Текст книги "Неверная (СИ)"

Автор книги: Кира Романовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 60 страниц)

На заднем фоне у Галины Ида услышала, как кто-то кричит «завтрак».

– Галина Санна, а вы где?

На другом конце страны женщина, лежащая на больничной койке, замялась и ответила.

– Ида, ты только не волнуйся, я просто упала и у меня небольшой перелом руки.

– Что?! Когда?! Мы ведь вчера говорили? – нервно забегала по своей комнате Ида.

– Мы вчера рано созвонились, как раз перед прогулкой вечерней. – оправдалась Галина.

– А что с Соней?! С кем она?!

– С Дашей и ещё одной няней, дома, всё в порядке, меня скоро выпишут.

– А как вы?! Что с рукой?!

– Перелом, не серьёзный, но рука правая. – вздохнула Галина. – Я справлюсь, деточка, ты о себе подумай, Соня в порядке.

Ещё несколько минут Галина пыталась успокоить Иду, которая всем сердцем рвалась к своему ребёнку, что был буквально у чужих людей под присмотром. Заверения Галины не сработали. Иде, чтобы пойти на работу и пережить этот день, буквально пришлось наглотаться успокоительных таблеток.

Собранная и спокойная она просидела на месте секретаря до самого обеда, когда пришло время встреч с родителями, они с Владом вместе вышли из офиса, спустились на лифте и сели в разные машины. Перед этим Влад крепко сжал её руку и тихо сказал: «Всё будет хорошо.». Ида посмотрела на него грустными большими глазами и поджала губки, ничего не ответив.

В ресторан она вошла гордо подняв голову, метрдотель оценив её качественный и дорогой наряд посадил её за заказанный столик подальше от любопытных глаз и удалился, когда она заказала лишь кофе.

– Я жду одну женщину, её зовут Елена. – предупредила она официанта.

Её мать опоздала, около столика, она чуть замялась, видя как Ида лениво повернула голову в её сторону и сняла очки, сложив руки на стол. Ее даже как будто удивило, что дочь не бросается ей на встречу с объятиями, словно она забыла, что наговорила ее мужу до этого про свою же дочку. «А считает ли она меня таковой?» – подумала Ида.

Елена уткнулась в меню, хмуря нарисованные татуажем темные брови под квадратными очками. Они обе с дочерью были темноволосые и хрупкого телосложения, но все черты матери были будто резче и злее, чем у Иды. Ее высокая, явно силиконовая, грудь тяжело вздымалась в слишком открытом декольте для ее возраста, Ида же выбрала для встречи пастельно-розовый брючный костюм.

– Я заплачу, заказывай, что хочешь. – сказала Ида, видя как мать расстроилась от цен в меню.

Женщина тут же оживилась и заказала бутылку дорогого белого вина, закуски и попросила принести два бокала. Услужливый официант разлил вино по бокалам, Ида взяла бокал в руку, поднесла к носу и вдохнула аромат вина. Елена не была столь искушенной и залила в себя бокал залпом, потом сразу второй. Бутылка закончилась через полчаса, как и терпение Иды.

– Наконец-то, ты вспомнила, что у тебя есть мать! – заплетающимся языком сказала та самая мать. – У меня внуку уже восемь лет, а я его видела всего то один раз пять минут.

– Семь.

– Что? – еле сфокусировала свой взгляд на дочери Елена.

– Ему семь лет. В школу идет осенью. И ты даже вашу первую встречу умудрилась испортить, напугала его.

– Я всего лишь пригласила его домой, посмотреть моих щенят. – возразила она. – Так-то я мальтийских болонок развожу, но недавно взялась за чарльз-кавальеров, сучка-болонка сдохла при родах, пока новую ищу.

Затем Ида выслушала целый рассказ о разведении собак, к концу него она точно знала, сколько у неё щенят, что она живет в небольшом домике в бывшем Подмосковье, ездит на старой мазде паркетнике. Влад настаивал, чтобы для обоих матерей Ида всё ещё ничего не помнит, это гарантия её безопасности. Пока Ида придерживалась плана, но пора бы было ускоряться.

– Почему ты меня бросила, мама? – резко прервала болтовню подвыпившей матери Ида, вглядываясь в её затуманенные глаза.

Женщина тут же пустила слезу, выдавая из себя рёв коровы.

– Я жила впроголодь, какой мне ребенок? Потом работала как волк, еле хватало на еду и жилье, а мать меня оклеветала! – била себя в грудь бедная женщина. – Она не давала мне с тобой общаться, говорила, что я проститутка, раз в Москве живу! Ребенка нагуляла без отца, значит шлюха!

– А кем ты работала?

Мать замялась, отвечать на простой, казалось бы, вопрос, но всё же ответила.

– Да кем я только не работала. Администратором в отеле, хостес, горничной даже, потом в офисе.

– А как же образование? Ты ведь училась? Ты ведь а Москву учиться поехала, в институт поступила. – копнула глубже Ида.

– Так я, как тебя родила, больше не училась, надо было работать, тебя обеспечивать. – пролепетала заплетающимся языком мать.

– Меня бабушка обеспечивала, ты ни рубля мне не прислала. – возразила Ида на явную ложь.

– Не правда! – хлопнула по столу ладонью мать. – Я все деньги ей отправляла, до копейки! Сама нуждалась, в тебе присылала!

– И где они? В палисаднике нашей пятиэтажки закопаны? – усмехнулась Ида.

– Я не знаю.

– Зачем из дома меня выгнала? – спокойно спросила Ида, мотая бокалом с вином в руке, там уже образовался маленький шторм.

– Что за допрос, я думала мы встретимся, попьем вина, наладим общение.

– Ты. Выгнала. Меня. Из. Дома.

– Идочка, прости, меня на работе подставили. – пустилась в слезы мать. – Мне пришлось так поступить, они угрожали не только мне, но и тебе и бабушке, она от этого так рано умерла, переживала.

– Мордашка красивенькая, она тебя и прокормит… – бесцветным голосом ответила на это Ида.

– Что?

– Это ты мне так сказала, не помнишь? – усмехнулась дочь. – Ты сказала так своей дочери, на прощание! Когда из квартиры, моего единственного дома, меня выставила с вещами!

– И посмотри, что вышло? Как в воду глядела. – пьяно хихикнула Лена. – Сидишь передо мной в дизайнерском шмотье! На бриллианты, что в ушах у тебя, можно машину купить. Замуж тебя Ковалевский не за душу твою взял, а за то, что выглядишь так, что не стыдно в люди вывести и трахать приятно! Живешь хорошо, держись за мужа и будет тебе счастье.

Ида поморщилась от простой шкалы ценностей, по которой жила её мать, хорошо, что ей ничего от неё не досталось в наследство.

– Тогда какого чёрта ты наговариваешь ему про меня? – сжала зубы Ида.

– Кто? Я? Ничего я ему не говорила. – замотала головой она и будто стала от этого ещё пьянее.

– Откуда у тебя моё кольцо?

– Какое кольцо?

– С пятью разными камнями, из белого золота, было на тебе, когда вы с Владом виделись. Это он мне подарил!

– Ты мне подарила его сама! – возразила мать. – Когда мы виделись в последний раз.

– Я не могла тебе его подарить, это Влада подарок! – вцепилась она зубами матери в горло.

– Подарила!

– Знаешь, мамуль, ты по моему бухаешь сильно, реальность путаешь с иллюзиями. – прищурилась Ида, презрительно глядя на мать. – Ну-ка повтори, я тебе его подарила? Это при каких же обстоятельствах?

Елена сначала замялась, но потом откинула волосы с лица и хлебнула половину бокала вина и всё таки ответила:

– Я позвонила тебе, просто хотела тебя услышать… Ты предложила встретиться, мы увиделись, долго плакали, ты простила меня, мы пили немного, а потом ты подарила мне кольцо, да. Сказала, что Влад у тебя погуливает регулярно, и ты хочешь от него уйти. Ты была так расстроена. Я тебя успокоила, сказала, чтобы ты не рубила с плеча, он же ведь твой любимый муж, хороший муж, богатый, тебя любит. Жена насовсем, а эти бляди все временные…

У Иды чуть приоткрылся рот от удивления, не могла она такое матери сказать, ни за что. И кольцо бы даже со злости не подарила, да и уходить от мужа на тот момент она и не собиралась.

– Я тебе потом звонила, ты не брала трубку, а потом ты что-то пропала.

На этом рассказ Елены закончился, брошенная дочь смотрела на мать с таким же безразличием, с которым она относила к ней все эти годы. Правда не то, чем её мать торгует, она торгует собаками, а дочь так, сбоку припёку. Случайный кобель залез на Елену и она избавилась от приплода – сделала вывод Ида.

– Спасибо, что не утопила… – себе под нос усмехнулась она.

– Что? – прихрюкнула её мамаша, выпивая остатки вина из бутылки.

– Ничего, ты доела? Могу тебя домой подвезти.

– Да, спасибо. Официант! Можно бутылочку с собой взять? – тут же нашла новую выгоду для себя мать. – Я хотела внука своего увидеть, когда меня в гости пригласишь?

– Как нибудь…

Ида спокойно подождала, когда её мать доест остатки еды с тарелки, сходит, покачиваясь, в туалет и придёт обратно. От Влада не было весточки, так что жена решила действовать, пока муж не помешает.

Её машина была припаркована в переулке за рестораном, в точно таком же, в котором хотели прирезать Иду, голые стены кирпичных домов без окон на первом этаже, никто не увидит, что с Цветковой старшей собирается сделать Цветкова младшая.

– Владимир. – обратилась она к одному из охранников. – Дайте ключи, пожалуйста, я поеду за рулём сама. Какой у тебя адрес?

Мать заплетающимся языком назвала адрес дома, дёргая ручку автомобиля, чтобы сесть на заднее сиденье внедорожника.

– Давай я тебе помогу… мама.

– Спасибо, доченька. – пьяно улыбнулась Елена.

Дочь открыла дверь, получив ещё одну улыбку от матери, на что Ида неожиданно оскалилась и сверкнула обезумевшими за секунду глазами.

– Не за что, мамочка. – процедила она сквозь зубы.

Елена нахмурила лоб, предчувствуя опасность, а в следующую секунду собственная дочь схватила её за волосы на затылке и шибанула этим самым лбом о дверной металлический косяк.

– Ида Сергеевна… – пролепетал изумленный охранник с ужасом глядя, как его хрупкая хозяйка запихивает свою мать на заднее сиденье.

– Сядь с ней! – рявкнула она ему и перевела бешеный взгляд на другого телохранителя. – И ты тоже! Сейчас прокатимся с ветерком!

Из второй машины сопровождения быстро вылезли два охранника, увидев картину маслом – дочь избивает мать.

– По машинам! Что, блять, непонятного? – свернула глазами Ида в их сторону, видя как один из них достаёт телефон. – Вам плачу я! Делаем, как я сказала!

Охранники помялись, слушая громкий плач, доносящийся из машины и расселись по своим. Ида, сев за руль, нежно провела пальчиками по всей его окружности и улыбнулась в зеркало заднего вида.

– Ну что, мамочка, поехали? А ты пока подумай, что скажешь мне, когда приедем, если не скажешь правду, я из тебя её выбью!

Мотор взревел, а Ида расхохоталась злобным смехом, пугая мать и обоих охранников, что прижимали пленницу с двух сторон.

– Господи, помоги… – прошептал один из мужчин, пристёгивая ремень.

Ида мчалась по городу, собирая все штрафы, лавируя в пробках, её гнала вперёд ярость, волной затопившая всё её естество. Ей надоело молчать и терпеть всё то дерьмо, что собственная мать лила ей на голову, каждый раз появляясь в её жизни на краткий миг. Сегодня итак хлипкий узелок мать-дочь Ида планировала разорвать, даже если придётся пустить кровь, и себе, и матери.

Глава 20

«Через пять минут поверните направо.» – сообщил приветливый голос навигатора. Ида выдохнула и чуть-чуть притормозила, её телефон разрывался от входящих звонков с именем мужа на экране, телефоны охраны в это время бомбардировал Филин. Они, наверняка, поняли, куда она едет, поэтому надо было торопиться, почему-то её преследовало стойкое чувство, что они могут помешать её планам. Елена тихо всхлипывала на заднем сиденье, один из охранников остановил ей кровь на лбу и прилепил пластырь из аптечки.

Они подъехали к небольшому поселению, повернули на въезде в него и проехали ещё чуть дальше к дачному поселку, который раньше был деревней. Ида остановилась у домика за высоким забором, охранник отворил ворота и Ида въехала вовнутрь. Обычный кирпичный домик, неухоженный палисадник и двор, заваленный мусором. Охранник открыл дверь дома, ключами из сумки Елены.

– Принеси украшения из спальни, они наверняка там. – кивнула Ида одному из бугаев.

Два охранника переминались с ноги на ногу в кухне-столовой-гостиной небольшого помещение, между ними висела и ныла мать Иды.

– Ты всегда была такой неряхой? – спросила Ида, прохаживаясь по не очень чистой столовой с телевизором, обеденным столом и диваном. Елена ничего не ответила, пуская сопли из пузырей.

– Посадите её на стул и привяжите чем нибудь, чтоб не упала и на меня не кинулась. – приказала Ида и заметив замешательство на лицах мужчин их поторопила. – Быстрей, быстрей, мне надо с матерью поговорить!

Они сделали так как она сказала, перед этим совершив долгие переглядки между собой. Ида поставила второй стул напротив матери, сняла пиджак, повесила его на стул, оставшись в белом кружевном корсете и села напротив матери, сложив ногу на ногу.

– Чего тебе надо от меня? – наконец, подала голос мать.

– Хочу чтоб ты сказала правду и кольцо моё вернула. Ты одна здесь живешь?

– Да.

– Эмм… Вот всё, что нашел. – подал большую шкатулку с побрякушками охранник. – Там на полочке фотографии стоят, она там с девушкой какой-то, может с ней живет?

– Принеси. – сказала Ида, копаясь в коробке, она просто выбрасывала на пол все, что было не её кольцом. – Вот! Нашла! Моё!

Ида расплылась в улыбке и надела колечко на пальчик, оно, конечно, было ей велико, поэтому она убрала его в карман пиджака.

– Откуда у тебя МОЁ кольцо?

– Ты сама мне его дала… – всхлипнула Лена, привязанная к стулу за туловище, поясом от своего же халата.

– Врешь! Говори правду! Или я тебя на этом поясе повешу, прямо на люстре!

– Свою мать?! Да ты с ума сошла, Идочка. – пролепетала Лена и состроила жалостливую гримасу, обращаясь к мужчинам. – Помогите, пожалуйста, она же не в себе, позвоните её мужу, он три года её в психиатрической клинике держал!

– Откуда такая информация? Откуда ты вообще в курсе наших отношений с мужем? – прищурилась Ида.

– Вы же не жили вместе… Я тебя искала потом… Переживала за тебя. А ты… – всхлипнула Лена.

Ида расхохоталась громким смехом, что звучал неестественно громко и эхом отражался от стен. Остальные почему-то не смеялись.

– Вот в это я ни за что не поверю. – прихрюкнула от смеха Ида и взяла в руки фотографию в рамке, где с неё улыбались её мать и какая-то девушка в купальнике. Обе с силиконовыми бидонами, обе в одинаковых купальниках, и обе в татуировках разной степени черноты.

– Кто это?

– Подруга.

– Вряд ли подруга. – подал голос один из охранников. – Там слишком много её фотографий, и вон на стене тоже. Это родственница, дочь, сестра, племянница.

– Ни сестры ни племянницы у неё нет. Значит дочь? – вскинула брови Ида, пристально глядя на мать. – Её тоже бросила?

– Нет! – рявкнула собака и вдруг заплакала. – Я растила её, мою кровиночку, до шести лет! А потом её папаша забрал, в свою долбаную семью, к чужой бабе под юбку. Хорошо, что сдох, когда ей было пятнадцать, и она обратно ко мне пришла, моя девочка.

– Сколько ей? – охрипшим голосом спросила Ида.

– На три года младше тебя…

В голове у Иды сложился карточный пасьянс, мать бросила её ради второй дочери, как раз забеременела, и с этой своей кровиночкой она жила счастливой семьей. Ида резко встала, нервно заходив по комнате, она схватила со стола кухонное полотенце, натянула его между рук и что есть силы ударила мать по лицу. Стыдно ей за это не было. Она, наконец, ответила болью за боль. Елена заорала что есть силы, в надежде, что её услышат соседи, но охранник, что стоял к ней ближе всего неожиданно достал из кобуры пистолет и приложил ей к виску дуло.

– Не ори, а то пристрелю. – спокойно сказал он.

– Вот это я понимаю, хоть какая-то от вас помощь и сотрудничество! – хохотнула Ида и плеснула матери в лицо холодной воды. – Я помню из детства этот звук удара полотенцем, я помню как ты отхлестала меня им по заднице, когда я твои духи разбила. Меня до сих пор от Chanel подташнивает. Всего лишь вернула долг. Девочка выросла, мамуль, получите, распишитесь. Где твои шавки?

– Они на улице, восемь щенков двух пород и три собаки. – отрапортовал ещё один охранник. – Забор высокий, соседи ничего не увидят.

– Тогда тащите её на улицу, повеселимся! – сверкнула глазами Ида.

На заднем дворе нещадно пахло псиной и испражнениями собак, щенята сидели в отдельном вольере, огороженной сеткой, взрослые собаки были в другом. Ида поморщилась от неприятного запаха и взяла одного из щенков за шкирку, вытащив из-за невысокого забора вольера.

– Ты животное, а не мать, ты за своих щенят больше переживаешь, чем за меня. – процедила сквозь зубы Ида, у которой будто сорвало все моральные тормоза.

Она подошла к бочке с водой, наполненной до краев и подвесила за холку над ней щенка.

– Ты что делаешь? – пролепетала Елена, которую вынесли во двор на стуле мужчины в черных костюмах.

Теперь они стояли рядом, как истуканы, не реагируя ни на что, они и не такое повидали за свою службу под началом Филина и, наконец, об этом вспомнили.

– Посмотрим, умеет ли он плавать? – с сумасшедшей улыбкой на губах ответила Ида под аккомпанемент визга маленького испуганного существа. – Ты ж меня выбросила, как щенка из дома, я должна была по твоей логике лицом красивым зарабатывать или на панель пойти? Я выплыла, мам, даже сосать за деньги не пришлось.

После радостного «плюх» следом раздался визг Елены, а Ида пустыми глазами смотрела, как инстинкты к выживанию заставляют животное грести лапками.

– Ты что, блять, делаешь?! – неожиданно раздался рык ее мужа, который сгреб животное двумя ладонями и выловил его из бочки.

– Пытаю. – спокойно ответила жена, пожав плечиками.

– Кого, беззащитное животное?! – взревел ее муж, передавая напуганного дрожащего щеночка опешившему охраннику.

Ида повернулась к матери и уперлась руки в бока, злобно глядя на мать.

– Заводчик из тебя ещё хуже, чем мать! Все животные умеют плавать, как только у них проклевываются глаза! Ты, гнусная тварь, сейчас расскажешь, что произошло в тот вечер во всех подробностях, а если нет – передушу всех этих животных голыми руками, как рыжая лисичка цыплят в курятнике! Ты последняя, курица старая, будешь!

Влад с Филином, который запыхался от быстрой ходьбы и адреналина, переглянулись, Ида была настроена более чем решительно.

– Владик, пожалуйста! Забери свою жену, посмотри, что она со мной сделала… – всхлипнула Елена, хватаясь за соломинку. – В неё будто бес вселился, ей нужна помощь!

– И она её получит! – неожиданно подал громкий голос Филин. – Только голыми руками работать я ей не позволю.

Он достал из кобуры пистолет и прикрутил к нему глушитель, который предусмотрительно взял с собой.

– С какого начнем? – буднично спросил Филин, прицеливаясь в весело резвящихся в траве щенятах.

– Какой твой любимый, мам?

– Да пошла ты! – взвизгнула мать, раскачиваясь взад и вперед, как умалишённая.

– Рассказывай! Я ждать не буду! – заорала на весь двор Ида.

Филин закрыв один глаз рукой, не дожидаясь команды прицелился, слегка покачиваясь и выстрелил.

– Черт, быстрый какой! Извините, Ида Сергеевна, я немного пьян. Влад? Помоги!

Ида взглянула на мужа глазами полными безумных искр гнева, тот посмотрел на друга, он лишь кивнул ему и подмигнул, и только тогда он взял у него пистолет.

– Начнем с болонки старшей, всё таки мать должна первой закрыть грудью своих детей. Или это отец? – вздохнул он и поднял ствол.

– Хватит! Прекратите! Уроды! Нелюди! Я всё скажу! – запищала Елена тихо, потому что второй ствол от охранника был всё ещё направлен на неё.

Влад опустил оружие, но его не отдал, мало ли что.

– Мне нужны были деньги. Я соврала тебе, что у меня рак, ты пришла вся такая расфуфыренная, один твой пиджак был половиной суммы, что мне была нужна! – рявкнула сука на стуле. – Ты сидела с такой пренебрежительной рожей, что так и хотелось тебе врезать! Думаешь замуж за богача вышла, всё можно тебе? Ты лучше, чем я?! Вон какая выросла, жестокая тварь! Мать моя тебя такой воспитала!

– Заткнись! Про бабушку даже не смей заикаться! – рявкнула Ида, сжимая кулаки.

– Продолжим. – вздохнул Влад и поднял ствол, выискивая глазами жертву в комке сцепившихся играющих щенков.

– Не надо! Я всё скажу! – тут же заверещала сука. – Ты не дала денег, сказала дать контакты моего онколога и ты сама с ним поговоришь, или найдешь нового. А потом мы поругались, я ушла! Всё!

– Кольцо?! – вскинула бровки Ида.

Лена замялась, придумывая себе оправдание.

– Даже не пытайся врать, мамочка. – процедила сквозь зубы разгневанная дочь.

– Ты сама ей его отдала. – вдруг подал голос Влад, догадавшись откуда дует ветер. – Только ты уже была под действием наркотика. Теща, милая, сука, дорогая! На меня смотри, сволочь! Это ты подмешала ей наркоту?!

У тещи задрожали губы от ужаса, она смотрела как её зятек сжимает кулак свободной руки, а другая дергается, чтобы ненароком не начать стрелять в любимую родственницу.

– Н-нет, какие наркотики? Ты что? Я просто…

– Что просто, скотина?! – взревел он, подлетал к женщине на стуле и хватая её за лицо. – Ты видела её там с ним! Ты прислала те фото мне, как они сидят на диване вдвоем! Это ты, сука, была!

– Я только сняла их… Я ничего не знаю. Она была пьяная, очень. – залепетала Лена, спасая свою жизнь правдой. – Я просто их сфотографировала…

– Сука! Дрянь паршивая! – выпалил ей в лицо Влад. – Твою дочь напоили и затащили в отель, чтобы изнасиловать, а ты, мразь, что сделала?! Сфоткала её, чтобы шантажировать?!

– Д-д-а.

– Но ты ничего мне не писала, не угрожала… – тихо сказала Ида за спиной мужа.

– Потому что она тебя ещё и обокрала, Ида! – сказал Влад, с болью в голосе. – Она сняла с тебя кольцо!

– Как с трупа в гробу? – усмехнулась Ида. – И почему до сих пор не продала?

– Не надо стало. Она выгодно свою дочь продала, какому-то олигарху извращенцу. Он с ней поразвлекался и выбросил, а мать бабки получила. Извини, Ида, но мать твоя бывшая проститутка и сутенерша… – сообщил Филин, забирая на всякий случай у Влада пистолет. – Домик на эти деньги куплен, собаки тоже, шантажировать то тебя она может и хотела, да передумала, просто насрала вам под дверью фотками и всё. Как отцу своей второй дочери, просто пришла к нему домой вместе с дочкой, показать братьев и сестричек, когда мужик денег мало стал присылать на воспитание приплода. Отец девочку тут же и забрал. Потом жена выгнала её из дома, стоило мужу умереть. Дочка пришла к маме, а та научила её только тому, что умела сама – продажной бабой быть. Такая вот тварь…

Ида перевела свой взгляд на мать, которая ею никогда не была и внимательно всматривалась в стремительно стареющую женщину, вся жизнь которой была погоней за чужими деньгами. И что она получила теперь?

– Дочка то тебя любит вторая. – покачал головой Филин. – Мамочка, мамуля, на курорты возит, и олигарха того тебе простила. Только вот больше деньгами не снабжает, у нее новый сутенер – её парень, Рифат. Снял её вчера друг мой хороший, по моей просьбе, она за бабло, что хочешь расскажет, только о тебе особо ничего не знает, даже расценок, по которым ты её продавала.

– Ну ты и сволочь, мама, никакой привязанности к детям. – покачала головой Ида.

– Запомни, детка, женщина никогда не сможет любить ребенка от нелюбимого мужчины. Ваши отцы отказались брать на себя ответственность, а какой мне от вас толк, если от ваших папаш толка нет? – оскалилась Лена, показывая истинное лицо. – Тебя то мать моя неудачница по своему образу и подобию слепила – один мужик на всю жизнь, семья, верность, честность, тьфу. Твоя мордашка стоит больше! Уж тебя бы дорого продала, но ты бы не согласилась. Мужчины побогаче и солиднее любят таких, утончённых, умненьких, с кем есть о чём поговорить и потрахаться. А потом мне не до тебя было, младшая вернулась, нужны были деньги, у неё внешности никакой, в отца пошла, зато характер в меня, с ней можно было работать, и она не мучалась муками совести. Пришлось ждать её восемнадцати и подпиливать то тут, то там.

– Ты продала квартиру бабушки, чтобы сделать ей сиськи? – округлила глаза Ида.

– Зубы! Хватило только на это! – хохотнула Лена. – Ладно тебе, ты же хорошо устроилась, вон какого мужика себе отхватила. И он тебя даже простил после твоего траха с тем красавчиком.

– Сука! – метнулся к ней Влад, чтобы сломать что нибудь, но Ида его остановила.

– Да хрен с ней, сама сдохнет. Может даже от голода. – вздохнула Ида и кивнула охране. – Забираем всех собак, чтобы ни одного щеночка у этой суки не осталось.

– Нет! Куда ты их увозишь?! – взмолилась Лена, видя как мужчины вокруг беспрекословно начинают ловить всех щенят и сажать их в деревянный ящик, что валялся рядом.

– Я же не монстр, мама, чтобы на твоих глазах мучать тех, кто по настоящему тебе дорог. – доброй улыбкой злой девочки улыбнулась Ида. – Я соберу их всех в один ящик и выброшу с моста в реку, как раз по дороге. А ты будешь гнить тут, может одна, может с дочкой, мне всё рано.

Ида повернулась к охранникам, уперев руки на талии, поверх кружевного корсета.

– Нужно сделать обыск небольшой, украшения собрать с пола в гостиной, ничего ценного ей не оставляйте, все деньги забирайте. Технику разбить, телефон тоже, мебель испортить. Её в дом, пусть скулит там. Вопросы?

Вопросы были только у Влада, когда его малышка превратилась в эдакую стервочку на шпильках, что отдавала приказы взрослым мужикам, нетерпеливо топая туфелькой от Manolo Blanics?

Когда на заднем дворе остались только Филин и Влад, Ида взялась за их обоих.

– Ты всё знал, да? Про то, что у меня есть сестра? – вперились она разъяренными глазами в мужа.

– Да, знал. – тяжело вздохнул Влад.

– И мне не сказал?! А то я как дура тут выгляжу! – вскинула нервные руки Ида.

– Ида, послушай, это моя идея, ничего тебе не говорить, ты должна была выглядеть удивлённой. Будто мы её ни в чем не подозреваем. – взялся защищать друга Филин.

Ида неожиданно для всех, и прежде всего для себя самой, толкнула его в грудь двумя ладошками и ещё разок стукнула по напрягшимся мышцам под тонкой рубашкой.

– Мы с вами на «ты» не переходили, господин Филимонов! – процедила она сквозь зубы. – Кто вы такой, чтобы за меня решать, как будет лучше?!

– Не я, ваш муж! – с нелепой извиняющийся улыбкой на лице ответил Филин.

– Он мне не муж! – прошипела Ида, даже не глядя на Влада. – У меня с ним брак только на бумаге, и фамилия его пока на мне числится, ненадолго. Вместо того, чтобы бухать средь бела дня, вы Святослав «как вас там по отчеству», лучше бы работали! И чем быстрее вы сработаете как надо, тем быстрее я стану Цветковой обратно! И закончу участвовать в этом, сука, цирке уродов!

Разъяренная тигрица в розовых штанишках бросилась прочь с арены, села в машину, в которой пригнала сюда, и погнала на всех парах обратно домой, забыв про охрану,

– Саша, блять! – заорал Филин одному из охранников, врываясь в дом. – Бросай всё и быстро за ней!

Филин вернулся и глубоко вздохнул, направляя взгляд на безучастного ко всему Влада, который за один день пережил слишком много.

– Ты когда про свою жену рассказывал, что-то я ни намёка не слышал на то, что она когда пьет – буянит, когда культурно отдыхает у бассейна – пиздит твоих любовниц при всём честном народе, а в обеденный перерыв – топит щенят! – усмехнулся Филин, хлопая друга по плечу. – Последнее даже для меня перебор, я бы в жизни в собаку беззащитную не выстрелил, ты не думай.

– Я не знал, что она так может… – пробормотал Влад. – Она сильно изменилась. Я её не узнаю…

– Три года, да, большой срок. Кстати, её подружки по всякому полоскают, что у неё со мной роман, держу в курсе. – кивнул ему Филин.

– Что вы делали вдвоём на террасе? – задал ревнивец вопрос, что уже был задан его жене.

Влад не верил в байку Дины, но он не мог не замечать, как Святослав смотрит на его жену, восхищение явно читалось в его глазах.

– Курили. – пожал плечами Филин.

– Ида не курит.

– Я её научил.

– Что ты, блять, сделал? – нахмурился Влад.

– Просто предложил покурить, она согласилась, только не умела, я научил. – улыбнулся хулиган. – Ничего такого. А потом я выбросил бычок мимо урны, и она меня заставила его поднять и извиниться, а ещё твоя жена меня хамлом обозвала, когда я ей жизнь спас! Я херею с нею, ты похоже тоже. Ничего между нами нет, как бы Диночке не хотелось иначе. Подозрительная баба, невеста твоя бывшая, она у меня первая в списке тех, кто причастен к этому пиздецу. Найдём всех крыс, не переживай.

Филин хлопнул друга по плечу как ни в чём не бывало, Влад долго и внимательно смотрел ему в глаза, пытаясь понять, врёт тот или нет. Так и не разобравшись, Влад направился поговорить с одной из крыс. Та всё ещё сидела на стуле, вся в соплях и слезах, глядя как её дом превращают в полный бардак. Охрана уже нашла её заначку из наличных, Влад велел разделить её по-братски между всеми охранниками. Он также как и его жена до этого сел на стул напротив тёщи.

– Кто заплатил тебе, чтобы ты её выманила из дома?

Лена будто не поняла вопроса, утопая в своём горе от потери имущества и собак.

– В каком смысле выманила? – всхлипнула она. – Ты её под замок что ли посадил?

– Ты мне никто, Лена, просто тварь, я тебя могу вместе с щенятами в омут бросить, ты мне не мать, хотя и Иде ты не мать. Матери так не поступают. Так кто тебе заплатил?

– Никто, я просто хотела стрясти с неё деньги. Мне заплатила только твоя мать, потом, когда Ида пропала, я её искала, в своём родном городе, но там её не было. – призналась Лена.

Влад чуть не упал со стула от этого признания, зачем его матери платить за то, чтобы Иду нашла мать?

– Зачем она тебе заплатила?

– Я не знаю, говорит невестка пропала, внучок скучает.

– Так, послушай сюда, мать года. – процедил сквозь зубы Влад. – Забудь об Иде, забудь о нас, увижу тебя рядом со своей семьёй, убью. – коротко бросил Влад после кивка от тёщи.

На улице он тут же позвонил матери, но абонент был не абонент, Артемида уже была в аэропорту с багажном из одежды и обид, поехала лечить нервы на курорты испанского края, оставив все тревоги в Богом забытой стране, которой она считала свою Родину.

Когда оба Ковалевских покинули разрушенный дом, Филин и два его верных прикормленных пса остались. Святослав занял место Иды, напротив её матери и протянул руку, в которую его охранник вложил плоскогубцы. Глаза Елены округлились от ужаса.

– Ч-ч-что вы делаете? – пробормотала она, дёргаясь на стуле.

– Всего лишь хочу удостовериться, что ты говоришь правду. – оскалился красивый мужчина напротив неё и нежно взял за руку. Испуганный крик женщины утонул в кляпе, которым ей заткнул рот мордоворот за её спиной. – Красивый у тебя маникюр, был…