Текст книги "Мой Мармеладный Принц (СИ)"

Автор книги: Кася Дрим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Согласна!

– Сходим сегодня в баню? – намекая на то, чтобы он её затопил, спросила я какое-то время спустя. Однако Данька мой намёк понял по-своему.

– Предлагаешь продолжить там? – воодушевился он. – А что? По-моему, классная идея! И, кстати.., – его глаза загорелись хищным огнём, – как тебе её более развёрнутая версия – устроить этакий своеобразный квест по разным местам дома? Он у тебя большой, так что должно получиться весьма увлекательно и разнообразно.

– Секс-экскурсия для пресыщенного однообразием жениха? – подколола его я. – И вообще-то про баню – это была завуалированная просьба её затопить.

– Так затоплю, конечно, – тут же согласился он и продолжил с мечтательным выражением лица: – Хотя вариант с экскурсией мне понравился больше. Впрочем, нам же никто не мешает совместить приятное с полезным, так ведь? И насчёт пресыщенного… это точно мимо. Просто люблю экспериментировать. А ты?

– Ты будешь смеяться, но для меня на столе – уже станет экспериментом, – неожиданно для самой себя выдала я недавнюю фантазию.

– Ну уж нет, Конфетка, смеяться я точно не буду. А вот поучаствовать не откажусь, – пробормотал Данька и, встав с кровати, сгрёб меня в охапку.

Чёрт его знает почему, когда он вынес меня из спальни, в глаза мне бросились так и не постеленные обратно половики. Может потому, что смелость озвучить фантазию и смелость её воплотить – не одно и то же. Всё-таки к Даньке в статусе своего любовника я ещё не привыкла. И оттого непроизвольно попыталась отвлечь его внимание. Поэтому, наверное, и озвучила подмеченное.

– Конфетка, ты их сейчас постелить хочешь? Прямо так? – усадив меня на краешек стола и красноречиво оглядев, удивился Данька: – Тогда ты будешь делать это ну очень долго. Хотя твои фантазии нравятся мне всё больше.

Пипец! Отвлекла, называется!

– Вообще-то домашняя работа – твоя по договорённости, – чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец, пискнула я.

– Ты такая милая, когда смущаешься, – втискиваясь между моих ног, сказал Данька и, подхватив за ягодицы подтянул к себе.

Вообще-то в моей фантазии всё происходило иначе, а если мы продолжим, как сейчас, то я надолго останусь «милой». Но сказать об этом прямо я не решилась. Лишь упёрлась руками в его сильную твёрдую грудь. Хотела отстранить его, да какое там! Не сдвинувшись и на миллиметр, он поймал мои ладони и по очереди поцеловал. Затем он завёл мои руки за спину и, удерживая там, прошёлся языком по шее. От неожиданной ласки по коже тотчас побежали мурашки, а внизу живота сладко заныло. Тихо застонав, я запрокинула голову и прикрыла глаза, тая от мужской нежности.

Данька ласкал меня не спеша и очень умело, доводя своими прикосновениями до исступления. И когда он оказался во мне, я, совершенно забыв обо всяком стеснении, принялась с жадностью наблюдать за его движениями. И это распаляло с каждой минутой всё больше и больше. Не могу сказать, что в таком воплощении моя фантазия проиграла, однако Данька, видимо, вдохновившийся воображаемыми картинками о расстилаемых мною половиках позже воплотил её и так, как представлялось именно мне. Технически. А практически это оказалось куда лучше всех моих самых смелых ожиданий.

Ну, а потом, когда дрожащие ноги уже не желали держать меня, а многострадальный стол, не справившись с нашим напором, стал возмущённо поскрипывать, Данька отнёс меня в кресло, где немного времени спустя и завершил нашу очередную серию в три подхода. Причём там же, в кресле я и умудрилась задремать в Данькиных крепких, но нежных объятиях. А проснулась снова в своей кровати, но вспомнить, как в ней оказалась, так и не смогла.

Данька, судя по доносящимся звукам и ароматам, хозяйничал на кухне. Широко улыбнувшись от замелькавших в голове воспоминаний, я сладко потянулась, встала и прошлёпала босыми ногами к стулу. Сняла со спинки халатик, надела его, а когда обернулась, то встретилась взглядом с Данькой. Он стоял, подпирая плечом дверной проём и с умильным выражением лица смотрел на меня. Сдвинутая в сторону занавеска болталась за его спиной. Надо же, а я и не слышала, как он пришёл.

– Конфетка, завтракать будешь? – поинтересовался он.

– Завтракать? – я растерянно глянула в окно, за которым было светло, но так разве поймёшь утро сейчас или вечер? Хотя… в какой там стороне солнце..?

– Ну строго говоря время больше подошло бы для ужина, – не дав мне додумать, пояснил Данька, – но так как предыдущие приёмы пищи мы пропустили…

После «завтрака» Данька отправился топить баню, а я набрала-таки Кристи.

– Ну надо же, ты про меня вспомнила, – обиженно засопела в трубку подруга.

Однако стоило мне поделиться с ней новостью о помолвке, как она, тут же позабыв об обиде, принялась выспрашивать подробности. И даже порадовалась серьёзному Данькиному подходу, но, как и я, выразила сомнения и по поводу не пойми откуда взявшихся денег, и по поводу его спешки. А заодно и по поводу фамилии.

– Вряд ли она настоящая, – сказала подруга.

– Вот за фамилию обиднее всего, – вздохнула я. – По-моему, Эльза Мартиньяни звучало бы очень красиво.

– Это да. В чём-в чём, а в фантазии твоему мармеладному не откажешь.

– О да! – вспомнив все те вещи, что ещё совсем недавно творил со мной Данька, горячо подтвердила я.

– Хм. Я так понимаю, есть ещё что-то, чего я не знаю? – проницательно осведомилась Кристи.

Согласна!

Но против ожидания, когда я в общих чертах поделилась с ней историей своего грехопадения, она вместо того, чтобы читать мне нотации, обрадовано заявила, что так-то давно было пора. Чем немало меня озадачила.

– В смысле – давно? – усмехнулась я. – Я его неделю назад ещё знать не знала! Или ты считаешь, что нужно было переспать с ним в первый же день? Что-то раньше ты вроде прямо противоположной точки зрения придерживалась. Или весть о помолвке заставила тебя поменять мнение?

– Можно подумать сейчас ты до фига своего принца знаешь! фыркнула Кристинка. – Но вообще-то я не о нём и говорила, а в целом. Хотя раз он такой крутой в постели, как ты рассказываешь, что в его возрасте удивительно, то ладно, пусть будет он, – великодушно разрешила она.

– А у вас с Вадиком в этом плане что – какие-то проблемы? – невинно поинтересовалась я.

– С чего это? – возмутилась она. – У нас всё отлично!

– Ну ты просто про связь возраста и умений упомянула, а ведь возраст у Даньки с твоим мужем почти одинаковый. Вадик ещё даже чуть младше, – вопреки своим же собственным сомнениям неожиданно выступила я в защиту Даньки.

– Потому и говорю, – не смутилась подруга, – что в их возрасте – это скорее исключение, чем правило. И я рада, что твой принц именно из числа первых. А, кстати, помнишь, я тебя как-то убеждала, что повстречаешь ещё и ты своего принца? Видишь, не обманула, – хохотнула она, но тут же посерьёзнела: – Ты с ним счастлива?

А ведь и точно убеждала! Я же лишь вяло тогда от неё отбрыкивалась – какой, мол, мне принц. А оказалось вон чего: мало того, что и впрямь явился, так ещё и самый «настоящий»!

– Как ни удивительно при столь малом сроке знакомства – да, – не задумавшись и на секунду, ответила я.

– Вот при малом-то как раз и не удивительно, – возразила она. – Ты попробуй остаться с ним счастливой и через десять лет, и через двадцать, и через пятьдесят. Чего, кстати, я тебе и желаю.

– Взаимно, подруга, – улыбаясь, хоть она по телефону и не могла этого видеть, ответила я и, пообещав держать её в курсе, отключилась.

Времени свободного до момента, когда можно будет сходить помыться – и, наверняка, не только – оставалось предостаточно, и я занялась-таки половиками. От греха подальше. А то не ровен час взбредёт всё же Даньке в голову реализовать связанную с ними фантазию. А к таким экспериментам я пока совсем не готова. Когда половики закончились, а время – ещё нет, я запоздало сообразила, что за всеми «событиями» сегодняшнего дня я напрочь забыла про бедолагу Джеки.

Зато, как выяснилось, когда я, как ошпаренная вылетела на улицу, не забыл Данька. И от этого чувство вины ужалило ещё сильнее. Но вместе с тем я испытала облегчение и благодарность за то, что Данька, намереваясь получить своё, заранее позаботился обо всём действительно важном. И вот теперь я курила, положив голову ему на плечо, и думала о том, что если бы не история его жизни, которую он упорно пытается преподнести мне, как правдивую, то я бы, пожалуй, действительно могла счесть себя абсолютно счастливой.

А может плюнуть на всё: оставлять прошлое в прошлом, а будущее в будущем и просто наслаждаться тем, что есть сейчас? Было бы славно.

К тому времени, когда баня была готова к использованию, я окончательно утвердилась в своём решении. В конце концов, раз уж судьба преподнесла мне нежданный подарок, то я обязана дать этому отпуску шанс стать самым лучшим отдыхом в моей жизни. А уж какие возможности для этого открылись нам в бане, если учесть, что воспользовались мы ей в основном вовсе не по прямому назначению! Но если я наивно полагала, что на этом Данька успокоится, то весьма и весьма сильно ошиблась.

И ладно я выспалась и отнюдь не перетрудилась, но вот откуда у него взялись силы ещё и на ночной подвиг?

– Дань, а спать ты сегодня совсем не собираешься? – после очередного захода решилась спросить я. – Тебе ж вроде как рано вставать!

– Конфетка, если ты обо мне беспокоишься, то напрасно – я полон сил, – подмигнул он. – К тому же я подумываю и на завтра, вернее уже сегодня, взять выходной. А если это ты так завуалированно просишь пощады, то я, конечно, пойду тебе навстречу.

Вот и толку-то, что мы мылись?!

– Не то, чтобы пощады, но раз ты всё равно собрался взять выходной, то может всё же немного поспим? – вздохнула я.

– Давай поспим, – без особого энтузиазма согласился он, помолчал и добавил: – Мне всё время мало тебя, Конфетка. Всё время как будто не хватает. А ещё такое странное ощущение, что всё это в любой момент может закончиться.

Та-ак! Это он меня к скорой разлуке готовит что ли?

Стоит ли уточнять, что следующим утром меня разбудили отнюдь не петухи, и весь день мы с Данькой провели в кровати, выбираясь в основном только на кухню? Ну и под вечер – в баню.

А дальше дни пошли своим чередом. Данька работал и вёл моё хозяйство, время от времени мотался в город, неизменно привозя мне оттуда подарки и продукты. Порой мы выбирались куда-нибудь вместе, а баня теперь топилась ежедневно.

Я чувствовала себя абсолютно счастливой, и ничто казалось не предвещало той разлуки, на которую намекнул Данька, пока в один из солнечных деньков не произошло непоправимое.

Глава 14: Мать его!

Как назло Данька тем вечером как раз был в городе. А я залипала на чтении очередного любовного романа и время от времени ловила себя на мысли о том, что, кажется, и в моей жизни, наконец-то, случилась самая настоящая сказка о любви.

Никаких известий о брате Данька из своих вылазок в город не привозил, и я уже не только потихоньку начала «забывать» его историю, но и успела поверить, что никаких негативных последствий она мне не принесёт. Поэтому, когда неожиданно залаял Джеки, я ничего такого и не подумала. И поначалу даже не хотела идти смотреть, что же его встревожило. Подумала: ну полает и успокоится. Но пёс не умолкал и по прошествии нескольких минут, так что мне всё-таки пришлось сползти с дивана, где я так удобно устроилась с телефоном, и выйти на улицу.

Одного шага с крыльца мне оказалось достаточно, чтобы увидеть ту, которая так раззадорила собаку.

«Блин, не дача, а проходной двор какой-то!» – направляясь в сторону незнакомки, застывшей посередь моего участка, пробормотала я себе под нос. Боги, пусть только эта будет чья-нибудь заплутавшая гостья, а не то, что первым пришло мне в голову!

На мысль о том, что боги, как и я, по всей видимости, сейчас в отпуске, меня натолкнули два момента.

Во-первых, манера, с которой она держалась. Задранный нос и брезгливо поджатые губы – заметно было издалека – как-то не вяжутся с образом растерянного человека. Стало быть весьма маловероятно, что незваная гостья здесь случайно. Хотя есть ещё надежда, что произошла какая-то ошибка. Но вот тут как раз сомнительно из-за “во-вторых” – место было тем самым, где сначала я споткнулась об Даньку, и где позднее мы с Кристинкой обнаружили Фили.

И чего только они все тут шарятся? Мёдом им тут намазано что ли? А может на моей земле стоит какой-нибудь «уловитель людей» или, скажем, белая дыра где-то неподалёку расположена?

Или, что намного вероятнее, – это то самое, о чём так не хочется думать. И зачем? Ведь всё же было так хорошо! Или только мне? Но тогда можно было просто по-человечески уйти, а не разыгрывать очередной акт спектакля…

Узнала я её сразу же, как только расстояние, разделявшее нас, позволило разглядеть черты надменного лица. Хотя видела впервые. Её.

А вот черты у них с сыном общие. Поэтому хоть и правильнее было бы выразиться «поняла, кто это», однако «узнала» – точнее. Надежда на ошибку и была-то мизерной, а теперь растаяла окончательно. Так вот значит какая ты, моя почти что свекровь!

Так, стоп! Это что – реально Данькина мать?! То есть я вижу, что – да, но тогда она ведь разоблачит его легенду? Не мог же он в своём спектакле задействовать настоящую мать?! Или да? Но, чтобы она согласилась, ставки должны быть и впрямь достаточно высоки. И как мне себя с ней вести? Кто бы подсказал…

Растерянно потрепав Джеки по лохматой голове, я присела на корточки и сказала ему на ухо: «Умница, мальчик!», но лай нужно было прекращать, поэтому следом со вздохом добавила: «Фу! Свои».

Пёс в ответ фыркнул, словно, выражая свой скепсис, неуверенно гавкнул ещё пару раз, а затем смолк. Ой, да не так уж сильно и обманула: Данька же наш, а значит и мать его не чужая. Вот только наш ли Данька на самом деле, мне ещё предстоит выяснить…

Оставшееся расстояние я преодолела в оглушающе-непривычной тишине. Нет, птички по-прежнему пели, издали доносился звук не то бензопилы, не то бензокосилки и даже брехала чья-то ещё собака, но после надсадного лая Джеки всё это как-то и за звуки-то не воспринималось – так, досадный фон для чего-то действительно важного, что вот-вот должно произойти.

Изобразив на всякий случай благожелательную улыбку, я остановилась напротив женщины, поздоровалась и замерла. Почему-то так и подмывало спросить, не ушиблась ли она при падении, но я сдержалась. Оглядев её длинное «в пол» платье на предмет хоть каких-то признаков того, что оно вместе со своей хозяйкой побывало на земле и, не найдя таковых, я непроизвольно вздёрнула брови: что неужели Её Величество миновала участь предшественников? А почему? Для дам предусмотрены особые условия?

И не спросишь ведь: пока я не продемонстрировала свою осведомлённость, можно попробовать сыграть в то, что я вообще ничего не знаю. Может это даже и к лучшему, что Данька отсутствует? Пока его нет, у меня есть возможность отрицать факт нашего с ним знакомства и по-быстренькому сплавить его матушку восвояси. Он же вроде как не жаждал с ней повидаться? И что-то я уже тоже не горю желанием – хотя мне, наверное, и было бы полезным – налаживать контакт с Её презрительным Величеством.

Кстати, помимо выражения лица, которое с натяжкой ещё можно было счесть в качестве доказательства её статуса, никаких других свидетельств того, что передо мной – королева, я не заметила. Ни тебе короны, ни хотя бы завалященькой диадемы. Ещё и светлые, в отличие от сына, волосы подстрижены по-мальчишески коротко. Впрочем, Данька в своих «Адидасиках» тоже не больно-то на принца похож.

– Я могу Вам чем-то помочь? – так и не дождавшись от неё ни ответного приветствия, ни хоть какого-нибудь вопроса, решила проявить инициативу я.

– Вы должны знать, где Даниэль, – заявила она без тени сомнения и обратила на меня хмурый взгляд своих тёмно-серых, как грозовые тучи, глаз.

Мать его!

Вообще-то она была даже красивая, но вот взгляд её, хоть и не слишком добрый, не обладал, как у сына, силой проникать в самую душу. Не впечатлилась я в общем.

– Даниэль? Хм… Даниэль.., – я сделала вид, что пытаюсь припомнить, но потом решительно покачала головой: – Вообще не представляю, о ком вы говорите.

– Такой черноволосый красивый мальчик. Ростом повыше, – угу, про рост я заметила, а вот насчёт мальчика – это смотря с какой стороны посмотреть – но лицом похож на меня. Про красивого, но на неё похожего – это она сейчас изящно так себе комплимент сделала.

Женщина глянула на меня раздражённо, а затем с досадой, словно сердясь, что по её «подробному» описанию я не тороплюсь узнавать Даньку, добавила:

– Чёрная футболка, чёрные спортивные штаны. Татуировки, – она ткнула пальцем, обозначая места, – на шее и руке.

– Ни разу не видела в этих краях ребёнка с татуировками, – пожала плечами я. И, между прочим, не соврала.

– Да при чём здесь ребёнок?! – раздражение на лице Её Величества сменилась недоумением.

– Ну Вы же сами сказали про мальчика, – похлопала ресницами я.

– Ему двадцать три, – буркнула она.

– А с чего Вы взяли, что я должна знать, где.., – я чуть было не ляпнула «ваш сын», но вовремя сориентировалась: – он?

– С того, что мне доподлинно известно, что он здесь был.

Ой ли? Чтобы говорить с такой убеждённостью, она должна была разоблачить дубликата – это если верить в легенду Даньки. Ну, либо же просто следовать сценарию последнего.

– Тем не менее кроме меня и собаки тут никого нет, – пожала плечами я. Что тоже, кстати, было правдой.

– Но вы знаете, где он? – не отставала она, а потом, словно, спохватившись, добавила: – Меня зовут Наэля, и Даниэль – мой сын.

Приятно познакомиться, мама. А я – Эльза. И ваш сын зовёт меня Конфетка. А ещё я – ваша будущая невестка. А что же вы, мама, умолчали о своей принадлежности к королевской семье?

Я вздохнула и вслух, конечно, сказала иное:

– Моё имя – Эльза, и я понятия не имею, где Даниэль. Желаете убедиться, что я его не прячу: осмотреть дом?

Строго говоря это даже не ложь. Во-первых, я-таки сомневаюсь, что Даниэль – его настоящее имя. Во-вторых, он вроде как бы в городе, но откуда мне знать наверняка? Да и город большой – мало ли в какой его части можно находиться. Так что да – не знаю.

А вот про дом – это я, пожалуй, зря ляпнула. Ладно, самого Даньки там сейчас нет, но, допустим, его бритва наведёт «Её Величество» на мысль, что мужчина здесь всё-таки живёт. И тогда она может попросить другие его вещи показать. А среди них есть и несомненно знакомые ей «Адидасики». Но может она ещё и откажется?

Я посмотрела на неё с надеждой, но она предпочла не заметить этого.

– У вас красивый дом. Я бы не отказалась взглянуть на его внутреннее убранство.

Чё, блин? Не она ли пять минут назад рассматривала его с брезгливым выражением лица? Убранство её интересует – как же!

– Прошу, – сделала я приглашающий жест рукой.

Что я вообще творю? Не знай я никакого Даниэля на самом деле, я бы и тётку незнакомую в дом не повела. Ну, потому что мне было бы просто пофиг и на неё саму, и на её неизвестного мне сына и на то, верит ли мне тётка.

А вот если всё-таки веду, то это подозрительнее выглядит, чем если бы отказалась. Да я к тому же ещё и сама вызвалась. Ладно, в крайнем случае спишем на то, что в посёлке люди более открытые.

В посёлке… А ведь даже если мне сейчас удастся убедить её в том, что Даньки у меня нет, то навряд ли она отступится от затеи отыскать его. Обратится к кому-то из соседей и поймёт, что я её обманула. В идеале «госпожу Мартиньяни» бы надо спровадить отсюда насовсем, но как это сделать? Говорить про город – не вариант. Даже если она уедет сейчас, то позже, не найдя его, всё равно вернётся. Да и как она уедет? Пойдёт искать добрых людей, которые её подбросят. А те расскажут ей правду.

Значит либо отправлять её в какой-то третий мир, либо обратно – домой. И в том, и в другом случае придётся признаваться, что Данька тут все же был. Впрочем, про третий мир тоже, наверное, дохлый номер. Насколько помню легенду Даньки, дубликаторы перемещают только в наш. К тому же если бы принц «убыл» отсюда не домой, а куда-то ещё, то, вероятно, должен был бы здесь оставить очередного дубликата…

А ведь это идея! Что если попробовать убедить «Её Величество», что Данька – не настоящий? И вот тут, поверит ли мне его мать, зависит в том числе и от того правильно ли я уловила суть работы перемещающих устройств, а по большому счёту лишь от того, какую роль в своей легенде Данька отвёл собственной матери. Если она призвана только подтвердить правдивость его истории, то может у меня и получится. А вот если с её помощью он собрался меня бросить, то не будет иметь значение, что я ей наплету.

Сперва эта мысль обожгла меня злостью, но потом я решила – на черта я буду тратить свои нервы, если Данька так и так действует согласно рамкам своего сценария?! Имелась, конечно, робкая надежда, что, проникшись ко мне чувствами, этот свой сценарий он может изменить, но вот прям рассчитывать на это точно не стоило. Вот, кстати, и узнаем.