со своими бессменными сумками вышли из неприметной двери на поле, то Проныра убедился в правдивости своего предположения. Девушки, как одна, выглядели так же, как и принцесса недавно. Разве что у них на запястьях не обнаружились красные бусы.

На невысокой, явно постриженной траве, около металлической панели (торчащей прямо из-под земли) стоял человек, которого Проныра по незнанию даже и не заметил бы. Ростом чуть выше метра шестидесяти, с фигурой субтильнее, чем у некоторых девушек, он выглядел небольшим и невзрачным. В своем светлом сюртуке, брюках со стрелочкой, в забавном котелке и с тростью в руках. Пышные уши шуршали на манер мышиных, а в глазах плясали веселые искры.

Проныра скорее счел бы данного человека зазывалой на фестиваль или ярмарку, нежели Рыцарем.

– Как ваш первый день, господа учащиеся шестого года? – спросил он.

И Спиритуалисты, в большинстве своем, облегченно выдохнули.

– Ужасно, профессор Падани!

– Кошмарно – у нас, оказывается, будет вести леди Тона.

– Я думала, что умру.

– Почему у нас не наставник Наримов? Он куда мягче!

Видимо, с профессором-сэром, в отличие от леди Тоны, юноши и девушки были знакомы куда дольше и отношениями располагали куда лучшими. Что же, наверное, даже сама внешность невысокого, сухонького старичка располагала к себе. Даже Проныра ненадолго дал слабину в своей настороженности по отношению к незнакомцам.

Без данной черты в Гардене ты останешься либо без денег, либо без собственной головы. И почему его все время клонило в сторону сравнения с декапитацией? Впрочем – очевидно почему. Вон, даже слово умное вспомнил.

– Ну-ну, будет вам, – улыбаясь, замахал ладонью профессор Падани. – Благо вы добрались до моих скромных угодий, где мы проведем ваше первое занятие не по Частичному, а по Полному Призыву. Кто скажет мне, в чем заключается разница?

В воздух взмыло едва ли не полтора десятка рук. Коста сперва не понял, в чем смысл происходящего, а затем догадался. Видимо, отвечать требовалось не в принудительном порядке, а в добровольном. Спящее Небо, тут еще и кто-то вызывался добровольно… что за странное место.

– Будьте добры, госпожа Анари, – выбрал жертву профессор.

Вперед по траве скользнула девушка с такими же кожей и разрезом глаз, как и у Чон Чин Гука.

– Частичный Призыв позволяет Спиритуалисту использовать меньше энергии Спира, чтобы призвать в реальность своего Духа. Но подобный подход ограничен количеством времени или же арсеналом атак и заклинаний, на который будет способен Дух. Полный же Призыв поглощает куда больше Спира, но при этом арсенал Духа, как и его форма, ничем не ограничен.

– Замечательно! – положив трость на сгиб локтя, зааплодировал профессор. – Так, а кто мне скажет основные способы защиты против Призыва? Пожалуйста, вы, господин Шонси.

Приглаживая безнадежно всклоченные волосы, вперед вышел Зак.

– Собственный Призыв либо же, если есть в наличии, поглощенное защитное заклинание Духа. Также некоторые элементы воплощения, а именно – Аура, способны противодействовать равноценной по силе атаке Духа.

– Отлично! – снова похвалил профессор.

Сказать, что Проныра не понимал ничего из озвученного – немного слукавить. Слова-то он разбирал. Вот только смысла за звуками не обнаруживал. Его даже, чести ради, начало немного подмывать любопытство, но… Но! Какой смысл утруждаться, если его срок здесь ограничен уже даже менее чем двумя неделями.

Ему следовало сосредоточиться на своем побеге и дальнейшем путешествии до Флоклида, а не на нюансах жизни и работы Спиритуалистов.

– Пожалуй, давайте по нашей доброй традиции начнем с практической работы.

По рядам учащихся прошлась волна. Но не наполненная ропотом или сомнениями, как в случае с наставницей Тоной, а наоборот – буквально звенящая предвкушением и стремлением поскорее начать. Видимо, Косту не обманули, когда сказали, что Призыв – самая любимая обществом стезя Спиритуализма.

– Рад видеть вашу оживленность, дорогие друзья, – растягивая и без того широкие усы, заулыбался профессор Падани, – но позвольте мне самому выбрать первую пару для демонстрации, а затем уже мы перейдем непосредственно к занятию. И в качестве первого участника позвольте мне посмотреть на достижения наших Республиканских коллег.

Ну да… ну конечно. Зря, все же, Проныра начал испытывать некоторую толику доверия к этому извергу! А что, из почти четырех десятков организмов надо выбрать именно его?

– Профессор, это… – начал было явно взволнованный Зак, но профессор оборвал его.

– Дорогая леди Тона предупредила меня об уникальном случае нашего дорогого нового знакомого, но не переживайте за вашего приятеля. С ним все будет в порядке. Прошу, господин Д. Выходите. Не бойтесь.

Коста вздохнул. Ну, возможно, ему не придется продумывать свой план. Все закончится прямо здесь и сейчас. Прощайте, братья. Не рыдайте, сестры. Не жди его Республиканский континент и его меднокожие, широкобедрые красавицы.

Коста вышел вперед и мысленно пожал плечами. Да какая уже разница.

– Ваше Высочество, если будете так любезны, – с прежней улыбкой позвал профессор Падани.

Вперед из толпы вышла гир’Окри. В том же наряде и с теми же бусами, что и вчера. Достаточно красива, чтобы заставить некоторых малодушных парней отвести взгляд. И достаточно опасна, чтобы Коста уже смирился со своей участью. Оставалось надеяться, что смертоубийства в Оплоте не допускали.

– Ваше Высочество, за вами первый ход, – профессор протянул руку в приглашающем жесте и сделал несколько шагов назад.

Принцесса посмотрела на Косту и чуть прищурилась:

– Я вижу, что ты врешь, Республиканец, – произнесла она едва слышно, так, чтобы разобрал только Коста. – У тебя есть врожденный Дух. Я это точно знаю.

Коста едва удержался, чтобы не обратиться к тем символам, которые всегда ждали его в недрах сознания. Нет, что бы там ни думала сбрендившая принцесса, он должен был придерживаться своей линии.

– Да что вам от меня надо, принцесса? – прорычал Проныра. – Я что, как-то не так пахну или вы просто Республиканцев не любите?

– Ваше Высочество, – позвал подопечную немного недоумевающий профессор.

– Да, профессор, – Лика не сразу отвернулась от Проныры и посмотрела в глаза профессору Падани.

– Ваш Дух, дорогая моя.

– Ах да, точно. Простите.

И, все так же стоя спиной к Косте, лишь вполоборота повернувшись головой, она… что-то сделала. Что-то, из-за чего вокруг её ног вспыхнуло алое пламя, а затем, мгновением позже, Проныра действительно лишь на последних волевых удержался от того, чтобы не прикоснуться к символам внутри сознания.

Ярилось алое пламя, красными всполохами заставляя танцевать раскаленный воздух. Потоки жара мгновенно высушили кожу на лице Косты, а его волосы и одежда и вовсе затрещали мертвой соломой. Земля вздыбилась белыми облаками разлетевшейся пыли. И из самого центра бешенной пляски расплавленной земли и несмолкающего пламени медленно выползла громадная, размером с кабину кэба, голова льва.

Его лохматая грива огнем пожара разметалась по ветру, а два животных, полных жажды битвы глаза неотрывно вглядывались в лицо Косты.

А тот стоял неподвижно. Все эти годы. Все эти девять проклятых лет он боялся совсем не того и совсем не тех. Ножи Хайзов? Дубины и кастеты мелких бандитов? Шепелявый с его головорезами? Стражи? Револьверы? Пьяные матросы?

Да это все и в сравнение не шло с тем, что он сейчас видел перед собой!

– Спасибо, Ваше Высочество, – поблагодарил профессор, и все смолкло.

Пламя потухло, красный лев истаял туманным миражом, а принцесса уже направилась обратно в ряды девушек, встречавших ту восторженными возгласами.

– Вы тоже можете быть свободны, господин Д., – помахал ему профессор.

Проныра развернулся и пошел к Заку и остальным, чувствуя между лопаток какой-то слишком уж заинтересованный и пристальный взгляд профессора Падани.

Коста в последнее время слишком часто прибегал к их с Араном любимой фразочке, но… Великолепие сраное!

Глава 15

Беспокойная ночь

Проныра смотрел, как трое давно знакомых Спиритуалистов пили чинчар. Спрятанная под половицей около шкафа, бутылка с напитком из иномирной травы верным товарищем дожидалась своих владельцев. Что-то вроде чая, только с терпким вкусом.

– Ну, хоть на арифметике ты себя, Алекс, показал неплохо, – похлопал его по спине Зак, забрасывая сумку на кровать и расплываясь на стуле.

– Чего не скажешь о верховой езде, – хохотнул Чон, уже вскрывший половицу плоским лезвием рабочего ножа и вынимавший на свет пузатую бутыль, завернутую в белое тряпье. Скорее всего, отрезы со старых простыней.

Коста, лишь немного скривившись, припомнил вторую половину прошедших занятий. И если бы не обед, не менее роскошный, чем завтрак, то день и вовсе можно было бы счесть аналогом какой-то извращенной пытки.

Арифметика далась нетрудно. Несмотря на наличие в примерах букв, что Проныра не всегда понимал, он сумел найти какие-то закономерности. С помощью книг, выданных в душном помещении, заполненном широкими столами и стульями, не менее душным пожилым профессором, Проныра решил даже несколько примеров. Пусть и неправильно.

Что до занятий верхом, то после очередного (Коста уже даже сбился со счета, какого) раунда переодеваний учащиеся переместились к конюшням. Занятия вела молодая женщина, которая, как и профессор арифметики, не имела никакого отношения к Спиритуалистам. И, разумеется, скакунов на четыре с половиной десятка душ попросту не хватало.

Так что наставница верховой езды разделила толпу на две группы. Одна должна была готовить коней к короткой поездке по леваде (кажется, так Аран называл поля для выгула лошадей), а вторая – заняться подготовкой. Проныре повезло попасть в группу подготовки. Благо Аран научил его, как ухаживать за конями, иначе как бы они еще выдержали скакунов в добротном состоянии, пока до них не добрались покупатели.

Единственное, с чем просчитался Коста, или чего банально не мог знать заранее – того, что ему не повезет оказаться в компании с весьма своенравным гнедым. Тот, когда Проныра затягивал подпругу, решил, что хватит уже незнакомого запаха (возможно, так повлиял макияж, скрывавший татуировки), и, выкинув весьма впечатляющий пируэт, оказался крупом к лицу Проныры. В итоге только благодаря годам потасовок Гардена Коста успел увернуться от выстрелившего ему в грудь копыта.

Увы, траекторию своего спасительного нырка он не выбирал, так что приземлился лицом прямиком в стог соломы. Аккурат рядом с тем местом, где Шонси, закутав лицо тряпкой, чистил пол от помета. Соседство неприятное, но не смертельное, хоть и немного обидное. Благо понятия об «обиде, достоинстве, чести» и всем том, что с детства скармливали добропорядочным гражданам, отмирали в первые месяцы жизни в трущобах.

– Итак, господа, – Зак махнул чашкой с чинчаром на манер кубка. – Предлагаю первый день провести в праздном безделии и веселом обсуждении милых леди. Особенно того, как похорошела и без того бесподобная принцесса.

– Еще никогда, дружище, я не был с тобой согласен так же искренне и истово, как сейчас, – поддержал Шонси паргалец и чокнулся чашками.

– А как же Полигон? – насупился барон, нехотя поднимая и свою чарку тоже. – Нам надо отработать Заклинания и Призыв. У меня были планы получить к первому снегу Камень Среднего Духа.

Коста, вспоминая, что за карта лежала спрятанной в потайном отсеке теперь уже его сундука, спросил:

– Как так – получать камень?

– Ах да, – спохватился Зак. – Ты же не знаешь. Вряд ли такое есть где-то, кроме как в Оплоте.

– Возможно, еще в Поверасе тоже есть.

– А, точно, – с утроенным рвением закивал Зак. – Поверас. Город Спиритуалистов Нового Света. Ну да, ты прав, барон. Может, там тоже камни выдают.

– Давай ближе к делу, Шонси, – чуть устало выдохнул Чон. – Твоя страсть к словоблудию порой действует не хуже любого снотворного.

Шонси показал неприличный жест своему товарищу, после чего вернулся к объяснению.

– У нас есть такая традиция, Алекс, чтобы поощрить и замотивировать обучающихся в Оплоте…

«Поощрить? А того факта, что вам всем придется выбираться за стену, где каждый второй не только хочет, но и может выпотрошить вас как маленькую рыбешку, – недостаточно мотивирующий фактор⁈» – но вместо громкой эскапады Проныра делал вид, что ему очень интересно.

Признаться, Косте действительно было интересно.

– … В конце каждого полугодия…

– Не совсем полугодия, – вклинился Олег, разливая по чашкам вторую порцию чинчара. – Мы ведь учимся после лета пять месяцев, а от зимы до следующего лета – четыре месяца. Так что тут полугодиями даже и не пахнет.

– … Всем, кто закончит полугодие, – Зак сделал вид, что не заметил вставки барона, который, судя по всему, относился к числу людей не менее душных, чем профессор арифметики. – В числе лучших пяти студентов корпуса будет позволено выбрать себе камень Среднего Духа из хранилища камней.

Теперь Косте стало понятно, что именно обозначала своеобразная отметка на карте. Вот только относилась она не к самому хранилищу, а к явно не совсем общественно известному потайному схрону, расположенному непосредственно под тем самым хранилищем.

Пылающая Бездна. Что могло потребоваться лже-республиканцу такого в Оплоте, что он рисковал собственной жизнью, чтобы добраться сюда? И, самое поганое, ни один, даже самый искусный и прославленный вор не справился бы с подобной задачей в одиночку.

Здесь явно работала целая команда. Команда, которой Коста не просто перешел дорожку, а влез прямо меж рессор. Попутно смахнув со стола главную козырную карту. И это еще одна причина, по которой Проныра собирался улизнуть из Оплота как можно скорее. Он не очень хотел выяснять, что за команда стояла за весьма успешной попыткой проникнуть в Академию Спиритуалистов Оплота под видом обучающегося.

Более того – он даже думать не хотел, как в этом всем оказался замешан браслет технологии Предков, почему тот доставили вместе с самым обычным грузом в Кагиллур и как Рыцарь и Стражи вышли на Блинчика и Шепелявого. Все это не имело для Косты ни малейшего значения.

– Так что мы из года в год пытаемся попасть в эту пятерку, – закончил свою мысль Зак и снова козырнул бокалом. – Но не слишком усердно, потому что… Чон, помогай.

– Потому что попотеть мы и за стенами успеем, – кивнул паргалец. – А здесь мы собираемся насладиться нашей юностью и безмятежными деньками.

– Ровно до тех пор, пока на следующий год нас не отправят за Стену на практику, – буркнул барон, уже открывший весьма увесистую книгу в темном кожаном переплете.

По корешку шла выведенная золотым тиснением надпись: «Начертания Заклинания. Задачи по теории и советы по Практике». Проныра на секунду ощутил легкий укол любопытства, но тут же отмахнулся от него, как от чего-то неразумного.

– Ну, а кого-то отправляли и раньше, – внезапно помрачнел Чон. – Помните прошлый год?

Зак и барон единогласно вздохнули и скорбно кивнули. Проныра, будучи далеко не первый раз в ситуации, где жизнь зависела не от прыти ног или ловкости рук, а от собственных ушей, нутром почуял нечто важное.

– А что бывать прошлый года? – спросил он.

Чон только отмахнулся, а вот болтливый Зак поспешил просветить своего нового заморского знакомого.

– У нас тут учится парочка ребят. Близнецы-блондины. Дети какого-то видного Кагиллурского Спиритуалиста… как его там.

– Герцога мон’Бланша, – подсказал Олег, не отвлекаясь от своего чтения.

– Спасибо, барон, – козырнул чинчаром Шонси и повернулся обратно к остолбеневшему Косте. – Ну вот, Алекс. Эти первогодки не нашли ничего лучше, как выбраться из Оплота в город. Прямиком в цех по ремонту Шаго-Поездов. Причем не одни, а вместе с принцессой Ликой.

Шонси сделал недвусмысленную театральную паузу. А Проныра едва совладал с разом пересохшим ртом и горлом. Буквально на слух хрустящими губами он пролепетал:

– Зачем?

– Да кто их знает, – пожал плечами Шонси. – Слухи самые разные ходят. От того, что им просто скучно стало наводить шороху в Оплоте, до того, что у них созрела какая-то безумная теория о том, что в Оплоте могут быть лазутчики. Им никто, разумеется, не поверил. Так что близнецы выбрались, как я уже сказал, в город и забрались в ремонтный цех. Там дождались экспедиторского Шаго-Поезда и отправились за Стену.

Проныра, чувствуя, как рубашка прилипает к спине, старался держать свою лучшую, ничего не выражающую физиономию игрока в кости. Возможно, навык находить себе на пятую точку неприятности был у них в крови. Что, в целом, многое объясняло.

Кроме одного – зачем маленьким детям так рисковать, чтобы попасть на миниатюрную копию Шаго-Поезда? Экспедиторские экземпляры курсировали не между Городами за Стенами, а от одного поселка к другому. Либо же помогали Спиритуалистам добраться до Подземелий и Башен.

– В итоге они мало того что попали на Шаго-Поезд, так еще и вместе с принцессой, – продолжал Зак, – захватили судно. Заставили капитана направить ноги прямиком вглубь горной цепи. Поднялись на плато и, без малого, попали в окружение…

Почему-то Проныра уже знал, чем продолжится короткий рассказ Зака. Эльфийские руны на инженерном плане замка Академии и упоминание Вечного Леса.

– … Эльфов, – тихо, но для Косты – громоподобно, Зак подтвердил худшие опасения своего слушателя. – Благо, что близнецы, несмотря на то что первогодки, обладают Вторым Спиром, собственным Заклинанием да еще и Врожденными Духами.

– Натурально монстры, – закивал Чон. – Не то что мы – простые смертные, лишенные таких талантов.

– Говорите за себя, лентяи, – прогудел барон, по-прежнему погруженный в книгу. – Одного таланта мало. Мы знаем имена сотен талантливых Спиритуалистов. И почему? А потому что они высечены на Стене в память о погибших. Так что все зависит от нас самих.

– Расскажи это передовому отряду эльфов, – хмыкнул Зак. – Представляешь, Алекс. Эта мелюзга вместе с принцессой почти сутки обороняла Шаго-Поезд, пока за ними не прибыли Рыцари. Эльфов, разумеется, отправили отдыхать под землю, а близнецов вместе с принцессой… наградили. И никто не знает почему.

– Это странность? – стараясь унять рвущуюся к руке дрожь, Коста отпил немного чинчара. Помогло.

– Разумеется! – так рьяно всплеснул руками Шонси, что его шевелюра едва не спружинила. – Любого другого – не важно, горожанина, стража или Спиритуалиста – за подобную выходку если бы и не изгнали за Стену, то точно отправили бы на какие-нибудь принудительные работы. А здесь им, без малого, выдали по Спиритическому артефакту! Видел бусы на запястье принцессы гир’Окри?

Проныра кивнул.

– Ну вот! – хлопнул по столу Шонси. – Они появились у неё аккурат после той вылазки. Вообще, конечно, мы не завидуем.

– Тут нечему завидовать, – закивал Чон.

– Особенно учитывая, что близнецы постоянно попадают в какие-то переделки, – снова подхватил Зак. – Вон, в прошлом году они умудрились подраться с Ломаром и его прихвостнями, не в пользу последних. Поругались с наставником Кировым, из-за чего тот уволился в конце прошлого года и отправился куда-то на Кантесмаан. Ну и там всякого по мелочи. Без дела не сидели. Их тут же даже прозвали…

– Двойным бедствием, – хором закончили три приятеля. А может, и друзья – Коста пока не разобрался.

– Наворотили за один год обучения столько, что про них уже легенды ходят, – закончил мысль Зак.

Коста, если бы не испытывал к близнецам примерно то же самое, что к Лидии и герцогу, породившим его на свет – а именно абсолютно ни-че-го, – то, может, был бы в какой-то степени горд. Абсурд, конечно. Семья мон’Бланша имела к нему примерно такое же отношение, как пьяный матрос, заснувший на полу в «Подоле».

– Кстати, Алекс, – барон Замской опустил книгу чуть ниже и посмотрел на Проныру поверх страниц. – А что принцесса тебе сказала на занятии по Призыву?

Коста не раздумывал ни секунды. Какой-нибудь новичок в деле подлога и жизни под чужой личиной мог бы попытаться соврать, но ночи, проведенные под другими именами за мольбертами в спальнях девушек Кагиллура, научили Проныру простому. Не ври там, где не можешь быть уверен, что тебя нельзя проверить.

Правда порой запутывала людей куда лучше самой искусной лжи.

– Она говорить, что знать, что у меня есть быть рождение Дух, – тут же, как о чем-то абсолютно будничном, сообщил Проныра.

– Рождение Дух? – переспросил Олег. – А, врожденный Дух. Но у тебя его нет. Сфера же так показала, правильно?

Коста кивнул.

– Духа нет. Заклинания нет. Спир есть. Еще, вот, одежда есть, – он оттянул лацкан. – А Духа нет.

Трое приятелей – Зак, Чон и Олег – переглянулись и синхронно пожали плечами.

– Слишком много она общается с близнецами, – нашел самое логичное для себя объяснение барон и вернулся к книге.

Остаток дня прошел за болтовней, чинчаром и игрой в карты, которые Чон вытащил из-под все той же половицы. Коста порой принимал участие и старательно проигрывал большинство раздач, попутно размышляя над услышанным. Если прикинуть, то все весьма логично увязывалось в одну единую цепочку событий.

Эльфийский передовой отряд, отчаянная попытка близнецов и принцессы выбраться за Стену. Затем, в обратную сторону, встреча Косты и лже-республиканца, явно намеревавшегося проникнуть в Академию. В целом, все это даже в какой-то степени объясняло подозрительность принцессы. Только вот помимо него одного в Академию в этом году попала еще и группа северян. Почему в таком случае все лавры достались именно ему?

Неважно.

Главное – не давать лишнего повода себя в чем-то подозревать и как можно скорее намаслить лодку. А там уже море, Кантесмаанский пролив и Республиканский Континент.

Но это потом.

Пока что Коста ждал, когда Зак, Чон и Олег уснут. Ему этой ночью предстояло дело, на которое, наверное, не решился бы ни один здравомыслящий вор Гардена. Включая самого Проныру. С той лишь поправкой, что у него и выбора-то особого не оставалось.

* * *

Убедившись, что все трое крепко спят, Коста босиком, плотно застегнув черный пиджак и брюки (попутно сняв белую сорочку и майку), выбрался из-под полога и открыл окно, под раму которого заранее подложил носок. В итоге оно неплотно закрывалось и при открытии створки не вызывало шума.

Учитывая, что они обитали на четвертом этаже, Проныре пришлось воспользоваться любимым навыком шпаны трущоб Кагиллура – карабкаться по стенам. Благо что общежитие корпуса Розы построили уже явно давно и хоть и подкрашивали, но не спешили заделывать трещинки и выбоины в весьма выпуклой кладке. Он лишь изредка застывал около чужих окон, не желая провалиться из-за такой глупости, как чье-нибудь желание выглянуть ночью из окна – воздухом подышать.

Так что уже весьма скоро Проныра оказался за кустом… правильно – роз. Выглянув и окинув взглядом залитую серебристым светом лужайку, вспоминая карту и дневные брожения по территории, Проныра без особых проблем добрался до замка. Теней в тускло освещенном парке оказалось достаточно, чтобы он мог даже не слишком сильно заморачиваться с одеждой. Тут можно было в женском свадебном платье прогуливаться и никому при этом не попасться на глаза.

Академию строили без предположения, что её придется беречь от воров. Какому разумному человеку придет в голову грабить Спиритуалистов, живущих под присмотром Рыцарей? Пусть и отставных.

Ответ простой.

Проныре.

Темному Спиритуалисту.

Звучало примерно так же бредово, как и та легкость, с которой Коста оказался около двери секретариата. Ворота-двери миниатюрного замка даже не запирались на ночь, а внутри единственной помехой для передвижения стали темные коридоры, в которых погасили масляные лампы.

Но вот Проныра, сидя на корточках под замочной скважиной, уже подбирал отмычки. Замочную скважину берег лишь несложный механизм и ничего, что было бы связано с Духами, за что Коста был благодарен.

Святые Небеса! Он словно оказался в курятнике, который в жизни ничего не знал про существование бродячих псов.

Попав внутрь кабинета, тихонько, но не до щелчка прикрывая за собой дверь, Проныра метнулся между архивами и столами. Довольно быстро отыскав ячейки с шестым годом обучения корпуса Розы, Коста выудил еще и лист переведенных из Бореаса. Используя последний в качестве образца, Коста вооружился чернилами и перьевой ручкой.

Буквально наобум, стараясь не придерживаться никакой системы, он скопировал большую часть предметов с самыми непонятными названиями. Но, к примеру, вместо «Выживание в зимнем лесу» записал себе « Управление малым судном в шторм», так как Республиканцы славились своими мореходами и проблемами с Морскими Духами.