Текст книги "Не только в сказках (СИ)"

Автор книги: Катя Левицкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4. Сплетни, сказки и фольклор

Небольшое помещение располагалось на первом этаже старого кирпичного дома. Внутри горел тёплый жёлтый свет, мягко обволакивая клетчатые диваны. У входа девушек встретил небольшой барный островок с меню, закреплённым над ним. Маша принялась изучать ассортимент.

– А тут просторнее, чем казалось с улицы! – Варя сделала несколько шагов вглубь, но сразу же отскочила, как ошпаренная, и схватила Машу за рукав. – Стой!

– Что случилось?

– Тише. – Варвара отступила за небольшую колонну у входа и молча указала на дальний столик. Кофейня была практически пустой, если не считать этих посетителей: их куратор и та самая блондинка, которая всю линейку болтала с Аллой.

– Это Настя? – прищурилась Маша, а Варя кивнула, не сводя с парочки глаз. – Можем подойти поздороваться…

Блондинка что-то рассказывала Ване, активно жестикулируя, а он слушал её, слегка наклонив голову и улыбаясь. Перед ним стояла крупная чашка, а Насте, кажется, принесли напиток совсем недавно, потому что от него поднимался хорошо заметный пар.

– Ты чего?! – махнула на неё подруга и немного мечтательно добавила: – У людей, судя по всему, свидание.

– Сегодня первый учебный день. Когда они успели так сблизиться? – возразила Маша, но в этот момент Настя наклонилась через стол к парню и что-то шепнула ему. Он засмеялся, а до новоиспечённых шпионок донеслось:

– Настя…

– Нет, правда! Ты всегда делаешь вид, что ничего не происходит.

Варя медленно повернула голову к Маше, у которой начали гореть щёки, и многозначительно посмотрела на неё. На лбу практически бежали субтитры: «А я тебе что говорила?»

– Мы… подслушиваем? – прошептала Мария, понимая, что именно этим они и занимаются.

– Нет, – невозмутимо мотнула головой Варя и встала так, чтобы лучше видеть происходящее. – Мы просто зашли попить чай. Это совершенно другое.

Настя положила ладонь на край стола рядом с рукой Вани, но не коснулась его. Маше этого показалось достаточно, чтобы почувствовать себя неловко.

– Пойдём отсюда, – дёрнула она Варю за пальто.

– На самом интересном месте? – удивилась та, но быстро сдалась под недовольным взглядом одногруппницы.

– Варь, они просто сидят в кофейне.

–Просто посидеть в кофейне могли мы с тобой: без многозначительных взглядов, случайных касаний и всяких: «Ты всегда делаешь вид, что ничего не происходит», – передразнила Варвара и указала на вывеску: – А там какая-то драма! Ты видела, как он на неё смотрел?

– Как? – ровным тоном произнесла Маша, всё ещё не понимая, почему эта парочка так зацепила одногруппницу. Варя попыталась изобразить улыбку Вани, вышло глуповато. Маша фыркнула.

– Ужасно.

– Зато ты поняла.

– Ничего я не поняла!

– Ой всё, – махнула на неё Варя. – Идём искать теперь другое место для чая… Но боюсь в нашем крохотном Лихославле сложно будет не пересечься с кем-нибудь знакомым в приличном месте. В конце концов, поживёшь тут, и сама меня поймёшь.

Маша рассмеялась и взяла подругу под руку, чтобы отправиться на поиски нового места для отдыха. Это и правда было сложно, поэтому, урвав напитки на вынос, девушки отправились в общежитие.

– А зачем тебе в общагу? – нахмурилась Маша, когда они уже подошли. – Ты же говорила, что местная.

– Так и есть. Просто здесь медпункт, а я до сих пор не отнесла справку для физры.

– А-а-а, – протянула Краснова. – Хочешь посмотреть, как мы тут живём?

– Вообще, да! Очень! – кивнула Варя и взглянула на наручные часы. – Но сегодня уже не могу, есть ещё дела. А вот в следующий раз с удовольствием!

– Тогда до встречи!

Варвара раскинула руки широко в стороны, призывая обняться, а после скрылась за поворотом. Стоило Маше переступить порог седьмой комнаты, как она услышала звонкий голос Кати:

– О, ты всё-таки нашла дорогу! А я уже собиралась высылать за тобой спасательную бригаду.

– Зачем?

– У вас все мероприятия закончились около двух часов дня, – с напускной серьёзностью сообщила соседка. – До общаги идти десять минут. Вот Алла – послушный ребёнок, вернулась домой к половине третьего, а теперь посмотри на часы. – В её тоне слышалось настоящее беспокойство.

– Почти пять, – смущённо улыбнулась Маша. – Я просто зашла в кофейню с одногруппницей. Заболтались.

– Ну тоже дело хорошее, – смягчилась Катя. – А как у вас сегодня всё прошло?

– Не такой уж Златогорский и нудный, – пожала плечами Алла, включаясь в разговор. – Довольно приятный мужчина.

– А я и не говорила, что он неприятный, – возражающе закачала головой второкурсница. – Я говорила, что он… без тормозов. Златогорский может часами рассказывать про историю города, и это будет невероятно захватывающе. Просто, если ты стоишь на линейке под палящим солнцем, даже самое интересное становится утомительным. Что он там вам в этот раз наболтал?

– В целом, всё по намеченной тобой программе, – задумчиво произнесла Маша. Она собирала сумку для первого учебного дня и вот уже десять минут не могла определиться, какую тетрадь взять.

Катя хмыкнула и плюхнулась на свою кровать, поджав под себя ноги:

– «Лихославль хранит тайны», «мы – спасатели истории» и что-то про исключительность его музея?

–Его? – удивилась Маша, проигнорировав вопрос.

– Ну да. Он же мэр города, поэтому музей был открыт по его инициативе и при его полнейшей финансовой поддержке. Так что в целом, это частная коллекция Златогорского.

– Крутой дядька! – Алла одобрительно кивнула. – Хочу так, когда вырасту!

Девчонки засмеялись, но их прервал настойчивый стук в дверь.

– Войдите! – крикнула Катя.

На пороге показался Ваня. В одной руке он держал несколько сложенных листов, а в другой телефон.

– Не помешал?

– Помешал конечно! – Второкурсница театрально закатила глаза. – Заходи, раз пришёл. Чай будешь?

– Не, я на минуту, – сказал он, переступая порог и повернулся к Маше и Алле. – Принёс вам расписание и справки, которые на первое время заменят вам студаки. Эту табличку вообще уже в чат скинули, но я решил, что бумажный вариант надёжнее.

– Вот это забота, – протянула Катя. – А я-то думала, ты исключительно по личным делам пришёл. Соскучился…

Ваня бросил на неё быстрый взгляд.

– Катя.

– Молчу-молчу.

Алла тихо хихикнула, а Маша отметила, что между этими двумя есть какая-то химия.

«Хотя, скорее, это тянет на вайб супружеской пары, прожившей вместе лет двадцать», – тут же подумала она.

Ваня протянул первокурсницам листы.

– И ещё, – добавил он тише и посмотрел на Краснову. – Маш, я забыл сказать: если в субботу ничего не изменится, я зайду за тобой около десяти.

Алла приподняла бровь. Катя медленно перевела взгляд на Машу, а та вспомнила кофейню: Настю, Ваню, их тихий разговор, и совершенно неожиданно почувствовала себя так, будто делает что-то неправильное.

– Да, – всё же кивнула она, мечтая провалиться сквозь землю, только бы избежать любопытного взгляда Кати. – Хорошо.

Куратор поздно осознал, что сказанное звучит слишком интересно для местных сплетниц и попытался исправить ситуацию:

– Мы договорились, что я покажу Маше старый парк и знаменитый трёхсотлетний дуб, – пояснил он. – А то потом начнутся пары, задания, и так и отложится всё до следующего года.

– Такого допустить нельзя, – серьёзно помотала головой Катя. – Некоторые вещи ждать не могут. Особенно взаимодействие человека и дерева.

– Катя! – возмутились одновременно Маша и Ваня.

– Что? Я поддерживаю ваш интерес к ботанике.

– Ладно, я пойду… – Куратор выбрал наиболее простой путь решения возникшей проблемы. – Не буду больше вам мешать.

– Правильно, – кивнула второкурсница. – Иди. Мы тут как раз собирались тебя обсуждать. При тебе как-то неудобно.

– Не на-а-адо…

– Поздно.

Ваня, осознав, что совсем не исправил ситуацию, покачал головой и вышел. Несколько секунд в комнате стояла тишина, а затем Катя с широкой улыбкой, предвкушая интересную историю, перебралась на кровать Маши. Алла повторила её действие.

– И что это сейчас было? Рассказывай.

–Что рассказывать?

– Чего ты сразу не поделилась с нами, что увлекаешься ботаникой? – улыбнулась Алла.

– Угу, – закивала Катя. – И главное, что Ванька-то оказывается тоже в этом спец! Вот это будет великая история любви: он, она и дерево.

– Он куратор! Мы знакомы второй день! Какая история любви? – возразила Маша.

– Молодёжь сейчас постоянно куда-то торопится, – запричитала Катька, точно бабулечки с лихославльской остановки.

– Ка-атя-я-я, – Маша закрыла лицо руками. – Пожалуйста.

– Ладно, ладно. Не буду. – Она сделала паузу. – Но Ваньке ты определённо симпатична.

– С чего ты взяла?

– Потому что я его знаю. Ваня – человек хороший, но в вопросах романтики…

– Что? – заинтересовалась Алла.

– Он вообще ничего не понимает в девушках! Вокруг него девчонки могут ходить несколько месяцев, а он потом подойдёт комне, да спросит: «Как думаешь, она со мной дружить хочет?»

Соседки прыснули со смеху.

– Неужели он такой? – уточнила Маша, вспоминая то, что видела в кофейне. Там явно сидел другой человек, вполне уверенный в себе и своих действиях.

– Ещё хуже. В прошлом году девочка из параллельной группы специально записалась с ним в один проект, провела там два месяца, потом сама позвала его гулять. Он сказал: «Конечно, пойдём! Остальных ребят тоже позовём».

– Не-е-ет! – Маша рассмеялась. – Быть не может!

– Может. Девочка потом перешла в другую проектную группу, а я до сих пор не знаю, что для Ваньки было обиднее: потерять потенциальную любовь или вполне реальные рабочие руки. Так что, поверь, я что-то в его симпатии смыслю и ко мне можно обращаться с вопросами по Ванялогии, – Катя самодовольно смахнула волосы назад. – Это, наверное, единственный предмет, с которым я могу вам помочь.

Алла рассмеялась, а Маша залилась краской и тут же попыталась перевести тему:

– Думаю, это не понадобится. Я сегодня тако-о-ое видела!

– Какое? – прищурилась Алла.

– Ваня сидел в «Корнях» вместе с твоей новой подружкой, – выдала Маша. – Выглядели они со стороны очень… не как друзья.

– С Настей?

– С Мышкиной? – Катя удивлённо перебила соседку. – Она поступила?

– Да. С нами будет учиться. А ты её знаешь?

– В маленьком городе все всех знают. Или хотя бы знают того, кто знает человека, который всех знает. – Второкурсница сделала глоток чая под пристальными взглядами соседок и всё же пояснила: – Настя местная и ходила на подготовительные курсы. Симпатичная девчонка. Немного… своеобразная.

– Мне показалось, что она обычная, – хмыкнула Алла и нахмурилась. – Только поболтать любит и краёв в этом вопросе не чувствует.

– Ну да, – кивнула Катя. – Она такая милашка типа… И кроме поболтать ещё любит Ваню.

– Они встречаются? – зачем-то уточнила Маша и тут же схлопотала внимательный взгляд Кати.

– Нет, насколько я знаю.

– Но ты же сказала…

– Я имела в виду, что Настя к нему тянется.

– А он? – расспрос продолжила Алла.

– А он – Ваня, – развела руками второкурсница. – Честно говоря, он не докладывает мне абсолютно всё, и поэтому я хочу знать, что было в кофейне-то? Рассказывай давай, я ж сейчас лопну от интереса!

Разговор о делах амурных затянулся на весь вечер. Катя строила теории, тут же сама их разрушала, вспоминала старые истории о Ване и несколько раз подчёркивала, что в общем-то свечку не держала. Алла пыталась рассуждать логически, а Маша делала вид, что эта тема её совершенно не интересует, но почему-то запоминала каждое слово.

К часу ночи Настя превратилась в женщину-загадку, Ваня обзавёлся десятком предполагаемых поклонниц, а Маша убедилась, что в маленьком городе личная жизнь считается общественным достоянием.

Наутро невыспавшиеся сплетницы в спешке собирались на занятия. Маша и Алла помнили совет куратора прийти пораньше, чтобы не попасть в чёрные списки преподавателя по истории в первый же день.

– Девчонки, не паникуйте, я вам покажу нужную аудиторию. Сэкономите время, так что голову можете мыть спокойно.

Но очередь в душ всё же внесла свои коррективы в идеальный план Кати.

– Ты же говорила, что мы не опоздаем!

– Ну мы и не опаздываем, – задыхаясь, произнесла второкурсница и выудила из сумки студенческий. – Лучше готовьте справки, которые вам вчера Ваня дал.

Маша послушно вытащила сложенный в четыре раза лист. Алла тоже начала рыться в сумке.

Около входа располагалась небольшая каморка охраны, которая во время линейки пустовала и попасть в корпус, кажется, мог кто угодно. Катя махнула раскрытым студенческим в окошечко и быстро проскочила вперёд под писк турникета.

– Здрасьте, тёть Свет!

– Тётя Света? – удивилась Маша.

– Я! – улыбнулась женщина в том же синем халате. – Никуда вы от меня не денетесь.

– Я думала, что комендант только общежитием заведует, – шепнула Алла, оказавшись по ту сторону турникета.

– Городок маленький, рабочей силы не хватает, – пожала плечами Катя, и кивком указала девчонкам, куда им следовать.

Аудитория с помощью опытной подруги нашлась быстро, около двери уже толпились смущённые первокурсники. Катя оглядела их недоуменным взглядом:

– И чего вы тут пасётесь, барашки? – Она уверенно толкнула дверь. – Открыто!

Группа хлынула вперёд.

– Что бы мы без тебя делали! – воскликнула Алла, залетая внутрь.

– Плакали бы, – хихикнула Катя и вдогонку бросила: – Удачного первого дня в нашем лабиринте! И счастливых вам… Ой, ладно, не буду вас пугать.

Маша лишь усмехнулась, решив, что второкурсница шутит. Университет действительно был похож на лабиринт с бесконечными коридорами, одинаковыми дверями и лестницами, которые вели куда угодно, только не туда, куда нужно.

Аудитория оказалась длинной и светлой. Солнечные лучи проникали сквозь жалюзи, подсвечивая парящие в воздухе пылинки. Парты напоминали школьные, но их было очень много и поместиться за одной могли минимум три человека. Первокурсники с шумом отодвигали стулья и рассаживались. Маша заняла место у окна и заметила в проходе Варю Морозову. Та радостно махнула ей.

– Я сяду тут, ты не против? – Варвара подошла ближе и отодвинула стул.

– Нет конечно!

– Я вчера забыла тебе сказать, – заговорила одногруппница, доставая ручку, – что я узнала об экскурсии на старуюколокольню. Ты слышала? В пятницу. Это не официально, но почти все в группе пойдут.

– Колокольню? – переспросила Краснова, и внутри что-то ёкнуло.

– Ага! Говорят, оттуда весь город как на ладони. И если повезёт, можно увидеть, как колокола звонят сами собой. Но это уже байки.

– Не слышала такого…

– Местные любят придумывать. – Варя пожала плечами. – Про колокольню особенно много легенд. Город маленький, а достопримечательностей кот наплакал, надо же как-то развлекаться… Я в это не верю, но всё равно хочу посмотреть.

Маша собиралась уточнить детали, но в этот момент в аудиторию вошла Сергеева, и все замолчали.

Пары, несмотря на рассказы старшекурсников и кураторов, прошли спокойно. Перваши старательно выписывали буквы в конспектах и внимательно слушали каждое слово преподавательницы. Многие из них были уверены, что этим же вечером сядут готовиться к первому в их жизни экзамену, чтобы потом меньше учить. Последней парой в этот день стояла «История и теория фольклора».

– Зачем нам такой предмет? – приподняла брови Варя, приближая фотографию с расписанием в телефоне. – Мы же реставраторы.

– Не знаю… Кажется, они просто сгребли в кучку всё, где в название поместилось слово «история», – пожала плечами Алла.

Маша же чувствовала подъём духа после первых пар и с нетерпением ждала продолжения.

– Мне кажется, это тоже будет полезно. Всё-таки нам предстоит работать с разными вещами… Как минимум, для общего развития это интересно!

– Вот уж не знаю, как там будет, – нахмурилась Алла. – Но я бы на всякий случай бахнула кофе, а то от этой истории уже голова пухнет…

Маша хихикнула, а Варя кивнула и потащила одногруппниц к кофейному автомату возле буфета. Ровно к тому моменту, как девушки с дымящимися стаканчиками поднялись в нужную аудиторию, по корпусу пронёсся звонок. Он был похож на школьный, но отчего-то звучал гораздо дольше. Как только трель стихла, в проходе между партами появилась грузная женщина лет шестидесяти. Она была небольшого роста, в старомодном твидовом пиджаке, с седыми волосами, собранными в пучок.

Шум мгновенно стих. Женщина неторопливо прошагала к своему месту, отбивая каждый шаг тростью, больше похожей на толстую и кривую ветку дуба, и шлёпнула коричневым кожаным портфелем по столу.

– Я буду курить. – Её голос был низким, почти мужским.

Несколько человек удивлённо переглянулись.

– Простите?.. – осмелился спросить кто-то с задних парт.

Преподавательница спокойно достала из портфеля деревянную трубку и какие-то конспекты.

– Курить. Табак. Во время лекции. Если кого-то это возмущает – можете возмущаться молча. – Она выдержала паузу, а потом улыбнулась. Это никак не изменило её грозного вида. – Не переживайте. Университет запретил мне это ещё двадцать лет назад.

В аудитории раздалась пара неуверенных смешков.

– Ах да! Меня зовут Софья Маратовна. Я буду вести у вас историю и теорию фольклора. Это мой авторский курс. Возможно, вы думаете, что этот предмет вам не пригодится, вы же реставраторы, но надеюсь уже к концу лекции вас переубедить. Обычно у меня это получается.

Она оглядела напуганных студентов и, не открывая принесённых с собой бумаг, спросила:

– Что вы знаете о фольклоре? Не бойтесь, сейчас можно говорить, что угодно.

Несколько секунд было тихо, но кто-то с задней парты неуверенно произнёс:

– Сказки?

– Прекрасно. Обширная тема, обсудим. Ещё?

– Былины, – добавил Лёша.

– Да.

– Пословицы и поговорки, – сказала Варя. Атмосфера стала более расслабленной, и первокурсники начали включаться в занятие:

– Загадки.

– Частушки.

– Сплетни.

– В своём роде, – неожиданно улыбнулась Софья Маратовна. Ей очевидно доставляло удовольствие происходящее на занятии. Алла, до этого сидевшая молча, подняла руку:

– Песни. Народные…

– Вот! – Преподавательница внимательнее посмотрела на говорившую. – Один из самых интересных пластов фольклора ведь! Как вас зовут?

Девушка слегка смутилась:

–Алла.

–Алла, вы занимаетесь музыкой? – Софья Маратовна не отрывала проницательного взгляда от студентки.

– Да. Немного.

– «Немного» – это любимое слово талантливых студентов. Что именно?

– Я играю на фортепиано, гитаре и пою.

– Вот как. Тогда скажите мне: где для вас заканчивается музыка и начинается обычная жизнь? В смысле, есть ли места, где вы не поёте и не играете?

Алла растерянно улыбнулась. Она действительно могла петь в душе, по пути в университет на улице, мурлыкать себе под нос мелодии в транспорте и даже во сне.

– Наверное… нет?

– Именно. – Софья Маратовна медленно прошлась перед первыми партами. Казалось, что движения даются ей с трудом. – Мы привыкли представлять себе народную песню как картинку из учебника: девушка в сарафане, поле, берёзы, хор. Или ансамбль в кокошниках по телевизору. Но песня сопровождала человека всю жизнь. И продолжает до сих пор, хотя мы часто этого не замечаем. Вот с чего начинается человеческая жизнь?

– С рождения? – предположил кто-то и сзади раздался смешок.

– Формально – да, но я спрашиваю не об этом. Что поёт каждая мать?

– Колыбельные, – тихо сказала Маша.

Софья Маратовна посмотрела на неё.

– Верно. Ребёнок ещё не понимает слов, не знает языка, но уже слышит ритм, интонацию, голос. – Она взяла со стола трубку и задумчиво покрутила её в пальцах. – Колыбельная – не просто песня, которой ребёнка пытаются усыпить. Это первое знакомство малыша с миром. Через неё желали здоровья, рассказывали о семье, о будущем, защищали. Все знаете про волчка, который кусает за бочок?

По аудитории прокатился восторженный вздох, преподавательница, словно волшебница, заставила студентов включиться в дискуссию, и запустила мыслительный процесс. Каждый притягивал свой опыт и воспоминания.

– А потом? – продолжила Софья Маратовна. – Человек растёт. Начинаются игры. Кто-нибудь помнит песни из детства?

– «Каравай»!

Несколько студентов засмеялись.

– Прекрасный пример. Кто-нибудь из вас задумывался, почему почти каждый ребёнок в России знает «Каравай»?

– Потому что его поют на днях рождения, – ответила Алла.

– Да. Но кто написал эту песню?

Студенты переглянулись.

– Не знаю, – призналась Варя, поймав взгляд Софьи Маратовны.

– Именно. В этом одна из важнейших особенностей фольклора. Нам далеко не всегда известен автор. Текст существует не потому, что его напечатали в книге и подписали именем создателя. Он живёт потому, что люди продолжают его передавать.

Маша записывала слова преподавательницы, боясь упустить что-то важное.

– Народная песня сопровождала человека не только в детстве, – говорила Софья Маратовна. – Были песни календарные, то есть связанные с определённым временем года и праздниками. Были свадебные, рекрутские, трудовые…

В аудитории стало совсем тихо. Маша почувствовала, какзашумело в ушах. Она вздрогнула. Сначала ей показалось, что кто-то просто прошёл за её спиной, но вдруг осознала, что позади только парты.

– Иди, – услышала она шуршащий шёпот. Ручка выпала из её пальцев.

– Ты чего? – Варя наклонилась к ней.

Шум исчез. Маша подняла глаза. Софья Маратовна смотрела прямо на неё, но стоило девушке это заметить, как преподавательница отвела взгляд.

– Итак. Звонок у нас когда? Давайте пораньше закончим, вся морда в пене уже, – пробасила она и стала складывать бумаги в портфель. – Мы с вами продолжим на следующей неделе. Запишите на чём мы остановились, а то я забуду.

Аудитория загудела, но Маша ничего не слышала. Она опустилась под парту, чтобы поднять ручку, и тогда шёпот повторился:

– Иди.