355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ким Харрисон » На несколько демонов больше » Текст книги (страница 17)
На несколько демонов больше
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 10:05

Текст книги "На несколько демонов больше"


Автор книги: Ким Харрисон


Соавторы: Андерсон Кевин

Жанр:

   

Ужасы


сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 34 страниц)

которого я, по вашему мнению, убила.

Она на миг опустила глаза, и у меня пульс забился молотом. Смилуйся надо мной бог, кем это я стала? Но мистер Рей убежден не был.

–Отдай его мне, – потребовал он. – Тебе его не удержать, ты ведьма.

Одна есть, один еще остался, подумала я в испуге, но сдаться сейчас – это значило бы окончить свою жизнь еще вернее, чем от публичного признания этой дурацкой штуки своей.

–Я его альфа, – сказала я, кивнув в сторону Дэвида. —

По-моему, это доказывает, что вполне могу удержать.

Глаза моего собеседника прищурились. С таким видом, будто только что разбил тухлое яйцо, он сказал:

–   Я предлагаю тебе место в моей стае. Лучше предложить ничего не могу. Соглашайся.

–   Соглашайся – или что? – Я разрешила себе нотку сарказма. – Спасибо, стая у меня есть. И почему мне все норовят сказать, что я того не могу, этого не могу? Фокус у меня, а не у тебя. Я тебе его не отдам. И все. Так что можете перестать убивать друг друга в попытках обнаружить, где он.

      —Саймон, – едко сказала миссис Саронг, – закрой хлебало. Фокус у нее, исходи из этого.

       Я сочла бы это за комплимент, если бы не была уверена: она поддерживает меня только до тех пор, пока не найдет способа меня убить.

Мистер Рей посмотрел ей в глаза, и между ними прошло что-то, чего я не уловила. А Дэвид почувствовал. Как и все присутствующие вервольфы. Будто волна прошла, все они стали спокойнее. Мне нехорошо стало, когда обе стаи зашевелились, убирая оружие. Тревога только усилилась. Черт и еще раз черт, не могу я себе позволить в это верить.

–   Я не охотился за твоим секретарем, – сказал мистер Рей, кладя на стол массивные руки.

–   Я не трогала твою секретаршу, – ответила женщина, вынимая пудреницу и осматривая в ней свое лицо. Захлопнули ее со щелчком, потом посмотрела мне прямо в глаза. – И ни один член моей стаи этого не делал.

Ой, какие все лапочки. Да, они разговаривают, но вряд ли я владею ситуацией.

–Хорошо, – сказала я. – Никто никого не убивает, но два

убитых вервольфа у нас все равно есть. – Они оба все внимание перенесли на меня, и у меня живот свело узлами. – Послушайте, – сказала я, чувствуя себя очень неуютно, – кто-то помимо нас знает, что фокус находится в Цинциннати, и его ищет. Это могут быть вервольфы с острова. Никто из вас не слышал о новой стае в городе?

Я подумала о Бретте, а они оба покачали головой.

О'кей. С-супер. Начинаем сначала.

Я уже хотела, чтобы они ушли, поэтому откинулась назад, показывая, что совещание окончено. Видела, как делал это Трент пару раз, и у него вроде получалось.

–Я буду тогда продолжать искать убийцу, – сказала я, глянув на их громил. – Пока я не найду, кто это делал, вы можете не вцепляться друг другу в глотки?

Мистер Рей громко потянул носом:

–Я не полезу, если не полезет она.

Улыбка миссис Саронг была застывшей и полностью фальшивой.

–Я поступлю также. Мне нужно сделать несколько звонков до заката.

Многозначительный взгляд на дочь – и молодая женщина извинилась и вышла, держа в руке сотовый телефон. Мистер Рей махнул рукой, и один из его ребят вышел следом.

Я подумала, что могла спланировать к закату миссис Саронг, но решила не углубляться. Мне не хотелось, чтобы они дрались, но чтобы они объединились, мне хотелось еще меньше. Может быть, настало время для небольшой личной операции по ПСЗ – прикрытию собственной задницы.

–Фокус спрятан, – сказала я. В некотором смысле. – Он находится в безвременье, – продолжала я, и они оба на меня уставились. Мистер Рей шевелил пальцами. Лгунья,  подумала я, не чувствуя при этом ни капельки вины. – Никто из вас его не найдет, тем более не возьмет. – Врешь, врешь, врешь. – Если меня не станет, никто из вас его не получит. Если пропадет кто– либо из моих друзей или родных, я его уничтожу.

Как человек, чье терпение испытывают самым грубым образом, мистер Рей хмыкнул:

–И я должен к этому отнестись серьезно, потому что?..

Я встала, желая уже, чтобы они ушли.

–Потому что вы были готовы меня нанять сделать то, чего не можете сами. Убить миссис Саронг.

Миссис Саронг улыбнулась ему и пожала плечами.

Еще чуть-чуть, подумала я, и они у меня в одну постель лягут.

–А еще потому, что у меня есть демон, который у меня в долгу, – добавила я, чувствуя, как частит пульс.

Нет, шепнул какой-то уголок моего сознания, и я подавила импульс страха перед тем, что сделала только что. Я признала, что Миниас у меня в долгу. Я признала сделку. Я заключила контракт с демоном. Но мысль о том, как эти двое объединятся, чтобы убить меня, сжечь дотла мою церковь в поисках этой глупой дурацкой статуи, наполнила меня страхом более близким. Со страхом за себя я как-нибудь разберусь. Со страхом за других – никак.

–Если случится что-то, что мне не понравится, – сказала

я – он придет за вами. И знаете что? – Пульс стучал, голова кружилась, я ухватилась за стол, чтобы не упасть. – Убивать он любит, так что может и перестараться. Меня не удивит, если он возьмет вас обоих – для уверенности, что взял того, кого надо.

Мистер Рей опустил взгляд к моему запястью – метка демона была видна отчетливо.

–Так что звоните, – сказала я. – Отзывайте своих. И держите язык за зубами. Если выйдет наружу, что статуя у меня, ваши шансы обойти моего демона и получить фокус станут еще меньше. – Я выждала момент, посмотрела им в глаза. – Мы друг друга поняли?

Миссис Саронг встала. Сумочку она крепко зажала в руке.

–Спасибо за угощение, миз Морган. И за более чем содержательную беседу.

Кистей вышел из-за стойки, пока женщина шла к выходу, сопровождаемая всей своей свитой. В открытую дверь ударило солнце, я прищурилась с таким чувством, будто три недели просидела в погребе. Мистер Рей смерил меня взглядом. Мясистые щеки у него повисли неподвижно. Кивнув мне, он махнул рукой своей охране и вышел вслед за миссис Саронг, медленно и вызывающе, пряча оружие на ходу.

Я стояла на месте, пока последний из них не вышел за порог. Чуть подождала, пока закрылась дверь, оставив меня снова в темноте. Слышны были шаги идущего через зал Кистена, и я уронила голову на стол и тяжело вздохнула.

У меня репутация ведьмы, работающей с демонами. Я этой репутации не добивалась, но если она поможет сохранить жизнь тем, кого я люблю, то я ею воспользуюсь.

Глава девятнадцатая

Катер у Кистена достаточно большой, чтобы волны от туристских пароходиков шлепались ему в борт, но не раскачивали. Я уже бывала на нем, даже провела пару уикендов, узнала, как хорошо разносятся голоса над темной водой, и научилась снимать туфли на причале. Здесь было три палубы, если считать самую верхнюю, где штурвал. Достаточно большое судно, чтобы устраивать приемы, как говорил Кистен, но достаточно маленькое, чтобы у него не было чувства, будто он слишком уж размахнулся.

Ну, мне и так-то не размахнуться, подумала я, подбирая с легкой фарфоровой тарелки последние крошки спагетти в соусе корочкой поджаренного хлебца. Но если ты вампир и твой босс правит самыми гнусными бандами Цинциннатского преступного мира, то положение обязывает соблюдать декорум.

Хлеб был взят неподалеку, с кухни Пискари. Кажется, соус был оттуда же. Впрочем, не важно, если Кистей и попытается выдать его за свое произведение» разогрев сперва на миниатюрной плитке. Главное, что мы спокойно ужинаем, а не спорим насчет того, что я свою работу поставила выше его планов на мой день рождения.

Я посмотрела на него через освещенную пламенем свечей, погруженную в полумрак гостиную. Мы могли бы поесть на кухне или снаружи, на просторной веранде, но на кухне тесно до клаустрофобии, а на палубе – слишком открыто. А мне после разговора с миссис Саронг и мистером Реем было неспокойно на душе. Добавить еще отвергнутое опасное приглашение Тома, и спокойно записывайте меня в параноики.

В четырех стенах все же куда приятнее» Роскошно убранная гостиная простиралась от борта до борта, похожая на декорацию к фильму, в широких окнах с одной стороны видны были огни города и отражение луны на воде, а с другой занавески были задернуты и на автостоянку у «Пискари» мне не надо было смотреть.

Формально говоря, Кистей был сейчас на работе – почему мы и были здесь, а не в нормальном ресторане, – но когда мы забрались на кухню стащить бутылку вина и каравай, я услышала, как он говорит Стиву, чтобы его не беспокоили, разве что у кого-то на клыках окажется кровь.

Приятно было понимать, что я среди его приоритетов так высоко числюсь, и пока на моем лице еще было можно прочесть удовлетворение от этой мысли, я подняла голову, увидела, что Кистен смотрит на меня через разделяющий нас низенький кофейный столик, и свет пламени придает его синим глазам искусственную, опасную черноту.

–Что? – спросила я, краснея, потому что он уже явно какое-то время за мной наблюдал.

Довольная улыбка у него на лице стала четче, и меня пробрала дрожь эмоций.

–Да ничего, – тихо сказал он. —У тебя все мысли на лице бегущей строкой пишутся. А я смотрю и читаю.

–  Гм...

Я в смущении поставила свою тарелку в уже пустую и устроилась поудобнее на диване с бокалом вина в руке. Кистей встал и одним плавным движением сел рядом со мной. Подался назад и вздохнул довольно, когда наши плечи соприкоснулись. Стереосистема перешла на новую дорожку, и заиграл легкий джаз. Я ничего не сказала насчет несовместимости вампиров и саксофона-сопрано, но вздохнула, наслаждаясь запахом кожаной одежды и шелка, сливающийся с ароматом ладана и примешавшимся к нему запахом соуса. Но тут улыбка у меня пропала – потому что защекотало в носу.

Черт побери. Миниас? А со мной вещего зеркала нет.

В панике я выпрямилась, высвободилась из рук Кистена. Успела поставить бокал на стол за миг до того, как чихнула.

–  Будь здорова, – тихо сказал Кистен, обнимая меня рукой за талию, чтобы снова привлечь к себе, но я не поддалась, и он придвинулся. – Тебе нехорошо? – спросил он с неподдельной заботой.

–  Сейчас скажу. – Я осторожно вдохнула, выдохнула, вдохнула еще раз. Расслабила плечи. Не желая беспокоить Айви и Дженкса, я до заката заперлась у себя в комнате и задала свой пароль. Черт побери, надо было начертить этот символ на зеркальце пудреницы.

Кистен смотрел на меня внимательно, и я сказала ему:

–Все в порядке.

Наверное, просто чихнула. Счастливо вздохнув» я прильнула к теплоте Кистена. Его рука обняла меня за шею, я прижалась к нему, радуясь, что он здесь и что я с ним, и никто из нас нигде в другом месте быть не должен.

–Ты сегодня тихая, – сказал Кистен. – Уверена, что вполне здорова?

Его пальцы начали гладить мне шею, ища демонский шрам, спрятанный ныне под ровной кожей, и от легкого прикосновения оживающий.

Он спрашивал обо мне, но я знала, что думает он о поцелуе Айви. И когда его пальцы пробудили мой шрам и ощущения от него примешались к воспоминанию о том поцелуе, меня встряхнул прилив адреналина.

–У меня много есть, о чем подумать, – сказала я с не очень приятным чувством: мне не нравилось, как сочетается его прикосновение с воспоминанием об Айви. И без того в голове неразбериха.

Повернувшись в его объятии к нему лицом, я отодвинулась, ища что-нибудь другое, на чем сосредоточиться.

–Кажется, на этот раз я влипла выше головы. В эту историю с вервольфами.

Голубые глаза Кистена стали сочувственными:

–Теперь, когда я видел, как ты натянула повод двум самым влиятельным стаям Цинциннати, я бы сказал: нет, ты не влипла выше головы. – Его улыбка стала шире, с легким оттенком гордости. – Потрясающе было – смотреть на твою работу, Рэйчел. Вот что умеешь, то умеешь.

Я недоверчиво хмыкнула. Меня не вервольфы беспокоили, а то, как я заставила их отступить. В усталости я закинула голову назад, на спинку дивана, и закрыла глаза.

–Ты разве не видел, как меня трясло?

Кистен пошевелился, я открыла глаза и подвинулась к нему. Наши волосы соединились, его губы коснулись моего уха, произнося:

–Нет, не видел. – Он дышал мне в плечо, а я не шевелилась – только пальцами перебирала порванную мочку. – Мне нравятся женщины, которые умеют за себя постоять, – добавил он. – Глядя, как ты работаешь, я просто загорелся.

Я не могла сдержать улыбки, но она, к сожалению, тут же исчезла.

–Кистен, – начала я, чувствуя свою незащищенность, хотя

меня держали его руки. – Ты знаешь, я действительно боюсь. Но не вервольфов.

Его ищущие пальцы замерли. Он убрал обнимающую меня руку, отодвинулся, взял меня за руку.

– А чего ты боишься? – спросил он с глубокой заботой во взгляде.

Я в смущении глядела на наши переплетенные пальцы, отмечая различия.

–   Мне пришлось, чтобы заставить их отступить, воспользоваться угрозой демона. – Я подняла взгляд, увидела, как морщится его лоб в тревоге. – От этого я себя чувствую, как вызывалыцица демонов, – закончила я. – Дура я, что воспользовалась демонами для блефа. Или трусиха, может быть.

–   Любимая... – Кистен притянул мою голову к своей груди. – Ты не трусиха, ты не вызывалыцица демонов. Это был всего лишь блеф, но отличный.

–   А если это был не блеф? – сказала я ему в рубашку, думая обо всех тех, кого я арестовывала за занятия черной магией. Они тоже не собирались становиться сумасшедшими фанатиками – те, кого я закидывала на заднее сиденье такси и тащила в ОВ. – Сегодня со мной говорил один колдун. – Я играла верхней пуговицей рубашки Кистена. – Он меня звал в свою секту почитания демонов.

–   Ну-ну. – Голос Кистена рокотал во мне. – И что же ответил ему мой самый крутой оперативник?

–   Чтобы он засунул себе свой клуб куда следует. – Кистен ничего не сказал, и я добавила: – Что, если они решат проверить этот блеф? Если они тронут Айви или Дженкса...

–Тс-с, – сказал он, нежно поглаживая мне волосы. – Айви никто не тронет: она Тамвуд и наследница Пискари. А Дженкса – ну кому и зачем его трогать?

–   Потому что они знают, что он мне дорог. – Я подняла голову, чтобы вдохнуть чуть более свежего воздуху. – Если кто-то тронет Дженкса, я способна буду вызвать Миниаса и променять его услуги на метку.

–   Миниас? – Кистен не скрыл удивления. – Я думал, их имена полагается хранить в тайне?

В этих словах был более чем намек на ревность, и я ощутила, как возникает у меня на лице улыбка.

–Это его обыденное имя. У него красные глаза с козьим разрезом, смешная пурпурная шляпа и совершенно безбашенная подружка.

Кистен притянул меня поближе, обнял обеими руками.

–   Надо бы мне ему позвонить. Пригласить в боулинг да поделиться сведениями о безбашенных подружках.

      —Прекрати! – Я одернула его, но настроение он мне исправил. – Ты ревнуешь.

     —Ну да, черт побери. Ревную. – Он на миг замолчал, потом подался вперед. – Я хочу заранее вручить тебе твой подарок.

Он потянулся рукой за диван, к полу.

Я повернулась, устроилась удобнее спиной к подлокотнику дивана. Кистей положил мне в руки пакет, явно в магазине упакованный, и я просияла. На ленте было напечатано VALERIA'S CRYPT – эксклюзивный поставщик одежды того типа, в которой чем меньше ткани, тем больше дырка в твоем бюджете.

–   Это что? – спросила я, встряхнула упаковку, и что-то там стукнуло,

–   Открой и посмотри, – ответил он, глядя то на меня, то на коробку.

Что-то странное было в его поведении, что-то от смущенного энтузиазма. Не думая о сохранности бумаги, я разорвала ее и отбросила прочь, запустив ноготь под кусок ленты, не дававший открыть коробку. Зашуршала черная бумага, и я порозовела, увидев, что под ней.

–Ой, какая прелесть! – сказала я, поднимая комбинацию. – Как раз для летних ночей.

–   Она съедобная, – сказал Кистей, поблескивая глазами.

–   Bay! – воскликнула я, взвешивая ее на руке и прикидывая, как бы нам исследовать это ее неожиданное свойство.

Вспомнив, что там что-то постукивало, я отложила ее в сторону.

–И что там еще? – спросила я, шаря рукой в коробке. Пальцы нашли пушистую коробочку, и когда я определила ее форму, у меня лицо потеряло всякое выражение – это было кольцо. Бог ты мой.

–Кистей? –  выдохнула я, глядя на него большими глазами.

–    Открой, – напомнил он, подвигаясь ближе.

Дрожащими руками я повертела коробочку, ища, где она открывается. Понятия не имела, что делать. Киста я люблю, но к помолвке совсем не готова. Да из меня и подружка-то не очень – когда за моей шкурой охотятся две стаи верволъфов, то и дело рядом являются демоны, а у одного мастера-вампира просто руки чешутся свернуть мне шею. Не говоря уже о соседке по дому, которая хочет быть мне ближе, чем просто соседкой, а я понятия не имею, что с этим делать. И как я с ним подпишусь на постоянные отношения, если я не даю ему себя кусать?

–    Но Кистей... – сказала я, заикаясь, чувствуя, как стучит

пульс.

–Да ты открой сперва, – сказал он нетерпеливо.

Затаив дыхание, я открыла коробочку. Моргнула. Нет, это

не кольцо. Это пара...

–   Чехлы на зубы? – спросила я с колоссальным облегчением. Подняла глаза – Кистей покраснел. Нет, это не его чехлы. Эти – заостренные и заточенные. Это мне?

–   Если тебе не нравятся, я их заберу, – сказал он без своей обычной уверенности. – Я думал, иногда это может быть забавно. Если бы ты хотела...

Я закрыла глаза. Не кольцо. Игрушка. После съедобной комбинашки должна была понять.

–   Ты мне купил чехлы?

–   Ну, да. А ты думала что?

Я чуть не сказала, что подумала, но успела прикусить язык. Покраснев, я отложила коробочку в сторону и посмотрела на чехлы на бархатной подкладке. Ладно, это не кольцо, но к чему он ведет?

–Кистей, я не могу дать тебе меня укусить. – Резко закрыв крышку, я протянула коробочку ему. – Не могу принять этот подарок.

Но Кистей улыбался.

–   Рэйчел, – сказал он нежно, – я не для того их купил.

–   А зачем тогда? – спросила я, думая, что он меня поставил в весьма неловкое положение. И я не могла не думать, не реакция ли это на поцелуй Айви.

Снова вложив коробочку мне в руки, он загнул мне пальцы вокруг нее.

–Это не окольный путь, чтобы всадить мои зубы тебе в шею. Это даже не предложение тебе укусть меня, что тоже было

бы... хорошо,  – выдохнул он.

Я поняла, что он говорит правду, и несколько успокоилась. Кистей опустил взгляд.

–   Я хотел увидеть тебя с острыми зубками, – сказал он тихо. – Постельная игра. Разнообразие, в общем.

–   Тебе мои зубы не нравятся? – спросила я, огорченная. Черт, ну, я не вампир, да. А ему хочется большего. Обидно до слез.

     Но Кистен притянул меня к себе с тихим смехом.

–Рэйчел, я обожаю твои зубы, – сказал он, шелковой рубашкой касаясь моей щеки. – Они колют и прихватывают, и заводят меня ох... – он успел почувствовать мое неодобрение и заменил это слово: – ...офигенно. Но если ты наденешь эти чехлы, я буду знать, что ты могла бы проколоть кожу на самом деле... – Я услышала его глубокий вздох. – А укусишь ты меня или нет – это мне все равно. Заводит сама мысль об этом.

Его рука у меня на волосах успокаивала, и мое смущение растаяло совсем. Мне было понятно – я тоже ловила кайф именно от этого. Осознание, что Кистен мог бы меня укусить, но его сдерживает уважение, сила воли и – быть может – Айви, доводит остроту ощущений до крайности. И то, что когда-нибудь воля может подвести его, или он решит пойти против Айви – это как раз и создавало трепет перед неизвестным.

–   Ты... ты хочешь, чтобы я их примерила? – спросила я.

       У него стали расширяться зрачки:

–   Если ты не против.

Я улыбнулась, повернулась и снова открыла коробочку.

–Их просто надвинуть?

Он кивнул:

–Они покрыты одним чудесным полимером. Надень и

стисни зубы, и они просто прирастут. Чтобы снять, нужно будет слегка их приподнять.

Класс. Он смотрел только на чехлы, и я поставила коробочку на стол и, чувствуя незнакомую костяную гладкость в руках, вынула их. С таким чувством, будто надеваю контактные линзы, я повозилась с ними, пока не сообразила, который куда, и надвинула литую кость на зубы. Раскрыв губы, я ощупала зубы изнутри языком.

Кистен резко вдохнул, и я посмотрела на него.

–Черт побери, – вздохнул он. Ободок вокруг зрачков у него почти исчез. Я улыбнулась шире, и его глаза стали полностью черными.

     —Как они выглядят? – спросила я, вскакивая.

      —Ты куда? – спросил он с неожиданным напором.

–Хочу посмотреть, как они выглядят. – Я уклонилась от него, смеясь, и направилась в ванную по коридору. – Ты уверен, что я губу себе не порежу? – спросила я оттуда. Мигнул верхний свет, тусклый и желтый от низкого напряжения.

–    Не сможешь, – ответил Кистей, возвышая голос, чтобы я его услышала. – Они так сделаны, чтобы этого не произошло, – произнес он прямо за моей спиной, и я вздрогнула, стукнулась в тесноте локтем о стену.

–    Черт, терпеть не могу, когда ты так делаешь!

–    Я же тоже хочу посмотреть, – сказал он, обнимая меня за талию и пристраивая голову во впадину у меня между плечом и шеей.

Его глаза не смотрели на мое отражение. Пытаясь не реагировать на покалывание от его поцелуев, я гляделась в зеркало, языком ощупывая чехлы. Спереди они были закругленные, сзади – углом. Я улыбнулась и повернула голову, чтобы рассмотреть получше, разглядеть, как они попадают во впадину между нижними зубами. Мелькнуло и пропало воспоминание о восковых зубах на Хэллоуин, когда мне было восемь лет.

–     Перестать сверкать зубами, – прорычал Кистей.

Я повернулась к нему – его руки восхитительно прошлись по моей талии.

–    А что такое? – я провокационно прижалась к нему. – Тебя раздражает?

–    Нет. – Голос у него стал хриплый, он прижал меня крепче.

Места здесь было мало, но когда я попыталась его отодвинуть от себя, ничего не вышло. Он стоял как влитой, такой теплый и крепкий, и я осталась где была, обняв его за шею и держась за него для равновесия.

–Тебе они нравятся? – спросила я шепотом в дюйме от уха.

Он провел мне губами по ключице, и я задрожала в приливе желания.

–     И мне, – сказала я. С бьющимся пульсом я резко отодвинула его голову, не пуская ее к шее, и прижалась сама – новыми зубами пройтись по старому шраму.

Я ощутила его дрожь всем телом.

–     О господи, помру сейчас! – шепнул он, тепло выдохнув мне в плечо.

У меня стучала кровь от ощущения этой новой власти над ним. Кистей затих под моими зубами, покорный, но не бессильный. Его руки ощупали мои округлости, на обратном пути вытащив рубашку из джинсов.

Кончики загрубелых от работы пальцев едва ощутимо пробежали по коже, выше, выше, накрыли грудь, а другая рука была на пояснице, прижимала меня к нему. С участившимся дыханием я нежно прикусила старый шрам у основания шеи, и ощущение росло так быстро, что я едва успевала его осознать.

Мое внимание обратилось на старый шрам – я знала, как он чувствителен. Выдохнула прямо в его аромат, и меня заполнило ощущение расслабленности. Я сюда пришла не за тем, но почему бы и нет? Тихий голосок в мозгу поинтересовался, не для того ли я так легко позволила Кистену направить мои мысли в сторону зубов, чтобы подтвердить: у нас с ним есть нечто реальное, и принять предложение Айви – оставив в стороне его неожиданность – значило бы обмануть его. Если так, то это смущает только меня: вампиры считают несколько партнеров по крови и постели нормой, а моногамию – исключением. А я, хотя и не вампир и такие полиаморные отношения принимаю с интенсивным копанием в душе, но сейчас могла думать только о том, что это чертовски хорошо.

Я стала перебирать зубами по всей длине его шеи, ощущая, как напрягаются мышцы. У Кистена задрожали руки, и подумала, почему это я прямо сейчас пытаюсь во всем этом разобраться.

От его вздоха меня пробило адреналином, и я смогла только сдержаться, не навалиться на него и не прокусить кожу. Недоброе чувство возникло во мне и стало расти, и я наслаждалась им. Я могу его укусить. Я могу всадить в него зубы. И я точно знаю, что это с ним сделает. Я не вампир, чтобы зажечь его шрамы, но он вампир, а для этого одного вампира достаточно.

Его руки бродили у меня под майкой, и в просвет между нашими телами я сунула руку, вниз, чтобы расстегнуть одну пуговицу. Всего одну.

Неловкими из-за натянутой ткани пальцами я сумела это сделать. Потом, не в силах сопротивляться импульсу, стала нашаривать молнию. Кистен передвинулся, прижав меня к узкому простенку. Синие глаза полностью почернели, и он зажал мне руки у меня над головой.

–   Много себе позволяешь, ведьма! – прорычал он, и меня пронзило желанием.

–   Хочешь, чтобы я прекратила? – спросила я, наклоняясь вперед и целуя его насильно.

Бог мой!

Его губы впились в мои, и был на них вкус вина. Мысль о том, что мои зубы совсем рядом с его губами, ощущалась очень остро. Я знала, что Кистей ощущает мою потребность – почувствовать, как нарастает в нем нетерпение – и играл на ней. Но пока он держал мои руки над головой, он не мог мне помешать трогать губами все, до чего я могла дотянуться.

Небольшое движение вперед – и я нащупала губами его шею. Радуясь возможности добиться от него такого отклика, я трогала его, получая совершенно новые реакции от прежнего шрама.

Надо было раньше это сделать, – подумала я, охватывая его ногой и притягивая ближе. Попаду домой – посмотрю, что говорится об этом в руководстве Кормеля по свиданиям с вампирами.

Я охватила Кистена локтями за шею, и он отпустил мои руки, дрожь пробежала по мне, когда он увлек нас в темный коридор. Со стуком я наткнулась спиной на стенку, Кистей сдвинул мне бретельку с плеча и начал целовать обнажившуюся безупречную кожу – я знала, что вампиры не могут перед ней устоять. Гладкость его зачехленных зубов на этой коже вызывала дрожь во всем теле. Если у него сейчас зазвонит телефон, я кого-нибудь убью.

Глаза закрылись в чистом наслаждении, и я на ощупь стала расстегивать на нем рубашку. Играл джаз, звуки с катера разносились над спокойной водой. Я не могла добраться до последних пуговиц – Кистей прижимался ко мне, посылая по телу молнии наслаждения – не успевали они угаснуть, как тут же сменялись новыми. Я плюнула и просто дернула его за рубашку, чтобы она расстегнулась

Кистей замычал в досаде, сдвинулся, прижимая меня к стене. Распахнув веки, я потянулась к его поясу.

–Дай мне, что я хочу, – шепнула я, ощущая свои новые

зубы. – И тогда мне не придется быть грубой, вампирчик.

–Это моя реплика, – сказал он с новой интонацией.

Слова эти отдавали жаждой крови, и меня охватил страх, который я быстро подавила. Руки Кистена секунду помедлили – он овладевал собой – и двинулись дальше. Самообладание у него сильнее моего. Взяв меня за плечи, он зажал меня неподвижно и нашел губами основание шеи. Он жаждал моей крови, но не брал ее – только играл с прежним шрамом.

–Боже мой! – выдохнула я.

Не в силах остановиться, я выгнулась вверх, охватила его ногами за талию, крепче обняла за шею. Он снова переступил, принимая на себя мой вес. Я ощутила его твердость через штаны, и пульс у меня забился чаще. Он это почувствовал и стал агрессивнее – серебристая нить предвкушения в глубине моего существа разбухла в тугой шар. Нехорошо. Это слишком. Я теряла способность думать – так чертовски хорошо мне стало.

Я вцепилась в Кистена, желая ощутить, как вонзятся в меня его зубы. Знал бы он, как я этого хочу, он спросил бы, и я не могла бы отказать. И Айви его убила бы.

Будто ощутив мое смущение, он стал нежнее, повел пальцем по основанию шеи, оставляя ощущение жара и холода одновременно, выше, к уху, остановился, чуть нажал, намекая на большее.

–   Можешь остаться до утра? – спросил он.

–   М-м-м, – сумела промычать я и постаралась сделать свое согласие убедительнее, проведя кончиками ногтей ему по шее.

–   Отлично.

Неся меня, он направился по коридору к темной спальне. Огни Цинциннати неясными бликами отражались на воде, и у меня мелькнула мысль, что комбинашку-то не будет шансов надеть. Сегодня уж точно. Кровать его стояла под окнами, но он посадил меня на комод – я все так же обвивала его ногами.

Находилась я как раз на нужной высоте, открывающей любые возможности – и ощущения взлетели вверх, когда его рука тяжело прошла по моей груди, поглаживая и дразня. Губы Кистена от меня отодвинулись, он нарочито медленно отклонился назад. Гладящие меня пальцы остановились. Почти задыхаясь, я посмотрела ему в глаза.

Они были черны, в них стояла знакомая сдержанная жажда крови, поблескивала отраженным светом. Звенящий во мне адреналин смешивал нетерпение и страх. Что-то менялось – я менялась из-за своих новых, острых зубов. Это не были просто два кусочка кости, это был источник силы, дающий мне власть над Кистеном, даруемую ощущениями, которые я у него могу вызывать. И Кистей это знал – потому и подарил мне их. Делая свои зубы гладкими, а мои острыми, он возвышал меня над собой. И эта мысль явно заводила нас обоих.

Не отрывая от меня взгляда, он взял руку, которую я вдвинула между его расстегнутой рубашкой и им самим. Подышал мне на запястье, сомкнув губы, вдыхая мой аромат.

–   Ты пахнешь как все, кого я люблю, вместе взятые.

Его слова послали по моему телу рябь дрожи. Меня покрывал аромат Айви, тихая память о том, что у них когда-то было. Они держались вместе в своей уязвимой юности, чтобы выжить, и я знала, что Кистену недостает их прошлой близости. Просто саднила нужда вернуть ее. Это страдание притянуло меня к нему, вызывало желание дать ему то, что ему нужно, утешить и разум его, и тело. Я шла не второй за Айви, но первой, я могла дать ему то, чего не могла она – все то, что он в ней находил, но без знания о том, через что заставил их пройти Пискари. Я знала, что именно поэтому Айви его оставила – не могла жить с этим напоминанием.

Тяга покориться и отдать ему все крепла, и когда он почувствовал, как я к нему прильнула, он сильнее прижал меня. Мое тело само потянулось к нему, зовя и приглашая. Я втянула в себя его аромат – он закружился во мне водоворотом, феромоны нажимали кнопки, и я застонала от желания. Руки сами зашли ему за спину, ощутив напряженные мышцы, желая уйти в него, потеряться. Я выдохнула, дрожа.

–   Иди ко мне! – шепнула я.

Кистен, наклонив голову, взял меня за плечи, поцеловал в основание шеи, нежно, робко, будто никогда еще ко мне не прикасался. У меня дыхание перехватило от наплыва ощущений, жгучие лучи желания вспыхнули где-то глубоко во мне. Я дышала им, звала его. Передышка закончилась – бог мой, что-то я должна сделать.

Горящими пальцами я потянулась к его штанам. Верхняя пуговица была расстегнута, и я расстегнула молнию, стянула их вниз, давая ему свободу. Руки Кистена лежали у меня на пояснице, и я сомкнула руки у него на шее, сползая с комода так, чтобы он мог стянуть с меня джинсы. Ноги коснулись пола, я смогла стряхнуть сперва одну штанину, потом другую.

И снова нетерпеливо охватила его за шею, полезла вверх, снова садясь на комод. Его руки прошли по закруглениям к талии, потом выше. Я застонала в нетерпении, когда он опустил голову. Гладя одну мою грудь рукой и припав губами к другой, он тянул, заводил меня – намек на зубы говорил, что он сделал бы со мной, позволь я это, почти обещал.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю