Текст книги "Игра без сохранений (СИ)"

Автор книги: Кирилл Мальцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Он поднялся, согнул руки в локтях и выставил их перед собой ладонями вверх, шепча слова силы. Воздух над ними начал мерцать и закручиваться, образуя шипастые шары – по одному над каждой из ладоней.

Эмерик толкнул их руками по направлению к стене. Шары врезались в орков, и с оглушительным хлопком взорвались, разметав во все стороны куски серых тел. Двое воинов на стене, которые уже готовились к смерти, застыли в изумлении.

Он сделал это. Стена была чиста.

Эрлунд, только что добивший очередного орка, на мгновение застыл, глядя на разорванных заклинанием врагов.

– Парень! – воскликнул он, когда Фиран и Эмерик приблизились. – Твоих рук дело?!

Эмерик, тяжело дыша, кивнул, пытаясь смахнуть застывшую кровь с лица.

– Тогда слушай сюда! – Эрлунд уже повернулся к своим людям. – Здесь мы справимся! Ты, ты и ты! – он указал на троих воинов, что стояли ближе всех. – Следуйте за эльфом и магом к западной стене! Там сейчас хуже всего! Держите её, сколько сможете!

– А ты, ярл? – спросил Фиран.

– Убедимся, что с этой стороны врагов нет и догоним вас! – рявкнул Эрлунд и повёл воинов наверх, на стену.

Фиран коротко кивнул и побежал в сторону западной стены. Трое воинов, покрытых орочьей кровью, устремились следом.

* * *

Меньше чем через минуту они выбежали к участку западной стены – и остановились как вкопанные.

Здесь была бойня. Тела орков лежали повсюду: не меньше нескольких десятков. Снег был истоптан и перемешан с кровью, превратившись в грязное месиво.

Защитники лежали здесь же. Почти все они пали, но стояли до конца. Последние двое – высокий воин с седой бородой и молодой парень с разбитым лицом – стояли на коленях, прижатые к стене. Их оружие валялось рядом. В двух шагах от них, возвышалась фигура в тёмном балахоне. Эмерик сразу понял, кто это. Такого же орка он видел возле входа в башню стихий.

Шаман.

Его когтистая рука была вытянута вперёд, и из груди двух последних защитников вырывались тонкие струйки света – их жизненная сила втягивалась в его ладонь. Воин с седой бородой дёрнулся, его глаза закатились, и он затих. Второй, молодой парень, продержался на пару секунд дольше, но в конце концов его губы посерели, а руки безвольно повисли.

Шаман медленно опустил руку. Тела упали на снег.

Вокруг него стояли пятеро орков. Они отличались от тех, с кем сражались воины Эрлунда у восточной стены. Эти были крупнее, в пластинчатых доспехах, с тяжёлыми топорами и щитами. Они смотрели на Фирана. И ждали.

Эльф вскинул лук – и выругался сквозь зубы. В пылу битвы он не заметил, как закончились стрелы.

Орки злобно загоготали.

Шаман улыбнулся. Он поднял посох, и воздух вокруг него потемнел, сгущаясь в дымку. Орки шагнули вперёд, заслоняя вожака, и зарычали, готовые к броску.

Глава 26. Осада. Часть 2. Финал

Шаман улыбнулся. Его лицо, изрезанное шрамами, исказилось в зловещей гримасе. Он поднял посох, и воздух вокруг него потемнел, сгущаясь в чёрный туман. Пятеро орков в пластинчатых доспехах шагнули вперёд, заслоняя вождя.

Фиран стиснул зубы. Преимущество было не на их стороне. Он бросил короткий взгляд на воинов, стоящих позади него. Их суровые лица были полны решимости защитить свой дом, даже ценой собственных жизней. Один из них кивнул Фирану.

Орки выжидали, оставляя первый ход за Фираном.

– Эмерик, – тихо бросил эльф через плечо, не отрывая глаз от противников. – Если ты не справишься, нам конец.

– Я справлюсь, – произнёс Эмерик и начал смещаться вправо.

Фиран рванул вперёд, и воины Риверхолда устремились за ним. Их крики смешались с рёвом орков, и воздух дрогнул от столкновения.

Первый удар Фирана пришёлся в щит одному из орков. Тот принял удар и, крутанувшись, попробовал достать эльфа своим топором. Фиран отскочил назад. Завязался бой.

Один из воинов Риверхолда, издав боевой клич, раскроил череп самому крупному из серокожих, уравнивая количество сражающихся. Лязг топоров заполонил двор.

Эмерик продолжал смещаться вправо. Шаман, заметив его движение, тоже шагнул в сторону, выходя из-за спин своих телохранителей. Теперь они стояли напротив друг друга – юный маг с инеем на лице и старый орк, вокруг которого сочился чёрный туман.

– Ты смеешь бросать мне вызов, мальчишка?! – прорычал шаман, и его голос прокатился по двору, перекрывая шум битвы. – Я заберу те крохи жизни, что ещё теплятся в твоём теле.

– Попробуй, – ответил Эмерик. Его голос был чужим. Полным силы.

Он поочерёдно взмахнул руками, и два ледяных лезвия сорвались с его ладоней, устремляясь к шаману.

Тот не двинулся с места. Чёрный туман вокруг него взметнулся, создавая непроницаемую завесу. Лезвия вонзились в неё и остановились, застыв на мгновение, а затем рассыпались ледяной крошкой.

– Слабо, – рыкнул шаман и ударил ладонью о землю.

Из-под ног Эмерика вырвались тёмные щупальца, обвивая его лодыжки. Он дёрнулся, пытаясь освободиться, но щупальца держали крепко. Холод внутри него всколыхнулся, и Эмерик направил его вниз, в землю. Лёд разошёлся от его ступней, сковывая туман, и щупальца, застыв, рассыпались.

– Жалкие фокусы, – сказал шаман, и его глаза загорелись зелёным пламенем. – Но этого недостаточно.

С его рук сорвался поток зелёного пламени, и Эмерик едва успел среагировать, выставив вперёд руку с кольцом. Морозный луч хлынул из кольца, сплетаясь в прозрачный щит, зависший между ним и смертоносным огнём.

На мгновение Эмерику показалось, что он выдержит. Ледяная поверхность отразила зелёное свечение, но шаман вложил в пламя ещё больше силы. Огонь вгрызался в лёд, оставляя на нём глубокие трещины. Щит не выдержал. Ледяные осколки разлетелись в разные стороны, а самого Эмерика отбросило назад. Он пролетел несколько метров, прежде чем упал на землю.

В глазах потемнело. Лёгкие обожгло холодом и жаром одновременно. Он с трудом разлепил веки и увидел над собой шамана. Тот стоял, возвышаясь над ним, и его лицо расплылось в злорадной ухмылке.

– Всё, мальчишка, – прохрипел шаман. – Ты сражался достойно, но твой холод не спасёт тебя.

Он занёс руку для последнего удара. Зелёное пламя на его ладони взметнулось вверх, готовое обрушиться на поверженного мага. Эмерик смотрел на него снизу вверх, чувствуя, как холод внутри него отступает, уступая место страху.

И в этот момент он увидел его.

Нож Гуннара лежал на снегу в паре шагов от него. Тот самый, что подарил ему старый воин в день их первой встречи. Кость рукояти тускло поблёскивала в лунном свете, а лезвие отражало багровое зарево горящего Риверхолда.

Времени на раздумья не было, и Эмерик пришёл в движение.

Он перекатился, хватая нож, и, не вставая, вонзил его в бедро шамана. Лезвие вошло в плоть по самую рукоять. Чёрная кровь хлынула из раны, и шаман взревел – громко, яростно, задрав голову к небу. Пламя на его ладони погасло.

– Ты! – закричал он, и его лицо исказилось в бешенстве. Он обрушил на пытающегося подняться Эмерика удар наотмашь, и костяшки пальцев врезались в скулу юноши с такой силой, что тот отлетел в сторону, чувствуя, как в глазах темнеет.

Шаман рванул нож из своего бедра, но было поздно. Кровь хлестала из раны, заливая снег, и силы стремительно оставляли его. Он упал на колени, судорожно хватая ртом воздух, и прохрипел, глядя на Эмерика мутным взглядом:

– Ты думаешь… что победил? – его голос сорвался на шёпот, но в нём всё ещё звучала сила. – Ошибаешься…

Он вытянул вперёд окровавленную руку, и из его груди вырвался последний сгусток чёрного тумана. Он не был похож на прежнюю тьму – он был живым, пульсирующим, словно сердце умирающего зверя.

– Слушай меня, мальчишка, – прохрипел шаман, и его глаза загорелись зелёным огнём в последний раз. – Твоя магия – не дар. Это оковы, которые ты сам выбрал. И теперь они станут твоей тюрьмой навечно.

Чёрный туман начал обвивать Эмерика, проникая под кожу, вплетаясь в его плоть. Юноша попытался отшатнуться, но тело не слушалось. Он чувствовал, как проклятие входит в него, оседает в костях, сплетается с тем, что уже было внутри.

– Каждая капля холода, что ты выпустишь, – продолжал шаман, и его голос становился всё тише, но слова били по сознанию Эмерика с неумолимой силой, – будет возвращаться к тебе. Каждый раз, когда ты используешь свою силу, она будет забирать часть тебя. Ты будешь расти в ней, но она будет расти в тебе.

Эмерик смотрел, как чёрные нити вплетаются в его кожу, оставляя на ней тёмные узоры, похожие на вены. Он пытался дышать, но воздух казался густым, как смола.

– Ты не сможешь от неё отказаться. Ты не сможешь от неё сбежать, – шептал шаман, и его голос звучал всё глубже. – Она станет частью тебя, пока не поглотит тебя целиком. Ты будешь искать освобождения… но не найдёшь. Твоя сила будет твоим проклятием, твоей тюрьмой, твоей смертью.

Шаман закашлялся, из его рта хлынула чёрная кровь. Он упал на четвереньки, но продолжал говорить, и его слова звучали, как приговор:

– Ты будешь помнить этот миг… всегда. И когда ты явишься на порог смерти… ты будешь знать, что это моя рука… сомкнулась на твоём горле.

Его голос сорвался на хрип, и он рухнул лицом в снег.

Эмерик лежал на спине, тяжело дыша. Его тело пульсировало от чужой магии, вплетённой в самое нутро. Он провёл рукой по груди – под пальцами, там, где горела метка, он ощущал странное покалывание, как будто что-то чужое поселилось внутри него, срослось с его плотью, и теперь уже никогда не уйдёт.

Он не понимал, что произошло, но знал – что-то изменилось.

* * *

Фиран отбил очередной удар, но его силы были на исходе. Орки наседали. Фиран и ещё один воин, что стоял рядом, начали отступать, пятясь к стене. Их маленький отряд смог справиться лишь с двумя серокожими, потеряв при этом двух своих бойцов.

Фиран отбил ещё один удар, отступил на шаг и почувствовал, как упёрся в холодный камень стены. Всё. Дальше отступать было некуда. Краем зрения Фиран видел Эмерика, лежащего на спине, и шамана, распластавшегося на земле неподалёку.

Он справился… – подумал Фиран, тяжело дыша.

Орки зарычали, предвкушая лёгкую победу.

В следующий миг из-за поворота раздался боевой клич – низкий, раскатистый, заставивший орков отвлечься.

Эрлунд обрушился на серокожих, и с ним – не меньше десятка воинов. Они ударили с фланга, сметая остатки врагов.

Через минуту всё было кончено.

Эрлунд опустил секиру и повернулся к Фирандаэлю. Его лицо было перепачкано кровью, но глаза горели яростью.

– Живой? – спросил он, оглядывая эльфа.

Фиран устало кивнул и побрёл к Эмерику. Эрлунд приказал воинам проверить стену, а сам пошёл вслед за эльфом.

Юноша лежал на спине, тяжело дыша, и смотрел в небо потерянным взглядом. Его лицо было бледным, а под мантией, на груди, там, где пульсировала метка Ледяной Ведьмы, проступали тёмные узоры – следы проклятия, поразившего его.

– Эмерик, – позвал Фиран, осторожно касаясь его плеча. – Ты слышишь меня?

Эмерик медленно повернул голову. В его взгляде мелькнуло узнавание, но слова давались с трудом.

– Я… слышу…

– Шаман мёртв, – сказал Фиран. – Ты справился.

– Я знаю… – прошептал Эмерик. – Но он… он сделал что-то со мной… Я чувствую…

Он провёл рукой по груди, закашлялся и потерял сознание.

Эрлунд хмыкнул и присел рядом с Фираном:

– Я прикажу воинам отнести его в подвал, – сказал ярл, осторожно стряхивая снег с мантии Эмерика. – Мы отбили замок, и сейчас, там безопаснее всего. Но бой ещё не окончен, и ты нужен мне, Фиран.

Фиран кивнул.

Эрлунд подал знак, и двое воинов подняли Эмерика и понесли его внутрь замка.

Эрлунд собрал оставшихся воинов и двинулся к воротам. Фиран пошёл рядом с ним, сжимая в дрожащей от усталости руке окровавленный меч.

Где-то вдалеке всё ещё звенела сталь и слышались крики. Битва за Риверхолд продолжалась.

* * *

Некоторое время назад

– Сдохни, человек! – визжал гоблин, брызгая слюной во все стороны.

Родгар стиснул зубы и рванул копьё в сторону. Гоблин качнулся, теряя равновесие, и Родгар, воспользовавшись моментом, сильно пнул его в брюхо. Гоблин ахнул и выпустил копьё из рук, скрутившись от боли. Родгар вскочил, подхватил свой меч и одним ударом отрубил твари голову.

Он огляделся, пытаясь восстановить дыхание. Крики и звон железа доносились отовсюду. Риверхолд, если и не умирал, то был тяжело ранен. Пламя пожирало дома, превращая улицы в огненную ловушку.

Он шёл в сторону замка, перешагивая через тела людей и орков, когда услышал отчаянный крик, доносившийся откуда-то справа. За углом, в переулке, двое орков добивали раненого воина.

Родгар, не раздумывая, бросился на помощь. Он врезался в них сзади, ударив первого в шею, а второго – в грудь. Орки рухнули, а раненый воин поднял на него взгляд.

– Ты как? – спросил Родгар, протягивая ему руку. – Встать можешь?

– Могу, – прохрипел воин. Он схватился за руку и поднялся, выругавшись. Его плечо было рассечено, а рубаха пропиталась кровью.

– Меня зовут Торрен, – сказал он. – Мы отбивались в порту, но орки смяли нас. Я единственный выжил.

– Теперь не единственный, – сказал Родгар и помог ему опереться на плечо. – Пойдём. Надо пробиваться к замку.

Они вышли на главную улицу, ведущую к центру. Огонь был повсюду, дым застилал небо, и в этом аду слышались крики сражающихся. Родгар остановился, пытаясь понять, куда дальше.

– Сюда, – сказал Торрен, указывая на боковую улочку. – Этим путём можно выйти к площади.

Они двинулись в указанном направлении, но не прошли и двадцати шагов, как услышали топот. Из переулка выбежал ещё один воин, окровавленный, с пробитым щитом и дикими глазами.

– Орки! – крикнул он. – Они идут за мной!

Родгар перехватил его за плечо, удерживая на месте.

– Сколько их?

– Десятка два, – выдохнул воин. – Они преследуют меня. Я видел ещё воинов на площади, они держатся, но их мало!

Родгар сжал зубы. Идти напролом – самоубийство. Но если они не прорвутся к замку, то погибнут здесь.

– Слушайте, – сказал он, поворачиваясь к своим спутникам. – Попробуем добраться до наших на площади. А оттуда к замку. Это наш единственный шанс.

Торрен и второй воин, которого звали Крэй, переглянулись.

– Мы с тобой.

Они двинулись в обход, прячась в тени горящих домов и перебегая от укрытия к укрытию. Через несколько минут они вышли на площадь, с трёх сторон окружённую горящими домами. В центре площади сражались семеро воинов – одни из немногих оставшихся в живых защитников Риверхолда. Орки теснили их, зажимая в кольцо.

– Вперёд! – крикнул Родгар, и они врезались в строй серокожих с фланга.

Меч Родгара сверкал в свете пожаров. Он рубил и колол, не давая себе передышки. Рядом с ним сражались Торрен и Крэй, а воины в центре, увидев подмогу, воспрянули духом и с яростью набросились на врага.

Казалось, что бой длился вечность, хотя прошло всего несколько минут. Когда последний орк рухнул на снег, Родгар опустил меч и перевёл дыхание. В груди жгло, а левое плечо отзывалось острой болью при каждом движении. Он опустил взгляд и увидел рассечение, чуть ниже ключицы, из которого сочилась кровь. Неглубокая, но неприятная рана. Ещё одна, на боку – он даже не заметил, когда получил её.

– Ты так замёрзнешь, – сказал Торрен, вытирая топор об штанину. – Дайте ему что-нибудь.

Один из воинов снял с себя плащ и протянул его Родгару.

– Спасибо, – ответил Родгар. Он укутался в плащ и оглядел площадь.

Из семерых воинов, сражавшихся здесь, в живых осталось четверо. Они стояли, привалившись друг к другу, и смотрели на замок, видневшийся в конце улицы. Родгар чувствовал, как силы покидают его. Ещё немного – и он просто рухнет.

– Мы должны пробиваться к замку, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал. – Там наши. Если мы останемся здесь – нас перебьют.

– Идём, – ответил один из воинов, и все двинулись вперёд.

Родгар сделал шаг и поморщился – рана на боку отозвалась ноющей болью. Он прижал к ней руку, чувствуя, как пальцы становятся мокрыми. Нужно было спешить.

Они прошли несколько десятков шагов по улице, ведущей к замку, как вдруг земля под ногами содрогнулась. Глухой, тяжёлый удар прокатился по земле, заставив всех застыть на месте. Родгар повернул голову и увидел, как стена одного из домов в конце другой улицы пошла трещинами.

Ещё один удар – и дом обрушился. Из облака пыли и снега, ревя и разбрасывая обломки, показался тролль. Огромный, серый, с кроваво-красными глазами. Он замахнулся своей лапищей и снёс кусок соседнего дома, превращая его в груду камней.

Родгар застыл, глядя на чудовище. Тролль возвышался над руинами, его красные глаза горели ненавистью, а тяжёлое дыхание вырывалось из пасти облаками пара. Воины попятились. Кто-то выругался сквозь зубы. Кто-то застыл в ужасе.

– Назад! – крикнул Родгар, хватая ближайшего воина за плечо и оттаскивая в сторону. – Отходим!

Тролль шагнул вперёд, раздавив лапой каменную кладку, и его рёв прокатился по улице, заставляя воздух дрожать. Родгар сжал меч и сделал шаг назад.

– Что нам делать? – крикнул Торрен, пятясь.

Родгар не ответил. Он просто смотрел на чудовище, которое медленно надвигалось на них. С другой стороны, послышались гортанные крики – орки приближались с тыла.

И вдруг краем глаза он заметил движение – справа, в проходе между рухнувшими домами.

Конь.

Гнедой, с развевающейся гривой, он стоял у обломков конюшни и смотрел прямо на Родгара.

Животное было напугано – ноздри раздувались, уши прижаты, – но по какой-то причине оно не убегало.

Родгар смотрел на коня, и в голове зазвучал голос – низкий, шипящий, пробирающий до костей. Тот самый, что он слышал в пещере, стоя на коленях перед алтарём. Голос Вердиана.

Ты никогда не станешь таким, как он. Ты – ничтожество. Ничтожество…

Родгар вздрогнул. Слова впивались в сознание, как когти. Он посмотрел на свои руки – они дрожали. Меч казался слишком тяжёлым. Его тело ныло от усталости, и темнота на краю зрения настойчиво напоминала о себе.

И внезапно, сквозь шум умирающего города и треск пожаров, он услышал другой голос. Тихое эхо в глубине памяти. Голос жреца Варгона, прозвучавший в храме:

Пусть твой клинок не знает сомнений.

Родгар поднял голову. Тролль ревел, сметая на своём пути всё, до чего мог дотянуться. Крики орков, заходящих с тыла, становились всё ближе.

Пусть твой клинок не знает сомнений.

Он посмотрел на свой меч. Тот, словно почувствовав взгляд хозяина, начал светиться – сначала слабо – но с каждой секундой сияние становилось всё ярче. Боль от ран отступила. Дрожь в руках утихла. Теперь он знал, что должен был сделать.

– Торрен! – крикнул Родгар, поворачиваясь к воинам. – Отвлеките его! Дайте мне время!

Торрен, услышав его голос, кивнул и ринулся вперёд, увлекая за собой остальных. Они закричали, застучали оружием, пытаясь привлечь внимание тролля. Чудовище зарычало и повернулось к ним, занося лапу.

Родгар сорвался с места. Конь по-прежнему стоял у обломков конюшни. Когда Родгар приблизился, животное заржало, но не отступило.

Свободной рукой Родгар вцепился в гриву и взлетел в седло. Конь вздыбился, но Родгар удержался, прижимаясь к его шее.

– Вперёд! – крикнул он, пришпоривая коня пятками.

Конь сорвался с места. Дым бил его в лицо, а ветер свистел в ушах. Тролль заметил всадника, несущегося на него, и взревел. Родгару показалось, что время потекло медленнее. Он мчался на тролля и видел, как тот расшвырял воинов, как тряпичные куклы, разбросав их в разные стороны. Торрен отлетел в стену и рухнул без движения. Крэй попытался встать, но лапа тролля обрушилась на него, и он исчез под ударом. Остальных воинов тролль растоптал, превратив их в кровавую кашу.

Родгар зарычал. Они сделали это ради него. Он не мог позволить их жертве стать напрасной.

Тролль заметил Родгара, взревел, подхватил телегу, стоящую у одного из полуразрушенных домов, и швырнул её навстречу всаднику.

– Твою мать! – крикнул Родгар, натягивая поводья.

Конь метнулся в сторону – резко, как будто знал, что от этого зависит их жизнь. Телега пронеслась в сантиметрах от них, врезалась в землю и разлетелась щепками, поднимая облако снега и пыли. Конь споткнулся, но устоял.

Родгар выровнял его и рванул вперёд.

– Аааа! – закричал он, вскидывая меч.

Клинок в его руке сиял золотым светом – так ярко, что даже в дыму и пламени его можно было видеть за сотню шагов. Он вскочил на спину коня, и прыгнул.

Всё исчезло. Остались только он и чудовище.

Клинок вошёл в грудь тролля – по самую рукоять. Сталь пробила рёбра, разорвала лёгкие и вонзилась в сердце.

Тролль застыл. Его красные глаза расширились – в них мелькнуло непонимание, а затем пустота. Он завалился на бок, поднимая облако снега и пыли. Земля содрогнулась от его падения.

Родгар упал на спину и замер. Он смотрел в небо, затянутое дымом, и не чувствовал ничего, кроме боли. Каждая клетка его тела словно горела.

Пролежав так несколько секунд, Родгар всё же заставил себя встать. Он опёрся на колено, затем на руку и поднялся, шатаясь как лист на ветру.

И тут он услышал звук. Гортанные крики, топот множества ног. Он повернул голову и увидел, как из-за угла выбегают орки. Не меньше десятка. Их глаза горели ненавистью, а в руках сверкали топоры и кривые мечи.

Родгар попытался достать меч, застрявший в груди тролля. Но не смог. Ноги подкосились и он рухнул на колени.

Это конец… – пронеслось у него в голове. Голова раскалывалась от боли, а по щеке покатилась слеза.

Орки надвигались – десятки жёлтых глаз, горевших в свете пожаров. И когда они почти добрались до Родгара, воздух над ним дрогнул. Прямо над его головой пространство разорвалось, и из разлома хлынул свет.

* * *

Свет хлынул из разлома, ослепительный, холодный, и Родгар зажмурился. Когда он снова открыл глаза, то увидел, как на орков неслись огромные белоснежные маралы. Их ветвистые рога сверкали в свете пожаров. На спинах маралов сидели эльфы – высокие, в льдисто-голубых доспехах, с клинками, отражающими багровое зарево.

Они обрушились на орков.

Первый марал врезался рогами в толпу серокожих, пробивая доспехи и плоть. Эльф на его спине, не теряя ни мгновения, рубанул мечом, и голова ближайшего орка отделилась от тела. Второй марал, пронесшись над головами врагов, сбросил своего наездника в самую гущу схватки. Эльф приземлился на одно колено, вскинул клинок и через мгновение уже крушил противников, оставляя за собой кровавый узор.

Ярость орков сменилась ужасом. Они пытались отбиваться, но эльфы двигались слишком быстро. Их клинки мелькали в свете пожаров, и каждый удар находил цель. Эльфы не тратили силы на лишние движения – они убивали с холодной, пугающей эффективностью.

Родгар смотрел на это, стоя на коленях, и не мог поверить своим глазам.

Через минуту всё было кончено. Орки лежали мёртвыми, их кровь смешивалась со снегом. Эльфы стояли среди тел, тяжело дыша, но их лица оставались бесстрастными. Один из маралов подошёл к Родгару и остановился в паре шагов от него.

С его спины спрыгнула женщина.

Высокая, с длинными белыми волосами, заплетёнными в тонкие косы. Её лицо было холодным, почти безжизненным, а глаза смотрели на Родгара с лёгким презрением. Она была одета в льдисто-голубой доспех, переливающийся в свете пожаров.

– Ты – Родгар? – спросила она.

Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

– Аэриндэль, – представилась она. Мы пришли за вами. Где остальные?

Родгар попытался ответить, но из горла вырвался лишь хрип.

– Он слишком слаб, – раздался голос слева. Высокий эльф в тёмно-синем плаще, с суровым лицом и длинными чёрными волосами, подошёл к Родгару и протянул руку. – Я Эльварфаэль. Держись за меня.

Родгар ухватился за его руку, и эльф помог ему подняться.

Позади эльфов послышался топот. Аэриндэль обернулась и увидела Эрлунда, Фирана и с десяток израненных воинов. Они приблизились к эльфам и Эрлунд, с ненавистью в голосе, воскликнул:

– Эльфы! Явились, когда всё уже кончено? Где вы были, когда мой город горел?!

Аэриндэль слушала его с бесстрастным выражением лица, но в её глазах мелькнуло холодное презрение.

– Мы не обязаны отчитываться перед тобой, ярл. Ты сам выбрал свой путь.

– Что ты сказала?! – Эрлунд шагнул вперёд, сжимая секиру.

Эльварфаэль размазался в воздухе, и через мгновение острие его меча уткнулось в шею Эрлунда.

– Придержи язык, человек. Иначе ты его лишишься.

Эрлунд застыл на месте. Воины, стоявшие позади него, перехватили поудобнее свои топоры.

Аэриндэль бросила взгляд на тело тролля, лежащее рядом.

– Ты сам навлёк на себя эту беду, убив его самку, и похитив дитя. И если бы ты не считал наш народ своими врагами и не лез в наши владения, мы пришли бы на помощь раньше.

Лицо Эрлунда побагровело от злости.

– А теперь, – продолжила Аэриндэль, – пожинай плоды.

Она отвернулась от него, словно он пустое место, и обратилась к Фирандаэлю:

– Ты выглядишь получше, чем твой товарищ, малорн, – она подошла ближе. – Где остальные?

Фиран выпрямился, стараясь не показывать усталости.

– В замке. Эмерик ранен, он без сознания. Гида… она в подвале с женщинами и детьми.

Аэриндэль слушала, не перебивая. Её лицо оставалось бесстрастным, лишь на мгновение в глазах мелькнула тень раздражения.

– Значит, вы разделились. Неудивительно, что вы едва выжили.

Она повернулась к Эльварфаэлю.

– Возьми с собой двоих. Помоги нашим гостям собраться. Мы будем ждать вас за воротами.

Эльварфаэль коротко кивнул и жестом подозвал эльфов. Те бесшумно отделились от отряда и встали за его спиной.

Фиран обернулся, глядя на дым, поднимающийся над Риверхолдом, на тела, на разрушенные дома. Всё это казалось скорее кошмарным сном, чем явью.

Он перевёл взгляд на колесо от телеги, которую тролль швырнул в Родгара, и вспомнил про их пожитки.

– А как же наши вещи? – спросил он.

Аэриндэль даже не обернулась. Она уже сидела на марале, поправляя поводья. Её голос долетел до него холодный и ровный:

– Они вам больше не понадобятся, малорн. В Нортхольме у вас будет всё необходимое.

Фиран открыл было рот, чтобы возразить, но осекся. Спорить смысла не было.

– Хорошо, – сказал он. – Только заберём Гиду и Эмерика. Норнэль.

Последнее слово вырвалось непроизвольно, против его воли.

Аэриндэль, услышав обращение, бросила прищуренный взгляд в сторону Фирандаэля.

– Такой же дикий, как и остальные, – бросила она, и её марал начал движение.

Фиран проводил её взглядом и подошёл к Родгару.

– Идём, – сказал он тихо и положил руку Родгара себе на шею, помогая ему. – Мне кажется, что всё только начинается…

* * *

Эпилог

Тронный зал Найлы тонул в полумраке. Единственным источником света были магические шары, зависшие над потолком, испускающие бледно-зеленоватое сияние.

На коленях перед ней, уткнувшись лбом в холодный камень, лежал маг в аметистовой мантии. На его одежде были следы от огня, а некоторые участки кожи обожжены.

– Я… я сделал всё, что мог, моя королева, – прошептал он. – Орки… они…

– Мне плевать на орков, – перебила его Найла. – Мальчишка сбежал. Ты провалил задание.

Маг поднял голову, и в его глазах мелькнула надежда.

– Я… я могу всё исправить! Я…

Её глаза сверкнули.

Маг застыл. Его тело начало скручиваться – медленно, с хрустом костей, которые ломались одна за другой. Кровь хлынула из глаз, носа, ушей. Он пытался кричать, но из горла вырвался лишь сиплый хрип. Найла наблюдала за этим с лёгкой, почти скучающей улыбкой.

Она повернулась налево и приказала:

– Убрать.

Из тени, сгустившейся у колонны, послышалось шарканье. Сначала показалась рука – непропорционально длинная, с искривлёнными пальцами, покрытыми глубокими шрамами. Затем – тело. Коротконогий, сгорбленный Хольт, ростом не выше пояса взрослого человека, выполз на свет. Его лицо было уродливо искажено – одна половина как будто оплыла, стекая к подбородку, глаз заплыл, а рот перекошен так, что из него постоянно сочилась слюна. Одежда на нём была грязной и рваной, а одна нога подволакивалась.

Он зашаркал к телу мага, что-то бормоча себе под нос – неразборчиво, словно язык не слушался его.

– Кровыщща… убирать, убирать… – донеслось до Найлы.

Он схватил мёртвого мага за воротник и потащил по полу, оставляя за собой кровавый след.

– Тихо-тихо… чийчас мы тебя… в подвал… в подвал… – пробормотал Хольт, исчезая в проходе за колонной.

Найла проводила его взглядом и повернулась к залу.

– Генерал.

Из другой тени шагнул мужчина в чёрном плаще. Его лицо скрывал глубокий капюшон, и лишь серебряные нашивки на вороте блеснули в свете магических шаров.

– Моя королева?

– Вейлир. Приведи его.

Генерал коротко поклонился и исчез. Через несколько минут двери тронного зала распахнулись, и в них вошёл эльф.

Высокий, с короткими чёрными волосами и бледным лицом, на котором застыло ледяное спокойствие. Его доспех был тёмным, почти сливающимся с тенями, а на поясе висели два изогнутых клинка. Глаза – чёрные, без единого проблеска света – смотрели на Найлу без страха.

– Вейлир, – произнесла она. – Член братства Нокт. Я слышала о тебе.

Эльф не поклонился. Стоял, сложив руки на груди, и смотрел на неё в ожидании.

– Мне нужен один человек, – сказала Найла. – Юный маг. Эмерик Стенваль. Он сбежал из Астирии к северным эльфам. Приведи его ко мне. Живым.

Вейлир чуть склонил голову.

– Братство принимает контракт.

Послесловие

Дорогой читатель!

Спасибо, что дочитал до конца. Как и сказал Фирандаэль – всё только начинается.

Впереди – Нортхольм, Молот Йорны, новые враги и старые тайны. Вторая книга уже в работе.

А пока – спасибо, что был(а) рядом. До встречи на страницах «Игры без сохранений. Книга вторая».