Текст книги "Неверная (СИ)"

Автор книги: Кира Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 60 страниц)

Влад построил ей небольшую оранжерею рядом с их домом, чтобы Ида занималась своим хобби круглый год. Она высаживала их в саду весной, дарила подругам и знакомым, радуя и себя и их. С тех пор как она ушла из того дома с оранжереей, цветы больше не делали её счастливой.

Закусив губу, чтобы сдерживать стоны, она кое как села на кровати, немного посидела, подождав пока комната не перестанет кружиться. А потом она увидела их – белые розы, что сияли в предрассветной темноте своей белизной. Маленький букет, как для невесты на свадьбу, с нежными свежими бутонами. В голове у Иды заиграла песня Юры Шатунова и слезы потекли из её глаз от циничности Влада, который четко дал понять, что это сделал он.

В туалете, куда она доковыляла через десять минут по стеночке, несколько раз останавливаясь по дороге, она разревелась и кафельные стены эхом размножили её всхлипы на несколько голосов. Белые розы она засунула в мусорное ведро, там им самое место, как и ромашкам.

Ида плакала обо всём, об ушедшей любви, о потерянном сыне, о несчастной дочке, которая может потерять мать и об этом даже не узнает, для неё она просто няня. Вот о чем Ида не плакала, так это о себе, она заслужила эту жестокость, она всё это заслужила. Это Влад не заслужил от неё такого предательства, подлый нож в спину от любящей жены, а сейчас он всего лишь отдает долги, которые копил всё это время.

Больше заснуть она так и не смогла, даже после укола, который ей сделали утром, на обходе врача. Дядя доктор дал ей призрачную надежду, что её можно будет выписать домой через несколько дней.

– Уколы можно и дома делать, не такая большая наука, ваш муж наймет медсестру. Придёте после курса на приём, сдадите кое какие анализы, Идочка. – задумчиво сказал добрый дяденька платной клиники, записывая что-то в своём блокноте. – Пусть эти лбы здоровые у вас дома сидят, мне они тут не нужны.

– Что простите? – последние предложение она не совсем уяснила, кажется укол начал действовать.

– Ваши телохранители, они сидят в коридоре и днем и ночью.

– Кто? – ещё раз спросила Ида.

– У мужа спросите кто! – усмехнулся доктор, направляясь к выходу из палаты.

– У меня нет мужа… – по привычке ответила Ида.

– И амнезии у вас нет, милочка! А муж есть! Разберитесь уж сами там в вашей семейной жизни. – бросил на прощание доктор и покинул палату.

Ида закрылась одеялом с головой, будто оно могло её защитить. Влад приставил охрану, чтобы она не сбежала, значит ей точно не выйти отсюда. Почему просто не договориться о смертельном уколе? За деньги можно купить любую совесть. Хочет, чтобы она помучалась перед смертью? Она будет долгой и мучительной?

Жертва будущего убийства перевернулась на бок и упёрлась невидящим взглядом в стену. Месть это блюдо, которое подают холодным. Влад ждал всё это время, чтобы Ида успокоилась, начала налаживать свою жизнь, расслабилась, и вот он тут, за её спиной, с ножом, монтировкой, битой, что у него там на уме?

– Ида, ты не спишь?

Влад и вправду был за её спиной. В аквариум к рыбке добавили ведро льда, и резко стало холодно, она не могла даже вдохнуть, а лишь зажмурилась и задержала дыхание. В мыслях она заново пережила тот момент, когда на темной улице её схватили сзади и потащили подальше от фонаря, в темный переулок, а дальше посыпались удары, один за одним, вспышки боли били не переставая по нервам, как и нападавший, бил без продыха.

– Ты можешь повернуться или тебе больно? Я помогу.

«Какой заботливый палач.» – подумала Ида и открыла глаза. Она сглотнула горечь, подступившую к горлу и решила принять свою судьбу, глядя прямо в глаза своему мучителю. Перевернувшись на спину, она повернула голову – мужчина и женщина встретились взглядами.

На лице палача неожиданно для Иды отразилась боль. Почему? Влад всматривался в каждый синяк на её лице, рану на губе, её заплывший глаз уже открывался, выглядело это просто ужасно, уж Ида то знала, утром рассмотрела себя в зеркале над умывальником в туалете. Влад стоял над ней, сжимая кулаки, хотел пустить в ход без свидетелей?

– Что тебе нужно? – тихо спросила Ида, прервав затянувшееся молчание.

Влад будто очнулся, огляделся в поисках стула для посетителей, который стоял у стены, взял его и поставил ближе к койке Иды.

– Как ты себя чувствуешь? – задал он дежурный вопрос.

– Нормально. – получил дежурный ответ.

– Я найду того, кто это сделал, я тебе обещаю. И этого больше не повторится. – твердым уверенным голосом сказал Влад. – Ты можешь не бояться больше.

Влад вытащил из кармана телефон, зарядку от него и беспроводные наушники в футляре, положил всё это на тумбочку.

– Твой телефон разбился, вот новый, там твоя старая карта, я сделал два дозвона, есть мой номер телефона, заканчивается на две семерки и еще номер охранника Галины, Виктора, на всякий случай. Он за неё и девочку отвечает. Наушники, чтоб не скучно было, ты любишь слушать музыку. Я принес тебе фрукты, ещё вчера, они в холодильнике. – Влад осмотрелся вокруг. – Я оставил цветы, где они?

– Я их выкинула и ромашки тоже. – призналась Ида и дрожащей рукой показала на телефон. – Забери, пожалуйста. Мне ничего от тебя не нужно.

Ей показалось, что Влад пытается загладить вину за то, что приказал её избить, ну погорячился на людях, с кем не бывает. Теперь заметает следы, охрана в коридоре, цветы-извинения.

– Я не буду подавать заявление. Только уходи, пожалуйста. – как можно менее жалобно сказала Ида. – Врач сказал, что меня выпишут через несколько дней. Я ведь могу уехать? Я всё забуду, обещаю.

Ложь легко сорвалась с её губ, она запомнила оскорбления, запомнит и страх и ужас, которые испытала в тот момент, когда жесткая нога ударила её в живот, в тот миг она уже лежала на земле и корчилась от боли. Она запомнила обувь, кроссовки с отвратительной, режущей глаза, оранжевой полосой сбоку.

Влад нахмурился, не понимая к чему она сказала последнюю реплику, зачем ей что-то забывать?

– Галина сказала, что ты помнишь, что он что-то говорил. Что он сказал?

– Зачем это всё, Влад? – закрыла глаза Ида, не в силах больше выносить эту комедию, что он ломал даже не на публику. – Ты знаешь, я знаю, что он говорил – то, что ты просил его мне передать. Мог бы и сам… Разве не приятнее мстить своими руками?

– Ида! Послушай! Это не я! Я не имею к этому никакого отношения! – повысил голос Влад и схватил её за ладонь, крепко сжимая.

Ида вскрикнула скорее от неожиданности, чем от боли и Влад тут же отпустил её.

– Извини, пожалуйста, я не хотел сделать тебе больно. – виновато потупил голову он. – Ида, я этого не делал. И я знаю, что ты не делала того, в чем я тебя обвинял всё это время…

– Что?

– Я очень виноват перед тобой, Ида. – тихо сказала Влад, не поднимая головы. – Кое что случилось, и теперь я знаю правду. Я хочу, чтобы ты знала, я очень сожалею, что сделал, как поступил… Это всё моя вина.

«Я виноват, что был с другой женщиной, пока тебя чуть не изнасиловали. И ты об этом никогда не узнаешь.» – прятал мысли в голове Влад, боясь взглянуть ей в глаза.

Он вдохнул кислород в лёгкие и начал говорить, не останавливаясь, всё, что узнал нового за последнее время. Пришедшая в себя после рехаба Яна мало что смогла рассказать, но Филин продолжал копать под её дружка, пытался найти новую информацию о том, с кем он общался три года назад и кто мог его нанять. Толку пока от этого было мало, слишком много времени прошло, а постоянные контакты Алекса ограничивались его клиентками и Яной, с которой у них вроде как была настоящая любовь, насколько это возможно при занятости обоих в сфере проституции.

Ида весь его рассказ пролежала, глядя в одну точку на потолке, будто её совсем не интересовало, что он говорит. А когда он закончил, она и вовсе закрыла глаза, никак не реагируя на хорошие, казалось бы для них обоих, новости.

– Ида? Скажи, ты хоть что нибудь вспомнила?

Ему так хотелось найти на её лице хоть какие-то эмоции, но их не было, всё та же маска равнодушия надетая на синее от побоев лицо.

– Нет, не вспомнила. Почему ты веришь этой… девушке? – тяжело выдохнула она из себя воздух.

– Потому что женщины всегда говорят правду, когда чувствуют неминуемость физической расправы и бежать им некуда.

– Ты её пытал? – дрогнувшим голосом спросила Ида.

– Нет, немного напугал и всё.

Ида отвернула голову от него, уставившись в стену, будто ей стало от него противно. Ее худенькая ручка сжалась в кулачок. Влад занес ладонь, чтобы накрыть его, взять её руку и держать, пока она сопротивляется, но она будто почувствовала его стремления и закрылась одеялом до самого горла,

– Ида, все события до и после того как… Они связаны между собой, теперь я это понимаю. Кто-то заказал твое изнасилование, ты понимаешь это? Но ничего не получилось, ты почти очнулась! – резче, чем хотелось бы сказал Влад. – И когда этот подонок захотел срубить бабла на правде, его тут же убрали. Тебя от расправы скорее всего всё это время спасало то, что ты никак и нигде не светилась, будто знала что тебе стоит прятаться. Но ни я, ни они не догадались искать тебя в самом очевидном месте, у тебя на родине. Даже я не думал, что ты туда вернешься, у тебя ведь никого там нет. От кого ты пряталась? Что ты на самом деле помнишь?

– Ничего я не помню. Может и хорошо, что не помню. – прохрипела Ида. – Я не пряталась, просто закончила прошлую жизнь, начала новую. И так вышло, что я там осталась. Ни сил, ни возможностей бежать куда-то дальше не было. Но, видимо, придется, бежать, да?

Ида взглянула на него потемневшими от расширенных зрачков глазами, в них не было страха, лишь грусть.

– Нет, ты в безопасности, Ида, тебе не нужно никуда бежать. Ты останешься здесь…

– Где здесь? – переспросила Ида, сдвинув брови.

Влад долго думал, как вести себя с ней сегодня, какую тактику избрать, чтобы не слишком давить на неё, не отпугнуть. Им предстояло пройти огромный путь прощения и возврата доверия, а для этого нужно было время, которое они проведут вместе, чтобы она вернулась обратно.

– Ты вернёшься домой, я делаю всё, чтобы обеспечить безопасность Димы и тебя.

При упоминании имени сына Ида нервно вдохнула воздух и закусила губу, прикрывая глаза.

– Кто-то очень не хотел, чтобы ты была рядом со мной. А теперь кто-то очень не хочет, чтобы ты со мной даже не разговаривала, а тем более, чтобы ты что-то вспомнила. Тебе угрожает опасность, Ида, и ты это на себе почувствовала. Тебе будет безопасно только дома.

– Дома? – дрогнувшим голосом переспросила она.

– Ты вернешься вместе со мной обратно домой. – твердым голосом сказал Влад. – Нужно разобраться в том, что произошло три года назад, потому что что-то продолжает происходить прямо сейчас. И, когда ты окажешься рядом со мной снова и все это увидят, я зуб даю, случится что-то ещё. Но мы будем готовы.

– Мы? Нет никаких мы…

– Нет, Ида, нас больше нет… – признался Влад. – Потому что кто-то натравил меня на тебя. И я поверил. Я был не прав, и я хочу разобраться.

– Ты не хотел разбираться тогда, что изменилось сейчас?

– Многое. – ушел от ответа Влад.

«Ничего не изменилось…» – сказала сама себе Ида. Она закусила губу, сдерживая слова, которые вертелись у неё на языке – что Влад ошибается и сейчас, поэтому для Иды всё было по-прежнему. Капля надежды, которую дала ей Галина, вытекла вместе со слезами, которые начали течь из её глаз.

– Он помнит меня? – всхлипнула Ида. – Наш сын меня ещё помнит?

– Конечно, он помнит.

– Он думает, я его бросила? – ещё громче всхлипнула она.

– Нет.

– А что он думает? Что ты ему сказал? – дрожа всем телом, спросила Ида.

– Он думает, что ты умерла… – глухо ответила Влад.

– Что?! – хриплым предсмертным криком закричала Ида. – Ты сказал, что я умерла?!

– Нет, Ида, нет. – попытался успокоить её Влад. – Я не знал, что сказать… Поэтому не говорил ничего.

– Не говорил ничего?! – взвыла Ида. – Я просто исчезла из его жизни и ты ничего не сказал?

– А что я должен был ему сказать? Правду?! – вспылил Влад и тут же осекся. – Ида, извини, я не хотел снова тебя задеть. Я знаю, что это была не правда, ложь, которую мне скормили…

Под судорожные всхлипы от своей жены, Влад порылся в карманах и вытащил свёрнутый вчетверо белый лист и протянул его Иде.

– Димка нарисовал, для тебя.

Больная на секунду перестала плакать, дрожащей рукой взяла лист и развернула его. Димка, довольно сносно и похоже нарисовал её саму, папу и сына, держащихся за руки около дома и вывел неровные буквы, которые сложились в слова: «Мама, я тебя люблю! Выздоравливай скорее, я тебя очень жду и скучаю.». Ида бессильно уронила дрожащие руки на койку.

– Ты сказал ему, что я в больнице?

– Я сказал ему, что мама скоро вернётся домой…

– Домой? – с диким ужасом в глазах переспросила Ида. – Куда домой? Ты меня выгнал оттуда и велел никогда не возвращаться.

– Ида, я виноват перед тобой, я идиот, я таких дел наворотил, что мне перед тобой не оправдаться! Я знаю, ты обижена. Прости меня, пожалуйста, прости! – с надрывом в голосе выпалил Влад. – Кому-то было очень надо нас разлучить, и у них получилось! Я был ослеплен собственной ревностью и увидел то, что захотел, но всё было по-другому! Я должен был тебе поверить! Должен был всё узнать сам, а не с чьей-то подачи! Прости меня, Ида! Ты ни в чем не виновата, слышишь? Ты ничего не делала! И у тебя ничего с ним не было! Он пытался, но ничего не было, слышишь? Меня обвели вокруг пальца, как дурачка!

Ида замотала головой, слушая, как Влад пытается обвести вокруг пальца уже её.

– Хватит! Я умоляю, прекрати! – взмолилась Ида сквозь рыдания. – Уходи! Я не могу больше! Не могу!

Это издевательство над ней прекратил врач, который зашел осмотреть пациентку. Замешкавшись на входе, он всё же решил прервать разговор мужа и жены. Влад ничего не мог больше ей сказать, да Ида и не слушала, глухо рыдая под одеялом, которым накрылась с головой.

Её истерика не закончилась даже тогда, когда Влад ушёл, лишь успокоительное заставило её уснуть глубоким тревожным снова. Но проснувшись вечером и увидев лист бумаги на своей тумбочке, Ида разревелась опять, проматывая в голове разговор с Владом. Он нес какую-то чушь, что услышал от наркоманки и её парня актера жигало. Ида в неё не верила, а вот муж похоже верил. Или это была красиво сочиненная для неё ложь? Ты не виновата, вернись я всё прощу?

Она всё думала, почему он с ней не разводился? Это же было для него легче легкого? Лишить родительских прав гораздо сложнее. И тут до неё дошло. За высоким забором особняка, в отсутствии в стране работающего закона о домашнем насилии, имея связи и деньги, непокорную и неверную жену можно наказывать без всяких последствий для репутации и свободы.

В полиции смотрят сквозь пальцы на заявления о насилии со стороны мужа, а если муж носит фамилию Ковалевский все заявления будут теряться, исчезать в пасти бюрократического чудовища, пока Ида в супружеской спальне будет замазывать синяки и замаливать грехи, стоя на коленях. Любовь к сыну не даст ей уйти. Влад сегодня чётко дал ей понять, что вопрос о её возвращении домой уже решен. Вот почему муж всё ещё оставил её своей женой, скоро она станет домашней девочкой для битья. Уже стала, и это только начало, он просто показал ей, что будет, если она не согласится на новые условия их брака. Одного Ида не понимала – почему он возник в её жизни только спустя три года?

*****

«Она жива, это главное, она жива.» – повторял на взлете самолета Влад про себя, как мантру для успокоения. Когда он услышал в трубке сбивчивую речь Виктора, охранника с собакой, что караулил Иду, внутренности Влада сжались в тугой кокон и холод отчаяния и боли пробрал до самых костей. Его Иду, его маленькую Иду, что всегда смотрела на него с такой доверчивой простотой и любовью, вчера ночью жестоко избили.

Били сильно и наверняка, ногами, даже когда она упала на землю, её просто добивали, чтобы больше не встала. Влад закрыл лицо ладонями и ощутил как его лоб покрылся крупными каплями пота, он расстегнул несколько пуговиц рубашки и уставился в иллюминатор, чтобы хоть немного отвлечься и успокоиться.

Но в его воображении он раз за разом видел свою хрупкую малышку, лежащую в грязи, всю в крови, и стонущую от боли. Она даже не успела позвать на помощь, нападавший был слишком силен. И если бы не Виктор, который предусмотрительно поставил скрытую камеру на этаже Иды, и выходил каждый раз следом за ней из подъезда вместе с псом, последствия были бы печальны. Виктор потерял её из вида, и лишь пес залаял и потащил его в темный переулок, где избивали Иду. Нападавший, услышав лай и несущегося со всех ног пса с раскрытой пастью, очень быстро убежал за угол, где у него была припаркована машина. Конечно, без номеров, естественно в угоне. Профи, не случайность, не грабёж и не попытка изнасилование, а целенаправленное убийство. В больнице он столкнулся с суровыми реалиями медицины, а потом и образования, в лице воинственно настроенной престарелой учительницы. Отчитала его, как пацана, и он промолчал, потому что понимал, что виноват, сильно виноват. Когда он увидел, что сделали с Идой, сердце будто полоснули ножом, она ведь такая хрупкая, а её будто под грузовик кинули. Повезло, что все кости и органы целы, даже селезенка не порвана, остальное заживет.

Она не приняла от него ни извинения, ни цветы, и когда она прямо сказала Владу, что знает, что это он сделал, ему полоснуло по сердцу второй раз. Вот кто он для неё – униженный мужчина, который способен на избиение собственной жены. И он так хотел ей всё рассказать, упасть на колени и молить, чтобы простила, такого идиота как он. Хотел, но не смог, слишком гордый… Из-за этой гордости он потерял ее три года назад, и чуть не потерял сейчас. Но он всё исправит! Всё!

А пока надо рыть, копаться во всех направлениях, искать, быть всегда на чеку и усилить охрану Иды, его всё ещё любимой жены, которую он вернет. Себе жену, сыну маму, и он обязательно вернет бумеранг тем, кто его в них запустил. Влад и Ида, оба они стали пешками в чьей-то поганой игре, ставка в которой жизнь. И Влад эту жизнь и свою семью больше никому не отдаст, схватится обоими руками и не отдаст! Мнение Иды было последним, что волновало гордого и решительного мужчину. Он всё исправит. Вот только, как исправить то, что он натворил за три года, пока жена отсутствовала?

Глава 5

Сидя в кабинете у лечащего врача своей жены, Влад внимательно слушал, как доктор выговаривает ему претензии по поводу состояния своей пациентки.

– Вы привезли её сюда на лечение. Вы хотите, чтобы она чувствовала себя лучше? – осторожно спросил доктор, внимательно вглядываясь в глаза мужчины напротив.

– Конечно. В чем проблема? – нахмурился Влад.

– Два раза в день мы колем ей успокоительное и оно мало чем помогает. – вздохнул доктор, поправляя очки. – Стоит вам прийти, у неё случается истерика. Отношения между мужем и женой это личное, я всё понимаю. Но становиться соучастником преступления я не хочу.

– Какого преступления? – ещё больше нахмурился Влад.

– Она не хочет выписываться, а мы дважды ловили её у выхода из клиники, она пыталась сбежать, она вас боится. Я буду вынужден обратиться в полицию, если вы намерены забрать её силой. – твердо сказал врач. – Я не знаю при каких обстоятельствах пациентка получила травмы, но новые она не получит. Даже если вы полностью оплачиваете лечение, это не даёт вам право на причинение ей вреда.

Влад вскочил на ноги, сжимая кулаки. Почему все вокруг так уверены, что он избил свою жену? Он что похож на домашнего тирана со стороны? В последнюю неделю Влад мало спал, ещё меньше ел, время шло, а никаких зацепок по преступнику не было, также как и по заказчику, отчаяние поглощало его и выглядел он от этого зловеще и пугающе. А ещё он очень злился. На Филина, который отвечал за безопасность его жены, на себя, на всех, кто попадал под горячую руку. Его раздражение было готово вылиться в драку, но Влад вовремя себя остановил, несколько раз глубоко вздохнув.

– Ида многое пережила, за последнее время. Я понимаю, что она очень плохо на меня реагирует, я больше не буду приходить, пока она не придет в себя. У нас был сложный период, мы над этим работаем. Я ни разу в жизни не поднял на неё руку. Но то, что с ней случилось, это полностью моя вина, меня не было рядом. Я её очень люблю. Я хочу, чтобы она выздоровела.

Влад тяжело дышал, прямо глядя в уставшие глаза доктора в белом халате. Он снял очки и нервно потер дужки, обдумывая его слова, верить или нет. Выбрал простое – верить, чтобы не прикладывать усилия по спасению бедной женщины, а просто делать свою обычную работу.

– Судя по её гормональным анализам, у неё депрессия, и похоже довольно давно. Мы взвесили её, она на два килограмма меньше нижней границы нормы веса при её росте. Сначала я погрешил на анорексию, но она ест, как Лена говорит, довольно хорошо, и не блюет после, как обычно делают булемички. Это нервное истощение на фоне стресса или психологической травмы. Пока мы делали полное обследование, я назначил ей прием у гинеколога, она наотрез отказалась, когда её привели в кабинет, и она увидела кресло для осмотра. Лена пыталась её уговорить, и снова истерика. Когда её избили имело ли место быть сексуальное насилие? В анамнезе от прошлого врача об этом ни слова.

– Нет, не было, он не успел бы… – замотал головой Влад.

Его уверенность в этом была стопроцентной, но вот три года назад. Может быть этот подонок и его шлюха врали, выгораживая себя? Захотели второй раз стрясти бабла за её изнасилование? Влад сжал кулаки снова.

– Три года назад мою жену напоили каким-то препаратом, она ничего не помнит, как ушла из дома, где была и что делала. До сих пор не вспомнила. – задумчиво сказал Влад, садясь обратно на стул. – С тех пор мы жили раздельно.

– Рогипнол или клоназепам, известные приятели насильников, если дать достаточно много, то полная бессознательность и провал в памяти обеспечен. Видели, знаем… – тяжело вздохнул доктор, откидываясь на спинку стула.

– Она была в сознании, почти… И те, кто это сделал были уверены, что она ничего не вспомнит. – процедил сквозь зубы Влад.

– Микс некоторых наркотиков и препаратов может и это обеспечить. – поддакнул доктор.

– Можно ли вернуть ей память? Она ведь всё видела.

– Гипнотерапия может помочь, но вот вопрос, надо ли ей это? Вы её спрашивали? Нет? Хочет ли она вспоминать? Ей нужен хороший психотерапевт, это однозначно, вылечим ей тело, выпишем, пойдёте лечить душу. Я могу порекомендовать специалистов.

В коридоре около палаты Иды, Влад помялся перед дверью и всё же решил не входить. У его жены от него истерика. Ничего, время лечит.

Спустя почти две недели, когда ей по словам медсестры и доктора стало лучше, Влад получил от Иды сообщение, чтобы он приехал, она будет ждать его около фонтана, что располагался во внутреннем дворике клиники для прогулок пациентов.

Воодушевленный мужчина приехал навстречу к любимой женщине, как положено, с букетом нежно розовых роз, но когда он увидел её, сидящей на скамейке под раскидистым деревом, настроение резко сменилось. Ида, одетая не в больничную одежду, явно куда-то собралась, крепко держа свою сумку двумя руками на коленях. И собралась она не домой…

*****

«Я всё делаю правильно, всё правильно.» – приговаривала про себя Ида, сжимая в руках старую сумку. В ней не сохранился телефон, зато осталось всё остальное – салфетки, бутылка воды, карты, документы, где всё ещё стоял штамп о замужестве. Иногда Ида тайком рассматривала его, вспоминая день, когда он был поставлен.

Их с Владом свадьба была шикарной, без всякого преувеличения, она проходила в закрытом загородном клубе, который сняли его родители для трехсот гостей, из которых Ида знала от силы пять человек.

«Малышка, давай вместе перетерпим этот день.» – говорил ей Влад, целуя её дрожащие от волнения руки, крепко держа их своими большими и горячими ладонями. «Через неделю мы будем только вдвоем, на Мальдивах, ты наденешь то белое платье, которое купила, и у нас будет свадьба только для нас двоих, как мы и хотели.» – успокаивал он ее. Ида послушно кивала, глядя в его зеленые глаза, которые смотрели на неё с такой теплотой и заботой, что хотелось плакать. Она так волновалась, что почти не помнила церемонии, только тот миг, когда Влад поцеловал её в губы, горячо и страстно, прижимая к себе обоими руками её тело, одетое в белое платье невесты от Vera Wang.

Платье и оформление цветами было единственным, что Иде было позволено выбрать самой. Даже эти послабления ей с боем выбил будущий муж. Остальным занимались его мать и три родные сестры. С их вкусом на дорого-богато свадьба была претенциозной и слишком нарочито вычурной, как по мнению невесты. Но её мнение было последним, что волновало квартет женщин Ковалевских.

Ни с ними, ни со свекром Ида так и не построила тёплых семейных отношений, вернее сказать, они её не приняли в свою семью, считая недостойной. Но невестка по этому поводу совсем не переживала, потому что Влад принимал её безоговорочно, без всяких «но» и исправлений в ее поведении и внешности.

Внешность Иды и была, как ей казалась, камнем преткновения в вопросе принятия его семьей. Три его старшие сестры-погодки были как на подбор одинаковые, похожие на мать, потому что у всех был один пластический хирург. Острые, маленькие носики, полные губы, большие силиконовые груди, длинные светлые волосы, вот только фигурой они все были одной породы – низкие и приземистые, крупные бедра, отсутствующая талия, бонусом к этому шли короткие полноватые ноги.

Изящная, как балерина, Ида, с естественной красотой на одухотворенном лице смотрелась рядом с ними инородным телом. Простая женская зависть сгубила их родственные отношения.

Ида их раздражала всем – своими хорошими манерами, приятным мелодичным голосом, образованностью, но ещё больше тем, что у неё явно был вкус и чувство стиля, которые постоянно отмечали окружающие, делая ей комплименты. И как вишенка на торте – у Иды были мозги, которые она грамотно использовала при общении с другими людьми, а преданная, в то время, и верная любовь от Ковалевского-младшего делало Иду врагом номер один, тоже из зависти. Ни одна из четырех Ковалевских ни разу в жизни не была любима.

Все женщины в этой семье жили тем, что постоянно тратили деньги отца и мужа Юрия Ковалевского. Шмотки, путешествия, рестораны – вот и всё их интересы, ну и постоянные поиски мужа. Три сестры были уже пару раз за мужем и с детьми от разных браков, в то время, как тридцатилетний холостяк Владлен сберег себя для первого брака и Иды. Она старалась быть вежливой с семьей мужа, а он в свою очередь оберегал её от их частого общения.

На свадьбе единственного сына Ковалевских было очень много гостей, которые постоянно подходили и знакомились с Идой, она смущенно кивала и принимала комплименты, ближе прижимаясь к своему мужу. Ей казалось, что стоит хоть на мгновение отпустить его руку и она упадет в обморок, Ида выходила замуж на третьем месяце беременности.

Влад постоянно подносил к губам её ладошку и целовал холодные пальчики, Ида улыбалась ему и терпела дальше. Она еле дождалась первой брачной ночи…

– Ида? – охрипшим от волнения голосом вырвал ее из воспоминаний голос мужа.

Она вздрогнула и взглянула на него – статный, высокий мужчина, в темно синем костюме спортивного кроя и черной футболке. Влад был вылитый отец, красивый мужской, немного грубоватой, но очень притягательной для женщин красотой. Широкоплечий, с сильными и гибкими мышцами, Влад достаточно времени уделял своей физической форме, чтобы данная от генов отца фигура выглядела привлекательно даже с возрастом. В октябре ему исполнялось тридцать восемь.

– Ты далеко собралась? – спросил Влад, садясь рядом, держа в руках никому, казалось, не нужный, букет.

– Домой. – глядя перед собой ответила Ида.

– Тогда поехали. Димка тебя ждёт.

– Не надо, Влад, пожалуйста. – тихо сказала Ида, прикрывая дрожащие веки. – Вешать на меня чувство вины, на мне места больше для ее груза больше нет. Мой дом теперь в другом месте.

– Ида! Я ведь тебе всё объяснил!

Она резко повернула к нему голову и с болезненным выражением лица посмотрела ему в глаза.

– Почему ты не поверил мне тогда, что я ничего не помню, но поверил в сказку о заказном изнасиловании какой-то наркоманке и ему?

– Я не поверил им, Ида. – покачал головой Влад. – Я сопоставил факты, и они оказались логичными. Всей правды, я не знаю, я над этим работаю. Правда выяснится.

– И какая правда тебя устроит?

– Что значит, какая правда меня устроит? – сдвинул брови Влад.

– Люди верят в то, во что хотят, как правило. Правда мало кого интересует. – грустно улыбнулась Ида. – Я говорила тебе правду тогда, что ничего не помню, и ты не поверил. Ты увидел видео из отеля и поверил в измену. Теперь два наркомана сказали тебе ещё одну правду и ты поверил в неё. А хочешь знать во что верю я? Я сама отключила камеры в доме, я сама ушла из дома и как-то оказалась в клубе, с ним… И всё случилось так как мы видели в отеле, у меня был секс с этим мужчиной.

Влад покачал головой, будто отрицая ее слова, в его глазах начал зарождаться гнев на эту упрямую малышку.

– Доказательств иного у меня нет, как и у тебя. Лишь слова… – твердо сказала Ида, ни чуть не пугаясь бури внутри своего «бывшего мужа» – Ты прав, разобраться надо, если кто-то за этим стоит, тебе это по силам, мне нет. Я уеду на пару месяцев, не скажу куда, но там точно безопасно. Именно потому, что я долгое время жила там, меня перестали искать, видимо. И я очень надеюсь, что когда я вернусь, всё будет ясно, как белый день. И всё же, я не хочу чтобы ты опять обманывался, я от своего поступка не бегу, и не скрываю, это было, и это правда.

– Почему ты так в этом уверена? – сжав челюсть спросил Влад.

– Потому что так оно и есть. – судорожно вдохнула Ида.

– Знаешь почему я тогда тебе не поверил? – с нотками злости в голосе спросил Влад. – Потому что ты от меня скрыла, что из твоей памяти пропала целая ночь. Почему ты со мной об этом не поговорила? Почему ты мне всё не рассказала, сразу, как я приехал?

– Ты приехал в столб, Влад. – напомнила ему Ида.

– Возможно это тоже не случайность.

– Я хотела рассказать, тоже хотела разобраться, всё выяснить. Но страх тебя потерять всё пересилил. – сдавленно сказала Ида, пряча глаза. – А теперь я всё потеряла, и меня не волнует больше то, что случилось. Но и умирать из-за этого я не собираюсь. Поэтому мне надо уехать, а дальше будет видно.

– Ты вернешься домой, со мной. – жестко отрезал Влад.

– Нет, не вернусь. – покачала головой Ида.

– Ты не хочешь увидеть сына?