Текст книги "Проклятая красавица для чудовища (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 47

Проснулась я резко, будто невидимые руки вырвали меня из пучины сна. Грудь вздымалась тяжело, словно после бега, а пальцы впились в шелковистую простыню, пытаясь зацепиться за реальность. Сквозь щели ставней пробивался тусклый лунный свет, рисуя на стенах причудливые узоры. Я провела ладонью по лицу, ощущая, как дрожь пробегает по коже – воспоминание о мертвом драконе все еще пульсировало в висках, смешиваясь с горьким привкусом на губах.

Поднявшись с кровати, я босиком подошла к окну. На улице еще хозяйничала глубокая ночь и бушевала метель – белые вихри кружили в танце, засыпая следы на дороге к озеру. Туда, где меньше суток назад я представляла, как будем смеяться, скользя по льду, рука об руку с Клэйтоном. Теперь же эта мысль казалась издевкой судьбы.

Перед глазами замелькала весьма печальная история жизни Диары.

Никогда не забуду весь тот спектр чувств, который она испытала, увидев мертвого истинного. Даже меня пробрало, будто это я умирала от горя, видя мертвым того, кто стал смыслом жизни. Страшно это. Очень страшно.

Это и послужило причиной того, что она наложила проклятие? Но почему тогда пострадал лишь род Линды? Даже если ее потомок был среди охотников, убивших дракона, то он ведь там был не один.

Да и Диара вроде отказалась от мести после того, как узнала о своей беременности. Может, что-то случилось с ее ребенком? Хотя нет, ребенок, судя по всему, вырос и сам обзавелся детьми, иначе бы Клэйтона – его прямого потомка, не существовало.

Шум шагов и звук открывающейся двери ворвался в сознание внезапно, заставив вздрогнуть. Обернувшись так резко, что волосы хлестнули по щеке, я замерла. Дверь в покои, которую я точно помнила закрытой, теперь зияла черным провалом. За ее пределами коридор тонул во мраке, будто сама ночь просочилась в замок. Сердце забилось чаще, а в горле запершило сухое предчувствие беды.

Сердце забилось чаще.

В воздухе повисло странное напряжение, словно перед грозой.

– Мита? – окликнула я, делая шаг от окна. Это имя первое, что пришло мне в голову, хотя появление служанки здесь ночью казалась странным.

Ответом стала тишина. Даже треск поленьев в камине куда-то исчез.

Стало как-то совсем уж не по себе. Я двинулась к двери, желая покинуть покои и позвать кого-то на помощь, но тут дверь передо мной закрылась сама собой.

И тут в углу, где минуту назад была лишь тень от шкафа, теперь стояла фигура в черном плаще. Ткань переливалась странным блеском, словно соткана из самой ночи, а капюшон скрывал лицо, оставляя лишь бледную полоску подбородка с тонким шрамом, извивающимся как змея. Незнакомец сделал шаг вперед, и плащ зашелестел, словно сухие листья под ногами.

– К-кто вы?

– Тот, с кем вам, княжна, лучше было бы не встречаться.

Сердце испуганно подскочило в груди. Закричав, я рванула к двери, желая открыть ее и вырваться из покоев, что сейчас казались западней. Коснувшись ручки, я на мгновение испытала облегчение, но тут же какая-то неведомая сила отшвырнула меня от двери в центр комнаты.

С глухим звуком я упала, приземлившись на спину и больно ударяясь затылком. Неизвестный в плаще начал приближаться ко мне ленивой походкой.

– На ваших покоях наложены чары. Вы не сможете из них выбраться без моего разрешения. И да, кричать тоже бесполезно, так как ни один звук не просочиться отсюда. Так что вас никто не услышит.

Черт, кажется, я уже начинаю ненавидеть магию. Почему мне от нее только проблемы достаются? Поднявшись, я заскользила взглядом по комнате, ища то, что поможет защититься. В углу увидела вазу и тут же рванула к ней, безжалостно разбивая на осколки. Один из них я и подхватила, выставляя перед собой.

– Не приближайтесь!

– Серьезно, княжна? Думаете, это меня остановит?

Незнакомец замер, затем медленно покачал головой. Один взмах его руки – и вот, осколки взлетели в воздух, сливаясь в сверкающий вихрь. Через мгновение ваза на своем месте стояла целая, будто ничего не произошло, а мои пальцы сжимали лишь горсть пыли. Черт! Как же я ненавижу магию!

– Так, ладно, поиграли и хватит, – сказал он, в мгновение ока оказался рядом со мной. Всем своим естеством я хотела бороться, но с ужасом поняла, что не могу даже пошевелиться. Я не контролировала своего тела. Все, что я могла – это смотреть.

Его ладонь раскрылась, обнажив черный камень с кровавыми прожилками. Пока незнакомец шептал что-то на незнакомом мне языке, камень замерцал, и воздух заколебался, словно над раскаленным железом. С треском, напоминающим ломающиеся кости, пространство перед нами разорвалось, открыв портал.

– Пойдем, княжна. Нам уже пора, – сказал он и зашел в портал.

Я попыталась вырваться, но тело не слушалось, и я ступила в портал.

Глава 48

Портал захлопнулся с глухим гулом. Не удержавшись на ногах, я буквально рухнула на колени. Ладони впились во что-то холодное и склизкое – это оказалась лесная подстилка, покрытая слоем гниющей листвы и черного мха. Воздух был спертым, пропитанным запахом плесени и металла, словно где-то рядом протекала невидимая река ржавой воды.

Деревья стояли как исполинские стражи, их стволы, покрытые бородавчатыми наростами, изгибались в неестественных позах, будто застывшие в предсмертных судорогах. Кора, чернее ночи, шелушилась, обнажая под собой живое мясо – алую плоть, пульсирующую словно сердца. Ветви сплетались в плотный полог, сквозь который не пробивался ни один луч солнца, вокруг расстилалось лишь тусклое зеленое свечение, исходящее от грибов-поганок, усеявших землю. Их шляпки мерцали, отбрасывая на стволы тени, которые шевелились, будто живые. Где-то в глубине послышался хруст – медленный, влажный, словно что-то огромное перемалывало кости.

– Добро пожаловать в запретный лес, – раздался голос за моей спиной.

Я резко обернулась. Незнакомец в темном плаще стоял в двух шагах, его лицо скрывал капюшон, но из-под ткани виднелся краешек щеки и кончик шрама, извивавшегося как змея. Длинные пальцы сжимали посох с набалдашником в форме змеиной головы. Глаза светились кроваво-красным, следя за каждым моим движением.

– Запретный лес? – кое-как поднявшись на подрагивающих ногах, переспросила я. – Тот самый из легенды?

– Да, тот самый, – мужчина сделал шаг вперед, и земля под ним зашипела, словно реагируя на его присутствие. – Запретный лес. Дом существ, которых Дори заточила под землей. Или ты думала, легенды врут?

Он взмахнул посохом, и грибы вспыхнули ярче, освещая пространство. Я подавила крик. Вокруг нас, меж деревьев, виднелись силуэты – неясные, колеблющиеся. Они напоминали невероятно огромных размеров зверей с лишними парами глаз, горящих желтым светом. Они не приближались, но их дыхание, хриплое и прерывистое, слышно было прекрасно.

– Зачем вы похитили меня? – мой голос дрожал, руки сжались в кулаки, ногти впивались в ладони.

– Как зачем? Чтобы ты помогла мне уничтожить этот мир, – спокойно пояснил он, скидывая капюшон. Теперь я могла рассмотреть стоящего передо мной мужчину с обезображенным лицом и глазами, в которых жила сама тьма.

Я вжалась в ствол за моей спиной, чувствуя, как кора прилипает к платью, словно пытаясь поглотить. Грибы вокруг замигали в такт его шагам, когда он приблизился. Запах гнили усилился, смешиваясь с ароматом медной крови.

– Зачем вам его уничтожать? И причем здесь вообще я?

– У меня есть свои причины уничтожить этот никчемный мир, и у тебя в этом ключевая роль, – он провел пальцем по моему запястью, и кожа под его прикосновением заныла. – Хочешь знать, почему именно ты? Все дело в проклятии, носителем которого ты являешься. Ты знаешь, кто его наслал и почему? Тебя, как и твоего дракона, должны были посещать воспоминания прошлого, когда все началось. Вы дошли до финала?

– Нет, я еще не видела момента, когда было наслано проклятие.

– На чем остановились?

– На беременности Диары.

– Тогда я покажу тебе, что было дальше.

Похититель касается своим пальцем моего виска, и я проваливаюсь в темноту, а когда выныриваю, то вновь оказываюсь в прошлом.

Вижу, как Диара впервые прикладывает своего сына к груди и дает ему имя – Итан. Она смотрит на него полным обожания взглядом и клянется, что сделает все, чтобы он вырос счастливым.

Вижу, как Итан растет, делает первые шаги, и как впервые его глаза вспыхивают алым, подтверждая то, что в нем течет драконья кровь. Диара боится того, что кто-то узнает о том, что ее сын – дракон. Именно поэтому она очень редко выводила его с территории двора и прервала практически все общение с людьми, проводя все свое время дома с Итаном.

Ей приходилось несладко. Поддержки ждать было неоткуда. Отец был ее единственной опорой, а когда он умер вскоре после ее родов, Диаре пришлось все тащить на себе. Работала она на дому, готовя разные микстуры и зелья. За деньги, вырученные с продаж, они с Итаном и жили.

Все изменилось, когда Итану исполнилось три года. Диара не уследила, и тот покинул территорию их двора. Вот с этого-то момента все и полетело к чертям.

Итана случайно нашел Саймон и отвел домой. Однако в тот момент, когда он уже хотел уходить, увидел, как глаза ребенка вспыхнули алым пламенем. В этот момент пазл в его голове и сложился.

– Это ты была там в лесу, когда мы убили дракона… – выдохнул он, потрясенно смотря на Диару, что испуганно смотрела на него, прижимая к себе малыша. – Я думал, мне показалось тогда, но это ведь была ты. Да?

– Не понимаю, о чем ты.

– Ты… ты спуталась с чудовищем и еще умудрилась родить от него?

Я видела, как глаза Саймона наливались ненавистью и злобой. Никакие заверения Диары о том, что он ошибается, не помогали. Он все понял и решил сразу избавиться от драконьего отродья, как он назвал Итана.

– Нет, ты не тронешь моего сына!

Диара воспользовалась магией, чтобы защитить сына, а потом с помощью нее же и вырубила мужчину. Стоя возле лежащего на полу бессознательного Саймона, боль Диары из-за потери истинного вспыхнула с новой силой.

Тогда он забрал ее истинного, а теперь пытался отнять сына.

Могла ли она это так оставить? Нет.

Убить его? Но тогда на нее откроется охота. Было много свидетелей того, что он зашел к ней. Оставить его в живых? Но тогда за ними с Итаном придут. Бежать? А смысл? Они не смогут долго прятаться от охотников.

И тогда-то Диара и поняла, что единственный шанс защитить сына – это воспользоваться темной магией. Той самой, которую она хотела применить, пока не узнала о своей беременности. Это ее единственный шанс спасти не только своего сына, но и помочь всем драконам.

Только вот цена у этого будет высокой – ее собственная жизнь.

Глава 49

Отправив Итана играть в свою комнату, сунув ему предварительно новую игрушку, которую до этого подготовила для подарка на день рождения, Диара начала методично готовиться к ритуалу.

Слезы текли по ее щекам, руки дрожали. Диаре хотелось жить. Больше всего она мечтала быть рядом с сыном, видеть, как он растет, но у нее не было выбора.

Чтобы он жил спокойной жизнью, не боясь, что его убьют в любой момент, ей надо умереть. И она готова была это сделать.

Пока Саймон находился без сознания, Диара связала его и приложила к лицу тряпку со специальным раствором, чтобы он не очнулся в самый неподходящий момент.

Вскоре в ее руках оказалась древняя книга. Диара начала листать ее, просматривая страницы, и тут-то я поняла, откуда она взяла свою идею. У нее в руках была невероятная ценность. Не просто древняя книга, а дневник Дори – той самой девушки, что отдала свою жизнь, чтобы запереть чудовищ в запретном лесу. В этом дневнике Дори описывала все свои мысли и то, как именно планирует спасти север. Там было детально описано все, что ей удалось узнать за долгие годы поисков.

Диара решила воспользоваться этой же магией, но немного изменив ее, чтобы она подходила под ее ситуацию. Найдя нужные страницы, она начала с них срисовывать символы, рисуя их на полу и стенах своего дома. На это она потратила приличное количество времени, но у нее получилось.

Зажгла свечи, расставив их вокруг пентаграммы, в центре которой Диара встала на колени, положив перед собой книгу с древним заклинанием. Вытерев с щек обжигающие слезы, она начала читать его на неизвестном мне языке. Я не могла ни слова понять, что она там говорит, но из мыслей Диары я поняла, как именно все должно сработать.

Защитить Итана и помочь остальным драконам, на которых объявлена охота, можно лишь одним способом – нужно спрятать их среди людей, да так, чтобы никто и подумать не мог, что перед ними дракон.

Они должны стать невидимыми человеческому глазу.

Обычный человек не сможет увидеть не единого признака того, что перед ним дракон. Исключение только – истинная пара.

Благодаря этому драконы смогут спокойно жить среди людей и даже летать в небе. Их никто не увидит в драконьем обличии. В итоге постепенно охота на драконов прекратится, и люди подумают, что те просто вымерли.

Диара верила, что так будет лучше.

Сложность заключалось в том, что даже если она пожертвует своей жизнью, эта магия не продлится долго. К своему огромному сожалению, Диара не была такой сильной ведьмой, как Дори. Поэтому нужно было что-то еще, что подпитало бы ее заклятие. И этим чем-то стало проклятие.

Саймон – идеальный козел отпущения. Именно его род она решила проклясть. Каждые сто лет в его роду должна была рождаться носительница проклятия, которая и будет подпитывать заклинание, защищающее драконов.

Было ли Диаре жалко Саймона и его будущих потомков? Нет. Она не чувствовала жалости. Люди столько лет охотятся на драконов, убивают их, словно диких зверей, глумятся над их телами, радуясь своей победе.

Смерть нескольких людей из-за действия проклятия ее не волновала. Главное, что драконы будут под надежной защитой.

После того, как последние слова заклинания сорвались с губ, Диара почувствовала, как медленно жизнь стала покидать ее. Она знала, что у нее не так много времени, и что совсем скоро ее сердце остановится. Поэтому нужно было действовать быстро.

Уничтожив все следы того, что она тут колдовала, Диара, подхватив сына, побежала к старосте деревни и разыграла перед ним самый настоящий спектакль. Она рыдала, рассказывая ему о том, что Саймон сошел с ума и едва не убил их с сыном. Ей чудом удалось его обезвредить, и теперь она молила о защите для них.

Когда Саймон пришел в себя, то началось разбирательство.

– Ее сын – драконье отродье! – кричал тот, брызжа слюной. – Его надо срочно убить, пока он не превратился в чудовище!

– НЕТ! – воскликнула Диара. – Это ложь! И я могу это доказать! Проведите проверку, и она покажет, что мой сын – человек.

Когда началась проверка, Диару трясло. Запоздало она подумала о том, а вдруг у нее ничего не получилось? Что если сейчас они провалят проверку, и ее сына казнят? И какое же облегчение она испытала, когда поняла, что у нее все получилось.

Разрыдавшись, она схватилась за сердце, чувствуя, как его будто что-то сдавливает с невероятной силой. Времени оставалось совсем немного, и нужно было еще позаботиться о том, чтобы ее сын не остался один после ее смерти. И в этом ей мог помочь все тот же староста. Она знала – он честный человек и всегда держит свое слово. Если он что-то пообещает, то ему можно верить. Поэтому она разыграла еще один акт.

Схватившись за сердце, она рухнула прямо перед ним. Ей еще не было настолько плохо, но она хотела, чтобы старосту проняло, и она сделала все для этого. В итоге, все над ней суетились, пытаясь помочь, а она вцепилась в руку старосты и молила его об одном:

– Пожалуйста, позабудьтесь о моем сыне, если со мной что-то случится. Вы же знаете, некому больше.

– Не говори глупостей. Поправишься ты и сама вырастишь своего богатыря!

– Молю, просто пообещайте, что позаботитесь о нем, если меня не станет. Иначе я… я просто не смогу упокоиться с миром и…

– Ты будешь жить, но если так тебе будет спокойнее, то обещаю, если с тобой что-то случится, то воспитаю твоего сына, как своего, – пообещал староста, и Диара испытала огромное облегчение.

У нее получилось.

Осталось только с Итаном попрощаться, и можно уходить с миром.

Прощание Диары с сыном проняло меня до глубины души. Я сама была готова разрыдаться в голос. Но еще хуже стало в тот момент, когда сердце Диары все-таки остановилось, а маленький Итан плакал и все безуспешно пытался разбудить мать.

На этом моменте я и очнулась в запретном лесу и первое, что увидела – склонившегося надо мной моего похитителя.

– Ну и как тебе история? Захватывающая, правда?

Глава 50

Запретный лес встретил меня ледяным дыханием, пробирающим до костей. Воздух был густым, словно пропитанным ядом, а каждый вдох оставлял на губах металлический привкус. Деревья, скрюченные в неестественных позах, тянули к небу голые ветви, похожие на костлявые пальцы. Их кора, покрытая слизью, отсвечивала тусклым багровым светом, будто под кожей пульсировала чужая жизнь.

Мой похититель стоял в двух шагах, его плащ сливался с тенями, а лицо, искаженное шрамом-змеей, казалось высеченным из старого мрамора. Глаза, глубокие и бездонные, как провалы в вечность, следили за каждым моим движением.

– История Диары впечатляет, но я так и не поняла, как я должна помочь вам уничтожить этот мир… – голос мой дрожал, выдавая страх, который я тщетно пыталась подавить. Руки сжались в кулаки, ногти впивались в ладони. Боль отвлекала от нарастающей паники. – Причем здесь вообще история Диары и ее проклятие?

– Рыженькая ведьма была не столь умелой в магии, в отличие от Доры, – мужчина сделал шаг вперед, и земля под его ногами зашипела, словно реагируя на прикосновение тьмы. – Она напортачила, связав проклятие не только с защитой драконов, но и с заклинанием Дори, заточившим чудовищ в этом лесу. Ты – ключ к обоим замкам. Для того чтобы защитное заклинание драконов спало, тебе надо всего лишь снять проклятие, а вот для того, чтобы освободить чудовищ из запретного леса, проклятая кровь должна течь по твоим венам. Именно поэтому я не мог позволить, чтобы ты сняла проклятие.

Я отступила, ощутив за спиной шершавое прикосновение древесной плоти. Кора впивалась в платье, будто пытаясь удержать меня на месте. Ветер, которого здесь вроде и не должно было быть, завыл в кронах, разнося шепот: «Беги... Беги...» Но бежать было некуда – портал исчез, а деревья сомкнулись в живой барьер.

– Если вы так жаждете уничтожить этот мир, то зачем столько ждали? Я ведь не первый носитель проклятой крови… – спросила я, пытаясь выиграть время. Единственной моей надеждой был Клэйтон, если он не придет за мной, то шансов у меня нет.

Мужчина усмехнулся, и шрам на его щеке изогнулся, словно оживая.

– Хороший вопрос, – его голос стал мягким, почти ласковым, как у учителя, объясняющего урок глупому ребенку. – Это все из-за хранительницы этого мира. Представляешь, она закрыла мне проход сюда, и сколько бы времени я ни прорывался – у меня ничего не получалось. Думаю, что я рано или поздно смог бы прорваться, но мне повезло – не так давно в мире возникла небольшая брешь. Совсем ненадолго, но мне хватило, чтобы попасть сюда. Видимо, сама судьба благоволит ко мне.

Мужчина широко улыбался, смотря на меня взглядом победителя. Я же, буквально вжавшись в ствол дерева, приложила руки к сердцу, ощущая, как то бешено бьется, словно вот-вот покинет свое убежище.

Полученная информация произвела эффект.

Оказывается, проклятие сложнее, чем я думала. Если сниму, то драконы лишатся своего защитного заклинания и боюсь, что начнется новая война, а если проклятие не снять, то я вообще ключ к уничтожению целого мира. Отлично просто. И какой вариант выбрать? Хотя мне-то, похоже, выбор не предоставляют.

– К-как это произойдет? – еле слышно спросила я, чувствуя, как во рту стало сухо, как в пустыне.

Мужчина взмахнул рукой, и грибы вспыхнули ярче, осветив алтарь из черного камня, скрытый в тени. На нем виднелись древние руны, что подсвечивались красным цветом.

– Тебя интересует, как именно ты мне поможешь? Все просто – ты умрешь во время ритуала, оросив кровью земли запретного леса, – огорошил он меня. – Ты умрешь здесь, на этом же алтаре, где когда-то пожертвовала своей жизнью Дори, и тогда печать падет. Чудовища смогут вырваться отсюда, драконы лишатся защитного заклинания, которое будет некому подпитывать, и… начнется война, которая станет началом конца для этого мира, – он наклонился, последние слова шепча мне практически в ухо, а после как ни в чем не бывало отстранился и сказал: – Ах да, я же забыл совсем представиться! Невежливо с моей стороны. Меня зовут Марион.

Мысль о скорой смерти парализовала, но где-то в глубине души вспыхнула искра ярости. Я не позволю ему использовать себя. Не позволю!

– Не скажу, что рада знакомству… – вырвалось у меня раньше, чем я успела себя остановить.

Марион заливисто рассмеялся.

– Бойкость тебя не спасет, – он схватил меня за запястье, и холод его пальцев проник под кожу, как яд. – Но мне нравится твой дух. Жаль, что его поглотит тьма.

Он потянул меня к алтарю. Я вырвалась, споткнулась о корни, напоминающие сплетенные тела, и упала. Листва подо мной шелестела, словно сотни голосов смеялись над моими жалкими попытками сопротивления.

– Не делай этого! – крикнула я, отползая. – Ты же сам станешь их жертвой!

– О, нет, – Марион навис надо мной, его тень поглотила последние проблески света. – Я их повелитель. И они будут служить мне.