Текст книги "Клуб (ЛП)"

Автор книги: Кайл М. Скотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Он нажимал на кнопку пульта, переключаясь с канала на канал, все время натыкаясь на банальное дерьмо, которое считалось популярным развлечением – реалити-шоу, наполненные пустоголовыми, фальшивогрудыми красотками с пустыми глазами и пластиковыми улыбками; кулинарные шоу, где куцые белые домохозяйки учились готовить у красивых чернокожих поваров, и вся еда выглядела как современное искусство, а не как дерьмо, которое невозможно есть; канал, проповедующий Библию, где навязчивый проповедник лирично рассказывал об адском огне и возмездии за грех...

Это была полная чушь.

Идеальная инкапсуляция всего того, во что превратилась Америка.

Пустая, эгоцентричная, материалистичная и ханжеская.

Неудивительно, что он никогда не смотрел телевизор.

Во всяком случае, обычно.

Пролистывая каналы, он наткнулся на местную новостную сеть и замер на месте.

Вот это было интересно.

– Похоже, мы попали в новости, детка, – сказал он, ухмыляясь.

Это привлекло внимание Лары. Она повернулась к экрану, ее глаза расширились. Маленький флакон с лаком для ногтей выпал из ее руки, упал на пол и покатился по полукругу; пролитая жидкость образовала на ковре идеальную ухмылку.

– Твою мать! – воскликнула она. – Сделай звук погромче!

Джейсон опередил ее просьбу, нажав на кнопку громкости.

Репортер в больших очках, красном галстуке, пиджаке и с озабоченным хмурым выражением лица, которое было насквозь фальшивым, вещал с телеэкрана.

Над репортером красовался заголовок:

ЕЩЕ ТРИ ЖЕРТВЫ В РЕЗУЛЬТАТЕ СЕРИИ УБИЙСТВ

НА ЗАПАДНОМ ПОБЕРЕЖЬЕ.

Красиво сказано.

Прошлой ночью трагедия обрушилась на небольшую общину Холмонт, когда в дом одной семьи ворвалось неизвестное количество нападавших. В результате, похоже, очередного немотивированного преступления, вся семья – Марк Уэст, Джудит Уэст и их двадцатилетний сын Бен – были зверски убиты в собственном доме. Сцены, описанные местными правоохранительными органами, указывают на то, что нападение было особенно жестоким, и предполагается, что по крайней мере два члена семьи подверглись пыткам перед тем, как были совершены убийства.

На данный момент у полиции очень мало зацепок, и, как уже было сказано, следователи не могут понять мотивов этого чудовищного и отвратительного преступления. Жестокость нападения беспрецедентна в истории маленького городка. Местные жители, как говорят, шокированы и потрясены ужасными событиями, превратившими их тихий городок в бойню, и десятками выходят на улицы, чтобы поддержать друзей и родных погибших. Предполагается, что убийства связаны с продолжающейся охотой на банду убийц, которых в настоящее время называют «Потрошителями Западного побережья».

Штат Калифорния потрясла серия убийств, которая охватила более семисот миль и оставила после себя подтвержденное количество трупов – тридцать два. По всему штату ведется розыск, чтобы задержать пока еще неизвестный квартет преступников.

Хотя у правоохранительных органов нет имен, а преступники пока не установлены, полиция опубликовала фотороботы двух из четырех преступников. Изображения, которые вы сейчас увидите, основаны на показаниях свидетелей с различных мест происшествия.

Джейсон сел прямо, отбросив ногой в сторону отрубленную голову, которая лежала в луже свернувшейся крови. Голова покатилась по пропитанным кровью простыням.

– Твою мать..., – прошептал он словно экстазе. – Мы знамениты, детка.

На экране два изображения, расположенные бок о бок, заполнили кадр. Рисунки были грубыми, но жутко точными.

Слева была изображена Лара – короткие темные волосы, эльфийские черты лица.

Черт, они даже запечатлели ту хитрую ухмылку, которая так часто блистала на ее лице.

Справа – портрет самого Джейсона.

Ему показалось, что он смотрится в зеркало.

Это было чертовски хорошее сходство. Как будто художник рисовал с натуры. Как будто этот ублюдок знал их лично.

Талантливый парень, – подумал он.

Лара сидела рядом с ним, положив руку на отрубленную голову девушки. Она нервно теребила волосы, рассматривая свое собственное изображение, транслируемое на экране на всю территорию США.

Джейсон протянул руку и взволнованно взъерошил ее волосы.

Репортер просил общественность сообщить любую информацию, которая могла бы помочь установить личность и задержать подозреваемых, но Джейсон не обращал на это внимания, слишком увлеченный изображениями на экране.

Это был момент славы.

Но что, черт возьми, происходит с Ларой? Она, кажется... неужели в панике?

Он нажал на кнопку пульта, выключив телевизор, и переключил все внимание на нее.

– Ты в порядке, детка? – спросил он, нежно поглаживая ее по плечу.

– В порядке? Нет, Джейсон, я ни хрена не в порядке...

Он на мгновение нахмурился, смятение овладело им.

– Я, блядь, в восторге! – крикнула Лара. Ухмылка, вспыхнувшая на ее бледном лице, заставила Джейсона снова поверить в свою влюбленность в нее.

Черт, она была что-то с чем-то!

Ухмыляясь, он наклонился и притянул ее в свои объятия.

– Потрошители Западного побережья, детка! Они даже придумали нам прозвище. Как тебе это такое дерьмо?

Лара прижалась лицом к его лицу, запустив руки в его длинные каштановые волосы.

– Я чертовски люблю тебя, чувак... – промурлыкала она.

Ее язык проник в его рот прежде, чем он успел ответить. Его язык встретился с ее, и они растворились в долгом, затяжном поцелуе, пронизанный головокружительной дозой страха, возбуждения и гордости.

Джейсон знал, что этот день настанет. Они оба знали. Вместе с Коннором и Фионой они насиловали, пытали и убивали на всем побережье уже больше месяца. Когда-то это должно было случиться. Они знали, что это произойдет, и ожидали этого.

Все было как в старых фильмах, которые он так любил. В тех, где влюбленные убийцы были в бегах: "Бонни и Клайд", "Безумное оружие", "Они живут по ночам" или "Садист".

Он вырос на этих классических фильмах, а теперь чувствовал себя как в собственном гребаном фильме, да еще и в главной роли! Он войдет в историю как один из самых плодовитых и жестоких убийц Америки, а вместе с ним и его небольшой, но верный круг последователей.

Они войдут в историю, его маленькая банда убийц, и Джейсон не мог этим не гордиться.

С усилием воли и сожалением Джейсон отстранился от Лары. Он посмотрел в ее глаза, увидел счастье, плескавшееся в них, и не смог удержаться, чтобы не рассмеяться вслух.

– Пойдем, расскажем об этом нашим.

ДЕВУШКА

Несмотря на то, что оба ублюдка видимо пытались привести себя в порядок, на телах обоих все еще оставались пятна крови.

Парень, казалось, наспех принял душ. Его темные волосы были еще мокрыми и облепили череп словно водоросли, а щеки окрасились в блекло-красный цвет. Казалось, что он обгорел на солнце. Она не сомневалась, что его цветущий вид – это последствия тех ужасов, которыми они подвергли ее сестру. На плече у него висела черная сумка и казалась весьма тяжелой.

Девушка с ним была намного чище, хотя ее ноги были усеяны маленькими пунцовыми крапинками, напоминаниями о совершенном ею злодеянии.

Ублюдки-убийцы даже не взглянули на нее, войдя в комнату. Словно она была невидима. Как будто все, что они только что сделали с ее бедной невинной сестрой, ничего не значило.

Эти люди были чудовищами.

Она глубоко вздохнула, сдерживая слезы, и уставилась на них в ожидании.

В том, как эта пара ввалилась в комнату, чувствовалась какая-то спешка. Они были словно наэлектризованы, очень возбуждены, с горящими глазами.

У нее свело живот, когда она увидела этих зверей такими счастливыми, такими беспечными. Они только что убили Келли и при этом не только могли жить с этим, но и радоваться своей дикости? Они были похожи на двух детей, собравшихся на ярмарку развлечений.

Она сама всегда волновалась и испытывала неоспоримое чувство вины, когда причиняла кому-либо боль, случайно или по другой причине. Не то чтобы она когда-либо причиняла физический вред другому человеку. Одного лишь факта разочарования близкого человека было достаточно, чтобы ее сердце и разум погрузились в темный каньон сомнений и ненависти к себе.

Нежелательный образ ее сестры бросил свой темный отблеск на панораму ее сознания – испуганная, страдающая, смертельно напуганная.

И я ее подвела.

Девушка не смогла ее спасти. Она вообще не могла ничего сделать, кроме того, что с ужасом наблюдать, как ее, связанную по рукам и ногам, раздели, а Келли утащили в другую комнату.

Она почувствовала, как слезы пытаются вырваться наружу.

Не защитив Келли, она совершила самое большое предательство из всех возможных.

Мужчина, Джейсон, бросил черный рюкзак у изножья кровати и сел рядом с молодым, явно менее уверенным в себе парнем, которого она знала, как Коннора. Он взъерошил волосы молодого человека, как это сделал бы старший брат, узнав, что его младший забил свой первый мяч, и даже поцеловал Коннора в голову. Молодой человек покраснел, явно испытывая благоговение перед главарем. Партнерша Джейсона проскользнула в комнату, как кошка, готовящаяся к нападению. Она подошла к окну и закрыла шторы, отсекая тепло солнечного света. Пылинки расступились, а затем исчезли во мраке, прервав свой хаотичный танец.

Она опустилась на стул у небольшого стола, стоявшего в углу комнаты. Вздохнув, она порылась в карманах короткой джинсовой куртки, вытащила пачку сигарет и сунула одну в рот.

Вторая девушка, Фиона, беззаботно лежала на кровати, положив голову на две мягкие подушки. Она даже не открыла глаза, когда альфа-пара влетела в номер, но улыбка коснулась ее губ, когда та услышала, как захлопнулась дверь комнаты.

– Я предполагаю, – сказал Джейсон, – что вы, крошки, не видели новостей?

Коннор нахмурился.

– Какие новости?

– Единственные новости, которые имеют значение, придурок, – ответил Джейсон, ухмыляясь. – Слишком заняты своим трахом, словно только что сбежали с выпускного.

– Ну... –  усмехнулся Коннор.

Джейсон шлепнул его по руке.

– Мой парень. Нужно поддерживать огонь. Я удивлен, что ты не занялся нашей гостьей. – Он кивнул в сторону девушки.

Девушка встретила его взгляд, выдержала его, позволила ему почувствовать свою холодную ярость.

Джейсон рассмеялся.

– Черт, кажется, я понимаю, почему. Она откусит тебе член, если ты попробуешь сунуть его ей в рот. Ни капельки не похожа на свою сестру.

Услышав, как он упомянул Келли, девушка потеряла контроль над собой. Ярость взяла верх над ее решимостью не показывать своих эмоций. С рычанием она бросилась вперед. Конечно, это было бесполезно. Она упала на пол, сильно ударившись головой, и лежала, задыхаясь. Задыхаясь от ненависти.

Она была беспомощна, как котенок.

– Черт, девочка! – воскликнул Джейсон, под смех остальных троих. – У тебя, блядь, огонь в заднице, не так ли? Я думаю, с тобой будет очень весело играть. Коннор, Фиона... поднимите нашу маленькую принцессу. Прислоните ее спиной к стене. И будьте осторожны, а то укусит. У нее острые зубки.

Коннор и Фиона двинулись в унисон, без слов, но улыбаясь от предвкушения. Они присели на корточки по обе стороны от нее и грубо подняли девушку на ноги, подхватив под руки. Она не сопротивлялась, понимая тщетность любой попытки дать отпор. И тут же увидела угасший взор Джейсона. Ее покорность была ошибкой. Глупой ошибкой. Она больше не допустит ее, хотя ущерб, скорее всего, уже нанесен.

Она позволила им прижать ее к стене.

– Вот так, сучка. Теперь садись и веди себя хорошо, – сказала Фиона, и, наклонившись ближе, прошептала ей на ухо: – Мы собираемся отрезать твое чертово красивое личико, ты знаешь это, сучка?

Девушка не реагировала. Она оставалась невозмутимой, даже когда в ее голове промелькнула мысль:

Эта сука, похоже, ревнует. Несмотря на то, что меня насаживают на шампур, как свинью, и кладут на колени по ее милости, она ревнует. Просто как капризная, неуверенная в себе школьница. Я могу использовать это. Я могу использовать это против маленькой ведьмы, когда придет время. Когда придет время...

Взбешенная ее спокойствием, Фиона плюнула ей в лицо. Девушка не дрогнула.

– Фиона, – сказал Джейсон с насмешливым назиданием, – так нельзя обращаться с гостьей. Мы должны держать ее в чистоте, милая. Чистой, для... для наших игр.

Он спрыгнул с кровати с легкостью грацией, говорившей о самоуверенности, по сравнению с которой мелкие трепыхания Фионы были просто смешны, и сделал два шага к ней.

Джейсон навис над ее лицом. Она чувствовала запах его дыхания – тошнотворную смесь бурбона, никотина и травки. Его темно-зеленые глаза, казалось, впивались в нее, пытаясь проникнуть в нее, понять ее.

Девушка держалась стойко.

На губах Джейсона появилась легкая улыбка. Он облизнул их, рассматривая ее.

При других обстоятельствах этот мужчина, вероятно, пленил бы ее. Он был красив. Опасный, загадочный, уверенный в себе. Он словно заполнил собой все пространство. Не трудно было понять, как этот харизматичный человек смог повести свою порочную паству за собой. Такие люди, как он – монстры – всегда могли выявить в толпе похожих на себя. Ненормальных. Потенциальных убийц.

Его внешность полностью затмевала гниение души. Он был мазком на портрете Дориана Грея. Легкомысленная улыбка Теда Банди, скрывающая акульи зубы. Гипнотический танец пламени, притягивающий мотыльков.

Он был злом, а зло часто носит прекрасную и привлекательную маскировку.

– Хочешь знать, как мы убили твою сестру? – спросил он. Его громогласный голос теперь был спокоен. Как будто кроме них двоих во всей Вселенной никого не было.

Да, было легко понять, как этот ублюдок руководит своим маленьким стадом.

– Да? Нет? – спросил он, подняв брови.

Девушка не могла ничего сказать при всем желании. Ее же трусики, которые они засунули ей в рот, позволяли ей только рычать или стонать.

Она ничего не произнесла.

Она понимала, что здесь идет игра. Игра без названия, негласная, но абсолютная. Джейсон хотел получить от нее настоящих эмоций.

– Я приму это как "да"... – прошептал он, не разрывая зрительного контакта.

Девушка напряглась. Ее сознание пошатнулось, желудок провалился внутрь. Она чувствовала, как дрожь начинает сотрясать ее тело от ужаса перед тем, что сейчас услышит.

Пожалуйста, не делай этого, – беззвучно молила она всемогущего бога, в которого не верила.

И, конечно, никакой бог не ответил.

Джейсон наклонился ближе, пока их носы не соприкоснулись, и его губы коснулись ее губ. Отвращение накатывало на девушку черными волнами.

– Она была очень привлекательной, твоя сестра. Просто чертова лиса. Конечно, не сравнить с тобой, но я уверен, что ты это уже знаешь. Наверняка она очень ревностно относилась к тебе в детстве. Возможно, она равнялась на тебя. Мечтала стать тобой. Это понятно, милая. Черт возьми, Фиона далеко не уродина, но даже она готова порвать тебя за твою внешность. Я прав, Фиона?

Фиона ничего не ответила, хотя ее щеки горели от смущения или ярости.

С этой сумасшедшей стервой трудно было что-то понять.

Джейсон продолжал, не обращая внимания на гневные взгляды Фионы, которые она бросала на них.

– Да, ты тоже та еще лиса, детка, но, как я уже говорил, твоя сестра была очень привлекательной.

Она чувствовала его дыхание на своем лице. Чувствовала мягкость его губ, когда он произносил слова, и его плоть касалась ее.

– Я трахал ее, конечно. Я трахал ее до тех пор, пока она больше не могла терпеть. Я не вставил ей в задницу, хотя мне это приходило в голову. Если честно, я был слишком возбужден ее киской. Она там пахла сахарной ватой, ты знала об этом? Что я говорю...? Конечно, не знала. Но уверен, сама она знала. Лизать ее пизду было как провести день на ярмарке.  Ты же не будешь винить меня за то, что я поспешил кончить, правда? Я ведь всего лишь мужчина. С такой восхитительной пиздой, я говорю: Зачем думать о других дырках? И она была очень тугая. Ты знала, что она была девственницей, твоя сестра? Да...? Нет...? Ну, теперь она уже не девственница...

Трое подельников Джейсона рассмеялись над его язвительностью.

Я убью каждого из вас, мать вашу, – подумала девушка. – Я сделаю это медленно. Я разрежу вас на куски и буду купаться в ваших кишках. Я...

Слова Джейсона прервали ее мысли. Ей оставалось только слушать.

– Не волнуйся. Я позаботился о том, чтобы ее первый раз был таким, который она никогда не забудет. Я сделал его особенным для нее. Фактически, можно сказать, что у нее только что был самый лучший трах в ее жизни...

И снова его маленькая компания сумасшедших последователей рассмеялась. Девушка вспомнила приглушенные крики, которые слышала, когда они убивали ее сестру. Если бы она могла, то скорее воткнула бы шип в барабанные перепонки и навек оглохла, чем услышала бы эти ужасные подробности.

– Коннор... брось эту сумку сюда, – сказал Джейсон.

Она забыла о рюкзаке. Ее волевая борьба с Джейсоном на мгновение прервалась, когда она перевела взгляд на изножье кровати. Коннор поднял черный рюкзак и швырнул его на пол рядом с ней. Сумка приземлилась возле ее левой ноги, и она почувствовала, как сквозь ткань сумки просочилась влага.

Что в сумке?

Девушка почувствовала головокружение, когда Джейсон поднял промокший рюкзак и медленно расстегнул молнию.

Крошечные капельки крови, пропитавшие материал рюкзака и заляпавшие ее голые ноги, привели ее в замешательство.

Джейсон поднялся над ней и, улыбаясь, залез в сумку, что-то зажал в руке, а другой рукой начал тянуть рюкзак вниз.

– На самом деле, можно сказать, что когда я вошел в твою сестру, она, черт возьми, потеряла голову...

Неизвестность закончилась, и рюкзак упал на пол.

Казалось, все произошло в замедленной съемке.

Девушка увидела, что он держал в руках. Сначала она узнала цвет волос, когда он вытаскивал свой сюрприз.

Затем глаза.

Они запали, словно зрачки затянуло в череп, но она никогда бы их не спутала ни с чьими другими.

Затем все лицо, вытравленное в жуткой гримасе ужаса и боли. Застывшее в те последние, адские мгновения.

Остальные аплодировали; они были в восторге от шоу, которое устроил для них их главарь.

Слезы хлынули, горячие и жгучие, когда она оказалась лицом к лицу с отрубленной головой своей любимой сестры Келли. Он держал голову Келли так, чтобы девушка могла все хорошо рассмотреть. Все ужасное. Из разорванного обрубка шеи сестры сочилась на нее густая кровь, но она ее почти не чувствовала.

Джейсон придвинул голову ближе к ней.

– Как насчет того, чтобы поцеловать свою сестру...

Он прижал губы на отпиленной голове к ее собственным.

Отвращение. Отчаяние. Ад.

Она почувствовала, как холод мертвых губ сестры передается ее собственным. Она хотела закрыть глаза, но паралич ужаса сковал ее. Вместо этого она уставилась в омертвевше-серые глаза сестры, и хотя глаза запали, все равно казалось, что они смотрят на нее.

И обвиняют ее.

Почему ты позволила этому случиться со мной? – спрашивали эти холодные, мертвые глаза. -Почему?

Наконец, изо всех сил стараясь не показать этим монстрам никаких эмоций, сохранить спокойствие и сосредоточиться, девушка потеряла себя от ужаса всего этого.

Она кричала, и кричала.

И кричала.

И все это время безжизненные глаза Келли наблюдали за ее свободным падением в абсолютный ужас с холодной беспечностью.

ДЖЕЙСОН

Джейсон выключил телевизор, бросил пульт на кровать рядом с Коннором и стал ждать их реакции.

Где же их вдохновение? – подумал он.

На мгновение в комнате воцарилась тишина. На самом деле, тишина наступила задолго до того, как он выключил идиотский ящик и сообщил своим сообщникам последние новости.

Это точно помогло заткнуть их, хотя после его шутки с их пленницей они уже притихли.

Не то чтобы они были шокированы. Нет, черт возьми. Они вдоволь всего насмотрелись во время их путешествия, чтобы небольшая шутка могла их шокировать. Они просто были увлечены шоу, которое он устроил для них со связанной девушкой и головой ее сестры.

Девушка сломалась, как он понял. Она была стойкой, но стойкие ломаются так же, как и слабые, хоть и позже последних.

Она потеряла свой образ крутой девчонки, когда он прижал отрезанную голову к ее губам, и, черт возьми, она выла и стонала.

Но по-настоящему она обалдела, когда он задрал ей юбку и просунул голову ее сестры туда, между ее мягких бедер. Он всего лишь потерся губами ее мертвой сестры о ее промежность, прежде чем на ее лице появилось такое знакомое остекленевшее выражение. Тот самый взгляд, который он видел всегда, когда его жертвы разбивали свои толстые черепа о крышу полного осознания. Она неожиданно прекратила свои вопли и погрузилась в свой гребаный мир, не издав ни звука, пока он терся о ее пизду мертвыми холодными губами ее сестры.

Все они рано или поздно ломались.

Все.

По правде говоря, он был немного разочарован, что это произошло так быстро. У девчонки был дух. Она была крепким орешком. Он был очарован ее внутренней силой. Это было нелегко, слушать, как убивают твою сестру, и тот нежный поцелуй смерти, который он подарил ее киске с помощью отрубленной головы, полностью дезориентировал ее.

Он надеялся, что она продержится еще немного.

Было веселее, когда она была адекватна.

К черту, – подумал Джейсон. – Он все равно повеселится с ней.

Они все повеселятся.

– Итак... – спросил он. – Есть вопросы?

Первой ответила Фиона. Ее челюсть отвисла, а поза выдавала шок.

– Мы в жопе, – пробормотала она. – Мы в полной жопе.

Лара покачала головой.

– Успокойся, Фиона. Все в порядке.

– Все в порядке!? – выдохнул Коннор. – За нашими задницами охотится вся полиция штата. Как это "все в порядке"?

Джейсон одарил своего молодого приятеля своей самой лучшей, самой победоносной улыбкой.

– Ты должен смотреть на это в перспективе, – сказал он, медленно вышагивая по комнате. – Мы все знали, когда отправлялись в этот маленький "семейный отпуск", что мы никогда не доберемся до границы мира. Мы движемся по улице с односторонним движением. Это никогда не могло быть чем-то другим. Ты не можешь шлепать по всей Калифорнии, убивать и жить припеваючи, не получив в итоге по заднице. Это век слежки, приятель. Всевидящее око всегда наблюдает. Большой брат знает твое имя, цвет твоих волос и размер твоего члена еще до того, как ты сам его измерил. Это чертово чудо, что они еще не назвали наших имен. Еще большее чудо, что этим сукиным детям понадобилось столько времени, чтобы нас вычислить. Ты должен быть доволен. Посмотри на это с другой стороны. Мы убили, сколько... сорок, может, пятьдесят человек, и не попались до сих пор полиции и не словили пулю. Мы практически благословлены, чувак.

– Я понимаю, Джейс, но, Господи, как, блядь, мы выберемся из этого дерьма? Они будут охотиться за нами, искать под каждым гребаным камнем. Нам негде будет спрятаться, чувак.

Джейсон улыбнулся.

– Расслабься.

– Я не могу, блядь, расслабиться! Нас, наверное, пристрелят, как только мы выйдем за дверь этого мотеля! Возможно, прямо сейчас в кустах припаркована вооруженная армия, готовая отправить нас прямиком в ад!

– Мы в полной заднице, – простонала Фиона.

– Как я и сказал... расслабься. Все, что нам нужно сделать, это собрать наше дерьмо и двигаться дальше. Мы можем вернуться на дорогу через десять минут, легко. Вы видели репортаж... у них нет на нас ничего, кроме пары фотороботов, ребята. Ни имен, ни фамилий. Ничего. Черт, они даже не знают, в каком направлении мы движемся.

Коннор в ужасе покачал головой.

– Ты сам это сказал, Джейс. Мы живем в эпоху слежки. У нас нет ни единого шанса.

Джейсон перестал расхаживать по комнате. Он бросил быстрый взгляд на девушку в углу.

Все еще в ступоре. Хорошо.

Сейчас это, скорее всего, было благословением. Эти трусы и так были напуганы, без того, чтобы она создавала лишние проблемы. Он повернулся к Коннору, не обращая внимания на Фиону. Парень потел, как свинья. Выглядел он так, словно сейчас грохнется в обморок.

– Слушай, они не могут нас отследить. Мы не носим с собой никакой электроники, Кон-мэн. Мы постоянно в движении и нигде подолгу не задерживаемся. Эти засранцы могут засечь наше местоположение, только если мы будем неосторожны. На данный момент, мы чертовы призраки. Всадники бури. Между нами и последним вздохом целая куча дорог, приятель, и я хочу убедиться, что мы проедем по этой дороге до конца, слышишь меня?

Коннор опустил голову, тяжело вздохнув.

– Да, наверное, слышу. Это просто пугает, чувак. Я имею в виду, это все. Мы умрем.

– Все умирают, Кон-мэн. Но не каждый получает возможность оставить свое наследие истории.

– Наверное... – пробормотал Коннор.

Господи, какой же ты слюнтяй.

– Наверное? Слушай, мы уже вошли в историю. Эти ублюдки никогда нас не забудут, чувак. Они напишут книги об этом дерьме. Они снимут фильмы. Адам Драйвер сыграет тебя, а Эллен Пейдж – Фиону. Твое имя войдет в учебники истории, Коннор.

– Значит, мы умрем только для того, чтобы стать знаменитыми?

Лицо Джейсона покраснело. Он почувствовал, как гнев поднимается и пылает красным цветом на его щеках. Без предупреждения он бросился через комнату и грубо схватил Коннора за горло. Его позабавило то, как лицо парня перекосило в испуге. Это напомнило ему детство, когда его отец делал с ним то же самое, хотя и в более жесткой манере.

Он заставил Коннора поднять голову и посмотреть ему в глаза.

– Посмотри на меня, Кон-мэн... Я знаю, что ты сейчас немного напуган, но ты прекрасно знаешь, черт возьми, почему мы это делаем, и это не имеет ничего общего со славой. Ты меня понял?

Страх в глазах Коннора был ощутимым. Джейсон практически чувствовал его вкус.

У парня была склонность к извращениям, но в конце концов, он был всего лишь еще одним заблудшим ягненком, нуждающимся в пастухе, как и все остальные в этом гнойном пиру нации.

– Мне, блядь, напомнить тебе, почему ты здесь, Коннор?

– Нет, – пробормотал молодой человек.

– Прости... я тебя не расслышал.

– Я сказал – нет.

Лара спрыгнула с маленького стола, на котором сидела, покуривая косяк.

– Оставь его в покое, Джейсон. Господи. Он просто немного напуган. Не нужно пугать его еще больше.

Джейсон ослабил свою железную хватку на горле Коннора и сделал шаг назад. Он глубоко вдохнул, собираясь с духом.

Ему не нравилось злиться на парня. Коннор ему нравился. Даже воспринимал его как младшего брата.

Но это дерьмо было важно.

Мужик должен оставаться мужиком.

К черту.

Вздохнув, он потянулся за спину, достал из пояса кожаные ножны и вытащил нож Боуи^[1].

– Как насчет того, чтобы преподать вам всем небольшой урок мотивации...

Коннор бросился в сторону, стараясь оказаться как можно дальше от лезвия Джейсона. Спрятаться было негде.

– Джейсон! – закричала Фиона.

В этот момент раздался стук в дверь, за которым сразу же последовал поворот ручки. Дверь не открылась. Джейсон замкнул ее за собой, когда входил.

Черт.

Он поднес палец к губам. Все замолчали.

Приглушенный голос доносился с другой стороны двери. Мужской голос.

– Откройте. Полиция.

Вот дерьмо...

Никто не пошевелился. В комнате воцарилась мертвая тишина.

– Я знаю, что вы там, маленькие засранцы. Нам уже дважды звонил менеджер этой дыры и жаловался с тех пор, как вы появились. Вам, гребаные детишки, нужно научиться уважению, вечно тусуетесь и плевать хотели на покой других. Немедленно откройте эту чертову дверь, или я сам ее открою! У меня есть ключ.

– Сейчас открою, офицер, – крикнул он через дверь.

– У тебя две минуты, придурок, – прозвучало в ответ.

Джейсон указал на пленную девушку, которая молчала как мертвая.

– Коннор... Лара... отведите ее в ванную. Я должен впустить этого говнюка

– Просто убей его, – промурлыкала Лара, спокойная, как тибетский монах.

– Нет. Что я только что говорил о том, что надо играть круто? Он просто думает, что мы какие-то панки. Нам нужно...

Полицейский снова ударил в дверь. На этот раз сильнее. Коннор вскочил на ноги и, не говоря ни слова, направился к связанной девушке. Лара последовала за ним.

– Я уже иду, – крикнул Джейсон.

– Открывай немедленно! – прорычал полицейский. Джейсон слышал, как свинья бормочет себе под нос за дверью: – Чертовы маленькие говнюки.

Пока Лара и Коннор медленно тащили девушку за руки к ванной, Джейсон быстро осмотрел себя в грязном, заляпанном зеркале у двери.

Он выглядел нормально. Большая часть крови смылась, так как он тщательно вымылся после того, как позабавился с жертвой в своем номере. Он достал из кармана свежую салфетку и вытер брызги крови, оставшиеся после того, как он возился с головой, вытащенной из рюкзака.

Джейсон предполагал, что когда его маленькая банда недоумков узнает о выпуске новостей, то запаникуют и захотят как можно быстрее разделиться, поэтому заранее позаботился о том, чтобы предупредить возможные последствия.

Мудрый ход, – подумал он про себя.

– Так, я вхожу.

Его друзья уже затащили девушку в ванную. Он кивнул Ларе, и та закрыла за собой дверь. Она знала, что делать. Если девушка хоть пикнет, Лара перережет ей горло от уха до уха.

Как только дверь в ванную закрылась, Джейсон направился к входной двери. Фиона лежала на кровати, изо всех сил изображая спокойствие.

– Иду, офицер, – сказал он.

Джейсон отпер засов и открыл дверь.

Полицейский выглядел так, как он и предполагал по голосу. Коренастый, тучный настолько, что его форма грозила расползтись на его необъятной фигуре, уже перешагнувший средний возраст, слегка лысеющий пузан предпенсионного возраста, но с показной бравадой. Обычный старый пердун, посланный по служебной надобности утихомирить буйных детишек.

Джейсон тут же нацепил свою самую невинную улыбку, сверкнул блестящими белыми зубами и протянул офицеру руку для рукопожатия.

– Послушайте, я очень сожалею о шуме...

Полицейский посмотрел на протянутую руку Джейсона так, словно это собачье дерьмо, прилипшее к его ботинку.

– Мне плевать, что тебе жаль, а что нет, солнышко! Думаешь, мне хотелось ехать сюда, в эту дерьмовую дыру, и болтать с тобой и... – коп посмотрел поверх плеча Джейсона. Фиона томно потянулась на кровати, – с твоей маленькой шлюшкой.

Очевидно, этот занудный старый ушлепок был невосприимчив к прелестям обоих полов.

Вероятно, его член был давно полноценной недвижимостью.

– Мы будем вести себя тише, офицер.

– Вам же будет лучше, или я затащу ваши задницы в вытрезвитель и можете там веселиться до умопомрачения. Думаешь, у меня нет других дел, кроме как тащить сюда свою задницу в такое жаркое утро, сынок!?

Старый коп начал повторяться.

Джейсон решил, что это порок всех пожилых людей – брюзжание и бесконечное сетование.

– Я знаю... я знаю... – умолял он. – Мы только что закончили школу, офицер. Приехали сюда, чтобы немного развлечься. Уйти от всего, как говорится. Мы думали, что здесь мы можем расслабиться. Мы не хотели никого беспокоить.

– Да, ну...

– Мне жаль, что вам пришлось тащиться сюда только из-за нас. Такой человек, как вы, заслуживает большего, чем бегать за нашими тупыми задницами. Мне жаль.