Текст книги "Безумный БигБосс 4 (СИ)"

Автор книги: Кай Ханси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

– А ты почему не ушел?

– Я? Мне деньги нужны, как ОЗ, так и энергоны. Хотя я работаю здесь один, но тут пять дней идут за один, для моей небольшой гильдии мои здешние доходы – неплохое подспорье. И я никогда не интересовался местными девушками, все равно, они мне не родят наследников. А в моем городе у меня жена есть. И четыре наложницы. Понимаешь, насколько это удобно? Ты тут ментально стареешь с пятикратной скоростью, а потом возвращаешься обратно в молодое тело и к молодой жене. Разве не круто?

– Круто, конечно, – криво усмехается собеседник. – Но у меня на родной планете не все так гладко. Моя семья, родители, братья и сестры фактически в заложниках у местного тирана. Как и семьи других элитных игроков. Тиран прочно контролирует наши счета, и мы ничего не можем сделать с его правлением.

– Слушай, брат, тогда тебе стоит обратиться напрямую к руководству Фабрики, а не болтаться с нашей фракцией.

– Почему это?

– У них очень гибкие условия сотрудничества. И материнская фракция Фабрики может предоставить различные услуги. Например, они могут открыть у себя отдельный счет на твое имя, где ты будешь копить Очки Заслуг и энергоны, и в нужный момент их переведут на твой счет или на тот счет, который ты укажешь.

– Разве это не звучит слишком сомнительно? Они не обманут меня? Да, и разве не ты говорил, что Фабрики скоро больше не будет?

– Можно заключить Системный контракт, это не проблема. И я не говорил, что Фабрики не будет. Я сказал, что эта фракция может полностью проиграть, и им придется начать все заново. Но на это может уйти много времени. Многие посвященные знают, что материнская фракция Фабрики очень сильна. Ходят слухи, что у основателя здешней фракции всего на Механоиде более ста миллионов игроков.

– Сто миллионов игроков! Как это возможно?

– Мне откуда знать? Может быть, они живут в какой-нибудь развитой галактике и имеют возможность колонизировать другие планеты. Может быть, они живут впроголодь и тратят все средства на покупку капсул виртуальной реальности. Судя по тому, как обустроены дела в Фабрике, последнее может быть недалеко от правды. Во время следующего отпуска я не буду тратить энергоны на новый дом в столице и роскошный флайер, а куплю капсулы и заставлю играть подрастающее поколение. Посмотрим, что из этого выйдет.

Глава 495

– Если подытожить, ты хочешь сказать, что у Фабрики достаточное основание, чтобы пережить бурю? И что мой контракт точно будет исполнен, даже если Фабрика проиграет?

– Я не уверен на все сто, но я никогда не слышал, чтобы Фабрика или стоящая за ней фракция когда-нибудь нарушала контракты. Заставить замолчать всех свидетелей невозможно. У них первоклассные юристы и менеджеры по работе с общественностью, кто бы ни пытался облить грязью Фабрику, у них никогда не было доказательств.

– Как-то мне немного тревожно. А вдруг они больше не берут людей извне? Среди нанятых могут быть шпионы других фракций или даже архангов.

– Я тоже не слишком уверен. Давай я составлю тебе компанию, и мы вместе посмотрим, какие условия предложит Фабрика.

– Отлично!

Условия Фабрика предложила действительно щедрые. Хотя часть заработной платы в Очках Заслуг довольно скудная, но это с лихвой компенсируется количеством предлагаемых энергонов. Оба пришедших игрока не управляют собственной страной или даже городом. Механоид оценил их индивидуальные способности к выживанию и адаптивность к новой рабочей среде. Как миссионеры, до сих пор они проявляли себя очень хорошо. Однако, так как у них нет своей силы на родной планете, им не нужно так много ОЗ для покупки новых технологий и инопланетного оружия.

Более осведомленный игрок просто копит Очки Заслуг на своем аккаунте, чтобы оставить в качестве наследства или использовать в крайнем случае. Он не хочет обменивать ОЗ у крупных фракций своей планеты, боясь привлечь ненужное внимание. Энергонов для безбедной жизни ему вполне достаточно. Второй же игрок отдает все ОЗ и энергоны местному тирану на родной планете, и тот тратит их на укрепление своей боевой мощи и роскошную жизнь. Поэтому для обоих прибывших Очки Заслуг не так уж и привлекательны. Щедрой оплаты в энергонах более чем достаточно.

Что еще более важно, после проверки их досье и короткой (менее минуты), но личной беседы с юной красавицей директором им предлагают контракты наемников. И условия в контракте довольно хорошие. В случае смерти аватара Фабрика просто оплатит создание нового. Заработная плата очень высока, и за воинские достижения предполагаются солидные бонусы. Первому остался всего месяц на планете, а второму – полтора. Если они погибнут, то получат не только некоторую компенсацию в энергонах, но и новое тело. То есть, «заплатив» месяцем жизни аватара, можно получить взамен шесть месяцев. Если же им удастся выжить при условии, что они достаточно хорошо проявят себя в военном деле, им оплатят покупку нового аватара, и бонус будет даже больше.

Конечно, оба соглашаются. Воевать куда интереснее, чем махать киркой в шахте. Тем более, что игроку, чья семья в заложниках у тирана, понадобится много энергонов, если он хочет избежать кабалы. Оба выбирают контракты, предполагающие минимум Очков Заслуг, но максимум энергонов. Фабрике и Гильдии Надежда также это удобно. Аватары игроков Механоида гораздо сильнее местных жителей, у них многократно больше боевого опыта в различных условиях и на различных планетах, и они не боятся смерти. Конечно, граждане Фабрики также не боятся смерти, но таких патриотичных людей следует максимально беречь. В случае неудачи Гильдия потратит Очки Заслуг только на покупку нового аватара, а энергонов у Гильдии достаточно, чтобы не слишком заморачиваться о стоимости контракта с наемниками.

Все подходящие игроки предварительно проходят собеседование с Сяомао, где она задает всего несколько вопросов – является ли ситуация, описанная в анкете верной, является ли игрок шпионом какой-нибудь фракции Механоида, является ли игрок шпионом иной цивилизации. Последние очень редки, но их ловят и казнят на месте. Фабрика просто сообщает ЦМ о том, что игрок подозревается в работе на другую цивилизацию. Система сама инициирует проверку. Если информация не подтверждается, Фабрика выплачивает штраф. Но если Система находит доказательства работы на врага, получаемой награды достаточно, чтобы выплатить десять или двадцать штрафов. Поэтому фабриканты не слишком парятся по этому поводу.

Шпионам других фракций Механоида предлагают крайне важное секретное задание, отчего те приходят в восторг. С ними заключается очень хитрый контракт, в котором полно лазеек, выгодных Фабрике, но для шпионов это не имеет особого значения. В любом случае им платит фракция. Таким образом, их отправляют на режимный объект, где они изучают так называемые новые технологии, а также вытачивают сложные детали для оборудования. Хотя механики Фабрики довольно хороши, опытные миссионеры Механоида куда более адаптивны и обучаемы. Обычно, они просто ленятся, но если нарисованный им пирог довольно велик, они готовы в лепешку разбиться ради результата.

И самое главное, в этом секретном месте у них стремительный карьерный рост. Всего за месяц или два упорного труда можно с должности стажера на должность младшего научного сотрудника. А дальше идут старший научный сотрудник, руководитель группы, менеджер отдела, директор филиала и так далее. На каждом уровне заработная плата значительно вырастает. Конечно, они не знают, что не получат ни копейки в конце срока службы, так как уже попались в ловушку контракта, будучи шпионами. И если кому-то из них удастся изобрести действительно что-то классное, Фабрика просто избавится от него ближе к концу контракта, чтобы стереть память и сохранить изобретение в секрете. И все это время ФМ будет водить за нос другие фракции, пока готовится реальная сила, состоящая из наемников.

Во избежание случайных утечек новых технологий все наемники будут сражаться на дирижаблях и магнолетах архангов. И в качестве оружия они также используют винтовки и пушки ЦА. На данный момент дирижаблей и МЛА для наемников подготовлено не так много. Всего два полноценно восстановленных гигантских дирижабля и около полутора дюжины дирижаблей других размеров, что успели пригнать в центральный регион раньше прибытия врагов. Впрочем, наемников сейчас также не так много. На гигантских дирижаблях даже будет недокомплект.

Дирижабли или их части, оставленные позади армады, все еще буксируют во временный промежуточный промышленный район, находящийся на самом краю нынешней территории Механоида – в двадцати пяти тысячах километров от города Надежда. Временный промышленный район довольно прост, там нет сложных производств, и в основном там ремонтные цеха и верфи. Самая важная часть этого районе – профессиональные работники и высокоточные инструменты и персональное оборудование. Все это легко переместить на новое место. Сами помещения не имеют большого значения.

Хотя буксировщики не жалеют топлива и летят на предельной безопасной скорости, на доставку у них уйдет от одиннадцати до четырнадцати дней. Армаде ЦА, конечно, придется облететь стороной некоторые крепости Механоида. То, что администрации и фракции не вмешиваются, не означает, что Система не взбунтуется, если враги будут лететь прямо над крепостью, а миссионеры молча их пропустят. Поэтому окраины центрального района Фабрики арханги должны преодолеть за 12–14 дней, двое суток из которых уже прошли. Еще нужно время на ремонт, и захваченные позади дирижабли точно не успеют к генеральному сражению. Даже часть дирижаблей, что уже пригнали на ремонт в центральный район, придется отправить во временные ремонтные цеха, так как их состояние не подходит даже для того, чтобы играть роль приманки.

Конечно, самая важная часть состоит в том, что через две недели первый этап эвакуации города Надежда будет завершен. Эвакуировать десятимиллионный город – задача далеко не тривиальная. Но Сяомао разделила ее на несколько этапов. В первых, переселяются три миллиона жителей и работников наземных учреждений, а также один миллион из шахт разлома. Всего – четыре миллиона человек. Оставшиеся два миллиона с поверхности перемещаются в шахты, где срочно создаются укрепления. Их задача – удержать район добычи и не допустить того, чтобы арханги схватили пленных для обращения их в рабов или религиозных фанатиков. На дирижаблях ЦА должно быть несколько сотен тысяч десантников и рядовых солдат, и почти все они вооружены не паровыми винтовками, а пороховыми. И не менее чем у половины из них – относительно современные винтовки со стандартными патронами. Другая половина использует казнозарядные ружья под бумажные патроны. В любом случае, у архангов много рабочих рук. Собирать бумажные патроны вручную – не проблема.

В то же самое время, пистолеты, винтовки и автоматы Фабрики все унифицированные и во всех используются разнокалиберные патроны с металлическим гильзами. Но улучшенные боевые образцы производятся только в последние полгода, и ими пока снабжены только передовые боевые части, ныне участвующие в сражении. Для охраны подземелий могут быть использованы только устаревшие и даже списанные образцы. И многим из охранников придется пользоваться пистолетами, а не винтовками. К счастью, для встречи десанта патронов у Фабрики достаточно. Производства работают на полную мощь, и к моменту прибытия наземной армии боезапас должен восполниться.

В гигантском подземном комплексе города Надежда просто неимоверное количество жилых помещений, складов, ремонтных и производственных цехов, разумеется, помимо основы – шахт и штреков, где добывается несколько десятков различных металлов и минералов. Практически полная номенклатура металлов, которая необходима Фабрике, может быть добыта в разломе. И постоянное население шахт обычно составляет пять миллионов разумных. Часть из них – граждане Фабрики, работающие вахтами. Но также здесь есть и пленники, а также каторжники.

За последний год многих кадровых работников здесь заменили каторжники или принудительно трудящиеся. Затем начали добавляться пленники из разных цивилизаций, прибывшие в Фабрику за наживой и гостеприимно принятые на постой. Искаженные гоблины, как раз, из их числа. И недавно к ним присоединились военнопленные архангов. Глубоко под землей в бесконечных переходах всем им будет трудно поднять восстание. Руководство местных шахт может не только прекратить поставку пищи вниз, но и воды, керосина, даже кислорода в некоторых случаях. Здешним обитателям можно рассчитывать только на помощь извне.

С других шахт и месторождений, даже если они уже хорошо разработаны, фабриканты постепенно уходят, передавая все работы различным фракциям Механоида. Фракции – не дураки, все знают, что Фабрика в кризисе, и эти залежи в любой момент могут быть уничтожены противником. Предварительный аванс фракции платят совсем небольшой, и контракты заключены таким образом, что фракции не будут платить арендную плату, пока противник рядом, и они не могут работать. Кроме того, если шахта будет повреждена в результате военных действий, Фабрика обязана восстановить ее за свой счет или значительно снизить стоимость аренды.

На все это Сяомао идет без проблем, даже не спрашивая разрешения у вечно занятого Босса. Главное – люди. А ресурсы можно накопать еще где-нибудь. На все большем количестве объектов остаются только статисты, логисты и повара. Их легко собрать и переместить в другое место, если противник окажется рядом. Да, Максовия переживает не лучшие времена, но худой верблюд, все равно, больше лошади. Поэтому арендаторы не смеют играть. Они честно сдают свою добычу для подсчета, и Фабрика стабильно забирает свой процент. Поставляется ресурсов теперь намного меньше, чем раньше, но это временно. Когда перемещенные сотрудники получат новое рабочее место, добыча вернется в прежнее русло.

* * *

Через несколько дней пути армада достигает второго эшелона обороны Фабрики, не зная об этом. В последние дни они движутся быстро и уверенно, и фабриканты едва оказывают сопротивление. При приближении к очередному горному хребту армада немного сокращает расстояние между отрядами, но не слишком, угроза дымовой области все еще возможна. Сначала к хребту подлетают гигантские дирижабли, и только после них следуют летательные аппараты поменьше. Магнолеты и дельтапланы летают в непосредственной близости от дирижаблей, проводя разведку местности, но они не опускаются слишком низко, потому что за последние дни все те, кто подлетел близко к поверхности, обязательно подвергался атаке из пулеметов или ПЗРК. Но сегодня им стоило бы пойти на больший риск.

Внизу в области, казалось бы, покрытой камнями и кустарником, далеко не вся местность таковая. На не слишком крутых склонах гор выровнено много полос земли. Эти полосы выровнены каскадом почти от самого подножья гор до крутых скал. И даже в крутых скалах то тут, то там прорыты углубления. Полосы одного уровня перемежаются тоннелями, прорытыми в склоне горы или в скальном уступе. И по всем полосам, а также в тоннелях проложены железные дороги, которые в конце уходят глубокий горный тоннель. И сейчас на открытых участках стоит множество пушечных бронепоездов с зенитной артиллерией разного калибра. Их не видно, так как склон укрыт тентом, сшитым так, что на его внешней стороне проявляется рисунок камней, травы и кустарников. А тент на скалах имитирует только камни. Его сделали промышленным способом, поэтому такого тента у Фабрики много. Чтобы она не сильно колыхалась на ветру и не мешала стрелкам, маскировку растянули на множестве стальных столбов. Через большое количество круглых отверстий в тенте наводчики пушечных бронепоездов прекрасно видят свои цели, но вот сами пушки не видно.

Первыми в небо снова стартуют ракеты с дымовыми шашками. И они задымляют значительную часть местности, однако, область дыма довольно узкая в толщину, но она распространяется далеко в стороны и вверх. Сегодня фабрикантам немного повезло, ветер в сторону гор не сильный, и дымовая завеса не распространяется в горы. И в этот момент шесть небольших летающих крепостей, мимикрирующих под горные вершины, открывают огонь из главного калибра по гигантским дирижаблям по фронту. Их пушки очень мощные и наносят довольно ощутимый урон даже гигантским дирижаблям. Те начинают разворачиваться, чтобы дать отпор.

Второй залп производят пушечные бронепоезда. Но они выбирают себе цели поменьше – множество малых и средних дирижаблей. Зенитные орудия стреляют прямо сквозь тент. Создатели заявили, что он плохо горит, и в Фабрике не принято сомневаться в словах ответственных лиц. Множество пуль и снарядов взлетают в небо. Одним дирижаблям везет, и мало кто выбирает их своей целью. Другим же везет намного меньше. Несколько малых дирижаблей и один средний буквально разрывает на куски из-за множества попаданий. Скорострельные зенитные турели активно выводят из строя немногочисленных разведчиков и прочих летунов. А когда их не остается, они просто стреляют в дирижабли. Пули малого калибра не способны повредить даже малые дирижабли, но если случайно попасть в бойницу, можно прибить какого-нибудь стрелка. И работа вражеских наводчиков также будет осложнена. В любом случае, начальство приказало на этот раз не экономить патроны.

Капитаны и командиры оставшейся за завесой части армады не совсем понимают, что происходит, но они слышат артиллерийскую канонаду на той стороне. Недолго думая, они направляют свои воздушные суда прямо в дымовую завесу, собираясь пройти ее насквозь. И когда они оказываются на той стороне, то удивляются масштабам сегодняшней битвы.

Глава 496

А на другой стороне примерно два десятка гигантских и полсотни малых и средний дирижаблей атакованы и с воздуха, и с земли. Двадцать левиафанов вынуждены перестреливаться с шестью вражескими летающими крепостями, которые еще больше и тяжелее. Проигнорировать их невозможно, так как калибр пушек у этих штуковин также больше, чем главный калибр дирижаблей. С ними может сравниться только орудие дирижабля архиепископа – флагмана армады. Однако, это орудие только одно на всю армаду, а здесь их шесть. Плюс другие крупнокалиберные пушки крепостей. Если их не подавить огнем, то постепенно все крупные дирижабли армады будут расстреляны.

Поэтому прибывающие из-за завесы дирижабли также вынуждены нацелить свои пушки на летающие крепости, проигнорировав все остальное. А остальное также складывалось не очень хорошо. Наземная пушечная артиллерия просто рвет в клочья малые и средние дирижабли, одного за другим. Из первоначальных пятидесяти к моменту, когда прибыло подкрепление, в строю осталось всего тридцать. А ведь не прошло и пяти минут боя. Понятно, что первая атака была самой точной и массированной, но и дальнейший обстрел не кажется легким.

Пушки гигантских дирижаблей, чей размер и дальность стрельбы недостаточны для атаки на летающие крепости, подстраиваются под ситуацию и пытаются попасть в наземные цели. Вместе с ними огонь открывают малые и средние дирижабли, прибывшие с опозданием. Пушечные бронепоезда огрызаются в ответ, стреляя во все подряд, независимо от размера. Зенитные пулеметы также входят в раж, не давая взлететь с борта дирижаблей ни одному МЛА и усложняя жизнь вражеским пушкарям. И наводчики бронепоездов не собираются останавливаться. Они продолжают и продолжают стрелять, словно у них бесконечный боезапас.

Через несколько минут понимают, что фабриканты решили дать здесь решающий бой и не намерены отступать. На стороне архангов становится все больше и больше дирижаблей, но артиллеристы Фабрики и не думают останавливаться. Земля постепенно покрывается воронками, арханги выбивают один бронепоезд за другим. Хотя если считать чистыми потерями, то потери архангов не идут ни в какое сравнение. На полосах земли остались только вагоны с пушками. Тепловозы и грузовые вагоны, а также весь случайный персонал уже спрятались в глубинах гор. Конечно, пушки очень дороги, в особенности орудия, произведенные Максовией. Однако, наземную пушку можно вывести из строя, только точно попав в нее. Но сделать это не так-то просто.

На этот раз фабриканты не собираются убегать, поэтому заранее расставили отдельные вагоны с орудиями по всем склонам. И между каждым орудием не менее пятидесяти метров свободного пространства. А вот пушки на дирижаблях упакованы плотно. Да, дирижабль движется, но нельзя сказать, помогает это ему при стрельбе или мешает. Некоторые капитаны дирижаблей приказывают просто бомбить скалу, чтобы спровоцировать горный обвал, но часть свалившихся с гор камней проваливается в широкий и глубокий ров, опоясывающий крутую часть горы. Еще некоторые камни останавливаются на паре верхних буферных полос, где нет поездов. И оставшиеся падают в широкие траншеи за бронепоездами, не нанося тем ущерба.

Несколько гигантских дирижаблей хотят подобраться поближе, чтобы начать массированное бомбометание на артиллерию внизу, но на них сразу же обращают внимание пушкари летающих крепостей и крупнокалиберные зенитные орудия внизу и на скалах. Самое неприятное то, что скальная артиллерия также довольно сильна, но подготовлена еще более тщательно, чем наземная. Составы скальных бронепоездов по большей части спрятаны за толстым слоем камня или чего покрепче, потому как пробивается этот слой с трудом. В поле зрения наводчиков попадает только ствол. Да, у скальных пушек очень узкий угол обстрела по вертикали. Но дирижаблей в армаде очень много. Найти цель не проблема.

За всем за этим капитаны армады не замечают, что их воздушный флот все более и более выравнивается в одну линию. В другое время это не имело бы особого значения, но в этот раз против армады работает Фабрика, славящаяся своей точностью в расчетах. Когда до первой линии пушечных бронепоездов остается не более пятисот метров, на горизонте с обоих флангов армады появляются по двадцать малых боевых дирижаблей. В то же самое время по всей первой оборонительной линии срабатывают дымовые шашки. Бронепоезда и раньше было видно частично, так как тент все еще упорно держится на столбах и никак не загорается, но он не создает препятствий для стрельбы фабрикантов. Теперь всю первую линию и вовсе не видно.

Ранее составы этой линии уже сняли упоры и перешли на стрельбу холостыми снарядами, которые создают вспышку и дым, но отдачи от них нет. Тепловозы выезжают из тоннелей. Где это возможно, они толкают состав впереди себя. Но в некоторых местах ЖД-полотно разбито, и можно только тащить пушки за собой. В некоторых местах заблокирован выезд из тоннеля или какой-то состав оказывается в изоляции, когда повреждены рельсы по обе стороны. Также немало получивших повреждения составов, которые больше не могут сдвинуться с места. За пару минут, пока дирижабли противника достигают первой линии, удается эвакуировать только две трети пушек и 90% личного состава. К сожалению, оставшиеся 10% либо убиты, либо контужены, либо не могут двигаться. Они могут только ждать конца боя и надеяться, что в них не прилетит бомба или снаряд.

Наверху часть дирижаблей армады разворачивается для встречи новых врагов, но большая часть начинает бомбить первую линию. МБД, заняв позицию, начинают посылать ракеты волну за волной. По таймеру эти ракеты взорвутся, когда почти достигнут противоположного конца наступательной линии дирижаблей армады. Но до тех пор у них довольно много шансов найти свою цель. Ведь все эти ракеты не только немного меняют направление полета в сторону крупного металлического объекта, но также имеют магнитный взрыватель. Ракете достаточно соприкоснуться с бортом дирижабля или пролететь в метре от него несколько секунд, и взрыватель срабатывает.

Если мимо ракеты пролетит другая ракета, снаряд или даже магнолет, силы воздействия будет недостаточно. Только достаточно крупный объект может спровоцировать взрыв. Поэтому почти каждая ракета взрывается возле того или иного дирижабля. И начинка ракеты также не обычная. Взрыв не очень мощный, но после него вокруг распыляется облако крайне липкой, едкой и вонючей жидкости. Если живой человек вдохнет это облако напрямую, скорее всего, что он умрет от удушья. Мелкие липкие капельки просто заблокируют альвеолы в легких, а едкость и запах вызовут аллергический отек в бронхах за несколько минут. Конечно, вероятность такого события высоко в небе невелика. Однако, смесь прилипает к поверхности дирижабля, и работать вблизи пораженной поверхности можно только в противогазе или в медицинской маске, как минимум.

Многие стрелки и наводчики дирижаблей, оказавшиеся вблизи облака, просто теряют сознание из-за сенсорной перегрузки обонятельной системы. Головокружение испытывают даже аватары, чья жизнеспособность в несколько раз выше, чем у солдат из числа местных. Боеспособность пораженных дирижаблей падает сразу на 5–20%, чего было бы сложно добиться попаданием обычной ракеты. Макс и Сяомао не очень хотят выставлять напоказ такие губительные вещи. Но нынешняя ситуация не оставляет им выбора.

Через несколько лет или даже через несколько месяцев враги воссоздадут эту жидкость или аналогичную ей, но это будет только некоторое время спустя. И все подряд такой штукой не смогут пользоваться. Во-первых, для этого нужно высокоуровневое химическое производство и умение строить полностью герметичные производственные цеха. Во-вторых, сфера применения очень узкая. В обычной межфракционной борьбе подобное оружие не применить, не навредив себе. А масштабные стычки раньше случались только в центре освоенных земель. Но там имеются представители разных рас, и не на всех это сработает. Тем более, что там применяют и куда более страшное оружие. Не ядерное, но аналогичное боеприпасам объемного взрыва и термобарическим бомбам на Земле.

МБД посылают ракету за ракетой не останавливаясь ни на секунду, пока не расстреливают весь свой боезапас. После чего их двигатели разворачиваются на сто восемьдесят градусов, и дирижабли Фабрики покидают поле боя задним ходом. Хотя у них есть две крупнокалиберный пушки спереди и несколько пушек поменьше, МБД созданы для борьбы с легкой авиацией противника и небольшими вражескими соединениями. Они не слишком годны для прямого противостояния армаде, и офицеры Фабрики никогда не станут использовать ресурсы нерационально. Несколько дирижаблей архангов бросаются в погоню, но это бесполезно. На короткой дистанции МБД могут взорваться потрясающей для дирижаблей скоростью. Ну, и две пушки на носу не для красного словца. Капитаны ЦА боятся попасть в очередную ловушку, поэтому бросают погоню через несколько минут.

В это время уже почти вся армада преодолевает дымовую завесу. Однако, арьергард армады сталкивается с неожиданной проблемой. Позади них внезапно появляется отряд малой авиации Фабрики. Пять сотен «Черных акул», под завязку нагруженных ракетами, и шесть сотен магнолетов. Все это время они честно прятались в лесу, пока не пришло время. Если бы они поднялись в воздух, когда над ними пролетали враги, то зенитные пулеметы тысяч дирижаблей превратили бы их в решето за несколько минут. Но теперь в арьергарде осталось всего пяток гигантских дирижаблей, уже почти погрузившихся в завесу, и несколько десятков отстающих транспортных судов с худшим вооружением и ходовыми качествами. У них даже не осталось прикрытия авиагруппы МЛА.

Для опытных пилотов вертолетов и магнолетов стрельба по этим тихоходам почти ничем не отличается от стрельбы по учебным мишеням. Гигантские дирижабли спереди начинают разворот, но чертова инерция не позволяет им сделать этого быстро. Они слишком долго набирали скорость до максимума, чтобы поскорее присоединиться к сражению. А еще им нужно следить за тем, чтобы не столкнуться с союзниками во время разворота. Несколько минут малая авиация Максовии почти безнаказанно расстреливает отставшие дирижабли, а затем набирает скорость и ускользает в горы до прибытия гигантских дирижаблей.

Основная часть армады в это время наступает на горный хребет, добираясь до каждой новой оборонительной полосы за две или три минуты. Однако, подготовленные заранее фабриканты успевают убраться подальше к этому моменту. Иногда удается ускользнуть вместе с артиллерийским составом, а иногда и просто на своих двоих. Начальство отдало строгий приказ, что нужно в первую очередь спасать себя и раненых, а потому уже технику, если для этого есть время и возможность. С первой полосы удается утащить две трети артиллерии, со второй чуть меньше. С третьей только половину – врагов больше, они подступают ближе и агрессивнее, попадания в сам состав или в рельсы становятся все чаще.

Атака вонючими ракетами дает фабрикантам чуть больше шансов на побег, но сложность его возрастает с каждой минутой. На первой линии было потеряно 10% бойцов, на второй примерно 15%, а на третьей уже пятая часть. К тому моменту, когда эвакуируется последняя седьмая оборонительная линия, общие средние потери составляют почти четверть личного состава и шестьдесят процентов орудий. Хотя есть вероятность, что часть солдат выживет после бомбежки, да, и орудия можно будет восстановить из обломков, но потери весьма болезненные.

Бронепоезда, ведущие обстрел со скал теряют только двадцать процентов техники и двадцатую часть солдат. Летающие крепости расчехляют спрятанные ранее ракетные двигатели и запускают их, в короткие сроки достигнув скорости в сто километров в час, а потом и ста пятидесяти. Гигантские дирижабли могут выдать максимум сто двадцать, приложив к этому неимоверные усилия. Выйдя за пределы поражения главных орудий дирижаблей, летающие крепости сбрасывают на землю толстенные стальные бронелисты, а также здоровенные булыжники с другой стороны, использованные для балансировки. И ни в стальных листах, ни в булыжниках не было ни грамма магнитной руды. Без балласта летающие крепости поднимаются на высоту в шесть километров, которая уже непроста для большинства дирижаблей и недостижима для стандартных магнолетов. Реактивные крепости со временем ускоряются до двухсот пятидесяти километров в час, и архангам становится понятно, что врагов уже не догнать.

Дирижабли бомбят оборонительные линии и расстреливают из пушек артиллерийские позиции на скалах. Вместе с тем, и на этот раз архиепископ не собирается вести сражение с фабрикантами в горах. Он все еще планирует устроить им наземное генеральное сражение в их столице, а также в пещерах разлома, где должны быть десятки тысяч пленных подчиненных, которых можно поставить под ружье, и сотни тысяч пленных и каторжников, которых можно спровоцировать на восстание. Рабы, богатства и ресурсы – вот за что стоит бороться, а не за глупые и бесполезные пещеры.