Текст книги "Безумный БигБосс 4 (СИ)"

Автор книги: Кай Ханси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Вскоре после их отлета на пепелище прилетают магнолеты и ховербайки. Начинается заключительный этап спасательной операции. Некоторые убежища оказываются недостаточно герметичными, либо в них набивается слишком много солдат, и у них не хватает кислорода, чтобы продержаться сутки. Несмотря на все приготовления, Фабрика все еще теряет почти тысячу человек погибшими или пропавшими без вести (скорее всего, они без остатка сгорели в огне), а также полторы тысячи раненых разной степени тяжести. Однако, такие потери не обескураживают ни офицеров, ни солдат. Все они добровольно пришли на это поле битвы, и командование заранее предупредило, что вероятность их возвращения не слишком велика. Пережив еще один день, они становятся еще на один день ближе к победе.

Некоторым утешением может быть то, что враги потеряли куда больше людей. А также много техники и оружия. Фабрикантам удалось даже захватить около трех сотен пленных десантников. Часть из них схватили на начальном этапе противостояния, еще около сотни смогли добраться до входов в тоннели и попросить помощи. Помимо этих десантников имеются еще несколько сотен пленных членов экипажей ранее сбитых вражеских магнолетов.

Арханги, имея колоссальное количество практически бесплатных рабочих, никогда особо не заморачиваются вопросами уборки поля боя. Хотя магнитные и бронесплавы представляют собой большую ценность, их ценность не так велика, как ценность энергетических кристаллов. Более того, армаде все еще нужно двигаться дальше. Чем дольше они задерживаются на одном месте, тем больше времени у фабрикантов, чтобы подготовиться к обороне. Если бы здесь была наземная армия и множество нищих фанатиков, они бы перевернули всю эту область вверх дном, но авангард армии доберется этого места не ранее, чем через неделю. Поэтому уборкой поля боя и поиском выживших занимается Фабрика.

Глава 493

Сначала фабриканты вывозят всех выживших и обнаруженные тела. Затем начинают вытаскивать из земли металлические убежища или обносить бетонные, вынув оттуда все ценное. Попутно все найденные крупные куски металла также отправляются в грузовые магнолеты или наземные самосвалы. Например, сгоревшие и поплавленные ховербайки или вражеские магнолеты. Тубы ракетных установок и другое. На последнем этапе бульдозеры и экскаваторы начинают выравнивать поверхность. Транспортный отдел Максовии за несколько дней привозит с секретных баз неподалеку перерабатывающие установки, которые просеивают грунт, оставляя только кусочки различного металла. Все это потом пойдет на перемалывание, сортировку и переплавку.

У ЦА своя экономическая модель, а у ФМ своя. Хотя кажется, что вся эта возня с послебоевым хламом кажется бесполезной, в действительности за этим стоит глубокий и точный расчет. И наиболее важный показатель – это эффективность труда, на которую, ествественно, влияет вооруженность труда. У Фабрики не так много рабочих, как у архангов. Тем более, что каждому рабочему ФМ, даже если это трудяга на каторге, руководство обеспечивает относительно приемлемые условия труда и максимальную безопасность на рабочем месте. Производственные травмы и смерти здесь стараются свести к минимуму. Питание кадровых рабочих сбалансировано, рабочее время спланировано. Иными словами, стоимость труда работников Максовии в несколько раз, а иногда и в десятки раз выше, чем у других фракций.

Чтобы обеспечивать экономическую целесообразность труда рабочих при такой высокой стоимости, Фабрика постоянно вводит новые станки и оборудование. Однако, для работы на них трудящимся нужно первоначальное обучение. И чем сложнее станок, тем больше времени затрачивается на образование работника. И это снова повышает стоимость труда, что заставляет и дальше совершенствовать машины и станки. Таким образом, стартовые вложения в разработку какой-нибудь новой залежи при всем при этом очень велики. Необходима инфраструктура, трубы, шланги, освещение, столовые и многое, многое другое. Хотя отдача впоследствии будет очень велика, все это, в конце концов, будет похоронено в земле, по большей части.

А вот различный транспорт – это другое дело. Хотя это также машины, транспорт очень мобилен и практичен. Его можно использовать и в гражданской, и в военной сфере. Поэтому транспорта Фабрика строит много. И раз первоначальные вложения уже отправлены, не использование транспорта в практических целях равносильно выбрасыванию денег на ветер. Кажется, что сбор металла и перевоз его на магнолетах к спрятанной в горах железной дороге – дело неблагодарное, это только если сравнивать общие расходы на строительство дорог и грузового транспорта, а также эксплуатационные затраты с созданием инфраструктуры на шахте. Но если вычесть из уравнения стоимость дорог и транспорта, которые также используются для войны, сбор металлолома оказывается достаточно выгодным предприятием, по сравнению с добычей.

После первой дерзкой вражеской атаки на собственной территории арханги серьезно повышают собственную бдительность. Епископы принимают решение расширить зону поисков и уплотнить свою разведывательную сеть. В особенности магнолеты и дирижабли теперь гораздо более тщательно прочесывают поверхность на предмет всего подозрительного. Фабриканты частично разоружают оставшиеся восемь зон ловушек, а также перемещают три мобильных склада, чтобы подготовить новые точки для атаки. Но теперь сделать это в разы сложнее. Однако, офицеры ФМ не сильно расстраиваются. Они объявляют начало охоты на разведывательные машины архангов. Малые летательные аппараты ЦА, находясь вдали от основных сил, естественно, никак не могут противостоять охотничьим командам из трех или пяти магнолетов или вертолетов Фабрики, специально прибывших по их душу. Арханги начинают нести большие потери в разведывательных машинах.

Епископы рассылают отряды дирижаблей в разные стороны. Они никак не могут понять, как враги могут организовать такую тотальную травлю, находясь очень далеко от основных территорий. Боевой радиус реактивных боевых магнолетов невысок. У вертолетов он еще меньше. Иными словами, где-то все эти леталки должны получать топливо и боеприпасы, но арханги никак не могут понять, где именно. У наблюдателей Фабрики лучше оптика, и у пилотов их МЛА лучше обзор. Практически невозможно для пилотов ЦА проследить за своими врагами до их базы. А если за какой-то машиной увязывается слишком много разведчиков или дирижабль, и пилот Максовии не может от них избавиться, он просто направляет свою машину в безлюдную область. Экипаж магнолета просто бросает технику в лесу или в горах, после чего прячется в деревьях или пещерах, где небольшую группу людей трудно обнаружить.

Арханги иногда обнаруживают ЖД-ветку то тут, то там. Но через пару десятков километров эта ветка запросто может уходить под землю или упираться в гору. И поиски другого выхода обычно бесперспективны, ЖД-пути Фабрики запутанны и извилисты. Если не организовывать полномасштабную наземную операцию, десант ЦА не может бороться с фабрикантами в узких тоннелях. Даже профессионально обученная и хорошо оснащенная армия США практически ничего не могла сделать с прячущимися в тоннелях вьетконговцами. Что уж говорить про солдат ФМ, которые хотя и не такие опытные, как десантники архангов, но лучше и разнообразнее вооружены, а также действуют от обороны, что в несколько раз легче, чем нападать.

Во всей этой неразберихе, возникшей по пути следования армады ЦА, фабрикантам таки удается найти возможность и организовать ракетную атаку на отделившийся отряд дирижаблей, командир которого все еще пытался определить место, откуда противник получает логистическую поддержку. От центральной армии армады его отделяют 10–12 часов полета на дирижабле – дальше, чем другие отряды, и офицеры Фабрики посчитали этот отряд самым упорным в поисках. Через несколько дней подготовки небольшая группа магнолетов «не замечает» увязавшегося за ними дельтапланериста, который вскоре обнаруживает новую базу логистики. Дельтапланерист сразу же поворачивает назад и практически скользит вдоль верхушек деревьев. Стоит только протянуть руку, и можно коснуться листьев. «Успешно» ускользнув, он добирается до своего отряда и докладывает начальнику об увиденном.

Епископ сразу же, не дожидаясь приказа из центра, отправляется бомбить базу фабрикантов. И ему удается вогнать своих противников в каменный век. После чего епископ отправляет курьерский самолет с докладом командующему армадой. В это время авианосные дирижабли отправляют свою авиацию для того, чтобы добить выживших. Несколько дирижаблей спускаются, чтобы высадить солдат. Разведчики буквально наводняют небо, и все находится под контролем ЦА.

И именно в этот момент на отряд совершается массовый налет ракет. Небо снова заволакивает дымом и вспышками взрыва. Фабриканты не изменяют себе, и применяют уже проявившую себя тактику. Немногим более пятисот магнолетов подлетают к отряду со всех сторон и включают дым машины. На периферии остаются тридцать МБД и четыре сотни вертолетов, которые зависают в разных точках и контролируют пространство. И в задних частях строя имеются еще несколько десятков дирижаблей разного размера в качестве поддержки. Часть из них собственного производства, другая – захваченные и переоборудованные суда архангов.

Едва только какой-нибудь вражеский летательный аппарат вырывается из клубов дыма, его расстреливают. Пятьдесят магнолетов кружат на периферии отряда дирижаблей ЦА и распространяют дым. Еще около сотни проникают внутрь дымовой завесы на невысокой скорости и охотятся на вражеских пташек, а также оказывают поддержку коллегам. Немногим более трех с половиной сотен магнолетов захватывают или взрывают дирижабли внутри дымовой завесы. Только теперь они атакуют не только малые и средние дирижабли. При возможности магнолеты влетают в открытые ворота ангаров авианосных дирижаблей и создают там локальный филиал ада бомбами и ракетами.

Один из гигантских дирижаблей, находящийся в отдаленнии других, набирает скорость, чтобы вырваться из дымового облака. Однако, на этот раз ситуация сильно отличатеся от прошлого. Выбравшись из облака, дирижабль сразу же становится предметом атаки нескольких МБД и пары десятков вертолетов. Стрелки выехавших из спрятанных ранее тоннелей зенитных бронепоездов, также не зря едят свой хлеб. К моменту, когда дирижабль полностью выбирается из дымовой завесы, он уже весь покрыт подпалинами и дырами. Массивное воздушное судно теряет ход и высоту, пока не замирает в трех сотнях метров над землей или около того. Его окружают вертолеты в небе и нацеливают ПЗРК солдаты снизу. Едва только какое-то из орудий дирижабля подает признаки жизни оно сразу же получает подарок в виде нескольких ракетных боеголовок.

Аналогичное происходит еще с несколькими дирижаблями. Полчаса спустя из дыма вылетают оставшиеся в строю магнолеты. Хотя из-за неподвижности или малой скорости большинства вражеских летательных аппаратов нынешняя операция проходит проще, потери все еще имеются. В кого-то попадает особо ловкий зенитчик дирижабля, другого задевает крупный обломок взорвавшегося выше дирижабля, некоторые сталкиваются с потерявшим направление вражеским магнолетом. Благо, их не так много было изначально, и многие оказались поражены ракетами первой атаки. Большинство из оставшихся предпочли зависнуть на месте, когда оказались окружены дымом. Только у дельтапланеристов не было такой роскоши, для сохранения высоты им нужно постоянно двигаться, из-за чего в дыму многие врезались в дирижабли или магнолеты той или иной стороны, а то и друг в друга. Те, кто был поумнее, когда пережили взрывы ракет, сбросили скорость до минимума и направились к земле, уповая на свою удачу. И многим действительно повезло.

Магнолеты, оставшиеся без боезапаса, сразу же отправились на его пополнение. Остальные присоединяются к воздушной сети, не позволяя вырваться изнутри ни одному противнику. Пятьдесят магнолетов все еще зависли на периферии, распространяя дым по ветру, и фабриканты атакуют снизу еще раз, чтобы создать больше дыма. К ракетным залпам на этот раз присоединяются и пушечные. Бронепоезда внизу развернулись на полную мощь. На земле вся периферия также оцеплена. Если высадившиеся солдаты решат выбраться из пекла пешком, их ожидает большой сюрприз.

Капитаны зависших в воздухе дирижаблей все еще ждут, когда дымовое облако рассеется, терпя бесконечные попадания и редкие столкновения с другими летательными аппаратами. Однако, проходит полчаса, затем еще четверть часа, и еще пятнадцать минут, но плотность дыма остается прежней. Стрелки у бойниц уже начинают непрестанно кашлять. Они могут просто напросто задохнуться здесь. и у капитанов не остается никакого выбора, кроме как на свой страх и риск начать выводить дирижабли из облака. Их скорость совсем невелика, поэтому когда фабриканты замечают массивных объект, выплывающий из облака дыма, у них достаточно времени на реакцию. Концентрированный пушечный и ракетный огонь лишает дирижабли всякой возможности на сопротивление.

В это время к уже израненным небесным гигантам, бессильно застывшим в воздухе, подлетают грузовые магнолеты. Гиганта цепляют крючьями и магнитными захватами, после чего оттаскивают в сторону скалы. Затем на него приземляется множество десантных ботов. Несколько камней скалы вздрагивают и смещаются, за ними открывается проход внутрь. Различная техника для строительства мостов вступает в действие, и между скалой и дирижаблем вскоре появляется несколько подвесных и понтонных мостов. Понтонный мост, это пост, построенный на левитирующих платформах. В зависимости от необходимой высоты в днище платформ устанавливают магнитные блоки. По такому мосту могут даже грузовики проехать. Или БТР, как в нынешнем случае.

До зубов вооруженные десантники и солдаты Фабрики быстро берут под контроль все ключевые части. Кое-где на крупных перекрестках останавливаются бронетранспортеры, поэтому у архангов нет никакой возможности дать отпор. Практически сразу же многочисленные рабочие начинают демонтировать и вывозить с дирижабля все самое ценное. Тысячи пленных, большинство из которых ранены, отравлены дымом или контужены, также вывозят и отправляют вглубь горы.

Когда один дирижабль захватывается, фабриканты прикладывают максимум усилий для захвата второго. В целом на первичную зачистку уходит не более десяти или пятнадцати минут. Хотя дирижабль и очень большой, похожий на миниатюрный город, фабриканты атакуют сразу со множества входов и путей. Конечной зачисткой занимаются более молодые солдаты, а опытные бойцы десанта отправляются атаковать следующий вражеский объект.

К сожалению, вскоре из дымовой завесы прямо вверх вырывается целая группа из тридцати гигантских и нескольких десятков среднийх и малых дирижаблей под предводительством флагмана. Их сразу же атакуют МБД и зенитные поезда. Но объектов слишком много. И им удается вырваться за пределы оцепления. Однако, очевидно, что епископ и капитаны карйне напуганы. Они даже не пытаются сразиться с фабрикантами и спасти оставшихся товарищей, а только улепетывают со всех ног. Некоторые малые и средние дирижабли получают фатальные повреждения и не могут продолжить бегство. В конце концов, когда дым рассеивается и вооруженные силы Максовии подавляют остатки сопротивления, за победителем остаются 23 сильно искалеченных гигантских дирижаблей и три сотни средних и малых, от большинства из которых остались только плавающие в воздухе обломки.

Хотя это все еще грозная сила, и без дымовой завесы они могут взорваться большой силой и прорвать блокаду, экипажи этих летательных аппаратов уже потеряли всякое желание сопротивляться. Летуны Фабрики, включая МБД и другие дирижабли, партиями отправляются на пополнение боеприпасов и топлива, и вскоре блокада обновляется. В это время десантники и солдаты ФМ захватывают вражеские машины, начиная с относительно целых. Некоторым достаточно повезло, что у них поражены только винты, а в целом боеспособность сохраняется. Конечно, раз никто не сопротивляется, и экипаж этих дирижаблей не хочет. В таких случаях, обычно, агрессивных фанатико, желающих продолжать борьбу, связывают свои же.

Огромное черное облако дыма, конечно, замечают другие отряды армады. И их командиры понимаю, что кто-то попал в ловушку. Конечно, они вспоминают пережитую ранее боль и не спешат бросаться на помощь союзнику. И даже если они это сделают, до ближайшего отряда не менее пяти часов лету. Естественно, основная группа дирижаблей армады выдвигается в ту сторону, но им лететь еще десять часов, как минимум. За это время фабриканты успевают посетить все дирижабли на бывшем поле боя. Даже удается поставить на ход четыре гигантских дирижабля и около полусотни средних и малых. Они сразу же пускаются в бега с минимальным составом экипажа, предварительно сбросив все лишнее для облегчения полетной массы.

Десятки тысяч пленных, снятых с дирижаблей и обломков, а также схваченных на земле отправляются в глубины гор, откуда их потом отправят дальше в вагонах для перевозки заключенных. С самыми буйными, а также с аватарами разбираются на месте. Доподлинно неизвестно, могут ли аватары архангов передавать свою память основному телу после смерти тем или иным способом. Поэтому руководство Фабрики не хочет рисковать. Даже интуитивные подсказки могут создать проблемы всей дальнейшей операции. Благо, миссионеров в армии ЦА не так много, как у Механоида. На этот раз буйных и аватаров лишают возможности получить пулю в затылок. Их ждет гильотина. Головы казненных затем складывают в морозильные камеры, минусовую температуру в которых поддерживают жидким азотом, и отвозят в центральный регион Фабрики. Там их ждут маленькие искаженные гоблинята.

Глава 494

Сяомао – верная ученица своего Босса. Она также пошла по славному пути утилитаризма и милитаризма. Через несколько недель она вспоминает об искаженных гоблинах, чье население также может расти. Причем, быстрее, чем коренные стилимцы. Особь становится взрослой за три или четыре года, и тогда ее можно будет припахать. В прямом смысле. Сами по себе искаженные гоблины не блещут умом, их разве что запрягать и использовать в тягловой силе. Но это не имеет особого смысла, ведь на Фабрике много механизмов. Конечно, в целях экономии в сельском хозяйстве их можно использовать, но не более.

А вот если искаженный гоблин съедает мозг разумного – уже другой разговор. Да, и тогда он (точнее она) умом не блещет, но вполне способен к простому труду или не слишком сложному бою. И судя по уже имеющимся в распоряжении Фабрики особям, искаженные гоблины – работники не прихотливые и не привередливые в еде и условиях жизни. Конечно, за ними нужен глаз да глаз, но понятие лени им не особо знакомо. Если они начинают работать, то работают. А если не начали работать, то их нужно припугнуть, и тогда они будут работать в меру своих сил.

На данном этапе у них нет отчетливого самосознания. Если только искаженный гоблин не съест мозги еще нескольких разумных, желательно разных видов, то самосознание у нее не разовьется до конца дней. Благо, они не едят сородичей (без нужды), и мозги сородичей им ума не добавляют. Поэтому их относительно легко контролировать, и демосы смогли развить на Стилиме бурную деятельность за их счет. Разумеется, самоосознанный гоблин мог бы доставить проблем, направив своих сородичей по пути империализма и поедая все и вся на своем пути, но без глубокой культуры и всеобщего образования невозможно создать сложные инструменты и оружие.

Такое могут сделать другие самоосознаные гоблины, но с ними возникает другая проблема. У них есть свои желания, устремления и амбиции. Хотя их также можно припугнуть, но на этом уровне они уже учатся хитрить. В любой момент можно ожидать удара в спину. Высокий, сильный и хищный демос такого не боится, в отличие от маленького гоблина, вдруг решившего стать императором. За тысячи лет развития колонии на Стилиме демосы ни разу не столкнулись с крупномасштабным восстанием искаженных гоблинов, хотя в колонии на ЦД работают десятки, если не сотни тысяч самоосознанных особей.

Изучив все за и против, Сяомао решила использовать этот ресурс, раз уж он оказался у нее в руках. Естественно, в таком случае ей понадобились мозги разумных в большом количестве. Конечно, никто не собирается надругаться над телами мертвых граждан Фабрики. Но вот преступники, приговоренные к смертной казни, – другой вопрос. Особенно аватары миссионеров оказываются весьма полезны. И аватары миссионеров Механоида, и аватары ЦА довольно мощные. В основном их мозги идут один за два. То есть, вынутый мозг можно поделить пополам, и съевший половинку гоблин будет достаточно умен, чтобы работать в шахте. Мозги выдающихся миссионеров можно поделить на три или четыре части. Тут есть сложности с определением могущества аватара, и какой конкретно уровень интеллекта получит гоблин, зависит от его собственной удачи.

И это не все. Так как даже в таком случае мозги – ресурс дефицитный, и на всех гоблинят их не хватит, решено выдавать их только самым сильным, быстрым, выносливым и послушным особям. Когда новорожденные искаженные гоблины подрастут, ответственные лица на специальной ферме каждый месяц будут проводить различные соревнования на силу, скорость и выносливость. И они будут выдавать «рекомендации» тем, кто показал хороший результат. Однако, рекомендация отзывается, если особь слишком агрессивна, например, часто дерется и отбирает у других еду. А также если особь проявляет признаки интеллекта. Хотя опыт демосов показывает, что с искаженными гоблинами довольно легко иметь дело, Сяомао не хочет случайно вывести какого-нибудь монстра. Рекомендованные гоблинята попадают в другое место, где лучшие специалисты проверяют потенциальных работников еще раз и выбирают лучших из лучших, которые и встают в очередь на получение мозгов по достижении трудоспособного возраста.

* * *

– Как, я тебя спрашиваю, это произошло⁈ – буквально орет на епископа командующий армадой. – Почему ты решил атаковать без приказа?

– Я боялся, что шанс будет упущен… – епископу нечего было сказать, кроме этого.

– Просто отправляйся обратно, – бессильно машет рукой архиепископ. – Дальнейшее участие твоего прайда в экспедиции бессмысленно. В качестве наказания передай флоту лишние боеприпасы, топливо и солдат.

Это действительно правда. Тридцать в разной степени поврежденных гигантских и немногим более сотни малых и средних дирижаблей с кучей раненых на борту. От них не будет никакого толку. И сам провалившийся епископ это понимает. Ему предстоит только дождаться наказания от своего прайда. К счастью, глава прайда – его отец, поэтому серьезного наказания не последует. Передав боеприпасы и топливо основному флоту, отряд епископа отправляется домой. Экипажи дирижаблей и оставшиеся на борту солдаты десанта облегченно выдыхают. Даже если они и религиозные фанатики, они не железные. Большинству из них уже хочется вернуться обратно.

Разумеется, ни епископ, ни командующий армадой, ни кто-либо из офицеров армии Цивилизации Архангов в действительности не представляют себе, что такое Фабрика. Точнее, они не догадываются о характере Макса и его тонком влиянии на всех последователей. Особенно это относится к последователям молодого поколения, тем более, к Сяомао, которая с молодого возраста часто тусуется возле Босса и верхушки Гильдии. Реинкарнатор жаден до бесплатных ресурсов, как может его ученица не быть жадной? И внутренний хомяк девушки действительно не позволил бы мясу, уже оказавшемуся у нее во рту, так просто избежать своей участи.

После совещания со стратегами и офицерами, высшее командование Фабрики готовит дополнительную операцию помимо основной. Конечно, из-за этого войскам приходится чуть ли не разорваться пополам, в особенности ВВС, но приказ есть приказ. И несколько дней спустя операция почти в точности повторяется. Епископ, который думал, что уже выскользнул из неприятной ситуации, оказывается полностью повержен. С наполовину разбитыми дирижаблями, без авиаприкрытия, без достаточного количества персонала и боеспособных солдат на борту отряд оказывается не способен себя защитить. Никто не спасся. Экипаж и солдаты были убиты или пленены в полном составе.

Несколько миссионеров, как и сам епископ через несколько дней приходят в себя в основном теле, но они даже не помнят, когда, как и почему решили атаковать Фабрику. Еще несколько дней они восстанавливаются после душевной потери и только потом начинают докладывать начальству. Но это уже не имеет никакого значения. И даже если отряд полностью уничтожен, до этого никому нет дела, кроме начальства наземной армии. Конечно, никто не знает, что в действительности произошло. Максовия прочно контролирует небо от любых самолетов с докладами и приказами, летящими в ту или иную сторону.

Авангард наземной армии прибывает к первоначальному месту боя через шесть дней, но там уже ничего нет. Впрочем, это не имеет значения. Большая выжженная и выровненная территория упрощает продвижение армии. Даже если нет никаких новостей, если только епископы армады не начнут массово возрождаться, никто не будет обращать на это особого внимания. К счастью, авангард наземной армии все еще получил сведения о последнем бое, и ночной налет ховербайков Фабрики оказался неудачным. Хотя потери ФМ оказались не очень велики, арханги вообще не понесли потерь, спрятавшись за крепкой защитой быстросборных полевых крепостей. Авианалет осуществить уже невозможно, так как ресурсов Максовии недостаточно, и ВВС в практически полном составе сражается армадой. И ситуацию с наземной армией решено на время отпустить.

* * *

После того, как архиепископ заслушивает позорный доклад своего глупого подчиненного, он все еще хочет поймать лису за хвост. Жаль только что его желанию не суждено сбыться, и по прибытии на поле боя его ожидают только различные обломки, зависшие в воздухе или разбросанные по земле. Фабриканты уже отступили внутрь гор, прихватив с собой множество пленных, топливо, оружие, боезапас и все мало-мальски ценное с дирижаблей. Эшелоны переоборудованных поездов один за другим уносятся прочь со скоростью, превышающей скорость форсажа дирижаблей.

Хотя их еще недостаточно для перевозки всего и вся, и многие ценные вещи все еще сохранены на складе внутри горы, достать их оттуда будет трудно. Архиепископ понимает, что выкурить врагов из гор возможно, если приложить все силы, но это не имеет никакого смысла. Здесь нет важных производств производств, нет гражданского населения, подходящего на роль рабов и новых верующих, нет ценных ресурсов, накопленных Фабрикой за долгое время. Отвоевать гору возможно, пусть и с потерями, но биться за бесполезную землю может наземная армия, но не десант дирижаблей. Поискав в обломках что-нибудь ценное, но ничего не найдя, командующий армады приказывает ускориться и выдвигаться дальше.

Арханги вновь меняют формацию. Теперь они не используют дальнюю разведку, но также не летят единым строем. Армада разбивается на группы, которые отстоят друг от друга где-то на полчаса или час пути. И сами отряды достаточно разрежены. На внешнем крае летят мощные и хорошо защищенные гигантские дирижабли, менее бронированные, но маневренные средние и малые дирижабли летят в внутри строя и могут в любой момент броситься на поддержку гиганта, флагман армады летит в геометрическом центре, откуда он может добраться до любого места вокруг максимально быстро.

И на самом деле эта тактика имеет свой эффект. Магнолеты оказываются бесполезны перед лицом дирижаблей. Дымовая завеса может охватить всего несколько единиц, и оставшиеся снаружи просто разгонят МЛА Фабрики зенитными орудиями. Расстояние союзных дирижаблей достаточно близко, чтобы они могли в короткие сроки оказать поддержку, если какой-то дирижабль начнут атаковать МБД. Время от времени фабриканты атакуют с земли ракетами, повреждая малые и средние дирижабли, но атаку просто игнорируют, сбросив в район запуска несколько бомб на удачу. Армада без остановки движется в сторону города Надежда, не слишком скрывая свой курс.

* * *

– Как думаешь, когда мы сюда вернемся? – спрашивает мужчина в стандартных кожаных бриджах и кожаном же жилете без рукавов.

Он несет за спиной тканевый рюкзак, к которому прикреплена кирка. Хотя рюкзак кажется слегка старым и потертым, видно, что он сшит очень качественно. Безрукавка и бриджи также весьма добротные на вид. У них есть молнии, и видно, что при необходимости к жилету можно пристегнуть рукава, а бриджи укоротить до пляжных шорт или удлинить до брюк. В шахте иногда бывает душно, и если девушки-миссионерки обычно стараются беречь свою кожу, не одеваясь слишком открыто (за исключением слишком активных и независимых особ), то мужчины в шахте не слишком стесняются.

– Не знаю… – качает головой его компаньон. – Наша фракция не очень сильна. И вообще, мы – просто собрание игроков по интересам. Никто не будет в будущем бороться за владение шахтой.

– Как это? Разве наша фракция не арендовала рудник на два года?

– Так то оно так, но у кого мы его арендовали? Фабрика Максовия сейчас воюет с архангами, и администрации крепостей, а также крупные фракции не хотят за нее вписываться. Никто не верит, что эта фракция устоит. Но и арханги долго не смогут блуждать по территории Механоида. Если они слишком задержатся, то Система выдаст принудительное задание миссионерам об уничтожении противника. Кстати, некоторые боевые фракции действительно ждут, когда это задание появится. Говорят, Система в таких случаях выдает большие бонусы.

– Хочешь сказать, что потом это место вполне может стать ничейным? Разве это не слишком несправедливо? Мы, вроде как, на одной стороне.

– Кого это интересует? На этот раз арханги летят сюда со всем апломбом, но Система еще не выдала задание. Это значит, что учтены общественные интересы. Весьма вероятно, что задание не будет выдано, пока Фабрика не проиграет полностью.

– Эх! Жаль! Мне показалось, что эти фабриканты – неплохие ребята. Поначалу я был разочарован, когда узнал, что нашей логистикой будут заниматься только парни и мужчины, ведь ходят слухи, что Максовия – это страна красавиц. Но наши логисты вполне хороши. Не горделивые, не хитроумные, не слишком педантичные. С ними очень удобно работать.

– Красавицы там точно есть. Не прям роскошные, но по сравнению с другими местными они выглядят довольно хорошо. Знакомый рассказывал, что раньше можно было отправиться в клуб или бар в Фабрике и подцепить там какую-нибудь не слишком уродливую и закрытую девушку. Если лицом и фигурой не вышел, можно было и за деньги найти кого-нибудь. Но сейчас все эти места закрыты. Все девушки оттуда распределены по фермам, шахтам и каким-то санаториям, но я не знаю, чем конкретно они там занимаются. Многие миссионеры после этого решили закончить свое пребывание на Стилиме. Бордели и так называемые рестораны в крепостях не идут ни в какое сравнение со злачными местами Фабрики. Теперь на планете стало гораздо скучнее, и многие решили, что пора двигаться дальше.