Текст книги "Неверная (СИ)"

Автор книги: Кира Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 60 страниц)

Они всё потеряли… Она всё потеряла и не могла вернуть обратно, как бы не хотела. Ида хотела, но боялась себе в этом признаться, а уж тем более ему.

Ей вдруг стало нечем дышать и она покачнулась, выставив вперед руки, в одной из которых был клатч, Ида оперлась ладонями о стол с растениямии в ладошки ей впились сотни песчинок острыми шипами боли. В глазах немного потемнело, она заставила себя глубоко вдохнуть спасительного кислорода, чтобы не потерять сознание, но не успела она выдохнуть, как кто-то схватил её за плечи и резко развернул в сторону.

– Ты… – наконец, выдохнула из себя Ида, глядя в зеленые встревоженные глаза, что смотрели на неё из под нахмуренных бровей.

– Я! Ты что-то пила здесь или ела? – зарычал Влад, слегка встряхивая её.

– Нет.

– Точно?

– Точно.

– Тогда что с тобой?

– Воздуха не хватает.

Влад отпустил её и огляделся, нашел две открывающиеся створки окон и открыл их, впуская свежий прохладный воздух. Только сейчас Ида заметила, что на улице льет как из ведра, а у Влада мокрые волосы. На его черном кашемировом пальто собрались хрустальные капли словно маленькие бриллианты. Ида вцепилась обеими руками в маленький клатч, опустив руки, а Влад засунул свои в карманы брюк. Они молча стояли друг напротив друга в ожидании. Ида ждала, что сейчас он отругает её за самовольное оставление дома, а он чего ждал?

– Я твои закидоны уже считать перестал и твои офигительные идеи тоже. – с дикой усталостью в каждом слове сказал он. – Вот эта вот с липовой покупательницей показалась мне даже забавной. Я посмеялся, правда, а потом понял, зачем ты это устроила. Ты такая упрямая, овечка Идочка. Сказал ведь тебе никуда не ходить, зачем ты пришла сюда?

– Захотела. Я ведь теперь по такому принципу живу – хочу-не хочу. – не удержалась от шпильки в его сторону она. – Я стала слишком упрямой…

– Стала? – усмехнулся он и неожиданно по-доброму улыбнулся. – Ты всегда была упрямой, с самого первого дня, как я тебя встретил. Ты всегда была такой, Ида, поступала так, как тебе подсказывали твои внутренние ориентиры, и никогда не сходила с намеченного пути. Тогда меня это не бесило, потому что я знал, что творится у тебя в голове, ты со мной всем делилась и я тебя понимал. Сейчас же ты молча прешь напролом, как будто в тёмном лесу потерялась, и вот это ужасно бесит.

– Зачем ты продал ей наш дом? – выпалила Ида вопрос, который буквально прожигал ей язык.

– Так нужно было. Я тебе позже всё объясню, не сейчас. – тяжело вздохнул Влад. – Во время сделки ты и бровью не повела, когда подписывала документы. Я уж думал, вот она твоя меркантильная натура от спячки проснулась, когда сумму сделки увидела, и сразу забыла, чем был для тебя наш дом. Ты его любила когда-то. Так он всё же что-то значит для тебя?

– А для тебя?

– Ничего. Для меня это просто стены, потолок и пол. Как для тебя ничего не значило обручальное и помолвленное кольцо, ты продала их, как куски металла со стекляшками. – покачал он головой, и Ида будто поникла от его слов. – Наша любовь была не в них, а мой настоящий дом всегда был там, где ты…

Ида словно перестала дышать и крепче вцепилась в свою спасительную сумочку, будто это она держала её и не давала упасть, а не наоборот.

– Номера отелей по всему миру, двушка в пятиэтажке, старый дом на берегу моря, который мы снимали как-то в Португалии, везде был бы дом, если ты жила там. – глухим голосом сказал Влад и сделал ей шаг навстречу, почти вплотную вставая перед с ней.

Ида не отшатнулась и это вселило в него уверенности двигаться дальше.

– Ты пришла попрощаться, так ведь? Со всем, что у нас было. – тихо сказал он, заглядывая в печальные глаза.

Ида не выдержала и опустила голову, устанавливая зрительный контакт со своей спасительной шлюпкой-сумочкой.

– Мы оба помним, как всё было «до», и никогда не забудем, хотя осталось у нас только «после». Я знаю, что ничего не вернуть, Ида. Я знаю, что после всего, что произошло, мы оба изменились, стали другими, воспринимать всё вокруг и друг друга стали иначе. Я знаю, что ты меня не простишь. Ты не забудешь, ты всё помнишь…

Ей хотелось закричать от безысходности, что сквозила в каждом его слове, но она заставила себя повременить с плачем и тихо сказала:

– Помню…

Горячие большие ладони накрыли её ледяные руки, что мертвой хваткой вцепились в кусок натуральной кожи, который вдруг исчез из её поля зрения и ей не за что было больше хвататься. Влад взял её ладошки в свои и крепко сжал, Ида боялась поднять на него глаза, но и вырвать руки оттуда, где стало так хорошо и спокойно, она не могла. Его горячее сбивчивое дыхание будто ласкало ей волосы на макушке, он был слишком близко.

– Я три года вёл себя как обиженный маленький мальчик, ты всё верно сказала. Только этот мальчик забыл, как смалодушничал после предательства и не смог признаться, потому что знал, что ты не простишь. Для тебя это неприемлемо ни в каком виде… Это ты для меня была ориентиром во всём, за тобой я шел, когда не знал, как правильно поступить, ты меня вела. Не наоборот. И когда я показал тебе дорогу на выход, ты правильно сделала, что ушла. Нельзя соглашаться на требования террористов, что удерживают заложников. Им был наш сын. Три года я держал своего сына в заложниках, чтобы ты вернулась, не ко мне, так к нему. Три года я тебя за это ненавидел, что посмела не только мне изменить, но даже в ногах у меня не валялась, вымаливая прощения, и сын от меня как будто был уже не нужен. Без тебя я будто и не жил, так барахтался в какой-то грязи, что-то там делал, в работе копошился, три года как один день пролетели. Один паршивый день. Сыну в глаза смотреть боялся, там была ты, и его вопросы, на которые ответить мне было стыдно. Тебя ненавидел лютой ненавистью, а ты за меня в это время молилась. Вот такой ты человек. Я ничего не сделал, чтобы что-то изменить, я мог найти тебя, легко, ты ведь далеко не убежала. Я понял про какой шанс ты говорила как-то. Ты дала мне возможность успокоиться и всё исправить и я ею не успел воспользовался. Вместо того, чтобы что-то попытаться выяснить или хотя бы повнимательнее присмотреться к кадрам плохого кино, я предпочел страдать. Прости меня Ида, твой муж идиот. Я очень надеюсь, что когда ты два года ко мне приглядывалась, а потом выходила замуж, ты отчасти это понимала.

Влад тихо усмехнулся, пока Ида молча стояла, как виноватая школьница, отчаянно прикусив губу, чтобы не сорваться в истерику и рев. Он рвал её на части словами, что она от него ждала намного раньше, и они даже иногда звучали, обрывками, в моменты ссор и попыток спокойно поговорить, но они были так разрозненны и вырваны из общей картины, что было совершенно непонятно о чем он говорит, и говорит ли искренне.

– Дима посоветовал мне извиниться и сказать, что я так больше не буду. Прости меня Ида, пожалуйста, прости, я наломал таких дров, что тебе осталось только собрать их и поджечь, сжигая всё, что у нас было, лишь бы было больше не больно. Я понимаю, как тебе было больно, твоя измена была липовой, а боль от неё для меня настоящей, а моя никуда не делась и стоит между нами стеной. Я знаю, теперь понимаю. Не хочу делать тебе ещё больнее своим присутствием в твоей жизни, правда не хочу. И всё же я с тобой, не могу уйти. Даже в этом извращенном понятии семьи, что у нас сейчас есть, я счастливее, чем был до этого. И как отец наших детей, я тоже очень счастлив. Но ты не счастлива, я всё понимаю. Не думай, что не вижу, как ты устала, как тебя всю трясет от случайных встреч со мной. Мне от этого паршиво, но я как упертый баран, муж упрямой овечки, и маньяк одержимый, не могу тебя отпустить. Я не могу отпустить тебя, слышишь?! Я не могу отпустить женщину которую люблю больше жизни! Просто не могу! А ты не можешь просто забыть, простить и жить дальше.

Влад тоже начал будто задыхаться, шумно дыша носом он прижался лбом к её волосам, она вздрогнула, в ответ он крепче сжал её ладошки в своих. Ему казалось, что стоит их рукам разомкнуться, как тонкая ниточка, что связала их в моменте порвется и всё будет кончено, навсегда, а пока нужно за неё держаться изо всех сил.

– Ида, мы не вернем то, что было, но может быть на пепелище старой жизни мы сможем построить новую. Вместе… – хрипло проговорил он и от его тембра голоса, будто задрожали все стекла вокруг, столько в нем было напряжения. – Я однолюб, Ида, также как и ты… Если нам нужно закончить старое, чтобы начать новое, я готов. Разведемся, будем жить отдельно, растить детей, попытаемся наладить и построить другие отношения, с чистого листа. И может когда ты перестанешь на меня злиться, что-то и получится. Или у тебя получится с кем-то другим, что более вероятно. И всё таки, сдаваться я не намерен. Мне просто нужна передышка, я срываюсь, говорю ужасные вещи, психую, делаю ещё более ужасные вещи, опять делаю тебе больно. Я тоже устал. Быть с тобой и не быть одновременно.

Ида стояла ни жива, ни мертва, Влад замолчал, сказав всё, что было на душе, он тяжело вздохнул, потревожив ее голливудские локоны и между ними наступила тишина. Лишь дождь вокруг неистово стучал по окнам оранжереи, где в тусклом свете одинокой лампочки двое застыли друг перед другом. Мужчина всё ещё боялся отпустить её хрупкие ручки, которые он с таким трудом отогрел, а женщина стояла будто на краю, то ли пропасти, то ли нового начала. И ей надо было решить шагнуть ли вперед или по привычке бежать назад, надеясь, что когда она найдет в себе силы и обернется, то увидит его.

– Я хочу забыть… – едва слышно сказала она, не поднимая головы.

– Что? – слегка нагнулся Влад, пытаясь, наконец, посмотреть ей в глаза.

Ида решила перестать прятаться, перестать врать самой себе и ему, она выбрала свой путь, десять лет назад, когда впервые поцеловала его, она всё решила. Она вскинула голову и посмотрела ему в глаза, гордая и решительная секунду назад, маленькая хрупкая женщина внутри неё тут же стушевалась под его пристальным взглядом. Слова, что она хотела бы сказать застряли в горле и она нервно сглотнула их остатки.

– Что такое, Ида?

Она прикрыла веки, чтобы хоть как-то собраться, прийти в себя и сказать то, что не даст ей повернуть назад.

– Я хочу забыть… – медленно проговорила она, открыв глаза. – Помоги мне забыть.

Несколько секунд он вглядывался ей в глаза, пытаясь прочитать в них смысл того, что она сказала. И он надеялся, что понял всё верно. Влад нагнулся вперед, преодолев оставшееся между ними расстояние сквозь воздух, что стал словно плотнее и не пускал его к ней. Её алые губы без следов помады чуть приоткрылись, и он дотронулся до них своими. Нежно осторожно, боясь спугнуть женщину, что тихо пискнула, когда он втянул её нижнюю губку в себя. Их поцелуй двух школьников без языка длился меньше минуты, пока мальчик его не прекратил, чуть отстранившись, он изучающие взглянул на лицо своей девочки и увидел две мокрые бороздки от слёз, что сверкали в тусклом свете оранжереи. Он всё не так понял?

Ида, увидев, что он замешкался, немного ему помогла, показав верное направление, она робко улыбнулась и у Влада сорвало крышу от счастья свалившегося ему на голову так неожиданно. Он притянул её руки к своему лицу и жадно припал к ним губами, целуя тонкие пальчики. Его жена в это время улыбалась всё шире, хотя по щекам пролегли новые мокрые бороздки. Влад прижал её ладони к своей груди, оставляя их там, а сам взялся за её пояс на пальто, резко расстегнул и его, и пальто, от чего Ида удивленно смотрела на него. Зачем он её раздевает? Ему было нужно поучаствовать её ближе, нужно было прямо сейчас. Он скользнул руками по её талии, обнимая за спину и впился губами в её рот, действуя намного наглее.

Ида тихо застонала, когда от этого поцелуя по её телу прокатила горячая волна предвкушения чего-то большего, даже если это что-то случится прямо сейчас в помещении, где они были как рыбки в аквариуме, у всех на виду, ей было всё равно, лишь бы случилось. Она обняла его одной рукой за шею, а другой нежно обхватила колючую щёку и почувствовала, как её ноги оторвались от пола. Влад поднял её, крепко обхватив за туловище, не прерывая поцелуй, который уже переходил все рамки приличия. Ида так и висела, паря в невесомости, пока её губы заново привыкали к его властным поцелуям.

– Такая маленькая Ида и такая большая любовь… – тихо сказал Влад, оторвавшись от неё и потеревшись о её носик своим.

– Извини, что я такая упрямая. – шмыгнула она носом, пуская новые слезки по щекам.

– Не надо за это извиняться! Мне другая Ида не нужна, только такую люблю, мою упрямую овечку!

Его Ида блаженно улыбалась, пока он снова не начал целовать её. Она чувствовала своим телом, как его всё больше напрягается, и уж было подумала, что сейчас они совершат один из самых безрассудных поступков в их жизни, и она была даже на него согласна. Не согласна была женщина, которая громко разрушила тихое счастье между ними своим злобным голосом:

– Какие же от вас обоих тошнит, Ковалевские! Когда вы уже оба подавитесь друг другом!

Глава 51

Отвратительный прокуренный голос с характерной хрипотцой вырвал Влада из момента счастья, вернув в реальность, где даже аромат любимой женщины прямо под носом не мог оттенить затхлый запах прелых растений и гнилостное сладковатое зловоние парфюма, что исходило от падали за его спиной. Ида висела на муже, растерянно глядя ему в глаза, крепко обхватив за шею и плечи.

– Вы случайно не потрахаться напоследок на МОЕЙ постели пришли? – усмехнулась Дина.

Влад со всей нежностью, что в нём была, поцеловал жену в лоб и поставил на ноги, взял ладонями за лицо и тихо сказал:

– Что бы она не сказала, пожалуйста, молчи. Я сам с ней поговорю. Просто доверься мне, Ида, моя любимая.

Она кивнула и он слегка успокоился, не так должен был случиться его разговор с ДилДо, не так… Но, видимо, Бог решил рассудить всё сейчас. Влад взял жену за руку и развернулся лицом к незваной гостье, что закрывала собой выход из оранжереи. Влад спокойно поправил свободной рукой вставший член в штанах, лицо Дины исказила гримаса отвращения.

– Ты не против ведь будешь, мы всё же воспользуемся ТВОЕЙ кроватью? Очень надо. – усмехнулся он.

– Да пошел ты, олень! – прыснула ядом полупьяная женщина.

Когда-то Влад считал её красивой – длинные светло-русые волосы, голубые глаза, правильные черты лица и стройное подтянутое тело. Теперь он понял, что она всего лишь была молодой и пользовалась данными ей от природы генами, а потом на эти гены наложился возраст, неправильный образ жизни и злость, которой сквозила каждая черта её перекошенного лица. Дина не сделала ни одного усилия, чтобы сохранить то, что было дано родителями, не отказалась от сигарет и алкоголя, не смогла отказаться от безумной идеи стать Ковалевской, что и привело их всех сюда.

– Она же тебе рога на голове вместо цветочков своих в оранжерее выращивает! А ты и рад стараться! – ещё больше распалилась Дина и только сейчас Влад заметил бутылку вина в её руке. – Интересно, если бы я изменяла, ты бы и на мне женился?

– Что значит «если бы»? – усмехнулся Влад, пренебрежительно глядя на Дину. – Ты же ведь никогда не была верной собакой Диной? Ты трахалась за моей спиной, чтобы поднять самооценку, как ты подружкам вещала, а они потом мне рассказывали, разговоры были в постели, кстати. И мне было по хуй на это. Потому что до тебя было по хуй, Дина. И ты всё никак не можешь это принять. Твоя самооценка не может, ты же даже чувств ко мне никаких не испытываешь, ты просто унижена и оскорблена, что выбрали не тебя, дочку самого Динара Юсупова. К мозгоправу бы тебе, да поздно… Горбатого могила исправит.

– Да и тебе бы не мешало, Владичка. – ехидно усмехнулась она. – Или быть куколдом по жизни это твоё нормальное состояние? Она же ведь трахалась с другим мужиком, поэтому ты её выгнал!

– С чего ты это взяла, Дина? – сжал челюсть Влад, Ида стояла рядом как предмет мебели, не дыша, и не двигаясь, обхватив его руку одной ладошкой, а второй локоть. – А с того, что сама эту сплетню и распустила, я нашел веревочку и вилась она из твоего рта прямо в головы остальным твоим названным подружками! И откуда ты об этом знала? Да оттуда, что сама и наняла этого актера-жигало! Я и эту веревочку нашел. Всё, Дина, кончилась твоя трагикомедия. Ты проебалась.

Дина стояла, как громом пораженная, её глазки нервно забегали по округе, ищу спасительную соломинку, но её не было.

– Не понимаю, о чем ты говоришь. – выставила слабую защиту она. – Это Идочка тебе в уши нассала?

– Три месяца Александр, он же Артист, обхаживал Иду и так и сяк, но она на него не обращала внимания, она даже не помнит его слабые попытки интереса к своей персоне. Потому что привыкла не обращать внимания на мужчин, что обращали внимания на неё.

– А ты веришь? С чего такое доверие?

– Я верю ей, потому что она никогда меня не обманывала, пока я не предал ее доверие.

– Дурак ты, Влад, и не лечишься. – приложилась к бутылке Дина.

– Я видел всё своими глазами, что произошло в отеле, в номере, на кровати.

Когда он это сказал, Дина будто током ударило.

– Я нашел его телефон быстрее, чем твоя Ясмина-Зарема. Ты такая тупая, Дина, что лучше тебе преступления не совершать. Ты попадешься всё равно. – вздохнул Влад. – Через три месяца бесплотных попыток соблазнения тебе надоело ждать, решила пойти на грязное дело, моя маманя тебе неожиданно помогла, позвонила из моего дома поделиться сплетней, что у Иды мамаша объявилась и они с ней встречаются, и ты маякнула Артисту, что пора на бенефис. И даже сама туда пришла, подсыпала наркоту именно ты, мать Иды подтвердила, что видела тебя там. В первый и последний раз я своей теще деньгами помог, а ты, сука, попалась.

– Ты сначала докажи! Ничего мне за это не будет! – брызнула слюной Дина, подаваясь вперед и сжимая кулаки.

– Именно так тебя и воспитывали, какую хуйню бы ты не сотворила, тебя отец прикроет. Он и прикрыл, Артисту заплатил, чтобы тот укатил в Тай, но тот вернулся и ты испугалась, впервые испугалась последствий того, что натворила. Папочка договорился, и его грохнули, чтобы наверняка, а потом начал лес рубить, так что щепки летели. Яна, медсестра, Ясмину сдал на руки семье, чтоб не палиться, когда ты в очередной раз занялась самодеятельностью. Всё сделал, чтобы Диночкину жопу прикрыть, но до его неожиданно добрались. На него дело завели, чего там только нет, даже если этих эпизодов не будет, он сядет далеко и надолго. Правда, его поймать еще надо, он ведь сбежал в Южную Америку. Только вот со своей второй семьей, наплевав на первую. Единственный мужчина в твоей жизни, что тебя хоть каким-то боком любил, тебя бросил. Вывел все средства со счетов и канул в неизвестность. Да, у вас с матерью осталась недвижка какая-то, даже бизнес, но спешу тебя огорчить, в понедельник всё это будет арестовано, как незаконно нажитое имущество. Аркашу только жалко, его бедное сердце не выдержало, когда он узнал, что твой отец сбежал. Он ведь на него подрабатывал. А знаешь, как я узнал?

– Мне насрать. – процедила сквозь зубы Дина, растерянно огляделась вокруг, до нее ещё пока туго доходило, что её папочка больше не стоит за её спиной.

– Я выплатил его жене все оклады покойного с бонусами до Нового года, она позвонила и вместо спасибо, спросила, а почему так мало? Было же больше. А откуда было больше? Бабки шли со счёта того, самого ООО, которое на твоего мужа записано, но по факту деньги прокручивал твой отец. Оплаты за некие юридические консультации, Филин это пропустил, потому как все юристы в моей компании так или иначе калымят. Ничего подозрительного.

На Дину было страшно смотреть, пока Влад буквально зачитывал приговор её сытой жизни, Ида не знала, что её отец под следствием, да и никто не знал, ордер на арест подпишут в понедельник, а его бизнес ждёт новый собственник, который за всё это заплатил.

– Хочешь знать, кто твоего отца по миру пустил?

– В жопу иди… – прошептала она в ответ.

– Мой.

– Не может быть, они же…

– Друзья? Нет у моего отца друзей, Дина, и не было никогда. – усмехнулся Влад. – Твой отказался делиться маленькой нефтяной компанией и мой его просто слил органам. И ты могла бы выйти сухой из воды и перетерпеть лишения за спиной у богатого мужа только вот, где он? Твой муж тебя обокрал, Диночка, он всегда очень остро чуял перемену ветра. Не надо было столько бухать, ты всё своё движимое и недвижимое имущество переписала на него и сдаётся мне, даже не знаешь об этом. Он забрал детей и тоже свалил за границу, чтобы с твоим отцом в одну камеру не присесть. И всё бы могло быть у тебя хорошо, Диночка, у тебя же ведь была заначка, ровно сколько? Столько сколько стоил этот дом, который ты купила на папочкину фирму, чтобы с мужем не делиться. Да только папочка же тебе не сказал, что она мужу то твоему принадлежит с недавних пор. Динар хотел сделать из твоего Ваньки козла отпущения, если что, но в итоге Ванька у тебя не дурачок, вас всех обыграл. И ты, и твоя мать пойдете по миру, также как и два твоих брата, их активы тоже подлежат переделу. Скажите спасибо вашему отцу, который очень вас любит и даже вас не предупредил.

– Это не правда! Папа бы так с нами не поступил! – чуть не плача ответила Дина.

– Доживи до понедельника и узнаешь, поступил или нет. Братья у тебя невыездные, так что им не сбежать. Тебе не на что, потому как последние деньги теперь у моей жены. Считай твоя плата за моральный ущерб. Впрочем, никакие деньги не стоят того, что мы с Идой три года жили отдельно! Что я пропустил рождение своей дочери!

Последние реплики Влад буквально прокричал в сторону Дины и она покачнулась, теряя равновесие, но тут же взяла себя в руки, уцепившись за соломинку в словах Влада.

– Только дочери? – усмехнулась она и перевела свой взгляд на бледную Иду, что не сказала ни слова, как и обещала Владу. – Ты, дура помойная, всю грязь мужа решила в дом собрать?! Приняла его сына-имбицила и думаешь он тебе спасибо скажет?! Жди, ага, через пару лет нового притащит!

– Передай женщине, что родила Костика, что если я её ещё раз увижу в своей жизни, ей не жить со всеми своими конечностями долго и счастливо. – процедил сквозь зубы Влад, крепче сжимая ладонь своей жены. – А ещё передай этой тупой дуре, что он абсолютно нормальный мальчик, это она, имбицилка, этого рассмотреть не могла.

– Нормальный? Он же не разговаривает? У него умственная отсталость. – растерянно пробормотала Дина.

– Он разговаривает, и даже считает, Костя абсолютно здоров, и сказать спасибо надо Иде, которая его вылечила. Я всё никак понять не мог, чего эта шваль Багратионова ждала? Залетела, могла бы сразу прийти, потребовать денежки на ребенка. Но она родила и два года ждала, тянула лямку матери ребенка-кретина. Зачем? Да затем, что такая же дура как и ты. – усмехнулся Влад. – Пришла к тебе со своим яйцом в курице, и ты ее заверила, что надо рожать, а ты поможешь. Это был твой козырь в рукаве. Ты знала, что Ида однажды вернется, не может не вернуться и мы даже сможем помириться, и не дай Бог выяснить правду. Но вот ребенок от другой женщины это не так легко простить. Твой козырь не сработал.

– Терпила! Никакого уважения к себе! – плюнула в сторону Иды Дина.

Но та лишь теснее прижалась к мужу, утыкаясь лбом в его руку, слишком много информации на неё свалилось, но надо было выстоять.

– Где было твое уважение к себе, когда ты пошла на всё это? – покачал головой Влад. – Ире ведь ты заплатила, но даже не предупредила, что снимешь порно ролик. Ты наркотик ей дала, которым она меня напичкала. И проворачивала ты это со мной не один раз, а целых три, я действительно дурак, понять не мог, что со мной происходит, будто это не я, и почему трясет на следующий день так, что зуб на зуб не попадает. Грешил на алкоголь палёный.

Ида осторожно взглянула на Влада, который внимательно наблюдал за Диной, калибруя её реакцию, в этом своем предположении он был не уверен, ему нужно было удостовериться.

– Не надо на меня вину за свое блядство перекладывать! Я всего то была знакома с Ирой и решила ей помочь, раз уж ты воспользовался женщиной и послал её. – усмехнулась Дина, презрительно глядя на Иду.

– А видео она просто так сняла? Чтобы потом пересмотреть и работу над ошибками сделать? Ты её наняла и она всё сделала, как ты велела, подсыпала и затащила в номер, который подготовил Аркаша, что был со мной в Питере. Подставил меня за тридцать серебренников, он всегда был очень жадным. Хватит Дина, я могу найти твою актрису погорелого театра, но этого будет хуже только тебе. Она живой свидетель твоего преступления, и, наверняка, ты ей рассказывала про весь свой план.

– Да пошел ты! Ни хрена ты мне не сделаешь! – закричала в отчаянии Дина, багровея от злости. – Иду свою воспитывай! Меня не надо в дерьмо носом тыкать, я тебе не твоя дворняжка послушная!

– Я и не собираюсь тебе что-то делать, карма бумерангом уже сделала, как ты этого ещё не поняла? Всё кончено, с тобой. Ты ведь не только бухаешь, да? И препаратами балуешься, которые сознание меняют? Я нашел твоего дилера, а его сетку распространения уже ведет наркоконтроль, следующая сделка будет последней. Передай своей подружке Алине, докажи вашу дружбу, что в ближайшее время её бизнес закроют, потому что прикрывать глаза на продажу легких наркотиков через бар в её спа это преступление. Она ещё и откаты получала, дура набитая.

– Это ты дурак, Влад, что с этой Идой связался! – заголосила Дина, брызгая слюной, окончательно выходя из себя. – Ты всё потерял из-за неё! Уважение отца, мать с сестрами! Свое наследие! Ты нищий по сравнению с твоим отцом, ты просто нищеброд!

– Я никогда себя с ним не сравнивал в плане денег. Ни разу. Я лишь старался быть не таким как он, и думаю, у меня получилось. И я самый богатый человек на свете, только тебе никогда не понять, чем именно.

Ида несмело улыбнулась, когда он крепко сжал ладошку своего сокровища. Еще полчаса назад его у него не было, а теперь есть, и сейчас всё плохое, что сделала тварь Дина, останется для них позади.

– У тебя ничего не вышло, Дина, разрушить нашу семью у тебя не получилось. Только на время, и оно закончилось. Как и твое тоже скоро закончится, ты видела свои анализы, если не изменишь свой образ жизни, сдохнешь.

– Да пошел ты! – задрожала Дина от негодования. – Да пошли вы оба! Твари! Ты тварь, Ида-гнида! Мразь! Сука! Дворняга помойная! Шалава!

Дина не стеснялась в выражениях, проклиная Ковалевских вместе и по отдельности, Влад кивнул Иде и та взяла свою сумочку со стола. Им пора было уходить, но Дина решила напоследок, видимо, совершить попытку убийства, замахнулась бутылкой на Влада, который проходил мимо, закрывая собой жену. Он среагировал молниеносно, выхватил у неё бутылку и кинул куда-то в сторону. Бутылка попала в стеклянную стену и одно из стекол разбилось на мелкие кусочки. Как и жизнь Дины…

Она в порыве гнева накинулась на Влада, хотя и понимала, что силы не равны. Он грубо оттолкнул её так, что она упала на пол задницей и не могла подняться. Ида схватилась за мужа, когда он шагнул к валяющейся на полу поверженной сопернице. Влад сжимал и разжимал кулаки, глядя на пускающую сопли Дину.

– После того, что ты сделала, тебя убить мало, гадина! И ты очень близка к этому! – прорычал он. – После того, что я видел на видео от Артиста, я хотел тебя по-тихому закопать где-нибудь, да ты сама себя закопала почти! Но если ты, сука, появишься в зоне досягаемости моих кулаков рядом с моей семьей, я убью тебя, Дина, и ничего мне за это не будет. Так ведь в наших семьях принято? Полная безнаказанность.

– Это ты всё виновата! Ты! – заревела Дина, впадая в пьяную истерику. – Ты украла у меня жизнь! Ты же никто! Ноль без Влада и его фамилии!

– Это ты никто, а Ида для меня всё! – бросил ей Влад напоследок, перед тем как они с женой рука об руку вышли из затхлого склепа на свежий воздух.