Текст книги "Мой Мармеладный Принц (СИ)"

Автор книги: Кася Дрим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Незнакомец

– Почему не довелось увидеть принца?

Ишь ты дипломат! Не уточнил кому. Дошло, что игнорировать присутствующих – невежливо?

– Потому что их не существует, – безмятежно заявила подружка.

– Не существует? – эхом отозвался Данька, и наконец посмотрел на неё долгим внимательным взглядом. И сложно было сказать, чего в этом взгляде больше: насмешки или недоверия.

– Вернее существуют, но в столь ограниченном количестве, что нет смысла и учитывать, поправилась она и снисходительно добавила: – Но даже тот мизер не одевается в спортивки.

– Прекрасная новость! – вопреки логике и нашим ожиданиям, снова расцвел в улыбке самопровозглашённый принц Данька и, заметив наши вытянувшиеся лица, пояснил: – Это полностью совпадает с моими, пока довольно скудными, познаниями об иномирье! Кстати, оно большое? – тут же деловито заинтересовался он, наклонился к своим кедам, стоявшим возле дивана, достал из них носки и, ничуть не смущаясь нашим присутствием, принялся надевать.

Мы с Кристи переглянулись. Иномирье – это ж надо такое придумать!

– Пешком не обойдешь, – хохотнула Кристи, – но если решишь попробовать, задерживать не станем.

Я уже собралась возразить, что очень даже станем, поскольку я не удовлетворила ещё своего любопытства, но Данька меня опередил:

– Не-а, не решу. Мне здесь хорошо. Конфетка – добрая. А в остальном, где именно укрываться, мне особой разницы нет.

– Вот как? И сколь долго ты намерен пользоваться моей глу… то есть моим гостеприимством? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– Пары месяцев, я полагаю, будет достаточно, – бесхитростно пожал плечами он.

– И что – у тебя достаточно денег, чтобы расплатиться за столь длительный постой? Или ты там у себя солнечным светом и росой привык питаться? – усмехнулась я.

– Денег? – принц как-то совсем несообразно статусу почесал в затылке и бросил растерянный взгляд на Джеки, словно ища поддержки: – А нет их у меня. Наши же у вас тут, наверняка, не в ходу – вот я и не стал брать. Хотя зачем я вру? На самом деле я о них просто не подумал, – убитым голосом признался он.

– Ты погляди-ка какая подкупающая честность! Вот что значит благородная кровь! – не удержалась от очередной шпильки Кристи.

Однако Данька, судя по виду лихорадочно ищущий выход, похоже, её даже не услышал.

– А может я с тобой позже расплачусь? – в тот момент, когда он вновь обратил на меня свой взор, я почувствовала, как «земля уплывает из-под моих ног».

Нет, было – было всё-таки в его взгляде нечто особенное, заставляющее меня каким-то мистическим неведомым образом в нём растворяться. И ведь понимала прекрасно, что его обладатель в лучшем случае может оказаться мошенником и аферистом, но стоило тому вот так, как сейчас, на меня посмотреть, и все доводы разума тотчас теряли силу.

– Почтовым голубем из своего мира пришлешь? – мой сарказм был вызван досадой на себя, но Кристи, увидев, что я на Даньку «не ведусь», заметно расслабилась. – Да и на черта мне бесполезные фантики из другого мира? К тому же у меня принцип: в долг мужчинам не давать!

И вообще какого фига, собственно, я перед ним распинаюсь? Простого «нет» было бы вполне достаточно. А то такое ощущение, будто я сама себя убедить пытаюсь.

– А тогда… тогда… – он умолк и опустил глаза, что-то напряженно обдумывая.

Некоторое время на веранде царила тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Джеки, – бедняге явно было жарко, да мерным тиканьем висевших на стене часов.

Всякие варианты Данькиного «тогда» крутились в моей голове, но хрен бы я угадала, что он предложил в итоге!

– А давай я тогда на тебе женюсь! – вновь поднимая на меня глаза, сказал он.

Глава 2: Договор

Кристинка, как и я, успевшая к этому моменту заскучать, после этих слов, сначала недоверчиво вытаращила на него глаза, а потом расхохоталась:

– Ай, молодца! С козырей зашел!

Я зыркнула на нее неодобрительно: весело ей! – и тяжело вздохнула. Затем, состроив грустную физиономию, обратила свой взор на новоиспеченного жениха:

– Нижайше благодарю за оказанную честь, но, боюсь, мне не под силу ее оправдать! – усмехнулась я и почти нежно добавила: – Мармеладик.

«Принц», очевидно, не уловивший в моём голосе иронии, расплылся в блаженной улыбке.

– Мармеладик, потому что, как и ты, сладкий?

Я глянула на подружку, судя по выражению лица готовую ввернуть очередное – наверняка едкое – замечание, и покачала головой: сама справлюсь.

– В твоём случае, скорее потому что липучий!

Мгновение – и солнечная, искренняя улыбка разом стекла с его лица, оставив кончики губ горестно опущенными, а мне вдруг вопреки всякой логике стало стыдно.

Хм. То есть жениться в виде одолжения на девушке, которая не позволила забраться себе на шею, собрался он, а стыдно мне?! Причём не за него, а именно за себя – типа забрала у ребёнка конфетку. Тьфу-ты, блин – и тут конфетка!

От злости: не то на себя, не то на идиотизм ситуации – хотелось рычать. Мужем значит быть собрался? Что ж, муж – понятие растяжимое.

– У меня к тебе есть встречное предложение. Я позволю тебе пожить у меня… ну, скажем, для начала – недельку, если взамен ты возьмёшь на себя все обязанности по хозяйству…

– Я согласен, – торопливо, словно опасаясь, что я передумаю, кивнул Данька.

– Водички? – сделав вид, что не понимаю истинной причины, по которой закашлялась Кристи, предложила ей я. Та лишь возмущенно покачала головой, и я вновь переключилась на потенциального жениха:

– Я не договорила, Даник.

– И всё-таки Мармеладик мне нравилось больше, – печально ввернул он.

Всё никак из образа не выйдет или же огорчился от того, что мой список условий, оказывается, оглашен не полностью?

– “Мармеладика” ещё заслужить надо! – отрезала я.

– Мармеладик в «Адидасиках», – насмешливо фыркнула подружка и так, чтобы Данька не видел, показала мне большой палец.

Объект её веселья ограничился лишь лёгким удрученным вздохом в сторону, после чего вернулся к нашим «переговорам»:

– Я весь – внимание. Чем еще я могу заслужить твое расположение?

– Я полагаю то, что ты должен себя вести культурно: соблюдать порядок, не напиваться, не таскать в дом друзей – обговаривать отдельно не нужно? – испытующе глядя на парня, уточнила я.

– Я только что прибыл в иномирье, откуда у меня здесь взяться друзьям? – укоризненно глянул тот в ответ, но тут же поправился: – Ну кроме тебя, конечно, Конфетка.

Громкое фырканье Кристи, сопроводившее эти слова не услышал бы только глухой.

– Прекрасно, что мы понимаем друг друга, поэтому продолжу. Под ведением хозяйства я имела ввиду абсолютно всю работу без разделения на якобы женские или мужские обязанности. Починить покосившийся забор, наносить воды из колодца, приготовить еду, помыть полы и посуду, постирать, за исключением разве что моего белья. С ним уж, так и быть, сама управлюсь. Но всё остальное…

Кристинка, слушавшая меня с явным одобрением, показала уже оба больших пальца. А вот Данька на протяжении всей моей речи даже и бровью не повёл. Более того – его лицо просветлело, постепенно обретая прежнее жизнерадостное выражение.

– Думаю, с этим я точно справлюсь, – невозмутимо кивнул он.

Мы с Кристинкой переглянулись.

Хм. И что даже про угнетение принцев не заикнется? Про то, что не королевское дело – руки марать? Не погрозит казнью мне за то, что посмела предложить Его Высочеству не только себя, но ещё и меня обслуживать?

Странненько. С другой стороны болтать – не делать. Мало ли что он тут пообещать готов, лишь бы я его на улицу не вышвырнула!

А Данька, словно понимая, что я от этого не так уж и далека, опять уставился на меня своим цепким, проникающим прямо в душу взглядом. И я снова «поплыла»: ни отвернуться, ни сфокусироваться, ни разбегающиеся мысли в кучку собрать!

Чуть ослабило действие морока Кристинкино сухое покашливание. Я даже сумела заговорить, а не только пялиться на него, будто до этой встречи красавчиков в жизни никогда не видала.

– У меня есть и второе условие. Не менее важное.

Договор

Убедившись, что оба навострили ушки и готовы внимать каждому моему слову, я продолжила:

– Ты расскажешь свою историю. От начала и до того момента, как я тебя обнаружила. И на этот раз – правду!

– Как скажешь, Конфетка.

Настораживающая покладистость. И вид-то в целом такой смиренно-невинный – того и гляди заподозрю, что ненароком ангела приютила. Вот только взгляд этот глубокий и пронзительный выбивается из образа.

– Эльза. Меня зовут Эльза.

Я всё же не выдержала и сделала вид, что мне прямо срочно понадобилось потрепать Джеки по загривку, почесать за ушами и вообще оказать ему всяческие знаки внимания.

На самом деле я позорно капитулировала, понимая, что ещё немного и омут Данькиных глаз окончательно и бесповоротно затянет меня туда, куда я себе погружаться запретила.

И смотрит он на меня так по какой угодно причине, но вовсе не потому, что я ему нравлюсь. То есть может, конечно, и нравлюсь.

Внешне я очень даже хороша: стройная фигурка, длинные волосы, красивые ножки и симпатичная мордашка.

Тем не менее – нет, нет и ещё раз нет! Между нами не должно, не может и не будет ничего такого, что снова взволновало бы моё сердце!

– Эльза, – словно пробуя моё имя на вкус, медленно произнес Данька и от бархатистых обволакивающих ноток по коже побежали мурашки. – Красивое, сказочное, необыкновенное имя… как и ты сама, Конфетка!

Нет, ну вот что ты с ним будешь делать, а?! Я ему имя, а он мне Конфетка да Конфетка!

– А мою невесту Степанидой зовут, – сокрушенно покачал головой Данька. – По-моему, это ужасно, не находишь?

Что?! У него уже есть невеста, и он вот так обыденно мне об этом сообщает?

О, нет, я не нахожу это ужасным – я просто в бешенстве! И ведь хорош жук: жениться ещё предлагал! Комплименты тут мне сидит расточает – и это при живой-то невесте!

А вообще его личная жизнь меня не касается!

Взбудораженная захлестнувшими эмоциями, значения имени невесты я не придала вовсе, а вот подруга от комментариев не удержалась:

– Действительно ужасно! – презрительно фыркнула она. – Мало того, что сам лгун, каких поискать, так ещё и имечко у невесты – полный мрак! Хотела бы я взглянуть на родителей, которые так ненавидят бедняжку. Нет, ну правда: это ж надо догадаться назвать девочку Степой! – издевательски закончила она.

Тут уж и я внутренне признала, что счастья в жизнь девицы подобное имя вряд ли добавило. Разве что допустить, что в другом мире и воспринимается оно иначе. Но для этого неплохо бы сперва поверить в наличие этого самого параллельного мира!

– А по батюшке как твою Степаниду величать? – задумчиво уточнила я.

– Степанида Микулишна, – бросив настороженный взгляд на Кристи, ответил Данька.

– А, ну если Микулишна, – понимающе покивала подружка. – Тогда, пожалуй, что и Степанида в самый раз будет!

– Да ладно тебе, Крис! Что ты прицепилась к человеку? Может эта их Акулишна – весьма уважаемая особа?

Упс! Кажется, известие о наличии у Даньки невесты задело меня больше, чем я ожидала…

– Да и чёрт с ней! – отрезала подруга и набросилась на растерянно взирающего на нас Даньку: – Ты вот что скажи мне, Высочество: какого хрена ты тут комедию ломал про то, что женишься на нашей Эльзе, раз у тебя на родине и так уже семья будущая имеется?! Может ты таджик? – сделала неожиданный вывод она.

– Я не понимаю, о чём вы, уважаемая, – вконец растерявшись, пробормотал Данька, – но если это какое-то оскорбление, то достаточно глупо, не зная всех обстоятельств…

– Не глупее твоего предложения жениться на одной, когда ты уже помолвлен с другой! – холодно перебила его я.

– Да ты что, Конфетка! Сдалась мне эта Степанида! – с жаром воскликнул «принц» и, понизив голос до шёпота, добавил: – Свадьбы не будет. Не для того я в чужой мир бежал!

– Что-то я уже запуталась: чьей свадьбы по итогу не будет? – пожаловалась Кристи и вдруг насмешливо пропела: – Фантазёр, ты меня называла…

Я глянула на неё с притворной укоризной:

– Кристи, ну вот чего ты опять начинаешь? Человек тебе душу нараспашку, а ты... Кстати, Дань, познакомься, – до меня только сейчас дошла допущенная мной оплошность, – это моя подруга Кристина.

– Весьма рад знакомству, – вежливо кивнул он.

Правда? А по выражению лица и тону голоса даже и не заподозришь.

Я опасалась, что Кристинка ляпнет что-нибудь в духе «Не могу сказать, что взаимно», но она лишь с достоинством кивнула. Ну вот и славно! И раз уж я вспомнила о правилах хорошего тона, то и о пунктах, которые они диктуют гостеприимной хозяйке забывать, пожалуй, не стоит.

– Полагаю, нам всем не помешает пауза, поэтому предлагаю переместиться на кухню, – поочерёдно глянув на своих гостей, с намеком произнесла я.

И если Кристи это предложение восприняла с воодушевлением и тут же поднялась с места, то «принц» отчего-то замялся и сделал вид, что собственные кеды – это именно то, что в данную секунду интересует его больше всего на свете. Испугался, что я его прямо сейчас готовить заставлю?

Договор

– Пойдём, – обращаясь уже конкретно к нему, усмехнулась я. – Первый завтрак за счёт заведения.

Он поднял на меня глаза и растерянно похлопал ресницами. Эй, это девчачий приемчик!

– Завтрак уже приготовлен, – уточнила я. – И приглашение разделить его с нами тебя тоже касается. В конце концов, работники, падающие от голода в обморок, мне не нужны.

Уговаривать себя и дальше Данька не заставил, и мы всей компанией, включая Джеки, переместились на кухню.

– Пса не подкармливать, – мрачно зыркнула я на Даньку.

Подозреваю, что именно так – с помощью вкусняшки – «принц» и втерся к моему «дворянину» в доверие. Правда, кое-что в этой версии не сходилось. Из-за забора угощение до будки, находящейся за домом, всяко не докинешь, а без угощения подпускать незнакомца без лая Джеки не стал бы. Замкнутый круг, однако.

Вот о том, как ему удалось его разорвать, я и спросила Даньку, пока давно остывшая картошка подогревалась на электрической плитке.

– Я люблю собак, – так, словно это всё объясняло, бесхитростно ответил тот.

Кристинка выразительно фыркнула, но от комментариев воздержалась. Не оттого ли, что мой обычно не больно-то приветливый с чужаками пес к моменту, когда прозвучал этот ответ, как ни в чём не бывало пристроил башку на коленях «принца»? А тот, явно думая о чём-то своём, машинально поглаживал мохнатого «перебежчика».

В другой ситуации я бы даже умилилась такой идиллической картинке, но в нынешней испытала двоякое ощущение. Однако вмешиваться не стала – чего уж теперь? Впрочем и доверять мнению Джеки о Даньке не торопилась.

Завтракали в тишине. Джеки, при этом, включив свой артистизм на максимум, так убедительно изображал из себя представителя голодающего Поволжья, что я невольно подивилась стойкости «принца», коего он осаждал особенно усердно.

Но по-настоящему Данька поразил меня, когда негромко, но отрывисто скомандовал Джеки «Нельзя!», и тот разом прекратил придуриваться.

А что так можно было? И мне тоже?! Нет, к Даньке определённо стоит присмотреться внимательнее. С Кристи мы обменялись понимающими взглядами, но обе промолчали.

– Что теперь будем делать? – облокотившись на стол и подперев лицо рукой, подружка задумчиво наблюдала, как ловко наш «принц» управляется с мытьем посуды. Причем, необходимость заливать воду из ковша в рукомойник и следить за тем, чтобы не переполнилось стоящее под раковиной ведро, «Его Высочество» никак не смущали. – Может позагораем, а твой гость нам пока шашлычка сварганит?

– Ты же знаешь, я ненавижу валяться на солнце, разве что посидеть где-нибудь поблизости могу. В тенечке, – я повернулась к Данькиной спине: – Дань, мяса нам пожаришь?

– Конечно, Конфетка! – оборачиваясь, бодро отрапортовал он и уточнил: – Предпочтения имеются? В плане дичи?

Теперь я уже вытаращилась на него в недоумении. В смысле предпочтения к дичи? Он маг что ли? Имеющуюся у нас свинину превратит в лань или там в фазана какого-нибудь?! Об этом я его и спросила.

– А, так мясо уже есть? Тогда о чём вообще вопрос? Я-то думал, его сначала еще добыть надо! – небрежно бросил он и принялся вытирать руки кухонным полотенцем. Сверкающие боками тарелки и чашки к тому моменту были уже отправлены в сушилку.

Выходит, он – охотник? Даже не знаю, удивило ли бы меня больше, окажись он магом. Почему-то представить его, убивающим беззащитное животное, решительно не выходило. А вот про магию вопрос остался открытым. Про неё я и спросила, уточнив, есть ли она в «его мире» в принципе.

– В некотором количестве, – обтекаемо ответил он, невозмутимо пожав по-мужски широкими плечами, на которые я тут же и засмотрелась.

– А поконкретнее? – сбивая насмешливым тоном, мой не к месту проснувшийся мечтательный настрой, уточнила Кристи.

– В основном это магия трав: зельеварение с последующими опоями, – взгляд Даньки заметался вспугнутой мышкой. – Но их действие обычно носит недолговременный эффект, да и спектр этого действия не безграничен.

– Например? – заинтересовались мы с Кристи.

– Например, можно заставить эм… того, на кого воздействуют, видеть несуществующее или поступать несвойственным ему образом, но нельзя наделить способностью проходить сквозь стены или летать, если изначально такой способности нет.

В смысле – если нет? Оговорочка или у кого-то она всё-таки имеется?

– А, ну такие-то зелья и наши умельцы варить умеют, – сбивая меня с важной мысли, отмахнулась подружка. – Да и то, что «опои» до добра еще никого не доводили, тоже не секрет.

Данькина нервозность побудила меня следить за ним тщательнее, поэтому я не упустила из виду того, что пренебрежительный тон Кристи ничуть не задел его. Напротив: он словно бы испытал облегчение, что она так быстро утратила интерес к этой теме.

Я невольно усмехнулась. Ишь ты хитренький буратино! Сказал бы, что магия существует, и мы бы непременно попросили её продемонстрировать, чего он, конечно же, не мог не понимать. А так отбрехался общими туманными фразами и – красавчик: съехал с опасной для себя темы.

Только не на ту напал! Если, как он утверждает, магия в «их мире» ограничена, то в наш он как попал? Какое-то супер-мега изобретение тамошних учёных, позволяющее перемещаться в пространстве?

И пусть только попробует заикнуться про телепорт – я буду ржать аки сивый мерин!

Договор

Но развлечение – потом. Пусть «принц» пока расслабится и решит, что его отмазка про слабенькую магию прозвучала убедительно.

Ну или – если умный (а боги свидетели – на меня он произвёл именно такое впечатление) – использует предоставленное ему время для прорисовки более интересных деталей «родного мира». В конце концов, «десерт» должен быть сладким!

При мысли о сладком, в моей голове тут же всплыл голос Даньки, с обволакивающей, свойственной только ему интонацией, произносящий это своё «Конфетка»… Чёрт!

Поспешно переведя взгляд с него на подругу, по её насмешливому взгляду я поняла, что спалилась. Запоздало придав лицу беспечное выражение, я подхватилась с места и весело прощебетала:

– Ну, что, идём?

Но, кажется, сделала только хуже. Кристинка в глубокой задумчивости покачала головой и при этом промолчала. Плохой знак.

В итоге загорать мы отправились всё же не сразу – сперва заняли моего ненаглядного: чтобы и при деле был и нас своим присутствием не смущал. Попросив его вынести во двор пару лежаков, и, снабдив всем необходимым для приготовления шашлыков, мы оставили его перед домом колдовать над мангалом, а сами отправились переодеваться.

– А ты чего? – нарядившись в бирюзовый купальник, глянула на меня подруга.

– Кристи, я же сказала…

– Да помню я, помню. И не призываю валяться под солнцем часами. Но самую чуточку загара тебе не повредит. К тому же на твоём месте я бы не отказалась немного подразнить «нашего мармеладного принца». Заметь, не абы какого, а явившегося на встречу с тобой аж из другого мира! – воздела она палец кверху. – Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?

– Больно надо его дразнить! – сердито засопела я. – К тому же явился он не ко мне, а потому что бежал от своей Акулишны.

– Ну, вот этого мы точно не знаем. Из неоспоримых фактов – он валялся у тебя на участке, лишённый чувств. Не исключено, кстати, что твоей красой сражённый наповал, – напевно закончила она, и до меня наконец дошло, что она стебётся.

Ну, ок. Почему бы и не поддержать игру? Тем более, не будь здесь сейчас Даньки, я бы как поступила? То-то и оно! Так почему его появление должно что-то изменить?

– А может ты и права, – изобразив задумчивость, откликнулась я. – Уважу-ка, и впрямь, дорогого гостя. Он из таких далей прискакал, что даже коня своего белого где-то дорогой обронил, границы миров раздвинул! А мне что – тяжело его порадовать да развратную одёжу на себя напялить?

Я подмигнула Кристи и уже через минуту крутилась перед ней в новеньком, ещё ни разу не ношенном (а то я не знала, что загорать она меня всё равно вытащит), нежно-розовом купальнике.

– Ну как?

Кристи восхищенно присвистнула.

– Она ещё спрашивает! Ты в нём просто сногсшибательна! Настолько, что я всерьёз опасаюсь, как бы твой «Мармеладик» вновь не грохнулся в обморок…

– И ничего он не мой, – заворчала было я, но встретив насмешливый взгляд подруги, тут же «переобулась»: – Угу, свалится и не поморщится! Возись потом с ним… Может не будем рисковать и выйдем через двор?

– Сейчас бы у себя дома окольными путями ходить! – возмущенно фыркнула подружка.

– Принц твой, раз такой нежный, пусть волю и дух тренирует. Давай, вперёд! – скомандовала она и легонько подтолкнула меня к двери.

Знали бы мы какой эффект произведет на «беглого принца» появление двух полуголых нимф! Какая там воля, какой уж там дух!

В общем, если коротко, стоило нашей мини-процессии показаться Даньке на глаза, как он, не дойдя до мангала, к которому направлялся, споткнулся о лежащего у него на дороге Джеки и едва не опрокинул этот самый мангал к чёртовой матери. Кристи потом утверждала, что засмотрелся он именно на меня.

Потревоженный, но вроде бы особо не пострадавший пёс с обиженным лаем метнулся в сторону. И вовремя, потому как из бутылки с водой, которую нёс в руке «Высочество», едва ли не половина выплеснулась наружу, непонятным образом попав ему даже на штаны.

Удручённый Данька, отряхивая воду с «Адидасиков» посмотрел на нас укоризненно.

Хотя Кристи настаивает, что плотоядно. И не на нас, а на меня.

И не посмотрел, а откровенно пялился.

Смутившись, я свистом подозвала Джеки и отправилась привязывать его на место.

– Якой пылкий вьюноша! – догоняя меня, насмешливо прокомментировала Кристи произошедшее. – Ну, ничаво, пущай охладится маненько, ему не повредит, – и, утащив меня за угол дома, где «пылкий вьюноша» услышать нас уже точно не мог, добавила: – Эх, а вы ведь с ним просто идеальная пара!

– Это ещё почему? – с подозрением покосилась на неё я.

Фу-х! Теперь, когда Данька не смотрит, наконец-то можно расслабиться, а то прям мышцы от напряжения одеревенели.

– Так оба полоротые, – хихикнула Кристи. – Что один, что вторая – под ноги не смотрите. Зато как он тебя глазами пожирал!

– Не преувеличивай, – с трудом удерживая расползающиеся в улыбке губы, нарочито небрежно отмахнулась я.

– Это я ещё преуменьшаю, – одарила меня взглядом оленёнка Бэмби, подруга. – Ты видела, как, – выделила она интонацией слово, – он на тебя смотрит?