Текст книги "Падший ангел (ЛП)"

Автор книги: Камилла Креати

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

А ведь я его ненавидела.

Внезапно он закрыл глаза, покачал головой, отодвинулся и освободил меня от своей хватки. Я поднялась. Он резко соскочил с дивана, чтобы отойти на несколько шагов.

– Чёрт, что ты со мной сделала? – пробормотал он как упрёк, будучи так же потерян, как и я.

Я нахмурилась, пытаясь привести в порядок свои мысли и успокоить бешеное колотящееся сердце. Что на нас нашло? Как мы могли так легко поддаться этим порывам?

Резкий звонок прервал бессвязные мысли в моей голове. Кровавый Жнец без промедления схватил свой мобильный и ответил, стараясь не смотреть на меня.

– Маркус?

Моё тело немедленно напряглось. Мой отец, только его не хватало, чтобы сделать ситуацию по-настоящему неловкой. Высокий брюнет время от времени качал головой, сжимая губы, в то время как, казалось, был очень сосредоточен на том, что говорил ему собеседник. И это, похоже, не было хорошей новостью...

– Да, мы сейчас приедем. Дай мне только время уладить небольшую... Проблему, – закончил он, прежде чем повесить трубку.

Я встала, встревоженная. Что значит «мы приедем»? Куда мы должны ехать, и главное, почему в такое позднее время? Каз повернулся ко мне, прежде чем объявить:

– Мы едем на главную базу. Им удалось поймать одного из этих ублюдков «Королевских Призраков» на границе нашей территории.

Я широко раскрыла глаза, удивлённая таким поворотом вечера. Пока я поднималась, собираясь быстро направиться к входной двери, я с удивлением увидела, что Кровавый Жнец направляется к лестнице.

– Куда ты? – спросила я его.

Он не потрудился обернуться ко мне и продолжил взбегать по ступеням, отвечая сухим тоном, который выдавал его раздражение:

– Приму холодный душ.

14

Каз

Я ворвался в дом, даже не дожидаясь Эры, которая тщетно пыталась меня догнать. Последнее, чего мне хотелось, это оказаться здесь, на этой вилле, и столкнуться со своим боссом, как будто я всего несколько мгновений назад не собирался трахнуть его дорогую дочурку на диване в нашем грёбаном доме.

Чёрт побери, о чём я вообще думал?

Когда эта идиотка набросилась на меня, позволив мне вдоволь полюбоваться её чертовски красивым лицом, которое оказалось слишком близко к моему, я потерял бдительность, чтобы вкусить этот проклятый запретный плод. Её пухлые губы манили меня, как магнит. И одно было точно: рано или поздно я пожалею об этом.

Поэтому, когда я добрался до двух больших дверей, прилегающих к кабинету босса, я бесцеремонно распахнул их, желая только одного: выплеснуть всё это напряжение, которое накопилось в моём теле, заставляя его гореть. Как вулкан, готовый к извержению, я собирался всё испепелить на своём пути. И когда я увидел этого парня, привязанного к стулу, как какая-то жалкая дичь, с опущенной головой и волосами, пропитанными кровью и потом, я в долю секунды понял, что он станет первой жертвой моего гнева. Я превращу его в пепел.

Маркус Карлтон повернулся ко мне, глядя слишком серьёзно, в то время как я услышал, как его надоедливое потомство приближается сзади, запыхавшееся, как будто она пробежала марафон с сорокакилограммовым мешком на плечах.

– Эра, пожалуйста, выйди, – сказал Маркус невозмутимым голосом.

Невысокая брюнетка подошла ко мне, нахмурившись и поджав губы.

– Нет, я тоже хочу остаться! – воскликнула она.

Она не понимала. Она не понимала, потому что не могла знать. Она не могла представить, к какому насилию мы с её отцом прибегнем, если этот грязный Призрак не решит заговорить. Он просто хотел защитить её, её невинность и чистоту. Так что закрой глаза, мой ангел, чтобы не быть осквернённой нашими грехами.

Кивком Маркус дал мне понять, что я должен вывести её из этой комнаты. Я повернулся к ней, схватил её за руку, вытащил наружу и захлопнул дверь под её осуждающим взглядом. Но это было для её же блага.

– Отлично. Теперь, когда ты здесь, Каз, мы можем перейти к делу...

Босс подошёл к пленнику с расчётливой отстранённостью. Руки в карманах, он несколько мгновений смотрел на него своим ледяным взглядом, прежде чем наконец нанести ему сильный удар ногой по голени, который вырвал у «Королевского Призрака» пронзительный крик боли. Чёрт, какой же он громкий!

– Этот человек признался, что был в разведывательной миссии поблизости, он бродил возле границ, когда мы его нашли, и ранил двух наших людей. К сожалению, кроме оскорблений и девчачьего стона, этот храбрый парень, похоже, не очень разговорчив...

– В таком случае, ненадолго, – заявил я, опасно приближаясь к нему.

Маркус отошёл, оставив этого бедного пленника в моей власти. Со злобной ухмылкой я резко схватил его небритое лицо, заставляя поднять голову ко мне. Этот ублюдок был сильно избит, его пустые глаза были украшены великолепным фиолетовым синяком, а его губы и нос кровоточили. К сожалению для него, это было только начало его кошмара.

– Жалок, – бросил я.

Я почувствовал, как его зубы стиснулись под давлением моих пальцев на его щеках, знак того, что я уже начал пробуждать его ненависть. Хорошо, это будет быстро.

– Что ты, чёрт возьми, делал так далеко от дома, Призрак?

– Пошёл ты на хрен, – пробормотал он.

Тихий, ледяной смешок вырвался у меня от его дерзости. Видимо, он ещё не знал, с кем имеет дело...

Я отступил, отпустил его отвратительное лицо, чтобы достать из кармана сигарету и зажигалку. С небрежностью я закурил сигарету под грозным взглядом связанного передо мной свиньи. Я сделал затяжку, не спуская с него глаз, и медленно подошёл, выпустив серый дым ему на ушибленное лицо, что вызвало у него приступ кашля, доставивший мне неимоверное удовольствие.

– Каз, перестань играть с нашим гостем. У меня нет времени на детские игры, – устало вздохнул Маркус за моей спиной.

Не отрывая взгляда от «Королевского Призрака», чтобы усилить его нервозность, которую уже выдавали капли пота, выступившие на висках, я наклонился к его лицу, сохраняя невозмутимую улыбку.

– Я даю тебе ещё один шанс ответить на мой вопрос: что ты здесь делал?

Губы, будто запечатанные цементом, ублюдок держался, гордо подняв подбородок, и, казалось, не собирался отводить взгляд. Что ж, я пытался быть добрым, но, видимо, в таких ситуациях ласковый подход никогда не работает.

– Ты сдаёшься? Очень плохой выбор, – заявил я.

Не дав ему времени понять, я резко схватил его за лицо. Открыв его неразговорчивый рот, я зажал его шершавый и влажный язык между большим и указательным пальцами. Мерзость. Когда я взял окурок, зажатый между губами, его глаза расширились от изумления. Я прижал горящий конец своей сигареты к его языку. Он закричал от боли, пытаясь вырваться из моей хватки, тряся головой, но безрезультатно. Крепко держа его, я подождал несколько секунд ради чистого удовольствия полюбоваться его глазами, закатившимися от боли, прежде чем убрать сигарету и отступить.

– Гораздо веселее, чем пепельница, – усмехнулся я, пока мужчина сплёвывал пепел на пол.

Не дав ему оправиться, я снова подошёл к нему. Я грубо схватил его за волосы и запрокинул его лицо назад. Медленно наклонившись к его рту, искажённому от боли, я прошептал ему ледяным голосом:

– В следующий раз будет твой глаз.

Я увидел, как он сглотнул, прежде чем я отступил, ожидая, что он наконец решится выложить информацию об этой проклятой миссии и своей банде. Он посмотрел на меня с ненавистью, его грудь быстро поднималась и опускалась, знак того, что его сердце билось быстрее и что он был обеспокоен. Потому что он собирался предать свой лагерь в первый раз.

– Босс ищет место, где вы прячете Эрато Карлтон. И поверьте мне, он скоро его найдёт.

Мои зубы сжались в унисон с моими кулаками. Я собирался ударить его. Очень сильно. Это был лишь вопрос секунд.

– Почему он нацелился на мою дочь? – внезапно спросил Маркус. – Он так боится меня, что не может выйти и сразиться лицом к лицу?

Мужчина насмешливо усмехнулся, что только усилило мою ярость.

– Вам следует перестать считать себя таким превосходным и могущественным, Карлтон. Мы собираемся ослабить вас, чтобы потом сокрушить и положить конец вашему жалкому правлению на нынешнем рынке наркотиков.

В дополнение к своим словам, Призрак плюнул в ноги моему боссу. Этот бедняга, должно быть, был самоубийцей или просто идиотом, но в обоих случаях он рано или поздно окажется мёртвым, с пулей между глаз.

– Грейсон Миллер просто трус. Он никогда не достигнет своих целей, и я лично позабочусь о том, чтобы развеять его надежды на славу, убив его своими собственными руками, – парировал Маркус.

– И всё же вам следует быть осторожным... Сначала ваша база, затем ваша дочь, и, наконец, ваша власть. Ах! Если бы я знал, что молодая Эрато Карлтон такая горячая, я бы приложил чуть больше усилий, чтобы узнать, где прячется эта сучка, – воскликнул он со злобным смехом.

В долю секунды мой кулак со всей яростью обрушился на его лицо. Он застонал от боли, в то время как я грубо схватил его за горло, чтобы нанести ещё более мощный удар, чем предыдущий. Я повторял своё движение снова и снова, пока не увидел только красное. Красное на его лице, красное на моих руках. Красное. Больше ничего, кроме красного. Я собирался забить его до смерти.

Стиснув челюсть и с кровью, бешено пульсирующей в висках, я схватил его за ворот футболки, чтобы поднять его, его ноги оторвались от земли, и я выплюнул ему в лицо низким голосом, окрашенным ненавистью:

– Никогда больше не произноси её имени, грязный ублюдок.

Когда сильная рука мягко легла мне на плечо, я отпустил захват, позволяя телу «Королевского Призрака» тяжело упасть обратно на стул, в то время как мои напряжённые мышцы немного расслабились. Босс отвёл меня назад, к двери в конце комнаты, чтобы держать подальше от пленника.

– Послушай, Каз, мы продолжим допрос ещё немного. Я надеюсь, что он в конце концов назовёт нам местонахождение их главной базы. Но тебе следует поехать домой, отдохнуть и отвезти Эру. Ты слишком взвинчен, чтобы продолжать, и я не хочу рисковать тем, что ты убьёшь его, прежде чем мы сможем вытянуть из него больше информации, – объяснил он мне.

Я раздражённо выдохнул и бросил последний взгляд на этого изрядно побитого ублюдка, который теперь, казалось, был на грани обморока.

– И что ты с ним потом сделаешь? – спросил я.

Он мгновение смотрел на меня своими серыми глазами, холодными, как металл, и заявил серьёзным тоном:

– Мы убьём его.

Я вышел из кабинета, не дожидаясь, пока желание самому избавиться от этого ублюдка станет неконтролируемым. В тёмном коридоре я был несколько удивлён, не найдя Эрато.

Куда, чёрт возьми, эта надоеда снова могла подеваться?

Я пошёл быстрым шагом, решив сорвать на ней своё раздражение, как только найду её, но мой порыв гнева был остановлен голосом, немного поодаль, который я сразу узнал.

– Отпусти меня! Ты не знаешь, с кем имеешь дело, грязный придурок!

Я тут же бросился к источнику этой какофонии. В конце коридора я увидел невысокую брюнетку, которая яростно отбивалась, пока какой-то парень со смутно знакомым лицом держал её, его большая рука была обёрнута вокруг её предплечья. И вот оно снова усилилось. Огонь, кипящий внутри меня.

Я бесстрастно направился к ним и крепко схватил парня за руку. Тот поднял на меня своё лицо, нахмурившись и с чёрным взглядом.

– Что тебе от меня нужно? – враждебно выплюнул он.

Я смотрел на него несколько секунд, безжалостно сжимая его руку. Когда я увидел, что он постепенно становится бледным, как грёбаный мертвец, я холодно приказал ему:

– Отпусти её.

– К-кто ты такой? Её телохранитель? – пролепетал этот идиот.

Циничный смешок вырвался у меня. Тогда я вырвал его руку из руки Эрато, даже не прилагая особых усилий, его лицо исказилось от ужаса, прежде чем я вытащил пистолет, направив его ему на потный висок. Этому парню не стоило меня провоцировать...

– Именно так, – парировал я. – Я её грёбаный телохранитель... Так что, ещё раз прикоснёшься к ней, и я снесу тебе черепную коробку.

Оцепенев, он вдруг поднял руки вверх в знак сотрудничества, прежде чем отступить на шаг, пытаясь создать расстояние между своей головой и холодным стволом моего оружия. Когда я наконец опустил пистолет, он бросил на нас последний испуганный взгляд, прежде чем поспешно удрать.

Я провёл рукой по волосам, вздохнув, а затем посмотрел на идиотку рядом со мной. Наклонившись над запястьем, она тёрла свою ноющую и помятую кожу, бормоча неразборчивые слова.

– Ты в порядке? – спросил я её.

Словно удивлённая моим вопросом, она подняла на меня свои большие карие глаза. Внезапно её губы изогнулись в мягкой улыбке, которая осветила её лицо.

– Спасибо, Каз, – сказала она.

Это, должно быть, было для неё очень тяжело. Это точно. Со мной ей было гораздо привычнее ругаться, и это, кстати, совсем не удивительно... Не утруждая себя ответом, я сунул свои окровавленные руки в карманы и начал идти по тёмной аллее, повернувшись к ней спиной.

Я просто делал свою работу. Да. Только свою работу...

15

Эрато

Я резко проснулась, тяжело дыша, сердце колотилось о рёбра.

Это был всего лишь очередной кошмар...

Обхватив голову дрожащими руками, я закрыла глаза, пытаясь справиться с неровным дыханием.

С тех пор как мы вернулись с базы Кровавого Жнеца несколько дней назад, я не могла заснуть. Зловещее предчувствие, казалось, опутало меня, создавая ощущение постоянной опасности. И этот страх только усиливался, когда наступала ночь и я закрывала глаза. Я чувствовала себя обнажённой, уязвимой, неспособной контролировать этих монстров, которые резвились в моих снах. В темноте комнаты я почти видела, как они прячутся в тени и скользят вдоль стен. Эти призраки, которые шпионили за мной, только и ждали подходящего момента для нападения. И тогда я боялась однажды оказаться на месте того мужчины, которого видела той ночью в кабинете отца: закованной в цепи и с лицом, изуродованным побоями.

К довершению ко всему, гнетущее ощущение, мешавшее мне сомкнуть глаз, атмосфера в доме была крайне напряжённой. После внезапного поцелуя, которым мы обменялись, Каз, казалось, считал своим долгом соблюдать определённую дистанцию между нами. Наши скудные разговоры происходили только во время ежедневных тренировок, которые никогда не были приятными. Каз оставался Казом, и его легендарная любовь к конфликтам, казалось, была укоренена в нём сильнее, чем его несмываемые татуировки.

Я вздохнула, пытаясь успокоить свой разум, осаждённый всеми этими мыслями. Но сколько бы я ни закрывала глаза снова, я больше не чувствовала себя в безопасности.

Одна. Я была одна перед лицом чёрной ночи.

В детстве, когда я не могла уснуть, я помню, что мама всегда предлагала мне место в своих объятиях. И только прижавшись к ней, я наконец засыпала. Но теперь я была одна. Предоставленная сама себе посреди этого чёрного потока, постепенно поглощающего моё существование, без кого-либо, за кого можно было бы ухватиться. Никто не готов протянуть мне руку. Если только...

Не раздумывая, я встала, мои ноги, казалось, сами вели меня к закрытой двери, которая вела в комнату моего телохранителя. Я глубоко вдохнула, прежде чем, наконец, войти внутрь на цыпочках.

Лежа на животе между чёрными атласными простынями, повернув голову набок, Кровавый Жнец крепко спал, позволяя мне без стеснения созерцать его. Он выглядел как маленький мальчик.

Я подошла, как кошка, и немного ближе разглядела его черты, умиротворённые сном. Его чёрные ресницы касались верхних скул, а приоткрытый рот выпускал тонкую струйку воздуха, заставляя его татуированную спину медленно подниматься и опускаться. Когда его брови не были нахмурены от гнева, а его тёмные глаза были закрыты, он выглядел почти нежным, несмотря на чёткие линии челюсти.

Подойдя к кровати, я осторожно приподняла простыню, но не успела залезть под неё, как меня заставил вздрогнуть сонный, хриплый голос:

– Что ты делаешь? – пробормотал Каз полузакрытыми глазами.

Я прикусила нижнюю губу, внезапно став менее уверенной в себе. Действительно, что я делаю? Неужели я действительно собираюсь лечь в постель к этому психу, который, вероятно, ненавидит меня больше, чем преступники, преследующие меня?

– Я-я видела кошмар... Я не могу спать, – пробормотала я тогда.

Он немного приподнял голову, впиваясь в меня своим тёмным взглядом, в то время как его брови вернулись к своему обычному положению.

– И что? Ты приняла меня за свою мать? – парировал он.

Уязвлённая, я отпустила атласную простыню. Как я могла подумать, что он отреагирует иначе? Я чувствовала себя нелепой, и у меня было неприятное ощущение, что я снова даю ему повод считать меня такой. Я, наверное, всё ещё была всего лишь ребёнком...

– Забудь. Не знаю, что на меня нашло...

Когда я собиралась уйти, поворачиваясь к двери, позади меня послышался шорох, прежде чем рука обхватила моё запястье. Удивлённая, я резко повернулась к парню, который удерживал меня своей хваткой, его теперь полностью открытые глаза смотрели прямо в мои.

Непонимание, должно быть, читалось на моём лице, потому что он раздражённо фыркнул, прежде чем отпустить меня, чтобы откинуть рукой простыню, закрывающую пустое место рядом с ним, как бы приглашая меня лечь. Мне всё ещё это снилось?

Растерянная, я продолжала смотреть на него, ожидая, что он вдруг злобно расхохочется, прежде чем отослать меня прочь со своим обычным коварством, но он ничего не сделал, а просто снова лёг на бок, повернувшись ко мне спиной.

– Поторопись, пока я не передумал, – бросил он.

Тогда я наконец решила лечь рядом с ним, всё ещё оставаясь настороже. Теперь мы лежали спиной к спине, и ни один из нас, казалось, не осмеливался пошевелиться, в то время как только звук нашего дыхания нарушал тишину.

– Что это было? – внезапно спросил Каз своим низким голосом.

– О чём ты говоришь?

– Твой кошмар. Что это было?

Я повернулась и быстро взглянула в его сторону, прежде чем лечь на спину, уставившись на безупречный потолок, и вздохнула.

– Королевские Призраки. Они похитили меня и собирались пытать...

Я услышала, как он повернулся, тоже ложась на спину. Краем глаза я увидела, как он положил свою мускулистую руку под затылок, чтобы опереться на неё головой.

– Поверь мне, ты можешь спать спокойно, – возразил он. – Если они хоть немного умны, они даже не посмеют попытаться приблизиться к тебе.

Я внезапно повернулась к нему. Как ни странно, его слова успокоили меня. Не потому, что он был прав, а потому, что я услышала в его голосе решимость. Да, я услышала, что что бы враг ни задумал, он будет здесь, чтобы защитить меня. И тогда я поняла, что ошиблась. Совершенно ошиблась. Потому что был человек, который протягивал мне руку сквозь тьму. Каз.

При этом удивительном осознании улыбка изогнула мои губы, прежде чем я прошептала ему:

– Спасибо.

Он тоже повернул лицо в мою сторону, впиваясь своими чёрными глазами в мои, прежде чем озорно бросить мне:

– Это третий раз.

Я нахмурилась, не будучи уверенной, на что он намекает.

– Третий раз?

– Когда ты говоришь мне «спасибо», – объяснил он. – Это третий раз.

Я на мгновение оцепенела. Значит, он считал? Это было почти так, как будто... он искал признания. Подтверждения того, что иногда он поступал правильно. Прежде чем я успела заметить, наш зрительный контакт затянулся. Внезапно Кровавый Жнец громко выдохнул, прежде чем первым разорвать его, снова повернувшись ко мне спиной.

– Перестань так на меня смотреть и спи. Я и так прилагаю сверхчеловеческие усилия, чтобы принять такую идиотку, как ты, полуголой в своей постели...

Я не могла сдержать фырканья, позабавленная его поведением, и тоже повернулась на бок. Улыбка всё ещё была на губах, я почти забыла о причинах своего беспокойства.

– Спокойной ночи, Каз, – прошептала я, прежде чем заснуть.

Агрессивный дневной свет ударил по моим векам, заставляя меня морщиться, пока моё лицо, пытаясь избежать этой настоящей пытки, уткнулось в подушку.

По мере того, как моё тело постепенно пробуждалось в такт с моим разумом, затуманенным сном, я осознала, что что-то тяжёлое сковывает мои мышцы, мешая мне пошевелиться. Встревоженная этими непривычными ощущениями, я с трудом открыла один глаз и сдержала желание вздрогнуть, когда мой взгляд упал на массивные татуированные руки, которые крепко обнимали мою талию. Что, чёрт возьми... Моя спина, казалось, была прижата к чему-то гораздо менее мягкому, чем матрас подо мной, и я заметила, что тёплое и ровное дыхание обрушивалось на открытую кожу моей шеи.

Каз что, на самом деле принял меня за гигантскую плюшевую игрушку?

Несмотря на странность ситуации, я должна была признать, что, прижавшись к нему, окружённая его руками со всех сторон, я чувствовала себя в безопасности, словно защищённой от всего мира. Но внезапно непреодолимое желание сходить в туалет прервало мои слишком наивные мысли, и я была вынуждена попытаться освободиться из объятий всё ещё спящего парня. Однако задача оказалась гораздо сложнее, чем я думала: его мускулистые руки, казалось, не хотели меня отпускать.

Я пошевелила бёдрами, немного приподнялась, чтобы попытаться высвободиться, как вдруг Каз издал своего рода рычание, как бы сигнализируя о своём несогласии, прежде чем схватить меня с большей силой, почти грубо притянув меня к своей обнажённой груди.

Я замерла на несколько мгновений, прежде чем снова попытаться вырваться из его рук, потому что мне действительно нужно было в туалет. Но Кровавый Жнец повторил своё действие, прижимая меня ещё крепче к себе, прежде чем бросить хриплым голосом, от которого меня передёрнуло:

– Перестань ёрзать... Не видишь, что я пытаюсь спать?

– Мне правда нужно в туалет. Это срочно! – парировала я.

Я услышала, как он громко вздохнул за моей спиной, а затем издал раздражённый стон, прежде чем убрать руку, которая сковывала мою талию. Я немедленно выскочила из постели, бросаясь в туалет. Ещё чуть-чуть, и был бы конфуз!

Когда я вышла из туалета, постепенно осознавая, что провела ночь в объятиях своего невыносимого телохранителя, моё внимание привлекло покашливание. Я тут же подняла голову, встречая мрачный взгляд Каза, на котором были только серые спортивные штаны, открывая мне прекрасный вид на его скульптурное и покрытое татуировками тело.

– Собирайся, сегодня мы выходим, – объявил он мне.

– В смысле? Куда мы едем?

Он мгновение смотрел на меня своим нечитаемым взглядом, который всегда умел меня раздражать. Иногда мне хотелось уметь читать мысли, только чтобы понять, что происходит в его голове за этим непроницаемым видом...

– Мы едем навестить мою семью.