Текст книги "Игра без сохранений (СИ)"

Автор книги: Кирилл Мальцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7. Астарис

К ночи облака рассеялись, и тропа вывела друзей на опушку леса. Перед ними, в низине, раскинулся Астарис.

Большой, величественный, он ярко горел тысячами огней, отгоняя мрак ночи. В небе сияли мириады звёзд, и у ребят перехватило дыхание. То, что они могли видеть лишь в фильмах или представлять, читая книги, сейчас было реальностью. И эта реальность завораживала.

– О боги, как же красиво! – воскликнула Гида, прикрывая рот ладонью от восхищения.

Фиран и Родгар улыбались, молчаливо соглашаясь с Гидой.

– Будем надеяться, что Эмерик жив, – сказал Родгар, разминая всё ещё ноющее плечо.

– Жив. И мы найдём его, – присоединился к разговору Фирандаэль. – Но для начала неплохо бы остановиться на ночь. И хотелось бы поесть нормальной еды, а не отравы, как в прошлый раз, – усмехнулся он.

– Лишь бы нас впустили, – улыбнулся Родгар. – Ладно, я – рыцарь в почти сияющих доспехах! Но вы доверия не вызываете. Разбойница и остроухий, – Родгар засмеялся и пустил лошадь по небольшой тропе, которая чуть дальше соединялась с трактом. – За мной, воины! – гаркнул он.

– Мы ещё выясним, кто из нас круче! – крикнул Фиран вслед удаляющемуся Родгару и поехал за ним.

Гида цокнула языком и закатила глаза.

Спустя десять минут всадники выехали на открытое пространство перед городскими стенами.

Стены Астариса были сложены из серого камня – древнего, векового. Они поднимались на десять метров и заканчивались мощными зубцами, за которыми угадывались силуэты стражников. Через равные промежутки над стеной поднимались квадратные башни с узкими бойницами, из которых лился свет.

Толстая железная решётка была опущена, а ворота за ней – заперты. На вершине арки был высечен символ Астирии – идеально ровный круг, внутри которого переплетались стихии: язык пламени, гребень волны, хлещущий ураган и гранёный камень. От них исходило едва заметное сияние.

Родгар присвистнул.

– Обстоятельно, – заметил он.

С площадки над воротами между зубцами показалась голова стражника.

– Кто такие? Ворота закрыты до рассвета.

– Просто путники, – ответил Родгар. – Идём из Старпорта. Задержались в дороге и не успели до заката.

– Ну-с, это ваши проблемы. А у меня приказ – после заката ворота не открывать, – отчеканил стражник.

– Хорошо. Будьте добры, назовите, пожалуйста, ваше имя, достопочтенный страж, – вступила в разговор Гида.

– Это ещё зачем? – удивился стражник.

– Чтобы знать, кто пренебрёг законом гостеприимства и оставил гостей Анклава ночевать под стенами Астариса, – ответила Гида.

– Гостей, значит? – стражник задумался. – Чем докажете?

Родгар и Фиран внимательно смотрели на Гиду.

– Вам доказывать мы ничего не будем, уважаемый, – продолжала она, широко улыбаясь. – Решайте на свой страх и риск. Но мы без проблем угостим вас и ваших товарищей элем за наш счёт.

– И подумайте вот ещё над чем, – Родгар решил подыграть Гиде и чуть откинул плащ, открывая знак богини на нагруднике. – Стал бы вам врать служитель Веритас?

– Веритас? – стражник почесал голову. – Хм. Думаю, нет. Открыть ворота!

Заскрежетал механизм, и опускная решётка медленно поползла вверх. Несколько мгновений – и ворота открылись, ровно настолько, чтобы пропустить всадников по одному. Первым въехал Родгар, за ним Гида, последним – Фирандаэль. За их спинами ворота снова сомкнулись с глухим стуком.

Стражник – тот, что разговаривал с площадки над воротами, уже стоял прямо перед ними, уперев алебарду в мёрзлую землю. Рядом стоял второй, помоложе, с любопытством разглядывающий эльфа.

– Значит, гости Анклава? – спросил он, когда друзья спешились. – Так вы приехали посмотреть на посвящение?

– В том числе, – уклончиво ответила Гида, беря свою лошадь под уздцы.

– Ну-с, хорошо. Значит, так… Проблем гражданам Астирии не создаем, не буяним, оружием на улицах не машем, – перечислял правила стражник. – По ночам без особой нужды не шатаемся. Остановиться рекомендую в «Танцующем Пламени», если не бедствуете. Эта таверна как раз неподалёку от площади, где посвящение будет. По Ремесленной улице прямо, не доходя до торговых рядов, налево, а там уже не заблудитесь, – закончил стражник.

Слова стражника пробудили в памяти Гиды нужный им маршрут. Она улыбнулась и ответила:

– Не заблудимся. Спасибо, эм…

– Калеб.

– Спасибо, Калеб, а это вам, – Гида достала из кошеля три серебряные монетки. – За то, что неусыпно охраняете покой Астирийцев.

Калеб быстро оглянулся по сторонам и спрятал монеты в перчатку.

* * *

«Танцующее Пламя» оказалось двухэтажным зданием с остроконечной крышей и красивой вывеской, на которой рукой мастера был изображён язык пламени, изгибающийся словно в танце. Внутри были слышны голоса и звуки лютни. Друзья остановили лошадей недалеко от входа.

– Какой запах… Чувствуете? – подал голос Фирандаэль, втягивая ноздрями воздух. – А эльфы вообще едят мясо? Я бы кабана съел.

– Ну вот и проверим, – усмехнулся Родгар, подведя лошадь к коновязи.

К ним откуда-то из темноты небольшой конюшни, пристроенной к таверне, выбежал паренёк с заспанным лицом, лет четырнадцати.

– Здравствуйте! Вы к нам как, на одну ночь? Дольше? Корм, вода, чистка? – спросил он, обращаясь к Родгару.

– Эээм… Пока не знаем. Но да, покормить, напоить, почистить. Сколько с нас? – спросил Родгар.

– Оплата у хозяйки! Хорошего отдыха! – отчеканил мальчишка и принялся размещать лошадей.

* * *

Родгар вошёл первым.

Тепло тут же обволокло его, заставив хорошенько зевнуть. Он сделал два шага вперёд, чтобы друзья тоже смогли войти.

Первое, что бросилось им в глаза – большой камин, в котором плясали языки пламени, отбрасывая тени на стены. Розовощёкие официантки ловко переходили от стола к столу, поднося пенящиеся кружки и блюда с едой. Пахло свежим хлебом и элем. Большинство столов были заняты: торговцы обсуждали что-то, склонившись над картой, несколько стражников играли в кости, громко комментируя каждый бросок. Особняком сидели дварфы – угрюмые, бородатые.

Бард – сухощавый мужчина с длинными пальцами – закончил играть. На пару мгновений музыка смолкла.

– Смотри, вон там отличный столик в углу, – обратился Фиран к Родгару.

– Да, ты прав, – сказал Родгар, найдя столик взглядом. – Гида, займите место, я догоню, – окликнул он подругу, восхищённо оглядывающуюся вокруг.

Стоило им сделать несколько шагов, как бард начал перебирать струны лютни на совершенно иной лад и затянул грустный мотив:

Была надеждой – стала мраком,

Пришла в наш дом, сожгла наш храм.

Фирандаэль замер. В груди что-то болезненно сжалось, а пальцы сами вцепились в ремень сумки. Гида не успела затормозить и врезалась лицом ему в спину.

– Э-эй! Ты чего? – спросила она, потирая ушибленную бровь.

– Это про Элеар, – тихо сказал Фиран. – Про мой… его дом…

– Идём. Не стой на проходе.

Они двинулись к столику. Бард продолжал:

Горит наш лес, горит и плачет,

В дыму не видно света звёзд.

Родгар протиснулся к стойке. За ней стояла женщина – высокая, крепкая, с седыми волосами, убранными в тугой хвост. Она бросила взгляд на Родгара, затем чуть наклонила голову и взглянула туда, где разместились Фирандаэль и Гида.

– А ты не местный. Как и твой друг, эльф, – произнесла она. – Эльфы юга нынче в диковинку. Добро пожаловать в «Танцующее Пламя». Лучшую таверну Астирии, – она широко улыбнулась.

– Спасибо, – Родгар улыбнулся в ответ. – Нам нужны три комнаты, горячая вода и ужин. Мы найдем это в лучшей таверне Астирии?

– Найдёте, – хозяйка хмыкнула. – Если заплатите. По семь серебра с каждого.

Родгар полез в кошель и отсчитал плату. Кошель опустел.

Хозяйка сгребла монеты и одобрительно кивнула.

– Тамия, – представилась она и протянула руку. – Пока ужинаете, комнаты подготовят. Вот ключи, – она выложила на стол три ключа. – Второй этаж, три крайние комнаты по левую руку. Еду и выпивку скоро принесут.

Родгар взял ключи и направился к друзьям. Бард допевал последний куплет:

И там, где пепел лёг на кроны,

Где ветер воет без листвы, —

Твой смех однажды станет стоном,

Когда познаешь груз вины.

Лютня затихла. В таверне на несколько долгих мгновений повисла тишина. Все взгляды были устремлены к Фирандаэлю. Лишь дварфы нарушили тишину:

– Соболезнуем, брат, – они одновременно подняли кружки и выпили, не чокаясь.

Родгар подошёл к столу, где его ждали друзья.

– Ну что, – он передал ключи Гиде и Фирану. – Комнаты скоро будут готовы. А пока предлагаю поужинать и решить, что будем делать дальше.

В скором времени молодая официантка принесла ужин – тарелки с густой мясной похлёбкой, тёмный, горячий хлеб и кувшин пряного вина. Друзья ели молча, и только когда тарелки опустели, Родгар разлил вино по бокалам, откинулся на спинку стула и заговорил:

– Завтра на площади некое посвящение. Предлагаю начать оттуда. Костя… Эмерик же, маг стихий? Значит будет там. А если нет, пойдём в Анклав.

Фиран кивнул, отстранённо смотря в сторону барда.

– Найти Эмерика сейчас самое главное. А как будем выбираться отсюда? – спросила Гида.

– Думаешь, мы сможем выбраться? – Родгар отхлебнул вина.

– Я надеюсь на это, – ответила Гида. – Игра игрой, но всё это слишком реально. За эти несколько дней я дважды убила… – её губы задрожали.

– Мы всё делаем неправильно, – прервал молчание Фиран. – Для начала – расскажите, где вы оказались, когда попали в Элланор.

Гида заглянула в свою дорожную сумку и вытащила оттуда свёрнутую карту.

– Так будет проще, – сказала она и указала пальцем на один из городов. – Я оказалась здесь, в Альерре. За мной была погоня – один из осведомителей предал меня. Я чудом сбежала. Убила одного из преследователей… – Гида схватилась за бокал и осушила его до дна. Родгар подлил ещё.

– Меня вывела маленькая девочка. Босая, в одном платье. Она сказала, что в Старпорте меня встретят друзья. Но когда я назвала ваши имена, настоящие имена, она засмеялась от удивления. Я до сих пор не понимаю, кто она, – закончила Гида.

– Наверное, одна из Кайр, – тихо сказал Фирандаэль. – Как Дорнис.

– Дорнис? – Гида подняла глаза.

– Пряха, – коротко ответил эльф. – Та, что отвечает за настоящее. Она нашла меня в лесу. Сказала, что моя судьба связана с судьбой континента. И отправила на юг, к постоялому двору. Дальше вы знаете…

– Хм, – Родгар задумался. – А ко мне старуха пришла. Говорила про послание, про девушку, которую нужно встретить. Тебя, Гида.

– Получается, тебя встретила Скелос, а Гиду – Вайрис, – подытожил Фиран. – Хорошо. Значит, каждый из нас встретил одну из Кайр. Дальше. Я заметил, что каждый раз, когда мы принимаем воспоминания своих персонажей, нам открывается что-то новое. Возможно, без этого мы не поймём, что с нами происходит.

Родгар и Гида переглянулись. Фиран продолжил:

– Наверное, прозвучит глупо, но, когда будете ложиться спать, попробуйте, не знаю, помедитировать что ли. Отрешиться от всего лишнего и попытаться принять воспоминания Родгара и Гиды. Я сделаю то же самое.

Ребята кивнули. Родгар допил вино.

– Значит, завтра найдем Эмерика. Потом того, кто поможет нам вернуться домой. А пока – спать. Завтра будет долгий день, – подвёл итог Фиран, вставая со стула.

Гида свернула карту и поднялась следом. Родгар задержался на мгновение, будто хотел что-то добавить, но промолчал и тоже встал.

* * *

Гида умылась, переоделась и села на край кровати. Закрыв глаза, она попыталась отрешиться от всего лишнего.

В соседней комнате Фирандаэль сидел на полу, скрестив ноги. Он слушал ветер, гуляющий по ночным улицам Астариса, скрип половиц и собственное дыхание. Потом позволил памяти подняться из глубины сознания.

Родгар поставил меч у изголовья, так, чтобы можно было дотянуться до рукояти, и лёг. Стоило его голове коснуться подушки, как он провалился в сон быстрее, чем ожидал.

Общий зал опустел. Бард спал, прислонившись к стене, сжимая в руках свою лютню.

* * *

Костя проснулся от холода. Это был не холод снаружи: окна лазарета Анклава оставались закрыты. Холод был внутри. Чуть левее сердца, казалось, застыл комок льда.

Костя ещё немного полежал, вглядываясь в руны на потолке и стараясь привыкнуть к этому ощущению.

Ведьма. Метка. Сон.

Образы путались и сменяли друг друга.

Он сел на кровати. Тело плохо его слушалось.

Сколько же я проспал?

Костя встал на холодный каменный пол и замер. Он попытался почувствовать воду. Как в день, когда он попал в Элланор.

Ничего. Пустота.

– Давай, – прошептал он, вытянув руку ладонью вверх. – Ну же!

Стихия не откликнулась.

Костя огляделся в поисках своих вещей. Они лежали на столе, аккуратно сложенные. Рядом лежал амулет, выданный ему наставником Волденом.

– Точно! Амулет! – воскликнул Костя и бросился к столу.

Стоило ему коснуться амулета, как комнату озарила вспышка, и единственный синий камень, связанный со стихией воды, пошёл трещинами.

– Нет. Нет. Нет! – прокричал Костя. – Да что происходит?!

За дверью послышались шаги.

– Эмерик? – из-за двери раздался голос Гуннара. – Всё в порядке?

– Да! Минуту! – ответил Костя. Он надел амулет на шею, быстро оделся и открыл дверь.

Гуннар выглядел гораздо лучше – всё ещё в бинтах, но стоял он уверенно.

– Ты кричал, – заметил Гуннар, оглядывая Костю. – Всё в порядке?

– Да, – стараясь звучать как можно увереннее, ответил Костя. – Испугался, что проспал посвящение.

– Магистр Волден сказал, что ты уже прошёл его, – Гуннар прищурился.

– Ещё нет. Но пройду… Как и все.

– Упёртый? – Гуннар одобрительно улыбнулся. – Хорошо. Пойдём. Ты же не против, что я тебя провожу?

Костя не стал возражать. Они вышли в коридор. Светильники с волшебным огнём горели вдоль стен. Костя на секунду задержался возле одного из них – того самого, из которого недавно пытался тянуть силу и чуть было не обжёгся. Отклика не было. Только холод внутри.

* * *

– Скорее! Мы же всё пропустим! – воскликнул ребёнок лет восьми, изо всех сил пытаясь тянуть за руку маму, которая разговорилась с уличной торговкой сладостями.

Родгар, Фиран и Гида, улыбаясь, прошли мимо. Дорогу найти было нетрудно. Посвящение считалось одним из главных празднеств в Астирии, и все, кого они видели на улицах, шли в одном направлении – к площади Стихий.

Площадь Стихий располагалась в самом центре Астариса – большая арена, вокруг которой магами земли были возведены каменные трибуны. Места стремительно заполнялись зрителями.

Неподалёку от арены торговцы раскладывали свои палатки и заполняли их товарами. Рядом стояла небольшая сцена, на которой к выступлению готовились музыканты.

– Как же здесь… Сказочно, – восторженно заявила Гида, разглядывая детвору, которую слабыми всполохами огня отгонял от себя послушник в красной мантии.

– Поспешим, – поторопил их Фиран. – Иначе мест не достанется.

Словно услышав его, в одной из башен Анклава глухо ударил колокол. Раз. Другой. Третий.

Посвящение начиналось.

* * *

Алексар заваривал травяной отвар, когда со двора послышался яростный лай Голди. Отложив кружку, он взял меч и, кутаясь в старый тулуп, вышел на крыльцо.

Собака перестала лаять и перешла на рык – низкий, утробный.

– Что, девочка? – Алексар присел возле неё и погладил.

Между деревьев, в том месте, куда был устремлён взгляд Голди, началось движение. Первыми вышли двое волков. Их шерсть была обуглена, а вместо глаз чернели пустые провалы.

Алексар выпрямился и перехватил меч поудобнее.

– Голди, в дом, – тихо приказал он.

Собака не двинулась. Лишь прижалась ближе к ноге хозяина и продолжила рычать.

Волки остановились на краю двора. Из их открытых пастей сочился кровавый дым.

Следом за ними, из тени деревьев, вышел демон.

Он был угольно-чёрным и неестественно высоким. Между чёрными пластинами его тела тлел красный жар, и там, где он ступал, снег с шипением таял.

Алексар поднял меч.

– Ты зря пришёл сюда, – спокойно сказал старик. – Их здесь нет.

Цепи на плечах демона зашевелились, издавая противный скрежет.

– Это уже не важно, – пророкотал демон. Он взмахнул когтистой рукой, и волки беззвучно бросились на старика и собаку.

Голди набросилась на того, что был справа. Она с размаху вцепилась твари в горло, и они покатились по снегу, оставляя на нём кровавые пятна. Второго волка Алексар встретил мечом. Клинок рассёк обгорелую плоть и перебил твари хребет. Волк упал в паре шагов от Алексара и затих.

Старик бросил взгляд в сторону Голди. Она отчаянно билась со своим противником, но, очевидно, проигрывала.

Цепи ударили внезапно – прямо из-под земли. Они обвили руки старика, обжигая плоть, и с силой дёрнули его вниз, пригвоздив старика к мёрзлой земле.

Голди взвизгнула где-то справа. Её лай резко оборвался.

Демон приблизился к Алексару.

Плач Элеара

Была надеждой – стала мраком,

Пришла в наш дом, сожгла наш храм.

Клинком, проклятием, ожогом

Разверзлось пламя по стволам.

Горит наш лес, горит и плачет,

В дыму не видно света звёзд.

Ты не вернёшь нам то, что значил

Шелест листвы, смех детских грёз.

Пируй от счастья, Королева,

Гордись железом и огнём.

Но знай: ни сталь, ни чародейство

Не купят мир в краю твоём.

И там, где пепел лёг на кроны,

Где ветер воет без листвы,

Твой смех однажды станет стоном,

Когда познаешь груз вины.

Глава 8. Посвящение

Колокол ударил в четвёртый раз. Низкий, вибрирующий гул прокатился над Площадью Стихий, отражаясь от каменных трибун. Гомон толпы начал стихать.

Родгар, Гида и Фиран нашли места в третьем ряду, у самого прохода.

Арена представляла собой ровный каменный круг тридцати шагов в поперечнике. Ограждений не было. По краям арены возвышались четыре стелы, каждая из которых обозначала одну из стихий. Огонь располагался напротив воды, земля – напротив воздуха. Помимо символов стихий, стелы были испещрены рунами. Между стелами воздух дрожал, образуя невидимый барьер по краю арены.

– Магия дварфов, – прищурившись, сказал Фиран. – Видимо, чтобы не поранить зрителей.

В центр арены вышел Волден. Седобородый, в тёмно-синей мантии, расшитой серебром с вкраплениями красного и белого цвета. Он поднял руку – символы стихий на стелах разгорелись яркими цветами, и толпа затихла.

– Граждане Астирии. Гости столицы. Ученики и послушники Анклава Стихий. Сегодня вы станете свидетелями посвящения – древнего обычая, который Анклав соблюдает уже много веков, – прогремел его голос над площадью. Он обвёл взглядом трибуны и продолжил:

– Правила неизменны. Ученик, желающий стать послушником, сходится в поединке с одним из действующих послушников. Поединок продолжается до трёх чистых попаданий стихией в тело противника. Попадание должно быть прямым и намеренным. Промахи, рикошеты и заблокированные атаки не засчитываются. Увечить противника запрещено. Если ученик побеждает – становится послушником. Если проигрывает – может попробовать снова через год. Ученик, трижды проваливший испытание, покидает Анклав. Ученики и послушники! Сегодня за вашими схватками будут наблюдать величайшие маги стихий! Покажите всё, на что вы способны! А сейчас, поприветствуйте их! Совет Архимагов! – Волден указал на возвышение, где расположился Совет Архимагов. Его голос разнёсся над площадью, и все взгляды обратились к возвышению.

Крайним слева сидел высокий маг воздуха с пепельными волосами и острыми чертами лица. Рядом расположился широкоплечий маг воды с обветренным лицом и ярко-синими глазами.

Третьей была сухощавая маг огня с коротко остриженными седыми волосами и лицом, покрытым старыми шрамами.

Четвёртое кресло занимала маг земли – южная эльфийка. Её кожа была цвета янтаря, волосы заплетены в десятки тонких кос.

Волден опустил руку. Архимаги едва заметно кивнули ему.

– Да начнётся посвящение! – скомандовал Волден. – Первый поединок. Торвальд, ученик магистра Корвуса, против Лиары, послушницы магистра Фенриса. На арену.

Со стороны стелы земли в круг шагнул коренастый широкоплечий юноша в коричневой мантии. Он занял своё место и замер, глядя на противоположный конец арены.

Лиара вышла лёгкой пружинистой походкой, улыбаясь и покачивая бёдрами. Её рыжие волосы были собраны в тугой хвост, а зелёные глаза горели предвкушением схватки. Она развела руки, и над ладонями заплясали сгустки пламени.

Зрители встретили её громом оваций.

– Ставлю золотой на Лиару, – улыбаясь, сказала Гида.

– А у тебя есть золотой? – спросил Родгар.

– Есть, ты же за нас платил, – Гида подмигнула другу. – Ну что? Принимаешь вызов?

Родгар похлопал по пустому кошелю.

– Увы…

– Принимаем, – вмешался Фиран. – У меня есть немного денег. Когда Лиара проиграет, у тебя тоже появится золотой, – он похлопал Родгара по плечу.

Лиара и Торвальд встали друг напротив друга и поклонились – она с лёгкой усмешкой, он сдержанно.

– Начали! – скомандовал Волден.

Лиара бросилась в атаку. Огненные сгустки сорвались с её рук и устремились в Торвальда. Он поднял колено к груди и с силой топнул. Камень отозвался и вздыбился плитой, закрывая его от огня. Сгустки разбились о плиту, рассыпавшись фейерверком искр.

Лиара на бегу раскинула руки в стороны, а затем, изящным движением соединила их перед собой, хлопнув в ладоши. Прежде чем прозвучал хлопок, новые сгустки огня устремились к Торвальду – один справа, другой слева, повторяя движение рук Лиары.

– Вперёд Лиара! – вскрикнула Гида. Родгар закатил глаза.

Плита, закрывавшая Торвальда, рухнула вперёд. Он успел заметить огненные снаряды, летящие к нему с двух сторон, но не стал даже пробовать уклониться. Вместо этого он сжал кулаки и обрушил их на каменный пол, словно два молота. Стихия отозвалась и в последний момент две новые плиты закрыли Торвальда от огня.

Он посмотрел на Лиару и ухмыльнулся. В следующий миг Торвальд впечатал кулак в камень и участок арены, по которому бежала Лиара, задрожал. У неё на пути вырос огромный кулак. Лиара ушла перекатом вправо за мгновение до того, как каменный кулак ударил бы её в живот. Именно на это Торвальд и надеялся. Он вновь ударил по земле и очередной кулак врезался Лиаре в плечо. Она охнула и, потеряв равновесие, покатилась по арене. Трибуны ахнули.

– Касание! Один-ноль в пользу Торвальда!

Мужчина, сидевший рядом с Фирандаэлем, пробормотал:

– А парень-то не промах.

Фирандаэль скользнул взглядом по трибуне, где сидели Архимаги. Маг огня чуть привстала со своего места, впилась руками в подлокотники кресла и поджала губы. Остальные Архимаги с интересом наблюдали за схваткой.

Лиара прищурилась. Азарт в её глазах сменился злостью. Она вскинула руки, соткала из огня две плети и ринулась к Торвальду.

Торвальд, обливаясь потом, швырял в неё камни, но ни один из них не достигал цели. От первой половины снарядов Лиара ловко уклонилась, другую половину разбила огненными плетьми.

Сблизившись с Торвальдом, она нанесла несколько хлёстких ударов, и он свалился на плиты, шипя от боли.

– Победа Лиары! – Волден вошёл в круг, останавливая поединок.

Площадь разразилась овациями. Лиара, тяжело дыша, помогла Торвальду подняться. Он морщился от боли и обиды, но поклонился. Лиара ответила тем же.

Архимаг огня едва заметно выдохнула и откинулась на спинку кресла. Её пальцы разжались, отпуская подлокотники. На подлокотниках под её ладонями остались обугленные следы.

Волден подошёл к дуэлянтам и громко произнёс:

– Торвальд, ты дрался достойно. Я уверен, в следующем году ты займёшь место послушника. Лиара, восхитительный поединок! – Волден уважительно склонил голову. – Магистр Фенрис может гордиться тобой.

Лиара с широкой улыбкой на лице поклонилась в ответ. Трибуны проводили её и Торвальда аплодисментами.

– Ну что, – Гида протянула руку к Фирандаэлю. – Давай сюда золотой.

Фиран сморщился, но золотой отдал. Гида улыбнулась, обнажая крепкие белые зубы.

Волден дождался, пока шум стихнет, и продолжил:

– Следующий поединок состоится по личному настоянию моего ученика. Совет уже признал его испытание пройденным, однако Эмерик Стенваль пожелал соблюсти обычай и подтвердить своё право на звание в поединке. Его противник – Вагар, послушник магистра Эйрика.

Друзья переглянулись, услышав знакомое имя.

– Живой, – выдохнула Гида. – Он жив.

На арену вышел Вагар. Он даже не шёл, а скользил над камнем на потоках ветра, раздувавших полы его мантии. Заняв своё место, он поклонился зрителям и бросил ехидный взгляд в сторону своего противника.

С противоположной стороны вышел Эмерик. Он пошатывался, лицо было бледным, а белки глаз покраснели от лопнувших сосудов.

– Да он еле на ногах стоит, – прошептала Гида. – Что с ним?

– Он ранен, – тихо ответил Родгар. – Но почему он в таком состоянии вышел на поединок?

Эмерик остановился напротив Вагара и поднял голову. Их взгляды встретились.

– Давно не виделись, водомерка. Я слышал, тебя называют героем. Расскажешь потом, каково это – обделаться от страха, пока воины Астирии защищают наш дом?

Эмерик молчал. Он продолжал мысленно взывать к своей стихии, но ответа по-прежнему не было.

– Начали! – отдал команду Волден, с сочувствием взглянув на Эмерика.

Вагар начал действовать. Полупрозрачное воздушное лезвие, едва заметное глазу, сорвалось с его ладони и со свистом полетело в Эмерика. Тот вскинул руку в попытке призвать воду.

Не сработало.

Лезвие полоснуло его по предплечью. Оно рассекло рукав и кожу под ним. На камень брызнула кровь. Эмерик пошатнулся.

– Касание! Один-ноль в пользу Вагара! – прокомментировал Волден.

Эмерик направил руки вперёд, целясь в противника. Его била мелкая дрожь. Он представил водяные кинжалы – как тогда, в комнате, в первый день. Пальцы защипало – но лишь на мгновение. Он ощущал лишь комок сжатого холода в груди – подарок Ледяной ведьмы.

Вагар двинулся в сторону Эмерика, смеясь. Его смех разнёсся по арене, и часть трибун вторила его смеху.

– Это всё? – Вагар развёл руками. – Все разговоры только о герое, что в одиночку отбил атаку орков, а он даже на секунду не может подчинить свою стихию. Дерись!

Вагар резко потянул обе руки на себя. Порыв ветра ударил Эмерика сзади, прямо под колени. Эмерик упал на спину, и у него перехватило дыхание.

– Два-ноль!

С трибун раздались недоумевающие возгласы. Гида вцепилась в рукав Родгара.

– Почему они не останавливают бой? Это нечестно!

Родгар молчал. Он смотрел, как Эмерик с трудом поднимается.

Вагар не торопился. Он медленно обошёл Эмерика по кругу, наслаждаясь моментом. Воздух вокруг его рук дрожал, готовый сорваться по первому зову послушника.

– Самое смешное, – Вагар остановился в трёх шагах от Эмерика. – Я ведь даже немного занервничал, когда узнал, что ты вернулся. Подумал – неужели этот недоносок и впрямь стал сильнее? Но ты оправдал мои ожидания.

Он поднял руку для завершающего удара.

Эмерик, скрипя зубами, всё-таки смог встать. В его глазах заблестел холодный синеватый огонь. А в воздухе вокруг него начали появляться мелкие льдинки. Кровь брызнула из его носа, запачкав мантию.

Вагар заметил перемену и перестал улыбаться. Он взмахнул рукой, словно метнув диск, и воздушное лезвие устремилось Эмерику в грудь.

Эмерик стоял, не шелохнувшись. Лезвие разбилось. Разлетелось ледяной крошкой, ударившись о невидимую преграду. По арене прокатилась волна холода. Гида прижалась к Родгару и спросила:

– Что это?

– Не знаю, – ответил Родгар. Ему и самому стало не по себе.

Вагар закричал от ярости. Его руки замелькали, выплетая сложный узор, и перед ним закрутился плотный вихрь, поднимая с пола пыль и каменную крошку. Он вложил в этот удар всё, что мог.

Вихрь рванулся к Эмерику.

Эмерик сделал глубокий вдох и, будто наслаждаясь морозным воздухом, резко вскинул руки снизу вверх. Волна мороза поползла по вихрю, и через секунду рядом с Эмериком рухнула глыба льда, не причинив ему никакого вреда.

На этом Эмерик не остановился. Очередной взмах руки, и прямо из воздуха возник десяток ледяных копий.

– Водомерка, говоришь?! Лови! – вскрикнул Эмерик и шагнул вперёд, одновременно с этим вскидывая руки в сторону Вагара.

Копья, рассекая воздух, полетели к Вагару. Он крутанулся на месте, и потоки ветра сомкнулись вокруг него защитным коконом. Это и спасло ему жизнь. Копья разлетелись о защитный кокон. Часть осколков прорвалась сквозь ветер, рассекла мантию и оставила на теле Вагара десятки неглубоких порезов.

Вагар опустился на одно колено. Из многочисленных порезов сочилась кровь.

– Поединок окончен! – Волден быстрым шагом вышел на арену.

Он остановился между Эмериком и Вагаром.

– Нарушение! – прохрипел Вагар. Он попробовал подняться, но не смог. К нему подбежали двое учеников. Они подхватили его под руки и повели прочь с арены.

Волден проводил его взглядом и повернулся к Эмерику. Тот дрожал и, казалось, вот-вот должен был упасть. Но держался.

– М-магистр…

– Позже, – прервал своего ученика Волден. Он повернулся к трибунам.

– Поединок окончен! Вагар не может продолжать бой. Эмерик Стенваль подтвердил право носить звание послушника Анклава Стихий.

Трибуны встретили тишиной результат боя. Прозвучало лишь несколько неуверенных хлопков.

Родгар, Гида и Фиран не хлопали. Они молча смотрели на друга, который сейчас медленно шёл к выходу с арены, опустив плечи.

– Ладно. Что будем делать? – первым пришёл в себя Фиран. В это время Волден объявлял следующих участников. Посвящение продолжалось.

– Пойдём догоним Эмерика? – спросил Родгар.

– Нет. И что мы скажем? – Гида перебила друга. – Я, как и сказал Фиран, половину ночи пыталась принять мысли и воспоминания настоящей Гиды. И вроде бы даже преуспела. Давайте по порядку. Первое – мы как бы не знаем Эмерика, и я думаю, не стоит вызывать подозрений, мчась к нему сломя голову. Второе – мы знаем, что он жив, а значит, скоро с ним встретимся, так или иначе. И третье – мне нужно отчитаться о том, что я смогла выяснить в Ингарии человеку, которому служит Гида.

– Разумно, – кивнул Фиран. – Может быть, там мы найдём хоть какие-нибудь ответы. Но чувствую, это только начало, – он тяжело вздохнул.

Родгар всё ещё смотрел в сторону выхода с арены, где скрылся Эмерик.

– Согласен, – прервал он молчание. – Не светимся. Действуем согласно плану. Веди, Гида. По дороге расскажешь, что именно ты выяснила в Ингарии.

Гида кивнула и первой двинулась к выходу с трибун.

* * *

Гуннар встретил Эмерика у выхода с арены. Ничего не говоря, он снял с себя меховой плащ и накинул его на плечи юноше.

Они пересекли площадь и вскоре вышли к боковым воротам Анклава. Гуннар кивнул страже, и их пропустили без вопросов. Коридоры встретили их теплом, и Эмерику стало дурно. От тепла ледяной комок в груди отозвался тупой болью. Он поспешил вернуть плащ Гуннару.

У двери в лазарет Гуннар остановился.

– Я зайду позже, – сказал он. – Если захочешь поговорить.

Эмерик кивнул.

– И… парень, – Гуннар положил руку ему на плечо. – Поздравляю с победой. В тебе больше духа, чем в половине послушников Анклава. Помни это. И то, что ты сделал для защитников форта.

Эмерик толкнул дверь и скрылся в палате.