Текст книги "Проклятая красавица для чудовища (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 56

Мир Марфар

Небо над северными землями пылало багровым закатом, словно сама природа предвещала конец долгой войны. Клэйтон стоял на скалистом уступе, его доспехи, иссеченные когтями тварей, тускло поблескивали в последних лучах солнца. Внизу, у подножия ущелья, кипела битва. Драконы, расправив крылья, метали огненные шквалы, выжигая ряды чудовищ, а люди сомкнули щиты, образуя живую стену. Воздух дрожал от рыков, криков и лязга стали. Это была последняя атака – остатки армии монстров, вырвавшихся из запретного леса, рвались к свободе, обезумев от ярости.

– Они пытаются прорваться к долине! – крикнул Эдрик, командир одного из отрядов, отрубая голову твари с клыками, торчащими из спины. Его лицо было залито кровью, но глаза горели. – Если пройдут – всех убьют!

Клэйтон кивнул, сжимая рукоять меча. Чешуя под кожей ладоней пульсировала, напоминая о драконе, рвущемся наружу. Он взмахнул рукой, и в небо взметнулся сигнальный шар – алый, как кровь. Ответом ему стали десятки огненных вспышек: драконы ринулись в пике, выжигая землю. Чудовища взвыли, корчась в пламени, но их было слишком много. Они лезли вперед, не чувствуя боли, подчиняясь древней ненависти.

– Второй ряд, копья! – рявкнул Клэйтон, и воины выставили оружие, вонзая его в щупальца, хватавшиеся за щиты. Один из драконов, молодой синечешуйчатый Сарин, рухнул на землю, пронзенный ядовитым жалом. Клэйтон прыгнул вниз, прикрывая его тело, и выпустил дракона. Чешуя покрыла кожу, крылья расправились, пламя вырвалось из пасти, испепеляя тварей волнами.

– Держись! – крикнул он Сарину, но тот уже не дышал.

Сердце Клэйтона сжалось, но отступать было нельзя. Он взмыл вверх, увлекая за собой десяток драконов. Их огонь слился в единый смерч, поглотив центр вражеских рядов. Земля треснула, открыв пропасть, куда рухнули десятки монстров. Люди воспользовались моментом – лучники выпустили стрелы с серебряными наконечниками, а маги ударили молниями по остаткам.

Это была победа.

Победа, которая всем слишком дорого обошлась.

* * *

Особняк Далласов встретил Клэйтона тишиной. Сбросив окровавленный плащ, он медленно поднялся по лестнице. В библиотеке, у камина, его ждала Линда. Не та, что была его парой, а настоящая хозяйка тела – та, что вернулась из другого мира.

– Они мертвы, – сказал он, опускаясь в кресло. – Все. Война окончена.

Линда кивнула. Её глаза, хоть и были знакомыми, светились иначе. Она была совершенно иной. Чужой. Все было чужим – взгляд, походка, движения и манера речи. И из-за этого рядом с ней Клэйтону было тяжело находиться. Он не мог до конца осознать, что это тело теперь занимает другая душа. Оно у него ассоциируется с его истинной, а понимание того, что сейчас там кто-то другой, причиняет боль.

– Это хорошо, – тихо вымолвила Линда, прикрывая глаза. – Значит, скоро хранительница сдержит свое обещание. Ты… ты уже решил, что скажешь Лине? Сможешь ее убедить вернуться сюда?

Больше всего на свете Линда боялась того, что застрянет здесь, в своем собственном теле. Да, здесь ее семья, к которой она могла бы вернуться, но не стала этого делать.

Линда любила свою семью, но она уже выросла и готова покинуть отчий дом. Ей пришло время строить свою семью, и она готова это сделать только с тем, кого выбрало ее сердце – с Андреем.

Именно рядом с ним она почувствовала себя живой.

Лишь рядом с Андреем она стала по-настоящему счастливой.

Если бы у нее не было надежды, что она вернется к нему, то Линда бы давно опустила руки.

– Я сделаю все для того, чтобы она вернулась ко мне, – выдохнул Клэйтон.

– Так любишь ее? Или все дело только в истинности, которая сводит тебя с ума вдали от нее?

– Раньше я думал, что все дело именно в истинности, но сейчас понимаю, что нет. Я бы полюбил ее и так. Она именно та, с кем бы я хотел провести жизнь, и та, ради кого умер бы, не задумываясь. Только вот понял я это почему-то лишь тогда, когда ее потерял. Возможно, все сложилось бы иначе, если бы я…

– Не надо винить себя. Ты ничего не потерял. У тебя будет шанс все исправить. Не упусти его, Клэйтон.

Глава 57

Наш мир. Ангелина

Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь кружевные занавески лоджии, золотистыми бликами танцевали на страницах книги. Воздух был наполнен ароматом жасмина, вьющегося по решетчатым стенам, и свежестью утреннего бриза, игравшего с прядями моих волос. Я сидела в плетеном кресле, пальцы нервно перебирали шелковистые страницы «Проклятой красавицы». Переплет книги, казалось, пульсировал под руками, а буквы мерцали таинственным серебристым светом, словно пытаясь вырваться за пределы бумаги. За окном шумел город – далекие гудки машин, смех детей в парке, – но здесь, в этом уголке уюта, время застыло.

Мои глаза скользили по строчкам, задерживаясь на описании битвы: «Клэйтон, покрытый кровью и пылью сражения, взмыл в небо, его крылья, израненные, но непокоренные, рассекали дым...» Сердце сжалось от боли и тоски. Я прижала ладонь к груди, словно пытаясь унять дрожь, пронизывающую каждую клетку. Страницы шелестели, будто отвечая на мой невысказанный вопрос.

– Интересное чтиво? – раздался мелодичный голос, и воздух вспыхнул искрами.

Я вздрогнула, едва не выронив книгу. Передо мной, словно сотканная из самого сумрака, возникла Дебора. Ее платье, черное, как ночь без звезд, струилось по фигуре, переливаясь изумрудными бликами при каждом движении. Высокая прическа открывала худое лицо с острыми скулами, а глаза – два бездонных аметиста – светились холодным любопытством. Над ее головой витало едва заметное сияние, напоминающее корону из лунной пыли. Она сделала шаг вперед, и пол под ногами затрепетал, словно от прикосновения к иному миру.

– Вы… – я встала, опираясь на подлокотник кресла. Сердце колотилось, как пойманная птица. Губы пересохли, а в ушах звенела тишина, нарушаемая лишь собственным прерывистым дыханием. – Зачем вы здесь?

Дебора улыбнулась, и в уголках ее губ заплясали тени.

– Выполняю договор. – Ее голос звучал, как шелест старинных пергаментов. – Твой дракон заслужил шанс.

– Подождите, значит, вы и есть хранительница мира Марфар? – я сглотнула ком в горле, пытаясь собраться. Запах ладана и древних книг, исходивший от Деборы, смешивался с жасмином, создавая дурманящий коктейль.

– Верно, – хранительница склонила голову, и свет от ее короны-нимба, что появилась буквально из ниоткуда, осветил лоджию мерцающими бликами. – И, опережая твой вопрос, скажу сразу – это именно благодаря мне ты оказалась в моем мире.

– Зачем? – непонимающе спросила я, стиснув руки за спиной, чтобы скрыть дрожь. Голос звучал хрипло, будто пересох от долгого молчания.

Дебора провела рукой по воздуху, и пространство вокруг них ожило: тени стали глубже, а свет ярче.

– Потому что миру нужна была твоя помощь. – Ее слова обрели вес, словно каждое было высечено в камне. – Дело в том, что раньше хранителем мира Марфар был Марион, но он сильно заигрался, экспериментируя с жизнями его жителей. Твари из проклятого леса – его творения. Он создал их из любопытства. Ему было интересно, как жители мира будут справляться с ними.

– То есть, по сути, он делал это ради развлечения?

– Можно сказать и так, – кивнула хранительница. – Марион забыл, для чего боги создали нас, хранителей, и сам почувствовал себя богом. В итоге, совет хранителей изгнал его из мира, а меня назначили на его место. Марион был зол. Клялся отомстить и уничтожить мир, который отверг его, и наказать хранителей, что пошли против него. Именно поэтому, приступив к своим обязанностям, я сразу закрыла мир Марфар от него, но… Марион был слишком силен. Я знала, что рано или поздно он проникнет обратно. Поэтому позволила ему это сделать, но на моих правилах.

– Подождите, а почему боги не могли вмешаться? Почему позволяли Мариону творить, что он желает? – спросила я, хотя говорить о богах было очень непривычно. Верующим человеком меня сложно назвать. – И почему хранители просто изгнали Мариона, если он настолько опасен?

– Милая моя, у каждого из богов по несколько сотен миров. Они не могут следить за всеми. Поэтому были созданы мы – хранители, – как ребенку начала объяснять Дебора. – Именно хранитель заботится о процветании мира. В сложных ситуациях может вмешаться совет хранителей, как это было с Марионом. Боги же вмешиваются лишь в случае крайней необходимости. И да, Мариона не просто изгнали из мира. Его лишили магических сил, сделав смертным, но он нашел лазейку, начав питаться древней запретной магией, с которой даже хранители не могли справиться. Если бы мы напали на него, то он бы просто впитал наши магические силы и воспользовался ими против нас. Поэтому мне пришлось действовать хитростью и обратиться за помощью к тебе – дочери той, что уже однажды спасла мир Марфар.

– Вы… вы это о чем?

– Когда Дори принесла себя в жертву ради спасения всего мира, ее вознаградили, позволив душе переродиться в новом мире. И она переродилась здесь, родив такую прекрасную дочь, как ты. Поэтому мой выбор и пал на тебя. Мир Марфар не смог бы принять постороннюю душу. Она бы просто не прижилась там, но ты… ты – это другое дело. Хоть ты и не родилась в нем, но у тебя есть связь с миром Марфар.

Я закрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанное. Воспоминания о матери – теплые руки, смех за чашкой чая – смешались с образами битв из книги. Голову сдавило, будто невидимые тиски сжимали виски.

– А Линда? Как она тогда заняла мое место в этом мире? Или она тоже с ним как-то связана?

– Твой мир магически слаб, – Дебора сделала шаг ближе, и ее платье зашуршало, словно шепча секреты веков. – Он не реагирует так на чужие души, как мир Марфар. Поэтому Линда спокойно здесь и жила.

Горькая усмешка сорвалась с моих губ.

– Так в чем же была задумка? Вы хотели, чтобы я сняла проклятие, и тогда бы Марион не смог воспользоваться тварями из запретного леса?

– Именно на это я и рассчитывала. Понимаешь, у Линды не было шанса влюбить в себя ни одного потомка Диары.

– Почему?

– Потому что проклятие не позволило бы этому случится. Оно бы делало все, чтобы развести их. Ты же другая душа, хоть и попала в тело носительницы проклятия. Поэтому проклятие дало небольшой сбой, благодаря которому его все-таки удалось снять.

– А то, что я оказалась истинной Клэйтона – это ваши проделки?

– Нет. Честно говоря, я и сама удивилась данному повороту. Видимо, это либо сам мир постарался свести ваши души, либо даже кто-то из богов вмешался.

– Если бы вы не позволили Мариону проникнуть в мой мир, то мы бы спокойно сняли проклятие без всех тех ужасов, что случились. Зачем нужно было его пускать?

– Он проник в мир в тот момент, когда я переместила твою душу туда. Во время переноса образовалась брешь, и он ею воспользовался. Правда, после этого он сильно ослаб, но как только восстановился – явился за тобой. Мне оставалось лишь надеяться на то, что к этому моменту у тебя все-таки получится растопить сердце неприступного дракона, и я не прогадала.

– Все это время вы играли нашими судьбами… – горько прошептала я. Неприятно осознать, что кто-то умело манипулировал моей жизнью, подталкивая в нужном направлении, и сделав, по сути, разменной монетой.

– Я все это сделала ради того, чтобы спасти мир. Пойми, если бы у Мариона получилось то, что он задумал, он бы его уничтожил, а потом… В общем, я понимаю тебя и твою обиду, но я сделала то, что должна была.

Тишина повисла тяжелым покрывалом. Я повернулась к столу, где лежала книга. Обложка мерцала тусклым серебром, словно зовя обратно.

– А зачем поменяли нас с Линдой обратно?

– Ты выполнила свою миссию, и я вернула тебя домой.

– Ага, домой, где прошел уже почти год и многое изменилось, – усмехнулась я. – Кстати, почему время так по-разному двигается? Сначала в этом мире оно шло быстрее, чем в мире Марфар, а теперь наоборот… Судя по книге, там прошла уже не одна неделя, в то время как здесь я не нахожусь и суток.

– Мы перемещаем не только сквозь миры, но и сквозь время. Мы находим необходимые бреши и переносим души.

– А книга?

– Это книга особенная. Она вне времени. Я ее тебе специально подкинула, чтобы ты знала, что тебя ждет. Однако в зависимости от ситуации книга меняет написанный текст. И да, можешь не волноваться, все, что ты прочла – чистая правда. Твой дракон действительно любит тебя, благодаря чему снял проклятие. И он действительно заключил со мной сделку. Поэтому у вас будет немного времени, чтобы все обсудить и сделать выбор. Линда уже приняла решение, желая вернуться к Андрею. Теперь все зависит только от тебя. Но прежде, чем решиться, ты должна знать, что обратного пути не будет.

Она подняла руку, и пространство вокруг нас исказилось. Стены лоджии поплыли, растворяясь в мерцающем тумане. Я ощутила головокружение, но прежде, чем успела вскрикнуть, туман рассеялся.

И вот он стоял передо мной – Клэйтон.

Я замерла, чувствуя, как мир вокруг перестал существовать. Остались только мы – два сердца, бьющиеся в такт забытой мелодии.

Глава 58

Наш мир. Ангелина

Его плащ, некогда роскошный, был изорван в клочья, а доспехи покрыты черными подтеками засохшей крови. Лицо, иссеченное тонкими шрамами, дышало усталостью, но в глазах, все тех же алых, горела неугасимая искра. Он пах дымом, железом и чем-то диким – лесом после грозы, землей, впитавшей битву.

– Лина… – его голос, хриплый от напряжения, сорвался на полушепот. Он сделал шаг, спотыкаясь, и я инстинктивно бросилась вперед, подхватывая его под руку.

Кожа под моими пальцами была горячей, будто под ней все еще тлел огонь сражений. Он медленно выпрямился, его дыхание, прерывистое и глухое, звучало в тишине лоджии.

– Я все-таки нашел тебя , – прошептал он, и в его взгляде смешались боль, надежда и что-то невысказанное, от чего перехватило дыхание.

Дебора, наблюдая за нами с порога, сложила руки на груди.

– Время ограничено, – напомнила она, и в ее тоне прозвучала сталь. – Решайте.

Клэйтон не сводил с меня глаз. Его рука дрогнула, касаясь моей щеки, словно проверяя реальность.

– Лина, я знаю, что наша история началась совсем не так, как должна была, – начал он. – Я пойму, если ты решишь остаться здесь, в твоем родном мире, но прошу… дай нам с тобой шанс. Обещаю, я сделаю все, чтобы завоевать твое сердце, и чтобы ты была счастливой.

Он замолчал, сжав зубы, будто боясь произнести лишнее.

Я посмотрела в его глаза – туда, где за слоем усталости и боли жила та самая искра, что согревала меня в мире холода и чудовищ.

– Мое место рядом с тобой, – выдохнула я, чувствуя, как слезы катятся по щекам. – Всегда.

Клэйтон закрыл глаза, и его лоб коснулся моего.

– Ты уверена? – спросил он тихо, так, чтобы только я услышала. Вопрос висел в воздухе, будто от него зависела судьба миров.

Я кивнула, не в силах вымолвить и слова. Горло сдавило комом, а сердце бешено колотилось, отдаваясь в висках. Где-то за пределами мерцающего кокона оставался мой мир: квартира с жасмином на лоджии, фотографии с Андреем, жизнь, которую я не выбирала, но которая стала частью меня.

– Тогда мы идем домой, – прошептал он, и в его голосе впервые зазвучал покой.

Пространство вокруг замерло, будто сама реальность затаила дыхание. Свет, исходящий от Деборы, сгустился в плотный кокон, обволакивающий нас. Клэйтон сжимал мои пальцы с такой силой, словно боялся, что я исчезну в любой миг. Его дыхание, неровное и горячее, смешивалось с моим. Глаза, все те же алые, теперь горели не яростью, а надеждой – хрупкой, как первый лед на озере.

– Тогда пора, – голос Деборы прозвучал как эхо из глубин времени. Она подняла руку, и свет вокруг нас начал пульсировать, ритмично сжимаясь и расширяясь. – Помни, обратного пути не будет.

Последние слова хранительницы растворились в нарастающем гуле. Стены лоджии поплыли, краски мира поблекли, словно кто-то вымыл их дождем. Внезапно дверь с грохотом распахнулась.

– Лина! – Андрей застыл на пороге, его рыжие волосы взъерошены, глаза расширены от ужаса. Он бросился вперед, но пространство между нами исказилось, став непреодолимой пропастью. – Что происходит? Кто это?!

Его голос донесся сквозь толщу света, будто из другого измерения. Я встретилась с ним взглядом.

– Прости, – прошептала я, зная, что он не услышит.

– Нет! – Андрей вновь попытался прорваться, но его рука прошла сквозь мерцающую пелену, словно сквозь призрак. – Лина, не уходи!

Его крик оборвался, когда свет вспыхнул ослепительной вспышкой.

Глава 59

Мир Марфар

– Добро пожаловать домой, – прошептал Клэйтон, отпуская мою руку. Однако его плечо по-прежнему касалось моего, излучая тепло.

– Домой, – повторила я, открывая глаза. Странное спокойствие разлилось по жилам. Мы переместились в особняк Клэйтона. Тот самый, что все мое пребывания здесь казался чужим и холодным. Теперь же все иначе. В глубине души щемящее чувство говорило – это место теперь часть меня.

Мы молча поднялись по лестнице, минуя галерею портретов предков Клэйтона, и вот мы уже в знакомых мне покоях. В тех самых, в которых я жила здесь.

Стены, украшенные гобеленами с драконами, высокие сводчатые окна, через которые лился мягкий свет заката, даже запах воска и старых книг – всё казалось одновременно родным и новым. Я стояла посреди своей бывшей комнаты, касаясь пальцами резного изголовья кровати. Зеркало в углу отражало уже привычные черты Линды, но теперь в глазах светилась я – Ангелина.

Клэйтон прислонился к дверному косяку, наблюдая за мной. Его алые глаза, обычно холодные, смягчились.

– Я не позволил Линде жить здесь. Не хотел, чтобы она трогала твои вещи. Поэтому она жила в другом крыле.

– Спасибо, – кивнула я. – Скажи, а какая внешность тебе нравится больше? Эта или та, которую ты увидел в моем мире? – неожиданно даже для себя спросила я.

Клэйтон улыбнулся, становясь позади меня, и теперь мы отражались в зеркале вдвоем. Должна признать, мы очень красиво смотрелись вместе.

– Мне без разницы, как ты выглядишь, Лина. Главное, что это ты.

Он коснулся моих плеч руками и притянул к себе. Я с готовностью прижалась спиной к его груди, вдыхая родной аромат.

Жизнь – странная штука. Мы столько времени провели вместе, а чувства друг к другу осознали только тогда, когда едва не потеряли друг друга.

За дверью послышались осторожные шаги.

– Ваша светлость? – Мита замерла на пороге, держа в руках поднос с чашкой дымящегося чая. Её глаза округлились при виде меня. – Княжна... вы решили вернуться в свои покои?

Я кивнула, освобождаясь из объятий Клэйтона. Интересно, как герцог объяснил «мой» неожиданный переезд в другие покои?

Служанка поставила поднос на стол.

– Здесь все сохранилось как было в ночь вашего похищения. Платья, книги... даже цветок из Дуабреи.

Цветок.

Я резко обернулась. На комоде, в стеклянной колбе, стояла увядшая роза. Всего два лепестка, почти чёрных, едва держались на стебле.

– Он засох в ту ночь, когда тебя похитили, – тихо сказал Клэйтон. – Я хотел его убрать, но...

Я подошла ближе и, открыв колбу, коснулась хрупких лепестков. В памяти всплыл момент в запретном лесу: алтарь, кровь, взгляд Клэйтона, полный отчаянья.

– Он больше не нужен, – прошептала я. – Проклятие снято.

Мита, словно прочитав мои мысли, осторожно взяла колбу.

– Я вынесу его, госпожа.

Дверь закрылась, оставив нас одних. Клэйтон обнял меня сзади, его губы коснулись виска, а руки обвили талию, прижимая к себе. Через тонкую ткань одежды я чувствовала шрамы на его груди – молчаливые свидетельства битв, которые он вёл ради меня.

– Ты свободна, Лина. Больше никто не будет диктовать тебе, как жить.

За окном метель стихла, уступив место тишине. Снежинки, словно перья, кружились в лунном свете, оседая на ветвях елей. Где-то вдали завыл волк, но его крик растворился в покое, наступившем после бури.

Я обернулась к мужчине, касаясь ладонью его щеки. Шрамы, морозные узоры на коже, алый отсвет в глазах – всё это было частью него, частью нас.

– Я выбрала нас и наше с тобой будущее.

– Ты никогда не пожалеешь об этом.

Наш первый поцелуй оказался жарким, как пламя дракона, и нежным, как первый снег. В этом поцелуе смешались боль потерь, радость возвращения и обещание, что теперь ничто не разлучит нас.

Глава 60

Наш мир

Линда открыла глаза, радостно выдыхая. Не передать словами, как же она была рада проснуться в их с Андреем постели. Любимый спал рядом, заняв большую часть кровати. Его рыжие волосы были в беспорядке и торчали во все стороны, а лицо было слегка «помятым».

Улыбнувшись, Линда нырнула в его объятия, утыкаясь носом в область шеи жениха и вдыхая самый любимый нас свете аромат – аромат ее любимого мужчины, по которому она просто безумно скучала.

– М-м-м, люблю так просыпаться, – пробормотал Андрей, прижимая ее ближе к себе. – Знаешь, мне приснился такой странный сон…

– Какой?

– Как будто ты исчезла прямо из нашей квартиры. Просто растворилась в воздухе, держа за руку постороннего мужчину. Бред. Да?

– Бред, конечно. Куда я от тебя сбегу?

– Да, я вот тоже так думаю. Никуда тебе от меня не деться. Ты теперь в моем пожизненном плену.

Линда заливисто рассмеялась, целуя любимого и уверенная, что теперь-то все будет хорошо. Она сделала верный выбор и никогда о нем не пожалеет.

Спустя полторы недели состоялся один из самых волнительных дней в жизни Линды и Андрея – их свадьба.

Белый лимузин замер у входа в собор, украшенный гирляндами из живых орхидей. Линда поправила фату, дрожащими пальцами проверяя, на месте ли жемчужная заколка – подарок Андрея на первом свидании. Платье с кружевными рукавами и глубоким вырезом облегало фигуру, словно вторя изгибам тела. В зеркальце она поймала свое отражение – глаза сияли, щеки горели румянцем.

«Совсем не та застенчивая девушка, что боялась собственной тени», – с улыбкой подумала она.

– Все-таки мой сын выбрал настоящую красавицу, да еще и с таким добрым и любящим сердцем, – с улыбкой сказала мать Андрея – Ксения Валентиновна, которая души не чаяла в своей будущей невестке. – Повезло моему оболтусу.

– Нет, это мне с ним повезло, – возразила Линда, полностью уверенная в своих словах.

Дверь лимузина распахнулись, и Линда увидела Андрея в строгом смокинге. Его рыжие волосы аккуратно уложены, а в глазах – смесь трепета и восторга.

– Ты... – он задохнулся, когда она приблизилась. – Лина, ты...

– Как видишь, я все еще не сбежала.

Обмен клятвами прошел в какофонии радостных всхлипов и вспышек фотокамер. Когда их объявили мужем и женой, Андрей подхватил Линду на руки, кружа под звуки аплодисментов.

Наутро после свадьбы Линда проснулась от запаха кофе и жареного бекона. Андрей стоял на кухне в смешном фартуке с надписью «Супермуж», пытаясь перевернуть блинчик, который упорно прилипал к сковороде.

– Эй, невеста, – он обернулся, сияя улыбкой. – Готовься к гастрономическому шедевру!

Она села за стол, укутавшись в его рубашку, и наблюдала, как он возится у плиты. Солнечные лучи играли в вазе с букетом невесты, а за окном шел дождь – редкий для этого времени года.

Поняв, что блины у ее жениха не получаются, Линда все-таки подскочила с места и начала помогать ему. Они вместе готовили их первый завтрак в качестве супружеской пары. Она ловко жарила блины, выкладывая их на тарелку, а он смазывал их маслом и аккуратно сворачивал.

– Ну вот, хотел тебя удивить шедевральным завтраком, а в итоге тебе пришлось спасать его, – усмехнулся Андрей, когда они закончили.

– Я знаю, что ты не очень хороший повар, но за старания спасибо, – кивнула Линда, целуя его в щеку. – Кстати, у меня для тебя тоже есть сюрприз. Хотела о нем тебе рассказать на свадьбе, но не нашла момента. Поэтому вот, говорю сейчас – скоро мы станем родителями!

– Ты… серьезно? – получив кивок от жены, Андрей подхватил ее на руки с радостным воплем: – Ура-а-а, я скоро стану отцом!

Линда рассмеялась, чувствуя себя самой счастливой на свете.

Нет, она никогда не пожалеет о том, что покинула свой мир и выбрала их совместную жизнь с Андреем. Конечно, она очень будет скучать по своей семье, но теперь ее жизнь здесь – рядом с любимым.