Текст книги "Небесный всадник 2 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Глава 64

Честно скажу, я не боюсь ответственности. Перекладывания ответственности на чужие плечи.

– Лорейн, а кого мне пригласить? – тихо спросил я.

– Кого хочешь, – ответила она, не моргнув глазом.

– Это я понял, но кого предпочтительнее?

– Любую, это ведь не сложно.

Не сложно?

– А ты сама хоть раз звала кого-нибудь на танец? – поинтересовался я. – Вот когда в конце будет белый танец?

– Нет, но…

Но-о-о-о?

– Я…

Вот тут Лорейн и растерялась. И всё потому, что в конце бала будет белый танец, где девушки приглашают парней эдакий способ показать кому-то свою благосклонность или интерес. А они, как я и подозревал, ни разу никого не приглашали. Поэтому легко советовать, когда ты сам не сталкивался с подобной проблемой.

– Сейчас, – пробормотала она и повернулась к Ирис. – Кого пригласить Самсону?

– Самсону? М-м-м… сейчас… – повернулась к Каталине. – Каталина, кого Самсону пригласить?

– Пусть пригласит… пригласит… секунду…

Да вы издеваетесь?

– Серафина, кого Самсону пригласить?

Та повернулась, взглянув на меня.

– Пусть пригласит дочь императора.

– Ясно, – Каталина обернулась к Ирис. – Дочь императора.

– Дочь императора.

Лорейн повернулась ко мне.

– Дочь императора.

– Погоди, у старшей же муж есть вроде, или суженый, как мне говорили, – напомнил я.

– Младшую, как я понимаю.

– Так ей вообще десять!

– Ладно, секунду… – она повернулась, и они так по цепочке вновь начали передавать Серафине некоторые факты о дочери императора.

– Да, десять, но он не под венец собирается её звать, – отозвалась та. – Это знак уважения империи и самому императору. Несколько политических очков на его счёт не повредят и никого не обидят, все поймут.

– Не надо передавать, я отсюда слышу, – я слегка отклонился назад и за спинами всадниц спросил. – Серафина, точно? Меня там за нехорошего человека не примут?

– Очевидно, что это политический жест, а не что-то иное. Лучший выбор для первого танца, – кивнула та. – Уверена, что именно этого и ждут от тебя.

Нет, ну раз лучший, то лучший.

Вскоре все сдвинулись со своих мест, и я сразу взял направление на императорскую семью, быстро пересекая зал и лавируя между мужчинами.

Между делом я бросил взгляд на всадниц, к которым подходили мужчины. Почти все вежливо отнекивались, покачивая головой, и только Мелисса да Рондо приняли от кого-то руку, но с ними и так всё понятно.

Оказавшись в середине зала, я пытался найти взглядом церемониймейстера, который был связующим звеном между жалкими нами и великими ими. За прямое обращение к императорскому семейству можно было отхватить звиздюлей. Я бы, конечно, не отхватил от императора, но Серафина бы сама в вазочку потом насыпала. Но, как оказалось, меня самого пытались перехватить…

Ко мне из неоткуда шагнул сам церемониймейстер.

– Господин Самсон фон Хертвёрд? – осведомился негромко тот. – Его Императорское Величество желает, чтобы вы были представлены Её Императорскому Высочеству Налайне Агернштейн.

Я аж подвис.

Хера се…

Ну нихера се!

Мля, ну хера себе поворот событий!

Я к чему, блин! Не я подошёл знакомиться, сука, а сам император решил оказать мне честь и направил церемониймейстера, который должен был меня привести к императорской семье, чтобы я с ними познакомился. То есть мне и выбирать не нужно было, сам император решил проблему, пригласив к себе.

Я в шоке…

И в таком шоке я подошёл к императорской семье, которые внимательно разглядывали мою охреневающую от происходящего персону. Тут опять включился церемониймейстер.

– Ваше Императорское Высочество, по воле Его Императорского Величества позвольте вам представить барона Самсона фон Хертвёрда, небесного всадника, заслуженного воина империи, прославившегося во многих сражениях за империю и удостоенного высочайшей милости за служение империи и императору.

Ну всё, мой выход. Я поклонился, едва тот закончил.

– Ваше Императорское Высочество, могу ли я иметь честь пригласить вас на танец?

И краем глаза я заметил, как девочка переглянулась с императором, который ответил ей кивком.

– Благодарю, – раздался тоненький голосок.

Ну всё, увёл я лольку.

Хотя всё равно сложно. Надо через кого обращаться, вот эти долгие представления и прочее, лишь бы следовать традициям. И к чему такие формальности? Почему вот у вас не может быть всё просто, как у людей? Как-то по-человечески? Господи, да я говорю уже, как один интересный персонаж. И тем не менее, может, он и был прав, слишком всё это тянет на бюрократию, в которой потом все утопают.

Как бы то ни было, мы встали в центре зала, и другие бочком-бочком поспешили отодвинуться, но не от меня – не дай бог ты даже своим костюмом заденешь принцессу, подвесят потом за яйца. Или сиськи, в зависимости от того, что у тебя есть или больше развито.

А потом начала играть музыка. Так, Самсон, помни, главное не отдавить ноги, главное не отдавить ноги…

* * *

– А он дерзкий, на принцессу замахнулся, – оскалилась одна из агадарок. – А Резадрес отсёк сразу.

– Да иди ты, – огрызнулась та раздражённо.

– Обидно, когда не дают, да?

– Иди, дракона под хвост поцелуй. Парню явно все мозги успели промыть эти подлизки, иначе давно бы подо мной был. К тому же пока не вечер, мы ещё посмотрим, кто кого…

– Ну-ну, удачи, – усмехнулась та.

– А может, император сам решил показать, кто ещё не понял, кто есть кто и к кому лезть не следует, – хмыкнула другая и повернулась к соседке. – Что думаешь, прокладывают мостик от императорской семьи к нам?

Та, к кому она обратилась, едва заметно отличалась от остальных. Её руки сплошь были покрыты замысловатыми узорами. Они расходились на груди, едва прикрытую тканью, и спину, не прикрытую вовсе. Маленькая татуировка, словно символ, была даже на лбу меж бровей, и ещё одна на скуле под правым глазом. И помимо всего прочего, в отличие от остальных, у неё виднелись небольшие рожки, торчащие из волос.

– Мне плевать. Это дело Акартресс, не наше, – хрипловатым и низким голосом отозвалась она, после чего раздражённо оглянулась. – Ну что там, когда мы уже сможем позвать на танец?

– В самом конце, – оскалилась одна из них.

– Тц… – она едва не сплюнула на пол. – Заколебали со своим цирком…

* * *

Ну… такое себе, конечно, танцевать с ребёнком. Особенно с той, кто ростом метр с кепкой в прыжке на роликовых коньках: тут кое-как бы встать в пару, чтобы, сгорбившись, не танцевать да ноги не отдавить, чем я обычно промышлял. А она, будучи мелкой, ещё и строит такую моську, будто охренеть какая взрослая, что выглядит ещё забавнее.

К своей чести скажу, что ноги я не отдавил. Чуть сам не ушатался, но даже кончиком ботинка её не коснулся. И смог танцевать с ровной спиной, а то бы мне потом хребет, чую, сломали за позорище такое.

Короче, танец я закончил как надо. Только, в отличие от остальных, где парень и девушка расходились, у меня так не прокатит.

Поклонившись, я протянул руку, в которую та вложила свою ладошку, после чего мы направились обратно к её семье. Уже около них я ещё раз поклонился, на что та лишь кивнула головой, тихо произнеся:

– Благодарю…

Ну… всё, это у нас закрыто. Теперь что там, вроде надо было потанцевать с… А нет, не успел, уже начинается второй танец. Ну и хрен с ним, потом приглашу. Я вернулся обратно к всадницам, встав между Каталиной и Серафиной.

– Слушайте, а почему я один отдуваюсь? – спросил я.

– Почему же? – взглянула на меня наша глава.

– Ну потому что я должен танцевать, а вы просто такие: ой, я не хочу, не могу, извините?

– Ну ты же парень, – улыбнулась Мелисса, стоявшая около Серафины.

– Ну а вы девушки. Давайте, соглашайтесь на танец, а то я чувствую себя каким-то брошенным.

– А я и танцую, – ну к ней да, не придерёшься в этом плане. – А ты хочешь сказать, тебе не понравился танец с принцессой?

– Я предпочитаю, знаешь, немножко постарше. Лет как минимум на восемь. Нет, круто, что меня сами позвали, конечно, и тем не менее было бы неплохо…

– Прости, что? – вдруг перебила меня Серафина.

– Я предпочитаю немножко постарше?

– Нет, после.

– Лет на восемь?

– Да нет же, про то, что тебя позвали, – раздражённо произнесла она.

– А, ну церемониймейстер подошёл и сказал, что Его Величество желает, чтобы я познакомился с Её Высочеством. Что, это было не запланировано?

Повисла тишина (если не считать музыки). Она переглянулась с Каталиной сбоку от меня, которая тихо спросила:

– Думаешь, уже подбивает клинья для дочери на будущее?

– Мог просто дать всем понять, что Самсон имеет важный статус, чтобы отбить недоброжелателей на старте. Или таким образом прокладывают связь через Самсона к агадаркам, но…

– Мне стоило отказаться?

Они посмотрели на меня, как на самоубийцу.

– Ни в коем случае, – шикнула Каталина. – Никогда не отказывай императорской семье.

– Ты был не в силах что-то изменить, – холодный взгляд Серафины устремился на императорскую семью. – Но должно было быть иначе.

– Мне кажется, всё же клинья подбивает, – негромко заметила Мелисса. – Ты знаешь его, он скользкий, как червяк.

– Он знает, что…

– Все всё знают, но мир не меняется, Серафина. Такое было, есть и будет. Просто теперь они заходят с другой стороны, ты уж не маленькая, должна понимать, что да как. Это было даже ожидаемо. Не понимаю, что ты так напряжена.

– Мелисса, это…

– Да. Ничего. Забудь. Будет – будет. Не будет – отлично. Ничего не изменится. Уж он-то точно не застанет.

– Так я же всё равно бы с ней танцевал. Разница?

– Разница есть, Самсон, – вздохнула Серафина.

Я вообще не понял ни слова из того, что они сказали, но, судя по всему, тут опять их политические игры и попытки друг друга контролировать. Но только теперь использовали меня как рычаг. Как бы то ни было, танец подходил к концу, а значит, настала пора мне выдвигаться.

– Так, Каталина, а где твоя родня?

– Слева стоит, – ответила та как-то холодно. – Можешь отдавить ей все ноги, чтобы она ходить не смогла. Я даю на это своё согласие.

– Да не, я же джентльмен…

Фрацедас нашлась человек в тридцати от нас. Ну слушай, реально, Каталина на минималках. Как будто дочь, хотя дочерью она точно не была. Судя по всему, нагоняй от Каталины она уже забыла, потому что о чём-то щебетала с подружками, которые первыми меня и заметили, толкнув её в бок. Та обратила на меня взгляд… и как будто вздрогнула.

– Миледи, позвольте пригласить вас на танец? – поклонился я, глядя на неё.

Та пару секунд молчала, после чего кивнула, протянув руку и позволив её увести в центр зала. Кстати, а с ней было куда удобнее танцевать. Она и заметно повыше, и заметно порезвее, плюс какая-то раскрепощённая. Девушкам смотреть в глаза парням считалось неприличным, и она не смотрела, но вовсю улыбалась. Задорная, противоположность Каталине…

Может, именно это ту и раздражало? Как бы то ни было, танец закончился, и мы разошлись прямо там, как и полагалось, после чего я вернулся на место.

– Миссия выполнена, – кивнул я. – Так, ещё что-то нужно? Там с кем-нибудь потанцевать или ещё что?

– Нет, – покачала головой Серафина.

– Кстати, а вы с кем-нибудь потанцуете?

– Нет, не в этот раз.

– Ну тогда нечестно, – фыркнул я.

– Честно. Я уже своё оттанцевала, Самсон. Если не веришь, можешь спросить у Мелиссы… – она огляделась, но не нашла ту рядом, – когда она вернётся.

Ну да, Мелисса отрывалась по полной, и парни чуть ли не бежали к ней через весь зал, чтобы предложить свою руку. Кстати, не она одна. И я не про Рондо. Там и Эллианора была не против согласиться отдать свою руку, явно пока не устав от подобного, а вон… ух ты, ты глянь, Флория с кем-то танцует.

Короче, несмотря на то что в паузах подходили к каждой, согласились лишь единицы (эти трое не в счёт), и то потому, что скучали. Но старшие всадницы всё же предпочитали оставаться на своих местах, всех отсекая. А потом случилось то, чего бы мне хотелось меньше всего.

– Благородные дамы, по воле устроителя сего празднества ныне вам представляется честь избрать кавалера на следующий танец.

– Хера се, а чё, так можно было? – испуганно спросил я, наблюдая за тем, как все женские взгляды обратились ко мне. Не хватало лишь старта, чтобы они сорвались с мест.

Мой взгляд сам собой обратился к Серафине в поиске помощи.

– Ты же пригласишь меня?

– Прости, Самсон, но я не танцую, – вздохнула та.

Я посмотрел в ужасе на Каталину, в то время как дамы уже направились в мою сторону. Сука, меня ща порвут!

– Каталина, ты мне должна! Приглашай меня!

Но едва та раскрыла рот, чтобы ответить…

– Танец.

Твою мать…

Я медленно повернул голову на обладательницу низкого хриплого, но не менее бархатистого голоса.

Передо мной стояла агадарка. Да не простая, судя по её виду. И дело не в платье, которое таковым можно было назвать с натяжкой: оно едва прикрывало, кстати, довольно плосковатую для всадниц грудь, оставляя полностью открытым живот и, судя по всему, спину, после чего сходило с пояса длинной юбкой с разрезами по бокам.

Дело в обилии татух. Она была вся забита. Те покрывали руки извивающимися, как змеи, линиями, переходили на плечи, откуда по телу, вокруг пупка и ниже, судя по всему, на ноги. Ещё маленькие татушки были на лбу, где у индусов точка стоит, и под правым глазом.

А пирсинг… у неё все уши были щедро проколоты, плюс нос посередине и пупок. Что там ещё она себе проколола, одному богу известно, потому что то немногое было прикрыто полосками ткани. На фоне этого украшения в виде цепочек на колечках пирсинга, всяких ожерелий, браслетов на руках и ногах были мелочью.

Блин, да у неё даже рога и хвост (блин, на нём тоже пирсинг!) есть! Маленькие, но рога! Мать твою, вы что за демона впустили⁈ И вот это чудо-юдо сейчас стояло передо мной, протянув руку!

– Э-э-э… я плохо танцую… – пробормотал я.

– Для меня пойдёт, – поймала она меня за руку и выдернула за собой, после чего бросила взгляд на Серафину. – Ты же не против?

– Иди и танцуй, раз разрешили, – ледяным тоном отозвалась она.

Напоследок демоница показала острые зубы (это не считая того, что верхние клыки у неё и так торчали), после чего утащила под завистливые взгляды остальных меня на танцпол. Дёрнула за руку к себе, поймала другой и буквально вцепилась, не давая сдвинуться.

– Так вот ты какой, – хрипло произнесла она, пробежавшись по мне взглядом. – Ожидала большего от небесного всадника.

– Да? А вот вы все мои самые смелые ожидания превзошли.

Это был не комплимент, вообще-то, но она фыркнула и с музыкой начала двигаться. Странно двигаться. Я будто змею пытался удержать в руках. Про этикет она тоже не слышала, глядя мне в глаза.

– Мне говорили, что ты дерзок, как щенок, и скользок, как червь.

– А ещё хорошо просаживаю правой промеж глаз. Жалко, те, кто это знает, вам не сообщат уже.

– Я же могу обглодать тебя, – по-змеиному прошипела она, показав язык. Тот, сука, тоже проколот!

– Смотрите, клычки свои не сломайте. Новые дорого встанут, – огрызнулся я.

Её губы едва заметно дёрнулись в улыбке.

– Что ж, интересно будет с тобой поболтать в другом месте и в другое время, когда рядом не будет тех, кто прикроет твою трусливую задницу.

– Блин, звучит соблазнительно, мне нравится пожёстче. Да и в постели я отлично справляюсь и один, включая подобных вам.

– Думаешь, справишься со мной? – прищурилась агадарка.

– Пристегну цепями к кровати и, думаю, как-нибудь оседлаю.

– Пахнешь девственником для таких смелых заявлений.

– Одно другому не мешает.

Ну да, я смелый, потому что мне ничего не будет и рядом подмога. Ну не слушать же мне теперь её оскорбления с каменным лицом, верно? Да и вообще, что такое сила? У кого-то это мышцы, у кого-то это деньги, у кого-то это друзья. Не вижу ничего плохого воспользоваться той силой, которой ты обладаешь на данный момент, когда против тебя неравный противник.

А что касается нашего танца… Я не сдерживался, топтал ей ноги с огромным удовольствием, пусть она и пыталась отвечать тем же, попутно впиваясь в меня когтями. К тому же она реально двигалась не ровно, как другие, а как-то волнообразно, вся извивалась, будто не в силах была удержать своё тело. Тут хочешь не хочешь, случайно да наступишь.

Когда музыка закончилась, она внезапно дёрнула меня к себе (как КамАЗ дёрнул) и прижалась телом, шумно вдохнув, после чего отстранилась, глядя мне прямо в глаза.

– Мы встретимся. Я позабочусь об этом.

– Цепи не забудьте.

– Обязательно, – показала она частокол зубов за улыбкой, развернулась и пошла прочь.

Ну слава богу, мне даже не откусили никаких частей тела, что не могло не радовать.

Я вернулся обратно к всадницам, которым явно было интересно меня послушать.

– И как она тебе? – спросила Серафина, бросив взгляд в сторону агадарок.

– Та ещё сука. Я даже не думал, что бывают такие злобные дряни.

– Это глава небесных всадниц Агадарской империи, Зедринзса Драшра.

– Ох, нихрена ж себе… – обернулся на эту особу, которая сейчас тусовалась среди своих, что-то обсуждая. Будто почувствовав на себе мой взгляд, она обернулась, прищурилась… и показала мне свой длинный язык, словно змея, пробующая воздух на вкус.

– Так, это был знак агрессии или что? – нахмурился я.

– Нет, знак интереса и доминирования, – хмыкнула Мелисса. – Я смотрю, ты её зацепил чем-то.

– Да, я ей ноги оттоптал.

– Не думаю, что она бы проявляла интерес, задень её это.

Ну… проверять мы это не будем, потому что дальше меня ждал праздничный обед, который спешил перейти и в ужин. Вот где я собирался оторваться, так это там. Никто от тебя ничего не ждёт, никто от тебя ничего не требует. Знай, что жуй да помалкивай, а я умел и то и другое.

Это был ещё один громадный зал, где уже были расставлены столы. Там, где на возвышении по идее должен был располагаться трон, стоял стол императорской семьи. Причём стульев там было чуть больше, чем самих членов. По бокам на том же возвышении тройка длинных столов, а остальные уже стояли внизу, расставленные в две линии.

Как ни странно, император с семьёй сел за главный стол. Но помимо них за стол села Серафина и несколько человек, в которых я узнал канцлера, маршала и главного архимага. Короче, самые-самые сели.

Но нас тоже не обделили: мы заняли стол по правую сторону от императорского стола, в то время как высшая приближённая знать, по левую, а гости на оставшихся. Все остальные присутствующие расселись за столами, что стояли ниже.

– Ну наконец-то, – выдохнула Флория вполголоса. – Я уже проголодалась.

– Как будто мы что-то делали, от чего можно проголодаться, – заметила Тефея.

– Стоять и смотреть, как все пляшут, тоже труд, – ответила Жаннель. – Особенно на нашего героя.

– Понимаю, тоже хотела потанцевать со мной, а я и не пригласил. Прости, – слегка поклонился. – Моя вина.

– Да кому ты нужен.

– Ну раз ты упомянула меня, то тебе, – хмыкнул я.

– Только жаль, что его сердце занято, – усмехнулась Эллианора. – Правда, как оказалось, наш мальчик любит сильно помоложе.

– Ты просто завидуешь, потому что императорская семья на тебя даже не взглянула, – ответил я.

– Вы только устройте мне тут ещё ругань, – шикнула на нас Каталина. – Я вас обрею налысо. Всех трёх.

Ну для меня это не угроза вовсе. Я бы и не против, кстати, был. Голова потеть меньше будет.

Но прежде, чем мы приступили к трапезе, император произнёс тост. Такой, сука, долгий, что он будто речь произносил перед народом, пытаясь их вдохновить. Так и хотелось напомнить, что мы тут, вообще-то, жрать собрались, а не слушать.

Я даже прислушиваться, что он там говорит, не стал, стоял, глядя в стол, и ждал, пока это не закончится, после чего просто поднял бокал вверх и громко произнёс: за нас.

За кого, за нас, мне было непонятно, но пофиг, потому что нам стали подавать еду.

Порции были небольшие, я бы сказал, совсем маленькие, но мне была известна эта фишка. Дело было не в жадности хозяев или поваров: порции маленькие, но их много, и они все разные. Можно за раз попробовать кучу блюд, самых разных, и не разойтись по швам от переедания.

Вот нам на закуску подали в тарталетке какой-то плавленый сыр и сверху сочный кусочек мяса. Следующим была рыба под каким-то молочно-лимонным соусом. Буквально на пару укусов, но оказалось, её ещё и зафаршировали какой-то пряной травой. Сочный кусочек стейка терялся на фоне всего, зато выделялось какое-то странное мясо, похожее то ли на курицу, то ли на гребешок, которое подали без всего.

– Виверна, – пояснила Ирис. – Из совсем детёнышей делают: вырезают мясо на брюшке и варят несколько минут.

– Бедные детёныши… – пробормотал я, пережёвывая мясо. И вкусно, и грустно.

Интересным было яйцо всмятку. Оно было уже вскрытым, но пахло… специфически. И было на вкус будто немного солёным, с каким-то странным ароматом вяленого мяса и нестиранных носков. Хотя вкусно, не буду отрицать.

Так мы и ели каждое блюдо по очереди, незаметно приближаясь к концу праздничного дня. Всадницы негромко переговаривались, обсуждали последние сплетни, кавалеров да и в принципе мужчин, которых видели: новеньких, которых до этого не видели, стареньких, что успели накинуть уже десяток лет, став из мальчишек мужчинами, и тех, кто не пришёл вовсе и вряд ли уже придёт.

Некоторые, как Эллианора, рассматривали их в плане возможных суженых, кто-то, как Рондо и Мелисса, исключительно по привлекательности. А вот мне не с кем было обсудить девушек. Нет, я мог обсудить парней, но это было бы как-то немного не по мне, уж извините. Но в остальном меня всё устраивало, тем более что меня не посадили с Аэль, которая расстреливала близлежащих словарным запасом.

Можно было сказать, что сегодняшний день, показавшийся мне вечностью, прошёл вполне себе сносно. И даже было немного жаль, что он заканчивался и дальше начиналась рутина, но! Я успокаивал себя тем, что дальше меня ждали патрули, эдакие путешествия, что вполне могло компенсировать всё остальное. Да и я как-то всё больше и больше втягивался во всю эту жизнь, что говорило об одном.

Я окончательно вливался в жизнь небесных всадниц, рутинную и однотонную.