Текст книги "Между добром и злом. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Кирико Кири

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Между добром и злом. 7 том.

Глава 1

Возвращение домой было как путешествие в другой мир.

Казалось, что не осталось ничего, кроме высоких деревьев с пышными кронами, которые заволакивали весь мир своей зеленью. Но буйная природа уступала с каждым километром, преодолённом в сторону севера. Уже и деревья были не столь высоки, и луга встречались чаще. Тот же воздух – он становился суше, прохладнее. А потом, словно кто-то щёлкнул рубильник, начались холода.

В один вечер Кондрат забыл закрыть окно и проснулся ночью от того, что в купе стало холодно. Ветер свистел, задувая внутрь первые морозные нотки. Мир предстал перед ними безжизненным и холодным: голая земля, редкие пучки пожухлой травы и голые деревья, которые тянулись к небу костлявыми ветками. Ещё один день, и вот уже начали встречаться снежные шапки то тут, то там. А потом…

– Снег… – выдохнула Дайлин, глядя в окно.

Поезд ворвался в снежную бурю. За окном всё было белым-бело. Это выглядело волшебно, красиво и гораздо лучше, чем мёртвая земля, которая вызывала ассоциации только с промёрзшими покойниками и кладбищем. Хотя, конечно, может это только у Кондрата были такие ассоциации.

В скором времени они прибыли и в Ангартрод. Он не изменился ни на йоту. Всё тот же огромный, – по местным меркам, – шумный город, заваленный снегом, который даже сейчас шёл мелкими хлопьями, будто напоминая о себе, что в каждую секунду может обрушиться с новой силой. И в противовес югу здесь было до ужаса холодно. То ли они отвыкли, то ли действительно стало холоднее, но даже Кондрат поёжился, выйдя из вагона. Чего говорить о Дайлин, которая завернулась в свою шубку и продолжала постукивать зубами.

– Я думала, что будет теплее, – улыбнулась она, выглядывая из-за пышного воротника.

– Мы просто отвыкли, – отозвался Кондрат, оглядываясь. Было непривычно многолюдно. – Через пару дней привыкнем.

– А знаешь, всё равно здесь лучше, – внезапно произнесла Дайлин. – Не думаю, что смогла бы жить в климате, где ты задыхаешься от духоты и помираешь от влажности круглый год.

– Согласен.

Что-что, а Дайлин была права. Такой климат слишком специфичен для того, чтобы его полюбить. Может, родись он в тех краях, то как-нибудь и свыкся, однако уж точно не на старости лет. Если бы у Кондрата была возможность выбирать, то он бы предпочёл какое-нибудь побережье у моря в тропиках, как те лазурные берега на Гавайях или что-то в этом духе.

Пока он пытался привыкнуть к морозному ветру, который беспощадно щипал щёки и кончик носа, из толпы прямо перед им внезапно показалась невысокая фигура. Кондрат не сразу, далеко не сразу понял, кто сейчас перед ним стоит, отметил лишь знакомую одежду, после чего отвернулся, высматривая Цертеньхофа…

После чего повернул голову обратно. Взгляд остановился на неуверенной улыбке.

– Зей? – негромко спросил он.

Девушка напротив улыбнулась чуть шире.

– С возвращением… Кондрат, – девушка явно стеснялась до сих пор называть его по имени, особенно в присутствии других, и ничего ен могла с этим поделать. Но от того это выглядело ещё более мило.

Повисло неловкое молчание, от которого даже Дайлин стало как-то неуютно, после чего Кондрат наконец спросил:

– Как ты узнала, что я приеду?

– Ну… я же твоя жена, верно? Я должна знать, когда ты возвращаешься. И я рада тебя видеть.

– Понятно… – протянул Кондрат. – Что ж, Зей, я тоже рад тебя видеть. Спасибо, что встретила меня.

– Да… да не за что, Кондрат… – от чего-то она смутилась ещё больше.

Рядом прошёл Цертеньхоф. Бросив взгляд сначала на девушку, а потом и на Кондрата, он подходить не стал. Просто кивнул, и растворился в бесконечном потоке людей, решив не мешать воссоединению.

– Думаю, и нам пора… – протянул он. – Дайлин, ты с нами?

– Да, только… сейчас… я жду тут одного человека, – встала она на цыпочки, пытаясь смотреть поверх голов.

– Своего мужчину?

– Нет, другую…

– Другую? – не понял Кондрат.

Но ответ пришёл достаточно быстро и сам по себе. Внезапно из толпы вынырнула девушка. Слишком выделяющаяся более тёмным тоном кожи и одетая слишком легко для такого мороза. Она появилась будто из неоткуда перед ними, показывая чудеса незаметности. И Кондрат сразу её узнал.

– Сулита? – он не пытался скрыть удивление в голосе.

– Ага, – кивнула Дайлин. – Решила, что ты прав, и мне не помешает служанка, да, Сулита?

– Да, госпожа Найлинская, – спокойно кивнула та.

– Ладно, идёмте, а то я уже замёрзла.

Дайлин замёрзла. А что можно было сказать о девушке, которая прожила всю жизнь на юге, где температура ниже двадцати не опускается, и одета в лёгкую куртяшку, которая даже от ветра не спасёт? Ещё и настолько невозмутимая и спокойная, она была будто противоположность Дайлин. И более того, Кондрата интересовало…

– Когда ты успела? – спросил он, когда они проталкивались через толпу.

– О, ещё перед допросом той женщины, – отмахнулась Дайлин. – Сулита пришла ко мне и предложила на меня работать. Сказала, что ты порекомендовал ей обратиться ко мне и даёшь свои рекомендации. А ещё она так дёшево просила, что я подумала, почему бы и нет, раз уж ты её рекомендуешь? Будет прибираться у меня теперь.

Кондрат не помнил, чтобы рекомендовал эту девушку кому-то.

– А как она добралась?

– Ну… так же, как и мы? – усмехнулась Дайлин.

– Её не было в повозке.

– Да, но повозка была и для нас только. Она ехала следом.

А в поезде Дайлин, скорее всего, просто купила ей билет на третий класс, поэтому та и не сразу появилась, и не встречалась им в дороге. Ну… что мог сказать Кондрат, раз её всё устраивает, то пусть, хотя такая настойчивость девушки, конечно, даже немного пугала.

Они прошли вокзал и вышли на оживлённые улицы. Слякоть, грязь вперемешку со снегом, экипажи, которые месили эту грязь – всё, как и прежде. Здесь Кондрат и Дайлин распрощались. Сейчас каждый хотел поскорее оказаться дома и немного отдохнуть. Не только от работы, но и от жары, от которой не было никакого спасения. Едва они проводили взглядом Дайлин, которая уехала со своей новой служанкой, Зей скромно дала о себе знать.

– Наверное и нам пора домой? Я тут как раз экипаж попросила нас подождать, – она неуверенно потянула его за локоть.

Её взгляд скользнул на ногу Кондрата, на которую тот сильно прихрамывал, но то ли воспитание, то ли нежелание выставить его слабым заставили её промолчать, хотя то и дело Зей будто старалась его придержать за локоть.

Кондрат мог и хотел отказаться от приглашения – свой дом ближе к телу, однако решил, что это будет слишком грубо. Он позволил себя утянуть в экипаж, который, поскрипывая по неровностям, поехал в сторону границы города, где был её дом. Там его уже ждал и ужин, и, – важный момент, – тапочки, которые любезно ему приготовили. Тут же нарисовалась и служанка, которая помогла снять верхнюю одежду, не проронив ни слова.

Как не взгляни, Зей явно готовилась к приезду, учитывая, что они приехали как раз к моменту, когда еда была готова и подана на стол. А едва закончили, ему тут же сообщили, что и ванна уже готова.

И… Кондрат чувствовал себя неуютно. Он не хотел обидеть девушку, которая так старалась, но чувствовал себя не в своей тарелке. То ли потому что дом был не его, то ли из-за того, что привык сам о себе заботиться, а здесь за него стараются другие, будто он какой-то немощный или ленивый.

– Спасибо… – негромко произнёс Кондрат, когда вышел из ванной комнаты. Зей смущённая и какая-то зажатая выдавила из себя улыбку и кивнула.

– Не за что. Ты… будешь ночевать где?

– Как обычно.

Другими словами, на отдельной кровати. У него даже было уже своё место в этом доме.

Странная атмосфера, какая-то напряжённая. Кондрат был уверен, когда они разошлись по своим спальням, Зей вздохнула так же облегчённо, как и он, чтобы на утро вновь встретиться за завтраком и продолжить их уютное неловкое молчание. Благо были темы, которыми можно было немного разбавить атмосферу.

– Кстати говоря, – прервал он тишину, которую до этого нарушал лишь звон столовых приборов о посуду, – нас пригласили на свадьбу.

– На свадьбу? – удивлённо подняла она взгляд.

– Да, женится мой друг по работе. Мы приглашены.

– И… даже я? – оживилась Зей.

– И даже ты, – кивнул Кондрат. – Хочешь – не хочешь, но мы муж и жена. Будет странно, если я приду без тебя.

– Это… это ведь здорово! – улыбнулась она широко и даже сложила ладоши, что выглядело достаточно мило в её юном возрасте. – А как зовут того, кто женится, если не секрет?

– Вайрин Легрериан. Знаешь такого?

– М-м-м… нет, не знаю. Это твой товарищ? А кто его невеста?

– Атерия Тонгастер.

– Тонгастер… Тонгастер… что-то знакомое… – пробормотала Зей задумчиво. Задумчивая Зей выглядела ещё милее. – Кондрат, а это случаем не кто-то из родственников советников Императора?

– Да, она его младшая дочь, насколько я помню, – подтвердил он.

– Стой, твой друг женится на дочери советника императора⁈ – она чуть не подпрыгнула за столом.

– Да, – кивнул Кондрат. – И церемония, как я понимаю, будет проходить здесь, в столице, в поместье Тонгастеров.

– Но… но… это… это же значит, там может присутствовать как император, так и принц с принцессой! – заволновалась Зей не на шутку.

– Я почти уверен, что он будет вместе со своими детьми.

Зей выглядела, как белка, которая не знает, куда ей прыгать. Вся какая-то встревоженная, взбаламученная и чрезмерно энергичная. Того глядишь, на люстру запрыгнет. И всё же такого возбуждения Кондрат не понимал.

– Тебя что-то смущает в этом?

– Что? Нет! То есть да! То есть… там же будет император! – запинаясь произнесла она.

– И?

– И⁈ И принц! И принцесса!

– Принц и принцесса, да, всё верно, – кивнул Кондрат. – В чём проблема, я не совсем понимаю.

– Кондрат, я же как прокажённая! – воскликнула Зей. – Ты же знаешь, кем были мои родители! Они были преступниками, а я…

– Моя жена, всё верно, – напомнил он. – Дети не отвечают за грехи своих отцов, это первое. А потом, император, принц, принцесса – они такие же люди, как и ты. Да, высшая знать, хозяева империи, но люди.

Лицо у Зей было такое, будто Кондрат сказал, что-то богохульное, и тем не менее его слова пришлись к месту. Казалось, что Зей немного сбавила обороты.

– Но мне там не место. Я лишь баронета, низший титул. Таких, как я, там будут видеть не рады, – расстроенно сказала она.

– Какая разница, какой у тебя титул, Зей? Нас приглашает наш друг. Не как людей, которым следует присутствовать на празднике, а как друзей. И ему без разницы, какого именно мы сословия. Я и вовсе безродный, и что?

– И что? – тихо спросила она вслед.

– Мне плевать, – пожал Кондрат плечами. – Меня приглашает Вайрин, не те аристократы, что там будут. И я приду ради него, а не ради них. Если он будет рад меня видеть, то мне этого будет достаточно. И он будет рад видеть меня с женой, а значит и тебя.

– Но моё прошлое… а там же будет и император…

– Думаю, это даже к лучшему. Если ты встретишься с императором, то значит все твои грехи прощены, и уже никто не осмелится тебе сказать, что ты какая-то не такая. Ведь получится, что и император какой-то не такой, нет?

Казалось, что Зей его слова немного успокоили. Она волновалась, естественно, волновалась, как ту иначе? Она, баронета, просто никто, самая низшая ступень среди аристократов, и среди, можно сказать, мастодонтов! А то, что там будут мастодонты империи, сомневаться не приходилось. Свадьба была не абы с кем, а с дочерью советника императора. И что-то подсказывала Зей, что и муж, друг Кондрата, был далеко не из простой семьи. И среди всех них будет… она.

Но нет, не только она. Будут они. Она и Кондрат. И, признаться честно, её это даже успокаивало. Да, Зей смущала разница в их возрасте, смущал сам Кондрат, этот суровый мужчина, которого, казалось, было невозможно ничем подкосить. Но именно с таким человеком, которому и шторм ни по чём, она бы чувствовала себя спокойно. Плечом к плечу с человеком, невозмутимости которого хватит сразу на двоих.

И его невозмутимое спокойствие заставило её почувствовать себя если не уверенно, то с твёрдой почвой под ногами.

– Наверное, ты прав, – улыбнулась она неуверенно.

– Прав, – ответил он утвердительно и встал из-за стола.

– Ты куда?

– Надо заглянуть на работу, отчитаться, что прибыл.

К тому же он не сомневался, что над будет писать потом доклад о произошедшем. Любимая работа Дайлин, от которой она кипела, как чайник.

* * *

Следующие несколько дней прошли как-то сумбурно.

Первым делом он пришёл в специальную службу, где отчитался о закрытия дела, устно поведав о произошедшем, после чего, естественно, получил приказ к концу недели предоставить доклад. Дайлин этому особо не обрадовалась. Как она сказала,если бы он не пришёл раньше времени, не пришлось бы сейчас пыхтеть над никому не нужными бумагами, выдавливая из себя хоть как-то связанные слова.

Не успел Кондрат покончить со всей этой бюрократией, как ему в почтовый ящик пришло письмо-приглашение на свадьбу. Оно было неофициальным, написанным кривым почерком Вайрина, который приглашал посетить его «скромное мероприятие» по поводу обручения с его будущей женой и прихватить с собой вторую половинку.

Ну здесь ему дали карт-бланш. Если сам виновник торжества приглашает Кондрата со своей второй половинкой, то уже никто не сможет этому воспрепятствовать, не нарушив как этикет, так и отношения с довольно сильными и важными семьями. Так что Зей могла спать спокойно, входной билет для неё был получен. Но это Кондрат так думал, а на деле…

– Кондрат, тебя вызывают, – прочитала записку на столе Дайлин, вернувшись с обеда.

Да, несмотря на отпуск, который им должны были предоставить, прежде с обоих потребовали отчёт о произошедшем. Всё же как-никак семья аристократов погибла, и теперь требовалось отчитаться, что угроза, если таковой её можно было назвать, устранена полностью.

– Урден? – уточнил Кондрат, отложив перо. Писать-переписать там ещё было у него, поэтому то, что его отрывают от работы, Кондрата немного раздражало.

– Не-а, меть выше, сам Манхауз. О как, ты теперь важная шишка, раз он лично тебя вызывает.

– Интересно, зачем… – пробормотал Кондрат.

Интуиция говорила, что ничего хорошего ждать не стоит. Если его вызывают напрямую к директора, минуя остальные звенья управления, то дело действительно важное. И он не сильно ошибся, правда речь шла немного не о том, чего он ожидал.

Кто-то говорил, что в кабинете директора специальной службы расследования неприятная давящая аура, от которой ты чувствуешь себя ничтожным. Кондрат ничего подобного не испытывал. Кабинет как кабинет. Да, он был дороже остальных, был лучше обставлен, а сам директор сидел за столом, который располагался на небольшой платформе и смотрел на тебя будто сверху, буквально нависал над тобой, но на Кондрата такие приёмы не действовали.

– Разрешите? – заглянул Кондрат, едва получив разращение заглянуть.

– Да, мистер Брилль, присаживайтесь, – указал тот перьевой ручкой на стул. Едва Кондрат сел напротив, Манхауз спросил. – Вы знаете, зачем я вас вызвал?

– Это не связано со свадьбой, на которую меня пригласили? – сразу спросил Кондрат.

В ответ он получил улыбку.

– Вижу, вы уже знаете. Кто-то рассказал?

– Нет, логика, мистер Манхауз. Больше меня звать сюда не за чем.

– Что ж, верно, это связано со свадьбой. Вы знаете, кто там будет присутствовать?

– Учитывая семьи, которые будет связаны узами брака, то, скорее всего, мероприятие посетит сам император со своими детьми.

– И снова в точку, мистер Брилль, – кивнул директор. – Так уж получилось, что вы числитесь в списке гостей.

– Но в чём суть вызова? – спросил Кондрат.

– Как любой гость такого мероприятия, вы должны пройти внутреннюю проверку. Насколько вас безопасно подпускать к императору близко. Поэтому с вами хотят поговорить люди из секретной службы, что занимаются безопасностью императорской семьи. Они в соседнем кабинете.

– Ещё раз?

– Не ещё раз, а по новой, мистер Брилль. В прошлый раз с вами беседовали из-за инцидента с одной из подозреваемых в убийстве защитника императорского двора. Сейчас, как гостя. Ведь вы безродны, появились из неоткуда и совсем недавно, вашу надёжность сложно подтвердить, несмотря на все заслуги и мои личные заверения, а в жёнах сомнительная особа…

– Мне её дали, – напомнил Кондрат.

– И, естественно, в слух об этом вам говорить не стоит, – предупредил Манхауз. – Это то, что я хотел вам сказать. Предупредить, так скажем, перед тем, как отправить вас на беседу. Не стоит это упоминать. Мы же не хотим никаких вопросов ни к вам, ни к нам, верно?

– Не хотим, – подтвердил Кондрат.

– Вот и отлично. А теперь идите. Соседний кабинет слева. Вас там уже заждались поди.

Удивительно, но это было не взаимно.

Глава 2

Соседний кабинет слева принадлежал помощнику Манхауз по воспитательной части.

Кто-то спросит, какая воспитательная часть в такой структуре, что является едва ли не карающей дланью империи? Но ведь никто не отменял, что здесь продолжали работать такие же люди, которые имели всё те же проблемы, что и остальные, будь то сомнения, пороки или банальная жестокость.

Другими словами – это была одна из вспомогательных частей внутренней безопасности специальной службы, которая отвечала за политическое воспитание сотрудников, поддержание дисциплины и морали. Кондрат бы сравнил их с замполитами, которых застал ещё в незапамятные времена.

В кабинете его ждали двое. Многие называли их либо псами императора, либо ублюдками. Второе встречалось реже, пусть и пролетало иногда шёпотом над рядами. Почему? Потому даже сыщики специальной службы придерживались определённых правил. Они не придерживались никаких.

Но эти двое несколько отличались от тех, кого Кондрат встречал до этого. Они… не вызывали какого-то опасения. Скорее обычные пожилые мужчины, которых ты больше ожидал увидеть в курительной комнате, а не в кабинете на допросе.

И именно поэтому они вызывали ещё больше беспокойства. Самые безобидные в их деле нередко оказываются самыми опасными, и эти двое точно не из рядовых псов императора.

– Добрый день, – произнёс Кондрат, остановившись на пороге.

– Мистер Брилль? Пожалуйста, проходите, присаживайтесь, – пригласил один из них, указав на стул. И дождавшись, пока Кондрат сядет, спросил. – Вы знаете, зачем вы здесь?

– Отдалённо догадываюсь.

– Свадьба вашего товарища по ремеслу Вайрина Легрериана с Атерией Тонгастер, – произнёс другой. – На сие мероприятии будет присутствовать сам Император Империи Ангарии Натариан Барактерианд и его дети, Агарций и Льен Барактерианд. И почтят своим присутствием молодожёнов и благословят их брак.

– Большая честь, – кивнул Кондрат.

– Именно так и есть, не все удостаиваются. И, уверен, вы понимаете необходимость проверить всех гостей, чтобы обезопасить нашего Императора.

– Жизнь императора превыше всего.

– Именно. Так что никаких исключений. Даже для вас… – протянул старик. – Вижу, вы только что вернулись с задания. И как оно прошло?

– Отлично, виновник был наказан.

– Убийца аристократов… – покачал он головой. – Вам его не жаль?

– Я испытываю определённое сочувствие к человеку, учитывая его судьбу, но это не оправдание к убийству.

– Почему нет?

– Одно убийство узаконивает другое, и так лавиной рождается анархия, – произнёс Кондрат.

Он знал этот тип вопросов. Тебе задают вопрос, на который, как лакмусовая бумажка, показывает, врёшь ты или нет. Например, опаздывал ли ты на работу? Все хотят ответить, что нет, но раз ты да опоздал когда-то. Здесь так же – жаль ли его должно быть Кондрату? Да, жаль. Но ответь он отрицательно, то это выглядело бы, как попытка говорить не правду, а то, что они хотят услышать, что само по себе уже вызывает вопросы.

– Могу разделить ваше мнение, – кивнул мужчина, и голос подал его напарник.

– Мистер Брилль, а вы можете рассказать о своём прошлом?

А вот и вопрос, который Кондрат с нетерпением ждал. Ждал и опасался его, как самую слабую часть своего легенды. Всегда есть возможность того, что ты где-то ошибёшься или, ещё хуже, человек будет знать то место. Конечно, в его случае такой шанс был настолько мал, что его можно было считать невозможным, однако были и другие вопросы по типу традиций того места, особенностей, каких-то нюансов городка. Никто не мешал при желании им туда отправиться и самолично всё узнать…

Если они найдут то место в принципе.

Но Кондрат слишком долго прожил в этом мире, – как-никак целый год, – чтобы успеть подготовиться даже к дотошной проверке. Да и что он мог соврать? Было достаточно рассказывать про реальную семью, просто в рамках этого мира. Единственный вопрос, который застал его врасплох…

– Вы можете подтвердить всё, что вы сказала на артефакте правды?

У Кондрата появился тут же вопрос, а есть ли такой? А если есть, то почему он ни разу о нём не слышал? А может они сейчас его обманывают? Пытаются взять на понт, чтобы посмотреть реакцию? Как бы то ни было, он ни на мгновение не засомневался, ответив ясно и чётко:

– Конечно.

Да, они не могли его проверить почти что никак. Компьютеров нет, картотеки нормальной тоже нет. И тем не менее Кондрата не покидало чувство, что что-то было не так.

Как сотрудник он ценен, послужной список почти что идеален, за него поручался как будущий муж дочери советника императора, так и его отец, всё это бесспорно. Но чтобы его взяли не куда-то, а в нечто подобное ФСБ, МИ-5 или ФБР, где проверяют до седьмого колена, просто поверив на слово? Поверили незнакомому человеку без прошлого, и взяли в структуру, которая является одной из основных столпов безопасности империи?

Кондрат не верил в чудеса. Он не Золушка, чтобы ему так повезло, и не главный герой сказки, чтобы все карты всегда складывались в его пользу. В таких организациях глаза на такие вещи не закрывают. И спроси, что он на этот счёт думает, Кондрат бы ответил, что ощущение такое, будто у него появился свой личный ангел-хранитель.

Смешно? Смешно. Откуда у Кондрата может быть покровитель, который сглаживает углы там, где у остальных бы они уже давно всё порвали? И тем не менее другого объяснения у Кондрата, почему ему так везёт как с работой, так и с избеганием острых вопросов, не было. Да даже тот факт, что эти двое из секретной службы опрашивали его в разы дотошнее, чем при поступлении сюда, говорило о том, что это мало похоже на удачу.

Двое из секретной службы проявляли здоровый интерес к его персоне, пусть и повторяя одно и то же раз за разом. Но это было частью допроса в надежде, что где-то ты допустишь неточность. Кондрат сам так делал ни раз и ни два.

И неточностей он не допускал.

Эти люди точно были из кого-то покруче, чем рядовые. Кто-то из высшего эшелона секретной службы, если не сам директор решил взглянуть на подозрительный кадр. Как бы то ни было, ничего нового они о нём не узнали, Кондрат позаботился о том, чтобы у него было что рассказать. К тому же со счетов нельзя было сбрасывать его заслуги и знакомства не с последними людьми. Единственное, в чём можно было придраться – невнятное прошлое.

Этот допрос длился часа три-четыре, после чего один, будто заколебавшись играть в этот театр, спросил Кондрата прямо:

– Почему вас взяли в эту специальную службу, мистер Брилль, как вы думаете? – ни его тон, ни его взгляд ничего хорошего не обещали.

– Я не знаю, – пожал он плечами.

– Просто мне интересно, как вы вот так просто прошли службу внутренней безопасности, с таким невнятным прошлым, когда они отказывали куда более прозрачным личностям?

– Мне нечего скрывать, и я рассказываю всё как есть, – Кондрат вздохнул. – Мне предложили, и я не стал отказываться от возможности. А почему они взяли меня, боюсь, вопрос не ко мне.

Так что Кондрат был не далеко от истины. Им тоже было непонятно, как такой человек смог попасть в такую структуру. Так или иначе, предъявить ему они ничего не могли и отпустили. Самое забавное, что про его формальную жену, Зей Жьёзен они практически не упоминали. То л забыли, то ли он их интересовал куда больше, чем какая-то девчонка.

Но если кто-то думал, что такая честь оказана только Кондрату, то ничего подобного – Дайлин была следующей. Только провела она у них от силы полчаса.

– Не понимаю, что ты так долго сидел у них… – хмыкнула она, вернувшись.

– Посчитали меня каким-то подозрительным, – ответил Кондрат.

– Ну… отчасти ты, кстати говоря, действительно подозрительный. И фамилия у тебя странная. Будто ты не из этого мира, – хихикнула Дайлин, даже не подозревая, насколько она близка к истине.

– А тебя о чём спрашивали?

– Ой, да о многом, – отмахалась она, возвращаясь к работе. – О том, в каких я отношениях с Вайрином, как познакомилась с ним, была ли у нас какая-то связь. Как работается здесь. О тебе спрашивали чуть ли не половину всего времени, какой ты, откуда, что я могу о тебе сказать.

– И что ты ответила? – не показывая интереса, спросил Кондрат, уткнувшись в бумаги.

– Сказала, что более и зацикленного на правилах и законе человека я ещё не встречала.

И не понятно, она польстила ему или ткнула палкой.

Кондрат не знал итоги этого собеседования, однако первым делом после работы отправился не к себе, а именно что к Зей. Она была самым слабым звеном во всей его легенде. И он не сомневался, что люди из секретной службы точно наведаются к ней, к человеку, чьи родители занимались преступной деятельностью, замарав свой титул. Таких людей подпускать к императору…

– Секретная служба? – взволновалась она. – И они будут меня допрашивать?

– Да, я уверен.

– Но… но почему?

– Почему? – вздохнул Кондрат. Человек не понимал очевидного. – Ты дочь людей, которые занимались контрабандой. Дочь преступников, которых казнили. Жена человека, чьё прошлое они считают подозрительным. Ты идёшь на свадьбу, где будет император…

– А точно известно, что он будет⁈

– Да. И он, и его дети, – кивнул Кондрат. – И они точно захотят с тобой пообщаться, будь уверена. Поэтому нам надо поговорить. Решить, что тебе можно рассказывать, а что нет.

– Но… они же всё узнают… – пролепетала Зей. – Даже если совру…

– Почему? – не понял Кондрат.

– Потому что они из секретной службы. Они всё обо всех знают, и знают, когда ты лжёшь…

Наивное дитя и жертва всеобщего заблуждения. То, что подобные спецслужбы имеют доступ к твоему личному делу, не значит, что они знают о тебе всё. У людей в голове вырисовалась картина, что спецслужбы знают всё о каждом, что едва бросят на тебя взгляд, то им автоматически становится известно о тебе абсолютно всё. И это отчасти так, но лишь когда ты их заинтересовал. Но на деле они знают о тебе ровно столько же, сколько и окружающие, а иногда и гораздо меньше.

Поэтому Кондрат знал, что систему можно обмануть, главное не бояться этого сделать.

– Это всё ерунда, – отмахнулся он. – Они знают исключительно то, что ты сама им расскажешь, Зей. А ты должна рассказать то, что я тебе скажу.

– Почему?

– Потому что они не знают, что наш брак фиктивный. И им лучше этого не знать, если мы не хотим проблем. К тому же встреча с императором и моё знакомство с человеком, который женится с дочерью его советника, поднимут тебе репутацию. Поверь мне, тебе это тоже нужно.

– Да, наверное… – протянула она тихо. – А что мне надо им сказать?

И Кондрат всё объяснил. Он не требовал заучивать слово в слово – это верный признак того, что история выдумана. Ей было необходимо рассказать всё своими словами, от момента, когда они встретились до скромной свадьбы. Рассказать о Кондрате, его прошлом и о своём.

– Ты осуждаешь своих родителей, – произнёс он.

– Но я и так осуждаю, – пролепетала Зей.

– Ты должна сказать, что отреклась от них.

– От-реклась?

– Да, отреклась. Они не твои родители. Ты не хочешь знать, кто они, не хочешь их даже вспоминать, и будь твоя воля, ты бы сама их сдала, знай ты правду.

– Но… я так не думаю, Кондрат.

– Ты можешь думать всё, что хочешь, но сказать ты должна то, что я тебе говорю, Зей. Будь уверена, если им что-то не понравится, они не ограничатся тем, что не пустят нас на свадьбу. И твои слова никак не опорочат твою память о родителях, если от этого зависит твоя жизнь.

И его судьба.

Кондрат был прав во всём. Гости действительно заглянули к Зей и выбрали время, когда его не было дома. Единственно упущение было в том, что им надо было опрашивать их одновременно, но теперь, когда легенда создана, что-либо они выцарапать из них уже были не в состоянии.

Насчёт Зей Кондрат не сомневался ни на мгновение. Он был таким же, понимал ход их мысли, знал на что они будут обращать внимание. И Зей была достаточно смышлёной, чтобы не попасться на их уловки. А учитывая, что одну ошибку они уже допустили, он не сомневался, что допустят и ещё.

Да, за него действительно плотно взялись. Кондрат чувствовал пристальные взгляды тех теней в толпе, что следовали за ним, и понимал, что в ближайшее время они не оставят его в покое. А значит оставалось только вести себя так, будто ничего не происходило. Жить обычной жизнью скучного горожанина, который не видит ничего, кроме работы, дома, – своего и Зей, – и иногда паба с рестораном вместе с женой. Он должен выглядеть для них прилежным мужем.

Могло подозрительно выглядеть, что он ночует то в служебной квартире, то у Зей, но это ничего не меняло. Пусть осмотрят её, – а они её осмотрят, – пусть успокоятся и поймут, что он такой же, как и все, с собственными причудами. В конце концов, иногда ехать с той квартиры на работу куда удобнее, чем с пригородов от Зей.

А ещё…

– Нам придётся немного поспать в одной комнате, пока всё не успокоится, – предупредил Кондрат.

– В одной комнате? – тут же всё вся как-то напряглась Зей.

– Да, мы всё-таки муж и жена, – напомнил он.

Зей всё прямо покраснела и глаза выпучила. Забегала взглядом, после чего тихо выдавила.

– Если это необходимо…

– Не беспокойся, мы не будем спать в одной кровати. Просто в одной комнате, – сказал Кондрат.

– Не будем?

– Нет, не будем.

И непонятно, она успокоилась или расстроилась, но это волновало Кондрата меньше всего. Слишком много было нужно решить вопросов, которые принесла эта свадьба.

Он перетащил в её комнату небольшое диванчик, софу или что-то подобное на местный лад. Поставил подальше у самой стенки, после чего притащил спальные принадлежности.

– Откуда они узнают, что ты спишь в отдельной комнате от меня? – спросила Зей.

– По свету.

Это было очень даже просто. Если только в двух комнатах вечером горит свет, то сразу задаёшься вопросом, а кто во-второй? И почему супруги находятся отдельно, а не вместе. Тут не надо быть гением или каким-то Шерлоком, чтобы понять, что к чему, поэтому, если подходить к этому вопросу, то со всей тщательностью.

– Я… то есть ты… ты можешь и со мной лечь, – пролепетала Зей. – Если это необходимо.